г. Владимир

30 мая 2025 года Дело № А43-36294/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 мая 2025 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В.,

судей Волгиной О.А., Кузьминой С.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кавиной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 30.01.2025 по делу № А43-36294/2018, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ивановка» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО1 о признании недействительной единой сделки по выдаче ФИО2 займа в размере 22 821 563 руб. 70 коп. ФИО3 с возложением обязательства по возврату займа на должника и по предоставлению должником в залог ФИО2 квартиры по обязательству третьего лица – ФИО3, с участием в обособленном споре в качестве заинтересованных лиц: ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Сельхозпродукт», ФИО3, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, финансового управляющего ФИО3 ФИО5,

при участии в судебном заседании: от заявителя (конкурсного управляющего ФИО1) – представителя ФИО6 по доверенности от 10.01.2025 № 7 сроком действия по 31.12.2025, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ивановка» (далее – ООО «Ивановка», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий ФИО1 (далее – ФИО1, конкурсный управляющий) с заявлением о признании недействительной единой притворной сделки по выдаче ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) займа в размере 22 821 563 руб. 70 коп. ФИО3 (далее – ФИО3) с возложением обязательства по возврату займа на ООО «Ивановка» и по предоставлению ООО «Ивановка» в залог ФИО2 квартиры с кадастровым номером 52:18:0060086:373 площадью 382,6 кв.м, жилое, этаж № 1, этаж № 2, этаж № 3, этаж № 4, расположенную по адресу: Нижегородская область, г. Нижний Новгород, р-н Нижегородский, ул. Минина, д. 15 «Б», кв. 48, по обязательству третьего лица – ФИО3, формализованную в: договоре займа от 22.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 20.02.2019 № 1, заключенных между ФИО2 и ООО «Ивановка», договоре залога квартиры от 25.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 11.03.2019, заключенных между ФИО2 и ООО «Ивановка», договоре займа от 25.08.2018 № 41, заключенном между ООО «Ивановка» и ФИО3, в размере 9 455 000 руб., фактической передаче ФИО3 денежных средств в размере 13 366 563 руб. 70 коп., и применении последствий недействительности сделки в виде признания не возникшим обязательства ООО «Ивановка» по возврату ФИО2 денежных средств в сумме 22 821 563 руб. 70 коп. по договору займа от 22.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 20.02.2019 № 1, заключенных между ФИО2 и ООО «Ивановка», а также все связанные с этим договором обязательства ООО «Ивановка» перед ФИО2, признания отсутствующим обременения права собственности ООО «Ивановка» на квартиру с кадастровым номером 52:18:0060086:373, в виде ипотеки, запись о регистрации от 28.05.2018, номер государственной регистрации 52:18:0060086:373-52/112/2018-5, в пользу ФИО2

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4 (далее – ФИО4), финансовый управляющий ФИО3 ФИО5, общество с ограниченной ответственностью «Сельхозпродукт» (далее – ООО «Сельхозпродукт»).

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 30.01.2025 в удовлетворении заявления конкурсному управляющему отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Первый арбитражный апелляционной суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить полностью в связи с неправильным применением норм процессуального права (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал, что являются ошибочными выводы суда о преюдициальности определений Арбитражного суда Нижегородской области от 23.07.2021 и 24.11.2023, постановлений Первого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2022 и 19.02.2024 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 31.08.2023 и 23.07.2024 по настоящему делу для рассмотрения настоящего обособленного спора, поскольку в них не были опровергнуты доказательства того, что фактическим получателем денежных средств является ФИО3, признанный на тот момент банкротом; ссылка суда первой инстанции на указанные судебные акты об оспаривании сделок без участия ФИО3, а также на отказные судебные акты в пересмотре того же определения по вновь открывшимся обстоятельствам, как на судебные акты в принципе не является преюдицией по смыслу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в рассмотрении споров изначально не участвовал ФИО3 – фактически получатель денежных средств, обвиненный в их хищении самим займодавцем ФИО2, а потому принятые без его участия судебные акты в любом случае не обладали свойством преюдиции. Отметил, что цепочка последовательных сделок с разным субъектным составом была создана формально для прикрытия одной сделки, направленной на прямое получение денежных средств ФИО3 от ФИО2 без цели их последующего возврата, с одновременным обременением для последующего отчуждения (обращения взыскания) должником своего имущества в пользу бенефициара – фактического заемщика ФИО3 и займодавца ФИО2 Полагает, что доводы конкурсного управляющего и представленные в их обоснование и подтверждение письменные доказательства, в том числе показания свидетелей, судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте не получили надлежащей правовой оценки по существу, суд лишь формально уклонился от проведения такой оценки со ссылкой на якобы имеющуюся преюдицию, однако судами ранее в вышеупомянутых доказательствах предметно и по существу вышеуказанные доводы и доказательства не опровергались и не отклонялись, в том числе применительно к предмету и основаниям настоящего иска. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

ФИО2 в отзыве на апелляционную жалобу указал на законность определения суда, несостоятельность доводов заявителя апелляционной жалобы, просил в удовлетворении апелляционной жалобы – отказать, а также рассмотреть апелляционную жалобу в его отсутствие. Указал, что с учетом обстоятельств и фактов, установленных вступившими в законную силу судебными актами, следует и доказано отсутствие самого по себе предмета оспаривания, заявленного конкурсным управляющим в настоящем требовании о признании единой притворной сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки. Полагает, что сделка, являющаяся предметом настоящего спора, с участием ФИО2, ФИО3 и ООО «Ивановка» никогда не заключалась, стороны не совершали действий, направленных на ее заключение, и не приступали к фактическому исполнению такой сделки, в действиях указанных лиц не усматривается волеизъявления на совершение такой сделки либо последующего одобрения совершения такой сделки. По мнению ответчика, по своему информативному содержанию заявленными требованиями конкурсный управляющий пытается оспорить выводы и поставить под сомнение обстоятельства и факты, установленные вступившими в законную делу судебными актами, с целью повторной переоценки доказательств. Подробно возражения ответчика изложены в отзыве на апелляционную жалобу.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 20.09.2018 к производству суда принято заявление Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Нижегородской области о признании ООО «Ивановка» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 14.10.2019 заявление признано обоснованным, в отношении ООО «Ивановка» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО7.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 18.01.2021 ООО «Ивановка» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Ивановка» задолженности в размере 25 707 720 руб. 10 коп. (22 821 563 руб. 70 коп. – основной долг, 604 000 руб. – расходы на юридические услуги, понесенные в связи с защитой и принудительным исполнением своих прав по договору займа и договору залога, 2 282 156 руб. 37 коп. – штрафные санкции), возникшей по договору займа от 22.05.2018, с учетом дополнительного соглашения от 22.02.2019, обеспеченного залогом недвижимого имущества – квартирой, расположенной по адресу: <...>, сроком до 21.02.2019.

В свою очередь, конкурсный управляющий, расценивая договор займа от 22.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 20.02.2019 № 1 к договору займа от 22.05.2018, договор залога квартиры от 25.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 11.03.2019 недействительными по основаниям статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» обратился в суд с заявлением о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок в виде признания отсутствующим обременения права собственности ООО «Ивановка» на указанную квартиру в виде ипотеки, записи о регистрации от 28.05.2018.

Обособленные споры по заявлениям ФИО2 и конкурсного управляющего объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 23.07.2021, оставленным без изменения постановлениями Первого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2022 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 31.08.2023, конкурсному управляющему отказано в удовлетворении заявления о признании договора займа от 22.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 20.02.2019 № 1, договора залога квартиры от 25.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 11.03.2019 недействительными, применении последствий недействительности сделок; включены требования ФИО2 в реестр требований кредиторов должника в сумме 25 103 720 руб. 07 коп., как обеспеченные залогом имущества должника; установлена следующая очередность погашения требования: 22 821 563 руб. 70 коп. – требования кредиторов третьей очереди, 2 282 156 руб. 37 коп. – требования кредиторов третьей очереди, учитывающие отдельно и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы долга; производство по заявлению ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов 604 000 руб. прекращено.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2022 № 301-ЭС22-18579 отказано в передаче кассационных жалоб конкурсного управляющего ФИО1 и индивидуального предпринимателя ФИО8 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.07.2021, постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2022 и постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 31.08.2022 по делу № А43-36294/2018 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ивановка» для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Предметом заявления конкурсного управляющего в настоящем обособленном споре является требование о признании недействительной единой притворной сделки по выдаче ФИО2 займа в размере 22 821 563 руб. 70 коп. ФИО3 с возложением обязательства по возврату займа на ООО «Ивановка» и по предоставлению ООО «Ивановка» в залог ФИО2 квартиры с кадастровым номером 52:18:0060086:373 площадью 382,6 кв.м, жилое, этаж № 1, этаж № 2, этаж № 3, этаж № 4, расположенную по адресу: Нижегородская область, г. Нижний Новгород, р-н Нижегородский, ул. Минина, д. 15 «Б», кв. 48, по обязательству третьего лица – ФИО3, формализованную в следующих сделках: договоре займа от 22.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 20.02.2019 № 1, заключенных между ФИО2 и ООО «Ивановка»; договоре залога квартиры с кадастровым номером 52:18:0060086:373 от 25.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 11.03.2019, заключенных между ФИО2 и ООО «Ивановка»; договоре займа от 25.08.2018 № 41, заключенном между ООО «Ивановка» и ФИО3, в размере 9 455 000 руб., фактической передаче ФИО3 денежных средств в размере 13 366 563 руб. 70 коп., и применении последствий недействительности сделки в виде признания не возникшим обязательства ООО «Ивановка» по возврату ФИО2 денежных средств в сумме 22 821 563 руб. 70 коп. по договору займа от 22.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 20.02.2019 № 1, заключенных между ФИО2 и ООО «Ивановка», а также все связанные с этим договором обязательства ООО «Ивановка» перед ФИО2, признания отсутствующим обременения права собственности ООО «Ивановка» на квартиру с кадастровым номером 52:18:0060086:373 в виде ипотеки, запись о регистрации от 28.05.2018, номер государственной регистрации 52:18:0060086:373-52/112/2018-5, в пользу ФИО2

Заявление основано на положениях пункта 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на объяснения ФИО2, ФИО4, ФИО9, ФИО10, данные ими в рамках КУСП от 12.01.2022 № 259, из которых, по мнению конкурсного управляющего, следует, что денежные средства на сумму 22 821 563 руб. 70 коп. фактически не были переданы в кассу ООО «Ивановка», на расчетный счет ООО «Ивановка» данная сумма не зачислялась, директор ООО «Ивановка» ее не получал; все значимые указания и сама идея заключения такого договора займа и договора залога, распоряжения относительно заключения договоров давал лично и непосредственно ФИО3, который присутствовал непосредственно при приемке-передаче денежных средств, выступал инициатором займа, а спустя какое то время взял лично дополнительно 16 720 000 руб. как физическое лицо.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63).

По мнению заявителя, цепочка последовательных сделок была создана формально для прикрытия одной сделки, направленной на прямое получение денежных средств ФИО3 от ФИО2 без цели их последующего возврата, с одновременным обременением для последующего отчуждения (обращения взыскания) должником своего имущества в пользу бенефициара – фактического заемщика ФИО3 и займодавца ФИО2; в действительности совершается единственная прикрываемая сделка, находящаяся под контролем бенефициара; сделка совершена безвозмездно, без встречного предоставления, при наличии признаков неплатежеспособности должника.

В силу части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Так, преюдициальным значением обладают обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения, когда эти обстоятельства имеют юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее. При этом формулировка «в котором участвуют те же лица» не означает полного тождества составов заинтересованных субъектов в прежнем и новом арбитражном процессе (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2008 № 6125/08).

В абзаце 5 пункта 3.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П указано, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другими судами по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Как указано выше, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Нижегородской области от 23.07.2021, оставленным без изменения постановлениями Первого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2022 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 31.08.2023, конкурсному управляющему отказано в удовлетворении заявления о признании договора займа от 22.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 20.02.2019 № 1, договора залога квартиры от 25.05.2018 в редакции дополнительного соглашения от 11.03.2019 недействительными, применении последствий недействительности сделок; включены требования ФИО2 в реестр требований кредиторов должника в сумме 25 103 720 руб. 07 коп., как обеспеченные залогом имущества должника; установлена следующая очередность погашения требования: 22 821 563 руб. 70 коп. – требования кредиторов третьей очереди, 2 282 156 руб. 37 коп. – требования кредиторов третьей очереди, учитывающие отдельно и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы долга.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2022 № 301-ЭС22-18579 отказано в передаче кассационных жалоб конкурсного управляющего ФИО1 и индивидуального предпринимателя ФИО8 на указанные судебные акты для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Судебными актами установлено следующее.

Требование ФИО2 о включении спорной задолженности в реестр основано на договоре займа от 22.05.2018, исполнение обязательств по которому обеспечено договором залога квартиры от 25.05.2018.

Суды установили наличие у ФИО2 финансовой возможности для выдачи денежных средств в сумме 22 821 563 руб. 70 коп. должнику; факт передачи ФИО2 должнику денежных средств в указанной сумме и констатировали наличие между сторонами сложившихся заемных отношений, обеспеченных залогом квартиры по договору 25.05.2018, реальность заемных правоотношений.

Оснований для признания оспариваемых договоров займа от 22.05.2018 и залога квартиры от 25.05.2018 недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве не установлено.

Суд апелляционной инстанции установил, что по договору займа от 22.05.2018 должник получил денежные средства в сумме 22 821 563 руб. 70 коп., в качестве обеспечения исполнения обязательств по договору займа ООО «Ивановка» передало ФИО2 в залог по нотариально удостоверенному договору от 25.05.2018 квартиру, принадлежащую на праве собственности должнику, с целью обеспечения договора займа от 22.05.2018, а также договора поставки от 22.05.2018 № 22/05-01-П.

В нотариально удостоверенном дополнительном соглашении от 11.03.2019 к договору залога квартиры от 25.02.2018 сторонами изменен предмет обеспечиваемого требования, указаны только обязательства по договору займа.

Установив факт передачи денежных средств ФИО2 по договору займа должнику, придя к выводу о реальном характере договора займа и предоставлении должником обеспечения по данному договору в размере полученных заемных денежных средств, суд апелляционной инстанции резюмировал отсутствие неравноценного исполнения для ООО «Ивановка» в рамках спорного договора займа.

Суд первой инстанции установил, что на момент совершения договора займа у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами; большая часть задолженности по данным обязательствам в пользу контрагентов ООО «Ивановка» была взыскана с должника в судебном порядке. С учетом указанного обстоятельства суд первой инстанции констатировал, что договор займа был заключен в условиях неплатежеспособности должника и констатировал доказанность цели причинения вреда спорной сделкой интересам кредиторов должника. Суд также резюмировал, что оформление должником залога квартиры привело к тому, что из конкурсной массы должника было выведено ликвидное имущество, в результате чего причинен вред непосредственно ООО «Ивановка» и нарушены права его кредиторов.

Однако доказательства осведомленности ФИО2 на момент заключения договора займа о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества в материалы дела не представлены; юридическая аффилированность должника и ФИО2 судом применительно к статье 19 Закона о банкротстве не установлена, как и фактическая аффилированность указанных лиц.

Суд установил, что сообщение о введении процедуры наблюдения в отношении ООО «Ивановка» опубликовано 26.10.2019, то есть после заключения договоров займа и залога недвижимости, что свидетельствует о том, что ФИО2 в силу объективных причин при проявлении должной осмотрительности не мог знать о возбуждении дела о несостоятельности (банкротстве) должника; об указанном факте ФИО2 стало известно из постановления нотариуса ФИО11 об отказе в совершении нотариальной надписи в спорном договоре.

В отсутствие осведомленности ФИО2 о признаках неплатежеспособности ООО «Ивановка» на даты совершения сделок займа и залога, суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания оспариваемых договоров недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 и пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Суды установили факты передачи денежных средств по спорному договору займа и получения их должником, реальность заемных отношений, сложившихся между ФИО2 и должником, заключение сторонами нотариально удостоверенной обеспечительной сделки в счет исполнения заемных обязательств (договор залога квартиры).

Злоупотребление сторонами правом при заключении спорных сделок, судами первой и апелляционной инстанций не установлено, в связи с чем оснований для признания сделок недействительными в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не установлены.

В отсутствие доказательств несоответствия правовых последствий, возникших в результате заключения договоров займа и залога, цели заключения данных сделок либо направленности воли сторон на заключение иных сделок, суды не усмотрели правовых оснований для признания их мнимыми или притворными в соответствии со статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, судами не установлено наличие оснований для признания сделок недействительными применительно к статьям 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьям 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Впоследствии конкурсный управляющий, посчитав, что имеются основания для пересмотра определения от 23.07.2021 по правилам, установленным в статье 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обратился в суд с заявлением о пересмотре судебного акта. В качестве основания для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся (новым) обстоятельствам конкурсный управляющий указывал на показания кассира ФИО9, данные в рамках КУСП от 12.01.2022 № 259 (окончено вынесением постановления об отказе в возбуждении уголовного дела), согласно которым денежные средства от ФИО2 в кассу ООО «Ивановка» не поступали, на расчетный счет не зачислялись и директору не передавались; договоры с кредитором заключались по инициативе «скрытого» бенефициара ФИО3 и в его интересах. Кроме того, в качестве вновь открывшегося обстоятельства заявитель ссылался на обстоятельства обращения ФИО2 с заявлением в органы полиции по факту проверки мошеннических действий, направленных на хищение его денежных средств по договору займа от 22.05.2018, которое было написано в отношении ФИО3

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Нижегородской области от 24.11.2023, оставленным без изменения постановлениями Первого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 23.07.2024, конкурсному управляющему отказано в пересмотре определения суда от 23.07.2021 по вновь открывшимся (новым) обстоятельствам.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2024 № 301-ЭС22-18579(5) отказано в передаче кассационной жалобы конкурсного управляющего ФИО1 на указанные судебные акты для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Суды установили, что приведенные конкурсным управляющим обстоятельства не обладают признаками вновь открывшихся обстоятельств, предусмотренных в статье 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Результаты опроса ФИО9, имеющиеся в материалах КУСП, не обладают признаками относимых и допустимых доказательств по смыслу главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В равной степени не обладают признаками относимых и допустимых доказательств протоколы адвокатских опросов.

В рамках обособленного спора ФИО9 опрошена судом в качестве свидетеля в порядке статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Суды оценили критически показания, которые были даны ФИО9 в рамках настоящего производства по пересмотру определения от 23.07.2021 по вновь открывшимся (новым) обстоятельствам, отметив возникновение разумных сомнений в правдивости новой версии событий, предложенной свидетельницей, в связи с отсутствием убедительного обоснования изменения показаний, при том, что свидетель в обоих случаях была предупреждена об ответственности.

По результатам проведения проверки в рамках КУСП от 12.01.2022 № 259 не был вынесен приговор, имеющий в силу пункта 1 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признаки вновь открывшегося обстоятельства для целей пересмотра вступившего в силу судебного акта в рамках экстраординарного порядка. Изложенные в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела выводы и объяснения лиц, взятые в ходе доследственной проверки, нельзя признать равноценными фактам, установленным в приговоре суда, либо в постановлении о прекращении уголовного дела.

Обращение ФИО2 с заявлением в правоохранительные органы в отношении ФИО3 по факту совершения мошеннических действий также не является вновь открывшимся обстоятельством, поскольку из пояснений ФИО2 следует, что заявление подано ввиду позиции директора ФИО4 о том, что денежные средства им не были получены. Проверка заявления о преступлении не является бесспорным доказательством, подтверждающим юридические факты.

Судебные инстанции заключили, что конкурсный управляющий не сослался на достоверно установленные обстоятельства, которые не были известны арбитражному суду на дату принятия определения от 23.07.2021 и противоречащие изложенным в них выводам, поэтому суды пришли к об отсутствии правовых оснований для пересмотра судебного акта в порядке, установленном в статье 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, в частности: в определении Арбитражного суда Нижегородской области от 23.07.2021, постановлениях Первого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2022 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 31.08.2023; определении Арбитражного суда Нижегородской области от 24.11.2023, постановлениях Первого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 23.07.2024, имеют в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации преюдициальное значение для настоящего обособленного спора.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что по своей сути доводы, изложенные конкурсным управляющим в настоящем заявлении о признании единой сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, свидетельствуют о намерении инициировать повторное рассмотрение спора и преодолеть законную силу определения суда первой инстанции от 23.07.2021 по настоящему делу, которое прошло судебную проверку вышестоящими инстанциями, в том числе конкурсному управляющему отказано в удовлетворении требования о пересмотре судебного акта от 23.07.2021 по вновь открывшимся обстоятельствам, что нарушает принцип правовой определенности и не согласуется с установленными в статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации задачами судопроизводства в арбитражных судах, и противоречит принципу обязательности вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), который относится к основополагающим принципам российского права, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания единой притворной сделки недействительной на основании положений пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции подлежат отклонению ввиду их несостоятельности.

Фактически доводы заявителя апелляционной жалобы, направлены на пересмотр вступивших в законную силу судебных актов, что недопустимо в силу положений статей 16, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции учитывает правовую позицию, сформированную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, согласно которой при анализе тождественности заявлений суду надлежит выяснить, не пытается ли заявитель под видом нового иска пересмотреть в не установленном процессуальном законом порядке вынесенное по его требованиям и вступившее в законную силу решение арбитражного суда по другому делу.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» разъяснено, что при подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, в том числе о соблюдении правил его заключения, о наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших.

В ходе рассмотрения дела суд исследует указанные обстоятельства, которые, будучи установленными вступившим в законную силу судебным актом, не подлежат доказыванию вновь при рассмотрении иска об оспаривании договора с участием тех же лиц (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судам также следует иметь в виду, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

В соответствии с пунктом 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку, то есть ту сделку, которая действительно имелась в виду.

Действующее законодательство исходит из того, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678).

Цепочка последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может быть создана формально для прикрытия одной сделки, направленной на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. При таком варианте воля первого приобретателя на получение права собственности на имущество должника (а возможно и последующих, исключая последнего) выражается лишь для вида без реального намерения породить отраженные в первом договоре купли-продажи последствия. Личность таких приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов должника из-под угрозы обращения на него взыскания по требованиям кредиторов.

В действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Такая цепочка сделок как притворная единая сделка в силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожна, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве с возвратом в конкурсную массу незаконно отчужденного имущества должника по правилам статьи 61.6 того же закона.

Указанная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678, от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031(6), от 24.01.2022 № 305-ЭС20-16615(2).

В пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017 указано, что при определении такого признака подозрительной сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как причинение вреда от сделки, во внимание следует принимать совокупный экономический эффект для должника от вступления в несколько объединенных общей целью юридических отношений. Иными словами, для признания условий конкретной сделки несправедливыми необходимо учитывать условия других взаимосвязанных сделок и обстоятельства их заключения.

Таким образом, для оценки нескольких сделок как единой цепочки необходимо установить, что стороны договоров изначально преследовали противоправную цель (в данном случае – вывод ликвидных активов из собственности должника).

Ключевым признаком притворной сделки является то, что при ее заключении все стороны осознают, на достижение каких правовых последствий она направлена, но действительный смысл и (или) условия сделки скрываются сторонами, в том числе в противоправных целях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.09.2023 № 309-ЭС23-8899). Так, стороны должны преследовать общую цель, достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Суд апелляционной инстанции, оценив доводы конкурсного управляющего, принимая во внимание обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, приходит к выводу о том, что материалами дела не доказано, что при совершении оспариваемой конкурсным управляющим сделки в качестве единой притворной сделки стороны договоров изначально преследовали противоправную цель, в частности вывод ликвидных активов из собственности должника, и что при ее заключении все стороны осознавали, на достижение каких правовых последствий она направлена. Как указано выше, вступившими в законную силу судебными актами установлено отсутствие осведомленности ФИО2 о признаках неплатежеспособности ООО «Ивановка» на даты совершения сделок займа и залога.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доводы конкурсного управляющего, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что новые доказательства и доводы конкурсного управляющего, не опровергают установленные вступившими в законную силу судебными актами обстоятельства и не являются основанием для признания единой сделки недействительной.

При этом объединение конкурсным управляющим сделок, ранее признанных действительными вступившими в законную силу судебными актами, в единую сделку и изменение субъектного состава в рассматриваемом случае не является основанием для пересмотра обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами.

Аргументы, приведенные заявителем в апелляционной жалобе, коллегия судей изучила и признала юридически несостоятельными, ибо все они сводятся к иным, нежели у суда, трактованию норм действующего законодательства и оценке фактических обстоятельств спора. Между тем наличие у заявителя собственной правовой позиции по спорному вопросу не является основанием для отмены принятого по делу судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 30.01.2025 по делу № А43-36294/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

Судьи

Н.В. Евсеева

О.А. Волгина

С.Г. Кузьмина