АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Учебная, д. 51, <...>; тел./факс <***>/53-02-05; http://omsk.arbitr.ru, http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Омск

22 апреля 2025 года

№ дела

А46-21015/2024

Резолютивная часть решения оглашена 08.04.2025

Полный текст решения изготовлен 22.04.2025

Арбитражный суд Омской области в составе судьи Ширяй И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Миклуха К.Н.,

рассмотрев исковое заявление по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании договора незаключённым и взыскании денежных средств,

при участии в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3,

в судебном заседании приняли участие (посредством веб-конференции):

от индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО4 по доверенности от 21.112024 (сроком на 1 год), личность удостоверена паспортом,

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 22.12.2025 (сроком на 1 год), личность удостоверена паспортом,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Омской области поступили материалы дела № 2-1032/2024, переданные Алексеевским районным судом Белгородской области для рассмотрения по подсудности (вх. от 14.11.2024 № 350968).

Судом установлено, что индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - истец) обратилась с исковым заявлением о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ответчик) задолженности в сумме 250 000 руб., компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере пятидесяти процентов от суммы, присуждённой судом в пользу потребителя, и дополнительных расходов на продюсирование в размере 56 213,30 руб.

В Арбитражном суде Омской области делу присвоен номер А46-21015/2024.

10.10.2024 в материалы дела поступило ходатайство истца об уточнении иска. Так, ФИО1 просит суд:

- признать договор возмездного оказания услуг от 07.11.2023 № 1-07.11.23 незаключённым;

- взыскать с ФИО2 неосновательное обогащение в размере 306 213,30 руб.

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) указанные уточнения исковых требований приняты судом к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Омской области от 20.01.2025 в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3 (далее также третье лицо).

05.02.2025 (вх. № 32823) через систему «Мой Арбитр» ФИО3 заявлено ходатайство о вступлении в дело в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора: о признании договора возмездного оказания услуг № 1.07.11.23 от 07.11.2023 незаключённым; о взыскании с ФИО2 суммы неосновательного обогащения в размере 250 000 руб.

12.02.2025 через систему «Мой арбитр» поступила итоговая редакция уточнений в части денежного требования; истец просит взыскать сумму неосновательного обогащения в размере 304 300 руб., из которых 250 000 руб. сумма, уплаченная по договору возмездного оказания услуг от 07.11.023 № 1-07.11.23 и 54 300 руб. – дополнительные расходы истца.

Определением от 13.02.2025 принята окончательная редакция уточнённых требований; изменён процессуальный статус ФИО3

ФИО2, извещённая судом о дате, месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку представителя не обеспечила, о причинах неявки суду не сообщила.

Учитывая, что все участники процесса о времени и месте рассмотрения спора извещены надлежащим образом, при этом информация о движении дела дополнительно размещена на сайте арбитражного суда в сети «Интернет», суд полагает право заинтересованных лиц на участие в процессе и представление интересов обеспеченным. На основании статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика по имеющимся доказательствам.

Ознакомившись с представленными в материалы дела документами, выслушав доводы истца и третьего лица, суд установил, что спор возник относительно заключённости договора от 07.11.2023 № 1-07.11.23 и самого факта оказания услуг.

В материалах дела имеется экземпляр договора от 07.11.2023 № 1-07.11.23 (далее – Договор) между ФИО2 (исполнитель) и ФИО1 совместно с партнёром ФИО3 (заказчик), по условиям пункта 1.1 которого исполнитель принимает на себя обязательства оказать заказчику услуги индивидуального консультирования в групповом формате (обучения) в границах своей компетентности, а также предоставление доступа к обучающим материалам, в соответствии со статьёй 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). В рамках Договора исполнитель предоставляет: обучающий материал по теме запуска курса, наставничества или иного формата онлайн обучения (пункт 1.2).

Пунктом 1.3 Договора предусмотрено, что в течение всех договорных отношений исполнитель вовлечён в непосредственные личные разговоры с заказчиком, в ходе которых исполнитель действует исключительно в интересах заказчика. Заказчик понимает и принимает тот факт, что он сам несёт ответственность за свои результаты; эффективность данной работы и взаимодействие с исполнителем обеспечивается, прежде всего, им самим, и заказчик согласен с этим. Заказчик обязуется принять и оплатить оказанные исполнителем услуги.

В соответствии пунктами 2.1.1, 2.1.3, 2.1.4 Договора работа ведётся по одному проекту, заявленному клиентом. Исполнитель обязан передать заказчику обучающий материал по теме наставничества. В течение двух месяцев предоставить услуги обучения (наставничества). Обязательства исполнителя прекращаются после того, как оборот продаж обучения превысит 2 000 000 руб.

В силу пунктов 2.3.1 - 2.3.2 Договора заказчик обязан оказать содействие исполнителю в целях оказания услуг по Договору. Выполнять в срок все задания, получаемые от исполнителя и быть на всех разборах. Предоставлять отчёт о выполненных заданиях раз в неделю за сутки до встречи.

Согласно пункту 2.4.3 Договора заказчик имеет право задавать вопросы касаемо обучения в рабочее время (с пн по пт с 09:00 до 21:00 МСК) посредством направления сообщений электронной почтой, sms сообщений и иных мессенджеров, при этом данный формат коммуникации имеет юридическую силу, в случае возможности достоверно определить, что сообщения исходят от одной из сторон договора.

Стоимость услуг по договору составляет 1 000 000 руб. и состоит из двух частей:

- поскольку Договор носит смешанный характер – оказание услуг и неисключительная лицензия по предоставлению доступа к обучающим материалам, то сумма за стратегическую сессию и подготовленную стратегию запуска составляет 500 000 руб., что включает в себя в том числе, расходы на команду и технические расходы и в соответствии со статьёй 1235 ГК РФ и не подлежит возврату при расторжении Договора;

- сумма оплаты 500 000 руб. выплачивается по факту достижения результата, обозначенного в Договоре.

В соответствии с пунктом 4.1 Договора по окончании срока оказания услуг исполнитель направляет заказчику акт оказания услуг в 2-х экземплярах.

Пунктами 3.5, 9.5 стороны согласовали, что при расторжении Договора денежная сумма оплачивается исполнителем соразмерно оказанным услугам и понесённым затратам на момент расторжения.

Указанный Договор подписан сторонами.

Как усматривается из содержания искового заявления, истец полагает, что предмет Договора согласован не был, что свидетельствует о его незаключённости, в то время как предварительно была внесена предоплата услуг продюсирования в сумме 250 000 руб. и оплачены дополнительные расходы в сумме 54 300 руб. Ответчик услугу не оказал, как следствие, уплаченные денежные средства должны быть возвращены ФИО1, а учитывая, что Договор, по мнению последней, заключён не был, испрашиваемую сумму надлежит рассматривать в качестве неосновательного обогащения.

Невозможность урегулирования разногласий мирным образом (претензия от 05.02.2024, ответ на претензию от 15.02.2024) послужила основанием для передачи спора на разрешение суда.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, суд полагает, что заявления не подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

Так, ФИО1 и ФИО3 полагают, что предмет Договора не согласован, виды оказываемых услуг не конкретизированы, а в аккаунте социальной сети исполнителя указано, что наставничество не осуществляется.

Исходя из части первой статьи 431 ГК РФ, осуществляя толкование условий договора, суд анализирует буквальное значение содержащихся в тексте договора слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение согласно разъяснениям, данным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора», определяется с учётом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Учитывая, что условия договора, определяющие взаимоотношения сторон, являются согласованными частями одного документа, на основе которого должно строиться обязательственное отношение, в соответствии с частью 1 статьи 431 ГК РФ значение конкретного условия договора подлежит установлению судом путём сопоставления с другими условиями этого договора, смыслом договора в целом, а также с учётом существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (системное толкование).

С учётом пункта 4 статьи 1 ГК РФ условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из её незаконного или недобросовестного поведения. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

При этом суд исходит из того, что, действительно, условие о предмете договора является существенным для признания его заключённым.

Общие правила толкования договора, как ранее уже указывалось, установлены статьёй 431 ГК РФ и разъяснены в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора», в соответствии с которым условия договора подлежат толкованию, в том числе: 1) в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закреплёнными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ); 2) с учётом буквального значения содержащихся в договоре слов и выражений (буквальное толкование); 3) в их системной связи и с учётом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование); 4) не позволяя какой-либо стороне договора извлекать преимущество из её незаконного или недобросовестного поведения; 5) не приводя к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду; 6) с учётом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 15.08.2022 № Ф04-4036/2022 по делу № А70-12418/2021).

Судом, в частности, принято во внимание буквальное содержание пункта 1.1 Договора от 07.11.2023 № 1-07.11.23, а также его соотношение с иными условиями Договора, действиями сторон по его исполнению и принято во внимание следующее.

Вопрос о квалификации категории «признание договора незаключённым» в качестве способа защиты прав непосредственно связан с наличием факта нарушения права как такового. Так, незаключённый договор, будучи расцененным в качестве несуществующей сделки, не может приводить к возникновению, изменению или прекращению прав и обязанностей у его сторон. Отсутствие юридического существования прав логически делает невозможной и их защиту.

Даже если сделка не была сформирована как юридический факт (незаключённый договор), её фактическое исполнение (или необходимость осуществления такого исполнения) приводит к нарушению прежде всего имущественных интересов (или охраняемых законом интересов) обязанной стороны. Поэтому признание договора незаключённым представляет собой способ защиты в первую очередь тех прав сторон сделки, которые были нарушены фактическим исполнением обязательства из договора, не имевшего юридической силы как юридический факт. Эти права de jure не являются содержанием структуры договорного обязательства, т.е. не представляют собой права требования и соответствующие им обязанности исполнения. Нарушаются, как правило, имущественные права сторон незаключённого договора: совершённые расходы, имущественные права на вещи, переданные во владение контрагенту, и т.п.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключённым, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых между сторонами должно быть достигнуто соглашение.

В силу пункта 3 статьи 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключённым, если заявление такого требования с учётом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора» разъяснено, что, если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключённым (пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Это означает, что несогласованность воли сторон при заключении договора исцеляется его реальным исполнением. Поэтому, если договор исполнен, условие о его предмете не считается не согласованным, и в рассматриваемом случае вопрос об идентификации предмета оказания услуг утрачивает какое-либо значение.

Таким образом, если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем своими действиями по исполнению договора и его принятию фактически выполнили такое условие, то стороны не вправе ссылаться на его незаключённость (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020).

Во-первых, исходя из существа сложившихся между сторонами отношений следует, что истец, ответчик и третье лицо заключили договор оказания услуг, регулируемый нормами главы 39 ГК РФ.

В действующем гражданском законодательстве не предусмотрен отдельный вид договора продюсирования; как правило, подразумевая таковые, хозяйствующие субъекты разрешают вопросы авторского права, договариваются о совместной деятельности без образования юридического лица для извлечения прибыли и прилагают совместные усилия по разработке и внедрению проекта.

Для российского права такой договор получил наименование простого товарищества (глава 55 ГК РФ).

В настоящем же случае ответчик оказывает помощь в продвижении продукта истца, т.е., оказывает услугу по наставничеству; совместной деятельности, консультированию, единого интереса в данном случае нет.

Иными словами, в сложившейся ситуации интерес истца направлен на эффективное и максимальное извлечение прибыли из собственного бизнеса, ответчик, обладая соответствующими навыками и инструментами, знает, как в этом помочь, и предлагает оказание услуг по обучению в данной сфере.

Во-вторых, что следует из содержания искового заявления, истец сам подтверждает реальность оказания услуги (к примеру, на стр. 4 искового заявления «ответчик оказывал истцу услуги с нарушением сроков, с постоянным затягиванием, что привело к невозможности выполнения работ к сроку 10.01.2024»).

В-третьих, несмотря на информацию, содержащуюся в аккаунте ответчика, истец всё же подписал договор по услуге наставника по обучению, т.е., на приобретение профессиональных навыков практической работы на торговой площадке Wildberries; ссылки на размытое указание предмета услуги недопустимы.

Иными словами из материалов дела не следует, что правоотношения между сторонами возникли с пороком воли ФИО1; потребительская ценность услуги имела место быть.

В-четвертых, представленная в материалы дела переписка (более чем на 500 листах) посредством мессенджера Telegram свидетельствует о том, что сотрудники продюсерского центра находились на связи, вели сопровождение, отвечали на интересующие вопросы, исправляли замечания, проводили онлайн-совещания, привлекли команду сотрудников и т.д.

Доказательств того, что ответчик уклонялась от оказания услуг, материалы дела не содержат.

Так, за период с 07.11.2023 по 09.02.2024 ФИО2 оказала следующие услуги (предоставлена электронная ссылка на готовый документ): стратегическая сессия/ разбор, стратегия запуск, распаковка эксперта, транскрибация распаковки в текст, распаковка желанной целевой аудитории, анализ целевой аудитории, проведено 2 (две) zoom-конференции по составлению структуры/ скелета программы, создание экспертом программы заказчиков, формирование структуры команды внутри продукта, съёмка и сбор материалов, разработка прототипа продуктов и ценообразование, продажа продукта по КП и ценообразованию ПЦ, прогрев для Instagram (социальная сеть запрещена в РФ), создание анкеты предзаписи, создание таблицы ответов, создание прогрева в боте Telеgram, запуск рассылки по базе, подобран канал для реализации контент стратегии и запуска, который взяли в работу, создан прототип сайта для сбора заявок, создание сайта дизайнером, подключение сервисов GetCourse и Tilda, приобретение доменных имен (Лич Бренд/ имя проекта), интеграция GetCourse и Tilda, поиск таргетолога и подготовка технического задания таргетологу, составление офферов и креативов для рекламы, настройка таргета, тестирование офферов, исходя из ЦА, написание статьи об эксперте, подготовка контент плана/ прогрев Teltgram-канала, создание папки для МОП со всей информацией о проекте, которая нужна для продаж, проведение еженедельных переговоров, посредством созвона, создание паспорта проекта со стратегией запуска.

Указанный перечень услуг истцом не опровергнут.

Также, из материалов дела не следует, что выполняя обязательства, стороны имели различное представление о виде услуги, при том, что, как указывалось выше, пунктом 2.1.1 Договора предусмотрено, что работа ведётся по одному проекту, заявленному клиентом.

Доказательств наличия у истца иных проектов в материалах дела не имеется.

О том, что Договор подписан не ФИО1, а иным лицом, сфальсифицирован ответчиком либо в экземплярах истца и ответчика имеются какие-либо расхождения, истец в ходе рассмотрения дела также не заявил.

Тот факт, что окончательный результат услуги (по мнению истца) не был достигнут и не оформлен актом, не означает, что такая услуга не оказывалась вовсе и не может говорить об отсутствии правоотношений как таковых, как следствие, не свидетельствует о незаключённости договора. Напротив, нарушение обязательства, если таковое имело место быть, свидетельствует о возможности применения финансовых санкций либо у стороны имеется право на расторжение договора.

Таких требований в настоящем процессе не заявлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесённых им расходов.

Кроме того, суд находит условие о сроке действия Договора не согласованным, поскольку в пункте 1.4 окончанием периода оказания услуги надлежит считать 10.01.2024, а в пункте 2.1.4 указано, что услуги прекращаются, когда оборот продаж обучения превысит 2 000 000 руб.

Также, в подтверждение надлежащего оказания услуг, по информации ответчика, на публичном сайте: eazy-wildberries.online принадлежащем истцу и третьему лицу содержится информация, что «за 5 месяцев вышли на оборот 8 000 000 руб. в месяц».

При изложенных обстоятельствах Договор исполнялся и его исполнение принималось истцом и третьим лицом, т.е., нормы главы 60 ГК РФ (обязательства, вытекающие из неосновательного обогащения) к настоящему спору не применимы.

Далее, тот факт, что конечный результат приобретённой информационно-консультационной услуги по курсу не соответствовал ожиданиям заказчика, не является основанием для удовлетворения исковых требований; положительный эффект от образовательной услуги не находится в прямой причинно-следственной связи с надлежащим выполнением исполнителем своих обязательств.

Так, образовательный процесс - оказание образовательной услуги - является организацией деятельности обучающихся, восприятие её заказчиком (учеником) зависит от субъективных факторов, в ходе оказания таких услуг невозможно гарантировать наступление положительного эффекта. Иными словами последний не всегда достижим, в том числе, в силу объективных причин, исполнитель также не может гарантировать, насколько эффективно заказчик сможет использовать предоставленную исполнителем информацию, так как достижение полезного эффекта полученной услуги зависит от качеств и действий не только исполнителя, но и заказчика, а также других обстоятельств.

При изложенных обстоятельства, с учётом условий Договора, заключённого сторонами, принятие истцом предложенных в Договоре формулировок является достаточным доказательством факта действия Договора, оказания услуг; говорить о том, что аванс не отработан, не представляется возможным. Таковой возврату не подлежит.

Ссылки на несение дополнительных расходов на сумму 54 300 руб. также не обоснованы, поскольку пунктом 2.5 Договора установлено, что дополнительные задачи и работы осуществляются в рамках дополнительных соглашений к Договору. В силу пункта 3.4 Договора изменение стоимости услуг оформляется только в письменном виде дополнительным соглашением, подписанным обеими сторонами.

В настоящем случае письменных согласований об увеличении стоимости Договора, необходимости несения дополнительных затрат материалы дела не содержат; из представленной переписки также не следует, что ответчик настаивала на оплате каких-либо несогласованных услуг.

Согласно имеющемуся в материалах дела чеку публичного акционерного общества «Сбербанк» от 10.01.2024 получателем денежных средств в размере 40 000 руб. является Кирилл ФИО5; операция списания на сумму 14 300 руб. была совершена по карте МИР Социальная •• 9294, держателем которой является Екатерина Валерьевна П. в пользу ORBITASEND (магазин orbita.me, адрес: <...>).

Представитель ответчика опроверг связь с означенными лицами.

Возложение бремени доказывания отрицательного факта противоречит действующему гражданскому законодательству. В то время как из назначения платежа не следует, что денежные средства перечислялись в целях надлежащего исполнения спорного Договора.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзаце 5 пункта 1, пункте 70 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» разъяснил, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ). Данная норма направлена на укрепление действительности сделок и преследует своей целью пресечение недобросовестности в поведении стороны, намеревающейся изначально принять исполнение и, зная о наличии оснований для её оспаривания, впоследствии такую сделку оспорить. Сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Принимая во внимание приведённую выше совокупность обстоятельств, учитывая, что услуги ФИО1 и ФИО3 ответчиком оказывались и это исполнение принималось, оснований полагать, что Договор не заключён, а денежные средства перечислены необоснованно, у суда не имеется; факт причинения убытков истцом не доказан, в связи с чем удовлетворение требований истца и третьего лица не представляется возможным.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 167-170 и 176 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении требований отказать.

Решение вступает в законную силу и может быть обжаловано через Арбитражный суд Омской области в порядке апелляционного производства в Восьмой арбитражный апелляционный суд (644024, <...> Октября, дом 42) в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме), а также в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (625010, <...>) в течение двух месяцев со дня принятия (изготовления в полном объёме) постановления судом апелляционной инстанции.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия настоящего решения на бумажном носителе может быть направлена в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена под расписку.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Судья И.Ю. Ширяй