АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА
Именем Российской Федерации
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда кассационной инстанции
г. Краснодар
Дело № А53-836/2023
16 мая 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2025 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 16 мая 2025 года.
Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Глуховой В.В. и Истоменок Т.Г., при участии в судебном заседании ФИО1, в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 15.10.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2025 по делу № А53-836/2023 (Ф08-1625/2025), установил следующее.
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Гарант» (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО1 убытков в размере 3291 тыс. рублей.
Определением суда от 15.10.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 20.01.2025, с ФИО1 в пользу должника взысканы убытки в размере 3291 тыс. рублей.
В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить судебные акты и принять новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, ФИО1 уже привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскание с него убытков необоснованно.
В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.
В судебном заседании ФИО3 поддержал доводы жалобы.
Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.
Как видно из материалов дела, решением суда от 21.06.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2
Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО1 убытков в размере 3291 тыс. рублей, указав на то, что в период исполнения обязанностей единоличного исполнительного органа должника ФИО1 распоряжался денежными средствами должника в целях извлечения выгоды и преимуществ для себя, расходовал средства на собственные нужды. В связи с этим ФИО1, выполняя функции единоличного исполнительного органа, причинил должнику материальный ущерб путем недобросовестного совершения сделок и обращения в свою личную собственность денежных средств должника в размере 3291 тыс. рублей.
Удовлетворяя заявленные требования, суды обоснованно исходили из следующего.
Согласно пункту 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой. С требованием о взыскании с вышеперечисленных лиц убытков вправе обратиться, в частности, арбитражный управляющий, в том числе по собственной инициативе (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве).
В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса).
Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.
Привлечение руководителя должника к ответственности в виде возмещения убытков, причиненных им юридическому лицу в результате действий, не соответствующих принципам добросовестности и разумности, является самостоятельным видом ответственности, независящим от размера конкурсной массы и размера неудовлетворенных требований кредиторов в реестре требований кредиторов должника.
При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.
При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа юридического лица, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.
Из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62), истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.
Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.
В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.
Из абзаца 4 пункта 3 постановления № 62 следует, что арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.
В пункте 4 постановления № 62 разъяснено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.
Ответственность, установленная вышеперечисленными нормами права, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 Гражданского кодекса.
Суды установили, что согласно сведениям из ЕГРЮЛ, ФИО1 являлся директором и единственным учредителем должника с 28.03.2018 до момента введения в отношении должника процедуры конкурсного производства. Таким образом, руководитель несет ответственность за деятельность должника в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им; презюмируется, пока не доказано обратное, что руководитель располагает всей информацией о сделках, заключенных должником и об исполнении этих сделок.
Суды исходили из того, что ФИО1, являясь руководителем должника, должен был действовать в интересах общества добросовестно и разумно, в том числе обеспечивать сохранность вверенного ему имущества, в том числе денежных средств. Порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом организации и ее внутренними документами. С целью осуществления своих полномочий руководитель юридического лица имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью организации и отвечает за сохранность документов.
Рассматривая довод конкурсного управляющего о получении бывшим руководителем должника ФИО1 в отсутствие правовых оснований от должника денежных средств в размере 3291 тыс. рублей, в результате чего у должника возникли убытки на указанную сумму, исследуя копию выписки банка о движении денежных средств по расчетному счету должника, из которой усматривается перечисление ФИО1 денежных средств со счета должника с назначением платежа «возврат займа учредителю на карту», «погашение ФИО1 задолженности по документам на счет ФИО1», «перевод подотчетных средств на счет ФИО1», суды применительно к рассматриваемому обособленному спору, с учетом предмета и оснований заявленных требований, возложили на ответчика бремя доказывания наличия правоотношений, сложившихся между должником и ФИО1, являвшихся основанием для получения денежных средств.
Принимая во внимание положения статей 807, 808, 810, 812 Гражданского кодекса, суды исходили из того, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. Вместе с тем в материалы дела не представлены первичные документы, подтверждающие факт предоставления ответчиком должнику заемных денежных средств, как и договор займа и платежные документы. Таким образом, документы, подтверждающие обоснованность произведенных в пользу ответчика платежей, им не представлены. Исходя из этого и учитывая отсутствие в материалах дела первичных документов, подтверждающих предоставление ответчиком должнику заемных средств, суды пришли к верному выводу о невозможности проверить условия договора займа и установить факт перечисления ответчиком на счет должника денежных средств, которые могли быть возвращены в счет исполнения обязательств по договору займа.
Исследуя довод конкурсного управляющего об отсутствии первичных документов, подтверждающих расходование перечисленных в пользу ответчика денежных средств на нужды должника, суды, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 1, статей 5 – 7, 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете), указали, что в силу действующего законодательства о бухгалтерском учете, обеспечение надлежащего ведения бухгалтерского учета и соблюдение финансового порядка расходования денежных средств должника возложено на руководителя юридического лица. Сам по себе факт получения директором должника подотчетных денежных средств должника не влечет возникновения у должника убытков. Однако убытки возникают в случае, если денежные средства в дальнейшем не расходуются для нужд должника и не возвращаются в его кассу либо на счет.
Учитывая письмо Минфина России от 25.08.2014 № 03-11-11/42288, пункт 5, подпункт 6.3 пункта 6 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» (далее – Указание № 3210-У), суды указали, что подотчетное лицо должно подтвердить расход полученной денежной суммы первичными учетными документами, либо предоставить квитанцию о возврате неизрасходованной подотчетной суммы. Для документального подтверждения понесенных расходов к авансовым отчетам должны быть приложены документы об оплате пластиковыми картами товаров, работ, услуг, приобретенных для нужд организации. Таким образом, заявление на выдачу денежных средств под отчет, документы, подтверждающие их выдачу, а также документы, подтверждающие расходование выданных денежных средств согласно заявлению и назначению, по которому они выданы, должны соотноситься между собой по датам и суммам.
Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 19.11.2014 № 307-ЭС14-4473, бремя по доказыванию произведенных подотчетным лицом расходов лежит на этом лице. Следовательно, именно на ФИО1 лежит бремя доказывания факта расходования им выданных подотчет денежных средств в интересах должника, реализуемое посредством представления им в материалы дела первичных документов по осуществленным тратам (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Вместе с тем суды отметили, что выписки по личным расчетным счетам, подтверждающие оплату товаров, работ, услуг, приобретенных для нужд должника, ФИО1 не представил, как и доказательства возврата денежных средств в кассу общества; отсутствуют доказательства того, что расходование денежных средств, выданных в подотчет, осуществлено бывшим руководителем в интересах должника, непосредственно связано с деятельностью должника и подтверждено оправдательными документами, соответствующими по форме и содержанию требованиям, предъявляемым Законом о бухгалтерском учете к первичным учетным документам.
Исходя из этого, суды пришли к обоснованному выводу о том, что ответчик в нарушение указанных требований не доказал обоснованность осуществления указанных перечислений денежных средств в размере 3291 тыс. рублей со счета должника в свою пользу, и что эти перечисления осуществлялись в интересах юридического лица.
Отклоняя довод ответчика о похищении из автомобиля ответчика документов в отношении должника, суды установили, что вступивший в законную силу приговор, которым бы устанавливалось хищение истребуемых судом документов, отсутствует. Более того, согласно протоколу осмотра предметов от 23.08.2022 по адресу: <...>, объектом осмотра явились также приказ от 28.03.2018 № 1, согласно которому ФИО1 приступает к исполнению обязанностей генерального директора должника с 28.03.2018, свидетельство о постановке на учет в налоговом органе должника и его устав. Следовательно, данные обстоятельства свидетельствуют о наличии у ФИО1 по состоянию на 23.08.2022 учредительных документов должника и не подтверждают отсутствие в распоряжении ФИО1 остальных документов должника. Кроме того, на дату совершения кражи из автомобиля ФИО1 должником уже не велась хозяйственная деятельность. Вступившими в законную силу судебными актами дана оценка доводам ФИО1 о хищении у него документов и имущества должника и установлена несостоятельность таких доводов.
При указанных обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о том, что материалами дела подтверждается факт возникновения убытков у должника, противоправность действий ФИО1, причинно-следственная связь между противоправными действиями ФИО1 и наступлением вредных последствий, а также вина причинителя и размер убытков. Таким образом, является правомерный вывод о том, что материалами дела подтверждена вся совокупность условий, необходимых для привлечения ФИО1 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков в размере 3291 тыс. рублей.
Довод кассационной жалобы о том, что ФИО1 уже был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по данному эпизоду отклоняется окружным судом, поскольку требование о возмещении убытков и требование о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности носят взаимозаменяемый и взаимодополняемый характер. В связи с этим при определении соотношения этих требований необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу (пункт 1 статьи 6, абзац первый пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса). Таким образом, при наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей. Совокупный размер субсидиарной ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве (в совокупном размере требований кредиторов). В случае если одни и те же действия являются основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, размер требований носит зачетный характер. Из материалов дела следует, что размер субсидиарной ответственности ответчика в настоящее время не установлен (не окончены все мероприятия предусмотренные в конкурсном производстве). Таким образом, при определении размера субсидиарной ответственности судом будут учтены выводы, сделанные в рамках настоящего спора.
Учитывая изложенное, суды правомерно взыскали с ФИО1 убытки. Оспаривая судебные акты, заявитель жалобы документально не опроверг правильности выводов судов. Доводы кассационной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу статьи 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.
При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.
Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Ростовской области от 15.10.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2025 по делу № А53-836/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий Е.В. Андреева
Судьи В.В. Глухова
Т.Г. Истоменок