ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения суда,

не вступившего в законную силу

03 июля 2025 года Дело №А55-18103/2024

Резолютивная часть постановления оглашена 26 июня 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 03 июля 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Сафаевой Н.Р., судей Котельникова А.Г., Морозова В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Мулиновой М.В.,

с участие в открытом судебном заседании 26.06.2025 представителя общества с ограниченной ответственностью «Газавиа» – ФИО1, действующего на основании доверенности от 15.07.2024,

представителей общества с ограниченной ответственностью «Самара-Авиагаз» – ФИО2, действующего на основании доверенности от 09.01.2025, ФИО3, действующей на основании доверенности от 03.07.2024,

в отсутствие представителей третьих лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Самара-Авиагаз» на решение арбитражного суда Самарской области от 24.04.2025

по иску общества с ограниченной ответственностью «Газавиа» к обществу с ограниченной ответственностью «Самара-Авиагаз» о взыскании неосновательного обогащения,

с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - общества с ограниченной ответственностью «НОСТРО», общества с ограниченной ответственностью «Профессионал Групп Самара», акционерного общества «СЗ КВОИТ»,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Газавиа» (далее - истец), с учетом уточнений, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обратилось в арбитражный суд Самарской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Самара-Авиагаз» (далее - ответчик) о взыскании неосновательного обогащения в сумме 1 674 211 рублей 27 копеек.

В процессе рассмотрения дела к участию в нем в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечены общество с ограниченной ответственностью «НОСТРО», общество с ограниченной ответственностью «Профессионал Групп Самара» и акционерное общество «СЗ КВОИТ»,

Решением арбитражного суда Самарской области от 24.04.2025 исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано неосновательное обогащение в сумме 1 603 253 рубля 71 копейка, в удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, общество ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований полностью. Мотивы апелляционной жалобы сводятся к несоответствию выводов суда фактическим обстоятельствам дела, которые выразились в предоставлении истцом ответчику безвозмездной финансовой помощи на сумму исковых требований, а также в недобросовестном поведении истца, отказавшегося от своих собственных заверений, дававших ответчику основания полагаться на законность получения спорной суммы.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии со статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представители третьих лиц, надлежащим образом извещённые о времени и месте проведения судебного разбирательства, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, что не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие в силу норм части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации».

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец утверждал, что по поручению ответчика им в период с 31.05.2021 по 24.08.2021 осуществлялись платежи в пользу контрагентов ответчика, в частности,

- согласно платежному поручению №69 от 31.05.2021 оплачено 1 210 589 рублей 68 копеек за ООО «Самара-Авиагаз» за потребление электроэнергии за апрель 2021 г. по договору 20-0964э от 01.02.2012 в пользу Самарского отделения публичного акционерного общества энергетики и электрификации «Самараэнерго»;

- согласно платежному поручению №81 от 16.06.2021 оплачено 254 237 рублей 27 копеек за ООО «Самара-Авиагаз» за услуги по технической эксплуатации энергетических установок по письму №06/1124 от 20.05.21 в пользу акционерного общества «Самарский завод котельно-вспомогательного оборудования и трубопроводов»;

- согласно платежному поручению №87 от 30.06.2021 оплачено 12 500 рублей за ООО «Самара-Авиагаз» за активацию доступа к системам электронной отчетности по сч. 14154/002359 от 01.06.2021 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ИМЦ»;

- согласно платежному поручению №101 от 07.07.2021 оплачено 30 000 рублей за экспертные услуги по договору №2222/21 от 30.06.2021 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ностро»;

- cогласно платежному поручению №103 от 07.07.2021 оплачено 15 200 рублей за ООО «Самара-Авиагаз» cтраховой премии по сч. №021-027-0031371 от 22.06.2021 в пользу Страхового акционерного общества «ВСК»;

- согласно платежному поручению №104 от 07.07.2021 оплачено 8 100 рублей за ООО «Самара-Авиагаз» страховой премии по сч. № №021-027-0031373 от 22.06.2021 в пользу Страхового акционерного общества «ВСК»;

- согласно платежному поручению №114 от 20.07.2021 оплачено 40 957 рублей по сч. №1720 от 14.07.21 за ТМЦ в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПГС»;

- согласно платежному поручению №116 от 22.07.2021 оплачено 19 348 рублей 20 копеек за ООО «Самара-Авиагаз» авансового платежа за телефон л/c 53062 согл. тарифам по дог. 19464 от 11.01.04г. по сч. 236-1 от 30.06.21 в пользу Поволжского филиала ПАО «Мегафон»;

- согласно платежному поручению №115 от 22.07.2021 оплачено 7 928 рублей за ООО «Самара-Авиагаз» за услуги связи по договору 100630015645629, сч. 310153163 от 30.06.21 в пользу ЭР-Телеком Холдинг АО Самара;

- согласно платежному поручению №117 от 22.07.2021 оплачено 1 406 рублей 95 копеек за ООО «Самара-Авиагаз» за услуги связи по сч. №060000780 от 30.06.21 по дог. ТС-9857 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Телком 63»;

- согласно платежному поручению №119 от 22.07.2021 оплачено 3 839 рублей 09 копеек за ООО «Самара-Авиагаз» за услуги связи по л/c 363001024475;

- согласно платежному поручению №118 от 22.07.2021 оплачено 19 473 рублей 07 копеек за ООО «Самара-Авиагаз» за услуги связи по сч. 263361526275/5328042932 от 30.06.21. л/c 263361526275 в пользу ПАО «Мобильные ТелеСистемы»;

- согласно платежному поручению №164 от 24.08.2021 №164 было оплачено 22 209, 20 рублей. Назначение платежа: Оплата за ООО «Самара-Авиагаз» ИНН <***> Авансовый платеж за телефон л/c 53062 согл. тарифам по дог. №19464 от 11.01.04 г. по сч. 237-1 от 31.07.21 Сумма 22209-20 В т.ч. НДС (20%) 3701-53. Получатель платежа: Поволжский филиал ПАО «Мегафон»

- согласно платежному поручению №165 от 24.08.202 №165 оплачено 18 868 рублей 02 копейки за ООО «Самара-Авиагаз» за услуги связи по сч. 2633615262775/5352069835 от 31.07.21 г. л/c 263361526275 в пользу ПАО «Мобильные ТелеСистемы»;

- согласно платежному поручению №166 от 24.08.2021 оплачено 252 рубля 48 копеек за ООО «Самара-Авиагаз» за услуги связи по л/c 363001024475 в пользу ПАО «РОСТЕЛЕКОМ»;

- согласно платежному поручению №162 от 24.08.2021 оплачено 1 383 рубля 77 копеек за ООО «Самара-Авиагаз» за услуги связи по счету №070000911 от 31.07.2021 по дог. ТС-9857 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Телеком 63»;

- согласно платежному поручению №163 от 24.08.2021 оплачено 7 928 рублей за ООО «Самара-Авиагаз» за услуги связи по договору №100630015645629, сч. 311631755 от 31.07.2021 в пользу Эр-Телеком Холдинг АО Самара.

Поскольку ответчик не представил какого-либо встречного представления в пользу истца на сумму произведенных по его указанию платежей, истец предъявил их к взысканию с ответчика в качестве неосновательного обогащения.

Суд, исключая из заявленной суммы требования, основанные на платежных поручениях №101 от 07.07.2021 на сумму 30 000 рублей и №114 от 20.07.2021 на сумму 40 957 рублей, указал, что истцом не представлены доказательства совершения данных платежей в интересах ответчика.

Остальные платежи суд первой инстанции признал в качестве основания возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом иными правовыми актами, а также действий граждан и юридических лиц, в том числе, - из договоров и иных сделок, а также из неосновательного обогащения.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом.

В частности нормами статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрен такой способ защиты, как востребование потерпевшим от приобретателя неосновательного обогащения. Пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из приведенных норм материального права следует, что приобретенное либо сбереженное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе, когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего.

При этом в целях определения лица, с которого подлежит взысканию неосновательное обогащение, необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения (пункт 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой.

Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019).

Вместе с тем, учитывая объективную невозможность доказывания отрицательного факта (отсутствие встречного предоставления, на что ссылается истец), истец должен доказать факт перечисления денежных средств и заявить об отсутствии встречного предоставления.

В свою очередь, ответчик, заявляя возражения, мотивированные получением денежных средств на определенном правовом основании, должен доказать его наличие и эквивалентность встречного предоставления.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку истец заявил об отсутствии встречного представления ответчика на сумму произведенных за него платежей, наличие обратного должен доказать ответчик.

Возражения ответчика основывались на утверждениях об афиллированных отношениях сторон, в рамках которых, производя оплату за ответчика, истец тем самым оказывал безвозмездную финансовую помощь своему взаимозависимому лицу в период неудовлетворительного финансового состояния последнего.

Так, ответчик указывал, что компания ответчика являлась участником общества с ограниченной ответственностью «Самара-Авиагаз» с долей в участия от 51% до 49% в разные периоды времени.

В связи с наличием у общества с ограниченной ответственностью «Самара-Авиагаз» признаков неплатежеспособности в отношении данного лица было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве), в отношении него была введена процедура наблюдения и сформирован реестр кредиторов на сумму 113 674 762 рубля.

Исполняя финансовые обязательства должника, его мажоритарный участник, каковым являлся истец, по утверждению ответчика, осуществлял компенсационное (корпоративное) финансирование должника, в подтверждение чего ответчиком в материалы дела были представлены данные бухгалтерского учета, отражающие произведенные финансовые операции в качестве увеличения уставного капитала и прочих доходов общества с ограниченной ответственностью «Самара-Авиагаз».

Относительно существа компенсационного финансирования и его последствий судебной практикой выработаны следующие правовые позиции

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.

При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием иных механизмов, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

В ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4, 5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 305-ЭС17-17208).

Таким образом, компенсационное финансирование само по себе не предполагает его невозвратность, а лишь повышает риски такого невозврата в ситуации, когда у несостоятельного должника имеются независимые кредиторы, требования которых удовлетворяются в приоритетном порядке в сравнении с требованием корпоративного кредитора.

Судом апелляционной инстанции установлено, что определением арбитражного суда Самарской области от 29.12.2021 прекращено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Самара-Авиагаз» на основании норм абзаца 7 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве (удовлетворение всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов).

Учитывая изложенное, в настоящее время у истца не имеется препятствий для востребования от ответчика спорной суммы, даже если бы она имела признаки компенсационного финансирования.

Более того, в процессе рассмотрения дела истец подтвердил, что в его бухгалтерском учете спорные суммы не отражались в качестве финансовой помощи, напротив, относились к дебиторской задолженности истца.

Квалификация ответчиком спорных платежей в качестве безвозвратной финансовой помощи носила односторонний характер и не согласовывалась с плательщиком в качестве таковой, в результате чего спорные суммы были отражены на разных счетах бухгалтерского учета сторон.

Подпунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Названная норма Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению только в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего (дарение), либо с благотворительной целью.

В данном случае ответчик не доказал, что истец, совершая спорные платежи по просьбе ответчика, преследовал благотворительные цели или имел намерение одарить ответчика, учитывая, что дарение между коммерческими организациями запрещено законном (п.п.4 пункта 1 статьи 575 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Приведенные в апелляционной жалобе ссылки на положения опционного соглашения от 27.08.2021, заключенного между истцом и акционерным обществом «РУМО», в котором имеется указание на то, что общество с ограниченной ответственностью «Газавиа» не имеет каких-либо финансовых претензий к обществу с ограниченной ответственностью «Самара-Авиагаз», в данном случае не имеют существенного значения.

В рамках реформы обязательственного права Федеральным законом от 08.03.2015 N 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» Гражданский кодекс дополнен статьей 431.2 «Заверения об обстоятельствах».

Как указано в данной статье, сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку (пункт 1). Сторона, полагавшаяся на недостоверные заверения контрагента, имеющие для нее существенное значение, наряду с требованием о возмещении убытков или взыскании неустойки также вправе отказаться от договора, если иное не предусмотрено соглашением сторон (пункт 2).

В пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что сторона договора, явно и недвусмысленно заверившая другую сторону об обстоятельствах, тем самым, принимает на себя ответственность за соответствие заверения действительности дополнительно к ответственности, установленной законом или вытекающей из существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В случае, когда сторона договора заверила другую сторону об обстоятельствах, непосредственно относящихся к предмету договора, последствия недостоверности заверения определяются правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в Гражданском кодексе и иных законах, а также статьей 431.2 названного Кодекса, иными общими положениями о договоре и обязательствах. Равным образом такой подход применяется к случаям, когда продаются акции или доли участия в обществах с ограниченной ответственностью и продавец предоставляет информацию в отношении характеристик хозяйственного общества и состава его активов.

Исходя из пункта 4 статьи 431.2 Гражданского кодекса, если заверение предоставлено лицом при осуществлении предпринимательской деятельности или в связи с корпоративным договором или договором об отчуждении акций (долей в уставном капитале) хозяйственного общества, то в случае недостоверности заверения последствия, предусмотренные пунктами 1 и 2 данной статьи, применяются к предоставившему заверение лицу независимо от его поведения и вне зависимости от того, было ли ему известно о недостоверности заверений (пункт 35 Постановления N 49 и абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

Как следует из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений по их применению, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, определенный статьей 431.2 Гражданского кодекса механизм ответственности за договорные заверения основывается на том, что предоставление лицом определенной информации может влиять на намерение другого лица установить обязательства.

Исходя из изложенного, продавец долей в уставном капитале, давший заверения об отсутствии нарушений в деятельности общества, по общему правилу отвечает перед покупателем за негативные последствия выявления соответствующих нарушений заинтересованными лицами, в том числе контролирующими органами, и не вправе выдвигать возражения, основанные на отсутствии причинно-следственной связи между его поведением и возникновением (выявлением) соответствующих нарушений, неизвестности ему фактов нарушений в деятельности юридического лица, отсутствии его вины в наступлении событий, произошедших после совершения сделки и т.п.

Таким образом, недействительные заверения поражают ответственность лица, давшего такие заверения, исключительно перед лицом, которому такие заверения были даны. Недобросовестность такого лица не может порождать последствий, предусмотренных статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в отношении лиц, которым заверения не давались.

Принимая во внимание вышеизложенное, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ответчиком не был опровергнут факт его неосновательного обогащения на сумму 1 603 253 рубля 71 копейка за счет совершенных истцом платежей по исполнению финансовых обязательств ответчика.

Поскольку заявитель в апелляционной жалобе не ссылается на доказательства, и не приводит доводы, которые бы не были учтены и оценены судом первой инстанции, равно как и на доказательства, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционный суд приходит к мнению о том, что дело рассмотрено судом первой инстанции полно и всесторонне, в связи с чем не имеется правовых оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы расходы на уплату государственной пошлины за ее рассмотрение подлежат отнесению на заявителя жалобы в силу норм статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и не подлежат возмещению за счет истца, в пользу которого принят настоящий судебный акт.

Настоящее постановление в соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем оно направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

постановил:

решение арбитражного суда Самарской области от 24.04.2025 по делу №А55-18103/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев, в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Председательствующий Н.Р. Сафаева

Судьи А.Г. Котельников

В.А. Морозов