АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород

Дело № А43-1428/2023

20 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12.03.2025.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Белозеровой Ю.Б.,

судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.,

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 25.09.2024 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024

по делу № А43-1428/2023

по заявлению ФИО2

о признании недействительными сделок должника – ФИО3

(ИНН <***>, СНИЛС <***>)

по перечислению денежных средств ФИО1

(ИНН <***>, СНИЛС <***>)

и

установил :

в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратилась ФИО2 (далее – кредитор) с заявлением о признании недействительными сделок должника по перечислению ФИО1 (далее – ответчик) в период с 22.09.2020 по 03.08.2021 денежных средств в общей сумме 696 334 рубля 81 копейка; о применении последствий недействительности сделок.

Требование заявлено на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано совершением должником в период наличия неисполненных обязательств перед кредитором перечислений денежных средств без встречного предоставления с целью вывода имущества.

Суд первой инстанции определением от 25.09.2024, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024, удовлетворил заявление кредитора.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить.

В кассационной жалобе ответчик ссылается на неправильное применение судами положений статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и указывает, что основания для признания недействительными сделками оспариваемых платежей отсутствуют, поскольку не доказана неплатежеспособность должника в период их совершения.

Кроме того, кассатор полагает, что в счет оспариваемых перечислений должником получено встречное предоставление в рамках экономических отношений сторон, основанных на ведении общей деятельности в сфере сопровождения процедур банкротства. В период совершения взаимных расчетов ФИО3 и ФИО1 являлись арбитражными управляющими, работали в одном офисе и совместно осуществляли сопровождение процедур банкротства физических лиц.

Заявитель кассационной жалобы отмечает, что оценка правомерности совершенных должником в пользу ФИО1 оплат дана Нижегородским районным судом города Нижнего Новгорода при вынесении решения от 02.03.2023 по делу № 2-506/2023 по иску ФИО4 к ФИО1 о взыскании 424 800 рублей неосновательного обогащения. Установленные судебными актами по данному делу обстоятельства необоснованно проигнорированы судами в рассматриваемом обособленном споре.

ФИО1 отмечает, что имеются признаки недобросовестного поведения должника и кредитора при включении требований ФИО2 в реестр требований кредиторов должника. Кредитор на протяжении длительного периода не принимал мер для истребования задолженности по договору купли-продажи от 16.04.2017 и не заявлял о ее наличии; цена договора (40 000 000 рублей) является явно завышенной, что свидетельствует о намерении сторон создать фиктивную кредиторскую задолженность ФИО3 в пользу заинтересованного лица.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

От ФИО2 в суд округа поступил отзыв, в котором заявлены возражения по доводам кассационной жалобы. По мнению кредитора в период совершения оспариваемых перечислений должник отвечал признакам неплатежеспособности. Кроме того, платежные документы не содержат информации о назначении спорных платежей, мотивы перечислений не раскрыты; наличие у должника обязательств перед ФИО1 не подтверждено; доказательств получения должником встречного предоставления не имеется.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению жалобы.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением от 27.01.2023 Арбитражный суд Нижегородской области принял к производству заявление ФИО3 о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 15.03.2023 ФИО3 признан банкротом, введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Определением суда от 10.11.2023 в реестр требований кредиторов должника включены требования ФИО6 размере 48 642 100 рублей, в том числе: 39 000 000 рублей требования кредиторов третьей очереди; 9 642 100 рублей требования кредиторов третьей очереди, учитывающиеся отдельно и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы долга и причитающихся процентов.

Требование кредитора основано на неисполнении должником обязательств по оплате цены договора купли-продажи земельного участка от 16.04.2017 в части 39 000 000 рублей, которые должны быть оплачены до 06.04.2020.

В период с 22.09.2020 по 03.08.2021 со счета должника совершены платежи на счет ФИО1 на общую сумму 696 334 рублей 81 копейки. Назначение платежей не указано.

Полагая, что перечисление денежных средств совершено должником в пользу ФИО1 в отсутствие встречного предоставления с целью вывода имущества, на которое возможно обратить взыскание, ФИО6 обратилась в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок.

Исследовав материалы дела, изучив доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее, суд кассационной инстанции принял постановление, руководствуясь следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63) разъяснено, что по правилам указанной главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Абзацем вторым указанного пункта предусмотрено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 6 постановления № 63, следует, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 7 постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 постановления № 63).

Таким образом, существо подозрительной сделки сводится к правонарушению, заключающемуся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная на основании статьей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обеих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из разъяснений, изложенных в четвертом абзаце пункта 4 постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную.

В то же время наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 27.01.2023, оспариваемые перечисления совершены с 22.09.2020 по 03.08.2021, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Факт осуществления со счета должника в пользу ответчика платежей на сумму 696 334 рубля 81 копейку подтвержден выпиской по расчетному счету ФИО3, открытому в акционерном обществе «Тинькофф Банк».

На момент совершения сделок ФИО3 имел неисполненное денежное обязательство перед ФИО2 в размере 48 642 100 рублей, возникшее из договора купли-продажи от 16.04.2017 со сроком оплаты до 06.04.2020, требование которой включено в реестр требований кредиторов должника.

Суды заключили, что между ФИО3 и ФИО1 имелись межличностные отношения, свидетельствующие о фактической аффилированности сторон и осведомленности ответчика о цели причинения вреда кредиторам должника.

Не установив назначения оспоренных платежей и документов, подтверждающих наличие договорных и иных обязательственных правоотношений должника с ответчиком, суды пришли к выводу, что перечисление денежных средств ФИО1 произведено ФИО3 безвозмездно, без какого-либо встречного предоставления, с целью сокрытия имущества от кредиторов.

Принимая во внимание изложенное, суды удовлетворили заявление кредитора и признали сделки по перечислению денежных средств недействительными.

Вместе с тем судами первой и апелляционной инстанции не учтено следующее.

В силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Как разъяснено в пункте 2 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» (далее – Постановление № 57) при подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, в том числе о соблюдении правил его заключения, о наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших.

В ходе рассмотрения дела суд исследует указанные обстоятельства, которые, будучи установленными вступившим в законную силу судебным актом, не подлежат доказыванию вновь при рассмотрении иска об оспаривании договора с участием тех же лиц (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судам также следует иметь в виду, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

Вступившим в законную силу решением Нижегородского районного суда города Нижнего Новгорода от 02.03.2023 по делу № 2-506/2023 ФИО3 отказано в удовлетворении иска к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в размере 424 800 рублей, возникшего в результате перечисления в период с 20.04.2021 по 03.08.2021 со счета должника на счет ответчика 264 800 рублей и снятия с банковской карты ФИО3 160 000 рублей.

Истец указывал, что платежные операции совершены самим ФИО1, поскольку он имел доступ к банковской карте ФИО3, который на основании приговора Нижегородского районного суда города Нижнего Новгорода от 02.04.2021 взят под стражу в зале суда (02.04.2021) с дальнейшим отбыванием наказания в колонии строгого режима.

При рассмотрении дела № 2-506/2023 суд установил, что снятие 160 000 рублей с банковской карты должника ФИО1 не подтверждено. Кроме того, в период с июля по октябрь 2020 года ФИО1 на карту ФИО3 были перечислены денежные средства в размере 287 370 рублей, что превышает поступившую со счета должника сумму.

Кроме того, судами общей юрисдикции первой и апелляционной инстанций установлено, что должник и ответчик являлись финансовыми управляющими и между ними имелись личные взаимоотношения. Перечисления денег осуществлено разными суммами и неоднократно, систематически и последовательно, ранее ФИО1 проводились перечисления на карту ФИО3 в общей сумме, превышающей сумму платежей должника.

Данные обстоятельства оценены судами как свидетельствующие о наличии обязательственных отношений сторон.

Указанные обстоятельства отражены в решении Нижегородского районного суда города Нижнего Новгорода от 02.03.2023 по делу № 2-506/2023 и апелляционном определении Нижегородского областного суда от 07.11.2023 по данному делу.

На основании изложенного, принимая во внимание участие при рассмотрении дела № 2-506/2023 должника и ответчика, установленные в рамках указанного дела фактические обстоятельства в силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеют преюдициальное значение для указанных лиц в рамках настоящего обособленного спора.

Таким образом, у судов первой и апелляционной инстанций не имелось оснований для противоположной оценки платежных документов, которые уже были оценены в рамках дела о взыскании неосновательного обогащения. Иной вывод мог быть сделан в рассматриваемом обособленном споре на основании дополнительных доказательств, опровергающих установленные в деле № 2-506/2023 обстоятельства.

Вместе с тем, такие фактические обстоятельства судами не установлены, об их наличии сторонами не заявлено.

Кроме того, возражая против заявленных требований, ФИО1 ссылался на перечисление должнику в период с 26.05.2020 по 29.03.2021 денежных средств в сумме, превышающей сумму оспариваемых платежей. Суд апелляционной инстанции установил, что в подтверждение своих доводов ответчик представил в материалы дела чеки по операциям акционерного общества «Тинькофф Банк», подтверждающие перечисление ФИО7 денежных средств.

Однако по итогам анализа чеков в совокупности с выписками по банковским счетам ФИО3, суды не установили назначения платежей и расценили спорные банковские операции как совершенные безвозмездно.

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в постановлении № 63, одним из необходимых обстоятельств, подлежащих установлению для признания недействительной сделки должника недействительной, является причинение вреда имущественным правам кредиторов, под которым в силу статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику.

В отсутствие такого условия наличие у должника признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) и заинтересованность сторон сделки, даже будучи доказанными, сами по себе не имеют правового значения, так как не являются самостоятельными основаниями для признания сделки недействительной.

Совершение ответчиком в пользу должника платежей в сумме превышающей размер полученного от ФИО3 по оспариваемой сделке исключает сам факт причинения вреда имущественным правам его кредиторов.

В таком случае наличие либо отсутствие назначения платежей, а также договорных отношений между должником и ответчиком не являются значимыми для рассмотрения настоящего спора обстоятельствами. При этом необходимо учесть, что сторонами сделки являются физические лица, применительно к которым действующим законодательством не установлено ограничений на перечисление денежных средств в отсутствие сведений о назначении соответствующих платежных операций.

ФИО1 были представлены пояснения о том, что между должником и ответчиком имели место партнерские отношения на основе устных договоренностей, имелось намерение создать общий бизнес.

Из материалов электронного дела о банкротстве ФИО3 № А43-1428/2023 следует, что Арбитражный суд Нижегородской области определением от 27.09.2024 отказал в удовлетворении заявления ФИО2 о признании недействительной сделкой должника соглашения от 25.06.2021 о передаче полномочий финансового управляющего ФИО3 ФИО1, что согласуется с пояснениями ответчика, представленными в материалы рассматриваемого обособленного спора.

Таким образом, у судов не имелось оснований для признания оспариваемых платежей недействительными сделками по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Выход обстоятельств совершения платежей за рамки признаков подозрительной сделки, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судами не установлен, следовательно, положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в рассматриваемом споре не подлежали применению.

Обжалуемые судебные акты приняты при неправильном применении судами норм материального права, что в силу части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основаниями для отмены определения Арбитражного суда Нижегородской области от 25.09.2024 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024.

На основании пункта 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права.

В рассматриваемых правоотношениях отсутствие факта причинения вреда имущественным правам кредиторов должника исключает возможность применения к оспариваемым сделкам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного окружной суд отказывает в удовлетворении требований ФИО2 о признании недействительными сделками должника платежей в пользу ФИО1 на сумму 696 334 рубля 81 копейку.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации понесенные ФИО1 судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб подлежат возмещению за счет ФИО2

При изготовлении полного текста постановления суд округа установил, что при подготовке резолютивной части постановления была допущена опечатка, в результате которой указана неверная дата вынесения постановления Первого арбитражного апелляционного суда по данному обособленному спору – 23.12.2023, правильной следует считать дату 23.12.2024.

Указанная опечатка не влияет на существо постановления и подлежит исправлению на основании статьи 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 2 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

отменить определение Арбитражного суда Нижегородской области от 25.09.2024 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 по делу № А43-1428/2023.

Отказать ФИО2 в удовлетворении заявления.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 30 000 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб.

Арбитражному суду Нижегородской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Ю.Б. Белозерова

Судьи

Е.В. Елисеева

С.В. Ионычева