Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

город Пермь 08 ноября 2023 года Дело № А50-15956/2023

Резолютивная часть решения вынесена 07 ноября 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 08 ноября 2023 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Кремер Ю.О., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Згогуриной Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление Компании «КМА Концептс Лимитед» (Оффшор Инкорпорейшнз (Сейшелз) Лимитед, п.я 1239, Оффшор Инкорпорейшнз Центр, Виктория, Маэ, Республика Сейшельские Острова; номер компании: 115789; дата регистрации: 23.11.2012)

к ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

при участии представителя истца ФИО2, по доверенности от 30.05.2023, паспорт, диплом; в отсутствии представителей иных лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

Компания «КМА Концептс Лимитед» (далее – истец) обратилась в арбитражный суд к ФИО1 (далее - ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 1 236 493 (надпись Stikbot) в размере 50 000 руб.

Требования истца обоснованы правовыми ссылками на статьи 1225, 1229, 1252, 1259, 1301, 1477, 1479, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Представитель истца в судебном заседании дал пояснения, на удовлетворении исковых требований настаивает в полном объеме, по основаниям указанным в иске.

Ответчик о времени и месте рассмотрения искового заявления извещен надлежащим образом путем направления в его адрес копии определения заказным письмом с уведомлением, а также размещения данной информации на официальном сайте суда, ссылка на который имеется в определении о

принятии искового заявления к производству, в судебное заседание представителей не направил, отзыв суду не представил.

В силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в отсутствие их представителей.

Заслушав пояснения истца, исследовав материалы дела, в соответствии со ст. ст. 65, 71, 162 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Компания «КМА Концептс Лимитед» была учреждена 23.11.2012 г. в соответствии с Законом о международных коммерческих компаниях 2016 года под номером 115789.

Согласно данным регистратора международных коммерческих компаний следует, что в настоящее время Компания «КМА Концептс Лимитед» зарегистрированная под номером 115789 является действующей.

Компании «КМА Концептс Лимитед» на основании свидетельств о регистрации товарных знаков подтвержденных Международным бюро Всемирной организации интеллектуальной собственности (WIPO), а также на основании свидетельств о регистрации товарных знаков, выданных Федеральной службой по интеллектуальной собственности принадлежит, в том числе, товарный знак:

- товарный знак № 1 236 493 (надпись Stikbot) от 21.01.2015 г., классы МКТУ № 28.

Следовательно, вышеуказанный товарный знак имеет международную охрану на территории Российской Федерации, в том числе в отношении товара, который был реализован Ответчиком – 28 (игрушки) класс МКТУ.

На основе представленных по делу доказательств судом установлено, что 25.08.2020, на торговой точке, расположенной по адресу: <...>, был установлен и задокументирован факт продажи товара, обладающего признаками контрафактности — игрушка «Stikbot» стоимостью 200 руб.

Факт ведения хозяйственной деятельности ответчиком по указанному адресу подтверждается товарным чеком, выданным ответчиком при реализации товара, на котором указаны ФИО ответчика, его ИНН, сумма, уплаченная за товар 200 руб., из общей суммы 300 руб., дата покупки; спорным товаром, видеозаписью закупки товара.

Таким образом, суду представлены допустимые и относимые доказательства факта приобретения спорного товара у ответчика. Данные обстоятельства подтверждаются совокупностью представленных в дело доказательств. Указанные обстоятельства ответчиком не оспорены (ст. 65 АПК РФ).

Истец указывает, что при осмотре товара, проданным ответчиком установлено, что товар является контрафактным, поскольку на игрушке, отсутствует информация о правообладателе товарного знака и об изготовителе товара.

Права на использование товарного знака истец ответчику не передавал, в связи с чем, действия ответчика нарушают исключительные права истца на средство индивидуализации товара и на результат интеллектуальной деятельности.

Истцом в адрес ответчика 15.11.2022 была направлена претензия с целью досудебного урегулирования и соблюдения претензионного порядка разрешения данной категории споров.

Ответчик претензию оставил без ответа.

Ссылаясь на реализацию ответчиком продукции без согласия правообладателя, истец обратился с заявленными требованиями в арбитражный суд. Истец указал, что не передавал ответчику права на использование товарного знака, в связи с чем действия ответчика нарушают исключительные права истца.

Изучив материалы дела, суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ.

Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения права истца именно ответчиком.

В силу ст. 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно п. 1 ст. 1477 ГК РФ, на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (ст. 1482 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в п. 2 указанной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных

товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (п. 3 ст. 1484 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительными правами на спорный товарный знак, в отношении которого было зафиксировано нарушение со стороны ответчика.

Факт реализации ответчиком спорного товара в торговой точке, где осуществлял предпринимательскую деятельность ответчик, подтверждается материалами дела.

В силу ст. 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Факт розничной продажи ответчиком контрафактного товара подтвержден чеком от 25.08.2020, который содержит данные ответчика; чек отвечает требованиям ст.ст. 67 и 68 АПК РФ, следовательно, является доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Кроме того, истцом представлена видеозапись момента реализации контрафактного товара.

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует ст.ст. 12, 14 ГК РФ и корреспондирует ч. 2 ст. 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Указанная видеозапись позволяет определить время, место, в котором было произведено распространение товаров, а также обстоятельства покупки.

Согласно ч. 2 ст. 64 АПК РФ, аудиозаписи и видеозаписи допускаются в качестве доказательств.

Как следует из представленной в материалы дела видеозаписи, на ней зафиксирован процесс приобретения товара, оплата товара.

Суду на обозрение истцом представлен также спорный товар – игрушка «Stikbot», схожая до степени смешения с товарным знаком № 1 236 493 (надпись Stikbot).

Вопрос об оценке сходства до степени смешения сравниваемых товарных знаков не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями (п. 162

Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18.07.2006 № 2979/06, от 17.04.2012 № 16577/11, п. 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015, Определение Верховного Суда РФ от 02.02.2017 № 309-ЭС16-15153).

При определении сходства изобразительных и словесных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

Суд, проведя сравнительный анализ противопоставляемых обозначений, установил их визуальное сходство, что свидетельствует о восприятии у обычного потребителя изображений и надписи как товарных знаков, принадлежащих истцу, в связи с чем, пришел к выводу о возможности ассоциировать сравниваемые объекты один с другим, а, следовательно, об их сходстве до степени смешения.

Доказательств, подтверждающих, что истец передал ответчику исключительные права на использование товарного знака, ответчиком в материалы дела не представлено.

Таким образом, представленные в материалы дела доказательства, в своей совокупности и взаимосвязи, подтверждают факт нарушения ответчиком прав истца на товарный знак путем реализации контрафактного товара.

В п. 4 ст. 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, в равной мере применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению. Размещение на контрафактных товарах обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком правообладателя, позволяет последнему по своему выбору требовать взыскания компенсации в размере, предусмотренном подп. 1 либо подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, в том числе в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (п. 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом ВС РФ 23.09.2015, п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Определяя размер компенсации, суд учитывает, что правообладатель в соответствии с п. 3 ст. 1252 ГК РФ вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования средства индивидуализации, в том числе за каждый случай размещения товарного знака на одном материальном носителе (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.11.2012 № 9414/12).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Из материалов дела усматривается, что истцом выбран способ определения компенсации из расчета от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению.

Истец просит суд взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 1 236 493 в размере 50 000 руб.

Компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного произвольного снижения размера компенсации со стороны суда.

Отзыва на иск ответчик не представил, о снижении судом компенсации за нарушение исключительных прав не просил. Ответчиком не было представлено доказательств того, что размер компенсации многократно превышает размер причиненных убытков, не представлено доказательств того, что нарушение не носит грубый характер, что ответчик предпринимал попытки проверки партии товара на предмет нарушения исключительных прав третьих лиц. Необходимость применения судом такой меры как снижение размера компенсации ответчиком не доказана.

Таким образом, суд полагает заявленную истцом компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак в сумме 50 000 руб., соразмерной совершенному нарушению прав истца и подлежащей взысканию с ответчика.

Принимая во внимание изложенное, оценив имеющиеся в деле доказательства, учитывая, что ответчик, реализовав спорный товар, нарушил исключительные права истца на товарный знак, требования истца признаны судом обоснованными и подлежащими удовлетворению в заявленной сумме– 50 000 руб.

В соответствии со ст. 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

По правилам ст. 110 АПК РФ подлежат взысканию с ответчика расходы по приобретению спорного товара в сумме 200 руб., почтовые расходы в общей сумме 219 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2 000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Компании «КМА Концептс Лимитед» (Оффшор Инкорпорейшнз (Сейшелз) Лимитед, п.я 1239, Оффшор Инкорпорейшнз Центр, Виктория, Маэ, Республика Сейшельские Острова; номер компании: 115789; дата регистрации: 23.11.2012) компенсацию за нарушение прав на товарный знак № 1 236 493 (надпись Stikbot) в размере 50 000 руб., а также 2 000 руб. 00 коп. судебных расходов по оплате государственной пошлины, 419 руб. 00 коп. судебных издержек

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Судья Ю.О. Кремер