ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>
E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда апелляционной инстанции
по проверке законности и обоснованности решений (определений)
арбитражных судов, не вступивших в законную силу
город Ростов-на-Донудело № А32-27653/2021
15 мая 2025 года15АП-3955/2025
Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2025 года.
Полный текст постановления изготовлен 15 мая 2025 года.
Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,
судей Деминой Я.А., Чеснокова С.С.,
при ведении протокола судебного заседания ФИО1,
при участии:
от ФИО2: представитель ФИО3 на основании ордера № 689704 от 06.05.2025;
от ФИО4: представитель ФИО3 по доверенности от 21.10.2023
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО5 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.03.2025 по делу № А32-27653/2021 об отказе удовлетворении заявления о признании сделки недействительной по заявлению финансового управляющего к ФИО4 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>),
УСТАНОВИЛ:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник) финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительного брачного договора № 23АА7880349 от 21.06.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО4.
Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.03.2025 в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной отказано.
Определение мотивировано тем, что сделка совершена более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве и не может быть оспорена по специальным основаниям, установленным законодательством о банкротстве
Финансовый управляющий ФИО5 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил определение отменить.
Апелляционная жалоба мотивирована тем, что по условиям брачного договора супруги изменили установленный законом режим общей совместной собственности в отношении всего имущества, приобретенного в браке, в результате заключения брачного договора ликвидное имущество стало единоличной собственностью супруги должника, что позволяет ей в последующем его реализовать в целях вывода из конкурсной массы и причинения, соответственно, вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, реализация супругами права по определению режима имущества и распоряжения общим имуществом путем заключения брачного договора не должна ставить одного из супругов в крайне неблагоприятное положение, например вследствие существенной непропорциональности долей в общем имуществе либо лишения одного из супругов полностью права на имущество, нажитое в период брака. В связи с этим, финансовый управляющий полагает, что оспариваемый брачный договор был совершен с целью злоупотребления правом и вывода активов должника.
В отзыве на апелляционную жалобу ФИО4 возражала в отношении заявленных доводов, указывала на отсутствие признаков злоупотребления правом и совершение сделки за пределами периода подозрительности, в связи с чем просила определение суда оставить без изменения.
Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина.
В ходе исполнения обязанностей финансовым управляющим установлено, что согласно копии свидетельства о заключении брака должник ФИО2 состоит в браке с ФИО4, брак зарегистрирован 06.11.1991.
21.06.2018 между ФИО2 и ФИО4 был заключен брачный договор № 23АА7880349 от 21.06.2018, который был удостоверен нотариусом Туапсинского нотариального округа ФИО6, в соответствии с которым между супругами был установлен режим раздельной собственности.
Также 21.06.2018 между Вячеславом Алексеевичем и ФИО4 были заключены договоры дарения следующих объектов недвижимости: Квартира, адрес: <...>; Гаражный бокс, адрес: <...> ГСК № 81 гаражный бокс 19, которые также были удостоверены нотариусом Туапсинского нотариального округа ФИО6.
Полагая, что спорный брачный договор является недействительной сделкой применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.
Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.
По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора, независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела.
Из материалов дела следует, что оспариваемый брачный договор заключен 21.06.2018, а производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 возбуждено 07.08.2021, т.е. оспариваемый договор заключен за пределами за пределами трехлетнего периода подозрительности.
Определяя подлежащие применению к оспариваемым сделкам нормы, суд апелляционной инстанции исходит из того, что в качестве оснований для оспаривания заявлено о совершении сделки в условиях неплатежеспособности должника и с целью вывода имущества должника.
Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее - постановление № 63).
По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.
В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).
Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. Данная позиция сформулирована Верховым Судом Российской Федерации в определении от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016.
Как указано ранее, основанием для оспаривания послужило совершение сделок в условиях признаков неплатежеспособности для целей вывода имущества должника во избежание обращения на него взыскания. Между тем, правонарушение, заключающееся в необоснованном заключении сделок в условиях признаков неплатежеспособности, причиняющее ущерб конкурсной массе является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.
Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.
Соответственно, вмененные ответчикам нарушения в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов. Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 № 305-ЭС19-18803(10), постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.12.2022 по делу № А32-48573/2021 и от 13.07.2022 по делу № А53-1051/2021.
Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, для признания сделки мнимой на основании статьи 170 Гражданского кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.
В материалах дела также не содержится доказательств недобросовестного поведения сторон оспариваемой сделки. Финансовым управляющим не приведено разумных и убедительных доводов относительно поведения сторон, позволяющих констатировать мнимый характер сделок.
При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для применения к спорным отношениям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, ввиду чего при оценке оспариваемых договора подлежат применению положения Закона о банкротстве. Данный вывод соответствует позиции, изложенной в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.10.2022 по делу № А32-57589/2021, от 20.11.2023 по делу № А32-12839/2021, от 21.02.2024 по делу № А63-14109/2021.
В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Согласно пункту 5 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).
Таким образом, для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходима доказать наличие следующих обстоятельств: совершение сделки в пределах трех лет до возбуждения дела о банкротстве, наличия у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, осведомленность ответчика о наличии таких признаков, а также наличие противоправной цели совершения сделки (например, вывод активов должника).
Обращаясь в суд с заявлением о признании сделки недействительной, финансовый управляющий указывает на то, что на момент заключения брачного договора у должника имелись неисполненные обязательства перед следующими кредиторами:
- ФНС России в лице Межрайонной Инспекции ФНС России № 6 по Краснодарскому краю в размере 1 470 1 55,78 рублей, что подтверждается определением Арбитражного суда о признании заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации долгов от 21.11.2022 по делу № А32-27653/2021. Данная задолженность образовалось до даты заключения брачного договора.
- ФНС России в лице Межрайонной Инспекции ФНС России № 6 по Краснодарскому краю в размере 216 3 79,56 рублей, что подтверждается определением Арбитражного суда о включении задолженности в реестр требований кредиторов от 08.08.2022 по делу № А32-27653/2021. Основанием возникновения указанной задолженности являются налоговые уведомления от 01.09.2020 за 2019 год по сроку уплату 01.12.2020, от 01.09.2021 за 2020 год по сроку уплаты 01.12.2021; налоговые требования от 12.12.2018, 20.12.2019, 01.06.2022, 09.07.2019, 12.12.2018, 17.05.2019, 08.07.2019, 01.11.2019, 12.12.2018.
- ПАО Банк ВТБ в размере 1 843 367,30 рублей, что подтверждается определением Арбитражного суда о включении задолженности в реестр требований кредиторов от 05.12.2022 по делу № А32-27653/2021. Основанием возникновения задолженности являются кредитные договоры от 16.09.2010, от 06.03.2017.
- «Независимая энергосбытовая компания Краснодарского края» в размере 25 738,67 рублей, что подтверждается определением Арбитражного суда о включении задолженности в реестр требований кредиторов от 19.12.2022 по делу № А32-27653/2021. Основанием возникновения задолженности является судебный приказ судебного участка № 110 г. Туапсе от 17.08.2018.
Между тем, судебная коллегия учитывает, что заключение брачного договора в июне 2018 года, при условии возникновения обязательств перед кредиторами ранее, не может нарушать права таких кредиторов.
Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 3 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве гражда» если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 ГК РФ), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 СК РФ). В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную массу должника. Включенное таким образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества.
Поскольку обязательства перед кредиторами возникли ранее заключения брачного договора, то кредиторы юридически не связаны изменением режима имущества супругов. Оспариванием брачного договора, не изменяющего для таких кредиторов правового режим имущества, не повлечет достижения целей конкурсного оспаривания сделки.
Судебная коллегия учитывает, что согласно выписки из ЕГРН № КУВИ-001/2023-2961439 в отношении имущества, принадлежащего ФИО4, за супругой должника было зарегистрировано право собственности на жилое здание с кадастровым номером 23:33:1401002:1226 (право прекращено 26.10.2020), земельный участок с кадастровым номером 23:33:1401002:46 (право прекращено 26.10.2020), жилое помещение с кадастровым номером 23:33:0906002:638 (право прекращено 26.11.2020), жилое помещение с кадастровым номером 23:51:0202009:1241 (право прекращено 31.05.2022).
Данное имущество приобретено в период брака, брачный договор в части закрепления права собственности супруги на данное имущество не связывает кредиторов, обязательства перед которыми возникли ранее его заключения, ввиду чего права кредиторов могли быть восстановлены оспариванием сделок по отчуждению указанного выше имущества, а не оспаривание брачного договора.
Кроме того, как указал Верховный суд Российской Федерации в определении от 29.01.2020 по делу № 308-ЭС19-18779 (1,2), сделки, совершенные за пределами трехлетнего периода подозрительности, перспектив на судебное оспаривание по главе III.1 Закона о банкротстве не имеют, так как с высокой вероятностью ожидаем судебный отказ в удовлетворении заявленных требований.
Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что возбуждение дела о банкротстве находилось вне воли должника. Так, заявление о признании должника банкротом подано уполномоченным органом 22.06.2021 и оставлено без движения до 04.08.2021, с последующем продлением срока оставления без движения до 17.09.2021. После устранения обстоятельства оставления заявления без движения заявление уполномоченного органа принято к производству определением от 27.08.2021.
При этом в силу прямого указания пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве ключевое значение при определении периода подозрительности имеет именно дата принятия заявления к производству, а не дата его подачи. Заключая брачный договор 21.06.2018, должник не располагал сведениями о возможном предъявлении в отношении него заявления уполномоченным органом и не мог принять мер по искусственному созданию условий для выхода сделки за пределы периода подозрительности.
Соответственно, оспариваемый договор заключен за пределами трехлетнего периода подозрительности для признания сделок недействительными, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, не может быть признан недействительным по специальным основаниям.
С целью обеспечения вероятности оспаривания сделки кредитором заявлено о признании договора недействительным по статьям 10, 168, 170 ГК РФ. Однако ранее судом установлено отсутствие оснований для применения данных положений закона, поскольку заявленные финансовым управляющим обстоятельства не выходят за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В этой связи, заявление в качестве основания для оспаривания сделки статьи 10 ГК РФ направлено на преодоление установленных законом периодов подозрительности.
Учитывая изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в удовлетворении заявления об оспаривании сделки должника правомерно отказано в связи с ее совершением в отсутствие признаков злоупотребления правом и за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.
Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.03.2025 по делу № А32-27653/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.
Председательствующий Н.В. Шимбарева
СудьиЯ.А. Демина
С.С. Чесноков