АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

«30» октября 2023 года Дело № А54-2812/2016

г. Калуга

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2023 года. Постановление изготовлено в полном объеме 30 октября 2023 года.

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего Ивановой М.Ю.,

судей Андреева А.В.,

ФИО1,

при участии в судебном заседании:

конкурсного управляющего ФИО2 на основании решения суда от 28.12.2016,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «АгроПромИнвест» ФИО2 на определение Арбитражного суда Рязанской области от 03.02.2023 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2023 по делу № А54-2812/2016,

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «АгроПромИнвест» (далее - должник, 391130, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности учредителя и бывшего руководителя должника ФИО3 (далее - ответчик).

Также конкурсный управляющий ООО «АгроПромИнвест» ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о взыскании с ФИО3 убытков в сумме 80 491 698 руб. 82 коп.

Определениями суда первой инстанции от 02.0.2019 и от 28.11.2019 обособленные споры объединены в одно производство, к участию привлечен финансовый управляющий ответчика ФИО4

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 03.02.2023 (судья Соловьева С.Е.), оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2023 (судьи Мосина Е.В., Волошина Н.А., Волкова Ю.А.), требования конкурсного управляющего

ООО «АгроПромИнвест» Шкабиной Е.М. к Савченко О.В. оставлены без удовлетворения.

Не соглашаясь с названными судебными актами, конкурсный управляющий ООО «АгроПромИнвест» ФИО2 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в связи с необоснованностью, удовлетворить заявленные требования в полном объеме. В обоснование доводов жалобы конкурсный управляющий указывает на наличие решения налогового органа о привлечении должника к налоговой ответственности, которым подтверждается факт искажения бухгалтерской отчетности ООО «АгроПромИнвест», задолженность перед кредиторами сформировалась к маю 2015 года, однако с заявлением о банкротстве должника ответчик не обратился, в рамках процедуры банкротства ответчик препятствовал деятельности арбитражного управляющего, необоснованно обжалуя его действия, не передал документы в отношении дебиторской задолженности, которую сам не взыскивал в период до возбуждения настоящего дела о банкротстве, произвел безвозмездное отчуждение транспортного средства ООО «АгроПромИнвест» аффилированному лицу.

В отзыве от 10.10.2023 ответчик возражал против удовлетворения кассационной жалобы, отметил, что документы о финансово-хозяйственной деятельности должника были переданы конкурсному управляющему.

Конкурсный управляющий в судебном заседании поддержал изложенные в кассационной жалобе доводы, указал, что основанные на решении о привлечении должника к налоговой ответственности требования уполномоченного органа составляют незначительную часть реестра требований кредиторов, транспортное средство должника было безвозмездно отчуждено супругу ФИО3, который до настоящего момента состоит в браке с ответчиком.

Иные участвующие в обособленном споре лица в судебное заседание не явились, о дате и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом (в том числе с учетом разъяснений, данных в п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации»). Суд кассационной инстанции считает возможным рассмотреть жалобу на основании ч. 3 ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив в порядке ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав конкурсного управляющего, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебных актов судов первой и апелляционной инстанций, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, ООО «АгроПромИнвест» зарегистрировано в качестве юридического лица 02.11.2009, основной вид деятельности в области автомобильного грузового транспорта.

Определением от 01.07.2016 заявление ПАО Сбербанк о несостоятельности (банкротстве) ООО «АгроПромИнвест» принято к производству и определением от

05.09.2016 данное заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Шкабина Е.М.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 11.01.2017 ООО «АгроПромИнвест» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2

На момент возбуждения настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) директором и учредителем ООО «АгроПромИнвест» являлась ФИО3

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 11.01.2019, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2019, по заявлению конкурсного управляющего признан недействительным договор купли-продажи от 13.09.2016, заключенный между должником и ФИО5 в отношении транспортного средства FORD EXPLOLER, 2013 года выпуска, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 850 000 руб.

Также определением суда первой инстанции от 19.09.2019 отказано в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего ООО «АгроПромИнвест» ФИО2 об истребовании у ФИО3 документов должника.

Ссылаясь на ст. 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Разрешая спор по существу, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь ст. 15, 56 Гражданского Кодекса Российской Федерации, ст. 2, 3, 9, 10, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворении заявленных требований.

По мнению суда кассационной инстанции, указанный вывод судов первой и апелляционной инстанций соответствует требованиям законодательства и материалам дела.

Глава III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» была введена в действие Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», согласно п. 3 ст. 4 которого рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции указанного закона).

С учетом положений ч. 4 ст. 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений, данных в п. 2 информационного письма Президиумы Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых

вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско- правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), п. 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020.

Суды первой и апелляционной инстанций верно указали, что в данном случае при определении признаков состава гражданского правонарушения подлежат применению положения Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей в момент совершения правонарушения.

Как предусмотрено п. 2 ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен ст. 9 данного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения срока, предусмотренного п. 2 и 3 ст. 9 названного закона.

В ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» перечислены случаи, в которых руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника, которое должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Относительно неисполнения ответчика обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, суды пришли к обоснованному выводу о том то, что управляющий в нарушение положений ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказал наличие у должника признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества на день (08.10.2015), когда, по мнению управляющего, должно было быть подано заявление, а также не раскрыл размер обязательств должника, возникших после этого дня.

При этом, само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абз. 5 и 7 п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план.

Кроме того, конкурсный управляющий должника, обращаясь в суд области с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, указывал на то, что Савченко О.В. не передала управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, совершила сделку по безвозмездному отчуждению принадлежащего ООО «АгроПромИнвест» транспортного средства. Также конкурсный управляющий обращал внимание на факт привлечения должника к налоговой ответственности.

На основании п. 4 ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к ответственности за налоговые правонарушения, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Положения абзаца четвертого названного пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. Положения абзаца пятого вышеуказанного пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

Из смысла абз. 4 п. 4 ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» следует, что в данном случае речь идет именно о виновных действиях руководителя должника, в случае если им не исполнена

обязанность, предусмотренная абзацем 2 п. 2 ст. 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно п. 2 ст. 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия.

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно разъяснениям, данным в п. 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, предусмотренное ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время ст. 61.11 указанного закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства. Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Судом установлено, что 26.12.2018 конкурсный управляющий ООО "АгроПромИнвест" ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением об истребовании у ФИО3 документов должника.

При рассмотрении заявления судом было установлено, что согласно пояснениям ФИО3 все имеющиеся у нее документы ООО "АргПромИнвест" она передала конкурсному управляющему после введения процедуры конкурсного производства, при фактической передаче документов акт ею не составлялся, акт приема-передачи был составлен конкурсным управляющим ФИО2 и представлен для подписания ФИО3 позднее, от подписания составленного конкурсным управляющим акта ФИО3 отказалась, поскольку в нем не были указаны реквизиты переданных документов, а указывалось только их количество. Передача конкурсному управляющему документов общества также подтверждается представленным в материалы дела актом приема-передачи от 03.02.2017, который был составлен и подписан самим конкурсным управляющим.

Кроме того, суд отметил, что процедура конкурсного производства в отношении ООО "АгроПромИнвест" введена 28.12.2016, поданное конкурсным управляющим 06.04.2018 аналогичное заявление определением суда от 11.05.2018 возвращено конкурсному управляющему в связи с повторным неустранением конкурсным управляющим указанных судом недостатков (не представлены доказательства направления заявления лицам, участвующим в деле о банкротстве). А с повторным заявлением об истребовании документов конкурсный управляющий обратился 26.12.2018, то есть спустя два года после введения процедуры конкурсного производства.

Рассмотрев представленные в материалы дела документальные доказательства, учитывая уклонение конкурсного управляющего от представления дополнительных доказательств, суд пришел к выводу о том, что конкурсный управляющий не доказал, что какие-либо документы ООО "АгроПромИнвест" в настоящее время находятся непосредственно у ФИО3, которая отказывается их передать конкурсному управляющему или намеренно уклоняется от их передачи, в связи с чем определением от 19.09.2019 было отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО "АгроПромИнвест" ФИО2 об истребовании у ФИО3 документов должника.

При этом, конкурсный управляющий, не составив надлежащим образом опись полученных от ответчика финансово-хозяйственных документов должника, не представил доказательств отсутствия в переданных документах сведений о дебиторской задолженности.

С учетом изложенных обстоятельств, суды первой и апелляционной инстанций правомерно не установили оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "АгроПромИнвест" по указанному выше основанию.

Как отмечено в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (ст. 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФФЗ «Об акционерных обществах», ст. 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Вместе с тем, конкурсным управляющим не доказано, что сделка - договор купли-продажи транспортного средства от 13.07.2016, заключенная между ООО "АгроПромИнвест" и ФИО5, т.е. после возбуждения дела о банкротстве, способствовала возникновению в обществе кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. Достоверных доказательств, подтверждающих, что именно вышеназванная сделка повлекла неплатежеспособность должника, либо эта сделка (при рыночной цене отчужденного имущества 850 000 руб.) существенно ухудшила финансовое положение должника, а также доказательств наличия у ФИО3 при совершении вышеуказанной сделки умысла на уменьшение конкурсной массы ООО "АгроПромИнвест" в целях уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

Ссылка конкурсного управляющего на решение налогового органа от 20.01.2014 № 2.10-10/24517 о привлечении ООО "АгроПромИнвест" к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения не может быть принята во внимание судебной коллегией в качестве презумпции, установленной абз. 5 п. 4 ст.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку в реестр требований кредиторов ООО "АгроПромИнвест" включена задолженность в размере около 50 млн. руб., тогда как требования уполномоченного органа составляют около 300 тыс. руб.

В силу п. 3 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести

субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Таких доказательств конкурсным управляющим, иными лицами в материалы дела не представлено.

Согласно разъяснениям, данным в абз. 3 п. 17, п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям. При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам ст. 15, 393 указанного кодекса. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям ст. 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В рассматриваемом случае в качестве оснований для взыскания с ответчика убытков конкурсный управляющий ООО "АгроПромИнвест" ссылается на заключение должником кредитного договора и договора ипотеки с ПАО Сбербанк России, непередачу документов по дебиторской задолженности, привлечение общества к ответственности за совершение налоговых правонарушений, а также подачу жалобы на действия конкурсного управляющего и заявления об

обеспечительных мерах, что привело к приостановке торгов имуществом должника.

Оценив доводы конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанций установили, что конкурсным управляющим в нарушение положений ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие совершение ФИО3 неразумных и недобросовестных действий, повлекших возникновение совокупности условий, указанных в ст. 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, для наступления ответственности в виде взыскания в конкурсную массу ООО "АгроПромИнвест" убытков в сумме 81 357 262 руб. 52 коп., в связи с чем пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о взыскании с ФИО3 убытков в заявленном размере.

В отношении сделки должника по отчуждению транспортного средства следует отметить, что при признании этой сделки недействительной суд применил реституцию в виде взыскания стоимости отчужденного имущества с ФИО5, являющегося супругом ФИО3, то есть фактически исполнение судебного акта будет осуществляться за счет семейного бюджета указанных лиц, в связи с чем основания для взыскания убытков в обозначенной части с ФИО3 в данном конкретном случае отсутствуют.

При таких обстоятельствах суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения контролирующего должника лица ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "АгроПромИнвест" и взыскания с ответчика убытков.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Учитывая изложенное, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь статьями 284, 286, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Рязанской области от 03.02.2023 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2023 по делу № А54-2812/2016 оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вынесения, в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий М.Ю. Иванова

Судьи А.В. Андреев

ФИО1