Арбитражный суд Краснодарского края

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Краснодар № А32-5568/2023

«11» декабря 2023 г.

Резолютивная часть решения объявлена 04 декабря 2023 г.

Полный текст решения изготовлен 11 декабря 2023 г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Ермоловой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кауфман И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН<***>)

к ООО «УЛЫБНИСЬ» (ИНН <***>)

третьи лица:

ФИО2 (ИНН <***>),

ФИО3

о взыскании 298 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на изображения (произведения), а также 13 000 руб., расходов на оплату услуг представителя

при участии:

от истца: не явился, извещен

от ответчика: ФИО4

от третьих лиц: не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ООО «УЛЫБНИСЬ» с требованиями о взыскании 298 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на изображения (произведения), а также 13 000 руб., расходов на оплату услуг представителя (требования, уточненные в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определениями суда от 03.04.2023 г., 02.10.2023 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ФИО3.

Истец и третьи лица в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Ответчик в судебном заседании против иска возражал, представил дополнительные пояснения.

В судебном заседании 27.11.2023 г. объявлялся перерыв до 12 час. 10 мин. 04.12.2023 г., по окончании которого судебное заседание продолжено с участием того же представителя ответчика.

Исследовав документы и оценив в совокупности все представленные доказательства, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 25.08.2022 г. между ФИО3 (учредитель управления) и ИП ФИО5 (доверительный управляющий) был заключен договор доверительного управления исключительными правами на изображения (произведения) № ДУ-34/2022, по условиям которого учредитель управления передает доверительному управляющему в доверительное управление исключительные права на созданные учредителем управления изображения (произведения), указанные сторонами в приложениях №1, №2, №3, а доверительный управляющий обязуется осуществлять управление имуществом в интересах учредителя.

В соответствии с п. 2.1, 2.2 договора доверительного управления исключительные права на изображения передаются в доверительное управление на срок 1 год. При отсутствии заявления одной из сторон о прекращении договора по окончании срока его действия он считается продленным на тот же срок и на тех же условиях, какие были предусмотрены договором.

Согласно п. 3.3 договора доверительного управления доверительный управляющий имеет право совершать в отношении исключительных прав на изображения любые юридические и фактические действия в интересах учредителя управления, в том числе:

- выявлять нарушения исключительных прав на изображения (подп. 3.3.2),

- в случае выявления нарушений исключительных прав на изображения и в целях их защиты, доверительный управляющий вправе требовать всякого устранения нарушения исключительных прав на изображения в соответствии с законодательством Российской Федерации, а именно: направлять нарушителям претензии с требованием прекращения нарушения исключительных прав и выплаты компенсаций за нарушение исключительных прав (подп. 3.3.3.1); от своего имени предъявлять иски в суд, связанные с защитой прав и законных интересов учредителя управления (подп. 3.3.3.2); совершать от своего имени любые иные действия, связанные с защитой прав и законных интересов учредителя управления (подп. 3.3.3.3).

В соответствии с приложениями № 1, № 2 к договору доверительного управления, по акту приема-передачи от 25.08.2022 г. учредитель управления передал в доверительное управление истцу в электронном виде в полноразмерном формате JPG произведения «Tooth implant» и «Row tooth and implant» с изображением зубных имплантатов (л.д. 29-31, Т.1).

Как указывает истец, вышеуказанные спорные изображения (произведения) были созданы творческим трудом ФИО3, который разместил (обнародовал) их с указанием фамилии и имени автора, в том числе на следующих Интернет-ресурсах:

- https://www.shutterstock.com/ru/image-illustration/tooth-implant-disassembled-done-3d-isolated-330788441;

- https://stock.adobe.com/ru/images/tooth-implant-disassembled/94219945, что подтверждается скриншотами «27.11.22_19-10-53.jpg» и «27.11.22_19-12-08.jpg».

В ходе мониторинга сети Интернет доверительным управляющим ИП ФИО5 было обнаружено, что на страницах сайта с доменным именем krd.stomatologiya-abend.ru, расположенных по адресам: https://www.krd.stomatologiya-abend.ru/services/implantaciya-zubov/, https://www.krd.stomatologiya-abend.ru/services/implantaty-straumann/ и https://www.krd.stomatologiya-abend.ru/services/implantatsiya-bez-opiratsii/, была размещена информация под названиями «Импланты Straumann» и «Имплантация без операции», в которых было воспроизведено и доведено до всеобщего сведения переработанное (с добавлением надписи Straumann и двух зеленых черточек) произведение «Tooth implant» с изображением зубных имплантатов, а также было воспроизведено и доведено до всеобщего сведения произведение «Row tooth and implant» с изображением зубов человека и имплантата.

В подтверждение указанных обстоятельств в материалы дела представлены:

- скриншоты «12.01.23_16-10-18.jpg», «12.01.23_16-12-57.jpg», «08.09.22_12-55-28.jpg», «08.09.22_12-57-27.jpg» страниц сайта с доменным именем krd.stomatologiya-abend.ru;

- видеозапись «12.01.23_17-35-12.mp4» посещения страниц сайта, а также посещения в том же браузере страницы https://time100.ru/, показывающей точные дату и время в режиме реального времени;

- скриншоты «13.01.23_11-33-24.jpg», «13.01.23_11-39-34.jpg», «13.01.23_11-44-53.jpg» страниц сервиса (сайта) с доменным именем archive.org, расположенных по адресам: https://web.archive.org/web/20210617092700/https://www.krd.stomatologiya-abend.ru/services/implantaciya-zubov/, https://web.archive.org/web/20220908075617/https://www.krd.stomatologiya-abend.ru/services/implantaty-straumann/ и https://web.archive.org/web/20220908075751/https://www.krd.stomatologiya-abend.ru/services/implantatsiya-bez-opiratsii/, на котором зафиксированы страницы https://www.krd.stomatologiya-abend.ru/services/implantaciya-zubov/, https://www.krd.stomatologiya-abend.ru/services/implantaty-straumann/ и https://www.krd.stomatologiya-abend.ru/services/implantatsiya-bez-opiratsii/, сохраненные по состоянию на 17 июня 2021 года и 08 сентября 2022 года соответственно, из чего видно, что данными независимого сервиса Internet Archive Wayback Machine (archive.org), c 1996 г. отслеживающего историю содержания Интернет-ресурсов и имеющего юридический статус библиотеки, зафиксирован факт того, что спорные изображения «Tooth implant» и «Row tooth and implant» были воспроизведены на вышеуказанном сайте.

При этом, как указывает истец, на размещенных изображениях удалена информация об авторском праве.

Согласно информации, размещенной на сайте с доменным именем krd.stomatologiya-abend.ru, в том числе скан-копиям приложенных лицензий, лицом, использующим данный Интернет-ресурс, является ответчик – ООО «УЛЫБНИСЬ».

С целью урегулирования возникшей ситуации доверительным управляющим ФИО5 в адрес ответчика была направлена досудебная претензия исх. № АС-2286 от 08.09.2022 г. с требованием прекратить любое использование изображений, выплатить компенсацию за допущенные нарушения исключительных прав, либо предоставить документы и сведения, подтверждающие законность использования указанных в претензии изображений.

Указанная претензия была оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

На основании соглашения от 06.10.2022 г., заключенного между ФИО3 (учредитель управления), ИП ФИО6 (доверительный управляющий) и ИП ФИО1 (новый доверительный управляющий), все обязательства и все права по договору доверительного управления исключительными правами на изображения (произведения) № ДУ-34/2022 от 25.08.2022 г. были переданы доверительным управляющим новому доверительному управляющему - истцу.

Ссылаясь на то, что при публикации вышеуказанных изображений (произведений) были нарушены исключительные права ИП ФИО1, принадлежащие ей на основании договора доверительного управления № ДУ-34/2022 от 25.08.2022 г., истец обратился в суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ссылается на то, что истцом не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих авторство ФИО3, при переходе по ссылкам, указанным истцом, спорных изображений с указанием автора, не обнаруживается.

Как указывает ответчик, изображение «Tooth implant» находится в открытом доступе в сети интернет на множестве сайтов, без каких-либо признаков авторства ФИО3

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 Гражданского кодекса РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе фотографические произведения и произведения, полученные способами, аналогичными фотографии.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Как разъяснено в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), исходя из положений пункта 1 статьи 1233 и в силу пункта 1 статьи 1013 ГК РФ исключительное право может быть объектом доверительного управления

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 49 Постановления № 10, право доверительного управляющего на защиту исключительного права следует из права на защиту, принадлежащего учредителю доверительного управления. Соответственно, если учредитель управления является правообладателем и в доверительное управление передается право использования результата интеллектуальной деятельности определенным способом (или всеми способами), то доверительный управляющий вправе как осуществлять переданные ему в управление права, так и защищать их такими же способами, какими обладает правообладатель.

В соответствии с п. 2 ст. 1300 Гражданского кодекса РФ в отношении произведений не допускается:

1) удаление или изменение без разрешения автора или иного правообладателя информации об авторском праве;

2) воспроизведение, распространение, импорт в целях распространения, публичное исполнение, сообщение в эфир или по кабелю, доведение до всеобщего сведения произведений, в отношении которых без разрешения автора или иного правообладателя была удалена или изменена информация об авторском праве.

Согласно пункту 2 статьи 1270 Гражданского кодекса РФ использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности, воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме, в том числе в форме звуко- или видеозаписи, изготовление в трех измерениях одного и более экземпляра двухмерного произведения и в двух измерениях одного и более экземпляра трехмерного произведения (подпункт 1 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ); доведение произведения до всеобщего сведения таким образом, что любое лицо может получить доступ к произведению из любого места и в любое время по собственному выбору (подпункт 1 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со справкой ООО «Регистратор доменных имён РЕГ.РУ» от 09.03.2023г. исх. № 5060 администратором доменного имени krd.stomatologiya-abend.ru в соответствии с регистрационными данными является ФИО2.

При этом, как правило, в доведении информации до всеобщего сведения в сети Интернет задействованы следующие лица: администратор домена, владелец сайта, провайдер хостинга, регистратор доменов, лицо, размещающее ссылки/оператор поисковой системы.

В случае неправомерного использования результатов интеллектуальной деятельности и/или средств индивидуализации только на сайте непосредственным нарушителем является владелец сайта (то есть лицо, определяющее порядок использования сайта) и/или пользователь, неправомерно разместивший материал, к которым применяются меры ответственности за это нарушение.

Если нарушение совершено на сайте, то надлежащим ответчиком по иску о пресечении нарушения (прекращении использования спорных объектов на сайте) является владелец сайта, поскольку именно он имеет возможность удалить информацию с сайта.

Владелец сайта в сети Интернет – лицо, самостоятельно и по своему усмотрению определяющее порядок использования сайта в сети Интернет, в том числе порядок размещения информации на таком сайте (пункт 17 статьи 2 Федерального закона от 27.07.2006 «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» № 149-ФЗ).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 78 Постановления № 10, владелец сайта самостоятельно определяет порядок использования сайта, поэтому бремя доказывания того, что материал, включающий результаты интеллектуальной деятельности на сайте, размещен третьими лицами, а не владельцем сайта и, соответственно, последний является информационным посредником, лежит на владельце сайта.

При отсутствии таких доказательств презюмируется, что владелец сайта является лицом, непосредственно использующим соответствующие результаты интеллектуальной деятельности.

Если иное не следует из обстоятельств дела и представленных доказательств, в частности из размещенной на сайте информации (часть 2 статьи 10 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»), презюмируется, что владельцем сайта является администратор доменного имени, адресующего на соответствующий сайт.

Иное, например, может следовать из информации, размещаемой на сайте. Согласно пункту 2 статьи 10 Закона об информации владелец сайта в сети Интернет обязан размещать на принадлежащем ему сайте информацию о своих наименовании, месте нахождения и адресе, об адресе электронной почты для обеспечения возможности правообладателям направлять претензии по поводу нарушений на сайте. В связи с этим наличие информации о наименовании организации, ее месте нахождения и адресе, об адресе электронной почты на сайте может свидетельствовать о том, что данная организация является владельцем сайта (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 16.09.2019 № С01-664/2019 по делу № А40-166839/2018).

Таким образом, исходя из действующего законодательства и сложившейся судебной практики ответственность за нарушение авторских прав возлагается не на администратора сайта, а на лицо, фактически использующее сайт и разместившее информацию с нарушением авторских прав (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2022 г. по делу № А40-95485/2022).

Согласно информации, размещенной на сайте с доменным именем krd.stomatologiya-abend.ru, в том числе скан-копиям приложенных лицензий, а также разделу «Контакты» (л.д. 94, Т.1), лицом, использующим данный Интернет-ресурс, является ответчик – ООО «УЛЫБНИСЬ».

В обоснование факта размещения ответчиком в сети «Интернет», на сайте krd.stomatologiya-abend.ru спорных изображений истец представил в материалы дела заверенные скриншоты с указанного сайта, а также видеозапись процесса просмотра сайта, позволяющую определить дату и время, в которые производился осмотр сайта.

В пункте 55 Постановления № 10 разъяснено, что при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Допустимыми доказательствами являются, в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ).

Для признания скриншота допустимым доказательством действующее процессуальное законодательство не требует обязательного совершения действий именно нотариусом. Необходимые для дела доказательства могут быть обеспечены нотариусом, в порядке статей 102, 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате.

Предоставляемые в качестве доказательства в арбитражный суд распечатки окна браузера, обеспечивающего доступ в Интернет, являются выполненной в графической форме копией доказательства, имеющего электронный (цифровой) вид и в силу части 1 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации также относится к числу письменных доказательств.

Из представленных в материалы дела видеозаписи осмотра сайта ответчика, содержащей информацию об адресе конкретных страниц интернет-сайта, прослеживается дата и время ее получения, а также информация о лице, проводившем осмотр.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 Гражданского кодекса РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми не запрещенными законом способами.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством, как указано в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Осмотр представителем истца спорного сайта и фиксирование результатов такого осмотра осуществлено в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12 и 14 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, истцом представлены в материалы дела скриншоты страниц сервиса (сайта) с доменным именем archive.org, сохраненные по состоянию на 17 июня 2021 года и 08 сентября 2022 года соответственно, из чего видно, что данными независимого сервиса Internet Archive Wayback Machine (archive.org), c 1996 г. отслеживающего историю содержания Интернет-ресурсов и имеющего юридический статус библиотеки, зафиксирован факт того, что спорные изображения «Tooth implant» и «Row tooth and implant» были воспроизведены на спорном сайте ответчика.

Доводы ответчика о том, что в материалы дела не представлены доказательства авторства ФИО3 в отношении спорных изображений, отклоняются судом ввиду следующего.

Согласно п. 1 ст. 1228 Гражданского кодекса РФ, автором результата интеллектуальной деятельности признается гражданин, творческим трудом которого создан такой результат. Автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано.

Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 Гражданского кодекса РФ, считается его автором, если не доказано иное (статья 1257 Гражданского кодекса РФ).

При разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.

Согласно пункту 1 статьи 1300 Гражданского кодекса РФ информацией об авторском праве признается любая информация, которая идентифицирует произведение, автора или иного правообладателя, либо информация об условиях использования произведения, которая содержится на оригинале или экземпляре произведения, приложена к нему или появляется в связи с сообщением в эфир или по кабелю либо доведением такого произведения до всеобщего сведения, а также любые цифры и коды, в которых содержится такая информация.

Согласно разъяснению, данному в пункте 109 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), при рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ (статья 1257 ГК РФ), в Реестре программ для ЭВМ или в Реестре баз данных (пункт 6 статьи 1262 ГК РФ).

Необходимость исследования иных доказательств может возникнуть в случае, если авторство лица на произведение оспаривается путем представления соответствующих доказательств. При этом отсутствует исчерпывающий перечень доказательств авторства.

Например, об авторстве конкретного лица на фотографию может свидетельствовать в числе прочего представление этим лицом необработанной фотографии.

Как указывает истец, в целях популяризации своего творчества и идентификации себя как автора произведения - «Tooth implant», ФИО3 разместил (обнародовал) вышеуказанное изображение, в том числе, на следующих интернет ресурсах:

- https://www.shutterstock.com/ru/image-illustration/tooth-implant-disassembled-done-3d-isolated-330788441

- https://stock.adobe.com/ru/images/tooth-implant-disassembled/94219945.

В подтверждение указанных обстоятельств истцом в материалы дела представлены скриншоты «27.11.22_19-10-53.jpg» и «27.11.22_19-12-08.jpg» данных страниц сети интернет, на которых также видно, что каждое изображение сопровождается указанием фамилии и имени автора.

На представленной в материалы дела видеозаписи «AdobeStock_03.mp4» видны данные владельца аккаунта на stock.adobe.com, принадлежащего ФИО3 и разместившего вышеуказанное изображение, а также дату загрузки на сайт данного изображения – 23 октября 2015 г.

На представленном суду скриншоте «Зуб Имплант разборный Сток 02.jpg» видно открытое вышеуказанное изображение в 3D формате, такой формат данного изображения имеется только у автора произведения, как обладателя исходного файла 3D-модели изображения с расширением BLEND: «Зуб Имплант разборный Сток 02.blend».

На представленной в материалы дела видеозаписи «AdobeStock_02.mp4» видны данные владельца аккаунта на stock.adobe.com, принадлежащего ФИО3 и разместившего вышеуказанное изображение, а также дату загрузки на сайт данного изображения – 30 января 2017 г.

На представленном суду скриншоте «Зуб Имплант ряд снят сток 10.jpg» видно открытое вышеуказанное изображение в 3D формате, такой формат данного изображения имеется только у автора произведения, как обладателя исходного файла 3D-модели изображения с расширением BLEND: «Зуб Имплант ряд снят сток 10.blend».

Ссылки ответчика на то обстоятельство, что спорное изображение «Tooth implant» им было взято из других открытых источников в частности с сайта по ссылке: https://prescottimplantdentist.com/dental-implantsnews/quizzingdental-implant-knowledge/, где указаны сведения об опубликовании 29.06.2015 года, подлежат отклонению.

Указанный довод был предметом рассмотрения в рамках дела № А45-132/2023, в частности, постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2023 N 07АП-7863/2023(1), 07АП-7863/2023(2) по делу установлено, что ФИО1 производила осмотр и скачала изображение, размещенное на интернет странице по вышеуказанному адресу: https://prescottimplantdentist.com/dental-implants- news/quizzingdental-implant-knowledge/ (на которую ссылается ответчик в апелляционной жалобе), и установила, что в свойствах (метаданных) изображения, которое загрузил на данный сайт владелец (администратор) сайта: указана дата создания (съемки) изображения: 22.10.2015 г. и автор данного изображения - ФИО3.

Таким образом, тот факт, что изображение на указанную интернет страницу было добавлено к статье не 29.06.2015, а не раньше 22.10.2015 как раз и подтверждается тем, что сам владелец данного сайта загрузил изображение, в свойствах которого указана дата создания изображения - 22.10.2015, автор и фотосток (fotolia), на котором владелец сайта скачал изображение, то есть ответчик, оспаривая авторство, ссылается на сайт, на который владелец сайта: https://prescottimplantdentist.com, загрузил изображение, которое и подтверждает авторство ФИО3 на данное изображение.

Доводы ответчика в отношении второго изображения «Row tooth and implant» со ссылками: http://melihcakir.com/?m=201610, на котором обнаруживается данное изображение и согласно данным указанным на сайте, написание статьи и прикрепление данного изображения - 3 октября 2016 года также подлежат отклонению.

Только ФИО3 как автор произведения, обладающий исходным файлом ЗD-модели изображения, имел возможность преобразовать файл BLEND в такой формат изображения как JPG с большим разрешением: 7500 x 6000 пикселей, что подтверждается представленной суду видеозаписью "Row tooth and implant.mp4" осмотра файла с изображением - "Row tooth and implant.jpg", на которой зафиксировано, что в свойствах изображения "Row tooth and implant" в разделе "подробнее" указаны, в том числе, фамилия и имя автора, дата съемки (создания) изображения 23 января 2017 г. разрешение изображения - 7500 x 6000 пикселей.

Таким образом, ответчик должен был представить суду доказательства того, что вышеуказанное изображение является такого же (7500 x 6000 пикселей) или большего размера (разрешения).

Ответчик также в нарушение положений статьи 65 АПК РФ, в материалы дела не представил достоверные доказательства, подтверждающие копирование спорного фотографического произведения именно с иного сайта.

Кроме того, приведенное обстоятельство само по себе факта неправомерного использования фотографического произведения не исключает.

Нахождение спорной фотографии в свободном доступе в сети «Интернет», на других Интернет-ресурсах, помимо сайта истца не освобождает лиц, использовавших данные фотографии в отсутствие согласия правообладателя от ответственности.

Таким образом, исходя из имеющихся в материалах дела доказательств в совокупности, суд считает, что истцом доказан факт неправомерного использования спорных изображений (произведений) ответчиком.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Согласно положениям ст. 1301 Гражданского кодекса РФ, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 14061, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданского кодекса РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Истец в рассматриваемом случае просит взыскать с ответчика 298 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на спорные изображения, определенной в соответствии с п. 3 ст. 1301 Гражданского кодекса РФ в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В обоснование стоимости права использования спорных произведений истец представил в материалы дела следующие документы:

- лицензионный договор № НЛ-0510/22 от 05.10.2022 г. о предоставлении права использования произведения, заключенный с ООО «Стоматошка», согласно которому стоимость права использования произведения составляет 30 000 руб.; платежное поручение № 346 от 11.10.2022 г. на сумму 30 000 рублей;

- лицензионный договор № НЛ-0710/22 от 07.10.2022 г. о предоставлении права использования произведения, заключенный с ООО «Дилос-Арбат», согласно которому стоимость права использования произведения составляет 35 000 руб.; платежное поручение № 437 от 13.10.2022 г. на сумму 35 000 рублей;

- лицензионный договор № НЛ-1609/22 от 16.09.2022 г. о предоставлении права использования произведения, заключенный с ИП Погадаевым В.А., согласно которому стоимость права использования произведения составляет 42 000 руб.; приходный кассовый ордер № 1 от 20.09.2022 г. на сумму 42 000 рублей;

- лицензионный договор № НЛ-2809/22 от 28.09.2022 г. о предоставлении права использования произведения, заключенный с ИП Погадаевым В.А., согласно которому стоимость права использования произведения составляет 42 000 руб.; приходный кассовый ордер № 2 от 05.10.2022 г. на сумму 42 000 рублей.

Таким образом, как указывает истец, средняя стоимость права использования произведения составляет 37 250 руб. ((30 000 руб. + 35 000 руб. + 42 000 руб. + 42 000 руб.)/4).

Доводы ответчика о том, что приходные кассовые ордеры не являются надлежащим доказательством оплаты, отклоняются судом, поскольку истцом, помимо вышеуказанных лицензионных договоров, представлены:

- лицензионный договор № НЛ-2211/22 от 22.11.2022 г. о предоставлении права использования одного произведения, заключенный с ООО «Евгения-М» на сумму 45 000 руб., платежные поручения по данному договору на сумму 45 000 руб.,

- лицензионный договор № НЛ-0702/23 от 07.02.2023 г. о предоставлении права использования одного произведения, заключенный с ООО «Поликлиника Отрадное» на сумму 37 500 руб., платежные поручения по данному договору на сумму 37 500 руб.

Таким образом, при учете стоимости права использования спорных изображений по лицензионным договорам, в отношении которых представлены платежные поручения, средняя стоимость такого права использования превышает указанную истцом сумму в размере 37 250 руб.

Истец просит взыскать компенсацию в сумме 298 000 руб. за два нарушения исключительных прав, допущенных в отношении каждого из двух спорных изображений (произведений) в следующем порядке:

- за доведение изображения «Tooth implant» до всеобщего сведения в размере 74 500 руб. (37 250 руб.*2);

- за совершение действий по незаконному использованию изображения «Tooth implant», в отношении которого без разрешения автора была удалена и изменена информация об авторском праве компенсацию в размере 74 500 руб. (37 250 руб.*2);

- за доведение изображения «Row tooth and implant» до всеобщего сведения в размере 74 500 руб. (37 250 руб.*2);

- за совершение действий по незаконному использованию изображения «Row tooth and implant», в отношении которого без разрешения автора была удалена и изменена информация об авторском праве компенсацию в размере 74 500 руб. (37 250 руб.*2).

Суд отмечает, что в соответствии с п. 89 Постановления № 10, незаконное использование произведения каждым из упомянутых в пункте 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации способов представляет собой самостоятельное нарушение исключительного права.

Нормами статьи 1270 Гражданского кодекса РФ и статьи 1300 Гражданского кодекса РФ предусматривают разные по существу запреты

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации, автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 настоящего кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи, то есть перечисленные способы использования произведения в случае незаконного осуществления свидетельствуют о нарушении исключительного права на произведение.

В то время как подпункт 1 пункта 2 статьи 1300 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит запрет удаления или изменения информации об авторском праве без разрешения автора или иного правообладателя; а подпункт 2 пункта 2 данной статьи запрещает использовать произведения, в отношении которого без разрешения автора или иного правообладателя была удалена либо изменена информация об авторском праве.

И каждое из этих действий может осуществлять даже при отсутствии второго и может быть признано нарушением.

В силу пункта 1 статьи 1300 Гражданского кодекса Российской Федерации информацией об авторском праве признается любая информация, которая идентифицирует произведение, автора или иного правообладателя, либо информация об условиях использования произведения, которая содержится на оригинале или экземпляре произведения, приложена к нему или появляется в связи с сообщением в эфир или по кабелю либо доведением такого произведения до всеобщего сведения, а также любые цифры и коды, в которых содержится такая информация.

Данные положения закреплены в норме пункта 2 статьи 12 Договора Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву от 20 декабря 1996 г., вступившего в силу для Российской Федерации 5 февраля 2009 г. (далее - Договор ВОИС), согласно которой "Информация об управлении правами" в смысле приведенной статьи означает информацию, которая идентифицирует произведение, автора произведения, обладателя какого-либо права на произведение, или информацию об условиях использования произведения и любые цифры или коды, в которых представлена такая информация, когда любой из этих элементов информации приложен к экземпляру произведения или появляется в связи с сообщением произведения для всеобщего сведения.

Таким образом, к информации об авторском праве относится информация, идентифицирующая произведение, автора или иного правообладателя; об условиях использования произведения. При этом из определения информации об авторском праве следует, что закон не устанавливает никакого перечня обязательных сведений, которые должны содержаться в этой информации.

Следовательно, в пункте 2 статьи 1300 Гражданского кодекса Российской Федерации перечислены действия, за которые лицо, их осуществившее и нарушившее установленные запреты (нарушитель), несет ответственность, предусмотренную пунктом 3 данной статьи. К таким действиям отнесено удаление или изменение информации, а также использование произведения, в отношении которого была удалена или изменена информация об авторском праве, то есть самостоятельные случаи нарушения прав правообладателя, за каждый из которых может быть взыскана компенсация.

Для квалификации действий в качестве нарушения, предусмотренного подпунктом 1 пункта 2 статьи 1300 Гражданского кодекса Российской Федерации, требуется установление факта совершения именно ответчиком действий по удалению информации об авторском праве без разрешения правообладателя.

Для квалификации действий в качестве нарушения, предусмотренного подпунктом 2 пункта 2 статьи 1300 Гражданского кодекса Российской Федерации, не требуется установления факта совершения именно ответчиком действий по удалению информации об авторском праве без разрешения правообладателя, достаточно наличия самого по себе факта использования произведения, в отношении которого такая информация была удалена.

Действия по удалению информации об авторском праве и доведение произведения до всеобщего сведения хотя и являются последовательными и взаимосвязанными, но не являются взаимонеобходимыми (одно действие объективно необходимо для совершения второго) и имеют самостоятельное экономическое значение.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.05.2019 № 309-ЭС18-25988 по делу № А60-27474/2018, постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2023 г. по делу № А32-2155/2023.

Из материалов дела усматривается, что спорные изображения опубликованы на сайте ответчика, что сделало их доступными для просмотра неограниченного круга лиц, при этом на спорных произведениях отсутствовали сведения об авторском праве, общество не получило согласие от правообладателя на использование спорного произведения, в том числе на его публикацию с удаленной информацией об авторском праве.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ответчиком допущено два самостоятельных нарушения исключительных прав на каждое из спорных изображений, в связи с чем, рассчитанный истцом размер компенсации является обоснованным.

При этом, ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации ниже установленного п. 3 ст. 1301 Гражданского кодекса РФ размера, до 10 000 руб.

В обоснование данного ходатайства ответчик ссылается на то, что имплантация зубов не является приоритетным или основным направлением деятельности ответчика, нарушение исключительных прав истца было однократным, подтверждение длительности использования спорных изображений не представлено.

Ответчиком представлены коммерческие предложения на разработку 3D макетов от дизайнеров города Краснодара, из которых следует, что стоимость аналогичных услуг не превышает 10 000 – 15 000 руб.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, при взыскании компенсации за нарушение исключительного права на объект интеллектуальной собственности защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на реализацию прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, - т.е. так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота (постановления от 13.12.2016 N 28-П, от 13.02.2018 N 8-П, определения от 26.11.2018 N 2999-О, от 28.11.2019 N 3035-О и др.).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13.12.2016 № 28-П, положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Учитывая системную связь подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 21 Обзора судебной практики № 3 (2017), утвержденного 12.07.2017 президиумом Верховного Суда Российской Федерации, где указано, что снижение размера компенсации, исчисленного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, возможно при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

При этом, Постановлением Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 и 55 (часть 3), в той мере, в какой эта норма в системной связи с общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав, в том числе с пунктом 3 его статьи 1252, не позволяет суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности исключительного права на один товарный знак, снизить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Так, Конституционным Судом РФ в Постановлении № 40-П (п. 4.1) отмечено следующее. Сформировавшаяся судебная практика исходит из того, что размер компенсации, исчисленный на основе подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации, по смыслу пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, а потому суд не вправе снижать его по своей инициативе. В судебной практике сложилось такое понимание подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, когда снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях, с учетом абзаца третьего пункта 3 его статьи 1252 и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П. Однако подобное толкование правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации означает, что в деле, которое предстоит разрешить Пятнадцатому арбитражному апелляционному суду, отсутствует один из критериев для снижения размера компенсации ниже установленных законом пределов - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности. При таком подходе, если правообладатель выбирает компенсацию в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, возможность снижения ниже этого размера отсутствует. Развивая выраженные в Постановлении от 13 декабря 2016 года N 28-П позиции о правовой природе компенсации за нарушение исключительного права и о необходимости находить баланс интересов участников соответствующих правоотношений, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13 февраля 2018 года N 8-П отметил следующее: если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности.

Сформулированные в названном Постановлении правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. Соответственно, и в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (п. 4.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П).

Поскольку компенсация, по смыслу взаимосвязанных положений статей 1250, 1252 и 1515 ГК Российской Федерации, имеет штрафной характер, принципиальное значение приобретает норма абзаца второго пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса о критериях, которыми должны руководствоваться суды при определении размера компенсации: он определяется в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Термин "характер нарушения" обычно понимается как относящийся к тяжести содеянного, причем, как правило, принимаются во внимание обстоятельства, характеризующие последствия нарушения, поведение причинителя вреда и наличие его вины (п. 4.3 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П).

Как указал Конституционный суд в п. 5 Постановления № 40, впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из настоящего Постановления, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации величины. При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака).

На основании изложенного, определяя в рассматриваемом случае размер компенсации, суд принимает во внимание следующие обстоятельства: совершение правонарушения в отношении изображений впервые; незначительный срок использования спорных изображений; характер допущенного нарушения (по неосторожности), в рассматриваемом случае отсутствует признак повторности правонарушения.

Таким образом, устанавливая размер компенсации, исчисленной в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 1301 Гражданского кодекса РФ, учитывая указания Конституционного Суда РФ, изложенные в Постановлении от 24.07.2020 № 40- П, с учетом вышеуказанных обстоятельств дела, суд считает возможным снизить размер компенсации, подлежащей взысканию с ответчика ниже установленной п. 3 ст. 1301 Гражданского кодекса РФ величины – до однократного размера стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Аналогичный правовой подход приведен в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 15.02.2021 г. по делу № А32-9927/2020.

При указанных обстоятельствах, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация в сумме 149 000 руб. (298 000 руб./2).

В удовлетворении остальной части исковых требований ИП ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации следует отказать.

Помимо этого, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика 13 000 руб. расходов на оплату услуг представителя.

Статья 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определяет, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Право на возмещение судебных расходов в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возникает при условии фактически понесенных стороной затрат.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Как следует из материалов дела, в подтверждение понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя представлены: договор об оказании юридических услуг № 22юр/36 от 07.12.2022 г., заключенный с ФИО7, расписка в получении денежных средств от 07.12.2022 г. на сумму 13 000 руб., акт об оказании юридических услуг от 16.12.2022 г.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 2. ст. 110 АПК РФ).

Согласно п. 11 Постановления Пленума ВС РФ №1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В соответствии с п. 13 Постановления №1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

При рассмотрении требования о взыскании судебных расходов, суд принимает во внимание сложившуюся гонорарную практику на территории Краснодарского края, приведенную в Мониторинге гонорарной практики в адвокатской палате Краснодарского края от 27.09.2019 г.

Согласно пункту 2.2. мониторинга, минимальный размер гонорара за оказание адвокатами правовой помощи в виде участия в качестве представителя доверителя в арбитражных судах в каждой инстанции и в иных органах разрешения конфликтов - 65000 рублей, либо 4500 рублей за час работы.

В соответствии с пунктом 1.3. мониторинга минимальный размер гонорара за оказание адвокатами правовой помощи за составление исковых заявлений, жалоб, ходатайств, иных документов правового характера - 7000 рублей; при необходимости сбора доказательств, ознакомления с дополнительными документами - 10000 рублей.

Суд учитывает, что согласно представленному в материалы дела договору об оказании юридических услуг № 22юр/36 от 07.12.2022 г. представителем истца выполнены только услуги по подготовке и составлению искового заявления к ООО «Улыбнись» о взыскании компенсации (п. 1.1 договора).

Таким образом, оценивая сумму отыскиваемых истцом расходов на оплату услуг представителя по критерию ее разумности, принимая во внимание объем проделанной представителем истца работы, в частности: ознакомление с документами истца, подготовка и подача в суд искового заявления, суд приходит к выводу, что истцом обоснованы расходы на представителя в сумме 10 000 руб.

В остальной части заявленные требования истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя суд считает не обоснованными и не соответствующими критерию разумности, в связи с чем, не подлежащими удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Указанная процессуальная норма направлена на установление условий, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

В пункте 60 Постановления № 10 отражено, что требование о взыскании компенсации носит имущественный характер.

Удовлетворение требований о взыскании компенсации в меньшем размере, чем изначально заявленный, является частичным удовлетворением иска по смыслу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и по общему правилу влечет отнесение судебных расходов на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Вместе с тем, согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 N 46-П «По делу о проверке конституционности части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «Студия анимационного кино «Мельница» (далее - Постановление N 46-П), решение арбитражного суда о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, определенной истцом (правообладателем) в минимальном размере, установленном законом, - как по основаниям его принятия, так и по вызываемым юридическим последствиям - не может отождествляться с частичным удовлетворением исковых требований, обусловленным отсутствием (недоказанностью) надлежащих оснований для их признания судом полностью обоснованными.

Оценка такого судебного акта для целей распределения судебных расходов между лицами, участвующими в деле, должна учитывать выявленные Конституционным Судом Российской Федерации отличительные особенности итогового определения судом размера компенсации за нарушение индивидуальным предпринимателем при осуществлении предпринимательской деятельности исключительных прав и лежащих в их основе материальных правоотношений (постановления Конституционного Суда Российской Федерации N 28-П и N 40-П).

Снижение арбитражным судом размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, когда требование о выплате такой компенсации было заявлено правообладателем в минимальном размере, предусмотренном нормами ГК РФ для соответствующего нарушения, не может - по своим отличительным юридическим параметрам - приравниваться к частичному удовлетворению исковых требований.

Принятие соответствующего судебного акта фактически означает доказанность нарушения исключительных прав правообладателя, а снижение размера подлежащей выплате компенсации обусловливается не неправомерностью (чрезмерностью) заявленного им ее минимального размера, а наличием оснований для использования особого правомочия арбитражного суда, обусловленных не избыточностью исковых требований, а необходимостью - с учетом обстоятельств конкретного дела и личности нарушителя - соблюдения конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности при применении данной штрафной санкции, выполняющей, наряду с защитой частных интересов правообладателя, публичную функцию превенции.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении N 46-П, часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагает взыскания с обладателя исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности судебных расходов, понесенных нарушителем таких прав, в случае, когда, установив нарушение исключительных прав и удовлетворяя требования правообладателя о выплате ему компенсации за их нарушение, заявленные в минимальном размере, предусмотренном законом для соответствующего нарушения, арбитражный суд принимает решение о снижении размера компенсации.

С учетом изложенного принятие судом решения о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации в однократном размере за каждое нарушение исключительных прав на изображения (произведения) означает доказанность нарушения исключительных прав правообладателя, а снижение размера подлежащей выплате компенсации, заявленной в минимальном размере, обусловливается не неправомерностью (чрезмерностью) заявленного требования, а необходимостью с учетом обстоятельств конкретного дела и личности нарушителя соблюдения конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности при применении данной штрафной санкции.

При таких обстоятельствах, рассматриваемая ситуация не может приравниваться к частичному удовлетворению исковых требований.

Аналогичная правовая позиция также отражена в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2022 г. по делу № А32-49680/2021.

Таким образом, поскольку без учета снижения компенсации ниже низшего предела, исковые требования удовлетворены судом в полном объеме, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя в сумме 10 000 руб.

Расходы по оплате госпошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат возложению на ответчика.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «УЛЫБНИСЬ» (ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) 149 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав, 10 000 рублей расходов на оплату услуг представителя, а также 8 960 руб. расходов по оплате госпошлины.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок от даты его принятия через Арбитражный суд Краснодарского края.

Судья Н.А. Ермолова