Постановление по делу № 11АП-434/2025 от 31.03.2025

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

11АП-434/2025

31 марта 2025 года Дело № А55-9063/2021

г. Самара

Резолютивная часть постановления объявлена 20.03.2025.

Постановление в полном объеме изготовлено 31.03.2025.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Бессмертной О.А., судей Александрова А.И., Поповой Г.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шляпниковой О.В.,

при участии в судебном заседании:

от ГК «Агентство по страхованию вкладов» - представитель ФИО1, доверенность от 04.12.2024,

ФИО2 - лично, паспорт, представитель ФИО3, доверенность от 25.09.2024,

ФИО4 - лично, паспорт,

от ФИО5 - представитель ФИО6, доверенность от 27.08.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2,

апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО7

на определение Арбитражного суда Самарской области от 20.12.2024 об отказе в удовлетворении заявлений о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности сделок

по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

Открытое акционерное общество «Межрегиональный Волго-Камский Банк реконструкции и развития» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2, введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина и включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования в размере 1 648 352 825,00 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06.05.2021 заявление принято к производству.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 02.11.2021 (резолютивная часть от 27.10.2021) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом). В отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на четыре месяца. В третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ОАО «Межрегиональный Волго-Камский Банк реконструкции и развития» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» в размере 1 648 300 116,87 руб. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО8, член саморегулируемой организации союз арбитражных управляющих «Аванград».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 02.03.2023 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника ФИО2.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.04.2023 по делу № А55- 9063/2021 произведена замена судьи Лигерман А.Ф. на судью Стуликову Н.В.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 12.04.2023 финансовым управляющим должника утверждена ФИО7, член Союза арбитражных управляющих «Возрождение».

11.05.2024 финансовый управляющий должника ФИО7 обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просит признать недействительным брачный договор от 14.11.2013, заключенный между ФИО2 и ФИО4

Определением Арбитражного суда Самарской области от 21.05.2024 заявление принято к производству.

05.07.2024 Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просит:

признать недействительным договор купли-продажи, зарегистрированный 07.07.2014, заключенный между ФИО4 и ФИО5,

применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу земельного участка с кадастровым номером 63:01:0000000:19844 и здание с кадастровым номером 63:01:021003:1244, находящиеся по адресу г. Самара, Кировский район, С-ны Хутора, линия 1, участок №21,

истребовать из ППК «Роскадастр по Самарской области» материалы регистрационных дел в отношении земельного участка с кадастровым номером 63:01:0000000:19844 и здание с кадастровым номером 63:01:021003:1244.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.07.2024 заявление принято к производству.

08.07.2024 Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просит:

признать недействительными сделками брачный договор от 14.11.2013, как притворную сделку, и отчуждение нежилого помещения, 60,1 кв.м. с кадастровым номером 63:01:0620003:502, находящегося по адресу: <...>, ФИО4, зарегистрированное 11.07.2014;

применить последствия недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу солидарно с ФИО4 и ФИО9 рыночной стоимости нежилого помещения, 60,1 кв.м. с кадастровым номером 63:01:0620003:502, находящегося по адресу: <...>.

истребовать из ППК «Роскадастр по Самарской области» материалы регистрационного дела в отношении нежилого помещения, 60,1 кв.м. с кадастровым номером 63:01:0620003:502, находящегося по адресу: <...>.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19.08.2024 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.08.2024 заявление Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (вх. № 336001 от 08.07.2024) к ФИО4, ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности с заявлением финансового управляющего должника финансового управляющего должника ФИО7 (вх. № 230019 от 14.05.2024) к ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.10.2024 заявление Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (вх. № 337318 от 09.07.2024) к ФИО4, ФИО9 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности объединено с заявлением финансового управляющего должника финансового управляющего должника ФИО7 (вх. № 230019 от 14.05.2024) к ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.12.2024 в удовлетворении заявлений о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности сделок отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО7 обратилась с апелляционной жалобой в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2025 апелляционная жалоба принята к производству. Назначено судебное заседание на 20.03.2025.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От ГК «АСВ» поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

От ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, приобщенный к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

От ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

От ФИО9 поступил отзыв на апелляционную жалобу, приобщенный к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

От ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

В удовлетворении ходатайства, изложенного в апелляционной жалобе финансового управляющего, а также ГК «Агентство по страхованию вкладов об истребовании сведений, отказано (часть 4 статьи 66 АПК РФ).

Апелляционный суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этими доказательствами и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства. В настоящем случае апелляционный суд исходит из отсутствия обоснования заявителем заявленного ходатайства, достаточности представленных по делу доказательств, и отсутствия необходимости истребования дополнительных доказательств. а также, не установив оснований, предусмотренных ст.268 АПК РФ, не находит оснований для его удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалобы рассматриваются в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ГК «Агентство по страхованию вкладов» поддержал доводы апелляционной жалобы финансового управляющего, должник, представитель должника ФИО2, ФИО4, представитель ФИО5 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзывах, просили обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, финансовым управляющим должника в ходе проведения процедур банкротства выявлена сделка по отчуждению принадлежащих должнику объектов недвижимости в пользу ФИО4, в результате чего подано заявление о признании недействительным брачного договора от 14.11.2013, заключенного между ФИО2 и ФИО4, мотивированное установлением брачным договором режима собственности супругов, повлекшего ущемление имущественных прав должника ФИО2, а именно выбытие из конкурсной массы должника ликвидных активов.

Суд первой инстанции протокольным определением принял уточнение (от 18.11.2024) заявления финансового управляющего должника, в котором просит:

1. Признать недействительным брачный договор от 14.11.2013, в редакции дополнительного соглашения от 03.06.2014.

2. Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права совместной собственности ФИО2 и ФИО4 на следующие объекты недвижимости:

квартира, жилое помещение, общая площадь 154,60 кв.м, этаж 5. находящаяся по адресу: Самарская область. г.Самара, Ленинский район. ул.Ленинская. д.224, кв.26., кадастровый (или условный) номер 63-63-01/042/2007-261;

нежилое помещение, назначение: Нежилое помещение, площадь 60,10 кв.м. 4 этаж комната №19. находящееся по адресу Самарская область, г.Самара, Октябрьский р-н. ул Революционная. д.70, кадастровый (или условный) номер 63-63-01/342/2007-778;

земельный участок. назначение Земли населенных пунктов, для садоводства, площадью 1500.00 кв м. находящийся по адресу: Самарская область, г Самара. Кировский р-н. Студеный Овраг, СДТ «Победа Октября». 2 линия, участок 41, кадастровый (или условный) номер 63:01 0203001:0155;

расположенные на вышеуказанных земельных участках строения, в том числе не завершенные строительством: - земельный участок для садоводства, площадью 766.22 кв.м находящийся по адресу, г Самара. Кировский район. С-ны Хутора, линия 1 участок №21, кадастровый (условный) номер объекта 63:01:020000:0476(244);

расположенное на нем жилое строение без права регистрации проживания в нем. площадью 57,00 кв.м, находящееся по адресу. г. Самара. Кировский район, С-ны Хутора, линия 1. участок №21.

Кредитором Государственной корпорацией «Агентство по страхованию вкладов» также подано заявление о признании недействительными сделками брачного договора от 14.11.2013, а также отчуждения нежилого помещения, площадью 60,1 кв.м. с кадастровым номером 63:01:0620003:502, находящегося по адресу: <...>, ФИО4, зарегистрированное 11.07.2014, применении последствия недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу солидарно с ФИО4 и ФИО9 рыночной стоимости нежилого помещения, 60,1 кв.м. с кадастровым номером 63:01:0620003:502, находящегося по адресу: <...>.

Также Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просит признать недействительным договор купли-продажи, зарегистрированный 07.07.2014, заключенный между ФИО4 и ФИО5, последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу земельного участка с кадастровым номером 63:01:0000000:19844 и здания с кадастровым номером 63:01:021003:1244, находящиеся по адресу г. Самара, Кировский район, С-ны Хутора, линия 1, участок №21.

Указанные заявления также мотивированы кредитором заключением сторонами приведенных сделок со злоупотреблением правом, выбытием из конкурсной массы должника существенного количества ликвидного имущества.

Судом первой инстанции приняты уточнения в порядке статьи 49 АПК РФ следующего содержания:

1) Удовлетворить в полном объеме заявление финансового управляющего должника ФИО7 (вх. № 230019 от 14.05.2024) к ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, заявление государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (вх. № 336001 от 08.07.2024) к ФИО4, ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, заявление государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (вх. № 337318 от 09.07.2024) к ФИО4, ФИО9 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2.

2) Принять уточнение по заявлению государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (вх. № 337318 от 09.07.2024) в части последствий недействительности сделки: «Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу солидарно с ФИО4 и ФИО9 рыночной стоимости нежилого помещения, 60,1 кв.м. с кадастровым номером 63:01:0620003:502, находящегося по адресу: <...> в размере 2 730 000 руб.».

Отказывая в удовлетворении заявлений финансового управляющего, кредитора о признании недействительным брачного договора, суд первой инстанции исходил из отсутствия в материалах дела доказательств заключения брачного договора с целью причинения вреда кредиторам, поскольку на момент заключения брачного договора у ФИО2 отсутствовали кредиторы, признаки неплатежеспособности не усматривались.

Исходя из отсутствия в материалах дела доказательств заинтересованности ФИО9, а также ФИО5 (добросовестных приобретателей имущества) по отношению к ФИО2, ФИО4, а также пропуска кредитором срока исковой давности для оспаривания сделок по отчуждению имущества ФИО4 в пользу ФИО9, ФИО5, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявлений ГК «Агентство по страхованию вкладов» о признании недействительными сделками отчуждения нежилого помещения, площадью 60,1 кв.м. с кадастровым номером 63:01:0620003:502, находящегося по адресу: <...>, ФИО4, зарегистрированное 11.07.2014, договора купли-продажи, зарегистрированного 07.07.2014, заключенного между ФИО4 и ФИО5

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции руководствовался следующим.

Финансовый управляющий полагал, что совершение сделки по отчуждению должником указанных объектов недвижимости в пользу ФИО4 по Брачному договору является недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ, обратился с требованием о признании ее недействительной, в обоснование которого сослался на выбытие имущества из конкурсной массы должника в результате заключения оспариваемой сделки, на которое могло бы быть обращено взыскание, а вырученные деньги направлены на погашение задолженности перед кредитором.

Также финансовый управляющий сослался на определение режима общего имущества супругов таким образом, что доли в общем имуществе супругов распределены непропорционально (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.19.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Суд первой инстанции установил, что оспариваемые в рамках настоящего спора сделки совершены до 01.10.2015.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 2 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Предметом Брачного договора являются, в том числе следующие объекты недвижимости:

земельный участок. назначение Земли населенных пунктов, для садоводства, площадью 1500.00 кв м. находящийся по адресу: Самарская область, г Самара. Кировский р-н. Студеный Овраг, СДТ «Победа Октября», 2 линия, участок 41, кадастровый (или условный) номер 63:01 0203001:0155;

земельный участок. площадью 126.50 кв.м, находящийся по адресу Самарская область г. Самара Кировский район, Студеный Овраг, ДСК «Победа Октября». вторая линия, участок 41. кадастровый (или условный) номер 63:01:0203001 0156. - расположенные на вышеуказанных земельных участках строения, в том числе не завершенные строительством;

земельный участок для садоводства, площадью 766.22 кв.м находящийся по адресу, г Самара. Кировский район. С-ны Хутора, линия 1 участок №21, кадастровый (условный) номер объекта 63:01:020000:0476(244); - расположенное на нем жилое строение без права регистрации проживания в нем. Площадью 57,00 кв.м, находящееся по адресу: г. Самара. Кировский район, С-ны Хутора, линия 1. участок №21.

В соответствии с пунктом 2.1 Брачного договора названные объекты недвижимости являются раздельной собственностью супруги должника в случае расторжения брака.

Раздельной собственностью ФИО2 в соответствии с п.2.1 Брачного договора являются:

- однокомнатная квартира, площадью: общая - 39,70 кв.м., жилая – 17,10 кв.м., 4 этаж, находящаяся по адресу: Самарская область, г. Самара, Промышленный район, ул. Г. Дмитрова, 111, кв.75, свидетельство о государственной регистрации права серии 63АВ 52990,

- автомобиль марки TOYOTA LAND CRUISER 150 (PRADO), 2010 год выпуска, идентификационный номер <***>, двигатель модель 1 KD 2050894, гос. Регистрационный знак <***>, цвет белый, ПТС 78 УН 267319.

Так, согласно сведениям из картотеки арбитражных дел, дело о банкротстве ФИО2 возбуждено Арбитражным судом Самарской области 06.05.2021.

Абзацем 2-4 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 2 установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1- 2 ст. 168 ГК РФ).

В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, изложенным в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду необходимо установить, что соответствующее лицо в сделке совершило определенные действия, направленные на получение данным лицом каких-либо имущественных прав, нарушение прав и законных интересов кредиторов сторон сделки.

Как следует из материалов дела о банкротстве ОАО «Волго-Камский банк» (дело №А55-26194/2013), должник ФИО2 в период с 24.12.2010 года по 11.11.2013 года исполнял обязанности вице-президента Банка.

Задолженность ФИО2 перед ОАО «Волго-Камский Банк» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» установлена определением Арбитражного суда Самарской области от 28.02.2020 по делу №А55-26194/2013, в котором указано, что в результате действий, совершенных ФИО2 в период с 26.11.2010 по 25.10.2013, банку были причинены убытки в размере 1 648 300 116,87 руб.

Указанная задолженность включена в реестр требований кредиторов должника ФИО2

Брачный договор заключен 14.11.2013, сделки ФИО4 с ФИО9 и ФИО5 - в 2014 году.

Соответственно, даты совершения оспариваемых сделок и дата привлечения должника к ответственности в виде взыскания убытков существенно удалены друг от друга (6 лет).

Сам по себе факт отзыва в 2013 году лицензии у ОАО «Волго-Камский Банк», в котором работал ФИО2, не может свидетельствовать о том, что у него возникли обязательства субсидиарного ответчика на момент совершения сделки – заключение Брачного договора.

Изложенная правовая позиция согласуется с правоприменительной практикой по делам рассмотренным по аналогичным обстоятельствам в отношении иных субсидиарных ответчиков ОАО «Волго-Камский Банк» (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 17.06.2024 по делу №А55-9065/2021, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 19.07.2023 по делу №А55-9067/2021, определение ВС РФ № 306- ЭС23-21776 от 15.11.2023).

В связи с указанным, судом первой инстанции был отклонен довод заявителя о том, что заключая Брачный договор, стороны действовали со злоупотреблением правом, имея цель причинить вред кредиторам, которых на тот момент не было.

Сторона оспариваемого Брачного договора ФИО4 по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованной стороной, поскольку является бывшей супругой должника (брак заключен - 26.08.1995, расторгнут - 26.07.2016).

Из материалов дела следует, что на момент заключения оспариваемой сделки и расторжения брака двое несовершеннолетних детей должника остались и проживали с бывшей супругой должника, в связи с чем их интересы учитывались при заключении брачного договора (дальнейшее платное обучение детей в высших учебных заведениях и их содержание во время учеты подтверждено договорами на обучение, платежными документами и дипломами).

Заключение Брачного договора и дальнейшую продажу части доставшегося каждому из супругов имущества ответчик и должник объяснили в суде первой инстанции следующими обстоятельствами.

Так, в ноябре 2013 ФИО2 лишился работы в ОАО «Волго-Камский Банк».

Брак супругов распадался и на тот момент супруги уже проживали отдельно и отношения между ними были достаточно конфликтными, с сентября 2013 года совместное хозяйство стороны сделки не вели.

Денежных накоплений супруги не имели.

Имущества во время работы должника в Банке супругами не приобретено (что подтверждено выписками из ЕГРН), в тоже время перед ними стояла задача не только определить долю каждого в общем имуществе до расторжения брака, но и обеспечить получение их детьми высшего образования.

Семья имела в собственности несколько объектов недвижимости, приобретенных в браке, за счет продажи некоторых из них семья планировала обеспечить обучение старшей дочери в МГУ им. Ломоносова (стоимость обучения одного года – 350 000 рублей, вместе с арендой жилья и расходами на питание -1 000 000 руб) и обучение младшей дочери в Шанхайском университете политики и права (стоимость по предварительному договору 3 647 долларов, а также ежегодной оплатой обучения, проживания и страховки).

Поскольку уверенности ФИО4 в намерениях ФИО2 относительно обучения детей не было, супругами принято решение о заключении Брачного договора с учетом интересов детей, оставшихся проживать с супругой должника.

Согласно статьей 80 СК РФ родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей.

Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно.

Кроме того, обучение совершеннолетнего ребенка по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, может служить фактором определения иждивения и нетрудоспособности применительно к семейным правоотношениям, исходя из определений, данных в подпункте 1 пункта 2 статьи 9 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и подпункте 1 части 2 статьи 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», абзаце 10 статьи 2 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».

Правовая позиция согласуется с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 14.04.2022 № 15-П.

Материалами дела подтверждается, что ФИО2 и ФИО4 на протяжении получения детьми высшего профессионального образования оплачивали их очное коммерческое обучение, а также содержали детей в период учебы в других городах.

Факт перехода имущества по Брачному договору подтвержден материалами дела, а также договорами и платежными документами, также подтверждено несение ФИО4 бремени содержания спорных объектов недвижимости.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО4 на протяжении 10 лет открыто владеет недвижимостью, осуществляет в ней ремонт и ее содержание, подключение их к сетям электроснабжения, оплачивает коммунальные и налоговые платежи.

Указанные обстоятельства подтверждены платежными документами (платежные поручения, счетами-извещениями, квитанциями, чеками-ордерами, налоговыми уведомлениями, чеки), договорами.

ФИО4 с момента приобретения на ее имя спорной квартиры, находящейся по адресу: г. Самара, ул. Ленинская, 224 – 26 в 2004 году, проживает в указанной квартире совместно с детьми, которые зарегистрированы в указанной квартире вместе с матерью.

Указанные обстоятельства подтверждены справкой МВД РФ, выпиской из решения мирового судьи судебного участка № 1 Железнодорожного судебного района г. Самара ФИО10, письмом НК «Уютное жилье» в адрес ФИО4 исх. № 04.01.2015г., квитанциями об оплате за коммунальные услуги в период ноябрь 2013г. – январь 2016г., платежными поручениями об оплате за коммунальные услуги в указанной квартире с отметкой банка «Авангард» об оплате за все последующие периоды, квитанциями об оплате за услуги газоснабжения ООО «Самарагаз» за период 2013- 2017г.г., квитанциями об оплате за услуги газоснабжения ООО «Газпром межрегионгаз Самара» за последующие периоды, платежными документами и чеками об оплате в НКО «Региональный оператор Самарской области «Фонд капитального ремонта» за квартиру по адресу: ул. Ленинская, дом 224, кв. 26 за период 2015 – 2024г.г., определением Мирового судьи судебного участка № 26 Ленинского судебного района г. Самары Самарской области ФИО11, чеками об оплате ФИО4 налога на имущество физических лиц по объекту: квартира по адресу: ул. Ленинская, дом 224, кв. 26 в период 2016 – 2024, договором с ФИО4 на производство и установку встроенной мебели.

При установленных обстоятельствах, такое поведение сторон не выходит за рамки обычного поведения участников гражданских отношений.

Обязательным элементом недействительной сделки является ее направленность на нарушение чьих-либо прав и законных интересов.

Между тем, оспариваемая сделка не нарушает прав кредитора, так как на момент ее совершения у должника отсутствовали кредиторы. Добросовестность участников гражданского оборота предполагается (ст. 10 ГК РФ).

Ни один разумный участник гражданского оборота не мог предвидеть, что кредиторы могут появиться спустя 6 лет после заключения сделки.

Личных заемных обязательств перед Банком ФИО2 не имел.

Также ФИО4 в банке не работала, не получала кредиты, в связи с чем не могла осознавать возможность появления задолженности.

Вопреки позиции апеллянта довод заявителей о причинении вреда кредиторам должника судом первой инстанции отклонен ввиду несостоятельности.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной по пункту 1 статьи 10 ГК РФ является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании имеющихся в деле доказательств судом установлено, что спорные объекты имущества, отчуждение которых по Брачному договору оспаривается финансовым управляющим, были приобретены супругами в период брака, до трудоустройства должника в ОАО «Волго-Камский банк».

Право собственности зарегистрировано за супругами в период 2003-2007 годов.

Как ранее установлено судом на момент заключения оспариваемой сделки ФИО2 не имел неисполненных обязательств перед кредиторами, признаками неплатежеспособности должник не обладал.

Заключая Брачный договор, должник и ответчик не могли иметь цель причинить вред кредиторам, поскольку последние на тот момент отсутствовали.

Соответственно, несостоятелен довод заявителей о том, что за счет реализации спорных объектов должник должен был исполнить требования кредиторов, а именно: ОАО «Межрегиональный ВолгоКамский Банк реконструкции и развития» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов».

Также суд первой инстанции верно учел значительную удаленность даты совершения оспариваемой сделки (14.11.2013) от даты возбуждения дела о банкротстве должника (06.05.2021) и возникновения требования кредитора (28.02.2020).

Системный анализ действующих положений об оспаривании сделок позволяет прийти к выводу о том, что чем ближе дата совершения оспариваемой сделки к дате возбуждения дела о несостоятельности (банкротства), тем более низкий стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условие для признания сделки недействительной, поскольку предполагается априорная вероятность наличия признаков вредоносности оспариваемой сделки.

Данный вывод применим в обратном порядке к ситуациям, когда дата совершения оспариваемой сделки удалена от даты возбуждения производства о несостоятельности (банкротстве) должника, тем более высокий стандарт доказывания недобросовестности контрагента.

Учитывая, что оспариваемая сделка совершена более чем за 7 лет до возбуждения дела о банкротстве, квалификация поведения ответчика на предмет недобросовестности должна осуществляться исходя из повышенного стандарта доказывания.

При этом наличие признака заинтересованности ответчика по отношению к должнику само по себе не свидетельствует о порочности сделки, о ее совершении с исключительной целью причинения вреда кредиторам.

При этом суд первой инстанции также обоснованно принял во внимание, что частью имущества, а именно: земельный участок, назначение Земли населенных пунктов, для садоводства, площадью 1500.00 кв м. находящийся по адресу: Самарская область, г Самара. Кировский р-н. Студеный Овраг, СДТ «Победа Октября», 2 линия, участок 41, кадастровый; земельный участок, площадью 126.50 кв.м, находящийся по адресу Самарская область г. Самара Кировский район, Студеный Овраг, ДСК «Победа Октября». вторая линия, участок 41), перешедшего в единоличную собственность супруги после заключения Брачного договора, по факту распорядился ФИО2 на основании предоставленного супругой нотариального согласия.

Из анализа платежных документов следует, что полученные от реализации данного имущества денежные средства были направлены должником на обучение и содержание дочерей.

Имущество, приобретенное супругами до момента трудоустройства ФИО2 в ОАО «Волго-Камский банк», было разделено между супругами практически поровну, учитывая, что двумя объектами, доставшимися по условиям брачного договора ФИО4, по факту, распорядился ФИО2

Так, в собственность должника по условиям Брачного договора перешло имущество:

однокомнатная квартира, площадью: общая - 39,70 кв.м., жилая – 17,10 кв.м., 4 этаж, находящаяся по адресу: Самарская область, г. Самара, Промышленный район, ул. Г. Дмитрова, 111, кв.75, свидетельство о государственной регистрации права серии 63АВ 52990, стоимость которой по договору купли-продажи от 24.12.2013 – 1 600 000 руб.;

автомобиль марки TOYOTA LAND CRUISER 150 (PRADO), 2010 год выпуска, идентификационный номер <***>, двигатель модель 1 KD 2050894, гос. Регистрационный знак <***>, цвет белый, ПТС 78 УН 267319, стоимость которого согласно заключению оценщика №467.63.19С.013.24-103/006 – 1 619 000 руб.

В собственность супруги должника по условиям Брачного договора перешло имущество:

земельный участок для садоводства, площадью 766.22 кв.м находящийся по адресу, г Самара. Кировский район. С-ны Хутора, линия 1 участок №21, кадастровый (условный) номер объекта 63:01:020000:0476(244) и расположенное на нем жилое строение (дачный дом) без права регистрации проживания в нем, площадью 57,00 кв.м, находящееся по адресу. г. Самара. Кировский район, С-ны Хутора, линия 1. участок №2, стоимость которых определена договором купли-продажи от 09.06.2014 в размере 2 000 000 руб.;

земельный участок. назначение Земли населенных пунктов, для садоводства, площадью 1500.00 кв м. находящийся по адресу: Самарская область, г Самара. Кировский р-н. Студеный Овраг, СДТ «Победа Октября», 2 линия, участок 41, кадастровый (или условный) номер 63:01 0203001:0155, стоимость которого согласно заключению оценщика №467.63.19С.013.24-103/004 – 8 535 000 руб.;

земельный участок. площадью 126.50 кв.м, находящийся по адресу Самарская область г. Самара Кировский район, Студеный Овраг, ДСК «Победа Октября». вторая линия, участок 41. кадастровый (или условный) номер 63:01:0203001:0156, стоимость которого согласно заключению оценщика №467.63.19С.013.24-103/004 – 432 000 руб.

Данный довод подтверждается имеющимися в материалах дела отчетами об оценке рыночной стоимости объектов недвижимости на дату Брачного договора.

Вместе с тем, стороны Брачного договора после его заключения фактически своими конклюдентными действиями изменили правовой режим двух последних объектов (земельные участки в СДТ «Победа Октября») в связи с чем, паритет сторон не нарушен.

По настоянию супруга ФИО4 оформила нотариальное согласие супругу на распоряжение указанными участками.

Соответственно, должнику отошло имущество общей стоимостью 12 186 000 руб., а ФИО4 – 14 201 000 руб.

Небольшое отклонение (16-17%) в пользу ФИО4 объясняется тем, что с ней остались проживать двое несовершеннолетних детей.

Указанное отклонение не свидетельствует о неравноценном распределении имущества между супругами и ущемлении интересов должника.

Из заключений оценочной компании ООО «ЭКСО-Самара» следует, что оценка имущества проведена в соответствии с Федеральными стандартами оценки, при применении сравнительного подхода и наличии в достаточном объеме достоверной информации о предложениях на аналогичные объекты из открытых источников.

Указанная оценка не оспорена лицами, участвующими в деле, возражений относительно проведенной оценки рыночной стоимости имущества и ходатайств о проведении судебной экспертизы не заявлено.

Судом первой инстанции дана оценка доказательствам, в том числе решению об оценке, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ.

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 №5-П, наличие в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 05.05.2022 №306-ЭС21-4742).

Относимых и безусловных доказательств того, что рыночная стоимость имущества на дату совершения сделок с ответчиками могла существенно отличаться в большую сторону, материалы дела не содержат.

Лицами, участвующими в деле, иная оценка рыночной стоимости имущества, не представлена.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В нарушение указанной нормы ни финансовый управляющий, ни конкурсный кредитор не представили каких-либо доказательств того, что ФИО2 был поставлен заключением Брачного договора в неблагоприятное положение.

Довод финансового управляющего о том, что баланс интересов в рамках брачного договора явно смещен в пользу ФИО4 подлежит отклонению.

Ссылка конкурсного кредитора на Заключение об определении ориентировочной стоимости имущества от 29.11.2024 судом первой инстанции была отклонена по следующим основаниям.

В соответствии с договором купли-продажи от 25.06.2014 ФИО9 приобрел у ФИО4 имущество (нежилое помещение, 60,1 кв.м., расположенное по адресу: <...>) стоимостью 1 000 000 руб.

По мнению конкурсного кредитора, стоимость отчужденного ФИО9 имущества составляет 2 730 000 рублей, в связи с чем сделка ФИО4 с ФИО9 совершена не на рыночных условиях.

Заключение об определении ориентировочной стоимости имущества от 29.11.2024 подготовлено ФИО12.

Между тем, суд первой инстанции не принял данное заключение в качестве достоверного и допустимого доказательства, поскольку сведения, приведенные в отношении аналогов оцениваемого объекта, не соответствуют дате оценки (25.06.2024), информация об аналогах предоставлена в нечитаемом виде в связи с чем проверить выводы оценщика не представляется возможным (п. 2 Федерального стандарта оценки «Отчет об оценке»).

С момента вступления в силу Федерального закона от 27.07.2006 года № 157-ФЗ все физические лица, занятые в оценочной деятельности, обязаны пройти процедуру вступление в СРО оценщиков (ст. 4 Закона об оценочной деятельности), в противном случае право подписи отчета об оценки у такого специалиста отсутствует, что влечет вывод об отсутствии у Заключения обязательного свойства доказательств – достоверности в силу ст. 71 АПК РФ.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно сделал вывод о том, что довод заявителей о неравноценном распределении имущества супругов совершенной сделкой не подтвержден относимыми, достоверными и достаточными доказательствами.

При отсутствии у должника на момент заключения Брачного договора кредиторов, ФИО4 не могла предполагать о злоупотреблении правом и появлении спустя семь лет у бывшего супруга кредиторов; конкурсным кредиторов не представлено доказательств, подтверждающих причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Таким образом, доводы финансового управляющего о наличии пороков сделки, предусмотренных статьями 10, 168, 170 ГК РФ, ее совершении при злоупотреблении правом и мнимом характере сделки, суд первой инстанции верно признал несостоятельными ввиду их недоказанности.

В соответствии с правовой позицией, приведенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.2019 № 309-ЭС19-3099, соглашение об определении долей в совместно нажитом имуществе не может быть признано злоупотреблением правом, учитывая, что супруги вправе по своему усмотрению изменить режим общей совместной собственности имущества, нажитого в браке (или его части), как на основании брачного договора, так и на основании любого иного соглашения (договора), не противоречащего нормам действующего законодательства.

Учитывая установленные судом обстоятельства об отсутствии оснований для признания Брачного договора недействительной сделкой, бывшая супруга должника была вправе распоряжаться имуществом, полученным в результате заключения такого Брачного договора, по своему усмотрению.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Законе.

Оспариваемые сделки ФИО4 с ФИО5 и ФИО9 не являются сделками, совершенными должником или другими лицами за счет должника.

ФИО13 и ФИО9 отчуждено имущество, выбывшее в единоличную собственность ФИО4 в результате заключения брачного договора.

На момент заключения оспариваемых сделок брачный договор не был кем-либо оспорен или поставлен под сомнение каким-либо иным образом.

На момент совершения оспариваемых сделок (2014 год) каких-либо претензий к ФИО2 в связи с его работой в банке не имелось, никакие требования к нему не предъявлялись, арест на имущество не накладывался.

Таким образом, заявителями не представлено каких-либо доказательств того, что условия оспариваемых сделок существенным образом отклонялись от рыночных.

Отказывая в удовлетворении заявлений конкурсного кредитора к ФИО5 и ФИО9, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия условий, необходимых в совокупности для признания сделок купли-продажи недействительными, приняв во внимание установленные обстоятельства приобретения имущества за счет средств ФИО5 и за счет средств ФИО9, соответственно, а также установив факт реального и возмездного характера указанных сделок, наличия у ответчиков финансовой возможности приобретения недвижимого имущества по установленной условиями договора цене и ее соответствия рыночной стоимости имущества, а также реальность владения покупателями спорным имуществом.

Должником и ФИО4 при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции было заявлено о пропуске заявителями объективного срока исковой давности для предъявления требования о признании Брачного договора от 14.11.2013 недействительной сделкой.

В соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как указано во втором абзаце пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200

ГК РФ (в редакции Закона N 100-ФЗ), начинают течь не ранее 01.09.2013 и применяться не ранее 01.09.2023 (пункт 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28.12.2016 N 499-ФЗ "О внесении изменения в статью 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации").

Оспариваемый брачный договор заключен 14.11.2013, то есть после 01.09.2013, соответственно, к этой сделке применима норма пункта 2 статьи 196 ГК РФ и пункта 1 статьи 181 ГК РФ о предельном десятилетнем сроке исковой давности).

Днем начала исполнения сторонами брачного договора в целях определения даты начала течения пресекательного десятилетнего срока исковой давности (п. 1 ст. 181 ГК РФ), является дата заключения брачного договора и удостоверения его нотариусом - 14.11.2013.

Заявление финансового управляющего о признании брачного договора недействительной сделкой поступило в арбитражный суд 11.05.2024 (спустя 10,5 лет после заключения указанной сделки), то есть финансовым управляющим предельный срок исковой давности пропущен.

В соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43, если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума ВС РФ N 43).

Исходя из изложенного, суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения требований финансового управляющего о признании недействительным Брачного договора.

В обоснование заявления о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 07.07.2014, заключенного между ФИО4 и ФИО5, кредитор ссылается на совершение сделки с заниженной стоимостью; наличии в действиях сторон умысла на причинение вреда кредиторам заключение сделки для предотвращения обращения на него взыскания по обязательствам должника перед Банком (ст.ст.10, 168 ГК РФ).

Учитывая вышеизложенные обстоятельства об отсутствии оснований для признания Брачного договора недействительной сделкой, бывшая супруга должника была вправе распоряжаться имуществом, полученным в результате заключения такого Брачного договора, по своему усмотрению.

Добросовестность сторон Брачного договора не опровергнута.

Как следует из материалов дела спорное имущество приобретено ФИО5 у ФИО4 по цене 2 000 000 рублей (за земельный участок и жилое строение на нем без права регистрации проживания в нем).

ФИО5 оплатила рыночную стоимость имущества согласно условиям договора купли–продажи от 09.06.2014 путем безналичного перевода со своего банковского счета денежных средств на счет ФИО4, что является достоверным подтверждением факта оплаты (Определение ВС РФ от 23.07.2024г. по делу № А41-49516/2021 (305-ЭС24- 4503).

Факт безналичного платежа подтверждает заявление на перевод от 10.06.2014 и платежное поручение № 171810 от 10.06.2014.

Расчет покупателя по сделке в полном объеме подтвержден материалами дела.

Право собственности зарегистрировано за ФИО5 07.07.2014 (свидетельства 63-АМ №138313, 63-АМ №138312).

Фактический переход имущества к ответчику подтвержден, материалами дела, а именно: договором энергоснабжения с гражданином – потребителем № 10673 от 12.05.2016, договором № 9931 об осуществлении технологического присоединения от 15.04.2016 и квитанцией к приходному кассовому ордеру об оплате за тех. присоединение, актом о выполнении технических условий от 06.05.2016, актом осмотра (обследования) электроустановки от 06.05.2016, актом об осуществлении технологического присоединения от 06.05.2016, актом разграничения балансовой принадлежности от 06.05.2016, квитанциями об оплате ФИО5 услуг водоснабжения, электроснабжения (до 2016г.), вывоза мусора, охраны, платежей за хоз. нужды за период с 2015 по 2024 в кассу СДТ «Автохозяйство», квитанциями об оплате ФИО5 платежей за ремонт дороги и ремонт летней воды в кассу СДТ «Автохозяйство», счетами и чеками по оплате Рябиновой услуг электроэнергии на объекте по адресу: С-ны Хутора, линия 1, уч. 21 за период с 2017 по 2024.

На протяжении десяти лет ФИО5 открыто владеет указанными объектами и несет расходы по их содержанию, оплате электроэнергии и воды, вывозу мусора, охране, несет расходы по содержанию общего имущества СДТ «Автохозяйство», осуществляет мероприятия по подключению дачного дома непосредственно к сетям энегроснабжающей организации.

ФИО5 не является заинтересованным лицом ни по отношению к ФИО2, ни по отношению к ФИО4 в смысле пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве.

Материалы дела не содержат доказательств заинтересованности сторон оспариваемой сделки, а также доказательств занижения стоимости спорного имущества.

При изложенных обстоятельствах, основания для признания недействительной сделки купли-продажи от 07.07.2014, заключенной между ФИО4 и ФИО5, не установлены.

Довод, изложенный в апелляционной жалобе о том, что отказ в удовлетворении ходатайства об истребовании сведений о доходах ФИО14 за 2011-2013 годы с целью проверки ее платежеспособности повлек принятие незаконного акта, подлежит отклонению. Равно как подлежит отклонению довод о том, что перечисление денежных средств не свидетельствует о добросовестности контрагента, поскольку денежные средства могли быть получены от должника, следовательно, только сведения о наличии финансовой возможности могут подтвердить возмездность сделки.

Согласно материалам дела расчеты по спорной сделке были проведены безналичным способом.

Ссылка финансового управляющего на отсутствие в материалах дела доказательств наличия у ответчика финансовой возможности к передаче денежных средств, не соответствуют представленным в материалы дела документам.

Безналичный расчет предполагает наличие остатка денежных средств по счету владельца счета для проведения расходной операции.

В связи с чем, платеж свидетельствует о наличии у покупателя денежных средств для соответствующего платежа. При этом подтверждения иной финансовой возможности в виде сведений о доходе или имуществе, принадлежащем на праве собственности, не требуется. Иное не следует ни из материалов дела, ни из приведенных доводов об оспаривании сделок.

Довод о том, что денежные средства могли быть получены от должника являются безосновательными, основанными на предположениях, не подтверждаются надлежащими доказательствами.

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что между оспариваемой сделкой и рассмотрением дела в суде первой инстанции прошло более 10 лет. Очевидно, что при таких обстоятельствах доказывание источников происхождения средств на конкретную сделку объективно затруднено.

По смыслу норм АПК РФ о доказывании доказательством могут быть сведения или информация, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Истребуемое доказательство не обладает данным признаком, так как сам факт оплаты (с учетом наличия в деле платежного поручения) в любом случае опровергнут не будет.

Доказательств перечислений со счета должника в пользу ФИО5 не представлено.

Заинтересованность ФИО5 по отношению к должнику не установлена.

Факт того, что ФИО5 приобрела не только объект у должника, но и еще и другой объект у бывшей супруги должника не доказывает факт ее заинтересованной по отношению к должнику. О продаже объекта недвижимости супругой ФИО2 ФИО4 ФИО5 узнала после совершения сделки с ФИО2

Финансовым управляющим и кредитором не доказано, что оспариваемые сделки заключены на нерыночных условиях, факт добросовестного приобретения ФИО5 указанного земельного участка и дачного дома, а также добросовестного владения имуществом на протяжении более 10 лет подтверждены материалами дела.

Доводы апеллянта о недобросовестном поведении ФИО5 несостоятельны.

Относительно заявления конкурсного кредитора ГК «Агентство по страхованию вкладов» о признании недействительной сделкой договора купли продажи от 25.06.2014, заключенного между ФИО4 и ФИО9 в отношении нежилого помещения, 60,1 кв.м. с кадастровым номером 63:01:0620003:502, находящегося по адресу: <...>, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В обоснование заявления кредитор ссылается на совершение мнимой сделки, заключенной при злоупотреблении правом, направленной на вывод активов должника из конкурсной массы.

Между тем, судом установлено, что имущество приобретено ответчиком за 1 000 000 рублей.

Оплата по сделке осуществлена ФИО9 путем передачи наличных денежных средств, что подтверждается расписками о приеме–передачи денежных средств от 25.06.2014, составленных и подписанных при участии свидетелей.

ФИО9 имел доход от предпринимательской деятельности, продавал и приобретал объекты недвижимости.

В 2011 году ответчиком было реализовано несколько принадлежащих ему объектов недвижимости, в результате чего в распоряжении ответчика имелись денежные средства.

Имущественное положение ФИО9, а также факты приобретения и продажи объектов недвижимости подтверждаются выпиской из ЕГРН о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости от 10.10.2024 № КУВИ001/2024-249925478.

Согласно указанной выписке, в период с 01.01.2004 по 09.10.2024 в собственности ФИО9 имелось 12 объектов недвижимого имущества.

Ответчик являлся собственником указанного имущества до января 2019 года, использовал офисное помещение и содержал его, оплачивая эксплуатационные платежи (электроснабжение и отопление) в ООО «Эксплуатационная компания», что подтверждается квитанциями об оплате.

ФИО9 также не является заинтересованным лицом по отношению к ФИО2, ФИО4 в смысле пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве.

Материалы дела не содержат каких-либо доказательств взаимозависимости между ФИО9, должником и его супругой.

Расхождение между волей и волеизъявлением сторон сделок не установлено.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания квалифицировать оспариваемые сделки в качестве мнимых, заключенных при злоупотреблении правом, и направленных на вывод активов должника из конкурсной массы.

В отношении оспариваемой сделки с ФИО9 финансовый управляющий в апелляционной жалобе также ссылается на то, что в случае ссылки стороны обособленного спора в деле о банкротстве на передачу наличных денежных средств к ней предъявляется стандарт доказывания, установленный в пункте 26 Постановления № 35, независимо от характера обособленного спора.

Отклоняя указанный довод, судебная коллегия исходит из того, что оспариваемый договор ФИО4 с ФИО9 заключен 25.06.2014.

Согласно пункту 4.2. договора передача указанного в п. 1.1 недвижимого имущества осуществлена при подписании настоящего договора, который имеет силу передаточного акта.

Оплата купленного офиса ФИО9 произведена 25.06.2014, что подтверждается расписками, составленными сторонами.

Право собственности ФИО9 было зарегистрировано 11.07.2014.

Таким образом, сделка начала исполняться сторонами в день подписания договора и передачи денежных средств за объект недвижимости – 25.06.2014.

Расчет производился наличными деньгами в присутствии двух свидетелей. Прием - передача денежных средств подтверждается расписками, на которых имеются подписи свидетелей и их паспортные данные.

ФИО9 имел финансовую возможность приобрести офисное помещение, поскольку имел доход от предпринимательской деятельности, а также в предыдущий период продал несколько принадлежащих ему объектов недвижимости, что подтверждается материалами дела.

Судебная коллегия полагает, что имущественное положение ФИО9 иего финансовая возможность приобретения у ФИО4 данного объектанедвижимости подтверждены.

Вопреки позиции апеллянта аффилированность сторон не подтверждена.

Ответчиками также заявлен довод о пропуске предельного десятилетнего срока исковой давности по данным заявлениям конкурсного кредитора, оценивая который следует исходить из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Договор между ФИО4 и ФИО5 был заключен 09 июня 2014 года.

Согласно пункту 4.2. Договора, передача указанного в п. 1.1. недвижимого имущества осуществлена при подписании настоящего Договора, который имеет силу передаточного акта.

Расчет между сторонами сделки по договору произведен 10.06.2014.

17.06.2014 стороны сдали документы на государственную регистрацию сделки в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области, о чем в книгу учета входящих документов № 01/044/2014 внесена запись № 568.

Затем государственная регистрация была приостановлена, о чем имеется Уведомление Росреестра от 25.06.2014.

После устранения ФИО4 оснований приостановления государственной регистрации сделка была зарегистрирована 07.07.2014.

Таким образом, сделка начала исполняться сторонами 09.06.2014, в день заключения договора купли-продажи, когда объекты недвижимости были переданы покупателю.

Следовательно, предельный срок исковой давности истек 09.06.2024, в то время как заявление конкурсного кредитора об оспаривании сделки поступило в суд 05.07.2024 посредством электронной связи, то есть с пропуском объективного срока исковой давности.

Договор купли-продажи недвижимого имущества между ФИО4 и ФИО9 был заключен 25.06.2014.

Оплата имущества ФИО9 состоялась 25 июня 2014.

Право собственности ФИО9 было зарегистрировано 11.07.2014.

Таким образом, сделка начала исполняться сторонами в день подписания договора и передачи денежных средств за объект недвижимости, т.е. «25» июня 2014 года.

Следовательно, пресекательный десятилетний срок исковой давности для оспаривания этой сделки истек 25 июня 2024.

В то время как заявление о признании данной сделки недействительной было подано конкурсным кредитором в Арбитражный суд Самарской области посредством электронной связи 08.07.2024, то есть с пропуском десятилетнего срока исковой давности.

Обе сделки заключены после 01.09.2013, соответственно, к этим сделкам применима норма пункта 2 статьи 196 ГК РФ и пункта 1 ст. 181 ГК РФ о предельном десятилетнем сроке исковой давности, исходя из абзаца второго пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности".

Довод, изложенный в апелляционной жалобе о том, срок исковой давности подлежит исчислению с даты регистрации права собственности на проданные объекты за покупателями, основан на неверном толковании правовых норм.

Предметом оспаривания в рамках настоящего обособленного спора является брачный договор, заключенный между ФИО4 и ФИО2. 14.11.2013, а также 2 сделки заключенные позднее Хотимлянской в отношении имущества, перешедшего в ее единоличную собственность по данному договору.

Апеллянт оспаривает вывод суда о пропуске срока исковой давности в отношении сделки между ФИО4 и ФИО5

Однако Хотимлянская распоряжалась объектом, который отошел ей по брачному договору, который не признан недействительным.

В соответствии с пунктом 2 статьи 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года №35-ФЗ "О противодействии терроризму".

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как указано во втором абзаце пункта 27 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса РФ (в редакции Закона N 100-ФЗ), начинают течь не ранее 01.09.2013г. и применяться не ранее 01.09.2023г. (пункт 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28.12.2016 N 499-ФЗ "О внесении изменения в статью 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации").

Оспариваемый брачный договор заключен 14.11.2013, то есть после 01.09.2013, соответственно, к этой сделке применима норма пункта 2 статьи 196 ГК РФ и пункта 1 ст. 181 ГК РФ о предельном десятилетнем сроке исковой давности.

Заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной поступило в арбитражный суд 11.05.2024 (спустя 10,5 лет после заключения указанной сделки), т.е. финансовым управляющим предельный срок исковой давности пропущен.

В соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43, если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления-этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума ВС РФ N 43).

Истечение десятилетнего срока с момента совершения оспариваемой сделки (так называемый объективный срок исковой давности) является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Рассматривая настоящий обособленный спор, суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, доказательства, проанализировав доводы и возражения участвующих в деле лиц, принимая во внимание, что с учетом вышеприведенных фактических обстоятельств дела на дату совершения спорных сделок признаками неплатежеспособности должник не обладал (не имел неисполненных перед кредиторами обязательств), с учетом мотивов отчуждения спорного имущества (квартиры, находящейся по адресу: г. Самара, ул. Ленинская, 224 – 26) в пользу супруги, которая до настоящего времени в спорной квартире проживает вместе с детьми, а также, не установив злоупотребление сторонами правом, нарушение ими прав и законных интересов третьих лиц заключенной сделкой, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания брачного договора от 14.11.2013, договора купли-продажи земельного участка для садоводства, площадью 766.22 кв.м., находящийся по адресу, г Самара. Кировский район. С-ны Хутора, линия 1 участок №21, кадастровый (условный) номер объекта 63:01:020000:0476(244), от 09.06.2014 (зарегистрирован 07.07.2014), заключенного между ФИО4 и ФИО5, договора купли-продажи нежилого помещения, площадью 60,1 кв.м. с кадастровым номером 63:01:0620003:502, находящегося по адресу: <...>, от 25.06.2014 (зарегистрирован 11.07.2014) недействительными сделками по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 ГК РФ, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении заявленных финансовым управляющим должника, кредитором требований.

Судебная коллегия вопреки позиции финансового управляющего соглашается с выводом с выводом суда первой инстанции о том, что на момент заключения брачного договора у должника не имелось обязательств перед ОАО «Волго-Камский банк».

Единственный кредитор, включенный в реестр кредиторов ФИО2. - ГК «АСВ». Задолженность ФИО2. установлена Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.02.2020 по делу №А55-26194/2013. Должнику вменены в вину действия, совершенные им в 2010-2013 годах, на посту вице-президента Банка.

Таким образом, фактические обстоятельства, относящиеся к данному делу, имеют следующую хронологию.

14.11.2013 - заключен оспариваемый брачный договор.

В декабре 2016 года - ГК АСВ обратилась в суд с заявлением о привлечении ряда ответчиков, в том числе, ФИО2. к ответственности в виде взыскания убытков.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.02.2020 по делу №А55-26194/2013 с ФИО2. в пользу ОАО «Волго-Камский банк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» взыскана 1 648 300 116,87 руб. - убытки, причиненные ФИО2, банку в период работы в должности вице-президента (2010 - 2013 годы). Указанное Определение вступило в законную силу 26 июня 2020 г.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 02.11.2021 (резолютивная часть от 27.10.2021) ФИО2. признан несостоятельным (банкротом).

Таким образом, оспариваемый брачный договор заключен более чем за 3 года до появления к должнику каких-либо претензий со стороны кредиторов, за 6,5 лет до удовлетворения требований к нему и за 8 лет до признания его несостоятельным (банкротом).

При таких обстоятельствах отсутствуют основания для вывода о том, что оспариваемая сделка нарушает права и законные интересы каких-либо третьих лиц, так как интерес каких-либо третьих лиц в имущественной сфере ФИО2. отсутствовал.

Ссылка на судебную практику не является релевантной, поскольку судебные акты приняты при иных фактических обстоятельствах.

Суд совершенно верно определил, что сам по себе факт отзыва лицензии у банка, в котором должник работал не может свидетельствовать о том, что у него возникли какие-либо обязательства перед кредиторами банка.

Судебная коллегия также принимает во внимание, что вина ФИО2, приведшая к взысканию с него задолженности в пользу ГК АСВ, установленная судом только через 7 лет после совершения им спорной сделки, не носила умышленного характера и состояла в непринятии им как членом кредитного комитета с должной степенью заботливости достаточных и необходимых мер для предотвращения вреда (Определение Арбитражного суда Самарской области от 28.02.2020г. по делу N А55-26194/2013).

Оспариваемая сделка не нарушает ничьих прав, так как на момент ее совершения у должника не имелось кредиторов, и ни один разумный участник гражданского оборота не мог предвидеть, что они появятся.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 20.12.2024 по делу № А55-9063/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий О.А. Бессмертная

Судьи А.И. Александров

Г.О. Попова