Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Москва

21 мая 2025г. Дело № А40-104104/24-25-822

Резолютивная часть решения объявлена 22 апреля 2025г.

Мотивированное решение изготовлено 21 мая 2025г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Огородниковой М.С.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Якубовой М.Р.

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску: ООО "ГАЗПРОМ ЭНЕРГО" (ОГРН: 20.12.2002, ИНН: <***>)

к ответчику: ПАО "ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЕТЕВАЯ КОМПАНИЯ - РОССЕТИ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о взыскании убытков в размере 75 264 445 руб. 39 коп. (с учетом уточнений, принятых в порядке ст. 49 АПК РФ)

при участии

от истца – ФИО1 по доверенности 09.01.2024.Надмитов А.Н. по дов. от 17.03.2025

от ответчика - Несен Е.Н. по дов. от 05.12.2022, ФИО2 по дов. от 12.03.2024

УСТАНОВИЛ:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ГАЗПРОМ ЭНЕРГО" (196084, Г.САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ МОСКОВСКАЯ ЗАСТАВА, УЛ ЧЕРНИГОВСКАЯ, Д. 8, ЛИТЕРА К, ПОМЕЩ. 23-Н, ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 20.12.2002, ИНН: <***>) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЕТЕВАЯ КОМПАНИЯ - РОССЕТИ" (ПАО «Россети») (121353, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ МОЖАЙСКИЙ, БЕЛОВЕЖСКАЯ УЛ., Д. 4, ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 20.08.2002, ИНН: <***>) о взыскании убытков в размере 138 966 346,41 руб. за период с 01.01.2019 по 31.12.2022.

Заявлением от 30.09.2024 истец в порядке статьи 49 АПК РФ уточнил исковые требования, и просил взыскать убытки в размере 75 264 445,39 руб. за период с 01.01.2019 по 31.12.2022. Уточненные требования приняты судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

Истец в судебном заседании заявленные требования поддержал.

Ответчик в удовлетворении заявленных требований просил отказать по доводам, изложенным в отзыве.

Исследовав письменные материалы дела в соответствии с ст. 71 АПК РФ, заслушав лиц, участвующих в деле, суд пришел к следующим выводам.

В обоснование исковых требований истец указывает, что ООО «Газпром энерго» является сетевой организацией, которая на основании договоров аренды имуществас ПАО «Газпром» №№ 01/1600-Д-144/16 от 29.02.2016 (инв.№ 122073, инв.№ 122079), 01/1600-Д-40/19 от 22.11.2018 (инв.№ 122072), владеет и пользуется следующими объектами электросетевого хозяйства, относящимся к единой национальной (общероссийской) электрической сети (ЕНЭС): ВЛ-220 кВ Кумертауская ТЭЦ - Гелий 3, ВЛ-220 кВ ПС Каргалинская 220 - ПС Гелий 3. Линия электропередачи напряжением 220 кВ (ВЛ 220 кВ) Кумертауская ТЭЦ - ПС «Гелий-3» - ПС «Каргалинская» состоит из трех участков и имеет общую протяженность 160,11 км, в том числе: участок от Кумертауской ТЭЦ до ПС «Гелий-3» имеет протяженность 140,11 км. (принадлежит ООО «Газпром энерго»); участок от ПС «Гелий-3» в сторону ПС Каргалинская 8,3 км до опоры № 24 (52) (принадлежит ООО «Газпром энерго»); участок 11,7 км. от опоры № 24 (52) до ПС ФИО3 «Каргалинская» (в настоящее время принадлежит ответчику). ВЛ-220 является транзитной и служит для перетока электрической энергии между субъектами РФ: республикой Башкортостан и Оренбургской областью по мере необходимости в случае возникновения дефицита энергии в том или ином субъекте.

Перечисленные выше объекты электросетевого хозяйства, принадлежащиеООО «Газпром энерго», входят в ЕНЭС, что подтверждается приказами Минпромэнерго России от 11.03.2008 № 113, в связи с чем ООО «Газпром энерго» в соответствии с пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-Ф3 «Об электроэнергетике» ограничено в осуществлении своих прав в части: заключения договоров оказания услуг по передаче электрической энергии с использованием объектов ЕНЭС и определения условий этих договоров; использования (вывода из эксплуатации) объектов ЕНЭС без согласования с ПАО «Россети».

Между ООО «Газпром энерго» и ПАО «Россети» заключен договор № ДПИ-2 от 17.11.2011, в соответствии с условиями которого ответчик взял на себя обязательство заключать с третьими лицами от своего имени договоры оказания услуг по передаче электрической энергии с использованием объектов, принадлежащих истцу и обеспечить возврат доходов, получаемых в результате осуществления его прав, определяемых как доход, который истец получил бы в случае самостоятельного осуществления своих прав по оказанию на возмездной договорной основе услуг по передаче электрической энергии (пп. 6 п. 5 договора ДПИ-2).

Истец указывает, что постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2023 по делу № А40-192966/2021 удовлетворены требования ООО «Газпром энерго» к ПАО «Россети» о взыскании основного долга по договору № ДПИ-2 за период с марта 2019 по май 2021 в размере 73 350 357 руб. 49 коп. Решением Арбитражного суда г.Москвы от 30.05.2024 по делу № А40-248123/2023 удовлетворены требования ООО «Газпром энерго» к ПАО «Россети» о взыскании основного долга договору № ДПИ-2 за период с июнь 2021 по декабрь 2023 в размере 88 785 600 руб. 28 коп. Расчет взысканных сумм производился на основании тарифа, утвержденного приказом ФАС России № 1915 от 28.12.2028.

По мнению истца, в настоящее время остаются неурегулированными отношения между истцом и ответчиком по исполнению договора, в связи с отказом ответчика в согласовании прогнозных величин для установления тарифа для взаиморасчетов в рамках договора ДПИ-2 с 2020 года, ФАС России прекращает рассмотрение дел об установлении тарифа на услуги по передаче электрической энергии по ЕНЭС, оказываемые истцом, что, как полагает истец, делает невозможным ежегодную корректировку тарифа с учетом понесенных фактических расходов.

Истец полагает, что действия ПАО «Россети» приводят к образованию убытковООО «Газпром энерго» из-за значительной разницы между уровнем фактических затрат в соответствии с бухгалтерской отчетностью (оборотносальдовая ведомость по счетам 90.30 (Себестоимость продаж), 90.40 (Управленческие расходы) и уровнем возмещения по договору ДПИ-2, заложенным в тарифе 2019 года.

По мнению истца, фактические затраты ООО «Газпром энерго» за период 2019 - 2022 года превышают размер доходов, рассчитанных по тарифу 2019 года на 138 966 346,41 руб. без НДС (до уточнения исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ), 75 264 445,39 (с учетом уточнения исковых требований), в связи с чем он полагает указанную сумму убытками, подлежащими взысканию с ответчика.

По мнению истца, указанные действия ответчика привели к образованию убытков у истца из-за значительной разницы между уровнем фактических затрат и уровнем возмещения ответчиком по договору, заложенным в тарифе 2019 года.

Указанные обстоятельства послужили основаниями для обращения в суд.

Изучив доводы лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные доказательства, суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд руководствуется следующим.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в части 1 пункта 5 Постановления от 24.03.2016 №75 и в пункте 12 Постановления от 23.06.2015 № 256 истец обязан доказать: противоправность поведения (действий/бездействия) причинителя убытков; наличие понесенных убытков; размер понесенных убытков (в том числе разумность и достоверность размера); наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением и возникшими убытками. Недоказанность одного из перечисленных условий влечет за собой невозможность привлечения к имущественной ответственности в виде взыскания убытков.

В силу ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения вреда ответчиком, противоправность действий причинителя вреда, размер понесенных убытков, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями.

В рассматриваемом споре не усматривается наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и понесенными истцом расходами. Истцом не доказано наличие условий для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков (ст. 15 ГК РФ) по следующим основаниям.

Как и любая форма гражданско-правовой ответственности, возмещение убытков является результатом правонарушения и имеет место только тогда, когда поведение должника носит противоправный характер. При этом юридическое значение имеет только прямая (непосредственная) причинная связь между противоправным поведением должника и убытками кредитора.

Прямая (непосредственная) причинная связь имеет место тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между противоправным поведением лица и убытками не существует каких-либо обстоятельств, имеющих значение для гражданско-правовой ответственности. Поэтому по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причиненным вредом.

Таким образом, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер убытков и причинно-следственную связь между первым и вторым обстоятельствами. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков. При этом юридическое значение имеет только прямая (непосредственная) причинная связь между противоправным поведением ответчика и возникшими у истца убытками.

Аналогичный правовой подход изложен в постановлениях Арбитражного суда Московского округа от 12.02.2025 по делу № А40-294510/2019, от 17.01.2025 по делу № А40-102592/2024, от 22.11.2024 по делу № А41-8284/2020, от 14.10.2024 по делу № А40-537/2022.

Истец определяет убытки как разницу между доходом, который он уже получил по тарифу, установленному приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18, и доходом, который мог бы быть им получен, если бы ФАС России был установлен иной тариф.

Суд принимает во внимание ранее состоявшиеся судебные акты между истцом и ответчиком по делам №№ А40-290941/2019, А40-206115/2019, А40-192966/2021, А40-248123/2023, вступившие в законную силу, принятые между теми же лицами, в отношении того же договора № ДПИ-2, в связи с чем имеющие преюдициальное значение (ст. 69 АПК РФ). В указанных судебных актах, отсутствует вывод о наличии ООО «Газпром энерго» убытков, а также о противоправном поведении ответчика, которое бы причинило истцу убытки.

Истец в рамках дел № А40-192966/21, № А40-248123/2023 взыскал с ПАО «Россети» задолженность по договору № ДПИ-2 за март 2019 - сентябрь 2023 в общей сумме 153 032 609,81 руб. (73 350 357,49 руб. – по делу А40-192966/21, 79 682 252,32 руб. – по делу А40-248123/2023) по тарифу, утвержденному приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18. По иску о взыскании стоимости услуг за январь - февраль 2019 по ДПИ-2 требования истца судами признаны не обоснованными, в удовлетворении иска отказано (дело № А40-206115/2019).

При рассмотрении указанных дел судами установлено, что истцу приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18 установлен тариф на услуги по передаче электрической энергии, используемый в расчетах с ответчиком при исполнении договора № ДПИ-2; указанный тариф вступил в силу с 01.01.2019, срок окончания действия приказа (тарифа) не определен; указанный тариф не отменен, не признан недействительным, является экономически обоснованным и может быть использован в расчетах между истцом и ответчиком в спорном периоде.

Отношения между истцом и ответчиком опосредованы Договором о порядке использования объектов электросетевого хозяйства от 17.11.2011 № ДПИ-2

В соответствии с п. 8 договора № ДПИ-2 цена договора включает: стоимость содержания объектов, определяемой путем умножения ставки тарифа на услуги по передаче электрической энергии на содержание объектов, утвержденной Владельцу на величину заявленной мощности потребителей услуг по передаче электроэнергии; стоимости нормативных технологических потерь электроэнергии, возникающих при передаче электроэнергии по объектам, в ходе исполнения Ответчиком договоров с потребителями услуг по передаче электроэнергии.

Подпункт 6 пункта 5 договора № ДПИ-2 предусматривает обязанность ответчика обеспечить в соответствии с требованиями раздела IV договора возврат истцу доходов, получаемых в результате осуществления его прав (включая стоимость нормативных потерь электрической энергии в принадлежащих истцу объектах), определяемых как доход, который он получил бы в случае самостоятельного осуществления своих прав путем оказания на возмездной договорной основе услуг по передаче электрической энергии.

Указанные доходы, в соответствии с п. 3 ст.8 Закона об электроэнергетике, должны предусматривать возмещение экономически обоснованных расходов соответствующих услуг; прибыль, обеспечивающую доходность используемого исходя из нормы доходности, определяемой в соответствии с Федеральным законом.

Таким образом, взыскание истцом с ПАО «Россети» в рамках дел № А40-192966/2021, № А40-248123/2023 задолженности по договору № ДПИ-2 за март 2019 - сентябрь 2023 в размере 153 032 609,81 руб. обеспечило истцу возмещение экономически обоснованных расходов на содержание оборудования. Взыскание задолженности произведено истцом по тарифу на услуги по передаче электрической энергии, установленный приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18, который является действующим и экономически обоснованным.

Как следует из судебных актов по делам № А40-192966/21, № А40-248123/2023, именно истец указал тариф на услуги по передаче электрической энергии, установленный приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18, в качестве основания исковых требований по названным делам.

Право определить предмет и основания иска принадлежит истцу (определения Верховного Суда РФ от 15.02.2017 № 302-ЭС16-20322, от 21.03.2023 № 16-КГ23-1-К4, от 31.01.2022 № 47-КГПР21-16-К6, от 25.12.2018 № 16-КГ18-44). Суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении»).

Тариф на услуги по передаче электрической энергии, установленный приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18, не был отменен, либо признан недействительным. Данный тариф является экономически обоснованным (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2023 по делу № А40-192966/2021).

При этом постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2023 по делу № А40-192966/2021, установившего факт экономической обоснованности тарифа, утвержденного приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18, вынесено после направления дела на повторное рассмотрение определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 03.07.2023 № 305-ЭС22-28561 по делу № А40-192966/2021, и его законность подтверждена постановлением Арбитражного суда Московского округа от 03.05.2024 № Ф05-24425/2022 по делу № А40-192966/2021, а также определением Верховного Суда РФ от 30.08.2024 N 305-ЭС22-28561(2), которым отказано в передаче дела № А40-192966/2021 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства.

В силу естественно-монопольной деятельности сетевых организаций услуги по передаче электроэнергии подлежат государственному ценовому регулированию (ст.ст. 4 и 6 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях», п. 4 ст. 23.1 Закона об электроэнергетике, п.п. 6, 46 - 48 Правил № 861, пп. 3 п. 3 Основ ценообразования № 1178).

Согласно п. 8 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике (утв. постановлением Правительства РФ от 29 декабря 2011 г. № 1178) (далее - Правила № 1178) установление тарифов производится регулирующими органами путем рассмотрения соответствующих дел, а согласно пункту 35 указанных Правил тарифы применяются в соответствии с решениями регулирующих органов.

Истец, являясь коммерческой организацией и профессиональным участником рынка электроэнергетики, должен быть заинтересован в проявлении собственной инициативы по представлению обосновывающих материалов для установления на очередной год уровня тарифа, выгодного для осуществления деятельности по оказанию услуг по передаче электрической энергии.

В этой связи законодательством на него возложена обязанность предоставления соответствующего комплекта документов, содержащего необходимые и достаточные сведения для установления нужного тарифа. Неисполнение данной обязанности имеет своим последствием неблагоприятные последствия в виде риска принятия регулирующим органом решения без учета всех, возможно и объективно существующих, обстоятельств (определение Верховного Суда РФ от 05.12.2014 № 307-КП4-5116, решение Верховного Суда РФ от 16.12.2020 № АКПИ20-688).

В соответствии с п. 80 Основ ценообразования № 1178, цены (тарифы) на услуги по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети устанавливаются: для организации по управлению единой национальной (общероссийской) электрической сетью; для других собственников или иных законных владельцев объектов электросетевого хозяйства, входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть.

В случаях когда собственники или иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть, ограничены в соответствии с Федеральным законом «Об электроэнергетике» в осуществлении своих прав в части права заключения договоров об оказании услуг по передаче электрической энергии с использованием указанных объектов, тарифы на услуги по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети определяются так, как они определялись бы в соответствии с настоящим документом, если бы такое ограничение не применялось.

Истец является законным владельцем объектов электросетевого хозяйства, входящих в ЕНЭС, который в соответствии с п. 2 ст. 7 Закона об электроэнергетике № 35-ФЗ ограничен в осуществлении, в частности, права заключения договоров оказания услуг по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, входящих в ЕНЭС.

Таким образом, при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети истец как организация, заинтересованная в получении от ответчика денежных средств на содержание своих объектов ЕНЭС, в силу п. 80 Основ ценообразования № 1178, обязан действовать так, как если бы такое ограничение не применялось (по правилам для сетевой организации, устанавливающей тариф на услуги по передаче электрической энергии по ЕНЭС).

По общему правилу тарифные решения принимаются исходя из предложений регулируемых организаций о плановых (прогнозных) величинах. В качестве базы для расчета тарифов используются объем отпуска электроэнергии потребителям, величина мощности и величина технологического расхода (пункты 12, 17, 18 Правил № 1178, пункт 81 Основ ценообразования № 1178).

Предложенные регулируемыми организациями величины проверяются экспертным путем на соответствие экономической обоснованности планируемых (расчетных) себестоимости и прибыли, на обеспечение экономической обоснованности затрат на передачу электроэнергии. Кроме того, учитывается результат деятельности сетевых организаций по итогам работы за период действия ранее утвержденных тарифов. Тариф устанавливается на принципах стабильности и необратимости (пункт 2 статьи 23, статья 23.2 Закона об электроэнергетике, пункт 64 Основ ценообразования № 1178, пункты 7, 22, 23, 31 Правил № 1178, разделы IV, V Методических указаний № 20-э/2) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139).

Тариф устанавливается на принципах стабильности и необратимости (пункт 2 статьи 23, статья 23.2 Закона об электроэнергетике, пункт 64 Основ ценообразования № 1178, пункты 7, 22, 23, 31 Правила № 1178, разделы IV, V Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом ФСТ России от 06.08.04 № 20-э/2 (далее - Методические указания № 20-э/2).

В соответствии с п. 80 Основ ценообразования № 1178, в качестве базы для расчета цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети используются объем отпуска электрической энергии в целях компенсации потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям в единой национальной (общероссийской) электрической сети и величина мощности, определяемая в соответствии с Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг и прогнозным балансом.

Таким образом, положения указанной нормы, равно как и пункта 15(1) Правил недискриминационного доступа № 861, предусматривают, что объем услуг по передаче электрической энергии по ЕНЭС, определяется исходя из двух составляющих (двухставочный тариф): объема отпуска электрической энергии в целях компенсации потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям в единой национальной (общероссийской) электрической сети; расходов на содержание электрических сетей (плата за мощность) (постановление Арбитражного суда Московского округа от 13.12.2022 № Ф05-10666/2022 по делу № А40-36481/2021).

Исходя из вышеизложенного, тариф на услуги по передаче электрической энергии, установленный приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18, который положен в основу судебных актов о взыскании с ПАО «Россети» услуг по договору № ДПИ-2 в рамках дел №№ А40-192966/21, А40-248123/2023 за март 2019 - сентябрь 2023 в размере 153 032 609,81 руб., обеспечивает истцу возмещение экономически обоснованных расходов на содержание электрических сетей (оплата расходов на содержание электрических сетей, компенсируемая тарифом).

Субъекты электроэнергетики обязаны применять тарифы в соответствии с решениями регулирующих органов и не вправе самостоятельно их изменять. Возможность выбора тарифа на услуги по передаче электроэнергии предопределяется условиями технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителя (определение Верховного Суда РФ от 26.10.2015 № 305-ЭС15-8748 по делу № А40-53908/2014). Вариант тарифа, применяемый при оплате услуг по передаче электроэнергии, императивно установлен законодательством и предопределен фактическими условиями технологического присоединения сетей (определение Верховного Суда РФ от 26.09.2016 № 310-ЭС16-7069).

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2015 № 3 (2015) (п.п. 2, 3 раздела II), при определении стоимости услуг по передаче электрической энергии потребитель услуг и сетевая организация (исполнитель услуг) не вправе самостоятельно изменять величины ставок тарифов, указанных в правовом акте, которым утвержден тариф. Указанное подтверждается практикой рассмотрения аналогичных дел (определения Верховного суда РФ от 19.06.2015 № 305-ЭС15-782, от 19.06.2015 № 305-ЭС15-2617, от 19.06.2015 № 305-ЭС15-1689, от 19.06.2015 № 305-ЭС15-2485, от 19.06.2015 № 305-ЭС15-2517, от 19.06.2015 № 305-ЭС15-2545, от 19.06.2015 № 305-ЭС15-2487, от 22.06.2015 № 305-ЭС15-1385, от 26.10.2015 № 305-ЭС15-8748, от 26.10.2015 № 305-ЭС15-8068, от 08.05.2015 № 310-ЭС14-8432).

Настоящий иск заявлен о взыскании с ответчика разницы между фактическими затратами на содержание объектов электросетевого хозяйства, и расходами, учтенными в государственном тарифном решении, установленном приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18.

Указанные действия истца противоречат действующему законодательству, поскольку направлены на то, чтобы в нарушение законодательных норм обойти тарифное решение (взыскание с ответчика расходов сверх действующего тарифа).

Кроме того, истец ранее уже реализовал право взыскать с ответчика понесенные расходы путем подачи иска о взыскании с ответчика денежных средств по ДПИ-2 за 2019 – 2023 г.г (дела №№ А40-206115/2019, А40-192966/21, № А40-248123/2023).

Повторная подача иска о взыскании убытков по тем же периодам (2019 - 2022 г.г.) по сути направлена на компенсацию расходов, вопрос по которым ранее был разрешен вступившими в силу судебными актами дела №№ А40-206115/2019, А40-192966/21, № А40-248123/2023, исходя из ранее реализованного истцом способа защиты права (ст. 4, 9 АПК РФ).

В такой ситуации заявленные исковые требования не направлены на восстановление нарушенных прав истца (по которым ранее уже осуществлена судебная защита) и не соответствует задачам правосудия, установленным в ст. 2 АПК РФ.

Согласно определению Верховного Суда РФ от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, действия могут квалифицироваться как злоупотребление правом, если они направлены исключительно на обход правовых норм о государственном регулировании цен и подрыв баланса интересов потребителей услуг и сетевых организаций.

По указанным основаниям, имеют место признаки злоупотребления правом со стороны истца. Закон не предоставляет судебную защиту лицу, пытающемуся извлечь преимущества из своего недобросовестного поведения (статья 10 ГК РФ).

В такой ситуации не подлежат удовлетворению исковые требования о взыскании убытков, составляющих разницу между уровнем фактических затрат в соответствии с бухгалтерской отчетностью и уровнем возмещения по Договору ДПИ-2, заложенным в тарифе, установленном приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18.

В силу п. 2 ст. 23 Закона об электроэнергетике, п. 15 Основ ценообразования № 1178, при государственном регулировании цен (тарифов) соблюдаются следующие принципы: определение экономической обоснованности планируемых (расчетных) себестоимости и прибыли при расчете и утверждении цен (тарифов); обеспечение экономической обоснованности затрат коммерческих организаций на производство, передачу и сбыт электрической энергии.

Указанное означает, что установленным государством тарифном решением (приказ ФАС России от 28.12.2018 № 1915/1 «Об установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети, оказываемые ООО «Газпром энерго»), расходы на содержание объектов электросетевого хозяйства ограничиваются до экономически обоснованных величин. Таким образом, расходы, превышающие тарифные значения, относятся на результаты хозяйственной деятельности истца как коммерческой организации и участника соответствующего рынка электроэнергетики.

В связи с этим, указанные расходы не могут быть взысканы с ответчика в качестве убытков. Иное, вопреки мнению истца, противоречит сути государственного регулирования в электроэнергетике (ст. 23.1 Закона об электроэнергетике), а также публичному порядку Российской Федерации.

Положенный в основу иска расчет исковых требований свидетельствует о том, что заявленная сумма убытков существенно превышает экономически обоснованные затраты. Размер заявленных истцом расходов более чем в 3 раза превышает размер расходов, признанных ФАС России экономически обоснованным при установлении тарифа для расчетов по договору ДПИ-2.

Истцом в подтверждение несения убытков было предоставлены: сводная таблица фактических затрат на содержание сетей ЕНЭС и дохода, рассчитанного по тарифу, утвержденному приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/1, за период 2019-2022; расчет расходов на содержание сетей ЕНЭС за период 2019-2022; табличные данные бухгалтерской отчетности – оборотно-сальдовая ведомость по счетам 90.30 (Себестоимость продаж), 90.40 (Управленческие расходы) за период 2019-2022, за каждый год отдельно.

Согласно расчету истца, содержащемуся в исковом заявлении, затраты на содержание сетей истца, учтенные в тарифе, установленном приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18) в 2019 году составляют 4 308 432,90 руб. При этом истец настаивает, что фактические затраты на содержание сетей в 2019 году составили 18 546 862,33 руб.

Таким образом, заявленные истцом расходы на содержание сетей в 2019 году превышают государственное тарифное решение (приказ ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18) на 14 238 429,43 руб.

Аналогично взыскиваемые истцом расходы превышают установленные ФАС России тарифные значения: за 2020 год - на 25 892 635,41 руб., за 2021 год – на 20 475 521,17 руб., 2022 год – на 14 657 859,38 руб.

Истец определил затраты за 2019-2022 гг. следующим образом:

Период

Затраты на содержание, руб. без НДС

Полученный доход по тарифу, руб. без НДС

Заявленные убытки, руб. без НДС

2019-2022

95 083 236,73

19 818 791,34

75 264 445,39

Положенный в основу иска расчет требований свидетельствует о том, что заявленная сумма убытков (фактические затраты) существенно превышает экономически обоснованные затраты, как учтенные ФАС России при установлении тарифа (приказ от 28.12.2018 № 1915/18), так и взысканные вступившими в силу судебными актами по делам №№ А40-192966/2021 (март 2019 – май 2021), А40-248123/2023 (июнь 2021 – декабрь 2023). В такой ситуации исковые требования нельзя признать экономически обоснованными.

Кроме того, в доказательство заявленной ко взысканию суммы убытков истцом не представлены документы, подтверждающие факт, обоснованность и размер фактических расходов истца. Приложенные истцом табличные расчеты, оборотно-сальдовые ведомости, не подтвержденные соответствующими первичными документами, таковыми доказательствами в смысле ст. 65 АПК РФ не являются.

Исковые требования о взыскании убытков за период 2019 год в любом случае не могут превышать стоимость платы, рассчитанной с применением тарифа, установленной приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18, поскольку данный приказ был установлен ФАС России для расчетов начиная с 2019 года, и в установлении тарифа на 2019 год истцу ФАС России отказано не было, что не отрицается им в исковом заявлении.

Указанный тариф ФАС России не оспорен, и применен судами по делам №№ А40-192966/2021, А40-248123/2023 как экономически обоснованный. В такой ситуации истец по сути выражает несогласие с государственным тарифным решением, которое действовало в спорный период 2019 - 2022 гг., экономическая обоснованность и действительность которого в спорный период подтверждена вступившими в законную силу судебными актами.

При этом вступившими в силу судебными актами по делу № А40-206115/2019 истцу в удовлетворении иска о взыскании долга по ДПИ-2 за январь – февраль 2019 отказано за необоснованностью. Указанное дело было предметом рассмотрения Верховного Суда РФ, который оставил состоявшиеся судебные акты без изменения (определение Верховного Суда РФ от 19.04.2022 № 305-ЭС22-4733 по делу № А40-206115/2019). Таким образом, по периоду январь - февраль 2019 года заявленные исковые требования противоречат судебным актам по делу № А40-206115/2019.

Тарифным решением по существу утверждается план экономической деятельности сетевой организации, придерживаясь которого (в том числе в части, касающейся состава используемого электросетевого оборудования) сетевая организация вправе рассчитывать на получение необходимой валовой выручки за счет оплаты потребителями оказываемых ею услуг. Этот интерес сетевой организации законен и подлежит судебной защите (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.06.2018 № 305-ЭС17-21623 по делу № А40-153131/2016, от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993 по делу № А56-57771/2014, от 04.09.2017 № 307-ЭС17-5281 по делу № А26-9314/2013).

Указанное разъяснение высшей судебной инстанции в равной мере распространяется на истца как субъекта регулируемой деятельности, который в силу п. 80 Основ ценообразования № 1178, обязан действовать так, как если бы ограничение по использованию принадлежащих ему объектов ЕНЭС, установленное в ст. 7 Закона об электроэнергетике, к нему не применялось.

Таким образом, тарифное решение представляет собой план экономической деятельности, который может не совпадать с фактическими расходами на содержание объектов электросетевого хозяйства.

При этом в соответствии с правовым подходом, выраженном в определении Верховного Суда РФ от 24.03.2017 № 304-ЭС16-16246, подлежащие возмещению расходы (убытки), не должны превышать стоимость услуг, рассчитанную с применением ставки тарифа. Аналогичный подход выражен в определениях Верховного Суда РФ от 03.06.2021 № 304-ЭС21-5914, от 30.06.2021 № 304-ЭС20-17670, а также постановлениях Арбитражного суда Московского округа от 14.06.2024 № Ф05-8256/2024 по делу № А40-26618/2023, от 02.04.2024 № Ф05-4029/2024 по делу № А40-186844/2022.

Исходя из определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 24.03.2017 № 304-ЭС16-16246, ставка тарифа не может корректно отражать издержки компании по оказанию услуг конкретному лицу, так как она рассчитана из плановых величин расходов на период регулирования, что неравнозначно фактическим затратам. В то же время расходы компаний ограничиваются тарифным органом до экономически обоснованных величин, поэтому подлежащие возмещению расходы не должны превышать стоимость услуг, рассчитанную с применением ставки тарифа.

Согласно разъяснениям п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу ст.15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом пункт 2 данной статьи определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены положения ст. 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Вместе с тем по общему правилу исключается как неполное возмещение понесенных убытков, так и обогащение потерпевшего за счет причинителя вреда. В частности, не могут быть включены в состав убытков расходы, хотя и понесенные потерпевшим в результате правонарушения, но компенсируемые ему в полном объеме за счет иных источников. В противном случае создавались бы основания для неоднократного получения потерпевшим одних и тех же сумм возмещения и, соответственно, извлечения им имущественной выгоды, что противоречит целям института возмещения вреда.

Указанная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2013 N 2852/13, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 13.12.2018 N 305-ЭС18-10125, от 31.01.2022 N 305-ЭС21-19887, от 14.04.2022 N 305-ЭС21-28531.

Правовой механизм возмещения убытков должен учитывать положения о цене договора, которая определяется в соответствии с основами ценообразования в сфере электроснабжения, при этом ни суд в рамках настоящего процесса, ни стороны не могут изменять данную стоимость, поскольку она определена уполномоченным государственным органом в рамках предусмотренной действующим законодательством процедуры (постановление Арбитражного суда Московского округа от 21.06.2024 № Ф05-10745/2024 по делу № А40-79849/2023).

Экономически обоснованные расходы, вызванные отклонением от плановых параметров, учтенных при расчете тарифа, а также недополученные доходы исходя из особенностей тарифного регулирования в электроэнергетике подлежат учету в последующих периодах.

Правилами государственного регулирования тарифов предусмотрен исключительно один способ компенсации фактически понесённых экономически обоснованных расходов (при наличии), не учтенных в тарифах - учёт таких затрат в последующих периодах регулирования (п. 7 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178, пункт 20 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом ФСТ России от 06.08.2004 № 20-э/2).

Не могут быть включены в состав убытков расходы, хотя и понесенные потерпевшим в результате правонарушения, но компенсируемые ему в полном объеме за счет иных источников (Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2022), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 12.10.2022).

В такой ситуации, исковые требования о взыскании убытков не подлежат удовлетворению, поскольку законодательством предусмотрен иной механизм компенсации фактически понесённых экономически обоснованных расходов (при наличии), не учтенных в тарифах. Поданный иск не восстанавливает какие-либо нарушенные права истца (ст. 4 АПК РФ), восстановление которых, с учетом положений законодательства в области тарифного регулирования, предусмотрено иным способом.

Кроме того, поскольку истец не оспаривал приказ ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18 «Об установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети, оказываемые ООО «Газпром энерго», и более того, положил его в основу исковых требований при взыскании с ответчика стоимости услуг по договору № ДПИ-2 в рамках дел № А40-192966/2021, № А40-248123/2023 за март 2019 - сентябрь 2023 в размере 153 032 609,81 руб., то при рассмотрении настоящего спора истец не вправе изменять свою процессуальную позицию и ссылаться на экономическую необоснованность указанного тарифа.

Пунктом 1 ст. 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации».

Поскольку в рамках дел № А40-192966/21, № А40-248123/2023 истец подтверждал действительность тарифа, утвержденного приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18, фактическое оспаривание в рамках настоящего спора экономической обоснованности данного тарифа, а также несогласие со стоимостью компенсации расходов на содержание электрической сети истца (платы по договору ДПИ-2), взысканной им с ответчика по делам №№ А40-192966/21, А40-248123/2023, является противоречивым, непоследовательным поведением (нарушение принципа estoppel). В такой ситуации действия истца не соответствуют стандарту добросовестного поведения, что влечет для него соответствующие неблагоприятные последствия (ст. 1, 10 ГК РФ).

Доводы искового заявления о том, что в связи с несогласованием ПАО «Россети» объема заявленной мощности потребителей услуг по передаче электрической энергии по сетям ЕНЭС, находящимся во владении ООО «Газпром энерго», ФАС России прекращено рассмотрение дел и отказано истцу в установлении тарифов на услуги по передаче электроэнергии по ЕНЭС на 2020, 2021, 2022, 2023, 2024 годы, что не позволяет истцу получить пересмотр тарифа 2019 года, также не могут служить основанием для удовлетворения иска о взыскании убытков по следующим основаниям.

Согласно с п. 80 постановления Правительства РФ от 29.12.2011 № 1178 «О ценообразовании в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике» (далее – Основы ценообразования) в качестве базы для расчета цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети используются объем отпуска электрической энергии в целях компенсации потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям в ЕНЭС и величина мощности, определяемая в соответствии с Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг и прогнозным балансом.

Как следует из п. 3 Порядка формирования сводного прогнозного баланса производства и поставок электрической энергии (мощности) в рамках Единой энергетической системы России по субъектам Российской Федерации, утв. Приказом ФСТ России от 12.04.2012 № 53-э/1 (далее – Порядок № 53-э/1), Сводный прогнозный баланс формируется в целях расчетов регулируемых цен (тарифов) на электрическую энергию и мощность, подлежащих государственному регулированию в соответствии с ФЗ «Об электроэнергетике».

В соответствии с п. 14 Основ ценообразования расчетный объем оказываемых услуг по передаче электрической энергии определяется исходя из формируемого ФАС России Сводного прогнозного баланса.

В соответствии с п. 60 Основ ценообразования при формировании прогнозных объемов покупки электрической энергии на оптовом рынке ФАС России учитывает данные о фактическом потреблении электрической энергии субъектами оптового рынка в предшествующие периоды и изменения прогноза спроса по территориям субъектов Российской Федерации в периоде регулирования относительно предшествующих периодов. ФАС России в прогнозном балансе определяет прогнозные величины заявленной мощности потребителей услуг по передаче электрической энергии по сетям, отнесенным к объектам электросетевого хозяйства ЕНЭС, по информации, представленной организацией по управлению ЕНЭС и сформированной с учетом предложений потребителей услуг по передаче электрической энергии по сетям, отнесенным к ЕНЭС.

Таким образом, ФАС России в силу п. 60 Основ ценообразования учитывает данные о фактическом потреблении электрической энергии субъектами оптового рынка в предшествующие периоды, но не обязано руководствоваться ими.

В соответствии с Основами ценообразования № 1178 обязанность ответчика по согласованию прогнозного объема передачи электрической энергии (мощности) в рамках исполнения договоров о порядке использования объектов электросетевого хозяйства (ДПИ) не предусмотрена.

Для установления тарифа на оказание услуг по передаче электрической энергии по ЕНЭС к заявлениям на установление тарифов, направленным в соответствии с пунктом 12 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – Правила № 1178), организации, осуществляющие регулируемую деятельность, прилагают обосновывающие документы, в том числе баланс электрической энергии и баланс электрической мощности (пп.1, 2 п.17 Правил).

В качестве обоснования заявленных требований, истец указывает, что недобросовестность действий ответчика по необоснованному и незаконному отказу в предоставлении информации о величине заявленной мощности, что привело к прекращению рассмотрения ФАС России дел об установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии по единой национальной электрической сети, оказываемые ООО «Газпром энерго» с 2019 по 2022 годы, подтверждается перепиской сторон (письма ООО «Газпром энерго» от 25.11.2020 № 55-55-07/4071, от 04.06.2021 № 55-55-07/2357, от 29.03.2022 № 55-55-07/1140, от 15.06.2021 № 55-55-07/2456, от 25.03.2020 № 55-55-07/1230, от 12.03.2021 № 55-55-07/1054, от 08.06.2023 № 55-РБ-07/1324, от 13.07.2023 № 55-РБ-07/1606, от 10.03.2023 № 55-РБ-07/549, от 10.08.2023 № 55-ак-07/1853, от 01.03.2024 № 55-РБ-07/426, письма ПАО «Россети» от 15.12.2020 № 51/3969, от 11.08.2023 № 51/2131, от 05.04.2024 № 51/1046, от 25.06.2021 № 51/1717, от 27.04.2024 № 51/1299).

Как следует из материалов дела, письмом от 25.03.2020 № 55-55-07/1230 истец обратился к ответчику с заявлением о согласовании прогнозного объема передачи электрической энергии (мощности) по сетям ЕНЭС, находящимся во владении ООО «Газпром энерго» на 2021 год. Письмом от 12.03.2021 № 55-55-07/1054 истец обратился к ответчику с заявлением о согласовании прогнозного объема передачи электрической энергии (мощности) по сетям ЕНЭС, находящимся во владении ООО «Газпром энерго» на 2022 год. Из содержания указанных писем следует, что истец просил ответчика согласовать в установленном порядке прогнозный объем передачи эклектической энергии (мощности) по сетям ЕНЭС, находящимся во владении истца.

Между тем, ни Закон об электроэнергетике № 35-ФЗ, ни иные нормативные акты не содержат обязанности ответчика согласовывать истцу такие прогнозные объемы передачи эклектической энергии (мощности) по сетям ЕНЭС, находящимся во владении истца, либо заявленной мощности. Условиями договора ДПИ-2 также не установлена обязанность ответчика согласовывать истцу прогнозные объем передачи эклектической энергии (мощности).

Таким образом, несогласование ответчиком указанных прогнозных объемов не нарушает нормы действующего законодательства, регулирующего правоотношения при установлении тарифов, условия договора ДПИ-2, либо какой-либо иной установленный порядок.

Такое согласование не предусмотрено Законом об электроэнергетике и Существенными условиями договора о порядке использования, утвержденными постановлением Правительства РФ от 15.06.2009 № 492. Таким образом, в соответствии с указанными актами такое согласование не предусмотрено и не является обязательным, не используется в расчетах по договору ДПИ и ему правовое значение не придается (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2020 № 09АП-21041/2020 по делу № А40-295452/2019, постановление Арбитражного суда Московского округа от 25.01.2021 № Ф05-19078/2020 по делу № А40-295452/2019).

При этом в отношении периода взыскания 2020 год истцом не представлено доказательств того, что он обращался к ответчику за согласованием прогнозного объема передачи электрической энергии (мощности) по сетям ЕНЭС, находящимся во владении ООО «Газпром энерго» на 2020 год, в связи с чем в данной части исковые требования не подтверждены документально.

Регламент установления цен (тарифов) и (или) их предельных уровней (утв. приказами ФАС 19.06.2018 № 834/18, от 10.03.2022 № 196/22) не предусматривает прекращения тарифного дела в случае предоставления истцом несогласованного с ответчиком баланса электрической энергии (мощности).

Кроме того, истец не предоставил в ФАС России необходимый комплект документов, предусмотренный пп.1, 2 п.17 Правил № 1178.

При подаче в ФАС России заявлений об установлении тарифа в спорный период истцом балансы электрической энергии не предоставлялись (что прямо следует из содержания приказов ФАС России от 12.03.2021 № 221/21, от 16.12.2021 № 1440/21, от 18.11.2022 № 836/22), т.е. истец не предоставил в регулирующий орган необходимый комплект документов, что подтверждено содержанием приказов ФАС России:

1. «Баланс электрической энергии, в том числе объем заявленной мощности потребителей услуг по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети, не представлен в качестве обосновывающих материалов в пакетах документов от 13.05.2019 № РД-07/3135 и от 29.06.2020 № РД-07/2110». (4 абзац приказа ФАС России от 12.03.2021 № 221/21);

2. «Баланс электрической энергии, в том числе объем заявленной мощности потребителей услуг по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети, не представлен в качестве обосновывающих материалов в пакетах документов от 13.05.2021 № РД-07/2908». (4 абзац приказа ФАС России от 16.12.2021 №1440/21);

3. «Актуализированного баланса электрической мощности на 2023 год, в том числе сведений об объеме заявленной мощности потребителей услуг по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети, ООО "Газпром энерго" не представлено в качестве обосновывающих материалов в пакетах документов от 6 мая 2022 г. № РД-07/2787». (4 абзац приказа ФАС России от 18.11.2022 № 836/22).

Таким образом, истцом не был предоставлен полный комплект в регулирующий орган, что указано ФАС России приказах о прекращении рассмотрения дел об установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии по ЕНЭС.

В соответствии с правовым подходом, содержащимся в определении Верховного Суда РФ от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993, субъективные просчеты организаций, к которым, помимо прочего, может быть отнесен выход за рамки экономической модели, являются рисками их предпринимательской деятельности и возмещению не подлежат.

При этом истец обладал прогнозными объемами передачи электрической энергии (мощности) по сетям ЕНЭС (которые являются приложением к письмам истца от 25.03.2020 № 55-55-07/1230 от 12.03.2021 № 55-55-07/1054 в адрес ответчика о согласовании указанных объемов), находящимся во владении истца, и не был лишен возможности представить их в регулирующий орган.

Таким образом, не установление тарифа обусловлено пассивным поведением истца, который не обеспечил предоставление в ФАС России балансов электрической энергии и мощности. При этом требование о согласовании указанных балансов с ответчиком, обязательности такого согласования действующее законодательство не содержит.

В соответствии с п. 19 Правил № 1178 случае если в ходе анализа представленных организациями, осуществляющими регулируемую деятельность, предложений об установлении цен (тарифов) возникнет необходимость уточнений предложений либо их обоснований, регулирующий орган запрашивает дополнительные материалы, указав форму их представления и требования к ним, а организации, осуществляющие регулируемую деятельность, представляют их в течение 7 дней со дня поступления запроса.

Согласно пункту 24 Правил № 1178 в случае непредставления организациями, осуществляющими регулируемую деятельность, материалов, предусмотренных указанными Правилами, регулирующий орган рассматривает вопрос об установлении цен (тарифов) в отношении указанных организаций на основании результатов проверки их хозяйственной деятельности, а также исходя из имеющихся данных за предшествующие периоды регулирования, использованных в том числе для установления действующих цен (тарифов).

Таким образом, несогласование ответчиком каких-либо прогнозных величин электрической энергии (мощности) истцу само по себе не является основанием для отказа в установлении тарифа на оказание услуг по передаче электрической энергии для истца. Указанное подтверждено позицией, изложенной в постановлениях Арбитражного суда Московского округа от 03.12.2014 по делу № А40-2785/2014, от 14.07.2014 по делу № А40-111756/2013.

В данной ситуации истец не был лишен возможности предоставить в ФАС России данных за предшествующие периоды регулирования, использованных в том числе для установления действующих цен (тарифов).

Истец, как лицо, являющееся инициатором установления тарифа, не предоставил в ФАС России данные за предшествующие периоды регулирования, в целях использования для установления действующих цен (тарифов) (п.24 Правил № 1178), не оспаривал приказы ФАС об отказе в установлении тарифа в порядке главы 24 АПК РФ, что относится на процессуальные риски истца как коммерческой организации (ст. 9 АПК РФ), которые истец не вправе перекладывать на ответчика, не являющегося участником тарифного процесса истца.

Именно истец должен проявлять заинтересованность в установлении ему полного и обоснованного тарифа, для чего обязан был обеспечить предоставление соответствующего комплекта документов, содержащего необходимые и достаточные сведения для установления нужного тарифа

Истец, являясь коммерческой организацией и инициатором установления ему тарифа в области электроэнергетики, должен быть заинтересован в проявлении собственной инициативы по представлению обосновывающих материалов для установления на очередной год уровня тарифа, выгодного для осуществления деятельности по оказанию услуг по передаче электрической энергии. В этой связи законодательством на него возложена обязанность предоставления соответствующего комплекта документов, содержащего необходимые и достаточные сведения для установления нужного тарифа. Неисполнение данной обязанности имеет своим последствием неблагоприятные последствия в виде риска принятия регулирующим органом решения без учета всех, возможно и объективно существующих, обстоятельств. (определения Верховного Суда РФ от 16.03.2020 № 9-АПА19-47, от 23.01.2019 № 34-АПГ18-10, от 17.10.2018 № 80-АПГ18-5, от 14.06.2018 № 14-АПГ18-9, от 05.12.2014 № 307-КГ14-5116).

Аналогичный правовой подход изложен в постановлениях Арбитражного суда Московского округа от 04.09.2023 по делу № А40-228075/2022, от 23.03.2021 по делу № А40-291465/2019, от 18.06.2020 по делу № А40-177569/2019, от 05.11.2020 по делу № А40-330883/2019.

Истец не предпринимал действий по обжалованию приказов ФАС России об отказе в установлении тарифа для защиты своих прав (пункт 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). Истцом не обжалован в судебном порядке ни один из приказов ФАС России, которыми истцу было отказано в установлении соответствующего тарифа (приказы ФАС России от 12.03.2021 № 221/21, от 16.12.2021 №1440/21, от 18.11.2022 № 836/22), что относится на риски наступления последствий совершения или не совершения им процессуальных действий (ч.2 ст. 9 АПК РФ), а также предпринимательские риски истца как самостоятельного участника хозяйственного оборота и коммерческой организации (ст. 2 ГК РФ).

Не обжаловав названные выше приказы ФАС России об отказе в установлении тарифов, истец по существу выразил согласие с их обоснованностью и законностью.

В такой ситуации, предъявление в суд исковых требований о взыскании с ответчика убытков, со ссылкой на несогласие с указанными приказами ФАС России, также является изменением предшествующего поведения истца, что является нарушением принципа «эстоппель», выступающим разновидностью злоупотребления правом, в связи с чем судебной защите не подлежит (ст. 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 7 Основ ценообразования № 1178 при установлении регулируемых цен (тарифов) регулирующие органы принимают меры, направленные на исключение из расчетов экономически необоснованных расходов организаций, осуществляющих регулируемую деятельность. То есть, при установлении тарифа подлежат включению не все расходы истца, а лишь экономически обоснованные.

Установление тарифа и его размер для расчетов между истцом и ответчиком по договору ДПИ-2 находятся в исключительной компетенции ФАС России. Пока в соответствии с административной процедурой, утвержденной государством, ФАС России не принят новый тариф, истец не вправе ссылаться на экономическую необоснованность действующего (не отмененного) тарифа, утвержденного приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18, либо применять какой-либо иной, «расчетный тариф», основанный на предположительных расчетах истца, основанных на его собственном понимании о экономической обоснованности расходов на содержание оборудования.

Федеральные органы исполнительной власти (ФАС России), а также органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области тарифного регулирования обладают исключительной компетенцией по установлению регулируемых государством цен (тарифов), а также наделены соответствующими контрольными полномочиями (федеральный и региональный государственный контроль (надзор) за регулируемыми государством ценами (тарифами). Согласно действующему законодательству Российской Федерации рассмотрение вопросов экономической обоснованности тарифов отнесено к компетенции указанных органов государственной власти.

Поскольку в соответствии с действующим законодательством рассмотрение вопросов экономической обоснованности тарифов отнесено к компетенции указанных органов государственной власти, тариф относится к правовой (юридической) категории, постольку установление судом размера экономически обоснованного тарифа при рассмотрении настоящего дела о взыскании убытков будет означать подмену полномочий компетентных органов при установлении регулируемых государством цен (тарифов).

Кроме того, установление экономически обоснованного тарифа в рамках гражданского дела арбитражного суда, минуя установленный законом специальный порядок разрешения спора путем оспаривания приказа тарифного органа фактически нарушает публичный порядок государства, поскольку арбитражный суд не может собой подменять регулирующий орган.

Указанный правовой подход выражен в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2018 по делу № А40-214926/17, от 16.04.2018 по делу N А40-215336/17, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2019 по делу № А10-7798/2015.

Поскольку данный тариф является действующим и экономически обоснованным, у истца отсутствуют основания для взыскания убытков с ответчика, поскольку это бы нарушило действующее тарифное решение (ст. 23.1 Закона об электроэнергетике) и привело к обогащению истца способом, не предусмотренном законом (неосновательное обогащение (ст. 1102 ГК РФ)).

В определении Судебной коллегии Верховного Суда РФ № 305-ЭС22-28561 от 03.07.2023 по делу № А40-192966/2021 указано об уклонении ответчика от информирования регулятора о величине, потребляемой с использованием сетей истца мощности, однако отсутствуют выводы об обязанности ответчика согласовывать истцу прогнозные объемы передачи эклектической энергии (мощности) по сетям ЕНЭС, находящимся во владении истца, либо заявленную мощность. Указанные категории (уклонение от информирования и необходимость согласования) имеют различное юридическое значение и правовые последствия, при этом истец допускает их необоснованное смешение. В определении Судебной коллегии Верховного Суда РФ № 305-ЭС22-28561 от 03.07.2023 также не установлено, что какими-либо противоправными действиями ответчика истцу причинены убытки, либо имеется угроза их причинения.

Таким образом, исковые требования о взыскании убытков входят в противоречие как с определением Судебной коллегии Верховного Суда РФ № 305-ЭС22-28561 от 03.07.2023, так и с последующими вступившими в силу судебными актами по делам №№ А40-192966/2021, А40-248123/2023, что недопустимо в силу принципов обязательности, окончательности и правовой определенности вступивших в силу судебных актов (ст. 16 АПК РФ).

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда РФ от 27.06.2022 № 301-ЭС22-9052, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что допущенное должником нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду при том, что все остальные необходимые приготовления для ее получения им были сделаны. Таким образом, для взыскания убытков истец должен доказать факт того, что только противоправные действия ответчика являлись единственной причиной убытков, и что не существует каких-либо иных обстоятельств, которые могли бы вызывать убытки.

В обоснование иска истец, ссылаясь на приказы ФАС России от 12.03.2021 № 221/21, от 16.12.2021 № 1440/21, от 18.11.2022 № 836/22 указывает, что основанием для отказа в установлении тарифов является несогласование ответчиком объема заявленной мощности потребителей услуг по передаче электрической энергии по ЕНЭС, находящимся во владении истца.

Между тем, в приказах ФАС Росси указаны иные причины отказа истцу в установлении тарифов.

В качестве основания для отказа в установлении тарифов ФАС России в названных приказах указаны ссылки на вступившие в силу судебные акты по делу № А40-290941/2019:

1. «29.12.2018 между ПАО "ФСК ЕЭС" и ПАО "МРСК Волги" заключен договор купли-продажи недвижимого имущества № 1830-010035 в отношении объекта недвижимости - линия электропередачи ВЛ 220 кВ Каргала - Гелий 3.

Таким образом, с 1 января 2019 года на опоре № 52 только ПАО "ФСК ЕЭС" имеет технологическое присоединение к сетям ООО "Газпром энерго" и, по мнению ПАО "ФСК ЕЭС", данная точка не может быть местом исполнения обязательств по какому-либо договору об оказании услуг по передаче электрической энергии.

Указанное обстоятельство об отсутствии потребителя в точке поставки подтверждено постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 сентября № А40-290941/19» (Приказ ФАС России от 16.12.2021 № 1440/21).

2. Между ПАО «ФСК ЕЭС» и ПАО «МРСК Волги» 29 декабря 2018 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества № 1830-010035 в отношении объекта недвижимости - линия электропередачи ВЛ 220 кВ Каргала - Гелий 3.

Учитывая вышеизложенное, с 1 января 2019 г на опоре № 52 только ПАО «ФСК ЕЭС» имеет технологическое присоединение к сетям ООО «Газпром энерго» и, по информации ПАО «ФСК ЕЭС», данная точка не может быть местом исполнения обязательств по какому-либо договору об оказании услуг по передаче электрической энергии.

Указанное обстоятельство об отсутствии потребителя в точке поставки подтверждено постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10 сентября 2020 г. №А40-290941/19, оставленного в силе постановлением арбитражного суда Московского округа 31 марта 2021 г.» (Приказ ФАС России от 18.11.2022 № 836/22).

Таким образом, вопреки доводам истца, отказ ФАС России в установлении тарифов обусловлен не несогласованием ответчиком объема заявленной мощности, а обстоятельствами, установленными вступившими в законную силу судебными актами по делу № А40-290941/2019. Указанные судебные акты до настоящего момента не отменены, их законность подтверждена постановлением Арбитражного суда Московского округа от 31.03.2021 по делу N А40-290941/2019.

Кроме того, на момент принятия ФАС России решения об отказе в установлении истцу тарифов были приняты и вступили в силу судебные акты по делу № А40-206115/2019 (об отказе в иске истцу о взыскании долга по ДПИ-2 за январь – февраль 2019), которые были обязательны в силу ст. 16 АПК РФ, как для ответчика, так и для и ФАС России. Указанные судебные акты до настоящего момента не отменены, их законность подтверждена определением Верховного Суда РФ от 13.05.2022 N 305-ЭС22-4733 по делу № А40-206115/2019.

11.04.2022 было принято решение Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-192966/2021, которым в исковых требованиях о взыскании задолженности за март 2019 - май 2021 по ДПИ-2 истцу было отказано. Данное решение вступило в законную силу, поскольку было оставлено без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 19.10.2022, которые также в силу ст. 16 АПК РФ были обязательны для ответчика и ФАС России вплоть до их отменены определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.06.2023.

Таким образом, в спорный период (2019 – 2022 г.г) отказ ФАС России истцу в установлении тарифа был обусловлен вступившими в силу судебными актами по делам №№ А40-290941/2019, № А40-206115/2019, А40-192966/2021. В силу ст.16 АПК РФ указанные судебные акты были обязательны для сторон настоящего спора. При этом определение Судебной коллегии Верховного Суда РФ № 305-ЭС22-28561 от 03.07.2023, изменившее судебную практику в отношениях между истцом и ответчиком по договору ДПИ-2, в спорный период 2019 - 2022 вынесено еще не было.

В связи с изложенным, действия ФАС России, а также ответчика, соответствующие правовой позиции, изложенной во вступивших в силу судебных актах, действовавших на момент принятия приказов ФАС России об отказе в установлении тарифа, не могут считаться противоправными. Вступившие в силу судебные акты, имевшие место в период принятия приказов ФАС России об отказе в установлении тарифа, опровергают доводы истца о наличии виновных действий ответчика, которые могли бы являться причиной отказа ФАС России истцу в установлении тарифа.

Суд также учитывает, что экономически обоснованные расходы истец не лишен возможности включить в тариф в последующих периодах регулирования (п. 7 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178, пункт 20 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом ФСТ России от 06.08.2004 № 20-э/2, п. 13 Методических указаний по расчету тарифов на услуги по передаче электрической энергии по Единой национальной (общероссийской) электрической сети, утвержденные приказом ФСТ России от 21.03.2006 № 56-э/1). Таким образом, права истца не могут считаться нарушенными.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд также полагает обоснованным доводы ответчика о пропуске истцом исковой давности.

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности составляет три года.

Период взыскания убытков составляет с 01.01.2019 по 31.12.2022. Исковое заявление подано в суд 13.05.2024.

Письмом от 12.03.2021 № 55-55-07/1054 истец обратился к ответчику с заявлением о согласовании прогнозного объема передачи электрической энергии (мощности) по сетям ЕНЭС, находящимся во владении ООО «Газпром энерго» на 2022 год.

Письмом от 06.04.2021 № 51/1092 ответчик сообщил истцу, что согласование объемов электрической энергии и мощности на 2022 год не представляется возможным. Таким образом, по периоду взыскания 2022 год ответчик узнал о предполагаемом нарушении своего права не позднее 06.04.2021.

Соответственно, 3-летний срок исковой давности по периоду взыскания 2022 год истек 06.04.2024 (06.04.2021 + 3 года = 06.04.2024), то есть был пропущен истцом на момент подачи искового заявления (13.05.2024).

Письмом от 25.03.2020 № 55-55-07/1230 истец обратился к ответчику с заявлением о согласовании прогнозного объема передачи электрической энергии (мощности) по сетям ЕНЭС, находящимся во владении ООО «Газпром энерго» на 2021 год.

Письмом от 15.12.2020 № 51/3969 ответчик сообщил истцу, что согласование объемов электрической энергии и мощности на 2021 год не представляется возможным.

Соответственно, 3-летний срок исковой давности по периоду взыскания 2021 год истек 15.12.2023 (15.12.2020 + 3 года = 15.12.2023), то есть был пропущен на момент подачи искового заявления (13.05.2024).

Кроме того, приказ ФАС России №221/21 «О прекращении рассмотрения дела об установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети, оказываемые ООО «Газпром энерго» (на 2020 и 2021 годы) был принят регулирующим органом 12.03.2021.

Истец не мог узнать позднее указанной даты о предполагаемом нарушении своих прав, в связи с чем и по данному основанию 3-летний срок исковой давности по периодам 2020, 2021 г.г. истек не позднее 12.03.2024.

На период 2019 год тариф был установлен приказом ФАС России от 28.12.2018 № 1915/18, что истцом не оспаривается, в связи с чем 3-летний срок исковой давности истек не позднее 28.12.2021.

По указанным выше основаниям, поскольку исковое заявление подано истцом в арбитражный суд 13.05.2024, на дату его подачи 3-летний срок исковой давности истек по всем исковым периодам 2019 - 2022 г.г.

Доводы истца о том, что экономически обоснованные расходы, фактически понесенные истцом, могут быть учтены только при утверждении тарифа через два года и, соответственно период срока исковой давности за 2019 год должен отсчитываться с даты рассмотрения тарифного дела об установлении тарифа на 2021, за 2020 – с даты рассмотрения дела на 2022 и т.д. не опровергают пропуск им срока исковой давности, поскольку основаны на ошибочном понимании начала даты течения срока исковой давности по каждому из периодов.

Судом отклоняются доводы истца о том, что до 26.06.2023 он не знал, кто является надлежащим ответчиком по делу (дата вынесения определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Судом РФ по делу А40-192966/2021). Само по себе принятие указанного судебного акта не влияет на течение срока исковой давности. Факт того, что в деле № А40-192966/2021 ответчиком было только ПАО «Россети» (и никаких сомнений истца о субъектном составе ответчика не возникало) свидетельствует о том, что истец не мог не знать о том, кто является надлежащим ответчиком.

Судебные споры относительно договора ДПИ-2, задолженности и убытков в связи с его исполнением (дела №№ А40-206115/2019, А40-290941/2019, А40-192966/2021, А40-248123/2023, № А40-104104/2024) имеют место с 2019 года по настоящее время исключительно между ПАО «Россети» и ООО «Газпром Энерго». Ответчиком по данным спорам выступает только ПАО «Россети», с которого ПАО «Газпром» требует взыскать денежные средства. Сторонами договора ДПИ-2 также являются только ПАО «Россети» и ООО «Газпром Энерго».

Таким образом, с момента заключения Договора о порядке использования объектов электросетевого хозяйства от 17.11.2011 № ДПИ-2 (договор ДПИ-2), истец не мог не знать, кто является надлежащим ответчиком по его исковым требованиям.

На основании изложенного истцом пропущен срок исковой давности, установленный статьей 196 ГК РФ, что является самостоятельным основанием для отказа в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

Расходы истца по оплате госпошлины по правилам ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 29, 71,75, 110, 167-170, 176, 198, АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с даты изготовления полного текста решения.

Судья М.С. Огородникова