ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А
http://13aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Санкт-Петербург
17 января 2025 года
Дело №А56-34647/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2025 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 17 января 2025 года.
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего С.В. Изотовой,
судей М.В. Балакир, М.А. Ракчеевой,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,
рассмотрев в судебном заседании при участии:
от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 08.04.2024),
от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 20.07.2023),
от Общества представитель не явился,
апелляционную жалобу ФИО4 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.09.2024 по делу № А56-34647/2024 (судья О.В. Матвеева) по иску:
ФИО2 (Санкт-Петербург)
к ФИО4 (Санкт-Петербург),
третье лицо:
общество с ограниченной ответственностью «Автодром СПб» (190020, Санкт-Петербург, ул. Лифляндская, д. 6, к. 6, лит. С, оф. 614; ОГРН <***>, ИНН <***>)
о привлечении к субсидиарной ответственности,
установил:
ФИО2 обратился в арбитражный суд с иском о привлечении к субсидиарной ответственности лица, контролирующего деятельность общества с ограниченной ответственностью «Автодром СПб» (далее – Общество), ФИО4 и взыскании с нее 709 557 руб. убытков.
Решением от 19.09.2024 удовлетворено заявление ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 по обязательствам Общества, с ФИО4 в пользу ФИО2 взысканы денежные средства в сумме 709 557 руб. (373 038 руб. (основной долг), 100 000 руб. (моральный вред), 236 519 руб. (штраф), 17 200 руб. расходов по уплате государственной пошлины.
Не согласившись с указанным решением, ФИО4 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, в иске отказать.
В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства, истец не направил ответчику возражения на отзыв, содержащий иные доводы, в связи с чем ответчик был лишен возможности ознакомиться с доводами истца до начала судебного заседания, судом не установлено отсутствие или искажение документов, хранение которых являлось для Общества обязательным, согласно бухгалтерской отчетности основной строкой баланса являлась строка 1150 (материальные внеоборотные активы) – гоночная трасса, представляющая собой асфальтобетонное покрытие определенной конфигурации, относящееся в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.2002 № 1 к пятой амортизационной группе, в решении суда не указано, какие действия ответчика имели цель вывода активов, а следовательно, судом не установлены обстоятельства, имеющие значение для дела.
В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 просит оставить решение без изменения, указывает, что истец являлся заявителем в деле о банкротстве, а следовательно вправе обратиться в суд о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, истец доказал всю совокупность условий для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания убытков.
В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал апелляционную жалобу, указал, что земельный участок, на котором размещен автодром, находился в аренде у Общества, арендодатель отказался от договора аренды в 2015 году, поскольку автодром представляет собой улучшение земельного участка, в бухгалтерскую отчетность внесена запись об амортизации указанного объекта, пояснил, что векселя, переданные по договору купли-продажи, направлены на привлечение финансирования, указал, что обязательство перед истцом по настоящему делу возникло только в 2021 году.
Представитель ФИО2 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в отзыве, указал, что, имея возможность произвести расчеты с истцом, Общество произвело отчуждение дебиторской задолженности в пользу аффилированного лица, при этом не представил доказательств наличия встречных обязательств у указанного лица перед Обществом.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 20.06.2015 на спортивно-гоночном автодроме по адресу: Санкт-Петербург, <...> произошло столкновение спортивных мотоциклов под управлением гр. ФИО6 и гр. ФИО2, в результате чего оба участника получили телесные повреждения.
Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 04.09.2019 с Общества в пользу ФИО2 взыскан имущественный ущерб в размере 373 038 руб., моральный вред в сумме 100 000 руб., штраф в размере 236 519 руб.
30.06.2023 (зарегистрировано 04.07.2023) в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области через систему электронного документооборота «Мой арбитр» поступило заявление ФИО2 о признании Общества несостоятельным (банкротом).
Определением от 24.01.2024 по делу № А56-63199/2023 прекращено производство по делу о банкротстве Общества в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.
Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца к ответчику с настоящим исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.
Суд первой инстанции заявленные требования удовлетворил, при этом суд первой инстанции указал, что ответчик не опроверг презумпцию вины контролирующего должника лица в связи с резким необоснованным уменьшением активов Общества при наличии неоплаченной задолженности.
Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.
Пунктом 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) предусмотрено, что если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.
Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.
Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона
ФИО2 является кредитором-заявителем в деле о банкротстве Общества, то есть относится к числу лиц, поименованных в пункте 2 и 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, имеющих право на подачу настоящего искового заявления.
Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу. При этом указано, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ (пункт 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ).
Из вышеприведенных правовых норм, с учетом общих правил действия закона о времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), часть 4 статьи 3 АПК РФ) следует, что процессуальные положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника в редакции Закона № 266-ФЗ применяются при рассмотрении заявлений, поданных с 01.07.2017, а нормы материального права применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения лиц к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Соответственно, если такие обстоятельства возникли ранее, то материальные нормы Закона о банкротстве подлежат применению в той редакции, когда они имели место быть.
Таким образом, действие редакций статей Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной ответственности зависит от времени возникновения обстоятельств, перечисленных в них. Иное толкование положений Закона о банкротстве противоречит сути российского законодательства в целом, презумпцией которого является возможность привлечения к ответственности того или иного лица на основании действовавших во время совершения им каких-либо действий законов, и понимания указанным лицом, что в период их совершения имеются те или иные законные ограничения на их осуществление.
Поскольку заявление истца о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд 08.04.2024, то при его рассмотрении применяются процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. При этом ввиду приведенных истцом доводов, относящихся к действиям, совершенным после 01.07.2017, материальное право определяется нормами статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве в актуальной редакции.
В соответствии с положениями статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.
При этом возможность определять действия должника может достигаться, в том числе (пункт 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве): в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).
В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.
Как следует из материалов дела, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц, ФИО4 с 30.06.2010 является генеральным директором Общества и с 30.06.2010 единственным участником (доля участия 100%).
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.
Согласно пункту 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.
Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.
В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.
Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.
Обязанность генерального директора общества действовать в интересах общества добросовестно и разумно предусмотрена в пункте 3 статьи 53 ГК РФ и пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах).
В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать факт причинения вреда, противоправность действий ответчика и наличие причинной связи между этими действиями и нанесенным вредом, а также размер подлежащих возмещению убытков. Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности лице
Судом первой инстанции установлено, что из бухгалтерских балансов Общества за 2019, 2020, 2021, 2022 годы следует, что на момент возникновения кредиторской задолженности перед истцом у Общества имелись основные средства на 69 871 тыс. руб. и дебиторская задолженность на сумму 70 192 тыс. руб., при этом кредиторская задолженность составляла на конец 2019 года 31 311 тыс. руб.
Между тем, по состоянию на конец 2020 года дебиторская задолженность составляла 0 руб., а по состоянию на конец 2022 года показатели основных средств определены в нулевом значении, также в балансе отсутствуют сведения о кредиторской задолженности; балансовая стоимость основных средств и нематериальных активов на конец 2023 года равна нулю.
При таких обстоятельствах, бремя опровержения данных утверждений перешло на ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 Постановления № 53).
Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО4 ссылается на то, что Обществом в 2022 году было произведено единовременное начисление амортизации по основному средству – автотрасса за период с 01.04.2012 по 31.03.2022 и списание указанного актива.
Между тем согласно объяснениям представителя ответчика автотрасса была размещена на арендуемом Обществом земельном участке, в связи с чем представляла собой капитальные вложения в арендованный объект основных средств (стоимость улучшений арендованного имущества).
Поскольку арендные отношения прекращены в 2015 году, капитальные вложения в арендованные объекты основных средств подлежали списанию с бухгалтерского учета как объект, который выбывает или не способен в будущем приносить организации экономические выгоды (доход), после прекращения арендных отношений.
Таким образом, отражение в бухгалтерской отчетности сведений об отсутствующем активе направлено на введение в заблуждение контрагентов, создание видимости платежеспособности Общества.
Несостоятелен довод ответчика о том, что дебиторская задолженность в размере 57 422 000 руб. возникла на основании договора купли-продажи собственных векселей от 15.12.2016, который был расторгнут сторонами 11.03.2019, поскольку вручение юридическим лицом собственного векселя не является куплей-продажей ценной бумаги, а от раскрытия фактических отношений между Обществом и обществом с ограниченной ответственностью «Траверс+» ответчик уклонился.
Кроме того, материалами дела подтверждается, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.02.2018 по делу № А56-86513/2017 с общества с ограниченной ответственностью «Бизнес-Центр «Траверс» взыскано 5 438 040 руб., право требования указанной задолженности уступлено Обществом в пользу аффилированного лица - общества с ограниченной ответственностью «Бизнес-Центр-М» по договору от 14.04.2020.
15.04.2020 между Обществом и обществом с ограниченной ответственностью «Бизнес-Центр-М» заключен договор о зачете взаимных требований, при этом доказательства наличия у Общества встречных обязанностей перед обществом с ограниченной ответственностью «Бизнес-Центр-М» в материалы дела не представлены.
Поскольку общество с ограниченной ответственностью «Бизнес-Центр-М» является аффилированным с должником лицом, оно знало или должно было знать о неудовлетворительном финансовом состоянии должника и наличии задолженности перед контрагентами на момент совершения названных сделок.
Таким образом, данная сделка преследовала цель вывода актива, за счет которого могла быть оплачена задолженность перед истцом.
Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809, суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).
При этом, доводы ответчика об отсутствии у Общества признаков неплатежеспособности и обязанности обращения в суд с заявлением о признании его банкротом, в данном случае, обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку направлены на опровержение доводов, не заявленных истцом в качестве оснований для привлечения, исходя из сформулированных истцом требований о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов.
Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.09.2024 по делу № А56-34647/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.
Председательствующий
С.В. Изотова
Судьи
М.В. Балакир
М.А. Ракчеева