Решение по делу № А41-62381/2025 от 27.10.2025.

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

МОТИВИРОВАННОЕ РЕШЕНИЕ

г. Москва

27.10.25 года Дело №А41-62381/2025

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Н.А. Кондратенко, рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по заявлению ООО «ПГИС» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ИП ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП: <***>) о взыскании 35000,00 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак №868791; 35000,00 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак №848142; 35000,00 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак №238943;

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

В рамках рассмотрения дела от ответчика поступил отзыв на исковое заявление, согласно которому возражает против удовлетворения исковых требований, ходатайство о снижении суммы компенсации.

Ответчик возражал относительно удовлетворения иска по доводам, изложенным в отзыве.

По результатам рассмотрения дела судом вынесено решение от 29.09.2025 об удовлетворении иска.

В материалы дела от ответчика своевременно представлено заявление о составлении мотивированного решения по делу, в связи с чем суд изготавливает таковое.

В обоснование иска указано следующее.

В целях защиты исключительных прав Правообладателя Истцом был произведен комплекс мероприятий, в результате которых 12 ноября 2024 г. был выявлен факт продажи продукции, нарушающей исключительные права Правообладателя.

В торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички: Одинцово , Привокзальная пл. д. 7 предлагался к продаже и был реализован товар «Шприц-гель».

Указанный товар был приобретен Истцом по договору розничной купли продажи. В подтверждение сделки продавцом был выдан чек с реквизитами Ответчика.

Процесс заключения договора купли-продажи, в порядке ст. 12, 14 ГК РФ, в целях самозащиты гражданских прав, фиксировался Истцом посредством ведения видеозаписи. Совокупность доказательств – приобретенный товар, чек, видеозапись процесса заключения договора купли[1]продажи – подтверждает факт продажи товара от имени Ответчика.

На данном товаре размещены изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками, либо являющиеся воспроизведением/переработкой произведений изобразительного искусства: средство индивидуализации - товарный знак №868791 (дата регистрации 12 мая 2022 г., срок действия до 25 августа 2031 г.) средство индивидуализации - товарный знак №848182 (дата регистрации 18 января 2022 г., срок действия до 27 ноября 2030 г.) средство индивидуализации - товарный знак №238943 (дата регистрации 20 февраля 2003 г., срок действия до 4 июня 2031 г.).

Исключительные права на вышеуказанные объекты интеллектуальной собственности принадлежат ТОРГОВО-ПРОМЫШЛЕННАЯ КОМПАНИЯ ТЕХНОЭКСПОРТ на основании: Свидетельство о регистрации Товарного знака № 868791 техноэкспорт Свидетельство о регистрации Товарного знака № 238943 Чистый дом Свидетельство о регистрации Товарного знака № 848182 Чистый Дом.

"01" ноября 2024 г. между ТОРГОВО-ПРОМЫШЛЕННАЯ КОМПАНИЯ ТЕХНОЭКСПОРТ (Цедент) и Правовая группа «Интеллектуальная собственность» (Цессионарий) был заключен Договор уступки права (требования) №ТПКТЭ-ПГ/24 от "01" ноября 2024 г. (далее Договор).

По настоящему Договору передаются как существующие на момент подписания договора права требования к ряду лиц, нарушивших исключительные права ТОРГОВО-ПРОМЫШЛЕННАЯ КОМПАНИЯ ТЕХНОЭКСПОРТ на объекты интеллектуальной собственности, так и права требования, которые возникнут после подписания договора, перечень которых конкретизируется Сторонами в Приложениях, являющихся неотъемлемой частью настоящего Договора.

Таким образом, ООО «Правовая группа «Интеллектуальная собственность»» имеет право требования к Ответчику в соответствии с пунктом 150 Приложения к договору уступки №2 от 10.03.2025г.

Правообладатель не давал своего разрешения Ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав.

Товар, реализованный Ответчиком, не вводился в гражданский оборот Правообладателем и (или) третьими лицами с согласия Правообладателя. Предложением к продаже и реализацией товара Ответчик нарушил права Правообладателя.

В связи с выявленным фактом нарушения исключительных прав Правообладателя Истцом в порядке досудебного урегулирования спора была направлена Ответчику Претензия. Претензия оставлена Ответчиком без удовлетворения.

При расчете размера компенсации Истец учитывает следующие обстоятельства: Компания «Техноэкспорт» создает и интегрирует комплексные решения для сельского хозяйства и садоводства, защиты дома от насекомых, грызунов, вирусов и бактерий. Более 20 лет инновационные продукты Правообладателя под брендами Техноэкспорт, Агрикола, Green Belt, Чистый Дом доказывают свою эффективность и экологичность, высоко оценены потребителями.

Продукция, выпускаемая под брендами Правообладателя, проходит многоступенчатый контроль качества от сырья и комплектующих до конечного продукта, и достигает высоких показателей эффективности в реальных условиях применения. Компания обладает широкой сетью оптовых и мелкооптовых дистрибьюторов и представительств на территории Российской Федерации, поэтому приобрести лицензионную продукцию можно во многих регионах. Также Правообладатель и Истец предоставляют бесплатные консультации всем обратившимся лицам по определению контрафактной продукции и по местам приобретения легальной продукции, как оптом, так и в розницу.

В результате предпринимаемых Правообладателем и Истцом мер по защите своих исключительных прав и информированию третьих лиц о недопустимости их нарушения, добросовестные участники рынка однозначно имеют возможность самостоятельно определить контрафактную продукцию.

Ответчик, являясь профессиональным участником рынка сельскохозяйственной продукции и бытовой химии для дома и сада, должен был быть осведомлен о большом проценте контрафактной продукции на рынке и о противозаконности торговли такой продукцией и, приложив минимальные усилия, мог определить, торгует ли он контрафактной продукцией, а также приобрести на реализацию продукцию лицензионную.

Отметим, что проверка происхождения товара и отсутствия претензий третьих лиц – такая же обязанность предпринимателя, как и проверка качества продукции, которую он реализует, что особенно актуально в связи с тем, что Ответчик распространяет продукцию, связанную с химическими веществами, способными нанести вред покупателям данных товаров.

В соответствии с ч.3 ст. 1252, ч. 4 ст. 1515 ГК, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч за каждый факт нарушения исключительных прав.

Учитывая, что Ответчиком допущено 3 нарушения исключительных прав Правообладателя, истец просил взыскать с Ответчика компенсацию в размере 105000,00 рублей.

Нарушитель отказался урегулировать спор, в досудебном порядке вынуждая истца нести дополнительные расходы по защите нарушенного права, что послужило основанием для обращения в суд.

Возражая относительно иска, ответчик ссылается на факт подписания договора цессии 25.12.24 и 10.01.25, тогда как нарушение датируется 12.11.2024, а сам договор датируется 01.11.24.

Вопреки доводам ответчика применение ретроактивной оговорки законодательством не запрещено в отношении договора цессии, нарушение уже было допущено до заключения договора.

Факт реализации именно ответчиком спорного товара не оспаривается ответчиком.

Ответчиком указано, что товар введен в гражданский оборот правомерно, и в связи с принципом исчерпания права в порядке ст. 1487 ГК РФ не должен нести ответственность.

В обоснование довода представлен товарный чек от 15.09.2024 с печатью ФИО2

Ответчик может ссылаться на законность использования товарного знака в связи с тем, что товар введен в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия (статья 1487 ГК РФ), доказывая это тем, что товар внешне выглядит как оригинальный, товарный знак использован в том виде, в каком его использует сам правообладатель, а в качестве изготовителя на товаре (упаковке) указан сам правообладатель или его лицензиат.

Поскольку ответчик считает недопустимыми доказательства контрафактности реализованных им товаров и настаивает на оригинальности спорных товаров, то именно на него возложено бремя доказывания соответствующих обстоятельств и представления в материалы дела надлежащих доказательств, подтверждающих источник их происхождения.

Следовательно, на ответчике лежит обязанность предоставления доказательств легальности ввода в гражданский оборот спорного товара.

Определяющим для применения принципа исчерпания исключительных прав является факт ввода товаров, маркированных товарным знаком, в гражданский оборот непосредственно правообладателем либо с его согласия.

Доказательств того, что ответчиком предлагались к продаже товары, которые были введены в гражданский оборот с согласия правообладателя, ответчиком не представлено.

Доказательств, подтверждающих факт предложения к продаже товаров, приобретенных непосредственно у правообладателя спорных товарных знаков, ответчиком также не представлено.

Ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие наличие исключительных прав на соответствующие товарные знаки у лица, у которого приобретены ответчиком товары (поставщика).

Сам факт использования ответчиком обозначения товарного знака в предложении ответчиком товара к продаже без согласия правообладателя свидетельствует о нарушении ответчиком исключительных прав истца на товарный знак.

Доказательств приобретения ответчиком контрафактного товара с целью продажи не свидетельствует о том, что данный товар был введен в гражданский оборот на территории Российской Федерации легально (с согласия правообладателя).

Суд не принимает как относимое и допустимое доказательство в рамках рассматриваемого дела товарный чек от 15.09.2024 с печатью ФИО2, поскольку из последнего невозможно установить, что продан товар закупленный истцом при контрольной закупке ( нечитаемость реализованных товаров в товарном чеке).

Так же суд не принимает как относимое и допустимое доказательство в рамках рассматриваемого дела представленный паспорт безопасности химической продукции АО "ТПК "ТЕХНОЭКСПОРТ", поскольку таковой находится в открытом доступе и доступен для скачивания из сети Интернет.

Доказательств, позволяющих применить положения статьи 1487 ГК РФ и освободить ответчика от гражданско-правовой ответственности, ответчик не представил.

Сама по себе покупка контрафактного товара не освобождает ответчика от обязанности по соблюдению законодательства Российской Федерации об интеллектуальной собственности, так как ответчик должен был знать о существовании зарегистрированных товарных знаков. Поскольку согласие на использование принадлежащих истцу товарных знаков ответчику не выдавалось, следовательно, ответчик незаконно использовал чужие товарные знаки без согласия правообладателя.

ИП ФИО1, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен была осуществлять контроль за реализуемой им продукцией.

Ответчик, возражая по иску указывает, что товарный знак № 868791 «ТЕХНОЭКСПЕОРТ», поскольку он не нанесен на проданный товар.

Суд не принимает данный довод, поскольку на одной из сторон упаковки имеется данное средство индивидуализации мелкий шрифт).

Для признания сходства обозначения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков (обозначений) в глазах потребителя.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, а также нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10).

При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления).

В пункте 162 Постановления N 10 и пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Согласно разъяснению, данному в пункте 162 Постановления N 10, однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Таким образом, если обозначения имеют некоторые различия, а товары и/или услуги являются идентичными или в определенной степени однородными, что может привести к предположению об их возможной принадлежности одному правообладателю, то следует сформулировать вывод о сходстве до степени смешения таких товарных знаков или заявленных обозначений.

Судом установлено, что словесные элементы в товарном знаке истца и обозначение, использованное ответчиками, состоят из одного и того же набора букв латинского алфавита, слогов и звуков, что свидетельствует об их фонетическом тождестве. Графическое сходство словесных элементов также обусловлено использованием в сравниваемых обозначениях заглавных букв латинского алфавита.

Учитывая изложенные обстоятельства, фонетическое тождество словесных элементов, графическое и семантическое сходство, суд пришел к выводу о наличии у них сходства, приводящего к смешению указанного товара с товарным знаком с точки зрения потребителей.

Суд не принимает довод ответчика о том, что товарный знак № 238973 «ЧИСТЫЙ ДОМ» не относится к проданному им товару.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления № 10, однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Товарный знак № 238943 «ЧИСТЫЙ ДОМ» распространяется на ветеринарные и гигиенические препараты, дезинфицирующие средства, препараты для уничтожения вредных животных.

Согласно упаковке проданного товара, его прямое назначение от тараканов и муравьев, что соотносится с препаратом для уничтожения вредных животных.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к выводу о том, что действия ответчика по реализации спорного товара нарушают исключительные права истца на принадлежащие ему товарные знаки и влекут ответственность, установленную ГК РФ.

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Как установлено подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Из чего следует, что размер компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяется судом исходя из характера нарушения.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из толкования норм действующего законодательства, взыскание компенсации не должно носить карательный характер, свойственный мерам публичной, а не гражданско-правовой ответственности.

Компенсация как мера гражданско-правовой ответственности имеет только правовосстановительную функцию, которая в свою очередь реализуется лишь в виде компенсации за неправомерное использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в целом.

В рамках настоящего дела истец заявил требование о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительного права на товарные знаки №868791, №848142, №238943 в размере 105000 руб.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 59 Постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Правообладателем способ компенсации расчета определен в соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, что с учетом вышеприведенных разъяснений позволяет суду снизить размер компенсации с учетом конкретных обстоятельств дела.

Согласно пункту 61 Постановления № 10 заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 61 постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации свыше минимального размера истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению.

Согласно разъяснениям, содержащимися в пункте 62 постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252 Кодекса).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд, при определении размера компенсации должен учитывать, в частности, характер допущенного нарушения, срок нарушения, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, а также принципы разумности, справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Таким образом, учитывая изложенное, а также нормы статьи 1301 ГК РФ, что с учетом характера нарушения, степени вины нарушителя, принципы разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, с ответчика подлежит взысканию компенсация в размере 105 000 руб. (35 000 руб. *3 – за каждый факт использования).

Судом также учтено, что ответчик неоднократно нарушал исключительные права (дело № А41-79539/24, А41-35947/24).

При указанных обстоятельствах исковые требования подлежат удовлетворению в заявленном объеме.

Иные доводы ответчика судом отклоняются, поскольку противоречат материалам дела.

В соответствии со статьей 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.

В соответствии со статьей 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Перечень судебных издержек, предусмотренный АПК РФ, не является исчерпывающим. Так расходы истца, связанные с получением доказательств до предъявления иска, могут быть признаны судебными издержками, если их несение было необходимо, чтобы реализовать право на обращение в суд, и собранные доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости (позиция, изложенная в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, осуществляется в порядке, предусмотренном положениями статьи 110 АПК РФ, согласно которому возмещение судебных расходов осуществляется лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Поскольку несение расходов на приобретение спорного товара, на оплату услуг почтовой связи было обусловлено необходимостью получения доказательств для обращения с настоящим иском, арбитражный суд приходит к выводу, что указанные расходы относятся к судебным издержкам.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 250 руб., расходы на приобретение товара в размере 100 руб., почтовые расходы в размере 195,67 руб., факт несения которых подтверждается документальными доказательствами, распределяются на ответчика.

Статьёй 110 АПК РФ установлено, что судебные расходы, понесённые лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующим в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» отмечено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Подтверждая обстоятельства несения расходов на оплату услуг представителя, истец представил суду договор №АИС/25П оказания услуг от 28.12.2024; заявку № 07-1/25-допТех от 11.07.25, платежное поручение № 326 от 11.07.25.

В заявке на оказание комплекса юридических услуг в п. 13 указана фамилия ответчика.

Исходя из этого, суд приходит к выводу о том, что факт несения истцом расходов на оплату услуг представителей в рамках настоящего дела, нашёл своё документальное подтверждение.

Как разъяснено в пунктах 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

При определении разумности пределов расходов на оплату услуг представителя судом принимаются во внимание, в частности, относимость расходов к делу; объем и сложность выполненной работы; нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актами; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в данном регионе стоимость на сходные услуги с учетом квалификации лиц, оказывающих услуги; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения дела; другие обстоятельства, свидетельствующие о разумности этих расходов (пункт 20 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 N 82 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации").

Оценивая заявленную сумму, арбитражный суд не может согласиться с тем, что она является разумной и соразмерной относительно разбирательства по делу № А41-62381/25.

Изучив все представленные документы, исследовав вышеприведенные нормы права и судебную практику их применения, учитывая характер предмета спора и степень сложности дела, а также конкретные факторы, сопутствующие его разрешению, исходя из необходимости соблюдения баланса интересов сторон, суд пришел к выводу о том, что размер заявленных судебных издержек является завышенным.

Учитывая, относимость расходов к делу; однотипность оказываемых услуг, объем и сложность выполненной работы; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в данном регионе стоимость на сходные услуги с учетом квалификации лиц, оказывающих услуги; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения дела, разумной и достаточной ценой проделанной представителем истца работы по составлению отзыва является 8 000 руб.

В остальной части судебных расходов на представителя надлежит отказать.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176, 226 – 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ИП ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП: <***>) в пользу ООО «ПГИС» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 105 000 руб. компенсации; 100 руб. стоимости товара; 195, 67 руб. почтовых расходов; 8 000 руб. расходов на представителя; 10 250 руб. расходов по госпошлине.

В остальной части отказать.

В соответствии с частью 4 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.

Судья Н.А. Кондратенко