ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А
http://13aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Санкт-Петербург
26 мая 2025 года
Дело № А56-14671/2020/суб.
Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2025 года
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
в составе:
председательствующего судьи Слоневской А.Ю.,
судей Будариной Е.В., Сотова И.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Дмитриевой Т.А.,
при участии: от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 28.04.2025, посредством веб-конференции, от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 28.04.2025, посредством веб-конференции, от ФИО5: ФИО4 по доверенности от 28.04.2025, посредством веб-конференции, от ФИО6: ФИО4 по доверенности от 28.04.2025, посредством веб-конференции, ФИО3 лично, по паспорту, посредством веб-конференции,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-7669/2025) конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Невская инженерно-строительная компания» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.02.2025 по делу № А56- 14671/2020/суб., принятое по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Невская инженерно-строительная компания» к ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО8, ФИО9, Мучинскому Марку Юрьевичу, ФИО10, ФИО11, ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Невская инженерно-строительная компания»,
УСТАНОВИЛ:
в Арбитражном суде города Санкт-Петербурга и Ленинградской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Невская инженерно-строительная компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>, Санкт-Петербург, ул.12-я Красноармейская, д.32, литера А, помещ.1-Н, офис 6, далее - Общество).
Решением суда от 05.02.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО12. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №21 от 06.02.2021.
Конкурсный управляющий обратилась в суд с заявлением о привлечении ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО8, ФИО9, Мучинского Марка Юрьевича, ФИО10, ФИО11, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, а также приостановлении рассмотрения вопроса определения объема субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.
Конкурсный управляющий обратилась в суд с заявлением о привлечении ФИО16 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.
Определением суда от 13.07.2023 выделено в отдельное производство требование конкурсного управляющего в отношении ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО8, ФИО9, ФИО1, ФИО10, ФИО11, ФИО6, обособленному спору присвоен номер А56-14671/2020/суб.2.
Определением суда от 31.10.2023 объединены заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО16, ФИО13, ФИО14, ФИО15, обособленному спору присвоен номер А56-14671/2020/суб.3.
Определением суда от 15.03.2024 производство по обособленному спору №А56-14671/2020/суб.3 приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по итогам рассмотрения вопроса после отмены по вновь открывшимся обстоятельствам судебного акта по обособленному спору № А56-14671/2020/истр.2 по требованию в отношении ФИО15
Определением суда от 14.02.2025 в удовлетворении заявленных требований к ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО8, ФИО9, ФИО1, ФИО10, ФИО11, ФИО6 отказано.
Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий Обществом обратилась в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт, привлечь ФИО5, ФИО7, ФИО10, ФИО11, ФИО6, ФИО3, ФИО1, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности, ссылаясь на то, что контролирующие должника лица являются взаимосвязанными лицами, по указанию контролирующие должника лица получали, снимали и переводили денежные средства, то есть участвовали в сговоре по выводу денежных средств Общества. Кроме того, управляющий указывает, что ответчики преднамеренно участвовали в схеме по выводу денежных средств без подтвержденных документов на получение их от Общества.
Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.
Лица, участвующие в деле, уведомлены судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).
ФИО1 представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на то, что апелляционная жалоба заявителя фактически сводится к выражению несогласия с выводами суда, приведённых в определении суда первой инстанции.
ФИО3 представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на аналогичные обстоятельства, указанные в отзыве ФИО1
Отзыв ФИО5 не приобщен к материалам дела, поскольку представлен с нарушением требований части 3 статьи 65, статьи 262 АПК РФ, не раскрыт заблаговременно перед сторонами и судом.
В судебном заседании представители ответчиков возражают против удовлетворения апелляционной жалобы
Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.
Как следует из материалов дела, в обоснование заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает на то, что привлекаемые к субсидиарной ответственности лица являются организованной взимосвязанной группой лиц, которые фактически руководили компаниями, в которых числились как сотрудники, осуществляли платежи и, переводили денежные средства друг другу, в том числе с личных банковских счетов. Основаниями для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, по мнению конкурсного управляющего, являются обстоятельства перечисления должником на счета ответчиков денежных средств в качестве заработной платы, в то время как ответчики сотрудниками должника не являлись, платежи как сделки должника признаны недействительными, применены последствия их недействительности в виде взыскания с ответчиков в конкурсную массу денежных средств.
В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.
В силу пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.
В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).
Апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО10, ФИО11, ФИО6, ФИО8 и ФИО9 к субсидиарной ответственности, поскольку они не являются в силу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве контролирующими должника лицами, не участвовали в управлении деятельностью должника, не давали указания, обязательные к исполнению, не влияли на принимаемые руководством Общества решения по ведению предпринимательской деятельности, выбору контрагентов и заключению сделок, в том числе направленных к собственной выгоде, и никаким иным образом не определяли его деятельность.
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.
Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.
В отношении остальных ответчиков апелляционный суд приходит к следующим выводам.
Конкурсный управляющий указывает на то, что в отношении ФИО5 определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.07.2022 по делу № А56-14671/2020/сд.8 признана недействительной сделка, с ответчика взысканы 3 262 500 руб. в пользу Общества. Также управляющий полагает, что ответчик представил в суд апелляционной и кассационной инстанции сфальсифицированную отчетность, подтверждающую, по его мнению, наличие трудовых отношений с Общества.
Апелляционный суд отмечает, что в настоящий момент с ФИО5 задолженность по оспоренному платежу в сумме 3 262 500 руб. взыскана в полном объеме, что подтверждается определением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2023 по делу № А40-261293/2022, постановлением об окончании исполнительного производства от 10.02.2023
Кроме того, конкурсным управляющим не представлено в силу положений статьи 65 АПК РФ доказательств того, что ФИО5 является контролирующим должника лицом.
В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53) разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.
Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.
Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.
В силу абзаца первого пункта 23 Постановления №53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.
К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.
Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.
Согласно материалам дела, ФИО5 никогда не являлся работником Общества, в органах управления Общества не состоял, не владел долями в уставном капитале, не являлся аффилированным лицом, не определял действия Общества, не давал указаний по совершению сделок Общества и определению их условий, не был вовлечен в процесс управления должником, не оказывал влияния на принятие деловых решений относительно деятельности должника и выгоды от него не получал, причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика и объективным банкротством Общества отсутствует. Доказательств обратного конкурсным управляющим не представлено.
Таким образом, основания для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества отсутствуют.
В отношении ФИО3 конкурсный управляющий указывает на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.12.2021 по делу №А56-14671/2020/сд.3, согласно которому оспариваемая сделка признана недействительной, с ответчика взысканы 1 827 000 руб. в пользу Общества. Конкурсный управляющий полагает, что в результате совершенных платежей в пользу ответчика причинен вред Обществу. Кроме того, управляющий указывает, что ответчиком представлены документы без штампов налогового органа, которые не имеют никакой юридической силы.
Конкурсный управляющий полагает, что по состоянию на 01.01.2019, на 30.05.2019 и на 31.05.2019 согласно данным публичного акционерного общества АКБ «Авангард» согласно письму от 04.12.2023 остаток денежных средств на счёте Общества в ПАО АКБ «Авангард» составлял 20 337 309,98 руб. Указанные денежные средства являлись единственным активом Общества.
Апелляционный суд принимает во внимание доводы ответчиков о рейдерском захвате Общества. Лица, совершившие такие действия, суду не раскрыты, в том числе в порядке уголовного судопроизводства. Вместе с тем оспоренные управляющим платежи и вмененные ответчикам как основание субсидиарной ответственности действия по получению денежных средств от Общества по времени полностью не совпадают с действиями по рейдерскому захвату должника. В соответствии с решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.01.2019 по делу № А56-21144/2018 целью рейдерского захвата Общества являлось получение денежных средств, находящихся на счете Общества в ПАО АКБ «Авангард». Поскольку денежные средства рейдерами не получены, ФИО13, являвшийся единственным учредителем и генеральным директором Общества в 2017 году, а также единственным участником общества с 29.04.2019 по 11.03.2020, ФИО16, ФИО14 не могли не знать о наличии указанной суммы на расчетном счете Общества в ПАО АКБ «Авангард». Как и не могли не знать о наличии задолженности перед налоговым органом по уплате НДС.
Суд учитывает, что единственным кредитором Общества является ФИО17, который 19.02.2020 подал заявление о признании Общества несостоятельным (банкротом). При этом ФИО17, являячь индивидуальным предпринимателем, приобрел 15.10.2019 за 633 600 руб. права требования дебиторской задолженности общества с ограниченной ответственностью «СМУ 15» (ИНН <***>), ликвидированной 12.11.2020, на сумму 18 320 000 руб., из которых 17 750 000 руб. задолженность Общества (570 000 руб. задолженность с ФИО18 (ИНН <***>)).
При этом денежные средства Общества по инкассовым поручениям налогового органа списаны со счета должника 31.05.2019 на сумму 5 649 505, 63 руб.: 2 484 381,62 руб. – в пользу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по решению о взыскании № 10140 от 30.03.2018; 25 475,13 руб. – по решению о взыскании № 13464 от 03.05.2018; 2 905 202 руб. – по решению о взыскании № 13464 от 03.05.2018; 117 223,44 руб. – по решению о взыскании № 32575 от 13.09.2018; 117 223,44 руб. – по решению о взыскании № 2613 от 14.02.2019.
Таким образом, после списания средств Общества по инкассовым поручениям в пользу налогового органа активов Общества уже было недостаточно для расчетов с кредитором даже без платежей в пользу ФИО3 Оставшаяся сумма составляла не более 14 687 804, 35 руб. (20 337 309,98 руб. – 5 649 505,63 руб.), что в любом бы случае не покрыло в полном объёме выкупленную дебиторскую задолженность в размере 17 750 000 руб. Таким образом, требования кредитора не были бы погашены в полном объёме в связи со списанием средств по обязательным платежам.
Кроме того, сделка по перечислению генеральным директором Общества 31.05.2019 в адрес ФИО3 денежных средств 15.01.2018 в размере 43 500 руб. и 29.05.2019 в размере 1 783 500 руб. (в сумме 1 783 500 руб.) признана недействительной в полном объёме определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-14671/2020/сд.3 от 24.12.2021. При этом согласно представленной в материалы дела электронной трудовой книжки ФИО3 в период с 01.10.2017 по 31.12.2017 работала в Обществе.
Апелляционный суд принимает во внимание, что Общество в лице конкурсного управляющего обратилось в Арбитражный суд города Москвы о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3 по делу № А40-261441/2022. Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.02.2023 требования Общества признаны обоснованными и включёны в реестр требований в размере 2 138 011,22 руб., в том числе 1 827 000 руб. основного долга, 491 011,82 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами. Апелляционный суд установил, что по состоянию на 28.06.2024 ФИО3 исполнила требование Общества, перечислив 7 577,01 руб.
Таким образом, требования Общества о возврате 1,7 млн.руб. ФИО3 удовлетворяются в деле о ее банкротстве. При этом указанная сумма денежных средств незначительна с учетом списаний налоговых платежей в размере 5,6 млн.руб. и остатке средств на счете Общества в сумме 14,6 млн.руб., то есть не явилось причиной банкротства Общества.
Кроме того, определением Арбитражного суда города Москвы от 02.04.2024 по делу № А40-261441/2022 удовлетворено заявление финансового управляющего о признании недействительной сделкой по перечислению за период с 30.09.2020 по 06.08.2021 ФИО3 в пользу ФИО19 денежных средств в размере 152 746 руб.
Конкурсный управляющий указывает на то, что ФИО3 входила в организованную группу контролирующих должника лиц, имеющих между собой доверительные отношения, через которых выводились денежные средства, принадлежащие Обществу.
Вместе с тем, доказательств того, что денежные средства выводились по её указанию, влиянию, иному распоряжению или при её активном участии в материалы дела, не предоставлено.
На основании абзаца 4 пункта 3 Постановления № 53, лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника.
Таким образом, не подтверждены материалами дела доводы о том, что ФИО3 являлась лицом, контролирующим деятельность должника. Совершение разовой сделки по получению денежных средств должника и знакомство при совместной работе в одной организации не свидетельствует о подконтрольности Общества ФИО3
Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано 09.02.2017, единственный участник и генеральный директор Общества – ФИО13 Генеральным директором осуществлён перевод от 15.01.2018 на расчётный счёт ФИО3 в размере 43 500 руб. В период с января 2018 по 31.12.2018 в Обществе происходили корпоративные изменения, вызванные рейдерским захватом. Общество вышло из-под управления ФИО13, 09.01.2019 управление возвращено ФИО13
Согласно решению Арбитражного суда города Санкт-Петербург и Ленинградской области по делу № А56-21144/2018 за ФИО13 признано право собственности на 100% долей в уставном капитале Общества. Внесена запись от 27.05.2019 о смене генерального директора и назначении на должность ФИО14
Генеральным директором ФИО14 осуществлён перевод от 29.05.2019 на расчётный счёт ФИО3 в размере 1 827 000 руб.
Как следует из материалов дела, ФИО3 по состоянию на май 2019 года не являлась работником Общества и не имела доступа к бухгалтерским или финансовым документам Общества, что свидетельствует об отсутствии у неё информации о финансовом положении должника и совокупном наличии денежных средств на его счету, наличии какой-либо дебиторской или кредиторской задолженности, подлежащих уплате налоговых платежей.
ФИО3 никогда не участвовала в управлении деятельностью должника, не давала указания, обязательные к исполнению, не влияла на принимаемые руководством Общества решения по ведению предпринимательской деятельности, выбору контрагентов и заключению сделок, в том числе направленных к собственной выгоде, и никаким иным образом не определяла его деятельность.
ФИО3 также не определяла и не давала указаний генеральному директору Общества, кому конкретно следует перечислять денежные средства и в каком размере.
Факт перечисления денежных средств третьим лицам непосредственно генеральным директором организации также не может свидетельствовать о вхождении ФИО3 в организованную группу, возможности влиять на действия и решения органов управления, учредителей или иных лиц, для перечисления денежных средств в свою пользу, либо совершения иных действий к собственной выгоде. Доказательств иного конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.
Совокупность изложенных обстоятельств свидетельствует об отсутствии у ответчика каких-то оснований полагать, что она становится участником операции, влекущей убытки для Общества. Доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО3 преднамеренно участвовала в схеме по выводу денежных средств, не нашли подтверждения материалами дела.
В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает на фальсификацию бухгалтерской отчётности Общества в силу того, что на представленной отчетности не стоят штампы налогового органа, нет подтверждения отправки этой отчётности и её принятия налоговым органом, конкурсный управляющий полагает, что данные документы подписаны номинальным директором ФИО20 и не имеют никакой юридической силы. По мнению управляющего, имеются основания для привлечения ФИО3 к ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.
Согласно пункту 24 Постановления № 53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца 4 пункта 1 статьи 94, абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по предоставлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по её передаче управляющему.
Таким образом, ФИО3 не может нести ответственность за составленную и подписанную директором должника бухгалтерскую (финансовую) отчётность, в силу отсутствия у неё как полномочий на подписание этой отчетности, так и доступа к указанной документации должника.
Апелляционный суд также принимает во внимание, что несмотря на получение от Общества на свой счет денежных средств ФИО3 какой-либо финансовой выгоды из совершённой сделки (получение денежных средств от Общества) не извлечено, поскольку денежные средства фактически не остались в свободном пользовании ответчика.
Согласно пункту 7 Постановления № 53 контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.
Финансовое положение ФИО3 не претерпело каких-либо изменений в лучшую сторону, отсутствует обогащение ответчика за счет средств Общества, что подтверждается составом имущества ФИО3, выявленным финансовым управляющим ФИО21, а также совершёнными ею переводами в пользу третьих лиц.
Как указано в абзаце 6 пункта 23 Постановления № 53 по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.
Однако на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.
Согласно пояснениям конкурсного управляющего по состоянию на 01.01.2019 стоимость активов должника составляла 20 337 309, 98 руб., ФИО3 перечислена сумма в размере 1 827 000 руб., что составляет всего 8,98% от заявленных конкурсным управляющим активов должника. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что сделка по перечислению ФИО3 денежных средств в размере 1 827 000 руб. явно не могла быть значимой и причинять существенный убыток. Указанная сумма не является существенной относительно масштаба деятельности Общества.
При таких обстоятельствах, основания для привлечения ФИО3 к ответственности не имеется.
В отношении ФИО1 конкурсный управляющий Обществом указывает на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.12.2021 по делу № А56-14671/2020/сд.7, согласно которому оспариваемая сделка признана недействительной, с ответчика взысканы 3 132 000 руб. в пользу Общества.
Апелляционный суд отмечает, что в материалах дела имеются доказательства возмещения ответчиком денежных средств в полном объеме, в связи с чем отсутствуют основания для привлечения данного ответчика к ответственности.
В обоснование привлечения к ответственности ФИО7 конкурсный управляющий ссылается на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.12.2021 по делу №А56-14671/2020/сд.6, согласно которому оспариваемая сделка признана недействительной, с ответчика в пользу Общества взысканы 1 026 000 руб.
Согласно материалам дела ответчик не участвовал в управлении деятельностью должника, не давал указания, обязательные к исполнению, не влиял на принимаемые руководством Общества решения по ведению предпринимательской деятельности, выбору контрагентов и заключению сделок, в том числе направленных к собственной выгоде, и никаким иным образом не определял его деятельность, то есть ФИО7 не является контролирующим должника лицом. Убедительных доводов и доказательств непосредственного влияния на деятельность должника указанными ответчиками прямо или косвенно суду не представлено.
Таким образом, ФИО7 не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по заявленным управляющим основаниям.
При изложенных обстоятельствах обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по приведенным в ней доводам.
Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.02.2025 по делу № А56-14671/2020/суб. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.
Председательствующий
А.Ю. Слоневская
Судьи
Е.В. Бударина
И.В. Сотов