АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

424002, <...>

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

«24» июля 2025 года Дело № А38-3135/2024 г. Йошкар-Ола

Резолютивная часть решения объявлена 10 июля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 24 июля 2025 года.

Арбитражный суд Республики Марий Эл

в лице судьи Лежнина В.В.

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания

секретарем Швецовой Н.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по исковому заявлению сельскохозяйственного пчеловодческого снабженческо-сбытового потребительского кооператива «Марийский мед» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице руководителя и членов кооператива ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4

к ответчику индивидуальному предпринимателю ФИО5 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>)

о признании договора аренды недействительными

третье лицо ФИО6

с участием представителей:

от истца СПССПК «Марийский мед» в лице членов кооператива ФИО1, ФИО3, ФИО4 – ФИО7 по доверенности,

от истца СПССПК «Марийский мед» в лице члена кооператива ФИО2 – не явился, извещен надлежащим образом,

от истца СПССПК «Марийский мед» в лице руководителя – председатель ФИО8, ФИО7 по доверенности,

от ответчика – ФИО9 по доверенности,

от третьего лица – ФИО6

УСТАНОВИЛ:

Истец, сельскохозяйственный пчеловодческий снабженческо-сбытовой потребительский кооператив «Марийский мед» в лице членов кооператива ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с исковым заявлением к ответчику, индивидуальному предпринимателю ФИО5, о признании недействительными договора аренды, заключенного 21.06.2022 между индивидуальным предпринимателем ФИО5 и сельскохозяйственным пчеловодческим снабженческо-сбытовым потребительским кооперативом «Марийский мед». Определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 03.09.2024 исковое заявление принято к производству, делу присвоен номер А38-3135/2024.

Кроме того, сельскохозяйственный пчеловодческий снабженческо-сбытовой потребительский кооператив «Марийский мед» обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с исковым заявлением к ответчику, индивидуальному предпринимателю ФИО5, о признании договора аренды, заключенного 21.06.2022 между индивидуальным предпринимателем ФИО5 и сельскохозяйственным пчеловодческим снабженческо-сбытовым потребительским кооперативом «Марийский мед», недействительным в силу ничтожности. Определением арбитражного суда от 14.10.2024 исковое заявление принято к производству, делу присвоен номер А38-4118/2024.

Определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 06.11.2024 указанные дела объединены в одно производство с присвоением номера А38-3135/2024.

В исковом заявлении, в дополнениях к нему и в судебных заседаниях изложены доводы о мнимом характере сделки, а также о том, что сделка заключена с нарушением статьи 38 Федерального закона «О сельскохозяйственной кооперации», на заведомо невыгодных условиях для кооператива, в отсутствие согласия членов кооператива и соответствующего решения общего собрания членов кооператива, поэтому подлежит признанию недействительной на основании статьи 10, 168, пункта 1 статьи 170, пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ (т.1, л.д. 6-11, 40-41, 79-83, 112-113, т.3, л.д. 149, т.4, л.д. 19-21, 103-104, т.5, л.д. 21-23, 27-29, 33-35, 42-46).

Ответчик в отзыве на исковое заявление, в дополнениях к нему и в судебных заседаниях требования не признал и пояснил, что существенные условия договора аренды были согласованы сторонами. Он указал, что арендная плата, установленная условиями договора в размере 50 000 руб., значительно ниже рыночной на дату заключения и исполнения договора.

Относительно довода истца о недействительности сделки вследствие отсутствия решения общего собрания, ответчик приводит аргумент о его необоснованности, ссылаясь на положения устава кооператива, в котором зафиксировано право ФИО8 на заключение договоров. При этом, по мнению ответчика, вопросы одобрения договоров аренды или иных сделок не входят в исключительную компетенцию общего собрания.

Помимо этого договор аренды не является сделкой, в котором присутствует конфликт интересов, поскольку ФИО5 не относится к числу лиц, указанных в пункте 4 статьи 38 Федерального закона «О сельскохозяйственной кооперации».

Кроме того, ответчик письменно заявил об истечении срока исковой давности по требованию о признании сделки недействительной (т.1, л.д. 62-67, т.2, л.д. 25-28, т.4, л.д. 84-89, 135-141, т.5, л.д. 87-91, т.6, л.д. 13-14).

Третье лицо в отзыве на иск, в дополнениях к нему и в судебных заседаниях просило в удовлетворении иска отказать и полностью поддержало позицию ответчика (т.2, л.д. 42-48, т.3, л.д. 51-59, 179-182, т.4, л.д. 147-151).

Истец, СПССПК «Марийский мед» в лице члена кооператива ФИО2, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства по правилам статьи 123 АПК РФ, в судебное заседание не явился. На основании части 5 статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в его отсутствие по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, исследовав доказательства, выслушав объяснения участников дела, арбитражный суд считает необходимым отказать истцу в удовлетворении иска по следующим правовым и процессуальным основаниям.

Из материалов дела следует, что 21.06.2022 между индивидуальным предпринимателем ФИО5 (арендодателем) и сельскохозяйственным пчеловодческим снабженческо-сбытовым потребительским кооперативом «Марийский мед» в лице председателя кооператива ФИО8 (арендатором) заключен договор аренды нежилого помещения (здания, строения), по условиям которого арендодатель обязался передать арендатору за плату во временное владение и пользование производственное помещение – здание молочного цеха, расположенного по адресу: Республика Марий Эл, <...>. Согласно пункту 1.5 договора аренды срок договора устанавливается с 21.06.2022 по 30.04.2023 (т.1, л.д. 25).

Размер арендной платы за пользование объектом аренды составляет 50 000 руб. в месяц (пункт 3.1 договора аренды).

По акту от 21.06.2022 арендодатель передал, а арендатор принял во временное владение и пользование здание молочного цеха (т.1, л.д. 26).

Истец, полагая, что договор аренды заключен в нарушение требований законодательства о его одобрении, является мнимой сделкой, а потому является недействительной в силу ничтожности, обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Истец обосновал исковые требования ссылками на статьи 10, 168, 170, 173.1 ГК РФ. Таким образом, требования заявлены о признании спорной сделки недействительной как оспоримой, так и в силу ничтожности.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 ГК РФ, а также иными способами, предусмотренными законом.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 25) разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

В соответствии со статьей 19 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее – Федеральный закон № 193-ФЗ) управление кооперативом осуществляют общее собрание членов кооператива (собрание уполномоченных), правление кооператива и (или) председатель кооператива, наблюдательный совет кооператива, создаваемый в потребительском кооперативе в обязательном порядке, в производственном кооперативе в случае, если число членов кооператива составляет не менее 50.

В силу статьи 20 Федерального закона № 193-ФЗ к исключительной компетенции общего собрания членов кооператива относятся рассмотрение и принятие решений по следующим вопросам: отчуждение земли и основных средств производства кооператива, их приобретение, а также совершение сделок, если решение по этому вопросу настоящим Федеральным законом или уставом кооператива отнесено к компетенции общего собрания членов кооператива.

Пунктом 3 статьи 38 Федерального закона № 193-ФЗ предусмотрено, что сделки кооператива (в том числе сделки по передаче в аренду земельных участков и основных средств кооператива, по залогу имущества кооператива), стоимость которых в процентах от общей стоимости активов кооператива за вычетом стоимости земельных участков и основных средств кооператива составляет до 10 процентов, совершаются по решению правления кооператива (за исключением случаев, предусмотренных абзацем третьим настоящего пункта), от 10 до 20 процентов - по совместному решению правления кооператива и наблюдательного совета кооператива, свыше 20 процентов - по решению общего собрания членов кооператива.

Сделки кооператива по отчуждению и приобретению земельных участков и основных средств кооператива совершаются в соответствии с пунктом 3 статьи 20 Федерального закона № 193-ФЗ, в соответствии с которым решение считается принятым, если за них подано не менее чем две трети голосов от числа членов кооператива.

Согласно справке о балансовой стоимости активов кооператива от 15.04.2024 по состоянию на 20.06.2022 балансовая стоимость внеоборотных активов составляла 1 068 000 руб. (т.1, л.д. 33). Таким образом, цена оспариваемой сделки составила свыше 20 % от общей стоимости активов кооператива за вычетом стоимости основных средств.

Следовательно, в силу пункта 3 статьи 38 Федерального закона № 193-ФЗ сделка подлежала одобрению общим собранием кооператива. При этом доказательств принятия общим собранием решения об одобрении договора аренды материалы дела не содержат.

Сделка кооператива, совершенная с нарушением предусмотренных статьей 38 Закона о сельскохозяйственной кооперации требований, может быть признана недействительной по иску кооператива либо его члена или ассоциированного члена (пункт 8 статьи 38 Федерального закона № 193-ФЗ).

Однако пунктом 8 статьи 38 Федерального закона № 193-ФЗ определены обстоятельства, позволяющие арбитражному суду отказать в удовлетворении требований о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением требований статьи 38 Закона о сельскохозяйственной кооперации, при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков кооперативу или члену кооператива, ассоциированному члену кооператива, обратившимся с таким иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них;

- к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения данной сделки по правилам, предусмотренным настоящим Федеральным законом;

- при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке не знала и не должна была знать о ее совершении с нарушением предусмотренных настоящим Федеральным законом требований к ней.

Доказательств наличия у СПСПК «Марийский мед» в 2022 году производственного помещения, принадлежащего кооперативу на каком-либо праве в материалы дела не представлено. Между тем при отсутствии производственного помещения СПСПК «Марийский мед» не смог бы производить сельскохозяйственную продукцию и вести хозяйственную деятельность. В связи с чем заключение договора аренды является экономически обоснованным.

Согласно отчету № 07-12 от 08.07.2025, составленному оценщиком ФИО10 по заказу индивидуального предпринимателя ФИО5, следует, что право аренды объекта (размер арендной платы в месяц): нежилого здание, общая площадь 746 кв.м, кадастровый номер 12:04:0870117:27, расположенного по адресу: <...>, лит. Э по состоянию на 21.06.2022 составляет 96 300 руб. в месяц (т.6, л.д. 17-69).

Арендная плата за пользование объектом аренды по условиям договора от 21.06.2022 составляет 50 000 руб. в месяц.

Указанное свидетельствует о том, что условия договора аренды в части размера арендной платы установлены ниже рыночной. Доказательств, подтверждающих несоответствие рыночной стоимости аренды, истец в нарушение положений части 1 статьи 65 АПК РФ не представил, ходатайства о проведении судебной экспертизы не заявил.

Таким образом, анализ приведенных доказательств свидетельствует о том, что каких либо неблагоприятных последствий для СПСПК «Марийский мед» либо его членов не наступило. Предъявление иска о взыскании арендных платежей не может свидетельствовать о нарушении прав кооператива и его членов, поскольку обязанность по внесению арендной платы установлена законом.

При этом арбитражный суд отклоняет довод истца о том, что отчет оценщика не следует учитывать при рассмотрении спора, поскольку в нем указан иной адрес объекта: <...>, лит. Э. Тогда как согласно выписке из ЕГРН адресом производственного цеха – здание молочного цеха является: <...>.

Арбитражный суд соглашается с тем, что в отчете оценщика указан неверный адрес, однако, помимо адреса, в качестве идентифицирующего признака объекта также указан его кадастровый номер. В связи с этим арбитражный суд приходит к выводу, что в отчете оценщика допущена опечатка в адресе объекта недвижимости с кадастровым номером 12:04:0870117:27.

Поэтому отчет оценщика № 07-12 от 08.07.2025 признается арбитражным судом надлежащим и достоверным доказательством по делу, соответствующим положениям статьи 86 АПК РФ. Доказательств, опровергающих выводы оценщика, истцом не представлено.

Отсутствие убытков или иных неблагоприятных последствий для истца даже при наличии нарушений требований Федерального закона № 193-ФЗ в части порядка совершения сделки является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Также вопреки правилам статьи 65 АПК РФ истцы не доказали, что лично предприниматель ФИО5, не являющаяся членом кооператива, знала или должна была знать о совершении сделки с нарушением предусмотренных Федеральным законом о сельскохозяйственной кооперации требований к ней, что также является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии обстоятельств для отказа в удовлетворении иска о признании сделки недействительной применительно к пункту 8 статьи 38 Федерального закона «О сельскохозяйственной кооперации».

Истец также на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ ссылается на мнимость договора аренды от 21.06.2022.

В обоснование требования истец указывает, что отсутствуют доказательства фактического исполнения договора аренды, иных расходов, связанных с арендой, контроля со стороны арендодателя за предметом аренды, отсутствие преддоговорной переписки о заключении договора, переписки в ходе его действия по исполнению, также отсутствие выполнения кооперативом обязанностей по самостоятельному заключению договоров на коммунальные услуги и пользование земельным участком, на котором находится объект аренды.

В соответствии со статьей 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (пункт 1 статьи 432 ГК РФ).

Согласно пунктом 1 статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Пунктом 1 статьи 607 ГК РФ предусмотрено, что в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи).

Истец ссылается на отсутствие в договоре аренды ссылки на правоустанавливающий документ, на основании которого индивидуальный предприниматель ФИО5 является собственником объекта аренды.

В соответствии с положениями статьи 608 ГК РФ право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду.

Вместе с тем в силу разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» (далее – постановление Пленума ВАС РФ № 73), положения статьи 608 ГК РФ не означают, что в ходе рассмотрения споров, связанных с нарушением арендатором своих обязательств по договору аренды, арендодатель обязан доказать наличие у него права собственности на имущество, переданное в аренду.

Таким образом, в сферу правомочий арендатора, пользовавшегося имуществом, не входит оспаривание титула арендодателя на данное имущество, если только арендатор не считает такое имущество своим. Арендатор, добровольно принявший на себя обязательства по пользованию переданным в аренду имуществом, не может быть освобожден от исполнения обязательств по соответствующему договору аренды по мотиву наличия возражений относительно принадлежности имущества истцу, как лицу, с которым ответчик вступил в гражданско-правовые отношения.

Кроме того, довод истца о том, что в договоре аренды должным образом не определен предмет аренды, подлежит отклонению.

Согласно пункту 15 постановления Пленума ВАС РФ № 73, если арендуемая вещь в договоре аренды не индивидуализирована должным образом, однако договор фактически исполнялся сторонами (например, вещь была передана арендатору и при этом спор о ненадлежащем исполнении обязанности арендодателя по передаче объекта аренды между сторонами отсутствовал), стороны не вправе оспаривать этот договор по основанию, связанному с ненадлежащим описанием объекта аренды, в том числе ссылаться на его незаключенность или недействительность.

В рассматриваемом случае при заключении договора аренды и подписании акта приема-передачи имущества между сторонами не возникло какого-либо недопонимания по предмету аренды, поэтому арендатор не вправе ссылаться на незаключенность и недействительность договора аренды по мотиву невозможности индивидуализации предмета аренды.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 25), мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В силу приведенных норм материального права и разъяснений, для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то обстоятельство, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

Между тем кооперативом в материалы дела не представлено доказательств того, что при заключении оспариваемого договора стороны не имели намерений его исполнять.

СПСПК «Марийский мед» во исполнение условий пункта 2.2 договора аренды приобрел газовые котлы, которые были отгружены 23.12.2022 по адресу: Республика Марий Эл, <...> и установлены в систему отопления здания. Указанное подтверждается платежным поручением № 17 от 01.11.2022, справкой ООО «Газинтерм» от 25.07.2024 (т.2, л.д. 32-33).

Из протокола общего организационного собрания членов СПСПК «Марийский мед» № 5 от 20.06.2022 следует, что в собрании принимали участие ФИО11, ФИО6, ФИО12, ФИО8, ФИО13, ФИО3 Из содержания протокола, по вопросу повестки дня № 4 об изменении местоположения СПСПК «Марийский мед» «за» проголосовали единогласно. Определено местоположение СПСПК «Марийский мед» по адресу: Республика Марий Эл, <...> (т.1, л.д. 28).

При этом из переписок следует, что стороны были намерены осуществлять производственную деятельность по адресу: Республика Марий Эл, <...> (т.5, л.д. 99-148). Так, в переписке с ФИО3 от 21.06.2022 обсуждались этикетки для продукции, изготовленной СПСПК «Марийский мед». В качестве адреса производителя ФИО3 и ФИО6 договорились указать: <...> (т.5, л.д. 128). При этом ФИО3 в переписке сообщил ФИО6 о том, что он добавил адрес (<...>) СПСПК «Марийский мед» на сайт 2ГИС и Яндекс карты. ФИО6 в ответ на это указал, что необходимо заказать вывеску и повесить ее.

В переписке с ФИО8 от 22.06.2022, ФИО8 указывает: «Звонили с Яндекс карт, дал информацию, должны добавить адрес. Вывеску надо какую-нибудь сделать» (т.5, л.д. 139). В переписке от 23.06.2022 ФИО8 пишет: «Из 2гис звонили. Адрес добавят. В мобильном приложении будет только 30 июня. Нам это поздно. В Яндекс картах тоже пока нет. Как бы нам не пролететь».

Протокол осмотра доказательств № 12АА 1099553 от 08.02.2024 подтверждает, что СПСПК «Марийский мед» реализует продукцию на сайте Вайлберис. В карточке товара приложена декларация о соответствии. Из декларации следует, что в качестве производственных площадок указаны: Республика Марий Эл, <...>; - Республика Марий Эл, <...> (т.2, л.д. 34-39).

При этом сам по себе факт неисполнения другой стороной своих обязательств не свидетельствует о мнимом характере сделки (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2005 № 10505/04 по делу № А56-19090/03).

Тем самым факт неисполнения кооперативом обязательств по договору аренды не свидетельствует о наличии оснований для признания оспариваемого договора мнимой сделкой. При этом то обстоятельство, что объект аренды не использовался арендатором, мнимость договора не подтверждает.

Наряду с этим ФИО8 в момент заключения спорного договора и по настоящее время является председателем СПСПК «Марийский мед». Им также был подписан оспариваемый договор от имени СПСПК «Марийский мед». Договор аренды также оспаривается СПСПК «Марийский мед» в лице его руководителя ФИО8

В письменных пояснениях ФИО8, указывает, что договор аренды был формальный, ни к чему не обязывающим, как пояснил ему ФИО6, только для смены юридического адреса для предоставления в налоговую инспекцию. Ключи от здания ему не передавались, здание он не принимал, но подписал акт приема-передачи. Членами СПСПК «Марийский мед» заключение договора аренды на нежилое здание не обсуждалось и не одобрялось (т.5, л.д. 42-46).

Согласно части 5 статьи 166 ГК РФ и разъяснениям, приведенным в пункте 70 постановления Пленума ВС РФ № 25, сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Таким образом, действующим законодательством Российской Федерации и сложившейся судебной практикой не допускается противоречивое и недобросовестное поведение субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель).

Исходя из направленности гражданского законодательства на защиту прав добросовестных участников гражданско-правовых отношений, на законность, стабильность и предсказуемость развития этих отношений, никто не может противоречить собственному предыдущему поведению.

Из действий СПСПК «Марийский мед» в лице руководителя следовала воля заключить договор аренды. Доводы ФИО8 о том, что он якобы договор аренды видел мельком и не обратил внимания на какие-то существенные условия договора арбитражным судом не принимаются.

Кроме того, СПСПК «Марийский мед» в лице руководителя о недействительности договора аренды не заявлял на протяжении действия договора, а предъявил настоящее требование только после взыскания задолженности по договору аренды (т.3, л.д. 40).

Поэтому арбитражный суд на основании принципа эстоппель отклоняет возражения СПСПК «Марийский мед» в лице руководителя о мнимости сделки.

Таким образом, арбитражный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора аренды от 21.06.2022 недействительной сделкой по признаку мнимости.

При этом арбитражный суд считает необоснованным довод ответчика о пропуске СПСПК «Марийский мед» срока исковой давности для обращения в арбитражный суд по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ определено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока по такому требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит.

Вид сделок, предусмотренный Федеральным законом № 193-ФЗ и статьей 173.1 ГК РФ, является оспоримым. Таким образом, срок исковой давности по настоящему спору о признании договора аренды от 21.06.2022 недействительным в силу статьи 38 Федерального закона № 193-ФЗ и статьи 173.1 ГК РФ составляет один год.

Ответчиком, индивидуальным предпринимателем ФИО5, заявлено в письменной форме о пропуске истцом срока исковой давности.

Так, индивидуальный предприниматель ФИО5 указывает, что СПСПК «Марийский мед» в лице руководителя ФИО8 узнал о совершении оспариваемой сделки в момент ее совершения – 21.06.2022. ФИО1 и ФИО3 узнали о совершении сделки 20.06.2022 на общем организационном собрании членов СПСПК «Марийский мед», что подтверждается протоколом № 5 от 20.06.2022. ФИО2 и ФИО4 должны были узнать о наличии договора аренды до вступления в СПСПК «Марийский мед». Поэтому дата вступления в кооператив 26.11.2023 является датой, с которой подлежит исчислять для них срок для обращения в суд.

Член кооператива СПСПК «Марийский мед» ФИО3 в письменных пояснениях указывает, что узнал про договор аренды здания 05.07.2023 от ФИО8 в личной беседе. ФИО8 предоставил ему договор аренды для ознакомления 13.07.2023 (т.5, л.д. 21-23). Член кооператива СПСПК «Марийский мед» ФИО1 в письменных объяснениях пояснил, что узнал о заключенном договоре аренды 17.07.2023 и ознакомлен с договором только перед подачей настоящего иска (т.5, л.д. 33-35).

Арбитражный суд соглашается с выводом ответчика о том, что годичный срок исковой давности для подачи иска СПСПК «Марийский мед» в лице руководителя (узнал о совершении сделки 21.06.2022) и члена кооператива ФИО3 (узнал о совершении сделки 05.07.2023) – истек (15.07.2024 направлен посредством почтовой связи). Кроме того, члены кооператива ФИО2 и ФИО4 по состоянию на 21.06.2022 членами кооператива СПСПК «Марийский мед» не являлись. Следовательно, у них отсутствует заинтересованность в признании сделки недействительной.

Между тем истцом по настоящему делу выступает СПСПК «Марийский мед», члены кооператива являются его представителями. Поскольку ФИО1 узнал о совершении сделки 17.07.2023, а обратился в арбитражный суд с иском об оспаривании договора аренды 15.07.2024 с соблюдением срока исковой давности, то исковая давность не считается пропущенной. Истечение срока исковой давности других представителей кооператива правового значения в данном случае не имеет.

Таким образом, заявление индивидуального предпринимателя ФИО5 о пропуске срока исковой давности удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного арбитражный суд приходит к итоговому выводу об отсутствии необходимой совокупности обстоятельств, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной, и поэтому принимает решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

По правилам статьи 110 АПК РФ расходы истцов по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в арбитражном суде относятся на них в связи с отклонением иска и распределению не подлежат.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Отказать сельскохозяйственному пчеловодческому снабженческо-сбытовому потребительскому кооперативу «Марийский мед» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице руководителя и членов кооператива ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в удовлетворении искового заявления к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) о признании недействительной сделкой договора от 21.06.2022 аренды нежилого помещения – здания молочного цеха, расположенного по адресу: Республика Марий Эл, Медведевский район, пгт. Медведево, ул. Железнодорожная, д.3, заключенного между сельскохозяйственным пчеловодческим снабженческо-сбытовым потребительским кооперативом «Марийский мед» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>).

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Судья В.В. Лежнин