Постановление по делу № А73-12039/2021 от 26.03.2025.

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, <...>,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 06АП-6701/2024

26 марта 2025 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 марта 2025 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Гричановской Е.В.

судей Козловой Т.Д., Самар Л.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Егожа А.К.,

при участии в заседании представителя конкурсного управляющего ООО СК «Корат» ФИО1 ФИО2 по доверенности от 09.01.2025 (путем использования системы веб-конференции), представителя Кобзаря С.В. ФИО3 по доверенности от 23.07.2024, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью СК «Корат» ФИО1 на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 02.11.2024 по делу № А73-12039/2021 по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 (вх. № 37753 от 07.03.2023) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, общество с ограниченной ответственностью «ВТПС ресурс» (ИНН <***>, ОГРН: <***>) общество с ограниченной ответственностью «ВТПС» (ИНН <***>, ОГРН <***>), в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью строительная компания «Корат» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 680013, <...>, литер О, оф. 11),

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО9 обратилась в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью строительная компания «Корат» несостоятельным (банкротом). Определением арбитражного суда от 28.01.2022 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО10, член Ассоциации арбитражных управляющих «Арсенал». Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 31.05.2022 ООО СК «Корат» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО10, член Ассоциации арбитражных управляющих «Арсенал».

Определением от 12.10.2022 ФИО10 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО СК «Корат», этим же определением конкурсным управляющим должником утверждена ФИО1, из числа членов союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Стратегия».

07.03.2023 конкурсный управляющий ООО СК «Корат» ФИО1 обратилась в суд с заявлением о взыскании с ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО6, ФИО8, ООО «ВТПС», ООО «ВТПС – Ресурс» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 33 099 131,56 руб. солидарно.

01.04.2024 конкурсный управляющий уточнил требование, просил признать доказанными основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО7 солидарно. Приостановить производство о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СК «Корат» ФИО6 в размере 10 304 726,53 руб., ООО «ВТПС» - в размере 9 128 735,53 руб. Принять отказ от заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8.

Уточненные требования обоснованы совершением контролирующими должника лицами сделок по распределению денежных средств, поступивших от АО «48 УНР».

От требований к ФИО8 конкурсный управляющий отказался.

В соответствии с ч. 2 ст. 49 АПК РФ отказ принят судом.

Определением от 02.11.2024 производство по делу по требованиям к ФИО8 суд прекратил в связи с отказом заявителя от требований к нему. Производство по заявлению конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности ООО «ВТПС-Ресурс» суд также прекратил. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО7, солидарно к субсидиарной ответственности суд отказал. Заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 суд удовлетворил частично, взыскал убытки в размере 1 176 000 руб., в удовлетворении остальной части заявления отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом в части отказа в удовлетворении заявления, конкурсный управляющий ООО СК «Корат» ФИО1 обратилась Шестой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда от 02.11.2024, принять по делу новый судебный акт, признать доказанными основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО7 солидарно. Приостановить производство по делу до окончания расчетов с кредиторами, привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СК «Корат» ФИО6 в размере 10 304 726,53 руб., привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СК «Корат» ООО «ВТПС» в размере 9 128 735,53 руб.

В обоснование доводов жалобы конкурсный управляющий указывает, что из представленных сторонами в материалы обособленного спора документов и доказательств невозможно сделать вывод о том, что платежи по договорам лизинга за ООО «ВТПС» и платежи за ремонт транспорта и спецтехники за ООО «ВТПС» можно соотнести с работами по договорам подрядов, поскольку такой вывод противоречит судебным актам, вступившим в законную силу (от 27.09.2021 по делу №А40- 149113/2021, от 21.12.2022 по делу №А73-13376/2022). Лизинговые платежи за ООО «ВТПС» через расчетный счет ООО «ВТПС-Ресурс», равно как и платежи за ремонт автомобилей и спецтехники, принадлежащих ООО «ВТПС» не могут быть признаны надлежащими и осуществленными в счет исполнения договоров подрядов № 26/03/2020 - ГНБ от 26.03.2020, № 24/04/2020 - ГНБ от 24.04.2020, по договору № 27/04/2020 - ГНБ от 27.04.2020, по договору № 26/06/2020 - ГНБ от 26.06.2020 п/п № 207 от 02.07.2020.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Шестого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.6aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в ст. 121 АПК РФ.

К судебному заседанию от Кобзаря С.В. поступил отзыв с возражениями на апелляционную жалобу. Так, в отзыве ФИО4 просит обжалуемое определение оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения. Полагает, что суд первой инстанции правомерно установил, что ФИО4 и ФИО5 являлись номинальными руководителями должника и не имели возможности влиять на деятельность должника.

В судебном заседании 12.03.2025 представитель конкурсного управляющего настаивал на доводах, изложенных в жалобе, просил определение суда отменить. Представитель Кобзаря С.В. настаивал на доводах отзыва, просил в удовлетворении жалобы в отношении своего доверителя отказать.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ст. 266 – 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемое судебное решение не подлежит отмене.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ООО «СК Корат» 20.12.2018 зарегистрировано в качестве юридического лица с размером уставного капитала 10 000 руб., основным видом деятельности данного общества является строительство жилых и нежилых зданий. При создании общества единственным участником и руководителем общества являлся ФИО4

С 01.01.2022 единственным участником ООО «СК «Корат» стал ФИО5. С 28.03.2022 указанное лицо являлся единоличным исполнительным органом до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства.

Конкурсным управляющим установлено, что работы по договору, заключенному с АО «48 УНР», фактически должником не выполнялись (установлено решением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-149113/2021 от 27.09.2021). Вместе с тем, из пояснений ответчика Кобзаря С.С. следует, что часть работ выполнялась, но силами ООО СК «Корат».

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 21.12.2022 по делу № А73-13376/2022, вступившим в законную силу установлен факт неисполнения ООО «ВТПС Ресурс» обязательств по договору подряда, заключенного с ООО СК «Корат».

При этом, денежные средства, поступившие на счета ООО СК «Корат» от АО «48 УНР» в общем размере 31 072 450,40 руб. распределялись следующим образом: ООО «ВТПС Ресурс» – 15 260 000 руб.; ИП ФИО9 – 1 580 000 руб.; ИП ФИО11 – 365 500 руб.; ИП ФИО12 – 237 000 руб.; АО «Завод ЖБИ-3» – 248 800 руб.; ООО «Градстройснабжение» – 614 850 руб.; ООО «Хабаровсктехмонтаж Трейд» - 127 000 руб.; ООО «ЦентрСвязьСервис ДВ» – 60 558,97 руб.; налоги, заработная плата сотрудников, расходы на ГСМ – 12 624 015,49 руб.

Конкурсный управляющий, полагает, что на ООО СК «Корат» возложены все расходы, связанные с выполнением работ для АО «48 УНР», ИП ФИО9, ИП ФИО11, ИП ФИО12, АО «Завод ЖБИ-3», ООО «Градстройснабжение», ООО «Хабаровсктехмонтаж Трейд» и ООО «ЦентрСвязьСервис ДВ». ООО СК «Корат» также несло расходы на выплаты заработной платы сотрудникам, расходы на ГСМ, на уплату налогов, по работам, которые должно было выполнять ООО «ВТПС Ресурс».

При этом денежные средства, направленные ООО «ВТПС Ресурс» расходовались следующим образом: снято наличных денежных средств гражданином ФИО6 – 1 176 000 руб.; оплачено по договорам лизинга за ООО «ВТПС» – 4 831 202,60 руб.; – оплачено расходов на ремонт и содержание автомобилей, принадлежащих ООО «ВТПС» – 4 297 532,93 руб.

Совершение указанных неправомерных действий контролирующими должника лицами по расходованию денежных средств должника в пользу ООО «ВТПС», по мнению конкурсного управляющего, привело к неплатежеспособности должника и явилось причиной банкротства последнего. При этом к контролирующим должника лицам, наряду с ФИО5, ФИО4 конкурсный управляющий отнесены ФИО6, ФИО7, ООО «ВТПС».

Так, в обоснование заявленного требования в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО7 конкурсный управляющий указывает, что по информации предоставленной конкурсным кредитором ИП ФИО9 (ИНН <***>), а так же из пояснений Кобзаря С.В., главного бухгалтера фирмы ООО СК «Корат» – ФИО13, все распоряжения по хозяйственной деятельности ООО СК «Корат» исполнялись по прямому указанию ФИО7 (ИНН <***>) являющегося отцом ФИО6, который в свою очередь является генеральным директором и одновременно учредителем ООО «ВТПС-Ресурс» и учредителем ООО «ВТПС».

Автомобили, приобретаемые ООО «ВТПС» по договору лизинга от АО «ВЭБ-лизинг» а именно, автомобиль Lexus NX 200 2017 года выпуска и автомобиль Toyota Camry 2017 года выпуска приобретены для личного использования ФИО7 и ФИО6 соответственно.

Принятие решения по заключению договоров с ООО «ВТПС-Ресурс» для выполнения подрядных договоров для АО «48 УНР» исходило от ФИО7, что подтверждает директор ФИО4. Конкурсным управляющим получены сведения от кредитора – АО «48УНР», которыми так же подтверждается взаимодействие между АО «48 УНР» и ООО СК «Корат» через ФИО7.

Ответчик по обособленному спору – ФИО8, также подтвердил фактическое руководство всеми тремя обществами (ООО СК «Корат», ООО «ВТПС-Ресурс» и ООО «ВТПС») ФИО7. По мнению конкурсного управляющего ООО СК «Корат», ФИО7 является конечным бенефициаром группы компаний: ООО СК «Корат», ООО «ВТПС» и ООО «ВТПС-Ресурс», в связи с чем, являлся фактически контролирующим должника лицом, подлежащим привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Размер субсидиарной ответственности ФИО7 определен конкурсным управляющим в виде солидарной с ФИО5, ФИО4 ответственности в размере непогашенных реестровых и зареестровых требований, и текущих расходов.

В обоснование своей позиции конкурсный управляющий также указывает, что ООО «ВТПС-Ресурс» (ИНН <***>) создано 20.09.2016. Выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «ВТПС-Ресурс» на дату 20.09.2016 содержит сведения об учредителях – ФИО8 (ИНН <***>) – 50% долей и ФИО14 (ИНН <***>) – 50% долей, а так же о единоличном исполнительном органе (Генеральный директор) – ФИО14 (ИНН <***>). С 19.10.2016 ФИО8 (ИНН <***>) является единственным участником и генеральным директором ООО «ВТПС-Ресурс» до 31.10.2016. С 31.10.2016 генеральный директор – ФИО6 (ИНН <***>), учредители – ФИО8 (ИНН <***>) – 50% долей, ФИО6 (ИНН <***>) – 50% долей.

Из анализа выписок ООО СК «Корат» и ООО «ВТПС-Ресурс» конкурсным управляющим установлено, что ООО «ВТПС-Ресурс» фактически выступало транзитной организацией для вывода денежных средств на выкуп техники у лизингодателя АО «ВЭБ-Лизинг» в сумме 4 831 202,60 руб., на расходы по обслуживанию данной техники – 4 297 532,93 руб., а так же просто обналичено ФИО6 – 1 176 000 руб.

В период осуществления неправомерных платежей руководителем ООО «ВТПС-Ресурс» являлся ФИО6

Размер субсидиарной ответственности ФИО6 подлежит определению в размере незаконно израсходованных денежных средств ООО СК «Корат»: 4 831 202,60 руб. + 4 297 523,93 руб. + 1 176 000 руб. = 10 304 726,53 руб.

По мнению конкурсного управляющего, ООО «ВТПС» также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Так, ООО «ВТПС» (ИНН <***>) создано 20.09.2016. По состоянию на 21.09.2016 учредителями общества являлись: ФИО8 (ИНН <***>) с размером доли уставного капитала 50% и ФИО14 (ИНН <***>) с размером доли уставного капитала 50%, единоличным исполнительным органом являлся ФИО8 (ИНН <***>).

В период с 19.10.2016 единственным участником и единоличным исполнительным органом являлся ФИО8 (ИНН <***>).

С 31.10.2016 генеральным директором общества являлся ФИО8 (ИНН <***>), учредителями – ФИО8 (ИНН <***>) с размером доли 50% и ФИО6 (ИНН <***>) с размером доли 50%.

С 23.10.2018 учредителями общества являлись: ФИО8 (ИНН <***>) – 45,45% долей, ФИО6 (ИНН <***>) – 45,45% долей, ФИО15 (ИНН <***>).

Таким образом, ООО «ВТПС» является лицом, входящим в одну группу лиц с должником, подконтрольных ФИО7 и которое в результате недобросовестных действий контролирующих должника лиц, получило необоснованную выгоду в виде перевода средств должника в оплату по обязательствам ООО «ВТПС» без какой-либо экономической целесообразности с использованием транзитной организации – ООО «ВТПС-Ресурс».

Конкурсным управляющим определен размер субсидиарной ответственности ООО «ВТПС» в размере необоснованно полученных средств: 4 831 202,60 руб. + 4 297 532,93 руб. = 9 128 735,53 руб.

При разрешении требований конкурсного управляющего суд первой инстанции руководствовался положениями ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве).

Так, субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц носит гражданско-правовой характер, и при ее применении судам надлежит учитывать общие положения глав 25, 59 ГК РФ в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Возможность определять действия должника может достигаться в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии (пп 2 п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление N 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Рассматривая требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за совершение сделок, на основании ст. 61.11 Закона о банкротстве, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Указанной нормой закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при не передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в п. 23 постановления Пленума № 53, согласно пп 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно, убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (ст. 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Коллегия приходит к выводу о том, что в материалах дела имеется достаточное количество доказательств (переписка, представленная ФИО4, которая подтверждает непосредственное руководство деятельностью должника ФИО7; электронные письма, направленные ФИО7 с почты, принадлежащей ООО «ВТПС»; пояснения лиц, участвующих в деле и пр.), позволяющих сделать вывод о том, что ФИО6, ФИО7 наряду с номинальными руководителями – ФИО4, ФИО5, являлись фактически контролирующими должника лицами. Доказательств иного в материалы дела не представлено.

Вывод суда первой инстанции о доказанности факта наличия подконтрольности должника ФИО7, который осуществлял полный контроль над финансово-хозяйственной деятельностью должника, коллегия признает обоснованным.

По смыслу п. 3 ст. 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в пп 1 п. 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу пп 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные ст. 61.2 (подозрительные сделки) и ст. 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Из анализа выписок по счету ООО СК «Корат» следует, что на основании заключенных между должником и АО «48 УНР» договоров подряда от 04.12.2019 № 1820187379792554164000000/2019/2-62, от 13.03.2020 № 1820187379792554164000000/17, от 25.03.2020 № 1820187379792554164000000/25 на выполнение комплекса работ, на счет должника от АО «48 УНР» поступили денежные средства в общем размере 31 072 450,40 руб.

При этом из анализа выписки по счету должника следует, что указанные денежные средства в размере 15 260 000 руб. перечислены на счет подконтрольного ФИО7, ФИО6 обществу – ООО «ВТПС Ресурс», а остальные денежные средства направлены на исполнение обязательств перед кредиторами должника, выплату заработной платы, обязательных платежей.

Перечисление в пользу ООО «ВТПС Ресурс» денежных средств в указанном выше размере осуществлено должником во исполнение договоров подрядов № 26/03/2020 – ГНБ от 26.03.2020, № 24/04/2020 – ГНБ от 24.04.2020, по договору № 27/04/2020 – ГНБ от 27.04.2020, по договору № 26/06/2020 – ГНБ от 26.06.2020 п/п № 207 от 02.07.2020. В свою очередь, заключение указанных договоров с ООО «ВТПС Ресурс» обусловлено необходимостью выполнения работ по заключенным с АО «48 УНР» договорам.

Однако, установлено, что поступившие от должника денежные средства израсходованы ООО «ВТПС Ресурс» в следующем порядке – снято наличных денежных средств гражданином ФИО6 – 1 176 000 руб.; оплачено по договорам лизинга за ООО «ВТПС» в сумме 4 831 202,60 руб.; оплачено расходов на ремонт и содержание автомобилей, принадлежащих ООО «ВТПС» в размере 4 297 532,93 руб. данные обстоятельства следуют из анализа выписки ООО «ВТПС Ресурс».

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание, что перечисление денежных средств по сделкам, указанным конкурсным управляющим осуществлено во исполнение действующих на момент перечисления договоров, судом сделан вывод, что указанные сделки не явились причиной неплатежеспособности должника и соответственно причиной банкротства должника.

При этом конкурсным управляющим в ходе конкурсного производства взыскано неосновательное обогащение с ООО «ВТПС Ресурс» в пользу должника – ООО СК «Корат» по неотработанному авансу по указанным выше договорам в размере 12 340 000 руб. Доказательств того, что перечисление денежных средств в пользу ООО «ВТПС Ресурс» осуществлено неправомерно, с целью причинения вреда кредиторам должника, конкурсным управляющим в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что данные основания не могут быть положены в основу привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в ст. 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам ст. 15, 393 ГК РФ.

Судом учтено, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце четвертом п. 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, абзаце первом п. 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям ст. 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Так, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (ст. 15 Гражданского кодекса РФ).

В абзаце первом п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, п. 3 ст. 401, п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 16 постановления Пленума ВС РФ N 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Учитывая, что ФИО6 в отсутствие правового обоснования со счета ООО «ВТПС Ресурс» сняты наличные денежные средства в размере 1 176 000 руб., а также в связи с непредставлением доказательств того, что спорные денежные средства потрачены на нужды общества либо возвращены ему, суд первой инстанции правомерно квалифицировал их как неосновательное обогащение, что является убытками должника и взыскал с указанного ответчика.

Иные доводы конкурсного управляющего апелляционной коллегией рассмотрены, отклонены как необоснованные. Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают нарушений судом норм права, в связи с чем, оснований для отмены либо изменения судебного акта, у апелляционной коллегии отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах оснований для отмены либо изменения определения суда не имеется.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 02.11.2024 по делу № А73-12039/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Е.В. Гричановская

Судьи

Т.Д. Козлова

Л.В. Самар