Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Москва

Дело № А40-64310/25-17-530

19 августа 2025 г.

Резолютивная часть решения объявлена 25 июня 2025 года

Полный текст решения изготовлен 19 августа 2025 года

Арбитражный суд города Москвы в составе: судьи Поляковой А.Б. (единолично)

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Почашевой Я.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью "Альтаир-Авто" к Центральной акцизной таможне о признании незаконным решения Акцизного специализированного таможенного поста (ЦЭД) Центральной акцизной таможни от 25.02.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ 10009100/271224/5153760

при участии: от заявителя – ФИО1 (доверенность от 27.04.2025г.), от заинтересованного лица – ФИО2 (доверенность от 29.05.2025г. № 05-01-21/15898).

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Альтаир-Авто" (далее – заявитель, Общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании незаконным решения Акцизного специализированного таможенного поста (ЦЭД) Центральной акцизной таможни (далее – таможенный орган, заинтересованное лицо) от 25.02.2025 о внесении изменении (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ 10009100/271224/5153760.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования по доводам, изложенным в заявлении.

Представитель таможенного органа возражал против удовлетворения заявления по основаниям, приведенным в письменном объяснении.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Судом установлено, что предусмотренный ч. 4 ст. 198 АПК РФ срок на обжалование решения таможенного органа заявителем соблюден.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы заявления и отзыва на него, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленные требования подлежат удовлетворению.

Как следует из заявления, в процессе осуществления внешнеэкономической деятельности ООО «Альтаир-Авто» на Акцизный специализированный таможенный пост (Центр электронного декларирования) Центральной акцизной таможни под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по ДТ № 10009100/271224/5153760 помещен товар: «легковой автомобиль, марка: MERCEDES-BENZ, модель: GLE 450 D 4MATIC COUPE, 30.07.2024 год выпуска, тип двигателя: дизельный, объем 2989 см3, мощность: 270 квт/367 л.с, VIN:W1NFD3DB8RB258501, таможенная стоимость 9 606 996.35 руб./шт.», производитель MERCEDES-BENZ AG, страна происхождения СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ, условия поставки, CFR Владивосток.

Вышеуказанный товар ввезен заявителем на таможенную территорию Евразийского экономического союза во исполнение внешнеторгового контракта от 09.12.2024 № 11 (далее - Контракт), заключенного с YUN HONG TRADING СО. (Корея, Продавец).

В соответствии со статьей 39 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров определена ООО «АЛЬТАИР- АВТО» по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами (по первому методу).

При осуществлении контроля таможенной стоимости товаров, таможенным органом выявлены признаки, указывающие на то, что сведения о таможенной стоимости товаров могут являться недостоверными, либо заявленные сведения должным образом не подтверждены.

В целях реализации права декларанта доказать обоснованность использования избранного им метода, а также достоверность представленных документов и сведений о таможенной стоимости товаров на основании п. 4 ст. 325 ТК ЕАЭС таможенным органом в адрес заявителя был направлен запрос от 27.12.2024 для представления документов и сведений.

В ответ на данный запрос по спорной декларации Обществом в подтверждение сведений о заявленной таможенной стоимости в таможенный орган представлены дополнительные документы и сведения, пояснения по вопросам, изложенным в тексте запроса таможенного органа.

Впоследствии таможенным органом в адрес Общества направлен дополнительный запрос, на который заявителем дан развернутый ответ.

По результатам проведенного таможенного контроля, заинтересованное лицо, не согласившись с заявленной Обществом таможенной стоимостью, 25.02.2025 приняло решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ 10009100/271224/5153760, и заполнило корректировочные формы деклараций на товары (далее - КДТ) на общую сумму 571 927,02 руб.

Не согласившись с решением, посчитав его незаконным и нарушающим права Общества, последнее обратилось в суд с настоящим заявлением.

Оценка доказательств показала следующее.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров (пункту 9 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС определено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий: отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов; продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления; покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

При этом в случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Исходя из положений пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. Платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Пунктом 13 статьи 38 ТК ЕАЭС закреплено право таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных для подтверждения таможенной стоимости товаров.

Как следует из пунктов 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее -контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, лишь в следующих случаях: документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений.

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Таким образом, во исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС, декларант совершил действия, в том числе, направленные на получение отдельных документов у контрагента, представил все имеющиеся документы, запрашиваемые таможенным органом, а также представил соответствующие объяснения объективной невозможности представления прочих документов.

Предусмотренные пунктом 13 статьи 38, статьёй 325 ТК ЕАЭС полномочия таможенного органа определять критерии достаточности и достоверности информации не могут рассматриваться как позволяющие ему произвольно (бездоказательно) принимать решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" с учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Согласно п. 20 Приказа ФТС России от 13.10.2017 № 1627 "Об утверждении Инструкции о действиях должностных лиц таможенных органов по проведению проверки правильности определения, декларирования таможенной стоимости товаров, ввозимых (ввезенных) на таможенную территорию Евразийского экономического союза, при контроле, проведении дополнительной проверки и корректировке таможенной стоимости товаров" расхождение между заявленной декларантом (таможенным представителем) таможенной стоимостью и имеющейся в таможенном органе ценовой информацией не является основанием для принятия таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товаров без выяснения причин такого расхождения в порядке, установленном Инструкцией.

Понятие "индекс таможенной стоимости товаров" является понятием условным, статистическим, не имеющим реального отношения к цене товара, и производится простым арифметическим методом путем деления статистической стоимости (гр. 46 ТД) на вес нетто товара (гр. 38), фактически это статистическое понятие, не имеющее законодательного закрепления.

Таможенная стоимость товаров - это денежная стоимость товара, на основе величины которой начисляются таможенные пошлины, сборы и платежи на ввозимый в страну товар; определяется декларантом согласно правилам и методам таможенной оценки.

Информация, содержащаяся в базах данных ДТ (в том числе ИСС "Малахит", ИАС "Мониторинг-Анализ"), носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по установленным таможенным законодательством методам. В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий. Поскольку декларантом был избран первый метод таможенной оценки, основанный на стоимости сделки с ввозимыми товарами, то проверка таможней формирования цены сделки была необходима для установления факта выполнения декларантом условий, определенных статьей 39 ТК ЕАЭС.

Формальная констатация таможенным органом факта наличия какого-либо отклонения от средних значений стоимости спорных товаров от стоимости однородных товаров само по себе не могло являться основанием для вывода о недостоверности задекларированной таможенной стоимости.

При декларировании товара Обществом в таможенный орган представлен инвойс AI Т-01 от 09.1 1.2024, согласно которому, цена товара на условиях CFR Владивосток, составила 129 500 000 южнокорейских вон, что эквивалентно 9 606 996,35 рублей.

Дополнительным запросом от 21.02.2025 таможенный орган предложил представить дополнительные пояснения относительно данного вопроса, в ответ на которой Общество сообщило, что курс на момент выставления инвойса составлял 0,0741853 рублей за 1 вону.

Указанный инвойс был оплачен Обществом, что подтверждается платежным поручением № 2 от 10.12.2024, в назначении платежа которого отражена информация, подтверждающая оплату рассматриваемой партии товара в вышеуказанной сумме.

Дополнительно заявителем таможенному органу было направлено письмо контрагента с подтверждением действующего на момент выставления инвойса курса.

Также заявителем в таможенный орган была представлена ведомость банковского контроля, в Разделе 2 которой отображена оплата от 10.12.2024 на сумму W 129 500 000 эквивалентно данной сумме в рублях 9 606 996,35 руб. В целях подтверждения оплаты товаров, заявителем в таможенный орган были представлены сведения о валютной операции от 10.12.2024 и выписка по счету.

Таким образом, Обществом представлены исчерпывающие пояснения и банковские документы, подтверждающие оплату товара в вышеуказанной сумме.

К ответу на запрос таможенного органа Обществом приложен представленный контрагентом чек оплаты фрахта за автомобиль.

Согласно условиям контракта поставка производится на условиях CFR порт Владивосток, и в соответствии с правилами толкования международных терминов "Инкотермс 2010" в цену товара включаются все расходы поставщика, относящиеся к товару до момента передачи его перевозчику, в том числе связанные с выполнением таможенных формальностей, оплатой всех пошлин, налогов и иных официальных сборов, включая расходы по погрузке товара на борт судна, а также фрахт.

При этом, суд отмечает, что действующее законодательство не обязывает участников внешнеэкономической сделки в коммерческих документах при поставке по условиям CFR расшифровывать цену товара, которая определяется исключительно по соглашению сторон.

С учетом изложенного, при поставке товара на условиях CFR вопрос о том, кто и каким образом будет отправлять товар и оплачивать его транспортировку решается исключительно продавцом товара и не находится в воле Общества - Покупателя. В рассматриваемом случае иностранная компания приняла на себя обязательства по поставке в адрес Покупателя - Общества товара. Стоимость перевозки товара изначально включена в стоимость товара.

Более того, согласно п. 15 Приказа ФТС России от 21.05.2021 N 436 "Об установлении Порядка действий должностных лиц таможенных органов при таможенном контроле таможенной стоимости товаров, ввозимых в Российскую Федерацию или вывозимых из Российской Федерации", уполномоченное должностное лицо таможенного органа в целях выяснения обстоятельств рассматриваемой сделки и условий продажи ввозимых (вывозимых) товаров, обусловливающих расхождение между величиной таможенной стоимости ввозимых (вывозимых) товаров и ценовой информацией, имеющейся в распоряжении таможенного органа, а также получения пояснений относительно выявленных признаков недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости ввозимых (вывозимых) товаров, о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об обстоятельствах, имеющих отношение к ввозимым (вывозимым) товарам, запрашивает документы и (или) сведения, в том числе пояснения, необходимые для проведения контроля таможенной стоимости ввозимых (вывозимых) товаров, у лиц, осуществляющих деятельность в сфере таможенного дела, и иных лиц, включая: декларанта; производителя товаров; иностранного контрагента внешнеэкономического договора (контракта); официальные представительства и дилеров; экспедиторов; страховые организации; российских и иностранных перевозчиков; иных лиц, включая лиц, имеющих отношение к продаже, производству, перемещению и реализации товаров; иных лиц, включая лиц, имеющих отношение к строительству, возведению, сборке, монтажу, обслуживанию или техническому содействию (смета и график проведения монтажных и пуско-наладочных работ, акты выполненных работ), производимым после прибытия на таможенную территорию ЕАЭС таких товаров, как промышленные установки, машины или оборудование; налоговые органы; торгово-промышленные палаты; региональные таможенные управления; Центральное экспертно-криминалистическое таможенное управление; центральные и территориальные таможенные органы государств - членов ЕАЭС, государств - участников Содружества Независимых Государств, таможенные органы иных иностранных государств (через Управление таможенного сотрудничества ФТС России); международные организации, дипломатические и торговые представительства Российской Федерации и иностранных государств (через Управление таможенного сотрудничества ФТС России), консульства иностранных государств (резидентами которых являются иностранные контрагенты по сделке), расположенные на территории ЕАЭС; иные государственные органы иностранных государств (через Управление таможенного сотрудничества ФТС России).

Таким образом, должностное лицо не было лишено права организации соответствующих запросов с целью установления интересующих обстоятельств.

Относительно страхования товара, Общество пояснило в ответе, что страхование не производилось.

Также в своем ответе на запрос таможенного органа Общество представило пояснения контрагента, согласно которым последний сослался на отсутствие обязанности предоставлять такую информацию, однако, им представлен прайс-лист и иные документы.

При этом таможенным органом анализируется транспортные услуги до порта Находка, тогда как рассматриваемый товар ввозился в порт Владивостока.

В то же время, как следует из материалов дела, Обществом в таможенный орган представлены как пояснения от продавца, так и дополнительные документы, полученные от него.

Доводы таможенного органа о том, что представленный прайс-лист б/н от 18.11.2022 продавца содержат сведения о ценах товаров, выставленных на условиях поставок, указанных в инвойсе на рассматриваемую товарную поставку, что свидетельствует о том, что представленный прайс-лист Продавца не является публичной офертой, что делает его неприменимым для целей осуществления проверочных мероприятий и подтверждения величины таможенной стоимости рассматриваемых товаров отклоняются судом как несостоятельные, поскольку прайс-лист с такими реквизитами (2022 год) и содержанием Обществом не представлялся.

По запросу таможенного органа представлялся прайс-лист дилера с отражением запрашиваемой информации.

Доводы таможенного органа о том, что в соответствии с Положением об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденным Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии № 42 от 27 марта 2018 года «Об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза» при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом могут быть запрошены (истребованы) документы, включая таможенную декларацию страны отправления (происхождения, транзита) товаров, если заполнение такой таможенной декларации предусмотрено в стране отправления (происхождения, транзита) товаров, однако, указанные документы и (или) сведения, а также письменные пояснения продавца рассматриваемых товаров не представлены суд отклоняет, поскольку, как следует из материалов дела, экспортная декларация с переводом на русский язык представлена декларантом как при подаче ДТ № 10009100/271224/5153760, так и с ответом на дополнительную проверку, с одновременным представлением пояснений продавца.

Суд отмечает, что при анализе представленного декларантом пакета документов, таможенный орган ссылается на сведения, не имеющие отношения к рассматриваемой партии товаров.

Так, согласно тексту оспариваемого решения, таможенный орган анализирует документы и сведения иного участника ВЭД - ООО «АЗИЯКАРГО».

При этом доказательств недостоверности представленных Обществом документов либо заявленных в них сведений таможенным органом не представлено.

В то же время в подтверждение правильности определения таможенной стоимости товара по цене сделки декларант представил в таможенный орган соответствующие достаточные документы.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза", принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 АПК РФ).

Согласно пункту 9 названного Постановления Пленума ВС РФ при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара (абзац 1).

В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса (абзац 2).

Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

В связи с этим непредставление декларантом тех или иных документов, запрошенных таможенным органом, не может однозначно свидетельствовать о неопределенности и недостоверности, заявленных в таможенных целях сведений, если они подтверждены и не опровергнуты иными документами.

Между тем, Обществом в материалы дела представлены исчерпывающие доказательства приобретения товаров именно по заявленной цене. В то же время таможенным органом не доказано осуществление Обществом каких-либо иных выплат, прямо либо косвенно связанных с приобретением рассматриваемых товаров.

При этом, доказательств наличия ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможенный орган не представил, равно, как не представил доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о незаконности решения Центральной акцизной таможни от 25.02.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10009100/271224/5153760.

Следовательно, в данном случае имеются основания, предусмотренные ст.13 ГК РФ и ч.1 ст.198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

Согласно ч. 2 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Судом проверены все доводы таможенного органа, изложенные в письменном объяснении и озвученные в судебном заседании, однако, отклонены как несостоятельные, поскольку не опровергают установленные судом обстоятельства и не свидетельствуют о законности оспариваемого решения.

При этом не отражение в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств либо доводов лиц, участвующих в деле, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2017 N 305-КГ17-13690).

Согласно ст.110 АПК РФ, с учетом положений ч.1ст.333.37 НК РФ, уплаченная ООО "Альтаир-Авто" госпошлина в размере 50 000 руб. подлежит взысканию с Центральной акцизной таможни в пользу ООО "Альтаир-Авто".

Руководствуясь ст. ст. 29, 65, 71, 75, 110, 167- 170, 176, 198-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие таможенному законодательству, признать недействительным решение Центральной акцизной таможни от 25.02.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10009100/271224/5153760.

Обязать Центральную акцизную таможню в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО "Альтаир-Авто".

Взыскать с Центральной акцизной таможни в пользу ООО "Альтаир-Авто" расходы по уплате государственной пошлины в размере 50000 рублей (пятьдесят тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

А.Б. Полякова