ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

РЕШЕНИЕ

г. Новосибирск Дело № А45-6567/2025

30 января 2026 года

Резолютивная часть решения объявлена 19 января 2026 года Решение изготовлено в полном объеме 30 января 2026 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Волченского А.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Грязновой Т.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "ТрейдТранс" (Новосибирская область, ОГРН: <***>, ИНН: <***>, КПП: 540601001, 630091, <...> зд. 28, помещ. 2017)

к ФИО1 (ИНН <***>)

о взыскании убытков,

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - общество с ограниченной ответственностью "ИРКОЙЛ" (ОГРН: <***>; 664003, <...>), конкурсный управляющий ФИО2 (664081, <...>.), индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП: <***>),

при участии представителей:

истца: ФИО4, доверенность от 01.09.2025, диплом, паспорт;

ответчик (онлайн): ФИО5, доверенность от 17.07.2023, удостоверение адвоката,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "ТрейдТранс" (далее – истец, ООО "ТрейдТранс", общество) обратилось в Арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) с требованиями, измененными в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании убытков в размере 26 191 422 рублей 45 копеек.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью "ИРКОЙЛ" (далее – ООО "ИРКОЙЛ"), конкурсный управляющий ООО "ИРКОЙЛ" ФИО2, индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – ИП ФИО3).

В обоснование исковых требований истцом указано, что ответчик, занимая должность директора общества, заключил с контрагентами ООО "ИРКОЙЛ" и ФИО3 сделки, доказательств исполнения которых в материалы дела не представлено, общество не получило по данным сделкам встречного предоставления, в связи с чем оплаты, произведенные обществом в адрес контрагентов, являются убытками общества.

Возражая против удовлетворения требований, ответчик указал, что другие участники общества знали о совершении сделок, одобряли их, в связи с чем сделки нельзя признать убыточными; по ряду платежей обществом пропущен срок исковой давности; требования истца заявлены в рамках корпоративного конфликта, возникшего после выхода ответчика из общества, ранее никаких претензий к деятельности ответчика как директора общество не предъявляло.

Представитель истца в судебном заседании поддержал доводы искового заявления. Также истцом было заявлено ходатайство об увеличении размера исковых требований в размере 26 191 422,45 рублей на сумму 9 423 800 рублей и взыскании с ответчика в общем размере 35 615 222,45 рублей. В качестве обоснования увеличения требований истец указал еще один эпизод причинения ответчиком убытков обществу заключением сделки с ООО «КОНСОНАНС», по которой нет доказательств встречного предоставления обществу.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд пришел к выводу о необходимости возврата заявления об увеличении исковых требований истцу.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2025 N 39 "О некоторых вопросах уплаты государственной пошлины при рассмотрении дел в судах", в случае увеличения размера исковых требований рассмотрение дела в части увеличенных исковых требований осуществляется после представления истцом доказательств уплаты государственной пошлины или разрешения судом вопроса об отсрочке, о рассрочке уплаты государственной пошлины или об освобождении от уплаты государственной пошлины, уменьшении ее размера (часть 5

статьи 3 АПК РФ). При отсутствии доказательств уплаты государственной пошлины и непредоставлении отсрочки, рассрочки ее уплаты, освобождения от уплаты государственной пошлины, уменьшения ее размера суд возвращает заявление об увеличении размера исковых требований.

Как усматривается из заявления общества об увеличении размера исковых требований, истцом при направлении указанного заявления в адрес суда с использованием системы КАД «Арбитр» доказательств доплаты государственной пошлины пропорционально увеличенным исковым требованиям не представлено, как не заявлено об отсрочке, о рассрочке уплаты государственной пошлины или об освобождении от уплаты государственной пошлины, уменьшении ее размера.

При таких обстоятельствах заявление ООО "ТрейдТранс" об увеличении требований подлежит возврату. Сам по себе возврат заявления об увеличении исковых требования права истца не нарушает, поскольку истец не лишен права на повторное обращение с соответствующим заявлением, либо на обращение в суд с самостоятельным иском о взыскании суммы предполагаемых убытков.

Представитель ответчика поддержал доводы отзыва.

Третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в судебное заседание не направили.

ИП ФИО3 представил письменные пояснения по заключенному с обществом договору, указав, что договор заключен посредством ЭДО, исполнялся. В качестве доказательства возможности исполнения договора представил документы: копии договоров, заключённых с продавцами нефтепродуктов, УПД на ИП ФИО3, транспортные накладные завода-изготовителя нефтепродуктов, ПТС транспортных средств (бензовозов), принадлежащих ему на праве собственности.

Арбитражный суд, выслушав представителей сторон, изучив доводы искового заявления, исследовав представленные доказательства, которые стороны посчитали достаточным для рассмотрения дела по существу в соответствие со ст. 71 АПК РФ приходит к следующему.

В силу п.1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 531 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей

(участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии со статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа

юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В пункте 1 статьи 15 ГК РФ указано, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В пункте 2 статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

Из пункта 1 статьи 1064 ГК РФ следует, что вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" указано, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Исходя из анализа указанных правовых норм, для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать наличие причиненного вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками.

Аналогичный подход закреплен и в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которому по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу статьи 65 АПК РФ состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о возмещении убытков разъяснены в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное.

В силу статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что 23.04.2010 в ЕГРЮЛ внесена запись о создании ООО «ТрейдТранс». Директором Общества является ФИО6, участниками Общества являются ФИО7 (размер доли 50%) и ФИО8 (размер доли 50%).

Ответчик ФИО1 являлся директором, а также участником Общества с 23.04.2010 по 11.07.2023.

В обоснование требований обществом указано, что после выхода ответчика из общества и назначении нового директора были выявлены платежи от 25.01.2022 на сумму 1 575 976,50 рублей, от 15.02.2022 на сумму 1 575 976,50 рублей, от 15.04.2022 на сумму 1 575 976,50 рублей, а всего в адрес ООО "ИРКОЙЛ" 4 727 929,50 рублей, а также платежи в адрес ИП ФИО3 на общую сумму 21 463 492,95 рублей, в отношении которых сведения о встречном предоставлении со стороны ООО "ИРКОЙЛ" и ИП ФИО3 отсутствуют.

Ответчик указывал, что договор с ООО "ИРКОЙЛ" имел место и реально исполнялся, в подтверждение тому представил:

УПД от 25.01.2022 на реализацию дизельного топлива объемом 28 917 л. на сумму 1575 976, 50 руб. с приложением Спецификации № 01/22 от 25.01.2022 на дизельное топливо стоимости партии на сумму 1 575 976,50 руб.;

УПД от 15.02.2022 на реализацию дизельного топлива объемом 28 917 л. на сумму 1575 976, 50 руб. с приложением Спецификации № 02/22 от 15.02.2022 на дизельное топливо стоимости партии на сумму 1 575 976,50 руб.;

УПД от 15.04.2022 на реализацию дизельного топлива объемом 28 917 л. на сумму 1575 976, 50 руб. с приложением Спецификации № 03/22 от 15.02.2022 на дизельное топливо стоимости партии на сумму 1 575 976,50 руб.;

акт сверки за период 1 квартала 2022 года;

товарно-транспортные накладные (далее – ТТН) в подтверждение отгрузки обществу дизельного топлива ООО "ИРКОЙЛ".

Кроме того, ответчиком было указано на пояснения бывшего директора ООО "ИРКОЙЛ" ФИО9, который в судебном заседании дал свидетельские показания, указав на реальность поставок.

Вместе с тем, представленные УПД факт реальности поставки ООО "ИРКОЙЛ" дизельного топлива в адрес ООО "ТрейдТранс" не подтверждают.

Спецификации, представленные в материалы дела на отгруженный объем товара от 25.01.2022, 15.02.2022 и 15.04.2022 содержат один объем дизельного топлива по 28 917 литров. При этом в спецификации от 25.01.2022 указано, что отгрузка нефтепродуктов производится в течение 10 календарных дней с момента направления покупателем заявки в адрес поставщика, из представленного УПД от 25.01.2022 следует, что заказ по этой спецификации от покупателя поступил в тот же день – 25.01.2022.

Следующая поставка произведена по спецификации № 02/22 от 15.02.2022, согласно п. 2 которой отгрузка нефтепродуктов производится в течение 10 календарных дней с момента направления покупателем заявки в адрес поставщика. При этом объем товара по данной спецификации был поставлен в адрес общества по УПД от 15.02.2022, в которой основанием поставки указана заявка № 34 от 14.02.2022, то есть за день до заключения спецификации на предполагаемый к поставке объем.

Относительно спецификации № 03/22 от 15.04.2022 суд отмечает, что, как и в случае с поставкой от 25.01.2022, поставка по спецификации № 03/22 произведена на весь объем в тот же день.

Заявки на отгрузку топлива, о возможном наличии которых бывший директор ООО "ИРКОЙЛ" ФИО9 дал пояснения в качестве свидетеля, в материалы дела от ООО "ИРКОЙЛ", либо ответчика представлены не были.

При этом из представленных ответчиком товарно-транспортных накладных следует, что ООО "ИРКОЙЛ" 25.01.2022, 15.02.2022 и 15.04.2022 отгружало дизельное топливо в адрес общества с использованием автомобиля – КамАЗ, государственный регистрационный знак <***>, каждый день указанное транспортное средство совершало несколько рейсов с отгрузкой с интервалом в 1 час в период с 08 часов 00 минут до 19 часов 00 минут, разгружая объем поставки за один рейс в размере 4 131 литр, а за 7 часов работы совершая 7 рейсов и отгружая топлива на общую сумму 28 917 литров.

В качестве пункта погрузки в ТТН был указан адрес: г Иркутск, ул. Батарейная 37/1, в качестве пункта разгрузки указано «Батарейная». Получателем топлива во всех ТТН был указан ответчик лично.

Обращает на себя внимание тот факт, что согласно данным, находящимся в свободном доступе относительно наименования адресов, в г. Иркутске, такой адрес как ул. Батарейная 37/1 отсутствует. Существующий адрес 1-я Батарейная улица, 37 относится к жилому дому. При этом адрес разгрузки в ТТН «Батарейная» не позволяет идентифицировать место, где ответчик получал отгружаемое топливо.

При этом директор ООО "ИРКОЙЛ" ФИО9 давал показания о том, что станция загрузки находилась по адресу <...>, что не соответствует сведениям о пункте загрузки, указанным в ТТН.

Также директором ООО "ИРКОЙЛ" ФИО9 было указано, что отгрузка производилась по журналу отгрузок. Данный журнал ООО "ИРКОЙЛ" представлен не был.

Как следует из пояснений общества, у ООО «ТрейдТранс» не было склада или какого-то иного помещения в г. Иркутске на ул. Батарейная, которое могло быть местом разгрузки топлива.

Ответчик, будучи директором общества, должен обладать информацией о наличии, либо отсутствии объектов недвижимости, принадлежащих обществу в период осуществления спорных отгрузок, а также как лицо, указанное в ТТН ответственным за прием поставленного товара, в состоянии был дать пояснения относительно того, как и где происходила разгрузка топлива обществу, куда данное топливо из транспортного средства поставщика переливалось. Кроме того, ответчик имел возможность дать пояснения и по личному присутствию в г. Иркутске при получении топлива от ООО "ИРКОЙЛ", принимая во внимание нахождение в должности директора общества, которая предполагает нахождение на рабочем месте для руководства обществом, а также необходимость оформления командировочных документов, в случае отсутствия на рабочем месте.

Пояснения ответчиком по факту составления ТТН даны не были, как не были даны и пояснения по его личному присутствию в г. Иркутске при получении дизельного топлива, оформлении каких-либо командировочных документов, способе передачи топлива в адрес общества (перелив в бункер, наличие какого-либо резервуара, принадлежащего обществу, отгрузка в транспортное средство, принадлежащее обществу и так далее), не просил ответчик и о содействии суда в получении доказательств, в случае затруднения в их самостоятельном сборе.

Ответчик, возражая против заявленных истцом требований в части взыскания убытков в виде оплат по договору поставки с ИП ФИО3, также представил документацию в обоснование реальности произведенных поставок.

Так, ответчик представил договор поставки нефтепродуктов № 341/12/2021 от 27.12.2021 между ИП ФИО3 (поставщик) и ООО «ТрейдТранс» (покупатель), подписанный со стороны общества ответчиком. Согласно п. 1.2. данного договора, отгрузка продукции осуществляется партиями. Количество, номенклатура, цена, сроки оплаты и сроки поставки, а также способ транспортировки каждой партии продукции определяется в любом из Приложений (дополнительное соглашение, приложение к договору, УПД, товарная накладная, транспортная накладная) которое может подтвердить поставку продукции в рамках Договора поставки нефтепродуктов, указанные Приложения будут являться неотъемлемой частью настоящего Договора.

Кроме того, в обоснование реальности экономических отношений с ИП ФИО3 ответчик представил акты сверки за периоды 1 квартал 2023 г., 2 квартал 2023 г., счета-фактуры и универсальные передаточные документы на общую сумму 21 463 492,95 рублей.

ИП ФИО3 также в обоснование реальности поставок были представлены правоустанавливающие документы на транспортные средства, договоры с поставщиками топлива, УПД, подтверждающие поставку топлива его производителями в адрес ИП ФИО3

Из представленного ответчиком договора поставки усматривается, что 27.12.2021 стороны договора подписали приложение № 1 к договору № 341/12/2021 от 27.12.2021, в котором указали наименование, объем поставляемого топлива, вид его доставки – транспортом поставщика.

Вместе с тем, как следует из приложения № 1 к договору № 341/12/2021 от 27.12.2021, как минимум первая поставка по договору должна была быть произведена поставщиком своими силами с помощью своего транспорта.

Ответчиком, а также ИП ФИО3, указывающим на наличие собственного транспорта, между тем не представлено документов, подтверждающих факт осуществления доставки (путевые листы, ТТН). Сторонами договора не дано пояснений о том, куда и каким образом осуществлялась отгрузка поставляемого топлива.

В свою очередь, договоры и акты сверок между ИП ФИО3 и его контрагентами не подтверждают поставку ГСМ в адрес ООО «ТрейдТранс». Паспорта транспортных средств не подтверждают ничего, кроме самого факта наличия машин на праве собственности у ФИО3 Счета-фактуры, универсальные передаточные

акты и товарные накладные, представленные ИП ФИО3, подтверждают только исполнение обязательств в рамках заключенных им договоров с его контрагентами на поставку ГСМ.

При этом истец сослался на проведенную в обществе проверку, результатом которой стало составление 26.11.2025 протокола комиссии по проведению служебной проверки.

Истец дал пояснения и представил документы о том, что в 2022–2023 гг. заправка транспортных средств ООО «ТрейдТранс» осуществлялась посредством топливных карт АЗС «Роснефть» и «Газпромнефть»; сведения отчётов по топливным картам подтверждают, что обеспечение ГСМ происходило именно через систему карт, общество не имеет мест для хранения топлива в целях его использования для заправки транспорта. Также обществом были отобраны пояснения водителей транспортных средств, которые в пояснениях указывали на заправку машин по топливным картам на АЗС «Роснефть» и «Газпромнефть».

В свою очередь, ответчик, как директор общества в спорный период, никаких пояснений относительно организации в обществе системы снабжения транспорта топливом, не дал.

Также, в условиях отсутствия документов, которые бы позволяли сделать суду вывод о фактическом исполнении договоров между обществом и третьими лицами, данные бухгалтерской отчетности, в которой были отражены операции по поставкам, не могут служить надлежащим доказательством факта реального исполнения сделок.

Кроме того, судом не принимаются во внимание доводы ответчика о пропуске срока исковой давности.

Ответчик указывал в отзыве о том, что в отношении платежей в адрес ООО «Иркойл» от 25.01.2022 на сумму 1 575 976,50 руб. и платежа от 15.02.2022 на сумму 1 575 976,50 руб. пропущен срок исковой давности; в отношении требований по сделкам с ИП ФИО3 требования были заявлены истцом 05.06.2025, в связи с чем ответчик полагал, что платежи за трехлетним периодом с 05.06.2022 г. по 11.07.2023 также заявлены с пропуском срока исковой давности.

В обоснование пропуска истцом срока исковой давности ответчиком было указано на осведомленность иных участников общества о совершении спорных сделок. Так, ответчик сослался на переписку в электронной почте, представив письма от участника общества ФИО8 в адрес ФИО10 от 14.02.2022 с указанием на оплату счета 3 34 от 14.02.2022, от 22.12.2021 также с указанием оплаты счета; письмо 21.12.2021, отправленное ФИО11 в адрес info@irkoil.com, с указанием

направления копии письма ФИО8 о необходимости направления закрывающих документов по счету № 446 от 16.11.2021 на сумму 1 575 976,50 руб.; письмо от 11.03.2022 ФИО12 в адрес ответчика и ФИО8 с направлением во вложении платежного поручения № 3047 от 11.03.2022 на оплату счета на сумму 1 403 020 рублей.

Согласно разъяснением, изложенным в п. 24 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам, связанным с применением статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации", утвержденным. Президиумом Верховного Суда РФ от 30.07.2025, при сокрытии руководителем хозяйственного общества информации о сделке, совершенной в условиях конфликта интересов, срок исковой давности по требованию о возмещении руководителем общества убытков исчисляется со дня, когда хозяйственное общество (его участники) получило возможность узнать о совершении сделки и несоответствии условий сделки интересам юридического лица.

По требованиям о взыскании убытков применяется общий трехлетний срок исковой давности (пункт 1 статьи 196 ГК РФ), который исчисляется со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Исходя из подхода к применению указанных норм, сложившегося в судебной практике, в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено к руководителю хозяйственного общества самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового руководителя получило реальную возможность узнать о нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия руководителя, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным руководителем.

Таким образом, при проверке соблюдения юридическим лицом срока исковой давности для обращения в суд за возмещением убытков по пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса значение имеет не только день совершения руководителем юридического лица соответствующих действий, например дата отчуждения имущества общества, но и обстоятельства, касающиеся сокрытия руководителем информации о совершенных им действиях.

Заявляя о пропуске срока исковой давности, бывший руководитель должен обосновать, что общество имело реальную возможность узнать как о конфликте

интересов, так и о совершенных сделках, о несоответствии условий сделки интересам юридического лица до того, как полномочия руководителя были прекращены.

Срок исковой давности по иску, заявленному участником корпорации, фактически контролируемой другой стороной корпоративного конфликта, не может начать свое течение ранее полной субъективной осведомленности процессуального истца об основаниях для оспаривания сделки, то есть обо всех обстоятельствах, составляющих юридический состав недействительности сделки. В течение периода, когда корпорация в лице противоположной стороны конфликта скрывает необходимую информацию от участника, субъективный срок исковой давности для него не течет.

Действительно, в материалы дела были представлены письма, которые свидетельствуют о том, что на корпоративную почту участника общества ФИО8 направлялся ряд писем по договорам с третьими лицами, а также некоторые письма, отправленные с корпоративной почты от имени ФИО8, содержали указание о проведении оплат.

Вместе с тем, участник хозяйственного общества вправе полагать, что руководитель действует в интересах общества добросовестно и разумно (пункт 5 статьи 10, абзац второй пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ).

Требование разумного поведения участника общества при утверждении отчетности не предполагает обязанность по проведению финансового аудита отчетности общества и запросу дополнительной информации о деятельности общества при отсутствии обстоятельств, указывающих на недобросовестность и (или) неразумность поведения руководителя.

Участник общества также не имеет фактической возможности контролировать каждую расходную операцию общества и вмешиваться в его текущую деятельность, подменяя тем самым полномочия единоличного исполнительного органа.

Вопреки позиции ответчика, представленная в материалы дела переписка по электронной почте не даёт суду основания полагать о том, что иные участники общества были осведомлены о каждой расходной операции и о том, получило ли общество встречное исполнение.

При таких обстоятельствах срок исковой давности надлежит исчислять с 02.06.2023, то есть с момента назначения на должность нового руководителя – ФИО6, таким образом, срок исковой давности не является пропущенным.

При этом судом также отмечается, что представленный ответчиком акт сверки за 2 квартал 2023 года по расчетам с контрагентом ИП ФИО3, подписанный со стороны общества ФИО6 не может быть принят как признание реальности

встречного предоставления, поскольку с учетом назначения нового директора на должность 02.06.2023, данный акт был подписан менее чем через месяц 05.07.2023, что не позволяет говорить о полной осведомленности общества о произведённых обществом сделках в период руководства обществом ответчиком.

Как разъяснено в п 16 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам, связанным с применением статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации", утвержденным. Президиумом Верховного Суда РФ от 30.07.2025, положение руководителя общества не может быть поставлено в зависимость от последующего изменения персонального состава участников юридического лица, если действия руководителя осуществлялись добросовестно, в рамках сложившейся экономической модели ведения деятельности и при наличии оснований полагать, что они соответствуют интересам общества, в том числе с фактического одобрения единственного участника общества.

В настоящем деле, с учетом отсутствия документов, которые могли бы подтвердить факт реальности поставок в адрес общества со стороны ООО "ИРКОЙЛ", ИП ФИО3, доводы истца об отсутствии встречного предоставления со стороны третьих лиц ООО "ИРКОЙЛ", ИП ФИО3 ответчиком не опровергнуты, в связи с чем требования истца о взыскании убытков в размере 26 191 422 рублей 45 копеек является обоснованным и подлежит удовлетворению.

По правилам ст. 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины относятся на ответчика.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "ТрейдТранс", (ОГРН: <***>) убытки в размере 26 191 422 рублей 45 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 166 838 рублей.

Взыскать с ФИО1 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 320 076 рублей государственной пошлины.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (город Томск).

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (город Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Судья А.А. Волченский