Решение по делу № А08-276/2025 от 31.03.2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Народный бульвар, д.135, <...>

Тел./ факс <***>, 32-85-38 сайт: http://belgorod.arbitr.ru

Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Белгород Дело № А08-276/2025 31 марта 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 24 марта 2025 года Полный текст решения изготовлен 31 марта 2025 года

Арбитражный суд Белгородской области в составе судьи Жуковой Т.В.

при ведении протокола судебного заседания c использованием средств аудиозаписи и

видеозаписи секретарем с/з Зиенко В.С. рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Управления Росреестра

по Белгородской области

к арбитражному управляющему ФИО1 3-е лицо: ФИО2

о привлечении к административной ответственности по ч.3 ст.14.13 КоАП РФ при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО3 представитель по доверенности от 09.01.2025 № 12 от арбитражного управляющего: ФИО4 - представитель по дов.15.07.2024

от третьего лица: не явился, ходатайство

УСТАНОВИЛ:

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с заявлением к арбитражному управляющему ФИО1 о привлечении его к административной ответственности, предусмотренной ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в заявлении.

Представитель арбитражного управляющего ФИО1 просит отказать в удовлетворении заявления, по мотивам, изложенным в отзыве, в связи с малозначительностью правонарушения.

Представитель третьего лица, в судебное заседание не явился, просит рассмотреть дело без участия ФИО2, а также без своего участия.

Судом приобщены в материалы дела поступившие документы.

Заслушав представителей сторон, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, суд установил следующие обстоятельства.

Согласно ч.1 ст.202 АПК РФ дела о привлечении к административной ответственности юридических лиц и индивидуальных предпринимателей в связи с осуществлением ими предпринимательской и иной экономической деятельности,

отнесенные федеральным законом к подведомственности арбитражных судов, рассматриваются по общим правилам искового производства, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными в настоящей главе и федеральном законе об административных правонарушениях.

Как следует из материалов дела, в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области (далее - Управление) поступило заявление гр. ФИО2 о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 (далее - АУ ФИО1) от 11.11.2024 (от 18.11.2024 вх. N° ОГ-0842/24) к административной ответственности.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 28.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) поводом к возбуждению дела об административном правонарушении, предусмотренного ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ послужило сообщение физического лица, указывающие на наличие события административного правонарушения.

В этой связи, ведущим специалистом-экспертом Управления ФИО3 17.12.2024 вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования в отношении Арбитражного управляющего ФИО1 по ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ.

По результатам проведенного административного расследования ведущим специалистом-экспертом отдела правового обеспечения по контролю и надзору в сфере саморегулируемых организаций Управления 15.01.2025 составлен протокол № 00033125 о совершении арбитражным управляющим ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.14.13 КоАП РФ (далее – протокол № 00033125 от 15.01.2025).

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что решением Арбитражного суда Белгородской области от 14.02.2024 (резолютивная часть от 12.02.2024) по делу № А08-11021/2022 гр. ФИО2 признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО1

Как видно из протокола № 00033125 от 15.01.2025, арбитражному управляющему Управлением вменяются в вину следующее событие (эпизод) нарушений Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Закон о банкротстве, а именно:

Согласно п. 1 ст. 213.25 Закон о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве.

Абзацем 2 п. 5 ст. 213.25 Закона о банкротстве предусмотрено, что с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

В соответствии с абз. 2 п. 6 ст. 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина распоряжается средствами гражданина на счетах и во вкладах в кредитных организациях.

В соответствии с положениями п. 2 ст. 129, п. 8 ст. 213.9, п. 1 ст. 213.26 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан: принять в ведение имущество должника, провести опись и оценку имущества, имущественных прав должника, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника, то есть совершать действия, направленные на формирование конкурсной массы с целью удовлетворения требований кредиторов должника.

Таким образом, деятельность финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина включает в себя, в частности, контроль и распоряжение средствами должника на счетах и во вкладах в кредитных организациях в целях соблюдения интересов кредиторов и сохранения конкурсной массы должника.

Также Закон о банкротстве возлагает на финансового управляющего обязанность по обеспечению сохранности имущества должника и принятию мер по недопущению необоснованного и незаконного уменьшения конкурсной массы.

Исходя из положений п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Абзацем 8 ч. 1 ст. 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено, в частности, на продукты питания и деньги на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении, в том числе на заработную плату и иные доходы гражданина-должника в размере величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (прожиточного минимума, установленного в субъекте Российской Федерации по месту жительства гражданина должника для соответствующей социально-демографической группы населения, если величина указанного прожиточного минимума превышает величину прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации).

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - Пленум № 48), из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с ГПК РФ, в том числе денежные средства в размере установленной величины прожиточного минимума, приходящейся на самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении (аб. 1 п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве, ст. 446 ГПК РФ).

Следовательно, обязанность по исключению из конкурсной массы размера прожиточного минимума на должника (распределению денежных средств) возложена непосредственно на финансового управляющего.

В соответствии с положениями ст. 1 Федерального закона от 24.10.1997 № 134-ФЗ «О прожиточном минимуме в Российской Федерации» (далее - Закон № 134-ФЗ) прожиточный минимум, представляет собой минимальный потребительский набор, необходимый для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности, является социальной гарантией удовлетворения конституционно значимой потребности человека на достойную жизнь.

Прожиточный минимум необходим при установлении гражданам РФ государственных гарантий получения ежемесячных минимальных денежных доходов и при осуществлении других мер социальной защиты граждан РФ.

Невыдача прожиточного минимума противоречит конституционным принципам, политике Российской Федерации как социального государства, которая направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, а также нарушает конституционные основы правового статуса личности, в частности требования ч. 3 ст. 17 Конституции РФ.

Таким образом, исходя из норм Закона о банкротстве и ГПК РФ, с учетом названных разъяснений, денежные средства в размере не менее установленной величины прожиточного минимума, на самого гражданина-должника, подлежат исключению из конкурсной массы, поскольку на них не может быть обращено взыскание и выплата которых из конкурсной массы должнику обусловлена наличием у него дохода, из суммы которого и подлежат исключению указанные денежные средства.

Кроме того, механизм обеспечения должника денежными средствами в размере прожиточного минимума направлен на текущее поддержание минимально необходимого уровня его жизни в период проведения процедуры банкротства, соответственно, не может быть реализован посредством накопления соответствующих денежных средств, в том числе путем их ретроспективного удержания.

Ввиду того, что денежные средства в размере прожиточного минимума рассчитаны на месячный период, то для нормального существования должника данные денежные средства должны быть им получены ежемесячно.

Более того прожиточный минимум должен выплачиваться должнику без его дополнительного заявления, так как гарантирован законом.

Следовательно, осуществление выплат должнику денежных средств в размере установленной величины прожиточного минимума исполнимо только при условии наличия доходов у должника, при отсутствии же таковых названная сумма удержания не может аккумулироваться на счете должника и в дальнейшем выплачиваться должнику. Иной подход дискредитировал бы принцип равенства кредиторов, баланс интересов сторон и право на достойную жизнь должника, предусмотренные п. 2 ст. 213.25 Закона о банкротстве.

Как установлено в ходе проведенного административного расследования решением Арбитражного суда Белгородской области от 12.02.2024 (дата объявления резолютивной части) по делу № А08-11021/2022 в отношении ФИО2 введена процедура банкротства - реализация имущества должника. Финансовым управляющим утвержден ФИО1 Согласно материалов дела № А08-11021/2022 ФИО2 трудоустроена в ООО «МИП-Строй № 1».

Согласно письменной позиции АУ ФИО1, представленной в Управление, арбитражный управляющий направил в ООО «МИП-Строй № 1» запрос о предоставлении сведений о трудовой деятельности ФИО2, в том числе указав, что выплату заработной платы необходимо осуществлять исключительно в безналичном порядке переводя на счет № ..81, который АУ ФИО1 открыл в ПАО Сбербанк в рамках процедуры банкротства ФИО2

Как следует из ответа от 15.05.2024 № 4-72-6653/2024, ФИО2 официально трудоустроена в ООО «МИП-Строй № 1» и осуществляет трудовую деятельность по настоящее время. К указанному ответу приложены следующие документы: копия трудового договора, копии дополнительных соглашений, справка и расчетные листки с ноября 2022 года по апрель 2024 года.

Управлением, в ходе проведения административного расследования направлен запрос в ООО «МИП-Строй № 1» от 17.12.2024 № 02-03/12758-АС с целью подтверждения получения ФИО2 заработной платы.

Как следует из ответа от 18.12.2024 № 4-44-16320/2024, ФИО2 за период с 01.02.2024 по 12.05.2024 перечисление заработной платы производилось по безналичному расчету на счет № ..37, открытый в ПАО Сбербанк, в период с13.05.2024 по настоящее время на счет № ..81, открытый в ПАО Сбербанк, в связи с предоставлением АУ ФИО1 указанного счета.

Из выписки по лицевому счету № ..81, открытому в ПАО «Сбербанк» за период с 23.04.2024 (дата открытия счета) по 23.12.2024 на счет ФИО2 поступала заработная плата в следующем размере, а именно: в мае 2024 года - 91 350 руб.; в июне 2024 года - 139 200 руб.; в июле 2024 года - 198 769,34 руб.; в августе 2024 года - 101 642,44 руб.; в сентябре 2024 года - 103 954,29 руб.

Таким образом, учитывая, что ФИО2 имела постоянный ежемесячный доход и с 24.05.2024 на счет № ..81 были произведены два зачисления с указанием наименования операции «Зарплата» в общей сумме 91 305 руб., то соответственно, обязанность по выплате регулярных денежных средств в размере величины прожиточного минимума на должника возникла у АУ ФИО1 в мае 2024 года не позднее 31.05.2024, в июне 2024 года не позднее 30.06.2024, в июле 2024 года не позднее 31.05.2024, в августе 2024 года не позднее 31.08.2024, в сентябре 2024 года не позднее 30.09.2024, так как он гарантирован законом.

Между тем в рамках проведенного административного расследования Управлением установлено, что 31.05.2024 ФИО2 направила в адрес АУ ФИО1 заявление на выдачу разрешения (согласия) на снятие денежных средств со счета в общем размере 63 879 руб. (25 879 руб. прожиточный минимум для трудоспособного населения в <...> 000 руб. стоимость аренды квартиры), в связи с перечислением работодателем заработной платы на счет, предоставленный АУ.

Из ответа АУ ФИО1 от 13.06.2024 № 01 следует, что основания для выделения указанной суммы отсутствуют.

В связи с чем, 03.07.2024 ФИО2 направила в адрес АУ ФИО1 заявление на выдачу разрешения (согласия) на ежемесячное снятие денежных средств со счета должника в размере 14 149 руб. до завершения процедуры реализации имущества.

Согласно письменной позиции АУ ФИО1, от 09.01.2025, АУ ФИО1 12.07.2024 направил ФИО2 разрешение на ежемесячное снятие денежных средств со счета должника в размере прожиточного минимума, утвержденного в Белгородской области на 2024 год в сумме 13 966 руб. на период с февраля по июль 2024 года по адресу: <...>. Данному письму присвоен почтовый идентификатор с номером 41002997036182.

Согласно отчету, об отслеживании отправления, сформированному официальным сайтом Почты России отправление с почтовым идентификатором 41002997036182 получено не было и возвращено отправителю. При этом в своем заявлении ФИО2 указывала два адреса, а именно: <...> (адрес регистрации) и <...> (адрес фактического проживания).

Между тем данное разрешение было направлено АУ ФИО1 только по адресу регистрации ФИО2

Как установлено в ходе проведенного административного расследования определением Арбитражного суда Белгородской области от 03.10.2024 по делу № А08-11021/2022 из конкурсной массы ФИО2 ежемесячно исключены денежные средства в размере величины прожиточного минимума для трудоспособного населения в г. Москве и денежные средства в счет оплаты расходов по найму жилого помещения в размере 38 000 руб.

В связи с чем, 15.10.2024 ФИО2 направила в адрес АУ ФИО1 заявление на единоразовое снятие денежных средств в размере 83 153 руб.

Согласно письменной позиции АУ ФИО1 15.11.2024 направил в адрес ФИО2 разрешение на ежемесячное снятие денежных средств со счета должника в соответствии с определением Арбитражного суда Белгородской области от 03.10.2024 по делу № А 08-11021/2022 и ежемесячное снятие денежных средств в размере прожиточного минимума, утвержденного в Белгородской области на 2024 год в сумме 13 966 руб. на период с июля по сентябрь 2024 (включительно).

Письма были направлены по указанным ФИО2 в заявлении от 15.10.2024 адресам регистрации и фактического пребывания.

Письму, направленному ФИО2 по адресу: <...> присвоен почтовый идентификатор с номером 41005602119010 по адресу: г.

Москва, ул. Маршала Федоренко, 16/2, к. 1 присвоен почтовый идентификатор с номером 41005602119034.

Согласно отчетам, об отслеживании отправления, сформированному официальным сайтом Почты России отправления с почтовыми идентификаторами 41005602119010 и 41005602119034 получены не были ФИО2 и возвращены отправителю.

Между тем, в ходе проведенного административного расследования Управлением установлено, что 09.10.2024 АУ ФИО1 по электронной почте направил ФИО2 разрешение на ежемесячное снятие денежных средств со счета должника в соответствии с определением Арбитражного суда Белгородской области от 03.10.2024 по делу № А08-11021/2022. При этом разрешение на ежемесячное снятие денежных средств в размере прожиточного минимума, утвержденного в Белгородской области на 2024 год в сумме 13 966 руб. на период с июля по сентябрь 2024 (включительно) отсутствовало.

Ввиду чего, ФИО2 10.10.2024 на основании разрешения полученного по электронной почте сняла денежные средства в общем размере 63 879 руб., что подтверждается выпиской по лицевому счету № …81 за период с 23.04.2024 по 23.12.2024.

Следовательно, учитывая вышеуказанные обстоятельства, АУ ФИО1 имел реальную возможность направить ФИО2 (по электронной почте) разрешение на своевременное снятие ею денежных средств в размере прожиточного минимума, утвержденного в Белгородской области на 2024 год на период с мая по сентябрь 2024 года.

Между тем, несмотря на ежемесячные регулярные поступления должнику денежных средств (заработная плата), выплата прожиточного минимума должнику в мае 2024 года, в июне 2024 года, в июле 2024 года, в августе 2024 года, в сентябре 2024 года АУ ФИО1 не осуществлялась.

Как следует из заявления заявителя, своими действиями АУ ФИО1 поставил под угрозу право должника на достойное существование в виде регулярного и своевременного получения из конкурсной массы денежных средств, необходимых для минимального удовлетворения личных потребностей должника, что, недопустимо и противоречит всем критериям добросовестного и разумного поведения финансового управляющего, который должен действовать, в том числе в интересах должника.

В нарушение п. 4 ст. 20.3, ст. 213.25 Закона о банкротстве, обязанность по ежемесячной выплате денежных средств в размере прожиточного минимума должнику в мае 2024 года (не позднее 31.05.2024), в июне 2024 года (не позднее 30.06.2024), в июле 2024 года (не позднее 31.05.2024), в августе 2024 года (не позднее 31.08.2024), в сентябре 2024 года (не позднее 30.09.2024) АУ ФИО1 не исполнил, в связи с чем нарушил в указанный период законные права и интересы должника.

В ходе административного расследования, Управлением был отклонен довод АУ ФИО1 о том, что ФИО2 беспрепятственно снимала денежные средства со счета на период с 12.02.2024 по 09.05.2024, в размере в несколько раз превышающем прожиточный минимум субъекта регистрации по месту жительства, действуя недобросовестно уклонилась от получения согласия финансового управляющего по снятию денежных средств со счета, а в последующем самостоятельно инициировала обособленный спор в части разрешения разногласий по размеру исключения денежных средств из конкурсной массы, в связи с чем, какие-либо нарушения со стороны АУ ФИО1 отсутствуют.

Как следует из заявления Управления, недобросовестное поведение должника не может служить основаниям для отказа в выплате ему прожиточного минимума.

Поведение должника не освобождает финансового управляющего от исполнения положений ст. 213.25, ст. 213.9 Закона о банкротстве.

Именно на финансовом управляющем лежит организация взаимодействия с должником в вопросе расходования выплат прожиточного минимума и угрозы

наступления последствий недобросовестности в пополнении конкурсной массы за счет получаемой заработной платы (ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Кроме того, наличие разногласий между должником и финансовым управляющим не имеет правового значения, поскольку обязанность определять сумму прожиточного минимума с учетом ст. 446 ГПК РФ, возлагается на финансового управляющего должника.

Положения п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве и абз. 8 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ, прямо предусматривающего имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении принадлежащих гражданину-должнику на праве собственности денежных средств на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении, в том числе несовершеннолетних детей, отвечают целям соблюдения конституционно значимого принципа соразмерности при обеспечении защиты прав и законных интересов гражданина-должника в процедуре реализации его имущества в случае признания его банкротом.

Таким образом, нормы действующего законодательства в спорный период времени правового регулирования в части исключения из конкурсной массы прожиточного минимума не допускали неоднозначного толкования.

В связи с чем, из конкурсной массы в обязательном порядке ежемесячно должна исключаться часть заработной платы должника в размере величины прожиточного минимума трудоспособного населения.

Принимая во внимание вышеизложенное, Управление пришло к выводу, что ФИО1, являясь арбитражным управляющим должника, действуя добросовестно и разумно, в целях создания условий нормального существования гражданина-должника и гарантий социально-экономических прав, обязан был оперативно решить вопрос об исключении из конкурсной массы должника-гражданина минимальной денежной суммы из поступлений, начисляемых работодателем и ежемесячно производить выплаты должнику без дополнительных заявлений со стороны должника.

Усмотрев в действиях АУ ФИО1 признаки нарушения п. 4 ст. 20.3, ст. 213.25 Закона о банкротстве, в порядке ст.23.1 КоАП РФ, ст.202 АПК РФ Управление обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности, предусмотренной ч.3 ст.14.13 КоАП РФ.

В соответствии с частью 6 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения, имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Полномочия ведущего специалиста-эксперта отдела правового обеспечения по контролю и надзору в сфере саморегулируемых организаций Управления ФИО3 на составление протокола об административном правонарушении, предусмотренном ч.3 ст.14.13 КоАП РФ, основаны на положениях п.10 ч.2 ст.28.3 КоАП РФ, Приказа Минэкономразвития России от 14.05.2010 № 178 «Об утверждении Перечня должностных лиц Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, имеющих право составлять протоколы об административных правонарушениях» и подтверждены материалами дела.

Арбитражным судом установлено, что Управлением соблюдены требования ч.ч.3,4 ст.28.2 КоАП РФ при составлении протокола № 00033125 от 15.01.2025.

В силу ч.1 ст.2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Рассмотрев все представленные в материалы дела доказательства, с учетом отзыва арбитражного управляющего, суд приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Белгородской области от 14.02.2024 (резолютивная часть от 12.02.2024) по делу № А08-11021/2022 гр. ФИО2 признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО1

Управлением, в ходе административного расследования было установлено, что ФИО2 официально трудоустроена и осуществляет трудовую деятельность по настоящее время в ООО «МИП-Строй № 1». Как усматривается из письменной позиции АУ ФИО1, поступившей в Управление, АУ направил в ООО «МИП-Строй № 1» запрос о предоставлении сведений о трудовой деятельности ФИО2, в том числе указав, что выплату заработной платы необходимо осуществлять исключительно в безналичном порядке переводя на счет, который АУ ФИО1 открыл в ПАО Сбербанк в рамках процедуры банкротства ФИО2

В ходе проведения административного расследования Управлением направлен запрос в ООО «МИП-Строй № 1» от 17.12.2024 № 02-03/12758-АС с целью подтверждения получения ФИО2 заработной платы. Согласно ответа от 18.12.2024 № 4-44-16320/2024, ФИО2 за период с 01.02.2024 по 12.05.2024 перечисление заработной платы производилось по безналичному расчету на счет, открытый в ПАО Сбербанк, в период с 13.05.2024 по настоящее время на счет,

открытый в ПАО Сбербанк, в связи с предоставлением АУ ФИО1 указанного счета.

Также согласно расчетным листкам по заработной плате за май -ноябрь 2024 года ФИО2 получила заработную плату в следующем размере: в мае 2024 года - 139 200 руб.; в июне 2024 года - 139 200 руб.; в июле 2024 года - 188 556,21 руб.; в августе 2024 года - 106 343,20 руб.; в сентябре 2024 года - 119 848,23 руб.; в октябре 2024 года -139 200 руб.; в ноябре 2024 года - 278 321,20 руб. Согласно выписки по лицевому счету, открытому в ПАО «Сбербанк» за период с 23.04.2024 (дата открытия счета) по 23.12.2024 на счет ФИО2 поступала заработная плата в следующем размере, а именно: в мае 2024 года - 91 350 руб.; в июне 2024 года - 139 200 руб.; в июле 2024 года - 198 769,34 руб.; в августе 2024 года - 101 642,44 руб.; в сентябре 2024 года - 103 954,29 руб.

Таким образом, учитывая, что ФИО2 имела постоянный ежемесячный доход и с 24.05.2024 на счет № …81 производились зачисления с указанием наименования операции «Зарплата», следовательно, обязанность по выплате регулярных денежных средств в размере величины прожиточного минимума на должника возникла у АУ ФИО1 в мае 2024 года не позднее 31.05.2024, в июне 2024 года не позднее 30.06.2024, в июле 2024 года не позднее 31.05.2024, в августе 2024 года не позднее 31.08.2024, в сентябре 2024 года не позднее 30.09.2024.

Как усматривается из материалов административного дела 31.05.2024 ФИО2 направила в адрес АУ ФИО1 заявление на выдачу разрешения (согласия) на снятие денежных средств со счета в общем размере 63 879 руб. (25 879 руб. прожиточный минимум для трудоспособного населения в <...> 000 руб. стоимость аренды квартиры), в связи с перечислением работодателем заработной платы на счет, предоставленный АУ. Как следует из ответа АУ ФИО1 от 13.06.2024 № 01, основания для выделения указанной суммы отсутствуют.

03.07.2024 ФИО2 направила в адрес АУ ФИО1 заявление на выдачу разрешения (согласия) на ежемесячное снятие денежных средств со счета должника в размере 14 149 руб. до завершения процедуры реализации имущества.

Как следует из письменной позиции АУ ФИО1, поступившей в Управление 09.01.2025, АУ ФИО1 12.07.2024 направил ФИО2 разрешение на ежемесячное снятие денежных средств со счета должника в размере прожиточного минимума, утвержденного в Белгородской области на 2024 год в сумме 13 966 руб. на период с февраля по июль 2024 года по адресу: <...>. Данному письму присвоен почтовый идентификатор с номером 41002997036182. Согласно отчету, об отслеживании отправления, сформированному официальным сайтом Почты России отправление с почтовым идентификатором 41002997036182 получено не было и возвращено отправителю.

В своем заявлении ФИО2 указывала два адреса, а именно: <...> (адрес регистрации) и <...> (адрес фактического проживания). Между тем данное разрешение было направлено АУ ФИО1 только по адресу регистрации ФИО2

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 03.10.2024 по делу № А08-11021/2022 из конкурсной массы ФИО2 ежемесячно исключены денежные средства в размере величины прожиточного минимума для трудоспособного населения в г. Москве и денежные средства в счет оплаты расходов по найму жилого помещения в размере 38 000 руб.

Как следует из письменной позиции АУ ФИО1, АУ 15.11.2024 направил в адрес ФИО2 разрешение на ежемесячное снятие денежных средств со счета должника в соответствии с определением Арбитражного суда Белгородской области от 03.10.2024 по делу № А 08-11021/2022 и ежемесячное снятие денежных средств в размере прожиточного минимума, утвержденного в Белгородской области на 2024 год в сумме 13 966 руб. на период с июля по сентябрь 2024 (включительно).

Письму, направленному ФИО2 по адресу: <...> присвоен почтовый идентификатор с номером 41005602119010 по адресу: <...> присвоен почтовый идентификатор с номером 41005602119034.

Между тем в ходе проведенного административного расследования Управлением установлено, что 09.10.2024 АУ ФИО1 по электронной почте направил ФИО2 разрешение на ежемесячное снятие денежных средств со счета должника в соответствии с определением Арбитражного суда Белгородской области от 03.10.2024 по делу № А 08-11021/2022. При этом разрешение на ежемесячное снятие денежных средств в размере прожиточного минимума, утвержденного в Белгородской области на 2024 год в сумме 13 966 руб. на период с июля по сентябрь 2024 (включительно) отсутствовало.

10.10.2024 на основании разрешения полученного по электронной почте, ФИО2 сняла денежные средства в общем размере 63 879 руб., что подтверждается выпиской по лицевому счету № …81 за период с 23.04.2024 по 23.12.2024.

Следовательно, учитывая вышеуказанные обстоятельства, АУ ФИО1 имел реальную возможность направить ФИО2 (по электронной почте и (или) по известному ему адресу регистрации должника) разрешение на своевременное снятие ею

денежных средств в размере прожиточного минимума, утвержденного в Белгородской области на 2024 год на период с мая по сентябрь 2024 года.

Однако, несмотря на ежемесячные регулярные поступления должнику денежных средств (заработная плата), выплата прожиточного минимума должнику в мае 2024 года, в июне 2024 года, в июле 2024 года, в августе 2024 года, в сентябре 2024 года АУ ФИО1 не осуществлялась.

Следовательно, в нарушение п. 4 ст. 20.3, ст. 213.25 Закона о банкротстве, обязанность по ежемесячной выплате денежных средств в размере прожиточного минимума должнику в мае 2024 года (не позднее 31.05.2024), в июне 2024 года (не позднее 30.06.2024), в июле 2024 года (не позднее 31.05.2024), в августе 2024 года (не позднее 31.08.2024), в сентябре 2024 года (не позднее 30.09.2024) АУ ФИО1 не исполнил, в связи с чем нарушил в указанный период законные права и интересы должника.

Данные обстоятельства подтверждены представленными в материалы дела доказательствами.

Частью 3 ст.14.13 КоАП РФ предусмотрено, что неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, - влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от двухсот тысяч до двухсот пятидесяти тысяч рублей.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 06.06.2017 № 1167-О, особый публично-правовой статус арбитражных управляющих (предполагающий наделение их публичными функциями, выступающими в качестве своего рода пределов распространения на них статуса индивидуального предпринимателя) обусловливает право законодателя предъявлять к ним специальные требования, относить арбитражных управляющих к категории должностных лиц (примечание к статье 2.4 КоАП РФ) и вводить повышенные меры административной ответственности за совершенные ими правонарушения.

Объектом правонарушения является установленный законодательством порядок действий при банкротстве юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Объективной стороной правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.14.13 КоАП РФ, является неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Субъектами правонарушения следует признавать арбитражного управляющего, руководителя временной администрации кредитной или иной финансовой организации.

Субъективная сторона правонарушения характеризуется виной в форме умысла или неосторожности.

Порядок проведения процедур банкротства, а также обязанности арбитражных управляющих при проведении таких процедур регулируются нормами ФЗ «О банкротстве».

В соответствии с ч.ч.1, 2 ст.71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив обстоятельства дела и представленные документы в их совокупности, арбитражный суд приходит к выводу о том, все указанное в протоколе № 00033125 от 15.01.2025 событие подтверждено надлежащими доказательствами и образуют в

действиях арбитражного управляющего ФИО1 нарушение требований ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения (часть 1 статьи 1.7 КоАП РФ).

В силу части 1 статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Согласно части 1 статьи 2.2 КоАП РФ административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично.

В соответствии со статьей 2.4 КоАП РФ административной ответственности подлежит должностное лицо в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, несут административную ответственность как должностные лица, если законом не установлено иное.

Пунктом 4 статьи 20.3 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено, что при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Событие административного правонарушения, которое состоит из указанного выше нарушения, и обстоятельства совершения административного правонарушения, отраженное в протоколе об административном правонарушении № 00033125 от 15.01.2025 года, подтверждены материалами дела.

В силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная деятельность, осуществляемая на свой риск.

Вина конкурсного управляющего заключается в ненадлежащем исполнении обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" при наличии такой возможности.

Какие-либо доказательства, свидетельствующие об отсутствии вины лицом, привлекаемым к административной ответственности, в материалы дела не представлены.

Протокол об административном правонарушении составлен в соответствии с требованиями, установленными ст. 28.2 КоАП РФ. Положения частей 3, 4 ст. 28.3 настоящего Кодекса, устанавливающего круг должностных лиц, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях, заявителем соблюдены.

Поскольку арбитражный управляющий в силу специфики своей профессиональной деятельности должен знать требования нормативных актов, регулирующих деятельность конкурсного управляющего, следовательно, обязан был предвидеть возможность наступления вредных последствий в случае ненадлежащего исполнения требований этих нормативных актов.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.04.2005 № 122-0 указал, что положения части 3 статьи 14.13 КоАП РФ, предусматривающие ответственность за правонарушения в области предпринимательской деятельности, направлены на обеспечение установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов.

Нарушений процедуры привлечения к административной ответственности судом не установлено, срок давности привлечения к ответственности, установленный статьей 4.5 КоАП РФ, не истек.

Процессуальных нарушений при производстве по делу об административном правонарушении административным органом не допущено.

Относительно доводов, изложенных в отзыве АУ ФИО1, о том, что ФИО2 не заявляла обстоятельств неоплаты ей денежных средств на периоде после июля 2024 года; на дату 12.07.2024 ФИО2 адрес электронной почты ФИО1 не предоставляла, ФИО2 в самостоятельном порядке была снята достаточная сумма денежных средств, судом установлено следующее.

В заявлении ФИО2 от 11.11.2024, поступившей в Управление 18.11.2024, указано, что с февраля 2024 года до июля 2024 года ФИО1 уклонялся от выдачи ФИО2 разрешения на снятие денежных средств в размере прожиточного минимума, в связи с чем 04.07.2024 ФИО2 направила ФИО1 заявление. Однако с момента получения ФИО1 заявления (09.07.2024) до 11.11.2024 (дата заявления), т.е. спустя 4 месяца ФИО1 не предоставил ФИО2 разрешение на снятие денежных средств в размере прожиточного минимума.

Обязанность по исключению из конкурсной массы размера прожиточного минимума на должника (распределению денежных средств) возложена непосредственно на финансового управляющего.

Ввиду того, что денежные средства в размере прожиточного минимума рассчитаны на месячный период, данные денежные средства должны быть получены должником ежемесячно.

Между тем, ФИО1 в своем отзыве указывает, что направил согласие ФИО2 12.07.2024, т.е. после получения от нее заявления 09.07.2024 .

Следовательно, учитывая вышеизложенное ФИО1 направлял ФИО2 разрешение на снятие денежных средств в размере прожиточного минимума только после получения письменного заявления ФИО2, не смотря на то, что зарплата должника поступала на счет № …81, открытый арбитражным управляющим, с мая 2024 года.

Между тем прожиточный минимум должен выплачиваться должнику без его дополнительного заявления, так как гарантирован законом.

Арбитражный управляющий ФИО1 являясь лицом, осуществляющим деятельность на профессиональной основе не должен относиться формально и беспечно к исполнению своих обязанностей, выполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, исходя из удобных для него обстоятельств и мотивов, не может и не должно входить в противоречие с принципом надлежащего выполнения требования законодательства о банкротстве.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО1 своевременно предпринял действия по определению порядка получения прожиточного минимума должником, в целях создания условий нормального существования гражданина, в том числе получения сведений об электронной почте ФИО2

Требования Закона о банкротстве должны неукоснительно выполняться участниками правоотношений. При этом неисполнение данных требований является нарушением арбитражным управляющим своих обязанностей независимо от мотивов, которыми финансовый управляющий руководствовался, исполняя свои обязанности.

Допущенные арбитражным управляющим нарушения Закона о банкротстве указывают на то, что ФИО1 не принял всех мер для надлежащего исполнения своих обязанностей по проведению процедуры банкротства ФИО2

Арбитражный управляющий, в отзыве также указывает на довод о малозначительности правонарушения. Полагает, что в рассматриваемом случае отсутствуют доказательства причинения какого-либо вреда кредиторам или должнику в связи с несвоевременной выплатой прожиточного минимума должнику, учитывая, что жалоба на бездействия управляющего ФИО1 от должника в материалы дела по срокам в указанной в заявлении части с июля по сентябрь не поступала, денежные

средства за спорные периоды на дату обращения с жалобой получены должником в полном объеме. Какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное арбитражным управляющим административное правонарушение привело к наступлению негативных последствий, а также причинило ущерб государственным интересам, должнику, конкурсному кредитору, в материалах дела отсутствуют. При формальном наличии всех признаков состава вмененного административного правонарушения, допущенное арбитражным управляющим нарушение само по себе не содержит существенной угрозы охраняемым общественным отношениям; не причинило вреда интересам граждан, общества и государства; не содержит угрозы причинения вреда в будущем; не повлекло неблагоприятных последствий, интересы конкурсных кредиторов не нарушены.

Согласно частям 1, 2 статьи 4.1 КоАП РФ административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с названным Кодексом.

При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

По смыслу статьей 2.2., 2.4. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отсутствие вины предполагает объективную невозможность исполнения возложенных на него Законом о банкротстве обязанностей.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.04.2005 N 122-О указал, что положения части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, предусматривающие ответственность за правонарушения в области предпринимательской деятельности, направлены на обеспечение установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов.

В соответствии со статьей 3.1 КоАП РФ административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений, как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Соблюдение этих вытекающих из конституционных принципов равенства, пропорциональности и соразмерности требований призвано обеспечить индивидуализацию наказания физических лиц, виновных в совершении административных правонарушений, и одновременно не допустить при применении мер административной ответственности избыточного ограничения их прав и интересов.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.1999 N 11-П, санкции штрафного характера должны отвечать вытекающим из Конституции Российской Федерации требованиям справедливости и соразмерности. Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам.

Согласно указанным положениям федерального законодательства административная ответственность как сложное правовое явление характеризуется не только своей карательной функцией, но и функцией стимулирования позитивного развития охраняемых отношений, раскрывающей социальную ценность административной ответственности как средства, обеспечивающего становление правопорядка и дисциплины.

В силу ч. 1 ст. 3.1 КоАП РФ административное наказание как мера административной ответственности применяется в целях предупреждения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Предусмотренная частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ санкция в соотношении с количеством и характером допущенного ФИО1 нарушения, указанного в протоколе об административном правонарушении, а также их последствиями, является несоразмерной ответственностью, не отвечающей принципам индивидуализации, справедливости административной ответственности.

В данном же деле назначение реального административного наказания в виде предупреждения или административного штрафа заинтересованному лицу не отвечает целям превенции.

Вменяемое арбитражному управляющему административное правонарушение характеризуется формальным составом, никаких негативных последствий не последовало.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд считает, что применение к ФИО1 санкции, установленной ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ не может быть признано обоснованным.

Учитывая конкретные обстоятельства настоящего дела, суд считает, что в данном случае превентивная цель административного наказания, установленная частью 1 статьи 3.1 КоАП РФ, может быть достигнута без применения в отношении конкурсного управляющего административного наказания.

В рассматриваемом случае указанная цель достигнута возбуждением дела об административном правонарушении, его рассмотрением и установлением вины лица, его совершившего.

Суд, рассмотрев вопрос о возможности применения в отношении арбитражного управляющего ФИО1 положений ст. 2.9 КоАП РФ полагает следующее.

Согласно статье 2.9 и п. 3 ст. 30.7 КоАП РФ при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Указанная норма является общей и может применяться к любому составу административного правонарушения, предусмотренного названным Кодексом, если судья или орган, рассматривающий конкретное дело, признает, что совершенное правонарушение является малозначительным.

Пунктом 18 Постановления Пленума ВАС РФ N 10 разъяснено, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. Кроме того, согласно абзацу третьему пункта 18.1 названного Постановления квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 данного Постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в названном Кодексе конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого предусмотрена ответственность. Так, не может быть отказано в

квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной части КоАП РФ ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий.

По смыслу статьи 2.9 КоАП РФ оценка малозначительности деяния должна соотноситься с характером и степенью общественной опасности, причинением вреда либо с угрозой причинения вреда личности, обществу или государству. Таким образом, административные органы обязаны установить не только формальное сходство содеянного с признаками того или иного административного правонарушения, но и решить вопрос о социальной опасности деяния.

Категория малозначительности относится к числу оценочных, в связи, с чем определяется в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств совершенного правонарушения.

Оценка возможности применения статьи 2.9 КоАП РФ является самостоятельным этапом судебного исследования по делу, законодатель предоставил правоприменителю право оценки факторов, характеризующих понятие малозначительности.

Оценив конкретные обстоятельства дела, с учетом характера допущенных арбитражным управляющим нарушений законодательства о банкротстве, отсутствия существенной угрозы охраняемым общественным отношениям и последствий совершенного правонарушения в соответствии со ст. 71 АПК РФ суд считает, что совершенное конкурсным управляющим правонарушение может быть признано малозначительным.

В п. 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 N 10 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях", разъяснено, что установив при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности малозначительность правонарушения, суд, руководствуясь ч. 2 ст. 206 АПК РФ и ст. 2.9 КоАП РФ, принимает решение об отказе в удовлетворении требований административного органа, освобождая от административной ответственности в связи с малозначительностью правонарушения, и ограничивается устным замечанием, о чем указывается в мотивировочной части решения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В рассматриваемом случае, по мнению суда, цели административного производства, установленные частью 1 статьи 3.1 КоАП РФ могут быть достигнуты без назначения реального наказания.

Суд считает, что в рассматриваемом случае путем применения статьи 2.9 КоАП РФ будут достигнуты и реализованы цели и принципы административного наказания: справедливость, неотвратимость, целесообразность и законность, поскольку к нарушителю применяется такая мера государственного реагирования как устное замечание, которая призвана оказать моральное воздействие на нарушителя и направлена на то, чтобы предупредить, проинформировать нарушителя о недопустимости совершения подобного нарушения впредь.

Оценив обстоятельства дела в их совокупности, исходя из характера нарушения и степени его общественной опасности, финансовое положение, а также отношение арбитражного управляющего к содеянному, суд приходит к выводу о возможности квалифицировать правонарушение как малозначительное и ограничиться устным замечанием.

Взимание государственной пошлины за рассмотрение арбитражным судом дел о привлечении к административной ответственности не предусмотрено.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети "Интернет".

По ходатайству указанных лиц копии судебного акта на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 167 - 170, 202 - 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 2.9, ч.3 ст. 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области в удовлетворении заявления о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отказать.

Освободить арбитражного управляющего ФИО1 от административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи с малозначительностью совершенного правонарушения, ограничившись устным замечанием.

Решение может быть обжаловано в десятидневный срок в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Воронеж) через Арбитражный суд Белгородской области.

Судья Т.В. Жукова