АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА
пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000
http://fasuo.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
№ Ф09-1331/22
Екатеринбург
26 мая 2025 г.
Дело № А50-15601/2020
Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2025 г.
Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2025 г.
Арбитражный суд Уральского округа в составе:
председательствующего Тихоновского Ф.И.,
судей Осипова А.А., Пирской О.Н.
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Пермского края от 27.02.2023 по делу № А50-15601/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2025 по тому же делу.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.
В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие ФИО2 – лично (паспорт).
Решением Арбитражного суда Пермского края от 02.06.2021 ФИО2 (далее – должник, заявитель) признан несостоятельным (банкротом); в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3.
Финансовый управляющий обратился в суд с заявлением, в котором просил разрешить разногласия между ним и должником и считать незащищенным исполнительским иммунитетом и включенным в конкурсную массу 1/4 доли в общей долевой собственности должника в жилом помещении, расположенном по адресу: <...>.
Определением Арбитражного суда Пермского края от 27.02.2023 разногласия между финансовым управляющим и должником разрешены, суд определил считать незащищенным исполнительским иммунитетом и включенным в конкурсную массу 1/4 доли в общей долевой собственности должника в жилом помещении, расположенном по адресу: <...>.
Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2025 определение Арбитражного суда Пермского края от 27.02.2023 оставлено без изменения.
Не согласившись с определением Арбитражного суда Пермского края от 27.02.2023 и постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2025, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить вышеуказанные судебные акты.
В кассационной жалобе заявитель обращает внимание на то, что, отказывая в установлении исполнительского иммунитета, суды не приняли во внимание, что иного жилья, находящегося на праве собственности, кроме спорного, у заявителя не имеется. Заявитель также ссылается на принцип недопустимости произвольного лишения жилья.
До начала судебного заседания в Арбитражный суд Уральского округа от финансового управляющего должника ФИО3 поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела. От финансового управляющего также поступило ходатайство о приобщении дополнительных доказательств, в удовлетворении которого было отказано ввиду отсутствия у суда округа полномочий по исследованию и оценке новых доказательств.
От финансового управляющего поступило также ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.
Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.
Как следует из материалов дела, брак между ФИО2 и ФИО4 зарегистрирован 25.07.2003 и не является расторгнутым.
Приговором Ленинского районного суда г. Перми от 02.08.2004 ФИО2 привлечен к уголовной ответственности за совершение 37 преступлений, предусмотренных пунктом «а» и пунктами «а», «б» части 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации с лишением свободы на 4 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, исчисляя срок с 02.08.2003, с взысканием с ФИО2 денежных средств в пользу 32 юридических лиц и обращения взыскания на его имущество.
Впоследствии между супругами Т-выми 10.01.2007 заключен брачный договор, по условиям которого все имущество, за исключением доли в уставном капитале общества «Правовой центр «Фемида», приобретенное в период брака как до, так и после заключения настоящего договора, в том числе зарегистрированное на любого из супругов (недвижимость, автотранспорт, денежные вклады в банке и проценты по ним, ценные бумаги и дивиденды по ним и т.д.), является во время брака и в случае расторжения брака собственностью супруги ФИО4 При этом супруги отвечают по своим долгам раздельно, каждый только своим имуществом (пункт 2.5 брачного договора).
После заключения брачного договора ФИО4 в 2008 году было приобретено жилое помещение, расположенное по адресу: <...> общей площадью 88,1 кв.м.
В дальнейшем, 01.08.2013 (регистрация сделки в ЕГРП от 05.03.2014) между ФИО4 и ФИО5 (мать ФИО4) был заключен договор дарения вышеуказанной квартиры.
Впоследствии, 23.02.2015 между ФИО5 и ФИО6 (несовершеннолетний сын должника), ФИО7 (ранее ФИО8, дочь должника) был заключен договор дарения, по которому право собственности на квартиру перешло к детям должника в следующем размере:
- 1/2 – ФИО6;
- 1/2 – ФИО7
В настоящее время в указанной квартире зарегистрированы дети должника (ФИО6 и ФИО7).
Кроме того, после заключения брачного договора на средства, полученные от выплаты материнского капитала, супругами Т-выми и их детьми (ФИО6, ФИО8) в долевую собственность в размере 1/4 каждому было приобретено жилое помещение по адресу: <...>.
Распоряжением Администрации г. Перми от 04.03.2019 № СЭД-059-11-01-04-52 многоквартирный дом по адресу <...> признан аварийным и подлежащим сносу, в связи с чем между семьей Т-вых и Администрацией г. Перми было заключено соглашение о предоставлении социальной выплаты, согласно которому администрацией была предоставлена социальная выплата на приобретение жилого помещения.
После получения социальной выплаты ФИО2, действующим от своего имени и несовершеннолетнего сына ФИО6, ФИО4, ФИО7 (ранее ФИО8) было приобретено жилое помещение по адресу: <...> общей площадью 36,3 кв.м., что подтверждается договором купли-продажи от 09.09.2020.
Согласно вышеуказанному договору жилое помещение было приобретено в долевую собственность в следующем соотношении:
- ФИО2 – 1/4 в праве общей долевой собственности;
- ФИО4 – 1/4 в праве общей долевой собственности;
- ФИО6 – 1/4 в праве общей долевой собственности;
- ФИО7 – 1/4 в праве общей долевой собственности.
На момент рассмотрения спора в указанной квартире зарегистрированы должник и его супруга.
Впоследствии в отношении обоих супругов были возбуждены самостоятельные дела о банкротстве, супруги Т-вы признаны несостоятельными:
- ФИО2 – решением Арбитражного суда Пермского края от 02.06.2021;
- ФИО4 – решением Арбитражного суда Пермского края от 28.05.2020 по делу № А50-35424/2019.
Реестр требований кредиторов ФИО2 сформирован на общую сумму 55 962 406 руб. 15 коп. Кроме того, как следует из отчета финансового управляющего, в рамках дела №А81-5578/17 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Уренгойспецстрой», размер ответственности в настоящий момент не определен.
В деле о банкротстве ФИО2 финансовым управляющим было подано заявление о признании недействительным брачного договора от 10.01.2007, заключенного между ФИО2 и ФИО4
Определением Арбитражного суда Пермского края от 14.10.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2022 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 30.03.2022, брачный договор от 10.01.2007, заключенный между ФИО2 и ФИО4, признан недействительным, восстановлен режим общей совместной собственности супругов.
Признавая брачный договор недействительным и восстанавливая режим общей совместной собственности супругов, суды исходили из того, что заключением такого договора супруги сконцентрировали все активы за ФИО4, а все долговые обязательства - за ФИО2, хотя в действительности продолжали пользоваться и распоряжаться всем своим имуществом, рассматривая его как находящееся в совместной собственности. Перевод всех активов на одно лицо, как указали суды, был направлен на недопущение обращения взыскания на имущество и на лишение кредиторов должника права на удовлетворение требований. Таким образом, все имущество, приобретенное во время брака, перешло в совместную собственность супругов Т-вых.
В свою очередь, в деле о банкротстве ФИО4 финансовый управляющий, полагая, что договоры дарения квартиры по ул. Нижнемуллинская, д. 7 (от 01.08.2013 между ФИО4 и ФИО5 (матерью ФИО4) и от 23.02.2015 между ФИО5 и ФИО6, ФИО7 (дети должника)) совершены между заинтересованными лицами и являются единой безвозмездной сделкой, направленной на вывод имущества из конкурсный массы ФИО4, обратился в суд с заявлением об оспаривании такой цепочки сделок.
Определением Арбитражного суда Пермского края от 20.02.2021 по делу № А50-35424/2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2021 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.07.2021, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано. Суды исходили при этом из того, что на спорную квартиру в любом случае не могло быть обращено взыскание в целях удовлетворения требований кредиторов должника в связи с тем, что данное имущество на момент совершения сделки являлось для ФИО4 и членов ее семьи единственным жилым помещением.
Помимо прочего, в деле о банкротстве супруги должника (№ А50-35424/2019) было рассмотрено требование о признании незащищенной исполнительским иммунитетом 1/4 доли в общей долевой собственности ФИО4 в жилом помещении, расположенном по адресу ул. Снежная, д. 17. Признавая незащищенной исполнительским иммунитетом 1/4 доли ФИО4 в указанном жилом помещении, суды пришли к выводу, что статусом единственного жилья для должника и членов его семьи обладает жилое помещение, находящееся по ул. Нижнемуллинская, д.7 (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022 по делу № А50-35424/2019 и постановление Арбитражного суда Уральского округа от 26.05.2022 по тому же делу).
В рассматриваемом деле о банкротстве ФИО2 финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством, в котором просил разрешить разногласия между финансовым управляющим и должником ФИО2 и считать незащищенной исполнительским иммунитетом и включенной в конкурсную массу 1/4 доли в общей долевой собственности должника в жилом помещении, расположенном по ул. Снежная, д. 17.
Разрешая разногласия в пользу финансового управляющего, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.
В силу пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.
Пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве определено, что из конкурсной массы должника-гражданина исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, в том числе земельный участок и находящееся на нем жилое помещение, если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания, за исключением нахождения указанного имущества в залоге (часть 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Предусмотренное пунктом 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ограничение в обращении взыскания на имущество гражданина обусловлено необходимостью защиты конституционного права на жилище должника и членов его семьи, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О).
В то же время исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений не носит абсолютный характер (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 304-ЭС21-9542 (1,2)) и не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. Реализация конституционного права гражданина на жилище не должна быть сопряжена с нарушением прав кредиторов, связанным с недобросовестным использованием исполнительского иммунитета (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2018 № 305-ЭС18-15724).
Согласно пункту 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).
Соблюдение названного баланса при рассмотрении вопроса об исключении из конкурсной массы единственного пригодного для проживания должника и членов его семьи жилья достигается в том числе посредством исследования фактических обстоятельств дела.
Недопустимо установление только формальных условий применения нормы права. Иной подход не может быть признан соответствующим целям судопроизводства и направленным на защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц.
Конституционный Суд Российской Федерации, давая в постановлении от 14.05.2012 № 11-П (далее - постановление № 11-П) оценку конституционности положения абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указал - исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен не для того, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение, а для того, чтобы, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, гарантировать гражданину-должнику и членам его семьи уровень обеспеченности жильем, необходимый для нормального существования (абзац первый пункта 4 мотивировочной части постановления).
При наличии обоснованных сомнений у кредитора о том, является ли спорное имущество единственным жильем, пригодным для проживания должника и членов его семьи, суд не должен ограничиваться констатацией того факта, что юридически права должника оформлены таким образом, что объект недвижимости является единственным пригодным для проживания должника жилым помещением, а установить фактическую нуждаемость должника в жилье, исследовать юридически значимые обстоятельства для установления фактической, а не юридической нуждаемости должника и членов его семьи в жилом помещении (состоит ли должник в браке, имеется ли у супруги (супруга) помещение, зарегистрированное на последнем либо право бессрочного пользования жилым помещением, не принадлежащим должнику, а также каковы причины проживания и регистрации должника не в спорном жилом помещении).
Руководствуясь вышеизложенными нормами права и соответствующими разъяснениями, проанализировав доводы лиц, участвующих в деле, исследовав представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств спора, приняв во внимание, что, заключив брачный договор, супруги искусственно создали ситуацию, при которой супруга должника сконцентрировала на себе все активы, в том числе квартиру по адресу: по ул. Нижнемуллинская, д.7, приобретённую во время брака после заключения брачного договора и в отсутствии такового являвшуюся бы общей собственностью супругов, приняв во внимание последующее признание брачного договора недействительной сделкой, повлекшее восстановление режима общей собственности супругов, а также тот факт, что отказ в признании сделок по дарению детям должника квартиры по ул. Нижнемуллинская, д. 7 был обусловлен неизбежностью признания за таким имуществом статуса единственного жилья, учтя результаты рассмотрения аналогичного заявления в деле о банкротстве супруги должника, согласно которому статусом единственного жилья для должника и членов его семьи обладает жилое помещение, находящееся по ул. Нижнемуллинская, д.7, суды пришли к выводу, что действия должника были направлены на создание ситуации, при которой в целях сохранения ликвидного имущества за собой формальными собственниками жилого помещения по ул. Нижнемуллинская, д. 7 становятся исключительно дети должника, тем самым, за детьми должника, не находящимися в процедуре банкротства, закрепляется одно жилое помещение, а за должником – второе, обладающее статусом единственного жилья, имеющего исполнительский иммунитет, суды пришли к выводу о необходимости удовлетворения заявления финансового управляющего должника и постановили считать незащищенным исполнительским иммунитетом и включенным в конкурсную массу 1/4 доли в общей долевой собственности должника в жилом помещении, расположенном по адресу: <...>.
Фактически суды исходили из того, что с учётом результатов рассмотрения обособленных споров как в настоящем деле о банкротстве ФИО2, так и в деле о банкротстве его супруги ФИО4 искусственно создана ситуация, при которой должник, формально являясь собственником лишь ? доли в праве собственности в одной квартире, фактически является собственником и другой квартиры, юридически принадлежащей его детям. При этом суды учли пояснения должника, данные в том числе и в судебном заседании суда округа, о том, что вся семья должника проживает в квартире по ул. Нижнемуллинская, д. 7.
При наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2024 N 302-ЭС23-10298(2).
Поскольку общая площадь квартиры по ул. Нижнемуллинская (88,1 кв.м.) в несколько раз превышает площадь квартиры по ул. Снежная (36,3 кв.м.), предоставление исполнительского иммунитета на жилое помещение большей площади для должника и членов его семьи наиболее соответствует интересам самого должника.
Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.
Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку они не свидетельствуют о допущенных нарушениях норм материального или процессуального права, а направлены на переоценку обстоятельств дела, которые суды первой и апелляционной инстанций посчитали установленными.
Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.
С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.
Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Пермского края от 27.02.2023 по делу № А50-15601/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий Ф.И. Тихоновский
Судьи А.А. Осипов
О.Н. Пирская