АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
кассационной инстанции по проверке законности
и обоснованности судебных актов арбитражных судов,
вступивших в законную силу
«22» декабря 2025 года Дело № А35-11602/2021
город Калуга
Резолютивная часть постановления объявлена «08» декабря 2025 года.
Постановление в полном объеме изготовлено «22» декабря 2025 года.
Арбитражный суд Центрального округа в составе:
от лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежаще;
рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу
суда от 01.09.2025 по делу № А35-11602/2021,
председательствующего Григорьевой М.А.
судей Ахромкиной Т.Ф. Еремичевой Н.В.,
при участии в заседании:
ООО «Амбрэндо» на определение Арбитражного суда Курской области
от 19.05.2025 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного
УСТАНОВИЛ:
Арбитражный суд Курской области определением от 19.05.2025 отказал конкурсному управляющему ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление» ФИО1 в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО3 и ФИО4.
Также, указанным определением суд отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о взыскании с ФИО4 убытков в пользу должника в размере 390 097 373,62 руб.
Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд постановлением от 01.09.2025 оставил определение суда области без изменения.
Не согласившись с судебными актами кредитор ООО «Амбрэндо» обратился в кассационный суд с жалобой, в которой просит суд округа судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение.
В обоснование жалобы заявитель настаивает на том, что единоличный исполнительный орган общества-должника (руководитель, ликвидатор) обязан в силу законодательства обеспечивать сохранность бухгалтерской документации, подтверждающей хозяйственную деятельность должника. Полагает, что отсутствие первичных документов, подтверждающих состав дебиторской задолженности, запасов, основных средств привело к невозможности формирования конкурсной массы.
Кредитор указывает на то, что делая выводы об отсутствии основания для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности суды не установили причину невозможности удовлетворения требований кредиторов. Настаивает на том, что обязанность руководителя обратится с заявлением о банкротстве также не исполнена контролировавшими должника лицами, что является самостоятельным основанием для привлечения их к имущественной ответственности перед кредиторами. Обращает внимание на множество необоснованных платежей, совершенных от имени должника в преддверии банкротства, полагает, что такие платежи причинили убытки конкурсной массе.
ФИО3 представил отзыв на кассационную жалобу, с доводами жалобы не согласен, просит оставить судебные акты без изменения.
Конкурсный управляющий ФИО1 представил в суд округа информацию о ходе конкурсного производства и реестре требований кредиторов, полагает, что отсутствие первичной документации должника не позволяет эффективно провести работу по формированию конкурсной массы.
Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку своих представителей в суд округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей указанных лиц.
Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных актов и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в виду следующего.
29.12.2021 арбитражный суд возбудил производство по делу о банкротстве ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление» по заявлению кредитора АО «Росеврострой».
При проверке обоснованности заявления кредитора о банкротстве должника суд установил, что заявление основано на неисполнении обязательств из договора поставки, размер и обоснованности которого установлены вступившим в силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.10.2021 по делу № А60-38306/2021, которым с ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление» в пользу АО «Росеврострой» взысканы: основной долг в сумме 2 763 209 руб., пени, за период с 27.08.2020 по 20.10.2021, в сумме 3 187 875,50 руб., продолжив начисление пени с 21.10.2020 по день фактической
оплаты товара, расходы по оплате государственной пошлины по делу в сумме
56 914 руб.
Решение по иску обжаловано не было, вступило в законную силу, выдан исполнительный лист.
Поскольку на момент проверки обоснованности заявления кредитора о банкротстве ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление» документального подтверждения погашения задолженности должником перед заявителем в размере 6 007 998 руб. не представлено, суд признал требование кредитора обоснованным.
Вместе с тем, суд установил, что на дату рассмотрения заявления кредитора о банкротстве должника ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление», находится в стадии ликвидации (запись № 2214600235090 внесена в ЕГРЮЛ 22.12.2021), ликвидатором назначен ФИО4.
25.01.2022 решением арбитражного суда (резолютивная часть
от 25.01.2022) должник признан банкротом, в отношении ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление» открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО5
Определением суда от 21.03.2022 в реестр требований кредиторов в состав третьей очереди реестра требований кредиторов к должнику включены требования ООО «Амбрэндо» в размере 143 691 053,06 руб. основного долга.
Материалами настоящего дела о банкротстве (постановление Арбитражного суда Центрального округа от 29.02.2024) установлено, что согласно бухгалтерскому балансу размер чистых активов ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление» по итогам 2020 года составлял 639 806 000 руб., при совокупном обороте 2 016 849 000 руб. Кроме того, судом установлено, что на исполнении у должника находились государственные контракты на общую сумму свыше 12 000 000 000 руб.
При этом, при оспаривании сделок должника уполномоченный орган настаивал, что согласно бухгалтерскому балансу за 2021 год у должника имелись: основные средства - 4 955 000 руб., 24 978 000 руб. дебиторская задолженность, запасы - 391 574 000 руб., денежные средства - 2 673 000 руб.
20.09.2022 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, в котором просил привлечь ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, и приостановить производство по рассмотрению заявления до окончания расчетов с кредиторами.
Определением суда от 23.01.2023 арбитражный управляющий
ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление».
Определением суда от 08.02.2023 конкурсным управляющим
ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление» утвержден ФИО1
При рассмотрении обособленного спора о привлечении контролировавших должника лиц к имущественной ответственности по неисполненным обязательствам должника, судом установлено, что
ФИО4, ФИО3, ФИО2 последовательно являлись руководителями ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление», а именно:
ФИО2 – в период с 16.10.2018 по 24.06.2019;
ФИО3 – в период с 25.06.2019 по 21.12.2021;
ФИО4 (ликвидатор) – в период с 22.12.2021 по 24.01.2022.
Кроме того, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО4 являлся единственным участником
ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление».
Согласно отчету конкурсного управляющего от 18.09.2025 после инвентаризации имущества должника в конкурсную массу включено имущество балансовой стоимостью 19 697 4874,66 руб. (объекты недвижимости кадастровой стоимостью 4 097 648,02 руб. и дебиторская задолженность на основании 1-С в сумме 15 599 826,64 руб.).
При проведении процедуры банкротства общества конкурсный управляющий обратился в суд с ходатайством об истребовании у ликвидатора должника, являющегося единственным участником общества, документов, подтверждающих сведения бухгалтерской отчетности, в том числе, о дебиторской задолженности (с указанием перечня дебиторов и сумм).
15.09.2022 определением суд обязал ФИО4 передать конкурсному управляющему ФИО5 договоры, подтверждающие основания выбытия из собственности общества имущества в соответствии с оборотно-сальдовой ведомостью по счету 01.1 (осн.средства) за 2021 год и документы, подтверждающие дебиторскую задолженность.
Для принудительного исполнения судебного акта выдан исполнительный лист серия ФС от 13.10.2022, на основании которого возбуждено исполнительное производство № 330464/22/46038-ИП от 28.11.2022. Указанное исполнительное производство было впоследствии окончено в связи с исполнением требований исполнительного документа.
По жалобе конкурсного управляющего ФИО1 постановление об окончании исполнительного производства было отменено, вынесено постановление о возобновлении исполнительных действий от 17.05.2024, данное исполнительное производство зарегистрировано под номером
138693/24/46038-ИП.
ФИО4 в рамках настоящего дела обратился в суд с ходатайством о прекращении исполнительного производства, со ссылкой на то, что все имеющиеся у него документы были переданы в адрес конкурсного управляющего, иных документов не имеется. При рассмотрении ходатайства судом было установлено, что в соответствии с актом приема-передачи печатей и штампов от 28.01.2022 ФИО4 в адрес конкурсного управляющего ФИО5 была передана печать ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление» согласно оттиску, представленному в карточке образца оттиска печатей и штампов.
Кроме того, на основании акта приема-передачи документов
от 28.01.2022, ФИО4 конкурсному управляющему ФИО5 переданы документы хозяйственной деятельности общества, а именно: учредительные документы; решение № 3 от 15.12.2021 единственного участника о проведении ликвидации общества в добровольном порядке и назначении ликвидатора; решение единственного участника о назначении директора; приказ о вступлении в должность директора и ведению бухгалтерского учета; кадровые документы; договоры с контрагентами со всеми дополнениями; внутренняя и
внешняя корреспонденция; статистическая, налоговая, бухгалтерская отчетность; бухгалтерская первичка; корпоративные документы; сведения о зарегистрированных правах на объекты недвижимости на земельные участки с кадастровыми номерами: 46:11:050503:303, 46:11:050503:304, 46:11:050503:305, 46:11:050503:306; оборотно-сальдовые ведомости по счетам за 2019, 2020, 2021 гг.; прочая документация.
В связи с отсутствием доказательств того, что у ФИО4 имеются иные конкретные документы должника, арбитражный суд пришел к выводу о том, что судебный акт об истребовании документов исполнен ФИО4 в отношении тех документов, которые у него имелись, в полном объеме. Предоставление иных документов невозможно по причине их фактического отсутствия у ФИО4
При таких обстоятельствах, определением от 18.03.2025 суд прекратил исполнительное производство № 138693/24/46038-ИП, возбужденное 17.05.2024 на основании исполнительного листа ФС 036538221 от 13.10.2022 по делу
№ А35-11602/2021. Суд пришел к выводу, что все имевшиеся у ФИО4 документы в отношении должника переданы конкурсному управляющему, иные документы, в том числе в отношении дебиторской задолженности, у
ФИО4 отсутствуют.
Кроме того, суды пришли к выводу, что конкурсный управляющий не доказал период возникновения у должника признака неплатежеспособности для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в связи с не обращением руководителя с заявлением о банкротстве общества.
Вместе с тем, суд установил, что признанные недействительными в процедуре банкротства сделки должника не могли являться причиной банкротства должника, поскольку эти сделки не являются существенными применительно к объемам деятельности должника.
Отклоняя доводы конкурсного управляющего о наличии основания о взыскании убытков, суды установили, что в обоснование требования конкурсный управляющий указывает на то, что согласно оборотно-сальдовой ведомости по счету № 10 за 1-й квартал 2022 г. у ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление» на момент введения процедуры банкротства имелось имущество, балансовая стоимость которого составляла 390 097 373,62 руб.
Между тем, в ходе проведения мероприятий в рамках процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим указанное имущество обнаружено не было, при этом ФИО4, ФИО3 информацию о его местонахождении также не представили. Ответчики, возражая по существу заявленных требований, ссылались на наличие технической ошибки в бухгалтерских документах, фактические отсутствие у должника имущества на сумму 390 097 373,62 руб.
По результатам судебной бухгалтерской экспертизы эксперт сделал вывод о наличии в бухгалтерских документах общества (оборотно-сальдовой ведомости по счету 10 «Материалы» за период с 01.01.2022 по 30.04.2022 по состоянию на 30.04.2022) несписанных в нарушение положений по бухгалтерскому учету накопленных остатков товарно-материальных ценностей. В заключении экспертом указано, что предоставленные материалы судебного дела не содержат данные о результатах проведенных ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление» инвентаризаций по итогам 2020, 2021, 2022 гг., что
свидетельствует о том, что возможные бухгалтерские ошибки по учету товарно-материальных ценностей не выявлялись и не исправлялись.
Поскольку единственным доказательством, указывающим на наличие у должика имущества, является оборотно-сальдовая ведомость по счету № 10, суды пришли к выводу об отсутствии доказательств существования имущества, и как следствие отсутствие доказательств его утраты.
При изложенных обстоятельствах, установив отсутствие доказательств причинения вреда конкурсной массе, суды отказали конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о привлечении контролирующих лиц к имущественной ответственности по обязательствам должника.
Суд округа полагает, что в данному случае судами не верно распределено бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора, и не установлены обстоятельства, установление которых обязательно для разрешения вопроса о привлечении к имущественной ответственности контролировавших должника лиц.
Суды справедливо руководствовались правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, о том, что судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно, в любом случае, сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.
Однако из материалов дела следует, что причины невозможности должника рассчитаться с кредитором и прекращения должником хозяйственной деятельности, а равно не обращения в суд с заявлением о признании общества банкротом, ответчиками не раскрывались.
Как указано в постановлении № 6-П, необращение контролирующих лиц в арбитражный суд с заявлением о признании подконтрольного хозяйственного общества банкротом, их нежелание финансировать соответствующие расходы, непринятие ими мер по воспрепятствованию исключения юридического лица из государственного реестра при наличии подтвержденных судебными решениями долгов перед кредиторами свидетельствуют о намеренном пренебрежении данными контролирующими лицами своими обязанностями. Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, в том числе, аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.
Суды указанное не учли, ограничившись общим выводом о том, что в настоящем случае к банкротству общества привело изменение условий рынка, вызванного невозможностью конкурирования с иными обществами в области оказания услуг по государственным контрактам, а потому объективное банкротство обусловлено объективными причинами, а не неправомерными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц. Каких-либо доказательств того, что контролирующими лицами совершались сделки на явно невыгодных, убыточных условиях, с «фирмами-однодневками», с целью вывода активов общества, суды не усмотрели.
Верховный Суд РФ в своем определении от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809 указал, если неспособность удовлетворить требования кредитора
подконтрольного юридического лица спровоцирована реализацией воли контролирующих это юридическое лицо лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, то участники корпорации и иные контролирующие лица в исключительных случаях могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица.
В таких случаях, субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества может быть возложена на контролировавших его лиц, если неисполнение обязательств таким обществом обусловлено их недобросовестными или неразумными действиями (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).
Доказывание того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощено законодателем для истцов посредством введения опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов.
Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего («брошенный бизнес»). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091).
Верховный Суд РФ обращает внимание на то, что закон не только дает право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах (статья 2, часть 1 статьи 30, часть 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации, статьи 50.1, 51 ГК РФ, статьи 11, 13 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но и обязывает впоследствии ликвидировать созданное юридическое лицо в установленном порядке, гарантирующем, помимо прочего, соблюдение прав кредиторов этого юридического лица (статьи 61 - 64.1 ГК РФ, статья 57 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Во всяком случае, правопорядок не поощряет «брошенный бизнес», а добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать принципу "закончил бизнес - убери за собой".
Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной
неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).
Однако указанные разъяснения судами также не учтены.
При этом, единственный конечный бенефициар общества ФИО4, также принявший на себя обязанности ликвидатора общества, предусмотренные статьями 61 - 64.1 ГК РФ обязанности не исполнил, а презумпции, установленные статьей 61.11 Закона о банкротстве не опроверг.
В частности, согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством РФ, к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством РФ, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством РФ, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.
Порядок распределения бремени доказывания указанных обстоятельств разъяснен в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ
от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», из которого следует, что по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).
Материалы настоящего дела о банкротстве содержат убедительные свидетельства недобросовестного поведения ФИО6 в процедуре ликвидации должника (как на стадии добровольной ликвидации, так и на стадии банкротства), в частности при оспаривании сделок должника суд установил, что размер чистых активов ООО «Дорожное ремонтно-строительное управление» по итогам 2020 года составлял 639 806 000 руб., при совокупном обороте 2 016 849
000 руб. Кроме того, на исполнении у должника находились государственные контракты на общую сумму свыше 12 000 000 000 руб.
При этом, при оспаривании сделок должника уполномоченный орган настаивал, что согласно бухгалтерскому балансу за 2021 год у должника числились: основные средства - 4 955 000 руб., 24 978 000 руб. дебиторской задолженности, запасы - 391 574 000 руб., денежные средства - 2 673 000 руб.
Исходя из установленных обстоятельств имущественного состояния должника в периоды, предшествующие возбуждению дела о банкротстве, суд оценивал сделки должника, при этом, ФИО4 в силу пункта 3 статьи 126 Закона о банкротстве являлся лицом, участвующим в деле о банкротстве, о информацию об имущественном состоянии должника не опроверг, доводов, заявленных им при привлечении его к субсидиарной ответственности, не привел, обосновывающих доказательств не представил, что само по себе является противоречивым и непоследовательным поведением участника спора, которое попадает под действие принципа «эстоппель», а также положений части 4 статьи 1, статьи 10 ГК РФ.
Суд округа полагает, что, кроме прочего, в связи с не раскрытием документов и отсутствием объяснений относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность общества, в данном случае невозможно установить ни момент наступления объективного банкротства (пункт 4 постановления Пленума № 53 от 21.12.2017), ни ответственного за последствия избранного способа хозяйствования из числа последовательно сменявшихся в обществе руководителей: ФИО2 – с 16.10.2018 по 24.06.2019; ФИО3 – с 25.06.2019 по 21.12.2021; ФИО4 (ликвидатор) – с 22.12.2021 по 24.01.2022; в том числе и с использованием презумпции, определенной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.
Одновременно, согласно пункту 24 постановления Пленума № 53
от 21.12.2017 сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).
В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).
В настоящем случае судами не верно распределено бремя доказывания в споре, значимые для правильного разрешения спора фактические обстоятельства судами не установлены и не исследованы, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции (статья 287 АПК РФ), судебные акты по настоящему делу подлежат отмене с направлением дела в суд первой инстанции на основании пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ.
При новом рассмотрении дела суду необходимо в соответствии с частью 2.1 статьи 289 АПК РФ учесть сказанное в настоящем постановлении и устранить допущенные нарушения, а также предпринять меры для полного и всестороннего исследования доказательств и установления обстоятельств дела, в том числе оценить поведение контролировавших должника лиц, предложить им опровергнуть установленные Законом о банкротстве презумпции, и разрешить спор при правильном применении норм материального и процессуального права.
Изложенное является основанием для направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 АПК РФ).
Поскольку установление фактических обстоятельств невозможно в суде кассационной инстанции в силу ограниченности его полномочий, на основании частей 1 и 2 статьи 288 АПК РФ суд кассационной инстанции приходит к выводу о наличии правовых оснований для отмены определения Арбитражного суда Курской области от 19.05.2025 и постановления Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2025 по делу № А35-11602/2021, с направлением дела в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ, на новое рассмотрение в Арбитражный суд Курской области.
Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Курской области от 19.05.2025 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2025 по делу № А35-11602/2021 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Курской области.
Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.
Председательствующий М.А. Григорьева
Судьи Т.Ф. Ахромкина
Н.В. Еремичева