ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-24201/2023

г. Москва

18 декабря 2023 года

Дело № А41-64002/23

Судья Десятого арбитражного апелляционного суда Бархатова Е.А.,

рассмотрев в порядке статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Московской области от 19.10.2023 по делу № А41-64002/23, рассмотренному в порядке упрощенного производства,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Зингер СПб» (далее – ООО «Зингер СПБ», истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, ответчик) с исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 в размере 62 500 руб., расходов на приобретение товара в размере 250 руб., на оплату услуг почтовой связи в размере 129 руб., на получение выписки из ЕГРНИП в размере 200 руб., на фиксацию правонарушения в размере 8 000 руб.

Дело рассмотрено судом первой инстанции в порядке упрощенного производства в соответствии с главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Московской области от 19.10.2023 исковое заявление удовлетворено.

Не согласившись с указанным судебным актом, ИП ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой в Десятый арбитражный апелляционный суд, в которой просит судебный акт отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела и неправильное применение норм права.

Согласно ст. 272.1 АПК РФ апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Законность и обоснованность судебного акта проверена арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Десятый арбитражный апелляционный суд, в соответствии со ст. ст. 266, 268 АПК РФ, изучив материалы дела, проанализировав доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ИП ФИО1

Как следует из материалов дела, ООО «Зингер СПб» принадлежит исключительное право на товарный знак ZINGER по международной регистрации № 266060, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков в отношении товаров 06, 08, 14, 21, 26, 35, 42 классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ) (срок действия права до 03.07.2030).

11.08.2021 между ООО «Зингер СПб» (лицензиар) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (лицензиат) заключен лицензионный договор, по условиям которого лицензиар предоставил лицензиату на срок действия договора право использования на неисключительной основе товарного знака ZINGER (по свидетельству № 266060) в отношении товаров, включенных в 8, 35 классы МКТУ.

Ссылаясь на то, что 22.02.2021 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, промтовары «Щедруха», был реализован контрафактный товар – маникюрные инструменты по цене 250 руб., истец направил в адрес ответчика претензию от 25.07.2023 с требованиями прекратить нарушение интеллектуальных прав и выплатить компенсацию за допущенное нарушение.

Оставление указанной претензии ответчиком без удовлетворения послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из их обоснованности.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения искового заявления в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 названного Кодекса лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 названного Кодекса исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе, сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 названного Кодекса).

Наличие у истца исключительного права на товарный знак ZINGER по международной регистрации № 266060, в защиту которого предъявлен иск, подтверждается представленным в материалы дела свидетельством.

Факт реализации именно ответчиком спорного товара подтверждается представленными в материалы дела кассовым чеком от 22.02.2021, в котором имеется указание на фамилию, имя ответчика как продавца, ИНН <***>, принадлежащий ИП ФИО1, фотоизображением спорного товара.

При этом суд принимает во внимание, что согласно сведениям Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей содержатся сведения только об одном индивидуальном предпринимателе с фамилией, именем и отчеством, указанными в кассовом чеке, имеющем ИНН ответчика.

Представленная в материалы дела видеозапись от 22.02.2021 подтверждает факт приобретения спорного товара истцом и реализации его ответчиком, производилась без нарушения законодательства, соответствует принципам относимости и допустимости доказательств.

Как усматривается из содержания отзыва на исковое заявление, факт нарушения исключительного права истца на товарный знак ZINGER по международной регистрации № 266060 ответчиком не оспорен (л.д. 61 – 62).

Следовательно, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что материалами дела подтверждается факт незаконного использования ответчиком товарного знака истца по свидетельству Российской Федерации № 266060.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ за незаконное использование товарного знака правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В настоящем случае общество заявило о взыскании компенсации исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по договору неисключительной лицензии.

Как разъяснено в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 10), рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно абзацу шестому пункта 61 постановления № 10, если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных товаров, то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих товаров, по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, стоимости контрафактных товаров, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

В обоснование размера предъявленной к взысканию компенсации истцом представлен лицензионный договор от 11.08.2021, предоставляющий право на использования товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении товаров 08, 35 классов МКТУ.

Согласно пункту 2 указанного договора, лицензиат выплачивает лицензиару за предоставление права использования товарного знака № 266060 ежегодное вознаграждение в размере 750 000 руб.

Указанный лицензионный договор является действующим, заключен в соответствии с требованиями закона.

Во исполнение п. 2 ст. 1235 указанный договор зарегистрирован в установленном порядке.

Лицензиатом - ИП ФИО2 п. 2 лицензионного договора от 11.08.2021 исполняется, что подтверждается платежными поручениями № 130 от 28.10.2021, № 131 от 06.12.2021.

Исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по договору неисключительной лицензии от 11.08.2021 размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 в двукратном размере составляет 62 500 руб. из расчета: 750 000 руб. / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения/ 12 месяцев х 2 = 62 500 руб.

Вопреки мнению ответчика тот факт, что лицензионный договор заключен после совершения нарушения, не дает оснований для признания договора ненадлежащим доказательством.

Если истцом в подтверждение стоимости права использования товарного знака представлен лицензионный договор, заключенный после совершения нарушения исключительных прав и ответчик не опроверг это доказательство (в частности, не доказал, что стоимость снизилась со времени совершения нарушения), то суд принимает для расчета компенсации стоимость права использования товарного знака по этому лицензионному договору (постановление Суда по интеллектуальным правам от 04.07.2022 по делу № А32-42381/2019).

В настоящем случае ответчик не представил доказательств, опровергающих цену законного использования товарного знака, согласованную в представленном истцом лицензионном договоре.

В отношении доводов ответчика о необходимости деления вознаграждения по лицензионному договору на количество субъектов Российской Федерации при расчете суммы компенсации суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Ответчик вправе оспорить стоимость права использования, на основании которой истцом рассчитан размер компенсации. В случае если ответчик не оспорит рассчитанный истцом размер компенсации (не заявит соответствующий довод и не обоснует его), исковые требования подлежат удовлетворению в заявленном размере.

Представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, то суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, или иная территория); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

Ответчиком не представлялись какие-либо доказательства, в том числе иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца.

Примененный судом первой инстанции алгоритм определения цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, не противоречит положениям статьи 1515 ГК РФ, а также разъяснениям, содержащимся в пункте 61 постановления № 10.

Взысканный судом первой инстанции размер компенсации не влечет недобросовестного обогащения истца, а также избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, при этом безусловно лишает последнего стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности иных лиц без законных на то оснований.

Взыскание судом компенсации в размере ниже исчисленного истцом, исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака возможно в случае, если судом определена иная цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации тем способом, который использовал нарушитель.

При этом для определения размера стоимости права использования товарного знака суд должен определить (с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле) на что конкретно направлены (если они имеются) доводы ответчика о необходимости взыскания компенсации в меньшем размере, чем заявлено истцом, - на оспаривание доказываемой истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного по формуле (пункты 1, 2 части 4 статьи 1515 ГК РФ).

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (пункт 2 части 4 статьи 1515 ГК РФ), императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться лишь на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права. При определении стоимости права использования спорного товарного знака необходимо учитывать способ его использования нарушителем, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования.

Поддержанная в апелляционной жалобе позиция ответчика относительно необходимости уменьшения размера компенсации за нарушение исключительных авторских прав истца не обоснована и не учитывает нормы действующего правового регулирования о том, что взыскание с нарушителя исключительного права компенсации в размере значительно ниже затрат на защиту исключительного права, которые вынужден нести правообладатель, ограничивает возможность защиты интеллектуальной собственности, и не только не обеспечит восстановления имущественной сферы истца, но и не будет способствовать достижению публично-правовой цели - стимулированию участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению, исключающему получение необоснованных преимуществ в предпринимательской деятельности с помощью неправомерных методов и средств.

Взыскание компенсации в предложенном ответчиком размере путем деления указанной в лицензионном договоре суммы на количество субъектов не покрывает затраты правообладателя на защиту своего исключительного права, не соответствует требованиям справедливости, равенства и соблюдения баланса прав и законных интересов сторон.

Подобная ситуация противоречит пункту 4 статьи 1 ГК РФ, согласно которому никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения, и фактически препятствует правообладателю защищать свое нарушенное право в судебном порядке.

Податель жалобы полагает, что имеются основания для снижения компенсации. Между тем, в установленном порядке суду первой инстанции о снижении компенсации ответчик не заявил, доказательства наличия оснований для такого снижения не представил.

Доводы апелляционной жалобы проверены апелляционным судом и отклонены, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства и не могут повлиять на законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебного акта в любом случае, судом первой инстанции не допущено.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить или изменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Несогласие ИП ФИО1 с выводами суда первой инстанции не может являться основанием для отмены обжалуемого решения.

На основании изложенного, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что арбитражным судом первой инстанции принято законное и обоснованное решение, полно и правильно установлены и оценены обстоятельства дела, применены нормы материального права, подлежащие применению, и не допущено нарушений процессуального закона, в связи с чем оснований для отмены или изменения судебного акта не имеется.

Учитывая изложенное выше, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьями 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 19.10.2023 по делу № А41-64002/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья

Е.А. Бархатова