Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Волгоград Дело №А12-24492/2023

Резолютивная часть решения объявлена 05 декабря 2023 года

Решение в полном объеме изготовлено 12 декабря 2023 года

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Пильника С.Г. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тарасовой Е.М., рассмотрев с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) в судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав

при участии в заседании

от индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО4 по доверенности от 05.10.2023г. (онлайн) и ФИО5 по доверенности от 05.10.2023г. (онлайн);

от индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 - ФИО6 по доверенности от 18.10.2023;

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО7) обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 ФИО3 (далее – ответчик, ИП ФИО2 Ф.А.А.), в котором просит обязать ответчика удалить из социальных сетей и иных информационных ресурсов в сети Интернет, с материалов, которыми сопровождается оказание услуг, в том числе с документации (меню), рекламы, вывесок и предметов интерьера в заведении по адресу: <...>, обозначения «ЦЕХ», «», сходные до степени смешения с товарным знаком, принадлежащим ИП ФИО7 (свидетельство № 700226). Кроме того истец просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак (свидетельство № 700226) в размере 1 600 000 руб. и судебную неустойку в размере 1 000 руб. в день за каждый день неисполнения ИП ФИО2 Ф.А.А. решения суда в части обязанности прекратить использование обозначений «ЦЕХ»,«», сходных до степени смешения с товарным знаком, принадлежащим ИП ФИО1 (свидетельство № 700226).

Ответчик иск не признает по мотивам, изложенным в отзыве и дополнениях.

Изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в деле доказательства и оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела,индивидуальный предприниматель ФИО1 является правообладателем товарного знака «ЦЕХ этого города» (далее - товарный знак), что подтверждается свидетельством о праве на товарный знак (знак обслуживания) № 700226 (регистрация в Государственном реестре товарных знаков обслуживания Российской Федерации 22.02.2019 г., приоритет товарного знака 27.06.2018г., срок действия до 27.06.2028 г.) в отношении услуг классов 43 и 41 МКТУ, а именно: класс 43 закусочные; кафе; кафетерии; мотели; прокат кухонного оборудования; прокат мебели, столового белья и посуды; рестораны; рестораны самообслуживания; столовые на производстве и в учебных заведениях; услуги баров; услуги кемпингов; услуги по приготовлению блюд и доставке их на дом; класс 41 развлечение гостей; развлечения; организация культурно-просветительных мероприятий.

ИП ФИО7 является владельцем сети ресторанов «ЦЕХ этого города» и оказывает потребителям услуги в сфере общественного питания и деятельности ресторанов как самостоятельно, так и опосредованно через франчайзи на основании договоров коммерческой концессии.

Истец ссылается на то, что на территории России под товарным знаком функционирует 14 ресторанов в 10 городах, в том числе в г. Волгоград.

ИП ФИО7 стало известно о том, что ИП ФИО2 ФИО3 оказывает потребителям услуги в сфере общественного питания, используя обозначения «ЦЕХ»,«», соответствующий товарный знак Роспатентом не зарегистрирован) (далее - спорные обозначения).

Спорные обозначения используются ИП ФИО2 Ф.А.А. как непосредственно при оказании потребителям услуг в кафе (ресторане), расположенном по адресу: <...> (обозначения размещены на вывеске, в меню, на предметах интерьера и т.п.), так и для продвижения и рекламы данных услуг в сети Интернет (в частности, в социальных сетях).

Спорные обозначения используются ИП ФИО2 Ф.А.А. для рекламирования и продвижения своего заведения в социальной сети «Instagram» - аккаунт «tseh vlg». По мнению истца, само наименование аккаунта «tseh vlg» также схоже с наименованиями аккаунтов сети ресторанов «ЦЕХ этого города», принадлежащей истцу: «tseh kzn», «tseh krd», «tseh tula»), что также влечет за собой возможность возникновения у потребителей представления о принадлежности заведения ответчика к сети ресторанов истца.

Исходя из информации, опубликованной на указанном аккаунте заведения ответчика, спорные обозначения используются ИП ФИО2 Ф.А.А. в предпринимательской деятельности с декабря 2022 года. Содержание данного аккаунта подтверждается распечатками скриншотов и видеозаписью экрана смартфона.

Факт использования спорных обозначений ИП ФИО2 Ф.А.А. при оказании потребителям услуг в кафе (ресторане) зафиксирован посредством видеосъемки, произведенной в принадлежащем ответчику заведении.

Истец полагает, что индивидуализирующим элементом товарного знака и спорного обозначения, является словесный элемент «ЦЕХ», который визуально доминирует и акцентирует на себе наибольшее внимание. Данные словесные элементы (обозначения) имеют сходство по следующим признакам: звуковое (фонетическое) сходство: наличие совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях (слово «Цех»); графическое (визуальное) сходство: общее зрительное впечатление, схожий вид щрифта, совпадающее графическое написание с учетом характера букв (печатные заглавные буквы); схожее расположение букв по отношению друг к другу; совпадающий алфавит, буквами которого написано слово (алфавит русского языка, кириллица); смысловое (семантическое) сходство: совпадение значения слова «Цех», используемого в сравниваемых обозначениях, схожесть заложенных в обозначениях понятий, идей.

Включение в сравниваемые товарные знаки (обозначения) словесных элементов тождественных в фонетическом и семантическом отношении и схожих визуально обуславливает высокую степень сходства данных товарных знаков (обозначений). Несмотря на отдельные графические отличия в целом спорные обозначения ассоциируется с товарным знаком.

ИП ФИО7 и ИП ФИО2 Ф.А.А. занимаются предпринимательской деятельностью в сфере общественного питания (деятельность кафе, ресторана). Данное обстоятельство указывает на высокую степень однородности услуг ИП ФИО7 и ИП ФИО2 Ф.А.А. Оказание предпринимателями услуг в одной сфере, для индивидуализации которых используются сходные товарные знаки (обозначения), влечет за собой возможность возникновения у потребителей представления об оказании данных услуг одним лицом.

Также из видеозаписи, произведенной в заведении ответчика, и скриншотов страниц с сайта ресторана «ЦЕХ этого города» прослеживается стилистическая схожесть дизайна интерьеров принадлежащих сторонам заведений.

С учетом схожести спорных обозначений с товарным знаком данное обстоятельство также указывает на возможность отнесения потребителями заведения ответчика к сети ресторанов «ЦЕХ этого города».

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения ИП ФИО7 в арбитражный суд с исковым заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

По смыслу нормы указанной статьи нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Возможность взыскания компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак предусмотрена статьей 1515 ГК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования.

При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии. Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец является обладателем исключительных прав на знак обслуживания «ЦЕХ этого города» по свидетельству Российской Федерации № 700226.

Принадлежность истцу исключительных прав на товарный знак установлена судом на основании представленных в материалы дела доказательств и ответчиком не оспаривается.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление N 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ.

В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании наименования места происхождения товара либо сходного с ними до степени смешения обозначения.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться не только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в Постановлении N 10.

Так, в соответствии с пунктом 41 Правил N 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 42 названных Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам. 1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 43 Правил N 482 изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы. Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. Пунктом 44 Правил N482 установлено, что комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.

При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 данных Правил N482, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

В пункте 162 Постановления N10 и пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

При определении сходства комбинированных обозначений исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется, следовательно, экспертиза по таким вопросам не проводится.

Для установления факта нарушения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения обозначения и товарного знака обычным потребителем соответствующих товаров. Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия. Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения зависит от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров. При этом такая вероятность может иметь место и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров, а также при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) обозначения и товарного знака.

При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара. Обстоятельства, связанные с определением сходства товарных знаков, в защиту исключительных прав на которые обращается истец, и обозначения, используемого ответчиком, имеют существенное значение для установления факта нарушения исключительных прав на товарные знаки, при этом суд должен учитывать представленные сторонами доказательства.

С учетом приведенных правовых норм и подходов правоприменительной практики в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений. Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев, после чего с учетом приведенного анализа осуществляется сравнение обозначений в целом. В случае установления отсутствия сходства дальнейший анализ не производится.

При этом вхождение одного обозначения (например, словесного элемента, являющегося единственным элементом в защищаемом товарном знаке истца) в другое исключает вывод о несходстве таких обозначений. В случае установления сходства осуществляется анализ возможности смешения сравниваемых обозначений. При анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров и услуг, но и различительная способность защищаемых товарных знаков.

Принадлежащий истцу товарный знак «ЦЕХ этого города» представляет из себя комбинированное обозначение, содержащее как словесное, так и изобразительное обозначения, а используемые ответчиком обозначения «ЦЕХ кухня/бар » и «ЦЕХ» являются комбинированным обозначением, состоящим из словесного и изобразительного элементов, и словесным обозначением, соответственно.

Логотип истца имитирует столовые приборы – ложка, нож, вилка, белого цвета на горчичном, бежевом и белом фоне, тогда как у логотипа ответчика черный фон и оранжевые буквы «ЦЕХ», у истца и ответчика разные шрифты написания слова.

Суд первой инстанции отмечает, что сильным (индивидуализирующим) элементом товарного знака и спорных обозначений является словесный элемент «ЦЕХ», поскольку с учетом места расположения данного элемента в сравниваемых обозначениях и логического ударения на нем именно данный элемент доминирует и акцентирует на себе наибольшее внимание, именно он запоминается потребителем при восприятии данных обозначений.

При этом элемент «…ЭТОГО ГОРОДА» в словесном обозначении товарного знака является слабым (второстепенным) и неохраняемым элементом, поскольку в отличие от сильного элемента «ЦЕХ» он не обладает оригинальностью и различительной способностью. Данный элемент не имеет самостоятельного значения и является характеризующим (описательным). Второстепенное значение указанного элемента также подтверждается тем, что на сайте заведения «ЦЕХ этого города» ресторан также сокращенно именуется как «ЦЕХ».

Наличие в товарном знаке словесного элемента «ЭТОГО ГОРОДА» связано с тем, что товарный знак используется истцом и его франчайзи в деятельности ресторанов сети «ЦЕХ этого города», находящихся в различных городах России.

Доминирующие словесные элементы «ЦЕХ», входящие в состав товарного знака и спорных обозначений, по звуковому (фонетическому) и смысловому (семантическому) признаку являются тождественными, а также имеют графическое (визуальное) сходство.

При этом различия между изобразительными обозначениями, входящими в состав товарного знака и спорного обозначения, носят второстепенный характер, поскольку данные обозначения в сравнении со словесным элементом «ЦЕХ» не являются сильными (доминирующими) элементами. Данные обозначения не обеспечивают качественно разное общее восприятие сравниваемых обозначений (в особенности это касается фонетического восприятия обозначений).

Наряду с этим, в товарном знаке и спорных обозначениях используются одинаковые цвета: черный, белый и оттенки оранжевого цвета. Таким образом, несмотря на отдельные визуальные различия, в целом спорные обозначения имеют высокую степень сходства с товарным знаком и ассоциируются с ним.

Ссылка ИП ФИО2 Ф.А.А. на отчет о результатах полной проверки обозначения «ЦЕХ», подтверждающий, по мнению ответчика, отсутствие сходности до степени смешения между комбинированным спорным обозначением и товарным знаком, судом не принимается во внимание. В данном отчете отсутствуют сведения о наличии у лица, подготовившего отчет, специальных познаний в соответствующих областях.

Представленный ответчиком отчет опровергается ответом на заявку о регистрации товарного знака, подготовленным патентным поверенным ФИО8, поскольку из его содержания следует, что комбинированное спорное обозначение имеет сходство до степени смешения с товарным знаком и с иными товарными знаками, содержащими словесное обозначение «ЦЕХ».

Между тем представленный ответчиком отчет также подтверждает, что доминирующим словесным элементом исследуемых товарных знаков является словесный элемент «ЦЕХ», его использование является препятствием для регистрации спорных обозначений в данной сфере (43 класс МКТУ – рестораны, кафе).

Исходя из отчета, существенными препятствиями для регистрации комбинированного спорного обозначения в качестве товарного знака является наличие, в частности, зарегистрированных товарных знаков «ЦЕХ рюмочная» и «Горячий цех». При этом товарный знак «Горячий цех» вообще не содержит изобразительного обозначения и также содержит второстепенный элемент - словесное обозначение «горячий», а товарный знак «ЦЕХ рюмочная» содержит второстепенный элемент - словесное обозначение «рюмочная» и изобразительное обозначение (три рюмки).

Тот факт, что наличие зарегистрированных товарных знаков «ЦЕХ рюмочная» и «Горячий цех» является препятствием для регистрации комбинированного спорного обозначения, подтверждает, что наличие зарегистрированного товарного знака «ЦЕХ этого города» (изобразительным элементом которого являются столовые приборы, а не рюмки, и дополнительным словесным элементом которого является «нашего города», а не аналогичные словесные элементы «рюмочная» или «горячий») исключает возможность правомерного использования комбинированного спорного обозначения ответчиком.

Предпринимательская деятельность сторон спора связана с оказанием потребителям услуг в сфере общественного питания и развлечений (классы 43 и 41 МКТУ). Данное обстоятельство ответчиком также не оспаривается. Кроме того, осуществление ИП ФИО2 Ф.А.А. предпринимательской деятельности в сфере общественного питания подтверждается видеозаписями, произведенными в заведении, а также наличием в комбинированном спорном обозначении словесного элемента «КУХНЯ/БАР».

Указанная ответчиком специфика деятельности принадлежащих сторонам заведений (порядок оплаты услуг, количество блюд, наличие дополнительных услуг) не опровергает факт осуществления обеими сторонами предпринимательской деятельности в одной сфере – сфере общественного питания и развлечений (кафе, рестораны, бары).

Таким образом, оказываемые сторонами услуги являются однородными, в связи с чем, использование сходных товарных знаков (обозначений) для индивидуализации данных услуг влечет за собой возможность возникновения у потребителей представления об оказании данных услуг одним лицом. С учетом высокой степени сходства вышеуказанных обозначений и однородности услуг сторон спорные обозначения являются сходными до степени смешения с товарным знаком.

При сопоставлении спорного обозначения ответчика с товарным знаком истца с точки зрения их графического и визуального сходства судом учтены правовые позиции, изложенные в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 N 2979/06, от 17.04.2012 N 16577/11, в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, согласно которым вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Оценивая наличия сходства между товарным знаком истца и обозначением ответчика, несмотря на отсутствие сходства по общему зрительному впечатлению, отмечает следующее: - при оценке тождественности или сходства до степени смешения между сравниваемыми обозначением и товарным знаком суд руководствуется не только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), методологическими подходами правоприменительной практики, изложенными в Руководстве по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24.07.2018 N 128 (далее - Руководство N 128); - при анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров и услуг, но и различительная способность защищаемого товарного знака; - как следует из материалов дела, принадлежащие истцу товарные знаки по свидетельству Российской Федерации N 299509, 647502 использованы ответчиком не на товарах (подпункт 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ), которые фактически предлагаются к продаже ответчиком третьим лицам, а на вывеске помещения (подпункт 4 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ), то есть в отношении услуг 35-го класса МКТУ "закупка и обеспечение предпринимателей товарами", для которых указанный товарный знак зарегистрирован (право использования).

Использование ИП ФИО2 Ф.А.А. спорных обозначений в своей предпринимательской деятельности нарушает исключительное право ИП ФИО1 на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак действует в течение десяти лет с даты подачи заявки на государственную регистрацию товарного знака в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности либо в случае регистрации товарного знака по выделенной заявке с даты подачи первоначальной заявки.

Исходя из свидетельства о праве на товарный знак (знак обслуживания) № 700226 исключительное право истца на товарный знак действует с 27.06.2018 г. на всей территории Российской Федерации без исключений.

В связи с чем, дата открытия заведения сети ресторанов «Цех этого города» в г. Волгоград не влияет на правовую охрану товарного знака.

При таких обстоятельствах суд считает обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истца обязать индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 удалить из социальных сетей и иных информационных ресурсов в сети Интернет, с материалов, которыми сопровождается оказание услуг, в том числе с документации (меню), рекламы, вывесок и предметов интерьера в заведении по адресу: <...>, обозначения «ЦЕХ», «», сходные до степени смешения с товарным знаком, принадлежащим индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) (свидетельство № 700226).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно пп. 1 п. 4 статьи 1515 ГК РФ в отношении товарного знака, правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации в размере от 10000 руб. до 5 000 000 руб.

В рассматриваемом случае истцом избран вид компенсации, взыскиваемой на основании пп. 1 п. 4 статьи 1515 ГК РФ в размере 1 600 000 рублей исходя, в том числе, из использования спорных обозначений с декабря 2022 года.

Из пункта 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума N 10) следует, что, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд первой инстанции считает, что компенсация в заявленном истцом размере 1600000 руб., является чрезмерной, не соответствует требованию справедливого судебного разбирательства, а также принципу соразмерности гражданско-правовой ответственности и, тем самым, приводит к осуществлению прав истца с нарушением прав и свобод ответчика сверх меры, в какой это необходимо в целях защиты, исходя из характера и длительности нарушения, также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, отсутствие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, а также отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающие наличие у истца убытков вследствие допущенного ответчиком нарушения, с учетом возможных объемов реализации продукции ответчиком и ее стоимости, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, исходя из требований разумности и справедливости, факт того, что исключительные права на объекты интеллектуальной собственности принадлежат одному правообладателю, нарушены одним действием, основываясь на внутренней оценке совокупности всех собранных по делу доказательств, арбитражный суд на основании статьей 1225, 1229, 1252, 1257, 1270, 1301, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации изложенных в Постановлении от 13.12.2016 года N 28-П, суд первой инстанции приходит к выводу о несоразмерности заявленной истцом суммы компенсации и соразмерной компенсацию за нарушение исключительных прав истца на средство индивидуализации в размере 10 000 руб.

Данная сумма будет достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие нарушения его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.

Согласно ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Учитывая частичное удовлетворение исковых требований понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 181 руб. подлежат возмещению истцу стороной ответчика.

Также истец просил взыскать с ответчика судебную неустойку на случай неисполнения судебного акта в части обязанности прекратить использование обозначения «ЦЕХ», «», рассчитывая такую неустойку в размере 1 000 рублей за каждый день неисполнения решения с момента вступления в законную силу до дня фактического исполнения.

Согласно части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии со статьей 7 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 года № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» и статьей 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Из определения Конституционного Суда РФ от 20.03.2008 № 153-О-О следует, что согласно частям 1 и 2 статьи 6 ФЗ от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» вступившие в законную силу постановления федеральных судов, мировых судей и судов субъектов РФ подлежат неукоснительному исполнению на всей территории РФ; неисполнение постановления суда, а равно иное проявление неуважения к суду влекут ответственность, предусмотренную федеральным законом.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, исполнение судебного решения по смыслу части 1 статьи 46 Конституции РФ следует рассматривать как элемент судебной защиты; соответственно, защита нарушенных прав не может быть признана действенной, если судебный акт не исполняется (постановления от 30.07.2001 № 13-П, от 15.01.2002 № 1-П, от 14.05.2003 № 8-П, от 14.07.2005 № 8-П, от 12.07.2007 № 10-П, от 26.02.2010 № 4-П, от 14.05.2012 № 11-П). Неисполнение судебных актов, а также невыполнение требований арбитражных судов влечет за собой ответственность, установленную названым Кодексом и другими федеральными законами (часть 2 статьи 16 АПК РФ).

Согласно статье 308.3 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами иди договором либо не вытекает из существа обязательства (пункт 1 статьи 330 ГК РФ) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

Защита кредитором своих прав в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи не освобождает должника от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (глава 25).

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств», на основании пункта 1 статьи 308.3 ГК РФ в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (статья 304 ГК РФ), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредиторавзыскателя (далее - судебная неустойка).

Поскольку обязательность исполнения судебных решений является неотъемлемым элементом права на судебную защиту, неисполнение судебного акта или неправомерная задержка его исполнения не обеспечивают кредитору компенсации потерь, а должник, в свою очередь, необоснованно извлекает выгоду от неисполнения обязательства, что очевидно входит в противоречие с основными задачами судебной защиты.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации размер присуждаемой суммы определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения. При этом в результате такого присуждения исполнение судебного акта должно для ответчика оказаться более выгодным, чем его неисполнение.

Определяя размер присуждения денежных средств на случай неисполнения судебного акта, суд учитывает степень затруднительности исполнения судебного акта, возможности ответчика по добровольному исполнению судебного акта, его имущественное положение, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Денежные средства, присуждаемые на случай неисполнения судебного акта, определяются судом в твердой денежной сумме, взыскиваемой единовременно, либо в денежной сумме, начисляемой периодически.

Руководствуясь принципами справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из недобросовестного поведения, с учетом имущественного положения ответчика и необходимости соблюдения баланса интересов сторон, а также конкретных обстоятельств дела суд первой инстанции считает необходимым определить размер судебной неустойки в сумме 300 руб. за каждый день просрочки с момента истечения установленного судом срока для добровольного исполнения решения суда до его фактического исполнения.

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) удалить из социальных сетей и иных информационных ресурсов в сети Интернет, с материалов, которыми сопровождается оказание услуг, в том числе с документации (меню), рекламы, вывесок и предметов интерьера в заведении по адресу: <...>, обозначения «ЦЕХ», «», сходные до степени смешения с товарным знаком, принадлежащим индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) (свидетельство № 700226).

В случае неисполнения решения суда в части обязанности прекратить использование обозначения «ЦЕХ», «», взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) судебную неустойку в размере 300 руб. за каждый день просрочки с момента вступления в законную силу до дня фактического исполнения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак (свидетельство № 700226) в размере 10 000 руб. и понесенные судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 181 руб.

В оставшейся части исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) оставить без удовлетворения.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в апелляционном порядке в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия, апелляционная жалоба подается через арбитражный суд Волгоградской области.

Судья С.Г. Пильник