ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

31 марта 2025 года

Дело №А56-73198/2024/тр.5

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 31 марта 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена,

судей Е.В. Будариной, А.В. Радченко,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Э.Б. Аласовым,

при участии:

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 03.12.2024,

от финансового управляющего ФИО3: ФИО4 по доверенности от 28.02.2025,

ФИО5 лично, по паспорту,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-4914/2025) финансового управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.02.2025 по обособленному спору № А56-73198/2024/тр.5 (судья Синицына Е.В.), принятое по заявлению ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6,

установил:

26.07.2024 ФИО6 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом).

Определением арбитражного суда от 29.07.2024 указанное заявление принято к производству.

Решением арбитражного суда от 03.10.2024 ФИО6 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Сведения о введении реализации имущества опубликованы в газете Коммерсантъ № 188(7878) от 12.10.2024.

В арбитражный суд 04.12.2024 поступило заявление ФИО1 о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6 требования в размере 1 160 122 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Дело рассмотрено судом в порядке документарного производства без вызова сторон в соответствии с частью 5 статьи 228 АПК РФ по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Определением, вынесенным в виде резолютивной части от 14.01.2025, требование ФИО1 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6 в размере 1 160 122 руб. основного долга, а также 59 804 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Судом первой инстанции 17.02.2025 в связи с поступлением апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО3 составлено мотивированное определение по обособленному спору.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий ФИО3 просит определение отменить, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления кредитора о включении его требования в реестр отказать. Податель жалобы ссылается на непредставление достаточного объёма доказательств для включения задолженности в реестр с учётом повышенного стандарта доказывания, применяемого в делах о банкротстве, поскольку кредитором представлена лишь расписка и выписка по счёту. Финансовый управляющий настаивает, что сама по себе выписка предоставление денежных средств должнику в качестве займа не подтверждает притом, что источник происхождения денежных средств (финансовая возможность) не раскрыт, а сведения о том, каким образом денежные средства расходовались должником, не представлены.

От ФИО5 поступил отзыв, в котором кредитор просит определение отменить, ссылается на нарушение судом первой инстанции норм процессуального и материального права, полагая, что имеются безусловные основания для отмены принятого судебного акта, выразившиеся в рассмотрении требования кредитора без проведения судебного заседания. ФИО5 указывает на то, что в материалы спора были представлены как его возражения, так и кредитора ФИО7, а также финансового управляющего с просьбой рассмотреть требование кредитора в судебном заседании, однако информация о назначении судебного заседания в электронной системе не размещалась, участвующие в деле лица о дате, времени и месте рассмотрения заявления не извещались. Кроме того, кредитор считает, что требование ФИО1 основано на мнимой сделке, совокупность представленных доказательств не подтверждает передачу должнику денежных средств в размере 1 160 122 руб. в качестве займа либо кредита; в своём заявлении ФИО6 не указала ФИО1 в качестве кредитора; ФИО6 не представила финансовому управляющему сведений о наличии долга перед ФИО1; ФИО6 не представила доказательств оповещения ФИО1 как кредитора о подаче заявления о банкротстве. При этом в адрес должника поступило 218 платежей, значительная часть которых малыми суммами; попыток возврата денежных средств в течение трех лет не предпринималось. Более того, кредитор полагает, что денежные средства предоставлялись в качестве финансовой помощи в воспитании сына ФИО8.

Определением апелляционного суда от 25.02.2024 апелляционная жалоба финансового управляющего ФИО3 принята к производству, дело, рассмотренное судом первой инстанции в порядке документарного производства, назначено к судебному разбирательству в судебном заседании на 26.03.2025.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО3 доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал.

Кредитор ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддержал с учётом позиции, изложенной в отзыве.

Представитель ФИО1 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, письменную позицию ФИО5 в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и указывает кредитор, в период с 17.02.2021 по 05.01.2024 ФИО1 по просьбам ФИО6 предоставил ей заемные средства в совокупном размере 1 160 122 руб.

Перечисление кредитором денежных средств в пользу ФИО6 подтверждено представленной выпиской по счёту ФИО1, открытому в ПАО «Сбербанк». Также кредитором представлена расписка, из которой следует, что ФИО6 по состоянию на 01.06.2024 подтвердила получение денежных средств от ФИО1 в обозначенный период в размере 1 160 122 руб.

Приведённые обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО1 04.12.2024 в арбитражный суд с настоящим заявлением. Кредитор, ссылаясь на то, что ФИО6 в расписке от 01.06.2024 обязалась возвратить полученную сумму в течение одного года, то есть до 01.06.2025, вместе с тем решением арбитражного суда от 03.10.2024 ФИО6 признана несостоятельной (банкротом), просил признать требование обоснованным и включить задолженность в третью очередь удовлетворения.

Разрешая обособленный спор, суд первой инстанции, не усмотрел оснований для перехода к его рассмотрению в общем порядке. Сохранив документарный порядок рассмотрения спора, суд признал требование ФИО1 обоснованным и подлежащим удовлетворению в составе третьей очереди удовлетворения, исходя из того, что на дату обращения с заявлением сумма предоставленных заемных средств составила 1 160 122 руб., что подтверждается выпиской по счёту кредитора и распиской должника.

Поддерживая доводы апелляционной жалобы финансового управляющего, кредитор ФИО5 настаивает на нарушении судом норм процессуального права, связанных с рассмотрением требования кредитора без проведения судебного заседания и неуведомления участвующих в деле лиц о рассмотрении заявления.

Между тем согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 40) положениями пункта 2 статьи 60, пункта 2 статьи 71 и пункта 3 статьи 100 Закона о банкротстве установлены процессуальные особенности рассмотрения обособленных споров, производство по которым осуществляется в документарной форме посредством обмена процессуальными документами без проведения судебного заседания (далее - документарные обособленные споры). В силу указанных норм суд, осуществляя управление процессом, определяет наиболее оптимальный порядок рассмотрения конкретного обособленного спора.

Правила о порядке рассмотрения документарных обособленных споров (пункт 2 статьи 60 Закона о банкротстве) применяются к спорам о включении требований в реестр требований кредиторов (пункт 2 статьи 71, пункт 3 статьи 100 Закона о банкротстве).

Пунктом 13 Постановления № 40 предусмотрено, что по смыслу пункта 2 статьи 60, абзаца пятого пункта 3 статьи 71 и абзаца пятого пункта 3.1 статьи 100 Закона о банкротстве само по себе представление возражений против заявленных требований не является для арбитражного суда основанием для перехода к рассмотрению обособленного спора в общем порядке. Сохранение документарного порядка рассмотрения обособленного спора при наличии поступивших мотивированных возражений не может являться основанием для отмены определения суда, правомерно разрешившего спор по существу.

Поскольку требование кредитора ФИО1 принято к производству определением суда от 23.12.2024, которым участвующим в деле лицам разъяснено, что ими могут быть заявлены возражения относительно предъявленного требования, более того, как указывает сам ФИО5 такие возражения в материалы спора поступили как от кредиторов, так и от финансового управляющего, участвующие в деле лица не были лишены возможности реализовать свои процессуальные права и были надлежаще уведомлены о принятии заявления кредитора к рассмотрению. То обстоятельство, что суд после поступления в материалы спора возражений на требование кредитора не назначил его рассмотрение в судебном заседании процессуальным нарушением, влекущим отмену судебного акта по безусловным основаниям, не является. Учитывая вышеприведенные разъяснения Верховного Суда РФ, апелляционный суд отмечает, что при рассмотрении заявлений кредиторов о включении требований в реестр суд самостоятельно определяет наиболее оптимальный порядок их рассмотрения, в частности с сохранением документарной формы при наличии возражений.

Таким образом, в данном случае апелляционным судом не установлено обстоятельств, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, влекущих безусловную отмену определения.

В соответствии с пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве, а также с учетом внутреннего убеждения, в условиях оценки соответствующих доказательств. Соответственно, признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Проверка обоснованности требований осуществляется с целью не допустить включение в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника.

Как указано ранее, ФИО1 сослался на неисполнение ФИО6 обязательств по возврату займа, сумма которого составляет 1 160 122 руб. В подтверждение наличия данной суммы задолженности представил копию банковской выписки за период с 01.01.2021 по 01.09.2024 и копию расписки от 01.06.2024.

Возражая против удовлетворения заявления, кредитор ФИО7 указала на мнимость сделки между ФИО1 и ФИО6, аффилированность ФИО1 по отношению к должнику и создание заинтересованными лицами искусственной задолженности для последующего распределения конкурсной массы в пользу взаимосвязанного кредитора.

ФИО5 заявил возражения на требование ФИО1, полагая, что оно не подлежит установлению в реестр. Кредитор указал, что заемные средства предоставлены через пол года после вступления в силу постановления апелляционного суда от 26.12.2023 о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности и через два месяца после выдачи исполнительного листа (во время возбужденного исполнительного производства). Заимодавец при этом знал о наличии данного судебного акта, так как предположительно приходится отцом ребенку ФИО6 и многолетним партнером её доверенного лица. Кроме того, денежные средства были якобы предоставлены в период, когда происходило погашение ипотеки должником, а заявление о банкротстве подано ФИО6 через две недели после получения займа. ФИО5 указал на мнимость представленных документов, направленность действий кредитора на создание искусственной кредиторской задолженности в нарушение интересов добросовестных кредиторов должника.

От финансового управляющего также поступил отзыв на требование кредитора, в котором указал на необходимость применения повышенного стандарта доказывания, представление ФИО1 только расписки и банковской выписки, которая сама по себе не подтверждает предоставление денежных средств в качестве займа.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Пунктом 2 статьи 808 ГК РФ предусмотрено, что в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В целях реализации указанного выше правового принципа пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

В силу характера дел о несостоятельности, выражающегося в том, что в условиях недостаточности имущества должника удовлетворение требований каждого нового кредитора влечет снижение доли удовлетворения требований иных кредиторов, в делах о несостоятельности установлен повышенный по сравнению с общеисковым процессом стандарт доказывания для кредиторов, предъявивших требования должнику, а факт передачи денег по договору не может подтверждаться исключительно письменным подтверждением должником их получения.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, периодических и тематических обзорах судебной практики, при рассмотрении требований заинтересованного или аффилированного с должником кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. При рассмотрении такого требования должны быть исключены любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

В данном случае кредиторы и финансовый управляющий ссылаются на наличие между ФИО1 и ФИО6 аффилированности, в том числе указывают на наличие у них общего ребенка, на содержание которого и перечислялись спорные денежные суммы, а впоследствии (за две недели до обращения ФИО6 с заявлением о собственном банкротстве) составлена расписка, в которой ФИО6 обязалась возвратить денежные средства, якобы предоставленные в качестве займа.

Материалами электронного дела подтверждается, что при обращении в суд с заявлением о собственном банкротстве ФИО6 указала, что в браке не находится, при этом у неё на иждивении имеется несовершеннолетний ребёнок – ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Представитель ФИО1 в судебном заседании апелляционного суда факт отцовства доверителя не подтвердил, ссылаясь на отсутствие у представителя соответствующей информации, вместе с тем подтвердил наличие между ФИО1 и ФИО6 хороших дружеских взаимоотношений. В отношении доводов кредитора ФИО5 о несоответствии адреса регистрации ФИО1, указанного в паспорте, его фактическому месту жительства, представитель ФИО1 указал на его проживание где-то на территории Санкт-Петербурга.

Поскольку в рамках дела о банкротстве возможно установление аффилированности не только юридической, но и фактической, а в данном случае перечисление денежных средств ФИО1 в пользу ФИО6 осуществлялось на различные суммы на протяжении длительного периода (с 17.02.2021 по 05.01.2024) без предоставления каких-либо гарантий возврата денежных средств, такие взаимоотношения выходят за рамки независимых участников гражданского оборота и свидетельствуют о доверительных отношениях между кредитором и должником, наличие которых не опровергалось представителем кредитора в судебном заседании апелляционного суда.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 10, 170 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в пункте 86 постановления Пленума № 25, и, всесторонне исследовав и оценив имеющиеся доказательства, приходит к выводу о наличии достаточной совокупности оснований полагать, что в рассмотренном случае договор займа (расписка) от 01.06.2024 отвечает признакам мнимой сделки, совершенной сторонами для вида (не исключая формирование задолженности для целей занятия места в реестре кредиторов и необоснованного участия в распределении конкурсной массы), без цели наступления соответствующих договору займа последствий.

ФИО6 постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2023 по обособленному спору № А56-92520/2019/суб.1 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок», с ФИО6 в пользу Клиники взыскано 24 495 804 руб. 60 коп.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.04.2024 постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2023 по обособленному спору № А56-92520/2019/суб.1 оставлено без изменения, кассационная жалоба ФИО6 – без удовлетворения.

Распиской от 01.06.2024 ФИО6 подтвердила наличие задолженности перед ФИО1 в размере 1 160 122 руб., возникшей в период с 17.02.2021 по 05.01.2024, и обязалась возвратить денежные средства до 01.06.2025.

26.07.2024 ФИО6 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании её несостоятельной (банкротом), указав на наличие неисполненных обязательств перед ПАО «Совкомбанк» по кредитному договору от 05.11.2022 на сумму 181 052 руб. 04 коп., а также перед ФИО5 в сумме 21 337 205 руб. 92 коп. на основании постановления апелляционного суда о привлечении к субсидиарной ответственности.

Таким образом, неисполненные финансовые обязательства перед вышеуказанными кредиторами имелись у ФИО6 на момент составления расписки с заинтересованным лицом. Кроме того, такая расписка составлена в срок немногим превышающий месяц после оставления судом кассационной инстанции без изменения судебного акта о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности и в пределах двух месяцев до обращения ФИО6 с заявлением о собственном банкротстве.

При этом представленная документация (копии расписки и банковской выписки) не отвечает признакам относимых и достаточных доказательств, достоверно подтверждающих наличие между должником и кредитором действительно заемных отношений.

Апелляционным судом выявлено существенное расхождение и противоречие в содержании расписки, составленной непосредственно самой ФИО6, и банковской выписки по счёту ФИО1

Так, в расписке от 01.06.2024 ФИО6 подтверждает, что ФИО1 в период с 17.02.2021 по 05.01.2024 предоставил ей денежные средства в размере 1 160 122 руб. В свою очередь ФИО1 в заявлении обозначает данную сумму как неисполненные должником обязательства по возврату займа. Представитель ФИО1 в судебном заседании также подтвердил, что задолженность в сумме 1 160 122 руб. образовалась за период с 17.02.2021 по 05.01.2024, в подтверждение чего представлена банковская выписка.

Между тем судом установлено, что обозначенная в расписке сумма в пользу ФИО6 не поступала. Представленная банковская выписка подтверждает совершение ФИО1 множественных перечислений в пользу ФИО6 в период с 17.02.2021 по 05.01.2024. При этом сумма таких перечислений за указанный период составила 978 641 руб. 50 коп. Как указано ранее, представитель ФИО1 в судебном заседании дополнительного предоставления денежных средств, не обозначенных в представленной выписке, не подтвердил, из материалов спора получения иной суммы должником не следует. Таким образом, документального подтверждения получения ФИО6 181 480 руб. 50 коп. в материалах дела не имеется.

Проанализировав представленную выписку, апелляционный суд отмечает, что из неё не усматривается перечисления денежных средств в качестве займа, назначение платежей с соответствующим указанием отсутствует. В ходе рассмотрения спора стороны не раскрыли цели перечисления денежных средств. В этой связи апелляционный суд констатирует отсутствие в материалах дела доказательств, однозначно подтверждающих достоверность и соотносимость между собой аргументов о получении спорных средств в рамках взаимоотношений именно на условиях заимствования.

Следует также учесть, что множественные транзакции осуществлялись в пользу ФИО6 на такие незначительные суммы как 16 руб., 10 руб., 150 руб., 15 руб., 71 руб., 30 руб., 5 руб., 20 руб., 12,5 руб. и т.д. В связи с чем складывается такая ситуация, когда заинтересованное по отношению к ФИО6 лицо на протяжении трех лет осуществляет в пользу должника множественные денежные переводы без указания назначений, в том числе на незначительные суммы, не требуя при этом их возврата и каких-либо гарантий по возврату, однако после привлечения должника к субсидиарной ответственности и незадолго до обращения с заявлением о банкротстве, между заинтересованными лицами составляется расписка, в которой должник подтверждает, что на протяжении длительного времени получал от ФИО1 денежные средства и обязуется их вернуть, причём в большем размере, чем было фактически перечислено.

При этом в условиях повышенного стандарта доказывания и учитывая, что действующие согласованно дружественные стороны мнимой сделки не имеют препятствий к оформлению различной двусторонней документации (не исключая касающейся имевшихся взаимоотношений по иным, не раскрытым суду основаниям) и осуществлению для вида формального исполнения (абзац второй пункта 86 постановления Пленума № 25), соответствующие сомнения трактуются в пользу присутствующих в деле независимых кредиторов (наличие таковых в данном деле подтверждено в заседании апелляционного суда) с вытекающим отказом аффилированному лицу во включении требования в реестр должника (пункт 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (может применяться в делах о банкротстве граждан исходя из позиции определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2021 № 305-ЭС21-4424)).

При таких обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу, что сложившееся между должником и ФИО1 взаимодействие нетипично для участников гражданских правоотношений, являющихся независимыми по отношению друг к другу, что свидетельствует, во всяком случае, о наличии аффилированности; равно как и исследованная хронология событий указывает на согласованность действий ФИО6 и ФИО1, опосредующих цель оформления лишь искусственного денежного требования, то есть носящую противоправной характер и при допущении злоупотребления правом (статьи 10, 170 ГК РФ).

Судебная коллегия, в том числе исходит из того, что обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений. Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).

Представленные доказательства (включая их общую совокупность и сопутствующие обстоятельства) достоверно не подтверждают реальность спорных отношений в качестве именно заемных, безусловно имеющих подтвержденный возвратный характер и свидетельствующих о формировании долга перед взаимосвязанным лицом на стороне ФИО6

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования: судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

С учетом изложенных обстоятельств, несоответствия обыкновениям гражданского оборота заявленных суду правоотношений, в которые вовлечены заинтересованные лица, учитывая, что ФИО1 и должником не приведено разумных мотивов (экономической целесообразности) предоставления займа, его надлежаще подтвержденного фактического назначения, в отсутствие достаточных доказательств в целом его действительно возвратного и заемного характера в рамках не раскрытых суду взаимоотношений сторон (включая конкретное направление его использования; множественность переводов, в том числе на незначительные суммы), апелляционная коллегия усомнилась в реальности заемных отношений, заключив, что представленные доказательства убедительно не подтверждают наличия задолженности, в связи с чем в удовлетворении заявления ФИО1 о включении его требований в реестр надлежит отказать.

Поскольку при подаче апелляционной жалобы финансовым управляющим не уплачена государственная пошлина (предоставлена отсрочка определением от 25.02.2025), на основании статьи 110 АПК РФ с ФИО1 надлежит взыскать в доход федерального бюджета 10000 руб. (согласно подпункту 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.02.2025 по обособленному спору № А56-73198/2024/тр.5 отменить.

В удовлетворении заявления ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов ФИО6 отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО6 10000 руб. судебных расходов по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Ю. Тойвонен

Судьи

Е.В. Бударина

А.В. Радченко