АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

04 декабря 2023 года

Дело № А33-12653/2022

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 27.11.2023 года.

В полном объёме решение изготовлено 04.12.2023 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Ачинская транспортная строительная компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании страхового возмещения;

с участием в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требования относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью «РЕСО-Лизинг» (ИНН <***>, ОГРН <***>);

в присутствии в судебном заседании:

- представителя ответчика: ФИО1 (полномочия подтверждаются доверенностью № Ф37-53/23 от 09.01.2023);

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Гелбутовской А.О.; 05 декабря 2023 года

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ачинская транспортная строительная компания» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (далее – ответчик, страховщик) о взыскании страхового возмещения в размере 1 300 800 руб. (с учетом уточнения требований, сделанных в ходе рассмотрения спора).

Определением от 05.07.2022 возбуждено производство по делу. Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 27.11.2023. Лица, участвующих в деле, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства. Сведения о дате и месте слушания размещены на сайте суда. Процессуальных препятствий для проведения заседания и рассмотрения спора по существу не установлено.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

07.07.2021 на территории песчаного карьера (месторождение Чулымское, участок Кандачаковский 1, в 1,5 км юго-восточнее автодорожного моста через р. Чулым) произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) с участием автомобиля Toyota Hilux г/н <***>, принадлежащего истцу на основании договора купли-продажи № 3219КЯ-АТС/07/2022 от 07.07.2022 и договор лизинга № 3219КЯ-АТС/22/2020 от 30.04.2020. ДТП произошло в связи с тем, что водитель не справился с управлением и совершил наезд на препятствие. Указанный автомобиль получил механические повреждения.

На дату ДТП автомобиль был застрахован по договору страхования имущества (полис № 3720 МТ 1197/АO№ от 01.06.2020). По указанному полису страховщиком является ответчик, страхователем ООО «Ресо-Лизинг» (лизингодатель), а истец выступает лизингополучателем и одним из выгодоприобретателей наряду со страхователем. В случае хищения, угона, а также гибели транспортного средства выгодоприобретателем является страхователь. В остальных случаях договор считается заключенным в пользу лизингополучателя. Договор заключен сроком с 01.06.2020 по 31.05.2022. На второй год действия договора страховая сумма и страховая стоимость определены в размере 2 168 000 руб. Территория страхования определена как Российская Федерация. Страховое возмещение осуществляется в виде организации и оплаты ремонта на станции техобслуживания (СТОА) по направлению страховщика. Договор страхования заключен в соответствии с Правилами страхования транспортных средств и гражданской ответственности в редакции от 10.07.2018 (далее – Правила страхования).

08.07.2021 истец обратился к ответчику с заявлением о наступлении страхового случая. Застрахованный автомобиль 24.07.2021 был предоставлен на СТОА (ООО «Медведь БизнесАвто») по направлению страховщика, о чем был составлен акт приема-передачи № ТМБА063600. СТОА подготовила заказ-наряд № ТМБА063600 от 24.07.2021, согласно которому предварительная стоимость ремонта составила 1 520 405,50 руб. Истец перечил на банковский счет СТОА 3 000 руб. (платежное поручение № 198 от 11.05.2022), сославшись в назначении платежа на частичную оплату заказ-наряда.

В последующем ремонт не состоялся. В ответ на претензии истца страховщик сообщил, что проводит проверку на предмет установления признаков страхового случая, в связи с чем сделал запрос в компетентные органы для предоставления сведений и документов. Поскольку вопрос об осуществлении страхового возмещения так и не разрешился в добровольном порядке, истец обратился в суд с заявленным иском.

Исследовав представленные доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Правовое регулирование института страхования в Российской Федерации основано на положениях Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" (далее – Закон об организации страхового дела) и Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ).

Согласно статье 3 Закона об организации страхового дела целью организации страхового дела является обеспечение защиты имущественных интересов физических и юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований при наступлении страховых случаев. Исходя из положений пункта 1 статьи 929, статьи 9-10 Закона об организации страхового дела, при наступлении страхового случая потерпевший вправе обратиться в страховую компанию с требованием о выплате страхового возмещения.

Освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения возможно только по основаниям, предусмотренным статьями 961, 963, 964 ГК РФ. Данные нормы устанавливают случаи, когда страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения в той ситуации, когда страховой случай наступил.

На истце лежит обязанность доказать наличие договора страхования с ответчиком, а также факт наступления предусмотренного указанным договором страхового случая. Страховщик, возражающий против выплаты страхового возмещения, обязан доказать обстоятельства, с которыми закон или договор связывают возможность освобождения от выплаты возмещения, либо вправе оспорить доводы страхователя о наступлении страхового случая, в частности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (пункт 11 обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, далее – обзор судебной практики).

В настоящем случае между сторонами возникли разногласия относительно наступления страхового случая. Ответчик исходил из того, что ДТП произошло вне дороги общего пользования, что в соответствии с пунктом 3.2.1.1 Правил страхования, по общему правилу, является исключением из страхового покрытия. Указанное обстоятельство на дату рассмотрения спора являлось единственной причиной, по которой ответчик настаивал на обоснованности своей позиции против осуществления страхового возмещения.

Между тем, проанализировав положения Правил страхования, суд не может согласиться с правовой позицией ответчика.

Как отмечается в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 02.06.2023 № 305-ЭС22-29440, от 26.10.2022 № 305-ЭС22-11869, от 22.12.2021 № 305-ЭС21-17407, институт страхования, с точки зрения своей правовой природы и экономического содержания, ориентирован на две основные цели: при заключении соответствующих договоров одна сторона получает гарантии защиты своих имущественных интересов, а другая, гарантируя соответствующую защиту, получает прибыль. Страховая деятельность направлена на минимизацию рисков участников гражданских отношений и принятия страховщиком этих рисков за плату на себя.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 9 Закона об организации страхового дела страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 20 (далее – постановление № 20) "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан" разъясняется, что интерес в сохранении имущества по договору добровольного страхования состоит в его сохранении от негативных последствий, предусмотренных страховым случаем. При страховании имущества объектом страхования выступает имущественный интерес, связанный с риском утраты (гибели), недостачи или повреждения имущества, принадлежащего страхователю (выгодоприобретателю) на основании закона, иного правового акта или сделки.

Согласно пункту 12 постановления № 20 страховой случай включает в себя опасность, от которой производится страхование, факт причинения вреда и причинную связь между опасностью и вредом и считается наступившим с момента причинения вреда (утраты, гибели, установления недостачи или повреждения застрахованного имущества) в результате действия опасности, от которой производилось страхование. Событие признается случайным, если при заключении договора страхования участники договора не знали и не должны были знать о его наступлении либо о том, что оно не может наступить.

Таким образом, событие, на случай которого осуществляется рисковое страхование, обусловливается вероятностью и случайностью наступления, а также независимостью его наступления от воли участников страхового правоотношения (страховщика, страхователя, выгодоприобретателя). При этом описание характера события, на случай наступления которого производится страхование, должно обеспечивать возможность доказывания факта его наступления (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.10.2022 № 305-ЭС22-11869; определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23.10.2018 № 41-КГ18-43, от 21.04.2015 № 18-КГ15-47, от 24.04.2012 № 5-В12-24).

В упомянутом определении от 02.06.2023 № 305-ЭС22-29440 обращается внимание на то, что страховщик, как профессиональный участник на рынке страхового дела, должен действовать добросовестно, учитывать намерения клиента и не допускать толкование правил страхования недобросовестно – способом, противоречащим положениям действующего законодательства. В противном случае действия страховщика будут обладать признаками недобросовестного поведения, преследующего цель избежать осуществления выплаты страхового возмещения, используя манипуляции с правовыми конструкциями действующего законодательства, что, в свою очередь, противоречит принципам, закрепленным в статье 10 Гражданского кодекса РФ, а также может обладать признаками деяния, за совершение которого положениями действующего законодательства предусмотрены определенные санкции.

Очевидно, что интересы истца и ответчика противоположны. Страховщик заинтересован в том, чтобы в Правила страхования включать выгодные ему положения, позволяющие не исполнять обязательства. Истец, являясь клиентом страховщика, заинтересован в обратном. В условиях, когда клиент, подписывая индивидуальный договор, принимает тем самым типовые правила, разработанные страховщиком, нет никаких иллюзий на счет того, что между страховщиком и его клиентом отсутствует полноценная общая воля на согласование каждого отдельного условия, включенного в такие типовые правила. По меньшей мере, не стоит ожидать такого полного и безоговорочного согласия со стороны клиента, поскольку он является присоединяющейся стороной в договорных отношениях.

В пункте 4 обзора судебной практики отмечается, что в случае сомнений относительно толкования условий договора добровольного страхования, изложенных в полисе и правилах страхования, и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора должно применяться толкование, наиболее благоприятное для потребителя (contra proferentem).

Также в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" указывается, что по смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

В пункте 43 этого же постановления Пленума указывается, что условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. При этом толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 07.04.2023 № 305-ЭС22-27168, от 19.10.2022 № 305-ЭС22-6543, от 19.05.2022 № 305-ЭС21-28851 по вопросу толкования условий договора сформулированы следующие правовые позиции.

Отмечается, что пределы свободы договора определяются, в частности, требованием добросовестности, соблюдение которого позволяет отграничить свободу от произвола. В том случае, когда конкретное условие становится частью договора не в результате реализации принципа автономии воли каждой из сторон, а в результате подчинения воли одной стороны другой, обязанностью суда является защита слабой стороны договора от злоупотреблений, допущенных в ее отношении сильной стороной.

Суд устанавливает, в чем состоит согласованное волеизъявление сторон относительно правовых последствий сделки, достигнутое сообразно их разумно преследуемым интересам. При этом правовые последствия сделки устанавливаются на основании намерений сторон достигнуть соответствующий практический, в том числе экономический результат, а не на основании одного лишь буквального прочтения формулировок договора.

При неясности (неточности) буквального содержания договорного условия приоритет интересам контрагента лица, профессионально осуществляющего деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний, отдается постольку, поскольку в ином случае профессиональный участник оборота, обладающий большими переговорными возможностями, получил бы возможность извлекать преимущество из двусмысленности предложенных им условий в ущерб слабой стороне договора.

Из упомянутого пункта 3.2.1.1 Правил страхования следует, что повреждение транспортного средства в результате ДТП, по общему правилу, относится к страховым случаям, если ДТП произошло на дорогах общего пользования (подпункты «а», «б», «в», «г»). Страхование риска причинения ущерба транспортному средству вне дорог общего пользования, например, в результате падения, опрокидывания, столкновения, наезда транспортного средства (подпункт «р»), возможно, если это дополнительно предусмотрено в договоре страхования.

При этом в Правилах страхования не раскрываются понятия дороги общего пользования и дороги необщего пользования. В чем разница между ними не раскрывается. В то же время указанные понятия используются законодателем в Федеральном законе от 08.11.2007 № 257-ФЗ "Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее – Закон о дорогах).

С учетом того, что иного в полисе страхования и Правилах страхования не оговорено, принимая во внимание правовую позицию, изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 02.06.2023 № 305-ЭС22-29440, понятие дороги общего пользования и дороги необщего пользования должны применяться в том значении, в каком они используются действующим законодательством.

В пункте 2 статьи 5 Закон о дорогах предусмотрено, что автомобильные дороги в зависимости от вида разрешенного использования подразделяются на автомобильные дороги общего пользования и автомобильные дороги необщего пользования.

К автомобильным дорогам общего пользования относятся автомобильные дороги, предназначенные для движения транспортных средств неограниченного круга лиц (пункт 3 статьи 5 Закона о дорогах).

К автомобильным дорогам необщего пользования относятся автомобильные дороги, находящиеся в собственности, во владении или в пользовании исполнительных органов государственной власти, местных администраций (исполнительно-распорядительных органов муниципальных образований), физических или юридических лиц и используемые ими исключительно для обеспечения собственных нужд либо для государственных или муниципальных нужд. Перечни автомобильных дорог необщего пользования федерального, регионального или межмуниципального значения утверждаются соответственно уполномоченными федеральными органами исполнительной власти, высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации. В перечень автомобильных дорог необщего пользования регионального или межмуниципального значения не могут быть включены автомобильные дороги необщего пользования федерального значения и их участки. Перечень автомобильных дорог необщего пользования местного значения может утверждаться органом местного самоуправления (пункт 4 статьи 5 Закона о дорогах).

Из перечисленных пунктов, а также пунктов 5-12 статьи 5 Закона о дорогах следует, что критериями различия между дорогами общего пользования и необщего пользования являются их предназначение, юридическая и территориальная принадлежность. А также предполагается, что дорога соответствующего вида подлежит включению в специальный перечень, утверждаемый уполномоченными органами власти. Специфика рассматриваемого спора состоит в том, что стороны столкнулись с правовой неопределенностью, обусловленной неточностью и небезупречностью сформулированных страховщиком в своих внутренних правилах положений, описывающих признаки страхового случая.

Сделав запросы в различные дорожные службы и органы власти относительно статуса дороги по месту ДТП, ответчик не получил доказательств того, что указанная дорога в соответствии с требованиями законодательства относится к дорогам общего пользования. В связи с чем ответчик пришел к обратному выводу о том, что указанная дорога относится к дорогам необщего пользования, а произошедшее ДТП не соответствует признакам страхового случая. Между тем по результатам рассмотрения спора в материалы дела не представлены и доказательства, которые указывали бы на то, что дорога по месту ДТП является дорогой необщего пользования. Таким образом, на практике не исключаются случаи, когда дорога не состоит на учете в соответствующем перечне дорог, и статус которой остается неопределенным, что имело место в настоящем деле.

Следует учитывать, что страховщик является профессиональным участником спорных отношений. Риск доведения разногласий до суда возлагается именно на страховщика как обязанную сторону в этих правоотношениях. Также судом обращается внимание на то, что в индивидуальных условиях договора содержится минимум информации об условиях, при которых страховщик осуществляет страховое возмещение. Нюансы, о которых клиенту следует знать, чтобы страховщик не отказал в страховом возмещении, в этом документе не раскрываются. У страховщика объективно существует интерес по включению в договор и Правила страхования непрозрачных условий и неочевидных положений, позволяющих отказать клиенту в осуществлении страхового возмещения. Положения Правил страхования носят типовой характер, сформулированы в одностороннем порядке страховщиком, на что истец не мог повлиять.

Фактически выявленные недостатки в формулировании положений Правил страхования позволяют произвольно по желанию страховщика отказать в признании наступившей опасности страховым случаем, обусловливая такой отказ отсутствием правовой определенности относительно статуса дороги по месту ДТП, несмотря на факт возникновения опасности, от которой производилось страхование, причинение вреда и причинно-следственную связь между ними. Положения Правил страхования, описывающие страховой случай, сформулированы таким образом, что выгодоприобретатель всегда подвержен риску произвольного принятия страховщиком решения по поводу осуществления страхового возмещения. Являясь профессиональным участником рынка страхования и экономически более сильной стороной договора страхования, ответчик фактически уменьшил свой обычный предпринимательский риск, связанный с выплатой страхового возмещения, ставя выплату страхового возмещения в зависимость от статуса дороги, а не от факта наступления страхового случая как объективно произошедшего события. При этом нарушение баланса интересов для страхователя, выгодоприобретателя остается неочевидным до тех пор, пока ему не приходится столкнуться непосредственно с необходимостью воспользоваться страховой защитой. Такое положение дел недопустимо, поскольку выгодоприобретатель лишается того, на что разумно рассчитывал, вступая в страховые правоотношения. Таким образом, обратный вывод страховщика о том, что спорная дорога является дорогой необщего пользования только ввиду того, что в отношении неё отсутствуют доказательства наличия другого статуса, является неверным.

В то же время изложенное не означает, что имеет место быть неразрешимая ситуация, при которой дорога по месту ДТП не относится с формальной точки зрения ни к дорогам общего пользования, ни к дорогам необщего пользования. В противном случае для страховщика открывались бы возможности соискать формальные причины для отказа в страховом возмещении в тех случаях, когда страховой риск фактически наступил, от которого клиент страховался, рассчитывая на добросовестное исполнение страховщиком обязательств.

По смыслу изложенных критериев нахождение дороги в общем пользовании является общим правилом, тогда как нахождение дороги в необщем пользовании является исключением, обусловленным её принадлежностью определенным субъектам и её предназначением. В такой ситуации, принимая во внимание правовые позиции, касающиеся грубого нарушения баланса интересов и защиты слабой стороны договора, изложенные в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.10.2023 № 305-ЭС23-8962, от 10.10.2023 № 305-ЭС23-12470, от 29.06.2023 № 307-ЭС23-5453, от 19.05.2022 № 305-ЭС21-28851, от 27.12.2021 № 305-ЭС21-17954, исходя из вышеприведенных критериев, следует ориентироваться, прежде всего, на указанные объективные критерии – сущностные характеристики дороги, а не формальные (включение в соответствующий перечень дорог). Обеспеченность интересов выгодоприобретателя не должна ставиться в зависимость от того, состоит ли дорога по месту ДТП на учете в соответствующем перечне. При ином подходе смысл и ценность страховой услуги для истца во многом утрачивалась бы, поскольку у любого страхователя, выгодоприобретателя имеется в силу конституционной свободы передвижения вполне разумное представление о том, что страховое покрытие предполагает возможность эксплуатировать застрахованный автомобиль практически на любых дорогах, по которым имеется свободный проезд для неограниченного круга лиц, вне зависимости от наличия у них каких-либо формальных статусов. Также у любого страхователя, выгодоприобретателя имеется обоснованное предположение о том, что большинство дорог, где возможен свободный проезд, являются дорогами общего пользования, а дороги необщего пользования составляют исключение.

В материалы дела истец представил убедительные свидетельства того, что дорога по месту ДТП явно не имеет признаки дороги необщего пользования. Согласно представленным фотографиям и спутниковым снимкам, полученным с использованием специального программного обеспечения, получение которых засвидетельствовано нотариусом, указанная дорога явно может использоваться для движения транспортных средств неограниченного круга лиц. Никаких видимых препятствий тому не имеется.

При этом вместо того, чтобы по существу доказать соответствие дороги определенным характеристикам дороги необщего пользования, ответчик заявлял возражения, построенные на формальных доводах. Судом отмечается, что истец представил, в том числе фотографию с места ДТП, по которой можно идентифицировать застрахованный автомобиль и объект, с которым произошло столкновение по месту ДТП. Представленные истцом доказательства согласуются между собой. Абсурдно полагать, что истец совершал какие-либо манипуляции с фотофиксацией застрахованного транспортного средства, оригинальным образом демонстрирующей место столкновения по заявленному страховому событию. Трудно представить, что истец повторно совершил или сымитировал такое же ДТП при том, что истец представлял также доказательства несения расходов по самостоятельной организации восстановительного ремонта. Истец указывал, что на дату рассмотрения спора автомобиль восстановлен.

Вместе с тем согласно пункту 3 статьи 307 Гражданского кодекса РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию. Страховщик должен избегать причинения клиенту неоправданных потерь и лишения его того, на что он разумно вправе был претендовать при надлежащем исполнении обязательств.

Поскольку страховщик сам был причастен к формулированию вышеизложенных положений Правил страхования, описывающих страховой случай, то для него с учетом его возможностей в сравнении с клиентом не должно составлять труда в каждом отдельном случае определить статус и принадлежность дороги по месту ДТП. Во всяком случае возлагать на истца бремя доказывать такие обстоятельства было бы несправедливо и несоразмерно его возможностям. В подтверждение наступления страхового случая истец предоставил ответчику все, что он мог сделать. В настоящем деле ответчик попытался переложить на истца риски своей предпринимательской деятельности.

В данном случае применима концепция недопустимости правового пуризма, которая нашла свое отражение в определении Верховного Суда РФ от 26.10.2015 № 431-ПЭК15, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 13.04.2016 № 306-ЭС15-14024, от 28.05.2019 № 308-ЭС16-6887. Суть этой концепции сводится к тому, что право не должно осуществляться только ради права (самого себя), не допустим крайний формализм, влекущий очевидную несправедливость и фактически осуществляемый в противоречии с интересами личности и общества, которые право как раз и призвано защищать.

Суды должны исходить из необходимости обеспечения баланса интересов сторон, участвующих в конкретных правоотношениях, а устанавливая такой баланс в спорных отношениях, принимать решение, отвечающее принципу справедливости (постановление от 18.11.2014 № 30-П, определение от 09.12.2014 № 2750-О Конституционного Суда РФ).

Рассмотрение споров должно приводить к достижению публично-правовой цели – стимулированию участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению, исключающему получение собственных преимуществ в предпринимательской деятельности с помощью неправомерных методов и средств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.02.2020 № 305-ЭС19-26346).

В связи с изложенным в действительности заявленное истцом страховое событие является страховым случаем, а его претензии изначально были обоснованными.

Между тем ответчик представил обоснованные возражения в части определения формы и размера страхового возмещения. Ответчик, ссылаясь на положения пункта 12.4.7, 12.6.1 и 12.7 Правил страхования, обосновал, что в настоящем случае страховое покрытие осуществляется в денежной форме, надлежащий размер страховой выплаты составляет 1 300 800 руб. (2 168 000 / 100 х 60).

Согласно пункту 12.4.7 Правил страхования, если расходы на ремонт превышают 70% страховой стоимости автомобиля, то признается полная гибель застрахованного автомобиля и размер страховой выплаты определяется в соответствии с пунктом 12.6.1 Правил страхования. В настоящем случае, поскольку стоимость ремонта превышала 70% страховой стоимости автомобиля и истец не отказался от прав на него, страховая выплата подлежала определению в соответствии с подпунктом «б» пункта 12.6.1 и подпунктом «в» пункта 12.7 Правил страхования, то есть, в размере 60% от страховой стоимости автомобиля.

В ходе рассмотрения спора истец согласился с доводами ответчика по обозначенному вопросу и скорректировал размер требуемой страховой выплаты, уменьшив её до суммы 1 300 800 руб. Таким образом, разногласия по поводу формы и надлежащего размера страховой выплаты между сторонами устранены.

С учетом изложенных положений Правил страхования требование о взыскании страхового возмещения в заявленном размере является правомерным и соответствующим объёму существующего у истца права. Истец не просил взыскать больше, чем ему причитается. При этом представленные истцом доказательства фактического несения расходов по оплате ремонта не имеют значения в данном случае, поскольку форма страхового возмещения изменена правомерно, а размер денежной выплаты определяется в соответствии с вышеприведенными положениями Правил страхования вне зависимости от того, понес ли истец расходы по оплате ремонта и их размера.

Таким образом, заявленный иск подлежит удовлетворению. Расходы истца по оплате государственной пошлины составили 6 000 руб. При этом пошлина оплачена не в полном объёме, в остальной части истцу предоставлена отсрочка. На основании части 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ с учетом результата рассмотрения спора расходы истца подлежат возмещению за счет ответчика, а недоплаченная пошлина в размере 20 008 руб. подлежит взысканию в доход федерального бюджета с ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ачинская транспортная строительная компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 1 300 800 руб. – страхового возмещения, а также 6 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 20 008 руб. государственной пошлины.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

Э.А. Дранишникова