903/2023-36623(2)
АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА
Именем Российской Федерации
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда кассационной инстанции
г. Краснодар Дело № А53-31254/2020 12 июля 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 11 июля 2023 года.
Полный текст постановления изготовлен 12 июля 2023 года. Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе:
председательствующего судьи Конопатова В.В., судей Маркиной Т.Г., Мацко Ю.В., при участии представителя ФИО1 – ФИО2, доверенность от 24.06.2022; финансового управляющего ФИО3 – лично, паспорт; в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и финансового управляющего имуществом ФИО4 – Георгиева Тодора Сергеевича на определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023 по делу № А5331254/2020 по заявлению финансового управляющего Георгиева Тодора Сергеевича о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения от 07.10.2021, заключенного между ФИО5 и ФИО6, и применении последствий его недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, установил следующее.
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 финансовый управляющий должника Георгиев Тодор Сергеевич обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 07.10.2021, заключенного между ФИО5 и ФИО6, и применении последствий его недействительности.
Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.12.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.
Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 19.12.2022 оставлено без изменений.
Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО3 указывает на то, что суд апелляционной инстанции неправомерно, без учета мнения лиц, участвующих в деле, приобщил к материалам дела доказательства от ответчиков, по мнению кассатора, ответчики не обосновали невозможность их представления в суд первой инстанции. Полагает, что суд апелляционной инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости спорного объекта недвижимости. Указывает на то, что суды не в полной мере исследовали доводы финансового управляющего ФИО3 о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при этом ссылается на то, что согласно отчету об оценке, представленному финансовым управляющим ФИО3, рыночная стоимость квартиры составляет от 11 695 000 рублей до 13 988 000 рублей. Полагает, что ФИО6 не доказана передача денежных средств по договору. Кроме того, финансовый управляющий считает, что ФИО1 была осведомлена о признаках неплатежеспособности должника на момент отчуждения квартиры.
В свою очередь, ФИО1 также обратилась в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационной жалобой, в которой просит исключить из мотивировочной части постановления суда апелляционной инстанции следующие выводы:
– осведомленность супруги должника о неплатежеспособности должника предполагается;
– в силу положений статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации является их совместной собственностью. Доказательств того, что в силу положений статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации на спорную квартиру не распространяется режим совместной собственности супругов, в материалы дела не представлено, наоборот, оценив представленные доказательства в совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что данная спорная квартира является совместной собственностью должника и его супруги, независимо от того, что указанная
квартира зарегистрирована на имя Русс И.Е. на основании договора купли-продажи недвижимого имущества № 1/15-19К от 01.10.2018 (право собственности зарегистрировано в Ежином государственном реестре 21.09.2020);
– доказательств того, что спорная квартира являлась единственным пригодным для проживания жилым посещением должника и членов его семьи, также в материалы дела не представлено, такие доводы не заявлены С учетом вышеназванных норм и разъяснений суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что спорная квартира подлежала включению в конкурсную массу должника, последующей реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества;
– финансовый управляющий не лишен права на инициирование спора о взыскании соответствующей доли супругов от продажи спорной квартиры в конкурсную массу должника.
В обоснование своей кассационной жалобы ФИО1 указывает на необоснованность выводов суда апелляционной инстанции об ее аффилированности по отношению к должнику, поскольку на момент заключения спорного договора ФИО1 и ФИО4 фактически не состояли в семейных отношениях, указывает, что после фактического разрыва семейных отношений квартира приобреталась ею на собственные денежные средства, ссылается на то, что в судебном заседании финансовый управляющий ФИО3 подтвердил факт того, что спорная квартира является единственным пригодным для проживания помещением, на что, в свою очередь, указывал также и представитель ФИО1
До начала судебного заседания в суд округа поступил отзыв ФИО1, в котором изложены доводы против удовлетворения кассационной жалобы ФИО3
В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал свою кассационную жалобу, просил исключить из мотивировочной части изложенные в постановлении суда апелляционной инстанции выводы.
В судебном заседании объявлялся перерыв в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс, АПК РФ).
После перерыва в судебном заседании присутствовал финансовый управляющий ФИО3
Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.06.2023 судебное разбирательство отложено на 11.07.2023.
В судебном заседании, проводимом 11.07.2023, финансовый управляющий Георгиев Т.С. поддержал свою кассационную жалобу, просил определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение. В удовлетворении кассационной жалобы Русс И.Е. просил отказать.
Представитель ФИО1 поддержал кассационную жалобу ФИО1, просил постановление суда апелляционной инстанции изменить, исключив из мотивировочной части постановления суда апелляционной инстанции выводы, указанные в тексте кассационной жалобы. В удовлетворении кассационной жалобы финансового управляющего ФИО3 просил отказать.
Иные лица участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс, АПК РФ), кассационные жалобы рассматриваются в их отсутствие.
Как следует из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.10.2020 заявление о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом) принято к производству.
Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.02.2021 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден Георгиев Тодор Сергеевич.
07 октября 2021 года между ФИО1 (бывшей супругой ФИО4) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого помещения (квартиры) с кадастровым номером 61:44:0000000:171798, расположенного по адресу: <...>. Стоимость жилого помещения составила 7 500 000 рублей (пункт 3 договора).
Полагая, что спорная квартира отчуждена супругой должника по заниженной стоимости с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также при злоупотреблении правом, финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 07.10.2021.
Отказывая в признании спорного договора недействительным, суд первой инстанции указал на брачный договор, заключенный между супругами, изменивший
режим совместной собственности в отношении квартиры, в связи с чем в отсутствие доказательств признания брачного договора недействительным отказал в признании договора купли-продажи квартиры недействительным.
Признавая выводы суда первой инстанции о том, что в отношении спорной квартиры изменился режим совместной собственности, ошибочными, суд апелляционной инстанции исходил из положений пункта 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации и правовой позиции, изложенной в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.05.2010 № 839-О-О, от 27.09.2018 № 2317-О. При этом отказывая в признании спорного договора недействительным на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что финансовый управляющий ФИО3 не доказал совокупность обстоятельств необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной.
Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей и проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ правильность применениями судами первой и апелляционной инстанции норм материального права и процессуального права, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, оспариваемая сделка должника совершена 07.10.2021, то есть после принятия к производству заявления о признании должника банкротом (06.10.2020), следовательно, она подпадает под периоды подозрительности, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Законом о банкротстве.
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного
встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.
В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривается возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).
В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:
а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;
в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.
Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно сведениям, представленным органом ЗАГС, 25.06.2016 между ФИО4 и ФИО7 заключен брак, о чем отделом ЗАГС администрации Пролетарского района города Ростова-на-Дону составлена запись о заключении брака № 583.
Согласно выпискам из ЕГРН за ФИО1 21.01.2019 было зарегистрировано право собственности на спорную квартиру, приобретенную ею на основании договора участия в
долевом строительстве от 23.01.2018 № 2/104-184К, а также на основании договора купли-продажи от 01.10.2018 № 1/15-19К.
Брак между супругами расторгнут на основании решения мирового судьи судебного участка № 1 Пролетарского района города Ростова-на-Дону от 23.08.2021.
В связи с чем суды отметили, что спорный объект недвижимости приобретен супругами в период брака.
23 сентября 2020 года между супругами ФИО8 подписан брачный договор, которым супруги определили режим собственности на имущество, в том числе приобретенное супругами во время брака.
Так, в соответствии с пунктом 1.3 брачного договора от 23.09.2020 раздельный режим собственности на имущество, установленный названным договором, распространяется как на уже нажитое имущество, так и на имущество, которое будет нажито в будущем.
Согласно пункту 1.3.2 брачного договора в соответствии со статьей 42 Семейного кодекса Российской Федерации, супруги пришли к соглашению, что на указанное в пункте 1.3.1 названного брачного договора недвижимое имущество (спорная квартира) изменяется установленный законом режим совместной собственности и устанавливается режим раздельной собственности, в связи с чем спорная квартира является как в период совместного брака, так и в случае его расторжения личной собственностью ФИО1 и ни на каком основании не может быть признана совместной собственностью супругов.
Признавая ошибочным выводы суда первой инстанции относительно того, что на спорную квартиру не распространяется режим совместной собственности, суд апелляционной инстанции указал на пункт 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации и на правовую позицию, изложенную в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.05.2010 № 839-О-О, от 27.09.2018 № 2317-О, а также на то, что при невыполнении обязанности об уведомлении своего кредитора о заключении брачного договора супруг отвечает по свои обязательствам независимо от содержания брачного договора.
В отсутствие доказательств извещения кредиторов должника о заключении с супругой брачного договора, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заключение договора не изменило режима совместной собственности в отношении спорной квартиры.
В связи с чем суд апелляционной инстанции правомерно отметил, что данная спорная квартира является совместной собственностью должника и его супруги, независимо от того, что указанная квартира зарегистрирована на имя ФИО1
Оценивая доводы финансового управляющего Георгиева Т.С., суд апелляционной инстанции указал на следующее.
Как следует из материалов дела, финансовым управляющим ФИО3 заявлено ходатайство о проведении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости спорной квартиры по состоянию на 07.10.2021. Проведение экспертизы просил поручить обществу с ограниченной ответственностью «Энергостар» эксперту ФИО9. Заявляя ходатайство, финансовый управляющий ФИО3 уточнил, что фактически оспаривает сделку на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Отклоняя ходатайство финансового управляющего ФИО3, суд апелляционной инстанции принял во внимание возражения лиц, участвующих в деле, относительно кандидатуры эксперта, согласно которым ФИО3 во многих арбитражных спорах заявляет о проведении экспертизы ООО «Энергостар», что следует из информационного ресурса «Картотека арбитражных дел».
Учитывая отказ финансового управляющего ФИО3 от иной кандидатуры, а также отказ нести расходы на проведение экспертизы в случае поручения ее иному лицу, апелляционный суд правомерно отказал в удовлетворении ходатайства о проведении судебной экспертизы.
В связи с чем, отклоняя доводы финансового управляющего ФИО3 о неравноценности встречного исполнения по спорной сделке, суд апелляционной инстанции принял во внимание кадастровую стоимость спорной квартиры, которая составляет 4 577 444 рубля 48 копеек, при этом отметил, что кадастровая стоимость почти на 3 млн рублей ниже стоимости по договору.
Кроме того, апелляционный суд учел выводы, изложенные в представленных ответчиком отчете об оценке от 09.03.2023 № 1648 и в справке экспертного учреждения «Донэкспертиза», согласно которым рыночная стоимость квартиры составляет 7 019 597 рублей.
Так, в соответствии с ответом экспертного учреждения «Донэкспертиза» Союза «Торгово-промышленная палата Ростовской области» от 22.02.2023 № 69 учреждением произведен анализ ценовой информации о рыночной стоимости 1 квадратного метра жилого помещения (квартиры), площадью 112,6 кв. м, в техническом состоянии «стройвариант», расположенного по адресу: Ростовская область, улица Нижегородская, дом 31, строение 1, квартира 19, по состоянию на 07.10.2021.
В связи с наличием развитого и активного рынка объектов-аналогов, позволяющего получить необходимый для оценки объем данных о ценах и характеристиках объектов -
аналогов, на заданную дату, по информации сайтов https://ruads.org/, https://archive.org/, http://web-archive.ru/, базы данных ЭУ «Донэкспертиза» ТПП РО (скрины сайтов https://www.avito.ru/rostov-na-donu/, https://rostov.cian.ru/, https://www.domofond.ru/, https://realty.yandex.ru/rostov-na-donu/, https://www.mirkvartir.ru/), и произведенных расчетов с учетом корректировок на торг, техническое состояние, площадь, стоимость составила в диапазоне: 66-72 тыс. рублей за 1 кв. м.
Таким образом, рыночная стоимость спорной квартиры на дату отчуждения находилась в диапазоне: 7 431 600 рублей – 8 107 200 рублей.
В связи с чем, проанализировав также общедоступные ресурсы продажи недвижимости, а также договор, которым квартира была приобретена ФИО1, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что цена, указанная в спорном договоре (7 500 000 рублей), соответствует рыночной стоимости на дату отчуждения.
Отклоняя доводы финансового управляющего ФИО3 об отсутствии оплаты по спорному договору со стороны ФИО6, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.
В обоснование финансовой возможности приобретения спорной квартиры ФИО6 представлены договор купли-продажи земельного участка и жилого дома от 04.09.2021 (т.д.2, л.д.91-92, л.д.140-141 – оригинал договора), выписка из лицевого счета ФИО6, открытого в ПАО «Сбербанк России», в соответствии с которой по состоянию на 14.09.2021, остаток на счете составлял 11 700 000 рублей (т.д.3, л.д. 95).
При этом суд апелляционной инстанции принял во внимание пояснения ФИО6, согласно которым, не успев снять денежные средства со своего счета, ответчик воспользовался денежными средствами сына.
В обоснование изложенного ответчиком представлены справки по форме 2-НДФЛ в отношении сына – ФИО10 за период с 2018 по 2021 годы:
- за 2018 год общая сумма дохода ФИО10 составила 3 501 941 рубль 51 копейку;
- за 2019 год общая сумма дохода ФИО10 составила 3 553 136 рублей 61 копейку;
- за 2020 год общая сумма дохода ФИО10 составила 3 061 234 рубля 21 копейку;
- за 2021 год общая сумма дохода ФИО10 составила 2 401 973 рублей 79 копеек.
Суд апелляционной инстанции отметил, что финансовый управляющий Георгиев Т.С. не заявил о фальсификации спорного договора купли-продажи, расписки о передаче денежных средств.
Доводов об аффилированности ФИО4 и ФИО1 по отношению к ФИО6 финансовым управляющим ФИО3 не заявлено, что подтверждено им в ходе судебного заседания в суде апелляционной инстанции.
Доказательств того, что ФИО6 знал или должен был знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности, в материалы дела не представлено.
Суд апелляционной инстанции принял во внимание пояснения ФИО6, согласно которым о продаже спорной квартиры ему стало известно из объявления, когда после продажи своего имущества решил приобрести квартиру для детей и внуков.
Доказательств обратного материалы дела не содержат.
Отклоняя возражения финансового управляющего ФИО3 о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, суд апелляционной инстанции правомерно сослался на статью 262 Кодекса, согласно которой лицо, участвующее в деле, представляет в суд документы, подтверждающие возражения относительно апелляционной жалобы.
В связи с изложенным, проанализировав фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства с позиции статьи 71 Кодекса, учитывая, что спорный договор заключен на рыночных условиях при наличии доказательств оплаты по нему, что свидетельствует об отсутствии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также в отсутствие доказательств совершения сделки при злоупотреблении правом, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что финансовым управляющим ФИО3 не доказаны условия необходимые для признания сделки недействительной на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем суды правомерно отказали в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании договора купли-продажи от 07.10.2021 недействительным.
Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи от 07.10.2021 недействительным на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам.
Доводы финансового управляющего Георгиева Т.С. получили свою оценку в постановлении суда апелляционной инстанции, основания для ее непринятия у суда кассационной инстанции отсутствуют.
Оценивая доводы ФИО1 о необходимости исключения из мотивировочной части постановления выводов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.
Довод ФИО1 об исключении из мотивировочной части разъяснения о праве финансового управляющего на обращение с заявлением о взыскании с супруга стоимости доли в совместном имуществе, судебная коллегия полагает несостоятельным, поскольку такое право предусмотрено совокупностью норм Семейного кодекса Российской Федерации и Закона о банкротстве. Указание суда апелляционной инстанции на такое право не нарушает права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве ФИО4
Судебная коллегия не усматривает также оснований для исключения выводов суда апелляционной инстанции об осведомленности ФИО1 о признаках неплатежеспособности должника, поскольку делая такой вывод, суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из того, что на дату приобретения и отчуждения супругой должника спорной квартиры брака ФИО1 и ФИО4 расторгнут не был. В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лица, которые являются аффилированным лицами по отношению к должнику (физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры (подпункт 7 пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»)). Доказательств обратного в материалы дела не представлены.
Кроме того, в отсутствие доказательств уведомления должником кредиторов о заключении брачного договора в соответствии с пунктом 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации и правовой позицией, изложенной в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.05.2010 № 839-О-О, от 27.09.2018 № 2317-О, суд апелляционной инстанции справедливо отметил, что заключение такого договора не изменило режим совместной собственности супругов на спорную квартиру.
В связи с чем судебная коллегия не усматривает оснований для исключения указанных выводов из мотивировочной части постановления суда апелляционной инстанции.
Вместе с тем вывод апелляционного суда об отсутствии доводов о том, что спорная квартира являлась единственным пригодным жилым помещением для должника и членов его семьи, противоречит материалам дела. Так, в отзыве на заявление финансового
управляющего Георгиева Т.С. (л. д. 109, т. 2) Русс И.Е. указывала, что на момент ее отчуждения спорная квартира являлась единственным пригодным для проживания Русс И.Е. и ее несовершеннолетнего ребенка жильем, и в случае возврата ее в конкурсную массу будет защищена исполнительским иммунитетом в соответствии со статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Между тем указанный довод не был предметом исследования судов первой и апелляционной инстанции.
Вывод суда апелляционной инстанции о том, что спорная квартира подлежала включению в конкурсную массу должника с последующей реализацией в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, сделан без надлежащей оценки довода о наличии исполнительского иммунитета в отношении спорной квартиры, заявленного ФИО1 и без установления соответствующих обстоятельств.
В связи с чем судебная коллегия полагает преждевременным вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии у спорной квартиры исполнительского иммунитета, предусмотренного статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
В силу изложенного, поскольку указанный вывод суда апелляционной инстанции не привел к принятию неправильного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу о том, что обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции подлежит изменению на основании пункта 2 части 1 статьи 287 Кодекса путем исключения из мотивировочной части постановления суда апелляционной инстанции вывода об отсутствии у спорной квартиры исполнительского иммунитета в соответствии со статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа
ПОСТАНОВИЛ:
постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023 по делу № А53-31254/2020 изменить, исключив из мотивировочной части выводы, содержащиеся в абзацах четвертом и пятом страницы 15:
«Доказательств того, что спорная квартира являлась единственным пригодным для проживания жилым помещением должника и членов его семьи, также в материалы дела не представлено, такие доводы не заявлены.
С учетом вышеназванных норм и разъяснений, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что спорная квартира подлежала включению в конкурсную массу должника, последующей реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества».
В остальной части определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023 оставить без изменения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий судья В.В. Конопатов
Судьи Т.Г. Маркина
Ю.В. Мацко
Электронная подпись действительна.
Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 22.05.2023 9:52:00
Кому выдана Мацко Юлия ВалентиновнаЭлектронная подпись действительна.
Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 01.08.2022 4:46:00
Кому выдана Маркина Татьяна ГеннадьевнаЭлектронная подпись действительна.
Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 15.09.2022 3:37:00
Кому выдана Конопатов Владимир Владимирович