АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ
ул. Седова, стр. 76, г. Иркутск, Иркутская область, 664025,
тел. <***>; факс <***>
https://irkutsk.arbitr.ru
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
г. Иркутск Дело № А19-30191/2024
«19» июня 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 03 июня 2025 года
Решение в полном объеме изготовлено 19 июня 2025 года
Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Пугачёва А.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Марчуком Б.В., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Руссоль» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 460009, <...> зд. 61/1)
к Межрегиональному управлению Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Иркутской области и Байкальской природной территории (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 664025, <...>)
о признании недействительным предписания от 27.09.2024 № Н-1313-в,
при участии в судебном заседании:
от заявителя: ФИО1, доверенность от 09.01.2025 №1 (участвует в судебном заседании посредством веб-конференции);
от ответчика: ФИО2, доверенность от 28.04.2025 № ок/02-4306 диплом, паспорт; ФИО3, доверенность от 12.03.2024 № ок/02-2502, диплом, паспорт.
установил:
Общество с ограниченной ответственностью «Руссоль» (далее – ООО «Руссоль») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Межрегиональному управлению Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Иркутской области и Байкальской природной территории (далее – Управление Росприроднадзора) о признании недействительным предписания от 27.09.2024 № Н-1313-в.
Представитель заявителя поддержал требования по доводам, ранее изложенным в заявлении и возражениях на отзыв ответчика, дал пояснения.
Представители Управления Росприроднадзора возражали против удовлетворения требований, дали пояснения, полагали предписание соответствующим действующему законодательству.
В судебном заседании 26.05.2025 в порядке статьи 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 14 час. 10 мин. 03.06.2025. Информация о перерыве в судебном заседании размещена на официальном сайте Арбитражного суда Иркутской области в сети Интернет.
Из материалов дела следует, что на основании решения от 12.09.2024, в отношении ООО «Руссоль» была проведена выездная проверка в пределах требования о проведении контрольного (надзорного) мероприятия Байкальской межрегиональной природоохранной прокуратуры от 11.09.2024 № 07-30-2024/1764-24-20000901 (вх. № 16357 от 11.09.2024).
Проверкой установлен ряд нарушений требований законодательства о недрах, в частности установлено нарушение требований статей 22, 23 Закона РФ от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах». Указанные нарушения отражены в акте выездной проверки от 27.09.2024 № Н-1313-в.
По результатам проверки ООО «Руссоль» выдано предписание от 27.09.2024 № Н-1313-в об устранении выявленных нарушений в срок до 27.12.2024.
Не согласившись с требованиями предписания предписание от 27.09.2024 № Н-1313-в, ООО «Руссоль» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.
Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 7, 8, 9 АПК РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равенства сторон.
Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.
В силу части 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
Согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации» основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием.
С учетом изложенного, требования общества могут быть удовлетворены только в том случае, если будет установлена совокупность следующих обстоятельств: несоответствие оспариваемого предписания закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов общества этим предписанием. При отсутствии хотя бы одного из данных обстоятельств, требования общества удовлетворению не подлежат.
Как установлено из материалов дела, ООО «Руссоль» является пользователем участка недр «Усольское месторождение» по лицензии на пользование недрами ИРК 15295 ТЭ.
Положениями статьи 22 Закона РФ от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» (далее – Закон о недрах) определены основные права и обязанности пользователя недр.
К числу обязанностей пользователя недр относятся:
1) соблюдение законодательства в области использования и охраны недр;
2) соблюдение требований технических проектов, планов или схем развития горных работ, недопущение сверхнормативных потерь, разубоживания и выборочной отработки полезных ископаемых;
3) ведение геологической, маркшейдерской и иной документации в процессе всех видов пользования недрами;
4) представление геологической информации о недрах в соответствии со статьей 27 настоящего Закона в федеральный фонд геологической информации и его территориальные фонды, а также в фонды геологической информации субъектов Российской Федерации, если пользование недрами осуществляется на участках недр местного значения;
5) представление достоверных данных о разведанных, об извлекаемых и оставляемых в недрах запасах полезных ископаемых, о содержащихся в них полезных компонентах, об отходах недропользования, в том числе о вскрышных и вмещающих горных породах, о содержащихся в них полезных ископаемых и полезных компонентах, об использовании недр в целях, не связанных с добычей полезных ископаемых, в федеральный фонд геологической информации и его территориальные фонды, а также в фонды геологической информации субъектов Российской Федерации, если пользование недрами осуществляется на участках недр местного значения, в органы государственной статистики;
6) безопасное ведение работ, связанных с пользованием недрами;
7) соблюдение требований по рациональному использованию и охране недр, безопасному ведению работ, связанных с пользованием недрами, охране окружающей среды;
8) приведение участков земли и других природных объектов, нарушенных при пользовании недрами, в состояние, пригодное для их дальнейшего использования;
8.1) безопасность горных выработок, буровых скважин и иных связанных с пользованием недрами сооружений, расположенных в границах предоставленного в пользование участка недр;
9) сохранность находящихся на участке недр горных выработок, буровых скважин и иных сооружений, связанных с пользованием недрами, которые могут быть использованы при разработке месторождений полезных ископаемых и (или) в иных целях, а также ликвидацию в установленном порядке горных выработок, буровых скважин и иных сооружений, связанных с пользованием недрами, не подлежащих использованию; организацию и проведение аварийно-спасательных и других неотложных работ при ликвидации чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера на горных выработках, буровых скважинах и иных сооружениях, связанных с пользованием недрами, в соответствии с законодательством в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций на период проведения ликвидационных или консервационных мероприятий;
10) выполнение условий, установленных лицензией или соглашением о разделе продукции, своевременное и правильное внесение платежей за пользование недрами;
11) сохранность ценных и опасных грузов, геологической, маркшейдерской и иной документации, специальной корреспонденции, а также грузов, содержащих носители сведений, отнесенных к государственной тайне;
12) исключение негативного воздействия на окружающую среду при размещении в пластах горных пород попутных вод, вод, использованных пользователями недр для собственных производственных и технологических нужд, подземных вод после извлечения из них полезных компонентов, вод, образующихся у пользователей недр, осуществляющих разведку и добычу, а также первичную переработку калийных и магниевых солей;
13) сохранность полезных ископаемых и полезных компонентов, содержащихся в отходах недропользования, в том числе во вскрышных и вмещающих горных породах, образовавшихся при осуществлении пользования недрами на предоставленном в пользование участке недр;
14) осуществление мониторинга состояния недр на участке недр, предоставленном в пользование.
15) выполнение мероприятий по охране объектов растительного и животного мира и среды их обитания в соответствии с частью четвертой статьи 8 настоящего Закона.
В свою очередь статья 23 Закона о недрах устанавливает основные требования по рациональному использованию и охране недр.
К таким требованиям положения данной статьи относят:
1) соблюдение установленного законодательством порядка предоставления недр в пользование и недопущение самовольного пользования недрами;
2) обеспечение полноты геологического изучения, комплексного использования и охраны недр;
3) проведение опережающего геологического изучения недр, обеспечивающего достоверную оценку запасов полезных ископаемых или свойств участка недр, предоставленного в пользование в целях, не связанных с добычей полезных ископаемых;
4) проведение государственной экспертизы запасов полезных ископаемых и подземных вод, геологической информации о предоставляемых в пользование участках недр, государственный учет работ по геологическому изучению недр, участков недр, предоставленных в пользование, и лицензий на пользование недрами;
5) обеспечение наиболее полного извлечения из недр запасов основных и совместно с ними залегающих полезных ископаемых и попутных компонентов;
6) достоверный учет извлекаемых и оставляемых в недрах запасов основных и совместно с ними залегающих полезных ископаемых и попутных компонентов при разработке месторождений полезных ископаемых;
7) охрана месторождений полезных ископаемых от затопления, обводнения, пожаров и других факторов, снижающих качество полезных ископаемых и промышленную ценность месторождений или осложняющих их разработку;
8) предотвращение причинения вреда недрам при осуществлении пользования недрами;
9) соблюдение установленного порядка консервации и ликвидации горных выработок, буровых скважин и иных сооружений, связанных с пользованием недрами;
10) предупреждение строительства объектов капитального строительства в границах земельных участков, необходимых для разведки и добычи полезных ископаемых, в отсутствие согласования, предусмотренного частью пятой статьи 25 настоящего Закона, и соблюдение установленного порядка использования этих земельных участков в иных целях;
11) предотвращение размещения отходов производства и потребления на водосборных площадях подземных водных объектов и в местах залегания подземных вод, которые используются для целей питьевого водоснабжения или технического водоснабжения или резервирование которых осуществлено в качестве источников питьевого водоснабжения.
Положениями статьи 37 Закона о недрах определен порядок государственного геологического контроля (надзора).
Так, Государственный геологический контроль (надзор) осуществляется в том числе, посредством регионального государственного геологического контроля (надзора), осуществляемого уполномоченными исполнительными органами субъектов Российской Федерации в соответствии с положениями, утверждаемыми высшими исполнительными органами субъектов Российской Федерации.
Предметом регионального государственного геологического контроля (надзора) в отношении участков недр местного значения является соблюдение организациями и гражданами обязательных требований в области использования и охраны недр, установленных настоящим Законом, Водным кодексом Российской Федерации (в части требований к охране подземных водных объектов), Налоговым кодексом Российской Федерации (в части нормативов потерь при добыче полезных ископаемых и подземных водных объектов) и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, принятыми ими в пределах полномочий по регулированию отношений в области использования и охраны недр на своих территориях, а также требований, содержащихся в лицензиях на пользование недрами и иных разрешительных документах, предусмотренных указанными нормативными правовыми актами.
Организация и осуществление государственного геологического контроля (надзора) регулируются Федеральным законом от 31 июля 2020 года N 248-ФЗ "О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации", а в случаях, указанных в абзаце третьем пункта 1 части первой настоящей статьи, - нормативным правовым актом соответствующего федерального органа исполнительной власти, принимаемым по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере изучения, использования, воспроизводства и охраны природных ресурсов.
Постановлением Правительства РФ от 30.11.2021 № 2127 утверждены Правилами подготовки, согласования и утверждения технических проектов разработки месторождений полезных ископаемых, технических проектов строительства и эксплуатации подземных сооружений, технических проектов ликвидации и консервации горных выработок, буровых скважин и иных сооружений, связанных с пользованием недрами, по видам полезных ископаемых и видам пользования недрами, согласно пункту 9 которых в проектную документацию включаются технические и технологические решения по рациональному использованию и охране недр, технические и технологические решения по обеспечению требований в области охраны окружающей среды, требований в области промышленной безопасности, а также технические и технологические решения по использованию отходов недропользования, в том числе вскрышных и вмещающих горных пород, для целей, предусмотренных частями первой и второй статьи 23.4 и частью первой статьи 23.5 Закона Российской Федерации "О недрах" (в случае если проектной документацией предусматривается использование отходов недропользования, в том числе вскрышных и вмещающих горных пород, для указанных целей)
Состав и содержание технических проектов разработки месторождений полезных ископаемых определяются правилами подготовки технических проектов разработки месторождений полезных ископаемых по видам полезных ископаемых в соответствии с частью шестой статьи 23.2 Закона Российской Федерации "О недрах", а в отношении технических и технологических решений по использованию отходов недропользования также порядками, установленными в соответствии с пунктами 25.1 и 25.2 части первой статьи 3 Закона Российской Федерации "О недрах"
Требования к структуре и оформлению технических проектов строительства и эксплуатации подземных сооружений, технических проектов ликвидации и консервации горных выработок, буровых скважин и иных сооружений, связанных с пользованием недрами, определяются Федеральным агентством по недропользованию по согласованию с Министерством природных ресурсов и экологии Российской Федерации
Из материалов дела следует, что ООО «Руссоль» имеет лицензию на пользование недрами ИРК 15295 ТЭ выданную в отношении участка недр «Усольское месторождение» (т. 8 л.д. 110). Неотъемлемой частью данной лицензии являются в том числе условия пользования недрами (т. 8 л.д. 114-116), пунктом 10 которых предусмотрена обязанность пользователя недр выполнять установленные законодательством требования об охране недр и окружающей среды, безопасному ведению работ, связанных с пользованием недрами.
Как следует из акта выездной проверки 27.09.2024 № Н-1313-в, а также оспариваемого предписания, в ходе проверочных мероприятий Управлением Росприроднадзора установлены нарушения пунктов 1, 2, 7, 10, 14, части 2 статьи 22, пунктов 7, 8 части 1 статьи 23, статьи 26 Закона о недрах.
Указанные нарушения выразились в следующем:
- He обеспечено соблюдение раздела 3.7.4 технического проекта «Разработка восточной части Усольского месторождения каменной соли», не проведены работы по проверке герметичности колонны d 219 мм скважины № 7, что является нарушением требований раздела 10 условий пользования недрами к лицензии ИРК 15295 ТЭ;
- Не обеспечено выполнение требований раздела 5 технического проекта «Разработка восточной части Усольского месторождения каменной соли» (том 3), участок добычи захламлён отходами производства и потребления (ломом и отходами, содержащими незагрязненные черные Металлы в виде изделий, кусков, несортированные и др.), что является нарушением требований раздела 10 условий пользования недрами;
- Не обеспечено ведение геологической, маркшейдерской и иной документации, в делах скважин отсутствуют паспорта скважин №№ 14, 16, 17, разрезы (планы сечения) по результатам гидролокационной съёмки по скважинам №№ 14, 17 с 2021 года, диаграммы по результатам импульсного нейтрон-нейтронного каротажа (ИННК) в скважинах № 14 за 2018 год, № 17-2019;
- Не обеспечено выполнение мероприятий по мониторингу состояния поверхностных и подземных вод, предусмотренных разделом 9 технического проекта «Разработка восточной части Усольского месторождения каменной соли» (том 3), что является нарушением требований раздела 10 условий пользования недрами;
- Не обеспечено выполнение требований технического проекта «Разработка восточной части Усольского месторождения каменной соли» (том 1), не проводятся работы по определению уровня нерастворителя методом ИННК 1 раз в год, закладке выработанного пространства, что является нарушением требования раздела 10 условий пользования недрами к лицензии ИРК 15295 ТЭ;
- Не обеспечено выполнение решения раздела 3.13 технического проекта «Разработка восточной части Усольского месторождения каменной соли» (том 1), отсутствуют стационарные вышки для проведения спускоподъемных операций (СПО) на площадках скважин №№ 14, 17;
- Не обеспечена охрана недр и гидроминеральных ресурсов, не приняты меры по предотвращению поступления загрязняющих веществ в подземные воды, на площадке скважины № 16 отсутствует комплекс прискважинных сооружений (колодец на устье скважины, бетонированная площадка), что является нарушением требования раздела 10 условий пользования недрами ИРК 15295 ТЭ;
- Скважина № 16 не приведена в состояние, обеспечивающее безопасность жизни и здоровья населения, охрану окружающей среды, сохранность месторождения ввиду излива на земную поверхность вещества, находящегося в жидком агрегатном состоянии, что является нарушением требования раздела 10 условий пользования недрами ИРК 15295 ТЭ;
- Не обеспечена постановка на государственный учёт объекта HBOC в связи с осуществлением хозяйственной деятельности по лицензии на пользование недрами ИРК 15295 ТЭ, что является нарушением требования раздела 10 условий пользования недрами ИРК 15295 ТЭ;
- Не обеспечена охрана недр и гидроминеральных ресурсов ввиду неудовлетворительного состояния скважин №№ 6, 9, 12, 13, расположенных на лицензионном участке, коррозия металла, излив нефтепродуктов и веществ, находящихся в жидком состоянии, отсутствие оголовков скважин могут привести к загрязнению недр и гидроминеральных ресурсов либо привести месторождение полезных ископаемых и гидроминеральных ресурсов в состояние, непригодное для разработки, что является нарушением требования раздела 10 условий пользования недрами к лицензии ИРК 15295 ТЭ.
Рассматривая обоснованность выявленных нарушений, судом установлено следующее.
17.08.2016 директором ООО «Руссоль» утвержден технический проект «Разработка восточной части Усольского месторождения каменной соли» (т.7 л.д. 3-135) (далее – Технический план).
Пунктом 3.7.4 тома 1 Технического плана (т. 7 л.д. 28-29) в отношении скважины № 7 предусмотрено проведение комплекса мероприятий включающих в себя:
1. проверка герметичности колонны 0219 мм либо путем установки пакера и опрессовки рабочим давлением, либо закачкой в межтрубье колонн 0324 мм и 0219 мм нерастворителя или рассола с добавкой индикатора до глубины примерно 800 м. При последующем появлении нерастворителя или индикатора внутри колонны 0219 мм считать ее негерметичной;
2. в случае герметичности с использованием труборежущей аппаратуры производится обрезка трубы 219 мм на глубине 1150 м и дальнейшая эксплуатация нижележащего интервала;
3. в случае негерметичности извлекается часть колонны до глубины 691 м и оставшаяся часть колонны извлекается уже с помощью ловильного инструмента (при необходимости используются динамические нагрузки).
Не соглашаясь с вменяемым нарушением, Общество указывает, что проведение работ по проверке герметичности колонны скважины № 7 являются рекомендательными, в связи с чем обязательность выполнения указанных работ не предусмотрена.
Вместе с тем, как установлено судом, в Техническом проекте указано, что скважина № 7 по экономическим причинам с 05.12.2002 находится в консервации в ожидании ремонта до 11.03.2020.
Однако контролирующим органом выявлено, что ООО «Руссоль» без внесения изменений в Технический проект принято решение о продлении консервации скважины (акт о продлении консервации скважины № 7 от 04.03.2020 № 429), согласно которому объект признан законсервированным на 5 лет до 2025 года. Однако, на основании решений, изложенных в разделе 3.6.2 Технического проекта, Скважина № 7 с 2024 года вовлекается в эксплуатацию.
В свою очередь не проведение комплекса мероприятий, предусмотренных разделом 3.7.4 Технического проекта, влечёт неисполнение решений, принятых недропользователем и согласованных Центральной комиссией по разработке месторождений твёрдых полезных ископаемых, созданной Федеральным агентством по недропользованию (Роснедра) (протокол ЦКР-ТПИ Роснедр от № 120-16-стп), в части порядка отработки запасов (раздел 3.6.3 Технического проекта), что является нарушением требований по охране недр и окружающей среды, безопасному ведению работ, связанных с пользованием недрами, установленных разделом 10 условий пользования недрами (приложение к лицензии ИРК 15295 ТЭ).
Таким образом, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае, Обществу надлежало выполнить работы по проверке герметичности колонны d 219 мм скважины № 7, в связи с чем, суд признает обоснованными выводы Управления Росприроднадзора, изложенные в пункте 1 оспариваемого предписания обоснованными.
Не соглашаясь с нарушением указанным в пункте 2 оспариваемого предписания, заявитель указывает, что факт захламления зафиксирован на чужом земельном участке, которым Общество не владеет. Суд данный довод отклоняет как противоречащий материалам дела.
Так протоколом осмотра от 20.09.2024 № Н-1313-в (т. 8 л.д. 36-50) а также актом проверки от 27.09.2024 № Н-1313-в установлено, что захламление отходами черных металлов, металлических изделий, утративших потребительские свойства, бетонные, железобетонные изделия, продукция из древесины утратившая потребительские свойства обнаружено вблизи площадки скважины № 16, которая находится в границах лицензионного участка, эксплуатируемого Обществом.
Данные обстоятельства свидетельствуют о нарушении обществом требования пункта 7 части 2 статьи 22 Закона о недрах, таким образом, вменяемое нарушение также является обоснованным, подтвержденным материалами дела.
Оспаривая пункт 3 предписания, заявитель указывает, что вся необходимая геологическая, маркшейдерская и иная документация Обществом ведется и хранится надлежащим образом.
Проверяя данный довод, судом установлено, что при проведении проверочных мероприятий, Обществом представлен первичный комплект документов ходе анализа которого Управлением Росприроднадзора установлено что согласно делам скважин №№ 14, 16, 17 выявлено отсутствие паспортов скважин №№ 14, 16, 17, разрезов (планов сечения) по результатам гидролокационной съёмки по скважинам №№ 14, 17с 2021 года, диаграмм по результатам импульсного нейтрон-нейтронного каротажа (ИННК) в скважинах № 14 за 2018 год, № 17-2019.
Возражая против данных обстоятельств, заявитель ссылается на факт представления контролирующему органу дел скважин № 14, 16, 17, а также на положения пункта 3.2.18 Инструкции по безопасному ведению работ и охране недр при разработке месторождений солей растворением через скважины с поверхности. РД 03-243-98 утвержденной Постановлением Госгортехнадзора РФ от 26.11.1998 № 68 (далее – Инструкции № 68).
Однако, требования к содержанию геологической информации о недрах и формы ее представления утверждены Приказом Минприроды России № 549, Роснедр № 06 от 23.08.2022.
Согласно подпункту 3.2.18 Инструкции № 68, на каждую рассолодобывающую скважину, согласно Перечню геологической и маркшейдерской документации и требованиям к ее составлению для рассолопромыслов, должен вестись паспорт, отражающий основные геологические, технические и технологические данные по скважине от момента начала ее строительства до полной ликвидации (Приложения 1, 2, 3), что предусмотрено разделом 11.1.6.2 Технического проекта.
В соответствии с Приложением 2 Инструкции РД на каждую скважину заводится дело, в котором подшиваются все материалы в хронологической последовательности.
Аналогичные положения содержатся в пункте 238 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности при ведении горных работ и переработке твёрдых полезных ископаемых», утверждённых приказом Ростехнадзора от 08.12.2020 № 505, на каждую рассолодобывающую скважину должен вестись паспорт, отражающий основные геологические, технические и технологические данные по скважине от момента начала её строительства до полной ликвидации (письмо Енисейского управления Ростехнадзора от 25.09.2024 исх. № 362-5579 (вх. № 17396 от 27.09.2024)).
При этом, из материалов дела, следует, что в представленных контролирующему органу делах скважин, отсутствуют документы, содержащие указанную информацию. Представленные заявителем технические паспорта на скважины № 14, 16, 17 представляют собой документы регистрации права собственности, как объекта недвижимости.
Данный факт также подтверждается иссследованными непосредственно в судебном заседании паспортами скважин, представленными ответчику в ходе проверки.
Доказательства представления Обществом именно паспортов скважин № 14, 16, 17 соответствующих установленным требованиям, в материалах дела не содержится, в связи с чем, суд соглашается с наличием в деятельности Общества, вменяемого нарушения отраженного в пункте 3 оспариваемого предписания.
Пунктом 4 предписания Управлением Росприроднадзора обществу надлежит обеспечить выполнение мероприятий по мониторингу состояния поверхностных и подземных вод, предусмотренных разделом 9 технического проекта «Разработка восточной части Усольского месторождения каменной соли» (том 3).
Не соглашаясь с данным пунктом, заявитель указывает, что указанные мероприятия по мониторингу состояния поверхностных и подземных вод, надлежащим образом выполнены.
Согласно таблице 8.1 раздела 8 (т. 7 л.д. 106) периодичность контроля уровня и температуры воды, а также глубины скважин 3, 4, 6, 6а, 7 ,8 9, 14, 15, 18, 19, 21а, 103, 104, 106, 108, 109, 110, 111, 113, 116, родников №1, 2 установлена 1 раз в квартал со 2 по 4 кварталы, (апрель, июль, октябрь).
В этой же таблице установлена периодичность отбора проб для установления специфических показателей 2 раза в год (апрель, август).
Кроме того, установлена периодичность контроля мощности слоя свободных нефтепродуктов скважин 21а, 8, 8а 1 раз в полгода (апрель, август).
Вместе с тем, из служебных записок от 29.04.2022, 13.07.2022, 05.10.2023, 22,04.2024, 12.07.2024, 04.10.2024, представленных ООО «Руссоль», установлен факт не проведение мониторинга состояния водных объектов в соответствии с планом- графиком режимных наблюдений за состоянием поверхностных и подземных вод на участке размещения объектов ООО «Руссоль»
Так, судом установлено, что в июле 2023 не отбирались пробы по скважинам 3, 6 8, 9,14, 21а, 106, 109, 111, 113, а также химический анализ не проводился.
Таким образом, выявленное нарушение подтверждено материалами дела, а доводы заявителя не соответствуют установленным при проведении контрольных мероприятий обстоятельствам. Доказательств обратного заявителем в материалы дела не представлено.
При этом суд соглашается с выводом Управления Росприроднадзора о том, что решение о прекращении действия зарегистрированного в государственном водном реестре решения о предоставлении водного объекта в пользование, как и Договор от 01.07.2020 № 07-06/2020 холодного водоснабжения и водоотведения (далее - Договор), не отменяют обязанность ООО «Руссоль» в проведении мониторинга состояния водных объектов по Техническому проекту.
Возражая против пункта 5 предписания, заявитель указывает, что работы по определению уровня нерастворителя осуществлялись подбашмачным способом, а требования по закладке выработанного пространства не являются обязательным в отношении действующих скважин.
Порядок отработки запасов описан в разделе 3.6.3 Технического проекта (т. 7 л.д. 24). Осуществление контроля уровня нерастворителя методом импульсного нейтрон-нейтронного каротажа (ИННК) в скважинах № 14, № 17 не реже 1 раза в полгода предусмотрено разделами 3.7.1, 3.7.3 Технического проекта соответственно.
При этом ООО «Руссоль» в проверке график закачки нерастворителя, сведения об определении уровня нерастворителя методом ИННК не представлены.
Ссылки заявителя на положения пункта 11.1.3 Технического проекта (т. 7 л.д. 47) судом не принимаются, потому что из содержания данного пункта следует, что проведение подбашмачного контроля в ИННК для предотвращения потерь запасов соли, связанных с уходами потолочин камер и для контроля положения границы «нерастворитель - рассол», используется не в исследовательских целях, а в целях обеспечения наиболее полного извлечения запасов и обеспечения безопасности горных работ.
С учетом изложенного, суд соглашается с выводами контролирующего органа о неопределении Общества уровня нерастворителя методом ИННК 1 раз в год, закладке выработанного пространства.
Проверяя обоснованность требований пункта 6 оспариваемого предписания, судом установлено, что согласно разделу 1.3 Технического проекта проектная документация разработана на основании исходных данных и нормативных документов, в числе которых указаны Закон «О недрах», Инструкция РД и иные.
В соответствии с подпунктом 4.2.8 Инструкции № 68 для технологического обслуживания и производства ремонтных работ в эксплуатационный период проектом предусматриваются прискважинные сооружения (стационарные эксплуатационные вышки, пункт управления, сливной колодец, платформа для укладки труб, площадки для подъемника).
Согласно разделу 3.13 Технического проекта (т. 7 л.д. 34) технологический комплекс на поверхности УДР составляют оголовки 4-х рассолодобывающих скважин с комплексом прискважинных сооружений (стационарная вышка для проведения спускоподъемных операций (СПО); железобетонный колодец для сбора возможных проливов нерастворителя и рассола при СПО; бетонированная прискважинная площадка для исключения возможности пролива рассола и нерастворителя на земную поверхность), а также иные объекты и сооружения.
Протоколом ЦКР-ТПИ Роснедр от 28.06.2016 № 120-16-стп согласовано проектное решение об устройстве на УДР стационарных эксплуатационных вышек.
Возражая против указанного пункта, заявитель указывает, что Общество использует более современного оборудование в целях спускоподъемных операций на площадках скважин № 14, 17 а именно мобильные установки.
Вместе с тем, Техническим проектом не предусмотрено использование таких установок, таким образом, фактически, имеет место нарушение положение Технического проекта. Вместе с тем, суд обращает внимание, что заявитель не лишен возможности внести изменения в Технический проект в указанной части.
Таким образом, вменяемое нарушение материалами дела подтверждено.
Помимо указанных нарушений, контролирующим органом установлено, что Обществом не обеспечена охрана недр и гидроминеральных ресурсов, не приняты меры по предотвращению поступления загрязняющих веществ в подземные воды, на площадке скважины № 16 отсутствует комплекс прискважинных сооружений.
Кроме того, скважина № 16 не приведена в состояние, обеспечивающее безопасность жизни и здоровья населения, охрану окружающей среды, сохранность месторождения ввиду излива на земную поверхность вещества, находящегося в жидком агрегатном состоянии
Общество возражая против данного нарушения указывает, что скважина № 16 оборудована необходимыми прискважинными сооружениями, несмотря на отсутствие таких требований в отношении законсервированных скважин, а факт излива из скважин не подтверждается материалами дела.
Вместе с тем, указанные доводы не соответствуют материалам дела, поскольку на снимках №№ 27-29 фототаблицы от 20.09.2024 № Н-1313-в к протоколу осмотра от 20.09.2024 № Н- 1313-в зафиксировано скопление вещества, находящегося в жидком агрегатном состоянии, вокруг устья скважины №16 (т. 11 л.д. 12-14).
При этом суд соглашается с выводом Управления Росприроднадзора с учетом специфики работ, сопровождающих добычу каменной соли путём подземного растворения, а также необходимость осуществления закачки нерастворителя, поступление вещества из негерметичной скважины создает угрозу негативного воздействия не только на почвенный покров участка, но и на подземные воды.
Таким образом, суд находит нарушения, отраженные в пунктах 7-8 оспариваемого предписания подтвержденными материалами дела.
Доводы заявителя о том, что вменяемые требования подлежат применению только в отношении добычных скважин, и не применяются по отношению к скважинам находящимся в консервации, судом не принимаются, поскольку факт скопление вещества, находящегося в жидком агрегатном состоянии вокруг спорной скважины подтвержден материалами дела, неисполнение указанных требований противоречит смыслу консервации скважин.
В ходе проверочных мероприятий установлено, что Обществом не обеспечена постановка на государственный учёт объекта HBOC в связи с осуществлением хозяйственной деятельности по лицензии на пользование недрами ИРК 15295 ТЭ, что отражено в пункте 9 оспариваемого предписания.
Порядок постановки на государственный учет объектов, оказывающих негативное воздействие на окружающую среду, актуализация учетных сведений об объекте, оказывающем негативное воздействие на окружающую среду, снятие с государственного учета объектов, оказывающих негативное воздействие на окружающую среду определен статьей 69.2 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее - Закон окружающей среде)
Согласно статье 1 Закон окружающей среде объект HBOC - объект капитального строительства и (или) другой объект, а также их совокупность, объединенные единым назначением и (или) неразрывно связанные физически или технологически и расположенные в пределах одного или нескольких земельных участков.
При наличии совокупности объектов существуют 2 альтернативных признака единого объекта HBOC (достаточно одного из них или обоих), которые следует учитывать при его идентификации:
- единое назначение;
- неразрывная физическая или технологическая связанность.
Неразрывная технологическая связанность совокупности объектов
заключается в невозможности осуществления хозяйственной и (или) иной деятельности с использованием объекта HBOC или возникновении существенных затруднений при ее осуществлении в случае отсутствия хотя бы одного из объектов совокупности, составляющей объект HBOC.
Контролирующим органом установлено, что ООО «Руссоль» на государственный учёт поставлены следующие объекты, оказывающие негативное воздействие на окружающую среду (далее - объект HBOC):
25-0138-000083-П Механическая мастерская Фабрики по производству соли ЦДПС Усолье;
25-0138-000086-П Промплощадка №1 ЦДПС Усолье;
25-0138-000089-П Шламонакопитель;
25-0138-000088-П Котельная ЦДПС Усолье;
25-0138-000084-П Производственно-химическая лаборатория ЦДПС Усолье;
25-0138-000087-П Участок добычи рассола ЦДПС Усолье;
25-0138-000085-П Гараж ЦДПС Усолье.
Вследствие того, что все вышеперечисленные объекты ООО «Руссоль» расположены в границах лицензионного участка и неразрывно связаны физически и технологически, за исключением объекта 25-0138-000089-П Шламонакопитель, который частично расположен в границах лицензионного участка, подлежат постановке как единый объект HBOC.
Вместе с тем, указанные объекты поставлены на учет не как единый объект, а по частям.
Оспаривая указанный пункт, заявитель ссылается на то обстоятельство, что поскольку 5 объектов НВОС, имеющих единое хозяйственное назначение и неразрывную физическую и технологическую связь, объединены в единый объект НВОС.
Данный довод, судом отклоняется, поскольку материалами дела установлено раздельная постановка на учет указанных объектов НВОС. Таким образом, выявленное нарушение также является обоснованным.
Рассматривая требования, изложенные в пункте 10 оспариваемого предписания, суд приходит к следующему.
В силу статьи 7 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» (далее - Закон о недрах), в соответствии с лицензией на пользование недрами для добычи полезных ископаемых участок недр предоставляется пользователю в виде горного отвода - геометризованного блока недр.
При определении границ горного отвода учитываются пространственные контуры месторождения полезных ископаемых, положение участка строительства и эксплуатации подземных сооружений, границы безопасного ведения горных и взрывных работ, зоны охраны от вредного влияния горных разработок, зоны сдвижения горных пород, контуры предохранительных целиков под природными объектами, зданиями и сооружениями, разносы бортов карьеров и разрезов и другие факторы, влияющие на состояние недр и земной поверхности в связи с процессом геологического изучения и использования недр.
Пользователь недр, получивший горный отвод, имеет исключительное право осуществлять в его границах пользование недрами в соответствии с предоставленной лицензией. Любая деятельность, связанная с пользованием недрами в границах горного отвода, может осуществляться только с согласия пользователя недр, которому он предоставлен (абзац 4 статьи 7 Закона о недрах).
Абзацем 3 статьи 26 Закона о недрах установлено, что при полной или частичной ликвидации буровые скважины и иные сооружения, связанные с пользованием недрами, должны быть приведены в состояние, обеспечивающее безопасность жизни и здоровья населения, охрану окружающей среды.
Таким образом, на недропользователя возлагается обязанность за состоянием буровых скважин, расположенных в границах его лицензионного участка и горного отвода.
Согласно Разделу 8 Технического проекта Том 3 (т. 7 л.д. 108), одними из пунктов наблюдений являются скважины 6, 9. В разделе 8 Технического проекта (рис. 8.1, т.7 л.д. 106) Скважины 12, 13 указаны как контрольно-наблюдательные на схеме размещения контрольно-наблюдательных скважин и контрольных пунктов отбора проб родников.
Таким образом, Общество, утверждая Технический проект, признало за собой обязанность по осуществлению контроля за состоянием спорных скважин.
Вместе с тем, материалами дела установлено, что указанные скважины находятся в неудовлетворительном состоянии, так контролирующим органом в отношении указанных скважин установлена коррозия металла, излив нефтепродуктов и веществ, находящихся в жидком состоянии, отсутствие оголовков. Данное обстоятельство подтверждено материалами дела (т. 11 л.д. 18-31).
Возражая против вменяемого нарушения, общество указывает, что скважины 6, 7, 12, 13 не принадлежат Обществу, кроме того ООО «Руссоль» не осуществляло их пользование, а также ликвидацию, с учетом изложенного заявитель полагает что у него отсутствует обязанность по обеспечению охраны указанных недр и гидроминеральных ресурсов.
Данный довод судом не принимается как не основанный на нормах права, поскольку как указывалось ранее недропользователь обязан привести, помимо прочего ликвидированные скважины, связанные с пользованием недрами, в состояние, обеспечивающее безопасность жизни и здоровья населения, охрану окружающей среды.
Таким образом, принимая к вниманию, что спорные скважины находятся в границах горного отвода на котором расположен спорный участок недр ООО «Руссоль», контролирующий орган обоснованно пришел к выводу о том, что обеспечение в отношении спорных скважин охраны недр и гидроминеральных ресурсов возлагается на лицензиата, т.е. ООО «Руссоль».
В сущности своей доводы заявителя сводятся к несогласию с выявленными нарушениями. Вместе с тем, как установлено в ходе рассмотрения дела, данные доводы не нашли своего подтверждения материалами дела, кроме того доводы заявителя не основаны на нормах права, и фактических обстоятельствах.
Исследовав представленные лицам, участвующими в деле доказательства, и ознакомившись их с доводами, судом установлено, что ООО «Руссоль» допущено нарушение требований статей 22, 23 Закона РФ от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах».
С учетом изложенного, суд, в рассматриваемом случае, находит обоснованными требования Управления Росприроднадзора, изложенные в оспариваемом предписании.
Проверив предписание от 27.09.2024 № Н-1313-в, суд не находит оснований для признания его недействительным. Данное предписание вынесено контрольным органом в пределах своих полномочий и не противоречит действующему законодательству. Нарушений прав и законных интересов заявителя оспариваемым предписанием судом также не установлено. Всем существенным доводам заявителя дана оценка.
В соответствии с частью 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.
При таких обстоятельствах, предписание Межрегиональному управлению Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Иркутской области и Байкальской природной территории от 27.09.2024 № Н-1313-в является законным и обоснованным, в связи с чем требования заявителя удовлетворению не подлежат.
Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» по адресу: https://kad.arbitr.ru.
Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд
решил:
В удовлетворении заявленных требований отказать полностью.
Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.
Судья А.А. Пугачёв