ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

25 декабря 2025 года

Дело №А56-9992/2022/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 декабря 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Бурденкова Д.В.

судей Аносовой Н.В., Ракчеевой М.А.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Аласовым Э.Б.,

при участии:

конкурсного управляющего МУП «Центр ЖКХ» ФИО1 лично, по паспорту (посредством системы «веб-конференция»),

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 29.07.2025,

от АО «ЛОТЭК»: ФИО4 по доверенности от 24.07.2024,

от ООО «ОСК-Шлиссельбург»: ФИО5 по доверенности от 09.01.2025,

от иных лиц: не явились, извещены,

рассмотрев апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-21673/2025, 13АП-22074/2025) конкурсного управляющего МУП «Центр ЖКХ» и Палкина Евгения Ивановича на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.07.2025 по обособленному спору

№ А56-9992/2022/суб.1, принятое

по заявлению конкурсного управляющего МУП «Центр ЖКХ» о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) МУП «Центр ЖКХ»,

ответчики: Администрация МО Шлиссельбургское городское поселение муниципального образования Кировский муниципальный район Ленинградской области, ФИО6, ФИО2, ФИО7,

соответчики: ФИО8, ФИО9,

АО «Ленинградская областная тепло-энергетическая компания», Муниципальное образование Шлиссельбургское городское поселение муниципального образования Кировский муниципальный район Ленинградской области,

установил:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.04.2022 муниципальное унитарное предприятие «Центр ЖКХ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Определением суда первой инстанции от 11.07.2022 упрощенная процедура банкротства отсутствующего должника в отношении МУП «Центр ЖКХ» прекращена, в отношении должника введена процедура конкурсного производства по общим основаниям на четыре месяца.

От конкурсного управляющего поступило заявление, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о привлечении Администрации муниципального образования Шлиссельбургского городского поселения муниципального образования Кировского муниципального района Ленинградской области, ФИО6, ФИО2, ФИО7 и муниципальное образование Шлиссельбургского городского поселения муниципального образования Кировского муниципального района Ленинградской области к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно, приостановлении производства по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда первой инстанции от 05.02.2025 к участию в обособленном споре в качестве соответчиков привлечены ФИО9, акционерное общество «Ленинградская областная теплоэнергетическая компания».

Определением суда первой инстанции от 11.06.2025 Муниципальное образование Шлиссельбургского городского поселения муниципального образования Кировского муниципального района Ленинградской области привлечено к участию в споре в качестве соответчика.

Определением от 17.07.2025 суд первой инстанции удовлетворил частично заявление конкурсного управляющего; установил наличие оснований для привлечения Администрации МО Шлиссельбургского городского поселения

МО Кировского муниципального района Ленинградской области, ФИО7, ФИО2, ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам МУП «Центр ЖКХ» по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 № 266-ФЗ; установил наличие оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам МУП «Центр ЖКХ» по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 № 266-ФЗ; приостановил производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении Администрации МО Шлиссельбургского городского поселения МО Кировского муниципального района Ленинградской области, ФИО7, ФИО2, ФИО9, ФИО8 к субсидиарной ответственности в части определения размера такой ответственности до окончания расчетов с кредиторами МУП «Центр ЖКХ»; прекратил производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам МУП «Центр ЖКХ»; отказал в удовлетворении заявления управляющего в остальной части.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий и ФИО2 обратились в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права и несоответствие выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела, просили определение отменить в части, принять в указной части по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы конкурсный управляющий указал на то, что не согласен с определением суда первой инстанции в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности в связи с заключением им признанных недействительными договоров уступки прав требований № 1 и № 2 с ГУП «Леноблводоканал» по причине пропуска управляющим сроков обращения в арбитражный суд с настоящим заявлением; арбитражный суд необоснованно отклонил доводы управляющего о неправомерных действиях ФИО2 по заключению договоров уступки прав требований должника, повлекших утрату должником возможности взыскания дебиторской задолженности на сумму 20 558 145, 25 руб.; Администрацией МО не были приняты меры по принятию бухгалтерской документации должника от последнего директора должника, уволенного еще в 2018 году.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ФИО2 указал на необоснованность вывода суда первой инстанции о том, что передача

ФИО2 имущества должника стоимостью 107 887 695, 47 руб. является основанием для привлечения к его субсидиарной ответственности, так как данные действия были организованы собственником имущества должника и не были направлены на причинение вреда кредиторам МУП «Центр ЖКХ».

От сторон в суд апелляционной инстанции поступили дополнительные документы, приобщенные к материалам дела в порядке статьи 268 АПК РФ.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании конкурсный управляющий и представитель

ФИО2 доводы своих апелляционных жалоб поддержали.

Представители ООО «ОСК-Шлиссельбург» и АО «ЛОТЭК» дали пояснения относительно доводов, изложенных в апелляционных жалобах.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку в порядке апелляционного производства, обжалуется часть судебного акта, касающаяся отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и Администрации МО Шлиссельбургского городского поселения

МО Кировского муниципального района Ленинградской области за отсутствие работы по взысканию дебиторской задолженности с потребителей

МУП «Центр ЖКХ» и причинению должнику убытков; в части выводов о наличии оснований к привлечению к субсидиарной ответственности ФИО2 на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, руководителями должника в различные периоды времени являлись:

- ФИО7 в период с 01.10.2013 по 21.06.2016;

- ФИО2 в период с 22.06.2016 по 29.09.2017;

- ФИО9 в период с 30.09.2017 по 09.11.2017;

- ФИО10 в период с 13.11.2017 по 28.09.2018, чьим универсальным правопреемником является ФИО8

Как установлено судом первой инстанции, основанием для обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением в арбитражный суд послужило:

1. Неправомерные действия Администрации МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области,

ФИО6, МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области по изъятию имущества должника стоимостью 107 887 695 руб., неправомерные действия ФИО2 и ФИО7, передавших названное имущество.

2. Неправомерная уступка прав требований должника, совершенная ФИО2, повлекшая утрату должником возможности взыскания дебиторской задолженности на сумму 20 558 145 руб.

3. Бездействие Администрации МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области, ФИО6,

МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области по назначению генерального директора должника в период с 28.09.2018 по дату открытия конкурсного производства.

4. Неисполнение ФИО10, чьим универсальным правопреемником является ФИО8, Администрацией МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области,

ФИО6, МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника.

5. Неисполнение Администрацией МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области,

ФИО6, ФИО2 ФИО10, чьим универсальным правопреемником является ФИО8, ФИО9, МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника.

6. Заключение и исполнение Администрацией МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области,

ФИО6, ФИО2, ФИО9, АО «Ленинградская областная тепло-энергетическая компания», МО Шлиссельбургское городское поселение

МО Кировский муниципальный район Ленинградской области договора аренды от 01.09.2017 № 1 и дополнительного соглашения к нему от 30.09.2017 № 1.

Ссылаясь на указанные выше обстоятельства, конкурсный управляющий в суде первой инстанции просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по следующим основаниям:

- Администрацию МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области по основаниям подпункта 1, 2, 5 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Закона о банкротстве;

- ФИО6 по основаниям подпункта 1, 2, 5 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Закона о банкротстве;

- ФИО2 по основаниям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11., статьи 61.12 Закона о банкротстве;

- ФИО7 по основаниям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве;

- ФИО8 по основаниям подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Закона о банкротстве;

- ФИО9 по основаниям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Закона о банкротстве;

- АО «Ленинградская областная тепло-энергетическая компания» по основаниям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве;

- МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области по основаниям подпункта 1, 2, 5 пункта 2 статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

Представитель ООО «ОСК-Шлиссельбург» представил в суд первой инстанции дополнительные документы для приобщения к материалам дела.

Представители Администрации МО Шлиссельбургское городское поселение МО Кировский муниципальный район Ленинградской области, ФИО2 и

АО «Ленинградская областная теплоэнергетическая компания» в арбитражном суде против удовлетворения заявления управляющего возражали по основаниям, изложенным в отзывах.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции удовлетворил частично заявление конкурсного управляющего.

Поскольку в порядке апелляционного производства, обжалуется только часть судебного акта, суд апелляционной инстанции не вправе выйти за рамки апелляционных жалоб и проверяет законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции лишь в обжалуемой части.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника, имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Как следует из абзаца 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо установить наличие следующих обстоятельств:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Указанная позиция находит отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС18-13210 (2) от 07.10.2021 по делу

№ А40-252160/2015, включенном впоследствии в пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2021).

При этом, субсидиарная ответственность наступает тогда, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц (определение Верховного суда Российской Федерации от 06.08.2018

№ 308-ЭС17-67-7(2,3)).

Таким образом, определяющим для вывода о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию, является вывод о причинах несостоятельности должника обусловленных фактическими действиями (бездействием) такого лица.

В рассматриваемом случае субъектом банкротства является МУП «Центр ЖКХ», основным видом деятельности которого являлось производство пара и горячей воды (тепловой энергии) котельными.

Основными потребителями услуг предприятия являлись население, бюджетные учреждения и организации, то единственным источником исполнения обязательств перед ресурсоснабжающими организациями, покрытия расходов на текущую деятельность предприятия являлись платежи населения, организаций и учреждений за оказанные услуги.

Распоряжением от 31.08.2017 №324 Администрация согласовала передачу имущества должника, закрепленное на праве хозяйственного ведения, в аренду

АО «ЛОТЭК»

Согласно договору аренды от 01.09.2017 должник передал в аренду

АО «ЛОТЭК» все недвижимое и движимое имущество (л.д. 131-139).

Пунктом 4.2 договора предусмотрено, что арендная плата перечисляется Администрации.

Таким образом, конкурсный управляющий и конкурсные кредиторы связывают наступление банкротства должника с действиями Администрации, выразившимися в изъятии имущества у должника.

Согласно положениями пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и пункта 2 статьи 7 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» муниципальное образование не несет ответственность по обязательствам государственного или муниципального предприятия, за исключением случаев, если несостоятельность (банкротство) такого предприятия вызвана собственником его имущества.

При недостаточности у муниципального предприятия имущества, на которое может быть обращено взыскание субсидиарная ответственность по обязательствам такого предприятия возникает у соответствующего муниципального образования.

Аналогичного рода ответственность предусмотрена и положениями статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Поскольку в федеральном законе, в частности статье 295 ГК РФ, определяющей права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении, не предусмотрено иное, собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе распоряжаться таким имуществом независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия (абзац 3 пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

В абзаце 2 пункта 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров необходимо учитывать, что собственник (управомоченный им орган) не наделен правом изымать, передавать в аренду либо иным образом распоряжаться имуществом, находящимся в хозяйственном ведении государственного (муниципального) предприятия.

Осуществляя свою деятельность, в частности, принимая решения в отношении предприятия, собственник имущества должен действовать в интересах самого общества и его кредиторов, проявляя высшую степень заботливости и осмотрительности, обязан принимать все меры для надлежащего формирования активов организации и ведения хозяйственной деятельности предприятия, не допускать ухудшения ее финансового состояния. Непроявление должной меры заботливости и осмотрительности означает наличие вины собственника в наступлении банкротства юридического лица (абзац 2 пункта 1 статьи 401 ГК РФ).

Исходя из положений законодательства, регулирующего деятельность унитарных предприятий, а также разъяснений данных высшими судами, следует, что собственник имущества унитарного предприятия обладает значительной степенью контроля деятельности унитарного предприятия и его директора; оценка собственником экономических результатов предприятия и достижения поставленных целей фактически свидетельствует о присутствии собственника в управлении делами унитарного предприятия, особенно при решении вопросов о передаче имущества предприятия.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Закон о банкротстве содержит общую формулировку, согласно которой если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Причем, закон не содержит исчерпывающий перечень обстоятельств, которые могут быть расценены судом в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. Положения Закона о банкротстве содержит лишь перечень опровержимых презумпций.

Как следует из анализа финансового состояния должника, подготовленного управляющим в 2022 году, деятельность предприятия на протяжении всего анализируемого периода 2015-2017 годы была по сути убыточной, при этом основными причинами неплатежеспособности лица являются долги по оплате коммунальных услуг и изъятие основных средств производства.

Изъятие всего имущества (основных средств) в 2017 году, используемого в основной производственной деятельности, приносящей доход, произошло в условиях неудовлетворительного финансового состояния должника и привело к прекращению деятельности предприятия и возникновению признаков объективного банкротства за пять лет до даты подачи заявления о признании должника банкротом (08.02.2022).

В реестр кредиторов должника включены требования кредиторов на сумму 76 244 200 руб.

Балансовая стоимость имущества, изъятого у должника, по оценке конкурного управляющего составляет около 90 673 422 руб.

Руководители должника, в том числе податель апелляционной жалобы ФИО2 каких-либо мер к восстановлению платежеспособности должника или минимизации ущерба от изъятия основных средств производства не приняли.

В условиях отсутствия доказательств, подтверждающих добросовестное осуществление собственником имущества предприятия и руководителем контроля за его деятельностью, обеспечивающего надлежащую работу, суд первой инстанции, с учетом особенностей деятельности предприятия, пришел к правильному выводу о том, что в результате изъятия всего имущественного комплекса должника, причинен существенный вред кредиторам в виде невозможности погашения их требований.

Такой учредитель (руководитель) не может быть освобожден от субсидиарной ответственности, предусмотренной указанными выше нормами Закона о банкротстве.

Аналогичная правовая позиция приведена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2021

№ 302-ЭС20-23984 по делу № А19-4454/2017.

Апелляционная жалоба ФИО2 не подлежит удовлетворению.

Оценивая доводы конкурсного управляющего и кредиторов разрешая вопрос о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц по заявленным основаниям в связи с отсутствием мер по взысканию дебиторской задолженности, суд пришел к следующим выводам.

Дебиторская задолженность населения по оплате за потребленные жилищно-коммунальные услуги обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности граждан, мероприятия по ее истребованию, как правило, характеризуются как низкоэффективные.

В рассматриваемом случае, с учетом характера дебиторской задолженности наличие невзысканной дебиторской задолженности, сформировавшейся при осуществлении хозяйственной деятельности должника, само по себе не может являться основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности с учетом того, что предпринимательская деятельность имеет рисковый характер и в процессе ее осуществления могут возникать обязательства, исполнение которых невозможно в силу тех или иных обстоятельств, в том числе финансовых сложностей у населения потребляющего ресурсы.

Кроме того, несмотря на изъятие имущественного комплекса, лица контролирующие должника, в том числе ФИО2 предпринимали соответствующих мер для пополнения бюджета предприятия и расчетов с кредиторами.

Как установлено судебными актами по делу № А56-91591/2017, МУП «Центр ЖКХ» (цедент) и МУП «Водоканал Шлиссельбурга» (цессионарий) заключили договор от 01.07.2016 № 1 уступки требования (цессии), по условиям которого цедент уступил, а цессионарий - принял права требования выплаты задолженности по состоянию на 01.06.2016 по коммунальным услугам (холодная вода и стоки) с абонентов - физических лиц города Шлиссельбурга Ленинградской области на

11 354 529, 20 руб. Дополнительным соглашением от 20.07.2016 к указанному договору подлежащая взысканию с физических лиц задолженность снижена до

9 407 420, 60 руб., а ее срок изменен на 01.07.2016. ООО «Вереск» (кредитор),

МУП «Центр ЖКХ» (первоначальный должник) и Водоканал Шлиссельбурга (новый должник) заключили договор перевода долга от 01.07.2016 № 1, по условиям которого новый должник обязался уплатить задолженность первоначального должника перед кредитором в размере 17 986 587, 65 руб., взысканную в рамках дела № А56-23469/2013.

Судебными актами по делу №А56-91558/2017 установлено, что 30.12.2016 МУП «Центр ЖКХ» (цедент) и МУП «Водоканал Шлиссельбурга» (цессионарий) заключены:

- договор № 2 уступки права требования (цессии) и дополнительного соглашения к нему, по условиям которого МУП «Центр ЖКХ» (цедент) Предприятию (цессионарий) уступлено право требования 18 585 764 руб. задолженности с потребителей (физических лиц) по оплате тепловой энергии и горячей воды по состоянию на 31.12.2016;

- договора № 3 уступки права требования (цессии), по условиям которого должник передал Предприятию право требования 310 199, 39 руб. задолженности Комитета образования администрации Кировского муниципального района Ленинградской области (далее - Комитет образования) по договору теплоснабжения от 12.01.2014 № 68-Т4;

- договора № 4 уступки права требования (цессии), согласно которому должник уступил Предприятию (цессионарию) право требования выплаты

ООО «ССТ» 50 419, 89 руб. задолженности по договору от 13.01.2014 № 65-Т;

- договор № 5 уступки права требования (цессии), по которому должник уступил Предприятию право требования выплаты ООО «Шлиссельбург»

89 962, 02 руб. задолженности по договору водоотведения от 15.02.2016 № 139;

- договора № 6 уступки требования (цессии), в соответствии с которым должник уступил Предприятию право требования выплаты ООО «ТД Сигма»

47 200 руб. задолженности по договорам от 21.07.2014 № 09, 10, 11 и 12;

- договора № 7 уступки требования (цессии), по которому должник уступил Предприятию права требования выплаты ООО «Содис Строй» 197 783 руб. долга.

В свою очередь, МУП «Водоканал Шлиссельбурга» (цессионарий) взял на себя обязательства МУП «Центр ЖКХ» (цедент) по уплате долговых обязательств перед кредиторами по договорам перевода долга.

С учетом всех заключенных спорных договоров, МУП «Центр ЖКХ» передало в МУП «Водоканал Шлиссельбурга»: - дебиторскую задолженность в размере

19 191 367 руб. и кредиторскую задолженность в размере 27 819 619 руб.

Следовательно, контролирующими должника лицами проводилась работа с дебиторской задолженностью, в результате которой произошло как снижение дебиторской задолженности, так и снижение кредиторской задолженности.

Требование в части взыскания убытков с ответчиков также не подлежит удовлетворению.

Последующее признание в ходе рассмотрения споров по делам

№ А56-91591/2017 и №А56-91558/2017 в 2020 году названных договоров уступки и перевода долга недействительными, по основаниям отсутствия согласования крупной сделки, не влияют на вывод суда о том, что ответчиками проводилась реальная работа с дебиторской задолженностью населения, сведений о ликвидности которой не представлено.

Доказательств подтверждающих противоправность поведения ответчиков в части проведения работы с дебиторской задолженностью населения и организаций, в том числе по мотиву злоупотребления правом в ущерб кредитором должника, не представлено.

Доводы, изложенные в отзыве ООО «ОСК - Шлиссельбург» на апелляционную жалобу ФИО2 судом отклоняются по следующим основаниям.

Судебными актами по делу № А56-9992/2022/тр.1, установлено, что

АО «ЛОТЭК» представлены достаточные доказательства, подтверждающие реальность существования отношений по договору поставки газа от 03.09.2012

№ 47-Б-7564 и фактической поставки газа должнику, а также отсутствие заинтересованности между первоначальным кредитором - ООО «Газпром межрегионгаз Санкт-Петербург» и должником.

Спорное право требования было приобретено кредитором 29.08.2017, то есть задолго до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (08.02.2022), исполнительный лист для принудительного взыскания задолженности предъявлен в службу судебных приставов в 2018 году (исполнительное производство

№ 2976/18/47036-ИП (41361019632662) от 30.05.2018).

Конкурсный управляющий должником и АО «ЛОТЭК» 29.09.2023 заключили новый договор аренды спорного имущества по цене (размеру арендной платы), аналогичной установленной в договоре аренды 2017 года.

Таким образом, АО «ЛОТЭК» не получило незаконную выгоду от недобросовестного поведения контролирующих должника лиц и не явилось потенциальным выгодоприобретателем банкротства должника.

Доказательства совершения кредитором действий со злоупотреблением правом, с намерением прочить вред должнику и другим кредитором, судом также не установлено.

Следовательно, оценив указанные обстоятельства, установленные в настоящем деле о несостоятельности (банкротстве), в их совокупности и сопоставив их, апелляционный суд пришел к выводу о том, что суд первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт.

Иные доводы подателей апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены судебного акта в обжалуемой части.

Конкурсным управляющим и ФИО2 не представлены доказательства, которые бы позволили арбитражному суду прийти к выводам о наличии иных фактических обстоятельств, которые бы могли повлиять на разрешение настоящего дела.

Учитывая изложенное, оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части по доводам апелляционных жалоб или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины распределены в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.07.2025 по делу № А56-9992/2022/суб.1 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

Судьи

Н.В. Аносова

М.А. Ракчеева