Решение по делу № А53-41489/2022 от 26.07.2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Ростов-на-Дону

26 июля 2023 г. Дело № А53-41489/22

Резолютивная часть решения объявлена 24 июля 2023 г. Полный текст решения изготовлен 26 июля 2023 г.

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Казаченко Г.Б. при ведении протокола судебного заседания секретарем Симоненко А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Техсервис» (ИНН <***>, ОГРН

<***>), ФИО1 к ФИО2 о взыскании убытков

при участии:

от истца ФИО1: до и после перерыва представитель по доверенности от

15.10.2022 ФИО3, диплом (онлайн),

от истца общества с ограниченной ответственностью «Техсервис»: до перерыва

представитель по доверенности от 10.10.2022 ФИО4, диплом, после перерыва

представитель не явилась, извещена,

от ответчика: до перерыва представитель по доверенности от 12.12.2022 ФИО4

С.В., диплом, после перерыва представитель не явилась, извещена

установил:

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением о взыскании с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Техсервис» убытков в размере 4 089 600 рублей.

Определением суда от 20.12.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено: общество с ограниченной ответственностью «Техсервис».

Протокольным определением суда от 01.03.2023 к участию в деле в качестве материального истца привлечено общество с ограниченной ответственностью «Техсервис».

Стороны явку представителей в судебное заседание, назначенное на 17.07.2023 года, обеспечили.

Представитель истца ФИО1 заявил ходатайство в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым просил суд взыскать с ответчика убытки в размере 2 599 224,26 рублей.

Судом ходатайство рассмотрено и удовлетворено, уточнения приняты.

Представитель истца ФИО1 требования с учетом принятых уточнений поддержал, просил суд удовлетворить в полном объеме, взыскать с ответчика 2 599 224,26 рублей убытков, пояснив суду, что денежные средства по договору уступки прав требования должны были получить 31.12.2019 года, однако 27.12.2019 сторонами договора было подписано дополнительное соглашение, в котором срок оплаты продлен на 5 лет, что является невыгодным для общества, поскольку общество лишилось возможности получить денежные средства. Кредитор вправе был рассчитывать получение денежных средств в 2019 году, расчет убытков произведен по двукратной ставке ЦБ РФ. Дополнительное соглашение не оспаривалось.

Представитель материального истца общества с ограниченной ответственностью «Техсервис» в удовлетворении уточненных исковых требований возражала по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление, полагал, что убытки обществу не причинены, исковые требования являются необоснованными, поскольку общество заключило выгодную сделку, экономическая целесообразность дополнительного соглашения заключается в не расторжение договора. Дополнительное соглашение к договору уступки прав требования было заключено сторонами по просьбе ФИО5 В случае расторжения договора уступки прав требования были бы предъявлены к ЗАО «Кавказ» и общество было бы обязано вернуть ФИО5 уплаченные им денежные средства. В 2020 году были ограничения в связи с распространением ковида, в связи с чем, обращение с заявлением о банкротстве было невозможно. Истец не доказал, что в результате заключения дополнительного соглашения обществу были причинены убытки. Ответчиком произведен расчет по ст. 395 ГК РФ, который составил 1 054 331,45 рубль. В соответствии с ГК РФ ответственность должна составлять не менее 2/3 ставки рефинансирования.

Представитель ответчика в удовлетворении уточненных требований возражала по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление, дополнениях к отзыву, просила суд в иске отказать в полном объеме.

В судебном заседании, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлен перерыв до 24.07.2023 года до 11 часов 30 минут.

После перерыва судебное заседание продолжено 24.07.2023 года в 11 часов 30 минут в том же составе суда при участии представителя истца ФИО1 в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие материального истца, ответчика, извещенных надлежащим образом.

Представитель истца ФИО1 уточненные требования поддержал, просил суд удовлетворить в полном объеме.

Суд, выслушав пояснения представителя истца, исследовав материалы дела, установил следующие фактические обстоятельства дела.

В исковом заявлении истец в обоснование заявленных требований ссылается на следующие обстоятельства:

Общество с ограниченной ответственностью «Техсервис» (далее - Общество) создано 03.04.2015, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись ОГРН <***>.

Участниками Общества являются ФИО6 с 13.11.2015, которой принадлежит доля в уставном капитале в размере 50%, и ФИО1 с 20.05.2021, которому принадлежит доля в размере 50%.

Как указано истцом, ответчик ФИО2 своими действиями причинил убытки Обществу, поскольку он не принял мер, направленных на своевременное взыскание дебиторской задолженности с ФИО5 по договору уступки прав требования от 17.12.2018, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Техсервис» и индивидуальным предпринимателем

Давыдовым Максимом Леонидовичем, по условиям которого Общество уступило Давыдову М.Л. права требования к закрытому акционерному обществу «Кавказ» задолженности на сумму 11 651 377,37 рублей за вознаграждение в 10 000 000 рублей, срок оплаты которого, наступил 31.12.2019 года, однако дополнительным соглашением от 27.12.2019 к договору цессии от 17.12.2018, срок оплаты долга был продлен до 31.12.2024 года.

Истец ФИО1 полагает, что заключение договора уступки прав требования от 17.12.2018 и дополнительного соглашения к нему от 27.12.2019 было невыгодно для Общества, целесообразность заключения самого договора цессии отсутствовала, поскольку Общество с выгодой продало по нему права требования ФИО5, однако стороны заключив дополнительное соглашение к договору цессии продлили срок оплаты по договору уступки прав требования на пять лет, тем самым, предоставив ФИО5 коммерческий кредит, при этом, Общество не получило в результате какого-либо встречного предоставления, в связи с чем, Общество лишилось возможности использовать те денежные средства, которые должно было получить за уступленные права, неполученные денежные средства могли быть предоставлены в качестве займа третьим лицам, таким образом, заключение сделки является невыгодной для Общества, более того, за три с половиной года, что минули с даты истечения первоначального срока оплаты цессии, денежные средства потеряли покупательную способность из-за инфляции, что также свидетельствует о причинении Обществу убытков.

Истец, ссылаясь на пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 полагает необходимым рассчитать размер убытков исходя из средневзвешенных процентных ставок по кредитам на срок свыше одного года, которые действовали с 01.01.2020 года (именно с этой даты началась бы просрочка оплаты, если бы не дополнительное соглашение), поскольку в результате заключения дополнительного соглашения Общество лишилось возможности использовать соответствующие средства на протяжении более чем одного года, ввиду предоставления ответчиком первичных документов, по расчету истца размер убытков с учетом частичной от оплаты долга по договору в сумме 6 118 400 рублей и средневзвешенных ставок по кредитам, составил 2 599 224,26 рублей (уточненные требования).

Ссылаясь на недобросовестность действий ответчика при заключении договора уступки прав требования от 17.12.2018 и дополнительного соглашения к нему от 27.12.2019, причинения убытков Обществу, истец обратился в суд с настоящими уточненными исковыми требованиями.

Согласно положениям пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации участники корпорации вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Как определено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ)".

Согласно части 4 статьи 53, части 1 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участник юридического лица при рассмотрении

арбитражным судом корпоративного спора пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца, поскольку является законным представителем юридического лица, а также обладает правом требовать принудительного исполнения решения арбитражного суда в пользу этого юридического лица, как материального истца и фактического взыскателя (часть 2 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Следовательно, участник общества является косвенным выгодоприобретателем по иску наряду с обществом, получая выгоду от увеличения активов общества в случае удовлетворения иска.

В соответствии со статьями 53, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 43 - 46 Закона N 14-ФЗ участники такого общества вправе, помимо реализации объема корпоративных прав, определенных в статье 8 Закона N 14-ФЗ, оспаривать совершенные обществом сделки и требовать возмещения убытков причиненных обществу органами его управления. Аналогичные права предоставлены участникам корпорации, к которой отнесены также общество с ограниченной ответственностью, нормой статьи 65.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, вступившей в силу с 01.09.2014 года.

Как следует из материалов дела, истец приобрел статус участника общества с ограниченной ответственностью «Техсервис» 20.05.2021 года, на день заключения договора цессии от 17.12.2018, участниками общества с ограниченной ответственностью «Техсервис» являлись ФИО7 с 50% доли в уставном капитале общества и ФИО6 с 50% доли в уставном капитале общества.

Таким образом, ФИО1 обладает достаточной легитимацией на оспаривание сделок, совершенных обществом с ограниченной ответственностью «Техсервис» и ФИО5, в связи с чем, является надлежащим истцом по делу.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал, что истцом не доказан факт причинения обществу убытков, срок оплаты по договору цессии был изменен сторонами до 31.12.2024 года, на момент подачи иска срок оплаты в полном объеме не наступил, в связи с чем, основания для принудительного взыскания с ответчика денежных средств отсутствуют, заключенный договор цессии не может рассматриваться как убыточная и экономически нецелесообразная сделка.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав правовые позиции сторон, суд исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 44 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закона об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В силу п.3 ст.53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и

размер ответственности не установлены федеральными законами (п. 2 ст. 44 Закона об ООО).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в п.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление от 30.07.2013 № 62) единоличный исполнительный орган обязан действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно, а в случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора (п. 4 постановления от 30.07.2013 № 62).

Ответственность, установленная статьей 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно положениям статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно при наличии определенных условий.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" указано, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 г. № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. Указанным Постановлением также определено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза, ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано,

что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения. Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публичноправовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 12.04.2011 № 15201/10, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

При принятии решения по настоящему делу суд исходит из недоказанности ФИО1 всей совокупности условий, необходимых для привлечения руководителя Общества Пак М.Л. к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

Так, в обоснование исковых требований о взыскании с ФИО2 в возмещение убытков истец ссылается на нелесообразность заключения данной сделки, что привело к лишению возможности получения прибыли. Истец указывает на то, что заключенная сделка является убыточной для Общества, оплата по договору уступки права требования до настоящего времени в полном объеме не произведена, также истец указал, что с иском о взыскании задолженности по договору уступки права требования к ФИО5 ответчик не обращался.

Ответчик не оспаривает, что денежные средства должны быть оплачены в полном объеме и будут им оплачены по окончании срока, который, еще не наступил, в настоящее время платежи ответчиком производятся регулярно, т.е. совершаются действия, направленные на исполнение обязательство по указанному договору и дополнительному соглашению.

В подтверждение указанных доводов, представителем ответчика, представлены договор уступки прав требования от 17.12.2018, акт от 17.12.2018 приема-передачи документов по договору уступки прав требования от 17.12.2018, дополнительное соглашение от 27.12.2019 к договору уступки прав требования от 17.12.2018, договор уступки прав требования (цессии) от 25.12.2017, акт приема-передачи документов по договору уступки прав требования (цессии) от 25.12.2017, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.12.2018 по делу № А32-5570/2013, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 01.08.2013 по делу № А32-5570/2013, реестр оплаты по договору уступки прав требования от 17.12.2018, платежные поручения, подтверждающие оплату уступки прав требования от 17.12.2018: № 90 от 02.04.2019 на сумму 1 300 000 рублей, № 112 от 24.04.2019 на сумму 300 000 рублей, № 113 от 29.04.2019 на сумму 50 000 рублей, 138 от 31.05.2019 на сумму 50 000 рублей, № 143 от 05.06.2019 на сумму 200 000 рублей, № 158 от 17.06.2019 на сумму 100 000 рублей, № 161 от 31.10.2019 на сумму 30 000 рублей, № 181 от 05.07.2019 на сумму 100 000 рублей, № 382 от 20.10.2020 на сумму 500 000 рублей, № 409 от 12.11.2020 на сумму 50 000 рублей, № 410 от 12.11.2020 на сумму 310 000 рублей, № 446 от 03.12.2020 на сумму 110 000 рублей, № 448 от 04.12.2020 на сумму 500 000 рублей, № 58 от 12.02.2021 на сумму 10 000 рублей, № 132 от 30.03.2021 на сумму 10 000 рублей, № 156 от 08.04.2021 на сумму 20 000 рублей, № 169 т 14.04.2021 на сумму 50 000 рублей, № 188 от 26.04.2021 на сумму 350 400 рублей, № 240 от 31.05.2021 на сумму 3 000 рублей, № 274 от 15.06.2021 на сумму 8 000 рублей, № 289 от 25.06.2021 на сумму 5 000 рублей, № 297 от 30.06.2021 на сумму 7 000 рублей, № 316 от 12.07.2021 на сумму 1 000 рублей, № 324 от 14.07.2021 на сумму 8 000 рублей, № 355 от 30.07.2021 на сумму 40 000 рублей, № 421 от 31.08.2021 на сумму 10 000 рублей, № 455 от 15.09.2021 на сумму 10 000 рублей, № 497 от 30.09.2021 на сумму 20 000 рублей, № 534 от 15.10.2021 на сумму 5 000 рублей, № 565 от 28.10.2021 на сумму 10 000 рублей, № 599 от 15.11.2021 на сумму 10 000 рублей, № 613 от 18.11.2021 на сумму 100 000 рублей, № 711 от 29.12.2021 на сумму 7 000 рублей, № 712 от 29.12.2021 на сумму 10 000 рублей, № 21 от 14.01.2022 на сумму 10 000 рублей, № 40 от 31.01.2022 на сумму 10 000 рублей, № 76 от 15.02.2022 на сумму 20 000 рублей, № 137 от 15.03.2022 на сумму 10 000 рублей, № 175 от 31.03.2022 на сумму 10 000 рублей, № 211 от 15.04.2022 на сумму 10 000 рублей, № 235 от 28.04.2022 на сумму 50 000 рублей, № 289 от 18.05.2022 на сумму 50 000 рублей, № 305 от 31.05.2022 на сумму 5 000 рублей, № 338 от 15.06.2022 на сумму 10 000 рублей, № 358 от 30.06.2022 на сумму 5 000 рублей, № 397 от 15.07.2022 на сумму 10 000 рублей, № 426 от 29.07.2022 на сумму 46 000 рублей, № 429 от 01.08.2022 на сумму 10 000 рублей, № 443 от 05.08.2022 на сумму 70 000 рублей, № 481 от 15.08.2022 на сумму 10 000 рублей, № 494 от 24.08.2022 на сумму 15 000 рублей, № 546 от 15.09.2022 на сумму 50 000 рублей, № 575 от 30.09.2022 на сумму 10 000 рублей, № 580 от 05.10.2022 на сумму 50 000 рублей, № 581 от 05.10.2022 на сумму 4 000 рублей, № 620 от 14.10.2022 на сумму 15 000 рублей, № 644 от 31.10.2022 на сумму 10 000 рублей, № 653 от 07.11.2022 на сумму 1 000 рублей, № 677 от 15.11.2022 на сумму 15 000 рублей, № 711 от 30.11.2022 на сумму 5 000 рублей, № 734 от 12.12.2022 на сумму 90 000 рублей, № 767 от 29.12.2022 на сумму 30 000 рублей, № 38 от 30.01.2023 на сумму 7 000 рублей, № 2 от 15.02.2023 на сумму 10 000 рублей, № 78 от 28.02.2023 на сумму 20 000 рублей, № 94 от 06.03.2023 на сумму 7 000 рублей, № 106 от 15.03.2023 на сумму 4 000 рублей, № 128 от 28.03.2023 на сумму 10 000 рублей, № 141 от 14.04.2023 на сумму 3 000 рублей, № 165 от 27.04.2023 на сумму 12 000 рублей, № 168 от 28.04.2023 на сумму 10 000 рублей, акт приема-передачи векселя от 10.02.2021, копия

простого векселя серия ТС № 0007674 на сумму 100 000 рублей, копия простого векселя серия ТС № 0007675 на сумму 900 000 рублей, копия простого векселя серия ТС № 0007676 на сумму 100 000 рублей.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, право требования к должнику закрытому акционерному обществу «Кавказ» в сумме 11 651 377,37 рублей, было получено обществом с ограниченной ответственностью «Техсервис» (цессионарий) в результате заключения договора уступки права требования (цессии) от 25.12.2017 с закрытым акционерным обществом «Сахарный комбинат Курганинский» (цедент), акционером которого является общество с ограниченной ответственностью «Техсервис» с долей владения 24 %.

Денежная оценка уступаемых прав по договору уступки права требования (цессии) от 25.12.2017 составила 500 000 рублей (п. 2.2 договора уступки права требования (цессии) от 25.12.2017).

На момент заключения договора уступки права требования (цессии) от 25.12.2017 должник - закрытое акционерное общество «Кавказ» признано несостоятельным (банкротом) решением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.05.2013 по делу № А32-5570/2013, а указанная задолженность (требование закрытого акционерного общества «Сахарный комбинат «Курганинский») в размере 11 651 377,37 рублей основного долга была включена в третью очередь реестра требований кредиторов закрытого акционерного общества «Кавказ» (определение Арбитражного суда Краснодарского края от 01.08.2013 по делу № А32-5570/2013).

Таким образом, общество с ограниченной ответственностью «Техсервис» получило право требования к должнику-банкроту (закрытому акционерному обществу «Кавказ») в размере 11 651 377,37 рублей, заплатив при этом сумму в размере 500 000 рублей.

Конкурсными кредиторами, владеющими большей частью кредиторской задолженности и имеющими определяющее число голосов на собрании кредиторов (мажоритарные кредиторы) в деле № А53-5570/2013 являлись:

- ОАО «Сбербанк России» - 51,9 млн. рублей (залоговый кредитор); - ОАО «Россельхозбанк» - 148,4 млн. рублей (залоговый кредитор); - ООО «Разумов и партнеры» - 35 млн. рублей.

- ФНС России - 23 млн. рублей.

17.12.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Техсервис» (Цедент) в лице директора ФИО2, действующего на основании с Устава, с одной стороны и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) (Цессионарий) заключен договор уступки прав требования, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает требование к Должнику - Закрытому Акционерному Обществу «Кавказ» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 352432, <...>) о возврате займа по Договору зама № б/н от 23 июня 2011 года (далее - Договор займа) (пункт 1 .1договора цессии).

Согласно пункту 1.2 договора требование переходит к Цессионарию в объеме и на условиях, которые существуют на дату подписания Договора:

- сумма основного долга в размере 10 000 000 рублей;

- проценты за пользование суммой займа, согласно п. 1.6 договора займа в размере 1 651 377,37 рублей.

В соответствии с пунктом 1.3 договора требование удостоверяется следующими документами: договором займа № б/н от 23 июня 2011 года между ООО «Русское поле» и Должником; соглашением № 184/563-12 об уступке права (требования) (цессии) от 18 октября 2012г., заключенного между ООО «Русское поле» и ЗАО «Сахарный комбинат «Курганинский»; договором уступки права требования (цессии) от 25 декабря 2017г., заключенного между ЗАО «Сахарный комбинат «Курганинский» и ООО «Техсервис»;

определением Арбитражного суда Краснодарского края от 01.08.2013г. по делу № А325570/2013; определением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.12.2018г. по делу № А32-5570/2013.

Пунктом 1.4 договора установлено, что срок исполнения требования (срок погашения займа) наступил 16 января 2012 года.

Согласно пункту 2.1 договора вознаграждение Цедента за уступку составляет 10 000 000 (Десять миллионов) рублей.

Цессионарий обязуется уплатить Цеденту вознаграждение в срок до 31 декабря 2019 года, путем перечисления суммы, указанной в п.2.1. Договора, на расчетный счет Цедента (пункт 2.2 договора).

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что требование переходит к Цессионарию с даты заключения Договора.

Согласно акту приема-передачи документов по договору уступки прав требования от 17.12.2018, Общество с ограниченной ответственностью «Техсервис» (далее - Цедент) в лице директора ФИО2, действующего на основании с Устава, с одной стороны и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) (далее - Цессионарий), Цедент передал, а Цессионарий принял следующие документы, удостоверяющие право требования к ЗАО «Кавказ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) во исполнение Договора уступки права требования б/н от 17 декабря 2018 г.: 1) Договор займа б/н от 23.06.2011г. (оригинал); 2) Договор уступки права требования (цессии) от 25.12.2017г. (заверенная копия); 3) Уведомление Должнику об уступке права требования от 28.12.2017г. (заверенная копия); 4) Соглашение № 184/563-12 об уступке права (требования) (цессии) от 18.10.2012г. (заверенная копия); 5) Уведомление Должнику об уступке права требования от 31.10.2012г. (заверенная копия); 6). Акт приемки-передачи документации от 18.10.2012г. (заверенная копия); 7). Справка от 18.10.2012г. (заверенная копия); 8). Досудебная претензия от 05.12.2012г. (заверенная копня); 9). Исполнительный лист по делу № А32-40330/2012 от 27.12.2012г. (заверенная копия); 10) Платежное поручение № 22 от 14.04.2014г. (заверенная копия); 11) Платежное поручение № 188 от 18.07.2018г. (заверенная копия); 12) Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 01.08.2013г. по Делу № А32-5570/2013 (заверенная копия); 13) Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.12.2018г. по Делу № А32-5570/2013 (заверенная копия).

Дополнительным соглашением от 27.12.2019 к договору уступки прав требования от 17.12.2018, стороны пришли к соглашению изменить договор уступки прав требования от 17.12.2018 и внести изменения в пункт 2.2 договора, согласно которому пункт 2.2 изложен в следующей редакции: «2.2. Цессионарий обязуется оплатить Цеденту вознаграждения в срок до 31 декабря 2024 года, путем перечисления суммы, указанной в п. 2.1. Договора, на расчетный счет Цедента».

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.11.2021 г. по делу № А32-5570/2013, конкурсное производство в отношении закрытого акционерного общества «Кавказ» завершено; Межрайонной инспекцией ФНС № 16 по Краснодарскому краю в ЕГРЮЛ внесены сведения о прекращении деятельности юридического лица в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении

конкурсного производства за ГРН 2222300305181 от 10.03.2022 г.

Согласно финальному отчету конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Кавказ» № 327336 от 02.12.2021, размещенному на Федресуре частично были удовлетворены требования только залоговых кредиторов в сумме 49 775 540 рублей из 336 012 530 рублей; требования третьей очереди кредиторов, не обеспеченные залогом (к которым относится требование ИП ФИО5), в сумме 197 602 410 рублей. удовлетворения не получили, и согласно определению Арбитражного суда

Краснодарского края от 25.11.2021 г. по делу № А53-5570/2013 в соответствии с п. 9 ст. 142 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», считаются погашенными.

Из изложенного следует, что в результате действий ответчика Обществом получена прибыль в размере 5 618 400 рублей, а при полном расчете индивидуальным предпринимателем ФИО5 по договору уступки от 17.12.2018 чистая прибыль общества по данной сделке составит 9 500 000 рублей.

Таким образом, суд приходит к выводу, что заключенный договор уступки прав требования от 17.12.2018 не может рассматриваться как убыточная и экономически нецелесообразная сделка.

Довод истца о том, что заключение дополнительного соглашения от 27.12.2019 к договору цессии от 17.12.2018 с целью отсрочки платежа принесло убытки обществу, суд находит является необоснованным.

Так, дополнительным соглашением от 27.12.2019 к договору уступки прав требования (цессии) от 17.12.2018, срок оплаты по договору был установлен до 31.12.2024.

Как следует из представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности Общества за 2019 год, на момент подписания указанного соглашения Общество от индивидуального предпринимателя ФИО5 уже получило денежные средства в сумме 2 130 000 рублей, т.е. прибыль по договору уступки права требования (цессии) от 17.12.2018, для Общества составила 1 630 000 рублей. При этом, общество, на момент подписания договора, получало прибыль от своей деятельности и уплачивало налог на прибыль, что также следует из бухгалтерской отчетности.

Кроме того, истец доказательств наличия у ФИО5 возможности произвести оплату по договору уступки права требования (цессии) от 17.12.2018 в срок до 31.12.2019, а также, доказательств поступления предложений от третьих лиц о заключении с обществом с ограниченной ответственностью «Техсервис» договора процентного займа, а общество с ограниченной ответственностью «Техсервис» отказалось от заключения такого договора в связи с отсутствием денежных средств, т.е. не поступлением денежных средств от ФИО5, суду не представил.

Таким образом, утверждение истца о том, что Общество, получив денежные средства от ФИО5 в полном объеме, могло бы предоставить их кому-нибудь в качестве займа, получив прибыль в виде процентов за пользование займом, судом признается необоснованными, предположительным, документально не подтвержденным, наличие причинно-следственной связи между заключением договора уступки от 17.12.2018 с учетом дополнительного соглашения от 27.12.2019 и предполагаемой возможностью выдачи обществом кому-либо процентного займа, истцом не доказана.

Ссылка истца на постановление суда апелляционной инстанции по делу № А3237555/2022 как на правоприменительную судебную практику в настоящем споре, также является не состоятельной, поскольку предметом спора в деле № А32-37555/2022 являлось требование участника о признании недействительным дополнительного соглашения от 30.12.2021 к договору купли-продажи векселя от 25.12.2017 № 25/17 в части срока выполнения обязательств покупателя по оплате, заключенного директором без получения необходимого на то согласия участников общего собрания участников завода.

Вывод суда апелляционной инстанции о «явном и очевидном ущербе заводу совершением спорной сделки», на который ссылается истец, сделан судом «в отсутствие предварительной оплаты в какой-либо части суммы сделки, учитывая отсутствие сведений о наличии каких-либо встречных требований продавца к покупателю на момент совершения спорной сделки (дополнительное соглашение от 30.12.2021); и при полном отсутствии договорной ответственности покупателя, доказывают явный и очевидный ущерб заводу совершением спорной сделки.

В настоящем деле Чебановым О.А. заявлено требование (с учетом уточнения иска) о взыскании убытков, причиненных в связи с заключением дополнительного соглашения от 27.12.2019. Однако, в отличие от дела № А32-37555/2022, истцом не доказано отсутствие полной оплаты по договору уступки права требования от 17.12.2018 на момент подписания дополнительного соглашения, напротив, ответчиком представлены доказательства внесения платежей.

Вместе с тем, в материалы дела ответчиком были представлены платежные поручения за период с даты заключения договора уступки (17.12.2018) и по дату направления отзыва в суд (05.05.2023) с реестром, а также акт приема-передачи векселей в счет оплаты ФИО5 по договору уступки от 17.12.2018, на общую сумму 6 118 400 рублей.

Доказательств того, что при заключении договора уступки права требования от 17.12.2018 с учетом дополнительного соглашения от 27.12.2019 ответчик действовал не в интересах общества, что данные сделки причинили убытки Обществу, в нарушение ст. 65 АПК РФ, истцом не представлено.

Таким образом, истцом не доказана недобросовестность и неразумность действий (бездействия) директора общества с ограниченной ответственностью «Техсервис» Пак М.Л.

Кроме того, суд считает возможным отметить, что истец , являясь участником общества, ни договор уступки права требования, ни дополнительное соглашение к нему в установленные действующим законодательством сроки не оспорил.

С учетом вышеизложенного, в отсутствие доказательств реальности заключения обществом договора процентного займа, в отсутствии доказательств причинно-следственной связи между договором уступки от 17.12.2018 с учетом дополнительного соглашения от 27.12.2019, в отсутствии обоснования реальности упущенной выгоды, в удовлетворении исковых требований надлежит отказать.

Как следует из материалов, истцом на основании платежного поручения № 201 от 19.11.2022 года в доход федерального бюджета уплачена государственная пошлина в размере 43 448 рублей.

С учетом отказа в удовлетворении исковых требований, расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на истца как на проигравшую сторону.

При этом, истцу из федерального бюджета надлежит возвратить уплаченную по платежному поручению № 201 от 19.11.2022 года государственную пошлину в сумме 7 452 рублей (с учетом уменьшения исковых требований).

Руководствуясь статьями 49,167-170,176,225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета уплаченную по платежному поручению № 201 от 19.11.2022 года государственную пошлину в сумме 7 452 рубля.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Г.Б. Казаченко

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 03.03.2023 6:05:00

Кому выдана Казаченко Галина Борисовна