ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

30 мая 2025 года

Дело №А56-11178/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 мая 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова

судей Е.В. Будариной, А.Ю. Слоневской

при ведении протокола судебного заседания секретарем Д.С. Беляевой

при участии:

представитель АО «БМ-Банк» ФИО1 по доверенности от 06.05.2025 г.

представитель АО «МАК» ФИО2 по доверенности от 09.01.2025 г.

представитель АО «Компакт» ФИО3 по доверенности от 21.01.2025 г.

представитель ООО «ДОК «Калевала» ФИО4 по доверенности от 26.11.2024 г.

представитель ООО «Нативистрой» ФИО5 по доверенности от 26.11.2024 г.

представитель ООО «СЗ «Дом 10» ФИО6 по доверенности от 04.09.2024 г.

представитель ЗАО «Строитель-К» К.С. Коворотний по доверенности от 19.12.2023 г.

от иных лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-10177/2025, 13АП-10175/2025) АО «БМ-Банк» и АО «МАК» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.03.2025 г. по делу № А56-11178/2016, принятое

по заявлению должника об утверждении мирового соглашения в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Компакт» (ИНН <***> ОГРН <***>)

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 25.10.2023 г. (резолютивная часть объявлена 19.10.2023 г.) в отношении акционерного общества «Компакт» (далее - должник, Общество) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7 (далее – управляющий, ФИО7).

В ходе данной процедуры, а именно – 09.12.2024 г. – должник обратился в арбитражный суд с заявлением об утверждении мирового соглашения по делу, одобренного решением собрания кредиторов от 29.11.2024 г., и определением от 14.03.2025 г. данное мировое соглашение (от 29.11.2024 г.) утверждено судом в предложенной редакции с прекращением производства по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества.

Последнее определение обжаловано в апелляционном порядке кредиторами АО «БМ-Банк» (далее – Банк) и АО «Международный аэропорт «Курумоч» (далее – АО «МАК»); Банк в своей жалобе просит определение отменить, в утверждении мирового соглашения отказать (направив дело о несостоятельности (банкротстве) должника на новое рассмотрение в суд первой инстанции), настаивая на своих возражениях против утверждения этого соглашения, а именно полагая недоказанным его исполнимость и экономическую целесообразность, исходя, в частности, из подготовленного временным управляющим анализа финансового состояния Общества, содержащего выводы о невозможности восстановления его платежеспособности при отсутствии (в т.ч. отказе в истребовании по ходатайству Банка) дополнительных документов в подтверждение или опровержение этих выводов (в т.ч. актуального бухгалтерского баланса) и материальных ресурсов (включая источники финансирования и штат работников - при ненадлежащем доказательственном значении представленных в обоснование этого документов), необходимых для продолжения хозяйственной деятельности должника и исполнения представленных контрактов, применительно к которым апеллянт также указывает на их предоставление в неполном объеме, недоказанность самого факта заключения и т.д.

Кроме того, данный кредитор полагает, что представленный финансовый план, на котором основано решение об утверждении мирового соглашения, содержит ряд ошибок (противоречий), в т.ч. в нем не учтена необходимость для должника в связи с прощением части долга по этому соглашению уплаты налогов на добавленную стоимость и на прибыль (в сумме не менее 988 млн.руб.), а кроме того – размер величины нераспределенной прибыли по соглашению рассчитан из несопоставимых показателей.

АО «МАК» в своей жалобе также просит определение отменить и отказать в утверждении мирового соглашения, ссылаясь, помимо прочего, на заключение мирового соглашение (принятие собранием кредиторов решения о его заключении) за счет голосов аффилированных с должником лиц (количество принадлежащих которым на собрании кредиторов голосов составляет более 90 % от общего числа голосов всех кредиторов), ввиду чего принятие мирового соглашения в предложенной редакции направлено не на восстановление платежеспособности (возобновления хозяйственной деятельности) должника, а на списание задолженности перед независимыми кредиторами в интересах бенефициара, что не отвечает требованиям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В этой связи данный апеллянт также указывает на отсутствие разумных экономических целей для заключения мирового соглашения в предложенной редакции с учетом того, что признаки неплатежеспособности (в т.ч. задолженность перед кредиторами) начали формироваться у Общества еще с 2013-2014 г.г.; бизнес, ранее осуществляемый должником, начиная с 2015 г. выведен на аффилированное с ним лицо – АО СК «Компакт», а мировое соглашение, как следствие, заключено в целях избежать привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Кроме того, АО «МАК» не согласно со ссылками суда (в подтверждение возможности исполнения условий мирового соглашения) на проведенный временным управляющим анализ финансового состояния должника (в т.ч. указывая на допущенные в этом анализе ошибки, противоречия и пробелы – применительно, в частности, к анализу подлежащих оспариванию в качестве подозрительных сделок должника), полагая также, что приведенные судом первой инстанции выводы о перспективах оспаривания сделок являются неполными и не соответствующими фактическим обстоятельствам, а аффилированность (фактическая, в т.ч. с учетом характера их взаимоотношений с должником и поведения в процедуре его банкротства) с должником голосовавших за заключение мирового соглашения кредиторов имеет значение для оценки его законности, поскольку путем его одобрения эти кредиторы опять же пытаются избежать оспаривания указанных выше сделок в интересах бенефициара Общества, т.е. преследуют цель причинения вреда независимым кредиторам, при безусловном нарушении заключенным мировым соглашением прав и законных интересов АО «МАК», задолженность Общества перед которым (в виде пеней) в соответствии с условиями мирового соглашения прощается в полном объеме без его согласия на это.

В заседании апелляционного суда АО «БМ-Банк» и АО «МАК» поддержали доводы рассматриваемых жалоб; должник и другие участвующие в заседании кредиторы: ООО «ДОК «Калевала», ООО «Специализированный застройщик «Дом 10» (далее - ООО «СЗ «Дом 10»), ООО «Нативистрой» и ЗАО «Строитель-К» - возражали против их удовлетворения, в т.ч. по мотивам, изложенным в отзывах двух последних.

При этом, АО «МАК» заявило, а Банк поддержал ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи с принятием Верховным Судом Российской Федерации (далее - ВС РФ) надзорной жалобы на судебные акты по настоящему делу применительно к установлению требования ЗАО «Строитель-К»; другие участвующие в заседании лица возражали против удовлетворения данного ходатайства, и суд не усмотрел оснований для его удовлетворения (с учетом того, что в случае отмены каких-либо судебных актов по делу – если изложенные в них (или в судебном акте об их отмене) выводы имеют (будут иметь) существенное значения для вопроса об утверждении мирового соглашения – это будет (может являться) основанием для пересмотра вынесенных по этому вопросу судебных актов по новым обстоятельствам по инициативе заинтересованного в этом лица).

Кроме того, в суд поступили отзывы (письменные объяснения) на рассматриваемые жалобы от кредиторов АО «ВНИИГ им. Б.Е. Веденеева» и ООО «СЗ «Дом 10», а также должника, в приобщении которых к материалам дела судом было отказано: исходя из незаблаговременности их отправки как в суд (который фактически был лишен реальной возможности с ними ознакомиться до судебного заседания), так и другим участвующим в деле лицам (отсутствия доказательств отправки им этих отзывов/объяснений).

Иные участники дела/процесса, включая других (помимо присутствующих) кредиторов в заседание не явились и отзывов (позиций/возражений) по рассматриваемым жалобам не представили; при этом, о месте и времени судебного разбирательства они считается извещенным (в силу частей 1 и 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ), содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, а также при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 АПК РФ), в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 данного Кодекса дело (жалобы) рассмотрено без их участия при отсутствии, кроме того, от нихкаких-либо ходатайств, обосновывающих невозможность явки в заседание.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 272 АПК РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В частности, как предусмотрено статьей 150 Закона о банкротстве, на любой стадии рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве должника его конкурсные кредиторы и уполномоченные органы вправе заключить мировое соглашение; решение о заключении мирового соглашения со стороны конкурсных кредиторов и уполномоченных органов принимается собранием кредиторов большинством голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов в соответствии с реестром требований кредиторов и считается принятым при условии, если за него проголосовали все кредиторы по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, и такое соглашение может быть утверждено арбитражным судом только после погашения задолженности по требованиям кредиторов первой и второй очереди (пункт 1 статьи 158 Закона о банкротстве).

Также в силу положений статьи 150 Закона о несостоятельности мировое соглашение вступает в силу для должника, конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, а также для третьих лиц, участвующих в мировом соглашении, с даты его утверждения арбитражным судом и является обязательным для должника, конкурсных кредиторов, уполномоченных органов и третьих лиц, участвующих в мировом соглашении, а его утверждение судом в ходе процедур банкротства является основанием для прекращения производства по делу о банкротстве (пункт 1 статьи 159 и пункт 1 статьи 213.31 Закона о банкротстве).

При этом, согласно пункту 7 информационного письма Президиума ВАС РФ от 20.12.2005 г. № 97 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с заключением, утверждением и расторжением мировых соглашений в делах о несостоятельности (банкротстве)» (далее - Письмо № 97), не подлежат утверждению мировые соглашения, содержащие неясные выражения или создающие неопределенность в отношении объема обязательств должника или сроков их исполнения, а в соответствии с пунктом 11 Письма № 97 перед утверждением мирового соглашения суду следует проверить, не будут ли в результате его заключения поставлены в худшее положение по сравнению с участниками мирового соглашения иные кредиторы должника, на которых не распространяются условия мирового соглашения.

Также, как разъяснено в пункте 17 Обзора судебной практики ВС РФ № 1, утвержденного Президиумом ВС РФ 16.02.2017 г., при утверждении мирового соглашения суд должен выяснить, соответствуют ли его условия целям этой реабилитационной процедуры банкротства и не нарушают ли они обоснованных ожиданий всех кредиторов, при том, что наличие у каждого из конкурсных кредиторов требований к несостоятельному должнику определяет их правовой статус и правомерный интерес, которым является получение в результате мирового соглашения большего по сравнению с тем, на что можно было бы рассчитывать в результате незамедлительного распределения конкурсной массы; само по себе заключение мирового соглашения не гарантирует безусловное достижение указанного результата, поскольку итог будущей хозяйственной деятельности должника зависит от многих, в том числе сложно прогнозируемых, факторов; однако, процедура утверждения мирового соглашения в любом случае должна обеспечивать защиту меньшинства кредиторов от действий большинства в ситуации, когда уже на стадии его утверждения очевидно, что предполагаемый результат не может быть достигнут, в связи с чем при утверждении мирового соглашения суду необходимо выяснить, в каких целях заключается мировое соглашение - направлено ли оно, как это определил законодатель, на возобновление платежеспособности должника, включая удовлетворение требований кредиторов, либо применяется не в соответствии с предназначением института мирового соглашения (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 22.07.2002 г. № 14-П), а мировое соглашение, условия которого экономически необоснованны, утверждению не подлежит.

В этой связи в пункте 2 статьи 160 Закона о банкротстве установлены основания для отказа арбитражным судом в утверждении мирового соглашения, к которым относятся: нарушение установленного Законом о банкротстве порядка заключения мирового соглашения; несоблюдение формы мирового соглашения; нарушение прав третьих лиц; противоречие условий мирового соглашения Закону о банкротстве, другим федеральным законам и иным нормативным правовым актам; наличие иных предусмотренных гражданским законодательством оснований ничтожности сделок, а в пункте 18 Письма № 97 даны разъяснения, согласно которым кредиторы в результате мирового соглашения не должны получать существенно меньше того, что они получили бы в результате распределения конкурсной массы.

При этом учитываются продолжительность предоставляемой отсрочки, размер инфляции и прочие обстоятельства; правила Закона о банкротстве, регулирующие принятие решения о заключении мирового соглашения большинством голосов кредиторов, не означают, что такое решение может приниматься произвольно; установление неразумных сроков погашения задолженности не может считаться нормальным способом расчетов с кредиторами, противоречит смыслу и целям мирового соглашения как процедуры банкротства, и поскольку в силу невозможности выработки единого мнения иным образом Законом предусматривается принуждение меньшинства кредиторов большинством, мировое соглашение в деле о банкротстве должно представлять разумный компромисс между интересами должника и всех его кредиторов и не может приводить к неоправданным отсрочкам в погашении обязательств перед кредиторами, как не должно мировое соглашение заключаться в обход законодательства о банкротстве, а также оно не может противоречить смыслу и цели мирового соглашения как реабилитационной процедуры.

В данном случае, согласно материалам дела, 29.11.2024 г. состоялось собрание кредиторов АО «Компакт», на котором большинством кредиторов было принято решение об обращении в суд с ходатайством об утверждении мирового соглашения; решения данного собрания кредиторов были оспорены кредиторами в судебном порядке; однако, определением от 24.02.2025 г. в удовлетворении соответствующих заявлений было отказано.

При этом, по условиям спорного мирового соглашения, должник принимает на себя обязательства по погашению каждому кредитору, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника, тридцати процентов от суммы основного долга, включенной в реестр требований кредиторов должника, что составляет 1 070 672 589 руб. 59 коп.; исполнение данных обязательств должника перед кредиторами будет производиться в течение трех лет с момента утверждения мирового соглашения арбитражным судом в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Компакт» в соответствии с графиком платежей, указанным в Приложении № 1 к мировому соглашению; в то же время, в целях восстановления платежеспособности должника оставшиеся семьдесят процентов суммы основного долга перед кредиторами, а также все иные виды задолженности, включая мораторные проценты и неустойку (штрафы, пени), в размере ста процентов прощаются кредиторами должнику в соответствии с пунктом 1 статьи 156 Закона; кроме того, должником по мировому соглашению приняты на себя обязательства по перечислению до 30.04.2025 г. временному управляющему сумм вознаграждения в размере 403 580 руб. 65 коп., и компенсации понесенных расходов в размере 59 132 руб. 46 коп., при том, что из имеющихся в материалах дела документов следует факт отсутствия задолженности перед кредиторами первой и второй очереди, а представленное суду мировое соглашение от 29.11.2024 г. подписано генеральным директором должника К.Г. Касрадзе и представителем собрания кредиторов ФИО6.

Заявляя о невозможности утверждения представленного проекта мирового соглашения, представители возражающих кредиторов: АО «БМ-Банк» и АО «МАК» - помимо прочего, указали на аффилированность ряда кредиторов, отдавших своих голоса за утверждение мирового соглашения (в частности - ООО «ДОК «Калевала», ЗАО «Строитель-К», ООО «СЗ «Дом 10» и ООО «Нативистрой»); однако суд признал эти доводы необоснованными, как уже отклоненные при рассмотрении обособленного спора о признании недействительными решений собрания кредиторов должника, исходя из того, что они основаны на неверном толковании выводов суда, сделанных при рассмотрении иных обособленных споров в рамках настоящего дела о банкротстве, а именно - об отсутствии оснований для выводов об аффилированности перечисленных кредиторов с должником с учетом изменения состава их участников к моменту рассмотрения настоящего спора (ООО «Нативистрой» и ЗАО «Строитель-К»), а также о недоказанности фактической аффилированности с должником (ООО «СЗ «Дом 10») и об отсутствии возможности влияния голосов аффилированного лица на результат голосования (ООО «ДОК «Калевала»), как отметил суд в этой связи и то, что наличие аффилированности по отношению к должнику не лишает кредитора права голосовать за заключение мирового соглашения, а его голоса подлежат учету при определении количества голосов, проголосовавших за заключение мирового соглашения, т.е. какие-либо ограничения Законом о банкротстве в этой части не установлены.

Также в обоснование возможности исполнения условий мирового соглашения должником предоставлен финансовый план его деятельности на период с 2025 по 2027 г., в соответствии с которым нераспределенная прибыль (за минусом всех расходов) составит 1,166 млрд рублей, что позволит произвести все выплаты по мировому соглашению; согласно указанному плану, должником в настоящее время заключены ряд договоров генерального подряда, исполнение которых, по мнению должника, позволит ему осуществить погашение требований кредиторов в размере, установленном мировым соглашением, и в соответствии с условиями которых, должник принимает на себя обязательства по выполнению функций генерального подрядчика, что вопреки позиции возражающих кредиторов, не требует наличия в распоряжении должника ни строительной техники, ни запасов, ни оборудования, при неопровергнутости данного вывода указанными кредиторами, равно как отклонены судом и их доводы о заведомой неисполнимости указанных договоров, как заключенных с аффилированными лицами, поскольку из пяти контрагентов по ним явно аффилированными с должником являются только два, при том, что наличие аффилированности в ситуации тяжелого финансового положения должника является объективно объяснимым, тогда как аффилированность сама по себе не может во всех правоотношениях расцениваться как негативный фактор, а законодатель и правоприменитель в лице ВС РФ лишь выделает отдельные случаи, когда признак аффилированности указывает на недобросовестность участников таких правоотношений.

В этой связи суд, по материалам дела, анализу финансового состояния должника и пояснениям последнего, помимо прочего, установил, что Общество на сегодняшний момент не имеет никакого имущества, позволяющего ему за счет его реализации осуществлять расчеты с кредиторами, поэтому возобновление ранее успешно осуществлявшейся должником деятельности посредством заключения договоров, в том числе с аффилированными лицами, является попыткой должника восстановить платежеспособность и осуществить частичные расчеты с кредиторами, а в подтверждение возможности исполнить условия мирового соглашения должник, кроме того, предоставил Акт экспертного исследования, выполненный ФБУ Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы, в соответствии с которым, сметная прибыль должника по заключенным должником договорам составит 1,311 млрд.руб. – опять же при неопровергнутости данных выводов специалиста, изложенных в указанном заключении, возражающими кредиторами.

Равным образом, суд отклонил доводы о неравном положении кредиторов по условиям мирового соглашения, поскольку решение о его заключении было принято большинством голосов конкурсных кредиторов в соответствии с реестром требований кредиторов должника, мировое соглашение содержит согласованные сторонами сведения об условиях, о размере и сроках исполнения обязательств должника перед кредиторами и не создает преимуществ кредиторам, голосовавшим за его заключение, при том, что действующим законодательством не предусмотрен запрет на включение в мировое соглашения условий об освобождении от уплаты неустойки (пени, штрафов) в размере 100 %, а закрепленное в мировом соглашении условие об освобождении от уплаты неустоек (пеней, штрафов) действует в отношении всех без исключения конкурсных кредиторов, которые ввиду этого находятся в равном положении по отношению к должнику.

Также суд не принял доводы о том, что целью заключения мирового соглашения является списание задолженности должника перед независимыми кредиторами, устранение рисков оспаривания сделок и привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности, необоснованными, отметив в этой связи, что, как следует из анализа финансового состояния АО «Компакт», выполненного временным управляющим, причинами возникновения неплатежеспособности должника явились односторонний отказ ООО ОДПС «Сколково» от договора генерального подряда и предъявление ООО ОДПС «Сколково» требований по банковским гарантиям, неисполнение ПАО «МАК» обязательств по оплате стоимости выполненных работ по договору генерального подряда, создание неблагоприятной коммерческой и репутационной среды для АО «Компакт» на фоне выдвинутых требований обоих заказчиков, судебных разбирательств, в том числе предъявления к оплате банковских гарантий; данные выводы анализа финансового состояния должника никем из участников дела о банкротстве не опровергнуты, о его пороках и о недостоверности данных выводов не заявлено, равно как не заявлено и ходатайств о назначении финансово-экономической экспертизы деятельности должника, возможность проведения которой в рамках дела о банкротстве, предусмотрена Законом о банкротстве (ввиду чего, помимо прочего, суд не усмотрел оснований для перепроверки выводов анализа финансового состояния посредством истребования и анализа дополнительных документов по ходатайствам возражающих кредиторов), а изложенное позволяет прийти к выводу о том, что причинами возникновения неплатежеспособности не являлись действия (бездействие) контролирующего лица, которые бы выходили за пределы обычного предпринимательского риска и были бы направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов, при том, что документы бухгалтерского учета Общества, сформированные в соответствии с законодательством Российской Федерации, содержат достоверную информацию и не искажены, в полном объеме были переданы временному управляющему, что также никем из участников дела о банкротстве не опровергнуто.

Применительно к изложенному суд также учел, что дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено в 2016 г., следовательно, фактические обстоятельства совершения контролирующим должника лицом действий, оцениваемых при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, имели место в период до 2017 г., то есть до изменений в Закон о банкротстве, которыми в з\Закон была добавлена глава III.2, регулирующая основания привлечения к субсидиарной ответственности, и таким образом, оценка деятельности руководителя должника должна быть произведена по основаниям, которые содержались в статье 10 Закона о банкротстве (т.е. в ранее действующей редакции); однако, никто из участников дела о наличии таких оснований не заявил.

Кроме того, по мнению суда, не препятствуют утверждению мирового соглашения (не свидетельствуют о его пороках, в т.ч. о его заключении в незаконных целях) и доводы кредиторов о возможности оспаривания сделок должника, поскольку временным управляющим были проанализированы сделки, которые могли бы быть оспорены: по отчуждению самоходной техники, земельного участка, квартир, акций - и, как следует из материалов дела и пояснений должника, данный земельный участок был передан ООО «Росклимат» в соответствии с постановлением о передаче на реализацию в принудительном порядке имущества должника взыскателю от 25.09.2019 г. по оценочной стоимости 11 240 700 руб., так как реализация указанного объекта недвижимого имущества была публичной; однако, торговые процедуры были признаны несостоявшимися в связи с отсутствием заявок, то есть земельный участок не был реализован даже по оценочной стоимости, ввиду чего вероятность реализации указанного имущества по цене 169 340 000 руб. в случае удовлетворения заявления об оспаривании сделок и возврата имущества в конкурсную массу, не подтверждена.

В отношении реализации самоходной техники в количестве 17 единиц управляющим (судом) было установлено, что она была реализована должником в период с декабря 2017 по январь 2021 г. по цене 17 354 400 руб. при ее рыночной стоимости в соответствии с Актом экспертного исследования, выполненного ФБУ Северо-Западного регионального центра судебной экспертизы - 54 500 000 руб.; вместе с тем, определение этой (рыночной) стоимости производилось без осмотра техники (т.е. ее фактического состояния), хотя по данным должника, она на момент реализации находилась в неудовлетворительном состоянии, поскольку не обслуживалась с момента прекращения его деятельности.

Применительно к сделке от 04.08.2014 г. по взносу в уставный капитал ЗАО «Управляющая компания «Компакт» 99,99 % акций ЗАО «Компакт-Холдинг», как совершенной в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, суд (управляющий) признал, что она может быть оспорена по основаниям, изложенным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; однако, как следует из анализа финансового состояния должника, на 04.08.2014 г. он признакам неплатежеспособности не отвечал, а такие признаки появились в результате обстоятельств, возникших в конце октября 2015 г., что возражающими кредиторами также не опровергнуто; более того, подтверждением указанных выводов служат заключенные должником договоры с ОАО Сбербанк от 05.02.2015 и 14.10.2015 г. о предоставлении банковских гарантий на сумму 2 147 838 187 руб. 81 коп. и 543 696 899 руб. 35 коп., соответственно, а также Протокол совместной встречи с ОАО Сбербанк, ООО ОДПС Сколково и АО «Компакт» от 06.08.2015 г., в пункте 2 которого говорится о том, что Банк «Юникредит» принял на кредитном комитете положительное решение о пролонгации банковской гарантии в сумме 350 000 000 руб., а КБ Связьбанк подтвердил выход на кредитный комитет 07.08.2015 г. с вопросом о пролонгации банковской гарантии в сумме 370 млн.руб.

Что касается реализации должником квартир по адресу: Санкт-Петербург, ул. Белы Куна, д. 1 - в январе 2015 г., суд по материалам дела усмотрел, что общая стоимость квартир составила 11 964 000 руб.; их фактическая оплата была произведена; указанная сделка была совершена более, чем за один год до возбуждения дела о банкротстве, и на момент совершения сделки должник, как уже указано выше, так и в результате совершения сделки не отвечал (не стал отвечать) признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, а стоимость передаваемого имущества была малозначительной по отношению к активам должника, имевшимся в указанный период времени.

Сделка по отчуждению 16.03.2015 г. 13,97 % акций ЗАО «Управляющая компания «Компакт», как установил суд, совершена должником также более, чем за один год до принятия заявления о признании его несостоятельным (банкротом), следовательно, она может быть оспорена по основаниям, изложенным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; однако, на указанную дату должник, как опять же указано выше, признакам неплатежеспособности не отвечал (такие признаки появились в результате обстоятельств, возникших в конце октября 2015 г.), что исключает возможность оспаривания данной сделки по данным основаниям, как исходя из пояснений должника применительно к целесообразности (возможности) оспаривания сделки по уступке прав требований к ООО ОДПС Сколково по делу А40-255184/18-63-2075Э, суд признал, что по ней было получено встречное исполнение (в качестве оплаты за уступленные права требования приобретатель - ЗАО «Строитель-К» оплатил денежную сумму в размере 40 045 138 руб. 35 коп. - в счет погашения обязательств должника по оплате заработной платы и налогов), ввиду чего и в случае гипотетической возможности признания сделки недействительной и применения последствий ее недействительности конкурсная масса с учетом увеличения (восстановления) указанной кредиторской задолженности Общества могла бы пополниться на сумму не более 17 931 625 руб. 45 коп. (57 976 763 руб. 80 коп. (сумма сделки) - 40 045 138 руб. 35 коп.).

Относительно же оспаривания сделки по уступке прав требований к АО «Монолит-Кировстрой» в размере 448 320 108 руб. 15 коп. в пользу АО «ТМ-Консалт» и возврата указанного права требования в конкурсную массу суд с учетом пояснений должника установил, что соответствующая уступка была совершена в 2019 г., на момент ее совершения конкурсный управляющий АО «Монолит-Кировстрой» (дело № А56-28593/2017) уже распределил из его конкурсной массы денежные средства в пользу Общества - в порядке расчетов с кредиторами; указанные денежные средства были направлены на погашение налоговой задолженности должника, и должник не имел сведений о наличии у АО «Монолит-Кировстрой» какого-либо иного имущества (активов), в связи с чем и принял решение об указанной уступке прав требований, при том, что впоследствие конкурсная масса АО «Монолит-Кировстрой» пополнилась дополнительными активами только в 2024 г., что свидетельствует о добросовестности должника, совершившего сделку по распоряжению правом требования более, чем за пять лет до пополнения конкурсной массы указанного контрагента.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу, что оспаривание сделок должника не позволит пополнить конкурсную массу на сумму большую, чем должник обещает кредиторам по условиям мирового соглашения (по расчетам должника, не опровергнутым кредиторами, в результате оспаривания сделок в конкурсную массу могла бы быть возвращена сумма, не превышающая 232 636 225 руб. 45 коп., что составляет не более 6,5 процента от суммы основной задолженности, и это только при условии удовлетворения заявлений об оспаривании всех сделок, возврата имущества в конкурсную массу, реализации имущества на торгах и применения иных последствий недействительности сделок); соответственно, суд не усмотрел безусловных основания считать, что переход в процедуру конкурсного производства (как последствие отказа в утверждении мирового соглашения) позволит кредиторам получить в погашение их требований больше, нежели по условиям мирового соглашения, и, таким образом, признав, что оно заключено с соблюдением требований статьи 153 Закона о банкротстве и подписано уполномоченными лицами, а его содержание соответствует положениям статей 155 и 156 Закона о банкротстве и прав и законных интересов кредиторов и третьих лиц не нарушает, удовлетворил ходатайство об утверждении мирового соглашения и прекратил производство по делу о банкротстве.

Апелляционный суд не усматривает оснований для пересмотра изложенных выводов, как сделанных в результате подробной и всесторонней оценки (анализа) доводов (возражений) сторон и представленных ими доказательств (материалов дела), и – в частности – применительно к анализу оснований (условий) для оспаривания сделок, как предпосылки для вывода о возможности получения кредиторами в случае утверждения и исполнения мирового соглашения больших благ, чем это было бы в случае введения конкурсного производства и оспаривание в этой процедуре указанных сделок (соответствующих перспектив).

При этом, приведенный в обжалуемом судебном акте анализ сделок апеллянты в своих жалобах надлежаще (так же детально) не опровергли (не оспорили), как не обосновали они и реальную возможность пополнения конкурсной массы за счет иных возможных мероприятий, и в частности – за счет привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника, а именно – не привели ни соответствующих норм (в т.ч. в ранее действующей редакции Закона о банкротстве – по основаниям, содержащимся в его статье 10, на что суд первой инстанции также специально обратил внимание), ни конкретных обстоятельств, которые могли бы влечь указанную ответственность.

Равным образом, оспаривая целесообразность заключения мирового соглашения с точки зрения реальности его исполнения, податели жалоб не привели безусловных доказательств невозможности или маловероятности такого исполнения, которое, в то же время, подтверждается совокупностью материалов дела: анализом финансового состояния должника, проведенным временным управляющим, предложенным самим должником финансовым планом с приложением к нему соответствующих доказательств: контрактов и документов в обоснование реальности их исполнения (соответствующих материально-технических ресурсов привлекаемых по нему контрагентов), а также Актом экспертного исследования ФБУ Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы, при том, что вопреки доводам Банка, обязанность Общества по уплате соответствующих налогов, обусловленная частичным прощением долга, согласно пояснениям должника (исходя из заключения аудитора), возникает только после исполнения условий мирового соглашения, т.е. после 2027 г., и, соответственно, наступление этой обязанности на возможность исполнения условий мирового соглашения не влияет, а реальность исполнимости условий того или иного мирового соглашения в любом случае всегда носит только вероятностный характер (с учетом сложнопрогнозируемости всей совокупности факторов, связанных с коммерческой деятельностью на строительном рынке).

В этой связи само по себе утверждение апеллянтов об одобрении мирового соглашения исключительно за счет голосов аффилированных по отношению к должнику кредиторов не дает оснований полагать (даже если и признать факт такой аффилированности в полном объеме), что тем самым эти кредиторы преследовали какой-либо неподлежащий защите (в силу статьи 10 ГК РФ – как направленный исключительно на причинение вреда иным лицам - независимым кредиторам) незаконный интерес; более того, коллегия в этой связи, руководствуясь вышеприведенными выше разъяснениями высших судебных инстанций, исходит из того, что условия рассматриваемого мирового соглашения (в т.ч. о частичном прощении долга) одинаковы применимы ко всем кредиторам (с учетом пропорции обязательств должника перед ними и характера долга – основной задолженности или финансовых санкций), ввиду чего в этом случае нельзя говорить о нарушении баланса интересов сторон, и это соглашение заключено как с целью справедливого и соразмерного удовлетворения требований всех кредиторов (обеспечения их равенства), так и сохранения (продолжения) хозяйственной деятельности должника путем восстановления его платежеспособности, ввиду чего условия мирового соглашения являются разумными и отвечающими интересам всех его кредиторов.

Таким образом, условия представленного мирового соглашения, по мнению апелляционного суда, отвечают смыслу статей 150 и 156 Закона о банкротстве, а именно - оно заключено с целью справедливого и соразмерного удовлетворения требований всех кредиторов путем предоставления им равных правовых возможностей для достижения законных частных экономических интересов при сохранении деятельности организации - должника путем восстановления платежеспособности, и эти условия, в т.ч. о размере и о сроках исполнения обязательств должника перед кредиторами, соответствуют нормам пункта 1 статьи 156 Закона о банкротстве и части 2 статьи 140 АПК РФ для признания его заключенным, а именно – они являются ясными и определенными, с тем, чтобы не было неясностей и споров по поводу его содержания при исполнении, а само мировое соглашение было исполнимым, в т.ч. с учетом правил о принудительном исполнении судебных актов, при том, что положение мирового соглашения о дисконтировании (частичном прощении) основного долга и полном прощении задолженности по финансовым санкциям является необходимым условием для восстановления хозяйственной деятельности должника и его финансового благополучия, в связи с чем суд также учитывает, что прощение долга в последней части (и соответственно – прощение в полном объеме долга Общества перед АО «МАК», как состоящего из одних лишь санкций) не может являться основанием для отказа в утверждении соглашения, поскольку эти санкции, как подлежащие удовлетворению только после основного долга, в конкурсном производстве в любом случае погашены не были бы (ввиду недостаточности имущества должника для этого); в то же время, сохранение задолженности по этим санкциям – в силу их общего размера – безусловно будет влиять на возможность восстановления платежеспособности должника, при том, что кто-либо из возражающих против утверждения мирового соглашения кредиторов по этим санкциям не обосновал, что прощение этой задолженности повлечет для них критические для их деятельности убытки.

При изложенных обстоятельствах, условия мирового соглашения отвечают реабилитационным целям и призваны восстановить хозяйственную деятельность должника и его финансовое благополучие, а также отвечают и интересам кредиторов, чьи требования в результате подлежат погашению в большем размере, чем это имело бы место в случае признания должника несостоятельным (банкротом), что тем более верно в силу того, что в случае открытия процедуры конкурсного производства (как следствие отказа в утверждении мирового соглашении) текущая деятельность должника будет прекращена, возникнут дополнительные текущие расходы в виде вознаграждения конкурсного управляющего и судебных расходов, которые будут подлежать возмещению за счет реализации имущества должника, что, в свою очередь, также снизит процент удовлетворения требований кредиторов, при отсутствии, в то же время, в силу изложенного выше, безусловных доказательств (оснований полагать), что подлежащие проведению в этой процедуре мероприятия (включая оспаривание сделок и привлечение к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц) позволит удовлетворить требования кредиторов в размере большем (и на более выгодных условиях – в т.ч. с учетом возможной длительности рассмотрения соответствующих обособленных споров), чем это предусмотрено спорным мировым соглашением.

При этом, порядок заключения мирового соглашения конкурсными кредиторами и должником был соблюден; также соблюдена форма мирового соглашения, а условия мирового соглашения не нарушают права третьих лиц и не противоречат Закону о банкротстве, другим федеральным законам и иным нормативным правовым актам.

Таким образом, апелляционный суд признает обжалуемое определение соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ), а апелляционные жалобы – не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь 223, 266, 268, 269, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.03.2025 г. по делу № А56-11178/2016 оставить без изменения, а апелляционные жалобы АО «БМ-Банк» и АО «МАК» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

Судьи

Е.В. Бударина

ФИО8