ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, <...>, тел.: <***>, факс <***>

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А23-7294/2021 20АП-3496/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 01 октября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 03 октября 2025 года

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волошиной Н.А., судей Волковой Ю.А. и Макосеева И.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ковалевой Д.А. ., в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (далее - ФИО1) на определение Арбитражного суда Калужской области от 06.06.2025 по делу № А23-7294-5/2021,

вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО1,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее – ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ»),

УСТАНОВИЛ:

В производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ» (далее - общество, должник).

Решением Арбитражного суда Калужской области от 24.03.2022 (резолютивная часть от 24.03.2022) общество с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 11.12.2023 путем электронной подачи документов обратился в Арбитражный суд Калужской области с

заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО1.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 18.12.2023 заявление принято к производству, назначено к рассмотрению, к участию в дело в качестве заинтересованного лица (ответчика) привлечен ФИО1 (115280, <...>).

Конкурсный управляющий ФИО2 представил в суд заявление и ходатайство с уточненными требованиями по спору о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица от 17.10.2024, 25.10.2024, которые приняты судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

В окончательной редакции заявления конкурсный управляющий просит суд:

- признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 в соответствии с п.1 ст. 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» за неподачу контролирующим должника лицом заявления о признании должника несостоятельным и взыскать с ФИО1 по данному основанию в пользу должника 2 418 467,92 руб.;

- признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника в соответствии с п. 1 ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» за непередачу документов от руководителя должника и взыскать с ФИО1 в пользу должника в порядке субсидиарной ответственности по этому основанию, с учетом уточнения размера от 25.10.2024, 4 492 603,25 руб.;

От заинтересованного лица (ответчика) ФИО1

05.04.2024 поступил отзыв на заявление, в котором он возражал против удовлетворения заявленных требований, просил рассмотреть заявление без его участия. Указал, что в период после 01.11.2017 по дату начала процедуры банкротства должника, он действовал добросовестно и разумно с целью погашения долгов компании, в этот период должником уплачивались налоги, зарплата работникам, осуществлялось взыскание дебиторской задолженности, считает, что, в этих обстоятельствах, нельзя возлагать субсидиарную ответственность на руководителя по формальной причинам неподачи заявления о несостоятельности должника. Относительно привлечения его к субсидиарной ответственности по основанию не передачи документов от должника возражает, указал, что все имеющиеся у него документы были переданы конкурсному управляющему по факту его приезда на объект, передача произведена без описи, в связи с чем, полагает невозможным установить отсутствие у конкурсного управляющего истребуемых

первичных документов, подтверждающих дебиторскую задолженность.

Определением суда от 06.06.2025 признано доказанными наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ» на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Взыскано с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ» 4 492 603 руб. 25 коп.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой, просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявленных требования в полном объеме.

Мотивируя позицию, заявитель указывает на нарушение судом области норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда материалам дела.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу в адрес суда апелляционной инстанции не поступило.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлена судом области, в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц:

ФИО1, с 09.12.2015 по 24.03.2022 являлся генеральным директором должника, с 09.12.2015 по настоящее время является учредителем, размер доли 100 %.

В силу презумпции, установленной в п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, согласно которой пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника, ФИО1 является контролирующим должника лицом.

В обоснование своих доводов конкурсный управляющий ФИО2 в уточненных требованиях от 17.10.2024 указывает, что датой возникновения у должника признаков объективного банкротства (момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов) необходимо считать дату 08 февраля 2019 года, в обоснование чего ссылается на следующие доказательства и обстоятельства.

Согласно справке об основаниях возникновения задолженности перед уполномоченным органом у ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ» имеется задолженность по уплате обязательных платежей в размере 587 578,01 руб., которая возникла за 4 квартал 2018 года. Согласно этой же справке, срок уплаты большей части задолженности, указанной суммы: 08.02.2019. Указанная задолженность оплачена не была. Более того, начиная с 4 квартала 2018 года и далее (за 2019 и 2020 года) задолженность ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ» перед уполномоченным органом только росла. Конкурсным управляющим получен расчет задолженности от ИФНС № 3 по Жуковскому району Калужской области, согласно которому размер задолженности ООО «Торговый дом», которая возникла с 08.03.2019 составляет: 2 418 467,92 руб., в том числе: - основной долг: 1 512 951, 51 руб. - пеня: 803 648, 21 руб. - штрафы: 101 868,2 руб. Указанная задолженность подтверждена решением Арбитражного суда Калужской области по делу А23-7294/2021 от 24.03.2022.

Также о проблемах с налогами и об умышленной их неуплате, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствуют показания бывшего бухгалтера ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ» ФИО3, из показаний которой следует, что: «примерно в конце 2018 года счета ООО «Торговый дом» были арестованы из -за долга по налогам. В конце 2017 года ко мне пришел ФИО1 и принес доверенность от ФИО4 и сказал, что нужно открыть ООО «Молочная компания», при этом весь пакет документов на открытие ООО «Молочная компания» мне принес ФИО1 Я передала эти документы в МФЦ г. Белоусово. Свою деятельность ООО «Молочная компания» начала фактически в конце 2018 года, из-за долгов ООО «Торговый дом». «У ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ» была задолженность перед налоговой службой, задолженность росла, так как счет был арестован, а ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ» фактически свою деятельность продолжал.»

Помимо показаний ФИО5, конкурсным управляющим было получено заявление директора ООО «Молочная Компания» ФИО4 о фальсификации договора и товарных накладных и пояснения от ФИО4, согласно которым подпись ФИО4 в УПД (счет-фактурах), товарных накладных

фальсифицировалась, документооборот сторон сделки осуществлялся посредством полного корпоративного контроля со стороны ФИО6 и ФИО1, которые принимали управленческие решения и давали поручения и указания ФИО3 и ФИО7 о совершении тех или иных действий для реализации их воли. Печать общества находилась во владении данных лиц. Также согласно пояснениям ФИО4: «Юридические лица (стороны сделки), использовались указанными лицами для извлечения незаконной прибыли или иной противоправной выгоды: по сути был создан искусственный документооборот, в том числе путем фальсификации первичных документов. Мнимые поставки приобретали видимость законных хозяйственных операций путем двустороннего отражения операций в документах бухгалтерского учета компаний. Без подтверждения реальности осуществления поставок рассмотрение спорных операций в качестве имеющих реальное экономическое существо недопустимо. Считаю, что возможно действительной целью создания документооборота мнимых поставок между взаимосвязанными юридическими лицами (ООО «Молочная компания» и ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ») было получение необоснованной налоговой выгоды.» В подтверждение фальсификации подписей ФИО4 предоставлены заключения эксперта № 3618 и № 3619. Таким образом, исходя из вышеописанных фактов, бывший руководитель ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ» ФИО1 не планировал погашать задолженность по обязательным платежам перед уполномоченным органом. Вместо этого, ФИО1 открыл новую организацию и продолжал вести предпринимательскую деятельность. Данные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном поведении ФИО1

Заявитель считает, что руководитель должника ФИО1 обязан был обратиться с заявлением должника о банкротстве в арбитражный суд в течение месяца с момента возникновения соответствующих обстоятельств, то есть, до 08.03.2019, однако, указанных действий не совершил.

В силу п.2 ст.3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

На основании п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения

соответствующих обстоятельств.

С учетом представленных заявителем доводов и доказательств, которыми установлено наличие признаков неплатежеспособности должника на 08.02.2019, в отсутствие доказательств, опровергающих данные выводы, суд соглашается с тем, что датой наступления объективного банкротства следует считать 08.02.2019.

Следовательно, как указывает заявитель, должник обязан был подать заявление о собственном банкротстве не позднее последней декады 08.03.2019, однако этого не сделал.

Дело о банкротстве должника возбуждено Арбитражным судом Калужской области определением от 09.12.2021 по заявлению Федеральной налоговой службы России в лице МИФНС № 3 по Калужской области, то есть кредитора.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд области правомерно руководствовался следующим.

Относительно привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о собственном банкротстве в соответствии со ст. 61.12 Закона о банкротстве, суд области пришел к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абз. 2, 5 - 8 п. 1 ст. 9.1 Закона о банкротстве, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока:

- собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны

потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абз. 2, 5 - 8 п. 1 ст. 9.1 Закона о банкротстве.

Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. При этом названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац 1 п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве).

Размер ответственности в соответствии с п. 2 ст. 61.12 равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного п. 2 - 4 ст. 9 Закона о банкротстве и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной ст. 61.12 Закона о банкротстве входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Применительно к данной норме подлежит применению правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее, она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Исходя из этого, в ст. 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу норм названного федерального закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Вместе с тем, само по себе наличие неисполненных обязательств в определенный период времени не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании его банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

В обоснование своего довода конкурсный управляющий должника в первоначально поданном заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности от 11.12.2023 указывал датой объективного банкротства 01.11.2017 и ссылался на заключение между должником и ОАО «Брянский молочный комбинат» договора поставки товара № 46 от 05.10.2017.

В соответствии с п. 1.1. договора, поставщик обязался поставить, а покупатель принять и оплатить товар количестве, в сроки и по ценам, предусмотренным сторонами в согласованном протоколе, являющемся неотъемлемой частью настоящего договора. Согласно п.п. 3.1, 3.2 договора, покупатель оплачивает фактически принятое количество и качество поставленного товара по цене, указанной в протоколе согласования цены, оплата производится наличным или безналичным платежом в течение 7 календарных дней с момента поставки товара. Во исполнение условий заключенного договора ОАО «БМК» произвело поставку товара по товарным накладным: № 118993 от 10.10.2017, № 120051 от 15.10.2017, № 121326 от 17.10.2017, № 122524 от 20.10.2017, № 123858 от 24.10.2017, № 124163 от 25.10.2017, № 123858 от 25.10.2017.

Товар, поставленный по указанным товарным накладным был принят Должником и не оплачен, в результате чего образовалась задолженность в размере 1 064 063 руб. Согласно п.п. 3.1, 3.2 договора № 46 от 05.10.2017 с момента последней поставки товара у должника было 7 календарных дней на оплату поставленного товара. 01.11.2017 оплата за поставленный товар не поступила. В связи с чем, заявитель первоначально указывал датой возникновения неспособности Должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов - 01.11.2017, а датой обязательства подачи заявления на собственное банкротство - 01.12.2017.

В последующем, 17.10.2024 заявитель уточнил, что датой наступления объективного банкротства следует считать 08.02.2019, при этом, иного обоснования этому основанию, не привел, в связи с чем, суд исходил из первоначальной позиции заявителя от 11.12.2023.

Как следует из определения Арбитражного суда Калужской области от 07.06.2022, в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ», Калужская обл., с. Истье, включено требование

открытого акционерного общества «Брянский молочный комбинат», г. Брянск, в размере 1 087 704 руб., в том числе основной долг - 1 064 063,00 руб., возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины - 23 641 руб.

Задолженность возникла из договора поставки № 46 от 05.10.2017, заключенного между ОАО «Брянский молочный комбинат» и ООО «Торговый дом», по товарным накладным: № 118993 от 10.10.2017, № 120051 от 15.10.2017, № 121326 от 17.10.2017, № 122524 от 20.10.2017, № 123858 от 24.10.2017, № 124163 от 25.10.2017, № 123858 от 25.10.2017, по которым товар был принят должником и не оплачен в размере 1 064 063 руб.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 28.02.2018 по делу № А23-9403/2017, вступившим в законную силу 25.06.2018 (апелляционной инстанцией решение оставлено без изменения), указанные требования кредитора к должнику подтверждены, с должника взыскано 1 064 063 руб. долга, а также 23 641 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины, предъявленный исполнительный лист исполнен не был.

Из имеющихся в материалах дела документов следует, что после 08.02.2019 должником не заключались никакие договора. Относительно задолженности перед ФНС, из представленных документов невозможно установить период ее возникновения.

Правовое значение субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 61.12 Закона о банкротстве, состоит в предотвращении причинения вреда контрагентам должника, которые вступают с ним в правоотношения, не зная о его неплатежеспособности.

Возрастание задолженности перед кредиторами после наступления предполагаемого момента возникновения неплатежеспособности должника по уже существующим договорам не образует основания для привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку в таком случае не срабатывает замысел законодателя, воплощенный в ст.61.12. Закона о банкротстве.

Аналогичная правовая позиция отражена в постановлениях Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13.12.2018 по делу № А56-3891/2017, от 20.11.2017 по делу № А56-57978/2015 и от 20.11.2017 по делу № А56-69421/2015, постановлении Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2023 по делу № А23-4435/2021.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст.9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую

невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них (п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016).

Следовательно, целью правового регулирования, содержащегося в указанных выше положениях Закона о банкротстве, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Таким образом, суд области пришел к обоснованному выводу о то, что в данном случае такой признак, как вступление в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника, необходимый для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 9 и п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, заявителем не доказан и судом не установлен, оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве не имеется, поэтому в удовлетворении требований в данной части заявителю было отказано.

Относительно привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по п.1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, суд усматривает наличие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по следующим причинам.

Как следует из п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо

указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в частности, предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню

назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2);

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4)

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 24.03.2022 по делу № А23-7294/2021 на органы управления должника возложена обязанность в трёхдневный срок передать конкурсному управляющему печати и штампы, материальные ценности, бухгалтерскую документацию. Однако данное определение исполнено не было.

Согласно абз. 6,7,8,9 п. 24 Постановления № 53, под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В целях исполнения возложенных на него Законом о банкротстве (статей 24, 129 и 130 Закона) обязанностей в ходе процедуры конкурсного производства, конкурсный управляющий ФИО2 письмом исх. № 0706 от 07.06.2022 обратился к бывшему руководителю должника для получения необходимых документов, о чем представлена квитанция об отправке. Ответа от бывшего руководителя ФИО1 не поступило.

12.09.2022 конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Калужской области с заявлением об истребовании у бывшего руководителя должника бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника.

24.10.2022 Арбитражный суд Калужской области обязал руководителя общества с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ» ФИО1 передать конкурсному управляющему ФИО2 штампы, материальные и иные ценности должника, а также следующие оригиналы документов и информацию в отношении должника: 1) учредительные документы; свидетельство ИНН; свидетельство ОГРН; 2) список участников (реестр акционеров), сведения о держателе реестра акционеров; 3) документы, содержащие сведения о составе органов управления должника, а также о лицах, имевших право давать обязательные для должника указания либо имевших возможность иным образом определять его действия; 4) сведения об аффилированных лицах должника; 5) документы, подтверждающие полномочия руководителя должника; 6) оборотно-сальдовые ведомости по всем счетам бухгалтерского учета, в т.ч. по 01, 02, 04, 08, 10, 19, 20, 26, 41, 44, 50, 51, 58, 60, 62, 63, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 76, 90, 91; 7) книги покупок и продаж, авансовые отчеты, кассовые книги и отчеты; 8) список дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности по каждому дебитору на текущую дату, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы; 9) список кредиторов с указанием размера кредиторской задолженности по каждому кредитору на текущую дату, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы; 10) акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, инвентаризационные ведомости (в том числе акций, облигаций, ценных бумаг) по установленным формам; 11) иные документы, содержащие сведения об имуществе должника, в том числе об имущественных правах, а также бухгалтерские и иные документы, не указанные в настоящем перечне, но отражающие экономическую деятельность должника за период, начиная с 31.12.2016 по настоящее время.

Определение суда не было исполнено, бухгалтерская и иная документация должника, необходимая для проведения в полном объеме всех мероприятий процедуры

конкурсного производства, бывшим руководителем должника конкурсному управляющему не передана.

В отношении ФИО1 был выдан исполнительный лист, на основании которого было возбуждено исполнительное производство 301223/23/77005-ИП от 20.10.2023, которое на текущий момент не окончено, документы не истребованы.

Конкурсным управляющим получен Акт от 11.09.2024 о наличии обстоятельств, в соответствии с которыми взыскание по исполнительному документу невозможно в связи с невозможностью установить местонахождения должника и его имущества.

Согласно бухгалтерской отчетности ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ» на 31.12.2021 размер дебиторской задолженности должника составляет 382 582 000 руб. Как указал конкурный управляющий, им получены данные о фальсификации первичной документации по указанным ниже дебиторам:

1. Право требования к ООО «Молочная Компания» (ИНН: <***>) - всего 67 777 482, 75 руб. (подтверждена дебитором),

2. Право требования к ООО «Свое Калужское» (ИНН: <***>) - 2 475 258,36 руб. (подтверждена дебитором),

3. Право требования к ООО «Калужский молочный комбинат» (ИНН: <***>) - 52 800 руб. (подтверждена дебитором),

Итого: 70 305 541,11 руб.

Таким образом, бывшим руководителем не переданы документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности на сумму 312 276 458,89 руб. (Исходя из расчета: 382 582 000,00 руб. - 70 305 541,11 руб.), в частности: список дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности по каждому дебитору на текущую дату, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы.

Относительно возражений ответчика ФИО1 в отзыве от 04.04.2024, в котором последний указывает о передаче им конкурсному управляющему всех истребуемых им документов без описи, конкурсный управляющий ФИО2 поясняет, что ему были переданы ответчиком только документы, подтверждающие дебиторскую задолженность ООО «Торговый дом» по 3 дебиторам, подписи в которых были в последствие признаны сфальсифицированными на основании заключений экспертов МВД, а также, что ему была передана часть отчетности, которая подавалась в налоговый орган и документы, подтверждающие деловую переписку, иных документов конкурсному управляющему передано не было. Также просит учитывать, что для оценки вины лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, используется абстрактная модель

ожидаемого поведения в той или иной ситуации разумного и добросовестного участника имущественного оборота. Участвуя в гражданском обороте, руководитель обязан был принимать все меры для того, чтобы не причинить вреда имуществу или личности другого участника оборота и при определении того, какие меры следует предпринять, проявлять ту степень заботливости и осмотрительности, которая требуется от него по характеру его участия в обороте. Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом. При этом в данном случае действует презумпция виновности руководителя должника, а, согласно п.2 ст. 401 ГК РФ, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство, то есть именно данное лицо должно доказать, что оно не должно было и не могло предвидеть наступление этих последствий.

Таких доказательств со стороны ответчика суду не представлено, в связи с чем, суд области пришел к выводу, что в результате бездействия бывшего руководителя ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ» ФИО1 конкурсный управляющий не имеет возможности установить всех дебиторов ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ» и провести работу по взысканию дебиторской задолженности в размере 312 276 458,89 руб., а, следовательно, сформировать конкурсную массу для погашения реестра требований кредиторов.

Факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче указанных документов свидетельствует о наличии оснований для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Поскольку иск о привлечении к субсидиарной ответственности является способом защиты гражданско-правового сообщества кредиторов, размер ответственности по нему ограничен общей суммой требований кредиторов, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества (ограничен совокупным размером требований, включенных в реестр требований кредиторов и заявленных после закрытия реестра, а также требований по текущим платежам (п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Как указано в Определении ВС РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757, учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их

привлечения к ответственности).

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку как следует из материалов дела, конкурсным управляющим не выявлены активы должника и отсутствуют мероприятия в процедуре конкурсного производства по их реализации, то у суда отсутствуют основания для приостановления рассмотрения этого заявления ввиду возможности определения размера субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО1

Как следует из ходатайства заявителя от 25.10.2024, размер субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» составляет 4 492 603,25 руб. (4 468 995,45 (размер реестра требований кредиторов) + 228 628,00 (размер текущих обязательств должника) -205 020,20 (штрафы).

Указанный расчет проверен судом, признан обоснованным, в связи с чем, с ФИО1 было взыскано в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ» в порядке субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» 4 492 603 руб. 25 коп., в остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

По мнению судебной коллегии, обстоятельства дела исследованы судом полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичны обоснованно отклоненным доводам, приводимым в ходе разбирательства дела в суде первой инстанции, фактически сводятся к их повторению и направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 Кодекса, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены вынесенного определения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 06.06.2025 по делу

№ А23-7294/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья Н.А. Волошина

Судьи Ю.А. Волкова

И.Н. Макосеев