ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45
www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
апелляционной инстанции по проверке законности и
обоснованности судебного акта арбитражного суда,
не вступившего в законную силу
№ 11АП-9845/2023
19 июля 2023 года Дело № А55-75/2022
г. Самара
Резолютивная часть постановления объявлена 12 июля 2023 года
Постановление в полном объеме изготовлено 19 июля 2023 года
Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Машьяновой А.В.,
судей Гадеевой Л.Р., Гольдштейна Д.К.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Смирновым Д.С.,
с участием:
от ООО «БИА» - ФИО1 - доверенность от 17.02.2021,
иные лица, не явились, извещены,
рассмотрев в открытом судебном заседании 12 июля 2023 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ООО «БИА» на определение Арбитражного суда Самарской области от 18 мая 2023 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления ООО «БИА» о включении требований в реестр требований кредиторов должника
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,
УСТАНОВИЛ:
ООО «БИА» (ИНН <***>) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом), мотивируя данное заявление наличием задолженности в размере 14 408 651, 75 руб. Просит ввести в отношении должника процедуру реструктуризации долгов.
Определением Арбитражного суда Самарской области от 06.06.2022 заявление кредитора признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов гражданина сроком на 5 месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО3, член Ассоциации ВАУ «Достояние».
16.08.2022 ООО «БИА» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника, просит включить требование в общем размере 7 500 000 руб. в реестр требований кредиторов гражданина – должника ФИО2 в состав требований кредиторов третьей очереди.
Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.11.2022 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Открытые решения».
Определением Арбитражного суда Самарской области от 18 мая 2023 года в удовлетворении заявления ООО «БИА» о включении требования в реестр требований кредиторов (вх. 259812 от 24.08.2022), отказано.
Не согласившись с данным судебным актом ООО «БИА» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 18 мая 2023 года в рамках дела № А55-75/2022, согласно которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт.
В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта норм ст.270 АПК РФ.
Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 12.07.2023.
Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).
05.07.2023 от ФИО2 в материалы дела поступило письменное возражение на апелляционную жалобу, которое приобщено к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.
В судебном заседании представитель ООО «БИА» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции.
Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.
Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.
В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
Как следует из материалов дела, заявитель при обращении в суд с рассматриваемым требованием указывал, что после прекращения полномочий генерального директора с 10.03.2020 и до настоящего момента ФИО2 не исполнил обязанность, предусмотренную п. 16.1 трудового договора от 06.08.2019 и не передал вновь назначенному 11.03.2020 генеральному директору ФИО4 документацию должника.
Таким образом, срок исковой давности в рассматриваемом случае следует исчислять с момента, когда ООО «БИА» в лице нового директора ФИО4 получило реальную возможность узнать о нарушении, а именно – 11.03.2020.
На основании изложенного, учитывая, что ООО «БИА» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением 16.08.2022, суд пришел к выводу, что срок исковой давности на обращение с настоящим заявлением конкурсным кредитором не пропущен.
В обоснование позиции о причинении должником обществу убытков заявитель ссылался на следующие обстоятельства.
ФИО5 занимал должность генерального директора ООО «БИА» с 06.08.2014 до 10.03.2020, что подтверждается протоколом общего собрания учредителей № 1 от 06.08.2014 и решением Совета директоров общества от 05.03.2020.
В результате проверки финансово-хозяйственной деятельности ООО «БИА» за период с 2015 по 2020 год установлено, что согласно бухгалтерским данным от ООО «БИА» в пользу ООО «Открытые решения» ИНН <***> произведены платежи по договору инвестирования от 21.05.2015 №15/16-1 в рамках проекта «Разработка и создание опытного образца нейрореабилитационного тренажера конечности человека с реализацией биологической обратной связи через нейрокомпьютерный интерфейс» на общую сумму 7 500 000 руб.
Оригинал либо копия указанного договора инвестирования, а также оригиналы либо копии любых других документов, связанных с договором инвестирования у ООО «БИА» отсутствуют.
По мнению заявителя, данная сделка была совершена формально и после перечисления спорных платежей каждая заинтересованная сторона сделки (ФИО2 и ООО «Открытые решения») предприняли попытку придать ей вид реальной сделки, а именно:
«ФИО2 разместил на подконтрольном ему сайте bia.ru.com не позднее 08.04.2019 г. информацию о тренажере для локтевого сустава.
ООО «Открытые решения» разместила на своем сайте open-solution.ru статью о получении гранта ФГБУ «Фонд содействия развитию малых форм предпринятый в научно-технической сфере» и информацию о начале работы по созданию опытного образца тренажера.
Затем статья редактировалась: 3.2.1. Статья дополнена информацией о создании прототипа и проведения его испытаний и сохранялась вплоть до избрания ликвидатором ООО «Открытые решения» ФИО6 принятия иска ООО «БИА».3.2.2. В процессе рассмотрения дела №А55-33987/2020, незадолго до принятия судебного акта 20 статья была изменена: из нее исключена информация о проведении испытаний и дополнена информация об инвестициях ООО «БИА» и результате таких инвестиций в виде права на организацию промышленного выпуска механических компонентов тренажера и соответствующую техническую документацию».
Заявитель указывал, что инвестиционный договор также является сделкой с заинтересованностью, поскольку выгодоприобретателем по сделке является подконтрольное ФИО2 ООО «ЭНП-И» (директором и учредителем ООО «ЭНП-И» (50% доля) в спорный период и в настоящее время является ФИО2), в связи с чем, для заключения сделки между ООО «БИА» и ООО «Открытые решения» необходимо было получить у совета директоров ООО «БИА» решение об одобрении сделки с заинтересованностью, которое не было получено.
При анализе отчета ООО «Открытые решения» от 05.07.2017 заявителем установлено, что большая часть расходов по отчету осуществлялась в адрес ООО «ЭНП-И» в размере 1 572 000 руб., ООО «Лаборатория 21» в размере 5 378 000 руб.
ООО «БИА» указывает, что согласно отчету о расходовании результатом инвестиционного договора, является, в том числе, регистрация патентов и программ ЭВМ.
ООО «Открытые решения» передало патенты и программы ЭВМ, наименование и описание которых соответствует наименованию проекта, указанному в счете на оплату и назначении спорных платежей в адрес ООО «Лаборатория 21».
Вышеуказанные обстоятельства, по мнению заявителя, свидетельствует о том, что действия ООО «Открытые решения» осуществлялись в интересах ООО «Лаборатория 21» и ООО «ЭНП-И», а ФИО2 не предпринял разумных и достаточных мер для получения результата инвестирования (передача права на организацию промышленного выпуска механических компонентов невозможна при отсутствии права у ООО «Открытые решения» или ООО «БИА» на вышеуказанные патенты) или взыскания неосновательного обогащения в пределах установленного законом срока исковой давности.
При этом заявитель указывал, что на реализацию проекта «Разработка нейрореабилитационного тренажера конечности человека с реализацией биологической обратной связи через нейрокомпьютерный интерфейс» ООО «Открытые решения» был получен грант в размере 15 000 000 руб.
Однако как полагал ООО «БИА», факт реализации проекта при освоении гранта не означает, что ООО «Открытые решения» действовали в интересах ООО «БИА» и последний получил результат инвестиций.
Конкурсный кредитор ссылался на то, что действия ФИО2 являлись недобросовестными и неразумными, поскольку последний действовал при наличии конфликта между его личными интересами и интересами ООО «БИА», совершил сделку без соответствующего одобрения органов юридического лица, перечислил денежные средства без договора, в отсутствие встречного исполнения и без понимания какой результат получит ООО «БИА», не представил доказательства заключения спорного договора и получения результата по нему.
Отказывая в удовлетворении заявленных требований кредитора, суд первой инстанции руководствовался следующим.
Отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.
В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.
В соответствии с абзацем 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами признаются - кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).
Для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества должника, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании должника банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 Закона.
Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьями 71, 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.
В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.
Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.
По смыслу названных норм, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов. При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, ее размера.
В силу статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности. При наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность соответствующих требований кредиторов. По результатам рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения указанных требований.
В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.
Должник в отзыве ссылался на пропуск заявителем срока исковой давности для обращения с настоящим заявлением.
Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
На основании статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.
Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» отражено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
Согласно абзацу второму пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.
В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.
В силу положений пункта 1 статьи 10 Закона о банкротстве при нарушении руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений названного Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные вследствие такого нарушения.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, обладают правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления.
Ответственность, установленная вышеперечисленными нормами права, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.
Согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Пункт 2 названной статьи определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.
Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.
Таким образом, обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения заявления, являются: факт причинения убытков, недобросовестное/неразумное поведение ответчиков при исполнении своих обязанностей, причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанности и причиненными убытками, размер убытков.
В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.
Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.
Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.
Согласно положениям пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).
При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.
При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).
Согласно пункту 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.
Как установлено судом в ходе судебного разбирательства, ООО «БИА» в рамках дела №А55-33987/2020 обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском о взыскании с ООО «Открытые решения» 9 891 366,23 руб., в том числе: неосновательного обогащения в размере 7 500 000 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 03.06.2016 по 18.11.2020 в размере 2 391 366, 23 руб.
Решением Арбитражного суда Самарской области от 12.10.2021 по делу № А55-33987/2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2022, в удовлетворении иска отказано.
При рассмотрении данного спора, суд не согласился с доводами ООО «БИА» о незаключенности договора инвестирования, указав при этом, что на сайте ООО «Открытые решения» (https://opensolution.ru/companyflnnovative%20proiects/) представлен отчёт о реализации научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по теме «Разработка опытного образца нейрореабилитационного тренажера конечности человека с реализацией биологической обратной связи через нейрокомпьютерный интерфейс» и отражено, что в рамках проекта был успешно разработан и изготовлен прототип, подготовлено специализированное программное обеспечение, позволяющее управлять нейротренажером в различных режимах реабилитации. Соинвестором проекта выступило тольяттинское ООО «БИА» (дочернее предприятие французской компании BIA), которое в обмен на инвестиции получило право на организацию промышленного выпуска механических компонентов тренажера и соответствующую техническую документацию.
Вышеуказанным судебным актом установлено, что договор инвестирования от 21.05.2015 №15/16-1 между ООО «БИА» и ООО «Открытые решения» был реально заключен, одобрен советом директоров, оплата произведена в полном объеме, а результат работ принят заказчиком.
Суд также указал, что представленные сторонами по делу доказательства свидетельствуют о том, что договор инвестирования от 21.05.2015 №15/16-1 был заключен и исполнен.
Кроме того, при рассмотрении дела А55-33987/2020 суд определением от 22.04.2021 отказал в удовлетворении ходатайства ООО «БИА» об истребовании у ФИО2, в том числе, инвестиционного договора от 21.05.2015 №15/16-1, поскольку данное ходатайство носило предположительный характер, доказательства, однозначно подтверждающие нахождение документов у ФИО2 в дело не представлены.
Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.
Поскольку в деле №А55-33987/2020 участвовали ООО «БИА», ФИО2 (ответчик по данному спору, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, в деле № А55-33987/2020), ООО «Открытые решения» (ответчик в деле № А55-33987/2020, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора в настоящем деле), в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установленные решением суда от 12.10.2021 обстоятельства, не подлежат повторному установлению в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора.
Доводы ООО «БИА» о том, что при рассмотрении дела № А55-33987/2020 судом не исследовались архивные статьи с сайта open-solution.ru, а также приняты доказательства, не соответствующие критериям, предъявляемым к доказательствам, судом отклоняются, поскольку данные доводы направлены исключительно на преодоление обязательной силы решения Арбитражного суда Самарской области от 12.10.2021 по делу № А55-33987/2020, что недопустимо.
Таким образом, утверждение кредитора о том, что ФИО2 не принял разумных и достаточных мер для получения результата инвестирования или взыскания неосновательного обогащения в пределах срока исковой давности, противоречит выводам вступившего в законную силу судебного акта, поскольку, как указано судом ранее, в решении от 12.10.2021 по делу № А55-33987/2020 установлено, что спорный договор был исполнен, результат работ принят заказчиком – ООО «БИА».
С учетом полного исполнения условий инвестиционного договора и получения ООО «БИА» результатов работ от ООО «Открытые решения», доводы заявителя о недобросовестности и неразумности действий ФИО2 по заключению данного договора, судом отклоняются.
Из материалов дела не усматривается, что ФИО2 после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.
Доказательства, однозначно свидетельствующие о том, что инвестиционный договор и документация по данному договору находятся у ФИО2 и не передается им, в дело не представлены.
Представленный заявителем в материалы дела акт от 11.03.2020 подтверждает отказ ФИО2 от подписания и получения документов, связанных с его увольнением, а не отказ бывшего директора от составления и подписания акта приема-передачи дел, на что указывает ООО «БИА» в заявлении.
Доказательства того, что ФИО2 действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами ООО «БИА», в материалах дела отсутствуют.
То обстоятельство, что аффилированное должнику ООО «ЭНП-И», из 7 500 000 руб. получило от ООО «Открытые решения» 1 572 000 руб., с учетом выводов суда по делу № А55-33987/2020 о фактическом исполнении сторонами договора инвестирования от 21.05.2015 №15/16-1, в рассматриваемом случае не подтверждает факт недобросовестного поведения ФИО2 в отношении ООО «БИА».
Согласно отчету о расходовании инвестиций ООО «Открытые решения» денежные средства в размере 1 572 000 руб. предусмотрены для перечисления ООО «ЭНП-И» за услуги по производственному проектированию.
Суд пришел к выводу, что материалами дела не доказано, что при заключении договора с ООО «Открытые решения» ФИО2 действовал не в интересах общества, а в личных интересах, и его действия выходили за рамки добросовестного и разумного поведения.
Доказательства подтверждающие, что со стороны ООО «БИА», руководителем которого являлся ФИО2, имело место необычное предпринимательское взаимодействие, выходящее за пределы разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, на условиях, недоступных обычным участникам рынка, не представлены.
Довод заявителя о том, что договор инвестирования был заключен не в интересах ООО «БИА», а в интересах ООО «Лаборатория 21» и ООО «ЭНП-И», судом отклоняется, поскольку надлежащие доказательства в подтверждение данного довода в материалах дела отсутствуют.
Ссылка заявителя на то, что ООО «Открытые решения» передало патенты и программы ЭВМ, наименование и описание которых соответствует наименованию проекта, указанному в счете на оплату и назначении спорных платежей в адрес ООО «Лаборатория 21», судом отклонена, поскольку ввиду отсутствия в материалах дела текста инвестиционного договора и документов, подтверждающих принятие результатов работ по данному договору, однозначно установить, что права на перечисленные патенты возникли у ООО «Открытые решения» в результате заключения именно инвестиционного договора с ООО «БИА», не представляется возможным.
Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о недоказанности заявителем самого факта наступления у него убытков, а также недоказанности того, что действия директора являлись неразумными и недобросовестными, причинно-следственной связи между ненадлежащим исполнением обязанностей директора и причиненными убытками.
Таким образом, по мнению суда, совокупность условий для привлечения бывшего директора ООО «БИА» ФИО7 к ответственности в виде возмещения убытков, отсутствует.
Оценив доказательства, имеющиеся в материалах дела, по правилам статьями 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд признал требование кредитора необоснованным и не подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника.
Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, при этом считает необходимым отметить следующее.
Фактически доводы заявителя апелляционной жалобы направлены на преодоление вступившего в законную силу судебного акта, что не допустимо в силу положений статей 16, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Как отмечено в постановлении Президиума ВАС РФ от 20.11.2012 N 2013/12 по делу N А41-11344/11, постановлении Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.
Согласно Определению Верховного Суда РФ от 17 января 2017 года N 36-КГ16-26 в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам. Таким образом, не допускается оспаривание установленных вступившим в законную силу судебным постановлением обстоятельств, равно как и повторное определение прав и обязанностей стороны спора.
Учитывая, что вышеуказанный судебный акт не отменен, по вновь открывшимся обстоятельствам не пересмотрен, арбитражный суд первой инстанции в рамках дела о банкротстве лишен возможности делать выводы, противоречащие уже вступившему в законную силу судебному акту.
Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения сторон, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.
Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.
При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены обжалуемого судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.
Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
Определение Арбитражного суда Самарской области от 18 мая 2023 года по делу № А55-75/2022 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.
Председательствующий А.В. Машьянова
Судьи Л.Р. Гадеева
Д.К. Гольдштейн