Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А27-19764/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 18 июля 2023 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Лаптева Н.В.,

судей Глотова Н.Б.,

ФИО1 –

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 (далее также – кредитор) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 17.03.2023 (судья Душинский А.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023 (судьи Дубовик В.С., Иванов О.А., Иващенко А.П.) по делу № А27-19764/2016 о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>; далее также – должник), принятые по результатам рассмотрения отчёта финансового управляющего ФИО4 (далее – управляющий), ходатайства о завершении реализации имущества должника.

Суд

установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО3 управляющий представил в арбитражный суд отчёт о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина и заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

ФИО2 обратился в арбитражный суд с ходатайством об отказе в применении правила об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств в части требований, основанных на договоре процентного займа денежных средств с условиемо залоге недвижимого имущества от 26.01.2013 № 1.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 17.03.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023, процедура реализации имущества ФИО3 завершена; должник освобождён от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

ФИО2 подал кассационную жалобу, в которой просит определение арбитражного суда от 17.03.2023 и постановление апелляционного суда от 23.05.2023 изменить в части освобождения от обязательств перед ФИО2 по договору процентного займа денежных средств с условием о залоге недвижимого имущества от 26.01.2013, принять новый судебный акт.

В кассационной жалобе приведены доводы о несоответствии фактическим обстоятельствам и нормам пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) выводов судов о наличии оснований для освобождения гражданина от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

ФИО2 полагает, что действия ФИО3 не являются добросовестными, поскольку должник, являясь залогодателем, предложила заменить предмет залога – нежилое помещение площадью 43,1 кв. м, которое впоследствии реализовано, на другое нежилое помещение площадью 402,6 кв. м, приобретённое у заинтересованного лица.В дальнейшем, решением районного суда от 17.05.2021 по делу № 2-12/2021 признано отсутствующим право собственности ФИО3 на нежилое помещение площадью 402,6 кв. м, а решением районного суда от 16.08.2022 признано недействительным дополнительное соглашение от 17.06.2014 № 2 к договору залога и аннулирована регистрационная запись в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН) об ипотеке, установленной в пользу залогового кредитора. В нарушение положений статьи 343 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) ФИО3 не предприняла меры к страхованию нежилого помещения площадью 402,6 кв. мот рисков утраты имущества, переданного в залог, в результате чего требования залогового кредитора удовлетворены частично.

По мнению кредитора, ФИО3 предложила ФИО2 заведомо недействительную сделку, ввиду чего он был введён в заблуждение относительно возможности использования обеспечительных механизмов.

Дополнение к кассационной жалобе ФИО2 не приобщено к материалам дела по причине отсутствия доказательств направления копий документа другим лицам, участвующим в деле.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 возражала против доводовФИО2, согласилась с выводами судов о наличии основания для применения правила освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств, просила оставитьбез изменения судебные акты, как законные.

Лица, участвующие в деле, и их представители в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит основания для удовлетворения кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заёмщик) заключён договор процентного займа с условием о залоге недвижимого имущества от 26.01.2013 № 1 (далее – договор займа от 26.01.0213), по условиям которого займодавец передал заёмщику в собственность заёмные денежные средства в сумме 3 000 000 руб., а заёмщик обязался возвратить указанную сумму 30.04.2013 с начислением 5 % в месяц.

Дополнительными соглашениями: от 28.02.2013 сумма займа по договору увеличена до 4 000 000 руб.; от 17.06.2014 № 2 изменён срок возврата займа – 05.07.2014.

В обеспечение исполнения обязательств ФИО3 по договору займа от 26.01.2013 между ФИО2 (залогодержатель) и ФИО3 (залогодатель) заключён договор залога недвижимого имущества от 26.01.2013 № 1 (далее – договор залога от 26.01.2013), по условиям которого заёмщик предоставил в залог нежилое помещение площадью 43,1 кв. м, с кадастровым номером 42:24:0101002:1002:162/5, расположенное по адресу: <...> (далее – помещение площадью 43,1 кв. м).

Дополнительным соглашением от 17.06.2014 № 2 сторонами произведена замена предмета договора залога от 26.01.2013 – помещения площадью 43,1 кв. м на нежилое помещение площадью 402,6 кв. м с кадастровым номером 42:24:0201004:7047, расположенное по адресу: <...> (далее – помещение площадью 402,6 кв. м).

В дальнейшем, между ФИО3 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключён договор купли-продажи от 19.06.2014 № 1, по условиям которого продавец передал в собственность покупателя помещение площадью 43,1 кв. м.

Решением Центрального районного суда города Кемерово от 31.10.2016 по делу № 2-1966/2016 с ФИО3 в пользу ФИО2 взыскана задолженность по договору займа от 26.01.2013, с учётом дополнительных соглашений от 28.02.2013 № 1, от 17.06.2014 № 2 в сумме 3 593 000 руб. основного долга, 3 952 300 руб. процентов, 3 593 000 руб. неустойки, 60 000 руб. судебных расходов. Обращено взыскание на имущество, заложенное по договору залога от 26.01.2013 в редакции дополнительного соглашения от 17.06.2014 № 2.

Указанным судебным актом установлено, что право собственности залогодателя подтверждалось договором купли-продажи нежилых помещений от 20.08.2013, зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимость 30.10.2013; договор залога от 26.01.2013 соответствует нормам параграфа 3 главы 23 ГК РФ и Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)»; зарегистрирован в установленном законом порядке Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области (далее – Росреестр); ФИО3 не оспаривала договор залога.

Решением арбитражного суда 26.04.2017 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО4

Определением арбитражного суда от 21.04.2017 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования ФИО2 в сумме 7 545 000 руб., в числе которых: 3 593 000 руб. основного долга по договору займа от 26.01.2013, 3 952 000 руб. процентов за пользование займом, как обеспеченные залогом имущества должника по договору залога от 26.01.2013 в редакции дополнительного соглашения от 17.06.2014 № 2 (предмет залога – помещение площадью 402,6 кв. м).

Решением Ленинского районного суда города Кемерово от 17.05.2021 по делу № 2-12/2021 признано отсутствующим право собственности ФИО3 на помещение площадью 402,6 кв. м; указанное помещение признано общедомовой собственностьювсех собственников здания пропорционально доле собственности каждого собственника, не требующей регистрации права в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН), так как право общедолевой собственности возникло в силу закона.

Определением арбитражного суда от 17.06.2022 исключено из конкурсной массы должника помещение площадью 402,6 кв. м в связи с признанием решением Ленинского районного суда города Кемерово от 17.05.2021 по делу № 2-12/2021 отсутствующим у ФИО3 права собственности на данное помещение. Требования ФИО2 утратили статус обеспеченного залогом имущества должника.

Впоследствии решением Ленинского районного суда города Кемерово от 16.08.2022 дополнительное соглашение от 17.06.2014 № 2 к договору залога от 26.01.2023 (предмет залога – помещение площадью 402,6 кв. м), признано недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде погашения регистрационной записи об ипотеке в ЕГРН.

Реестр требований кредиторов сформирован в сумме 97 724 000,77 руб.

В ходе проведения мероприятий в рамках процедуры банкротства должника, выявлено имущества на сумму 32 083 600 руб. Имущество, включённое в конкурсную массу, реализовано на сумму 9 635 040 руб. Требования кредиторов удовлетворены:в сумме 155 631,28 руб. второй очереди, в сумме 8 014 640,53 руб. третьей очереди.

Имущество, составляющее конкурсную массу и не реализованное финансовым управляющим в ходе реализации имущества в виде дебиторской задолженности к ФИО6 в сумме 5 594 703,20 руб. передано ФИО3 по акту приёма-передачи от 08.12.2022.

Управляющий представил на рассмотрение арбитражного суда отчёт о своей деятельности и результатах проведения процедуры реализации имущества должника, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Ссылаясь на недобросовестность поведения должника, ФИО2 заявил указанное ходатайство.

Завершая процедуру реализации имущества гражданина, суд первой инстанции исходил из выполнения финансовым управляющим всех необходимых мероприятий в процедуре банкротства.

Освобождая ФИО3 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, арбитражный суд исходил из отсутствия фактов привлечения должника к уголовной либо административной ответственности за неправомерные действия в процедуре банкротства, умышленных действий, направленных на сокрытие имущества от кредиторов, злоупотребления правом; на момент передачи залога и до момента признания отсутствующим права собственности ФИО3 не знала и не могла знать, что объект недвижимости (цоколь), который она приобрела по договору купли-продажи нежилых помещений от 20.08.2013 за 10 000 000 руб., право собственности на который зарегистрировано Росреестром 30.10.2013 в установленном порядке, имеет правовой статус объекта, обладающего признаками общего имущества собственников помещений многоквартирного дома; утрата залога по решению районного суда от 16.08.2022 фактически является форс-мажором, так называемой «юридической гибелью» залога. Возникновение данных обстоятельств в 2021 году должник не мог предусмотретьв 2014 году при заключении с ФИО2 дополнительного соглашения от 17.06.2014.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами арбитражного суда.

Выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и применённым нормам права.

В процедуре реализации имущества гражданина финансовый управляющий осуществляет действия, направленные на формирование конкурсной массы: анализирует сведения о должнике, выявляет принадлежащее ему имущество, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок и сделок, совершенных с предпочтением, по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, об истребовании или о передаче имущества гражданина, истребует задолженность третьих лиц перед гражданином и тому подобное (пункты 7 и 8 статьи 213.9, пункты 1 и 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчётов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчёт о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчёта о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

По смыслу приведённых норм права арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учётом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчётов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счёт конкурсной массы должника.

Поскольку суды установили, что управляющий предпринял все меры по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы, погашению требований кредиторов, представленный отчёт финансового управляющего содержит достоверную информацию о добросовестности должника и невозможности удовлетворения требований кредиторов, процедура реализации имущества гражданина завершена правомерно.

Обоснованность указанного вывода не оспаривается – доводы кредитора сводятся к тому, что суды первой и апелляционной инстанций освободили ФИО3 от исполнения обязательств перед ФИО2 с нарушением закона.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определённой степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействиес судом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018№ 310-ЭС17-14013).

По общему правилу требования кредиторов, не удовлетворённые в ходе процедуры реализации имущества, в том числе и требования, не заявленные кредиторамив процедурах реструктуризации долгов и реализации имущества, признаются погашенными, а должник после завершения расчётов с кредиторами освобождаетсяот их дальнейшего исполнения (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве)с одновременным введением в отношении него ограничений, установленныхстатьёй 213.30 Закона о банкротстве.

Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором основано требованиев деле о банкротстве гражданина, последний действовал незаконно (пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Соответствующие обстоятельства могут быть установленыв рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанныхс введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956, злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности.

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том,что должник: умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество,на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 ГК РФ) с тем, чтобыне производить расчёты с кредитором; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведёт явно роскошный образ жизни.

Из приведённых норм права и разъяснений правоприменительной практики (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 № 304-ЭС17-76) следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонениеот исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

При этом в отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Поскольку судами установлено отсутствие факта уклонения должникаот добросовестного сотрудничества с финансовым управляющим в ходе процедур банкротства, а также доказательства сокрытия должником имущества от обращенияна него взыскания или неправомерного вывода активов; данные анализа финансового состояния должника свидетельствуют об отсутствии признаков преднамеренногои фиктивного банкротства, должник правомерно освобождён от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, отклоняются.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвёртый – пятый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Доводы кассационной жалобы о наличии в поведении должника признаков недобросовестности были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка.

По существу, приведённые в кассационной жалобе доводы не подтверждают нарушения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права при рассмотрении обособленного спора, а сводятся к несогласию с оценкой фактических обстоятельств и имеющихся по делу доказательств.

Несогласие заявителя кассационной жалобы с оценкой обстоятельств дела и иное толкование им положений действующего законодательства не являются основаниями для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 17.03.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023 по делу № А27-19764/2016 оставить без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Н.В. Лаптев

Судьи Н.Б. Глотов

ФИО1