АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф09-1709/25

Екатеринбург

23 мая 2025 г.

Дело № А60-48065/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 мая 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Поротниковой Е.А.,

судей Ивановой С.О., Ященок Т.П.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области на решение Арбитражного суда Свердловской области от 11.11.2024 по делу № А60-48065/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2025 по тому же делу.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 05.05.2025 рассмотрение кассационной жалобы отложено на 20.05.2025.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 19.05.2025 произведена замена судьи Кравцовой Е.А. на судью Ященок Т.П.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие представители:

- Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области - ФИО1 (доверенность от 23.12.2024 № 326, служебное удостоверение, диплом);

- Федерального казенного учреждения «Уральское окружное управление материально-технического снабжения Министерства внутренних дел Российской Федерации» - ФИО2 (доверенность от 09.01.2025 № 13, служебное удостоверение, диплом).

Федеральное казенное учреждение «Уральское окружное управление материально-технического снабжения Министерства внутренних дел Российской Федерации» (далее также – учреждение, заявитель, ФКУ «УОУМТС МВД России», заказчик) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области (далее также – Управление, антимонопольный орган, Свердловское УФАС) о признании недействительным решения Управления от 28.05.2024 № 066/06/99-1805/2024.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Технопарк» (далее также – общество «Технопарк»).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 11.11.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2025, заявленные требования удовлетворены, признано незаконным решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области от 28.05.2024 № 066/06/99-1805/2024.

В кассационной жалобе антимонопольный орган просит указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований учреждения, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов в мотивировочной части фактическим обстоятельствам дела.

Управление не согласно с выводами судов о том, что Постановление Правительства Российской Федерации от 16.11.2015 № 1236 «Об утверждении Правил формирования и ведения единого реестра российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных и единого реестра программ для электронных вычислительных машин и баз данных из государств - членов Евразийского экономического союза, за исключением Российской Федерации» (далее – Постановление № 1236) устанавливает только два исключения для его неприменения, что Постановлением установлен запрет на допуск иностранного программного обеспечения, и что данный запрет применяется в отношении всех классов программного обеспечения, считает их противоречащими пункту 2(1) Постановления № 1236 в редакции от 30.11.2023.

Податель жалобы считает, что применение запрета, установленного пунктом 2 Постановления № 1236, допустимо лишь в случае, когда предметом осуществляемой закупки (предметом заключаемого по результатам проведенной закупки контракта) является хотя бы одно из обязательств, прямо предусмотренных пунктом 2(1) Постановления № 1236.

Свердловское УФАС полагает ошибочными и противоречащими подпункту «б» пункту 2(1) Постановления № 1236 выводы судов о том, что вне зависимости от объекта закупки, если закупаемый товар уже содержит в своем составе программное обеспечение, заказчик обязан установить запрет на допуск программного обеспечения, происходящего из иностранных государств.

По мнению Управления, поскольку заявка участника, с которым будет заключен контракт, будет содержать в том числе характеристику: «Видеорегистратор (ОКПД 26.40.33.114): Программное обеспечение видеорегистратора включено в Единый реестр российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных» - «Да» - указанное условие также будет содержаться и в Спецификации к государственному контракту и будет являться условием поставки товара.

Как указывает заявитель жалобы, то, что программное обеспечение закупаемых видеорегистраторов должно быть включено в Единый реестр российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных, является требованием к характеристикам закупаемых товаров (пункт 1 части 1 статьи 33 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе, Закон № 44-ФЗ) и условием поставки таких товаров (часть 1 статьи 34 Закона № 44-ФЗ); такая характеристика указывается участником закупки в своей заявке (подпункт «а» пункта 3 части 1 статьи 74 Закона № 44-ФЗ), далее из заявки победителя закупки вносится в проект контракта, направляемого ему на подпись (часть 8 статьи 74 и пункт 1 части 14 статьи 73 Закона № 44-ФЗ) и в последующем на стадии приемки товара проверяется заказчиком на предмет соответствия поставленного товара условиям контракта (часть 3 статьи 94 Закона № 44-ФЗ).

Кассатор считает, что в этом случае установление в документации о закупке запрета на допуск программ для электронных вычислительных машин и баз данных, происходящих из иностранных государств, не требуется.

Заявитель отмечает, что контроль за соответствием закупаемого товара осуществляется заказчиком на стадии проверки допуска заявок участников закрытого аукциона требованиям документации (часть 3 статьи 74 Закона № 44-ФЗ) и в ходе проведения экспертизы поставляемого товара условиям государственного контратака (часть 3 статьи 64 Закона № 44-ФЗ).

Управление обращает внимание, что документация о закупке не содержит сведений о том, что программное обеспечение подлежит установке в результате исполнения контракта на закупаемые видеорегистраторы, что является условием для применения подпункта «б» пункта 2(1) Постановления № 1236.

Антимонопольный орган обращает внимание, что из содержания проекта государственного контракта, описания объекта закупки, предмета закрытого аукциона не следует, что по результатам проведения закупки с победителем будет заключен лицензионный договор на право использования программного обеспечения или иной смешанный договор, включающий в себя, в том числе элементы лицензионного договора.

Свердловское УФАС настаивает, что не имеется правовых оснований для установления спорного требования с учетом предмета закупки, конкретной государственной нужды учреждения, обозначенной в документации о закупке и существа обязательства, возникающего у победителя закупки, по поставке необходимого заказчику оборудования, а не по передаче заказчику правообладателем программного обеспечения права использования на него.

Кассатор делает вывод, что исходя из содержания документации о закупке (описания объекта закупки), закупаемые видеорегистраторы являются готовыми изделиями, представляющими из себя аппаратно-программные комплексы, которые обеспечивают наблюдение в онлайн-режиме, в связи с чем видеорегистраторы уже содержат установленное и готовое к использованию программное обеспечение, не требующее дополнительной установки иного программного обеспечения; права на использование какого-либо программного обеспечения в рамках закупки заказчик не приобретает.

Заявитель настаивает, что условий, предусмотренных пунктом 2(1) Постановления № 1236, для применения запрета, содержащегося в пункте 2 данного Постановления Правительства РФ, не имеется.

Управление считает необоснованной ссылку судов на письмо Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации (далее – Минцифры России) от 28.04.2023 № П11-01-04-200-32064, поскольку данное письмо предусматривает, что запрет на допуск иностранного программного обеспечения применяется к закупке камер видеонаблюдения лишь при условии необходимости установки программного обеспечения на камеры видеонаблюдения в извещении или документации, сведений о чем, в документации о закупке не содержится.

Заявитель указывает, что позиция Минцифры России неверно истолкована судами без учета того, что документацией о закупке не предусмотрена необходимость установки дополнительного программного обеспечения на закупаемые видеорегистраторы, а также - Минцифры России не уполномочено давать разъяснения законодательства о контрактной системе.

Податель жалобы отмечает, что суды необоснованно не учли позицию Минфина России в письме от 30.04.2020 № 24-03-06/35429, несмотря на то, что осуществление функций по нормативному регулированию в сфере осуществления государственных закупок товаров, работ, услуг входит в компетенцию Минфина России.

В отзыве на кассационную жалобу и в судебном заседании представитель учреждения привел мотивированные возражения, просил оставить оспариваемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считая доводы, изложенные в ней, несостоятельными. В судебном заседании представитель дал соответствующие пояснения, поддержал отзыв.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 29.03.2024 на официальном сайте Единой информационной системы в сфере закупок опубликовано приглашение на участие в закрытом аукционе в электронной форме № 0362100026224000108 на систему видеонаблюдения (4-х канальная), систему видеонаблюдения (8-канальная), систему видеонаблюдения (32-канальная), систему видеонаблюдения (16-канальная).

Начальная (максимальная) цена контракта составила 16 690 249,24 руб.

18.04.2024 закупочной комиссией была проведена процедура рассмотрения заявок на участие в закрытом электронном аукционе, по ее итогам был составлен Протокол подведения итогов закрытого электронного аукциона от 18.04.2024 № 0362100026224000108, подписанный присутствующими на заседании членами комиссии.

В соответствии с указанным протоколом заявка с идентификационным номером № 15112 (общество «Технопарк») была отклонена от участия в закупке на основании: «Заявка подлежит отклонению на основании пункта 4 части 10 статьи 75 Закона № 44-ФЗ. Участником не представлена информация, предусмотренная пунктом 2 «Требования к содержанию, составу заявки на участие в закупке и инструкция по ее заполнению», а именно информация о порядковом номере реестровых записей в реестре российского программного обеспечения или реестре евразийского программного обеспечения».

Возражая относительно решения закупочной комиссии, общество «Технопарк» обратилось в Свердловское УФАС с жалобой (вх. № 9171-ЭП/24 от 02.05.2024) на нарушение заказчиком в лице ФКУ «УОУМТС МВД России» при осуществлении закупки путем проведения закрытого аукциона в электронной форме на систему видеонаблюдения (4-х канальная); система видеонаблюдения (8-канальная); система видеонаблюдения (32-канальная); система видеонаблюдения (16-канальная) (извещение № 0362100026224000108) Закона № 44-ФЗ.

Общество «Технопарк» в обращении указало, что отклонение его заявки участника в связи с отсутствим указания реестровой записи программ для видеорегистраторов является необоснованным, поскольку нигде в документации о закупке не установлено, что в рамках исполнения контракта на осуществление закупок видеорегистраторов в составе систем видеонаблюдения необходима поставка программного обеспечения для них (не перечислены требования к характеристикам программного обеспечения, не указано аналогов такого программного обеспечения с наименованием торговых марок, не указано, какое количество комплектов программного обеспечения требуется и не указано, на каких носителях желательна его поставка). Соответственно, поставщик не мог сделать выбор, какое программное обеспечение предложить к поставке и какой реестровый номер записи нужно было приложить к заявке. Следовательно, программное обеспечение заказчику не требуется вовсе, а упоминание о нем в аукционной документации было, скорее всего, вызвано технической ошибкой или осталось как часть типовой аукционной документации, которая используется как шаблон для проведения сразу нескольких закупок.

Представитель заказчика на заседании Комиссии пояснил, что согласно описанию объекта закупки программное обеспечение видеорегистратора должно быть включено в Единый реестр российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных. Это является требованием о необходимости установки поставщиком при поставке товара программного обеспечения видеорегистратора, включенного в Единый реестр российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных.

Рассмотрев указанное обращение, антимонопольный орган пришел к выводу, что решение о признании заявки участника закупки с идентификационным номером № 15112 (общество «Технопарк») не соответствующей требованиям Приглашения на участие в закрытом электронном аукционе № 0362100026224000108 Закону о контрактной системе по основаниям, указанным в протоколе подведения итогов электронного аукциона, закупочной комиссией было принято правомерно, поскольку участником закупки в составе заявки не представлена информация, соответствующая требованиям, установленным в Документации о закупке.

Вместе с тем, Комиссия пришла к выводу, что из положений Постановления Правительства Российской Федерации № 1236 следует, что под программным обеспечением в рамках Постановления № 1236 понимается, в том числе поставка программного обеспечения на материальных носителях, а также поставка оборудования, на которое в рамках исполнения контракта подлежит установка программного обеспечения. Комиссия отметила, что Законом о контрактной системе и Постановлением № 1236 не регламентированы случаи применения рассматриваемого запрета при закупках оборудования с предустановленным программным обеспечением (встроенным программным обеспечением), без которого применение данного оборудования невозможно, и в Приглашении на участие в закрытом электронном аукционе не предусмотрена необходимость установки программного обеспечения и передачи прав на него в результате исполнения обязательств по контракту.

По результатам рассмотрения вышеуказанного заявления Свердловским УФАС принято Решение от 28.05.2024 № 066/06/99-1805/2024, которым жалоба общества «Технопарк» признана обоснованной, в действиях заказчика в лице ФКУ «УОУМТС МВД России» выявлены нарушения подпункта «а» пункта 1 части 1 статьи 72, пункта 15 части 1 статьи 42, части 3 статьи 14, пункта 3 части 2 статьи 42 Закона о контрактной системе.

Не согласившись с решением антимонопольного органа, учреждение обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с настоящим заявлением.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о незаконности принятого антимонопольным органом решения и удовлетворил заявленные требования учреждения.

Суд апелляционной инстанции, не усмотрев оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы, поддержал выводы суда первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены либо изменения.

Из системного толкования части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что для признания недействительными ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органа, осуществляющего публичные полномочия, необходимо одновременное наличие двух условий: их несоответствие закону или иному правовому акту, и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

При рассмотрении судом спора об оспаривании ненормативного правового акта в предмет доказывания входит рассмотрение вопросов о наличии у органа, выдавшего такой акт, соответствующих полномочий, соответствие его закону и нарушение прав и законных интересов заявителя.

Согласно части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно пункту 7 части 1 статьи 1 Закона о контрактной системе данный закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, в части, касающейся, в том числе контроля за соблюдением законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

На основании положений пункта 1 части 15 статьи 99, статьи 105, части 8 статьи 106 Закона № 44-ФЗ судами сделан вывод о том, что оспариваемое решение принято в рамках предоставленных Управлению полномочий.

Согласно статье 8 Закона № 44-ФЗ контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок. Любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

В силу статьи 6 Закона № 44-ФЗ контрактная система в сфере закупок основывается на принципах открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, а также ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок.

Согласно части 3 статьи 7 Закона № 44-ФЗ информация, предусмотренная данным законом и размещенная в единой информационной системе, должна быть полной и достоверной. Извещение об осуществлении закупки должно быть сформировано заказчиком таким образом, чтобы условия участия и исполнения обязательств по заключаемому контракту были четкими и одинаковыми для всех потенциальных участников конкурентной процедуры.

Согласно части 1 статьи 49 Закона о контрактной системе электронный аукцион начинается с размещения в единой информационной системе извещения об осуществлении закупки.

В силу части 1 статьи 42 Закона № 44-ФЗ при осуществлении закупки путем проведения открытых конкурентных способов заказчик формирует с использованием единой информационной системы, подписывает усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени заказчика, и размещает в единой информационной системе извещение об осуществлении закупки, содержащее следующую информацию, в том числе:

- наименование объекта закупки, информация (при наличии), предусмотренная правилами использования каталога товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, установленными в соответствии с частью 6 статьи 23 данного Закона (пункт 5);

- информация об условиях, о запретах и об ограничениях допуска товаров, происходящих из иностранного государства или группы иностранных государств, работ, услуг, соответственно выполняемых, оказываемых иностранными лицами, в случае, если такие условия, запреты и ограничения установлены в соответствии со статьей 14 данного закона (пункт 15).

Согласно части 2 статьи 42 Закона № 44-ФЗ извещение об осуществлении закупки должно содержать описание объекта закупки в соответствии со статьей 33 Закона (пункт 1); проект контракта (пункт 4).

Статьей 33 Закона о контрактной системе предусмотрены правила описания объекта закупки. В силу части 2 данной статьи документация о закупке в соответствии с требованиями, указанными в части 1 указанной статьи, должна содержать показатели, позволяющие определить соответствие закупаемых товара, работы, услуги установленным заказчиком требованиям. При этом указываются максимальные и (или) минимальные значения таких показателей, а также значения показателей, которые не могут изменяться.

Следовательно, формирование закупочной документации осуществляется исключительно в зависимости от потребностей заказчика в получении тех или иных товаров, работ или услуг в необходимых последнему форме, способах, комплектации. Заказчики, осуществляющие закупку по правилам Закона № 44-ФЗ, при описании объекта закупки должны таким образом прописать требования к закупаемым товарам, работам, услугам, чтобы, с одной стороны, повысить шансы на приобретение товара именно с такими характеристиками, которые ему необходимы, а с другой стороны, не ограничить количество участников закупки.

Судами установлено, что по результатам рассмотрения заявления общества «Технопарк» антимонопольный орган пришел к выводу, что действия заказчика, выразившиеся в установлении запрета, предусмотренного Постановлением Правительства Российской Федерации № 1236, нарушают подпункт «а» пункт 1 части 1 статьи 72, пункта 15 части 1 статьи 42, части 3 статьи 14, пункта 3 части 2 статьи 42 Закона о контрактной системе.

Комиссия Свердловского УФАС пришла к выводу, что объект закупки (система видеонаблюдения) и предмет контракта не подпадают под определения программного обеспечения, установленные пунктом 2(1) Постановления № 1236, в связи с чем действия заказчика в части применения запрета, предусмотренного указанным Постановлением № 1236, неправомерны.

Вместе с тем суды, признавая незаконным решение антимонопольного органа о наличии в действиях заказчика указанных нарушений Закона № 44-ФЗ, правомерно руководствовались следующим.

Согласно части 1 статьи 14 Закона № 44-ФЗ при осуществлении заказчиками закупок к товарам, происходящим из иностранного государства или группы иностранных государств, работам, услугам, соответственно выполняемым, оказываемым иностранными лицами, применяется национальный режим на равных условиях с товарами российского происхождения, работами, услугами, соответственно выполняемыми, оказываемыми российскими лицами, в случаях и на условиях, которые предусмотрены международными договорами Российской Федерации.

На основании части 3 статьи 14 Закона о контрактной системе издано Постановление Правительства Российской Федерации от 10.07.2019 № 878, которым утвержден Перечень радиоэлектронной продукции, происходящей из иностранных государств, в отношении которой устанавливаются ограничения для целей осуществления закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд. Код ОКПД 2 – 26.40.33.190 включен в данный Перечень.

Согласно документации о проведении закрытого аукциона закупка осуществлялась в рамках государственного оборонного заказа в соответствии с требованиями Федерального закона от 29.12.2012 № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе» (далее – Закон № 275-ФЗ).

В силу пункта 3.2. Постановления № 878 участник закупки в составе заявки на участие в закупке указывает (декларирует) номер реестровой записи из реестра российской радиоэлектронной продукции или евразийского реестра промышленных товаров, а для целей подтверждения первого уровня радиоэлектронной продукции - также сведения о первом уровне радиоэлектронной продукции.

Во исполнение статьи 14 Закона № 44-ФЗ Правительством Российской Федерации принято Постановление № 1236, которым установлен запрет на допуск программ для электронных вычислительных машин и баз данных, реализуемых независимо от вида договора на материальном носителе и (или) в электронном виде по каналам связи, происходящих из иностранных государств (за исключением программного обеспечения, включенного в единый реестр программ для электронных вычислительных машин и баз данных из государств - членов Евразийского экономического союза, за исключением Российской Федерации), а также исключительных прав на такое программное обеспечение и прав использования такого программного обеспечения.

В целях реализации Постановления № 1236 подтверждением соответствия программ для электронных вычислительных машин и баз данных является указание участником закупки порядковых номеров реестровых записей в реестре российского программного обеспечения или реестре евразийского программного обеспечения.

Согласно пункту 2 Постановления № 1236 (в редакции, действовавшей в спорный период) заказчик обязан установить запрет на допуск программ для электронных вычислительных машин и баз данных, реализуемых независимо от вида договора на материальном носителе и (или) в электронном виде по каналам связи, происходящих из иностранных государств (за исключением программного обеспечения, включенного в единый реестр программ для электронных вычислительных машин и баз данных из государств - членов Евразийского экономического союза, за исключением Российской Федерации (далее - реестр евразийского программного обеспечения), а также исключительных прав на такое программное обеспечение и прав использования такого программного обеспечения (далее - программное обеспечение и (или) права на него), для целей осуществления закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд, за исключением случаев, предусмотренных подпунктами «а», «б» части 2 Постановления № 1236.

Как следует из подпункта «б» пункта 2(1) Постановления № 1236, для целей применения пункта 2 Постановления № 1236 под программным обеспечением понимают программное обеспечение и (или) права на него вследствие выполнения контрактных обязательств на поставку, техническое обслуживание персональных электронных вычислительных машин, устройств терминального доступа, серверного оборудования и иных средств вычислительной техники, на которых программное обеспечение подлежит установке в результате исполнения контракта.

Пункты 3 и 4 Постановления № 1236 устанавливают два исключения для его неприменения: осуществление закупок программного обеспечения и (или) прав на него дипломатическими представительствами и консульскими учреждениями Российской Федерации, торговыми представительствами Российской Федерации при международных организациях для обеспечения своей деятельности на территории иностранного государства; осуществление закупок программного обеспечения и (или) прав на него, сведения о котором и (или) о закупке которого составляют государственную тайну.

В определенных случаях заказчик может подготовить обоснование невозможности соблюдения запрета на допуск программного обеспечения, происходящего из иностранных государств (за исключением программного обеспечения, включенного в единый реестр программ для электронных вычислительных машин и баз данных из государств - членов Евразийского экономического союза, за исключением Российской Федерации), но основания для этого предусмотрены пунктом 2 Порядка подготовки обоснования невозможности соблюдения запрета на допуск программного обеспечения, происходящего из иностранных государств, утвержденного Постановлением № 1236, в редакции Постановления Правительства РФ от 20.12.2017 № 1594 (признан утратившим силу с 01.01.2025).

С учетом буквального толкования пункта 2 указанного Порядка судами верно отмечено, что заказчик либо устанавливает запрет, либо подготавливает обоснование невозможности соблюдения запрета на допуск программного обеспечения, происходящего из иностранных государств, если существуют определенные условия.

Как установлено судами, согласно описанию объекта закупки программное обеспечение видеорегистратора должно быть включено в Единый реестр российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных, что является требованием о необходимости установки поставщиком при поставке товара программного обеспечения видеорегистратора, включенного в Единый реестр российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных.

Классификатор программ для электронных вычислительных машин и баз данных, утвержденный Приказом Минкомсвязи России от 22.09.2020 № 486 в соответствии с требованиями пункта 7 Постановления, содержит позицию: «Мультимедийное программное обеспечение».

Суды установили, что по состоянию на 29.03.2024 в едином реестре российских программ имелось достаточное количество реестровых записей программного обеспечения, предназначенного для работы видеорегистраторов, в связи с чем, правовые основания обоснования невозможности соблюдения запрета на допуск программного обеспечения отсутствовали.

Согласно частям 1 и 2 статьи 33 Закона № 44-ФЗ определяющим фактором при установлении заказчиком соответствующих требований являются потребности заказчика, а не хозяйствующих субъектов, принимающих участие в закупке.

Законом не предусмотрены ограничения по включению в документацию об электронном аукционе требований к товару, которые являются значимыми для заказчика, отвечают его потребностям и необходимы для выполнения соответствующих государственных или муниципальных функций.

При этом Закон № 44-ФЗ устанавливает право заказчика определить в документации об аукционе такие требования к объекту закупки, которые соответствуют потребностям заказчика с учетом специфики его деятельности, а также обеспечивают эффективное использование бюджетных средств.

Судами обоснованно указано, что системы видеонаблюдения закупались учреждением для органов государственной власти (Министерства внутренних дел Российской Федерации, далее также – МВД России), которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2017 № 187-ФЗ «О безопасности критической информационной инфраструктуры Российской Федерации» отнесены к субъектам критической информационной инфраструктуры и которым в силу подпункта «б» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 30.03.2022 № 166 «О мерах по обеспечению технологической независимости и безопасности критической информационной инфраструктуры Российской Федерации» с 01.01.2025 запрещается использовать иностранное программное обеспечение на принадлежащих им значимых объектах критической информационной инфраструктуры, если иное не установлено федеральным законом (в редакции Указа Президента Российской Федерации от 07.04.2025 № 21).

Суд округа полагает необходимым отметить, что вышеуказанный запрет для органов государственной власти и заказчиков с 01.01.2025 использовать иностранное программное обеспечение на принадлежащих им значимых объектах критической информационной инфраструктуры, носит императивный и безусловный характер, и не допускает расширительного толкования. Исходя из целей законодательного регулирования, установление данного запрета направлено на обеспечение состояния безопасности, защищенности и независимости объектов критической информационной инфраструктуры, используемых субъектами критической информационной инфраструктуры, в том числе МВД России, а потому не может толковаться антимонопольным органом как нарушающее положения Закона о контрактной системе.

Таким образом, с учетом буквального и системного толкования положений действующего законодательства суды правомерно заключили, что в Постановлении № 1236 отсутствуют исключения в отношении программного обеспечения, которое не выступает в качестве самостоятельного предмета закупки, а является предустановленным, поскольку запрет установлен в целом на допуск программ для электронных вычислительных машин и баз данных, происходящих из иностранных государств. В этой связи если закупаемый товар содержит в своем составе программное обеспечение, то вне зависимости от объекта закупки у заказчика возникает обязанность установить запрет на допуск программного обеспечения, происходящего из иностранных государств.

Кроме того, из материалов дела следует, что в описании объекта закупки предусмотрено наличие в видеорегистраторах программного обеспечения, включенного в Единый реестр российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных. В Приглашении принять участие в закрытом аукционе в электронной форме от 29.03.2024 предусмотрено соответствующее ограничение в соответствии со статьей 14 Закона № 44-ФЗ и Постановлением № 1236. В деле также имеются разъяснения заказчика о наличии в документации ограничений в силу Постановления № 1236, в которых указано на необходимость поставки видеорегистратора с программным обеспечением, включенным в Единый реестр российских программ.

Следовательно, объект спорной закупки (система видеонаблюдения) предусматривает, в том числе его оснащение программным обеспечением. С учетом изложенного, поскольку предметом закупки является приобретение системы видеонаблюдения, является правомерным вывод судов о том, что к рассматриваемой закупке подлежат применению ограничения, установленные Постановлением № 878 и Постановлением № 1236.

Кроме того, судами обоснованно принята во внимание специфика субъекта, в интересах которого осуществлялась спорная закупка (МВД России).

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в дело доказательства, доводы и пояснения сторон в их совокупности и взаимосвязи, суды пришли к правомерному выводу о том, что при проведении закупки заказчиком не допущено нарушений Закона № 44-ФЗ, в связи с чем обоснованно признали незаконным решение антимонопольного органа.

Апелляционным судом обоснованно отклонен довод Свердловского УФАС о необоснованности применения вышеуказанного запрета, поскольку запрет на допуск иностранного программного обеспечения применяется в отношении всех классов программного обеспечения, предусмотренных Классификатором программ для электронных вычислительных машин и баз данных, утвержденным приказом Минцифры России от 22.09.2020 № 486. При этом исключений для случаев приобретения заказчиком техники со встроенным программным обеспечением не установлено.

Доводы антимонопольного органа о необоснованном неприменении позиции Минфина России в письме от 30.04.2020 № 24-03-06/35429 как органа, уполномоченного на нормативно-правовое регулирование в сфере осуществления закупок товаров, работ, услуг, отклоняется судом округа, не могут быть приняты, поскольку указанное письмо носит ведомственный информационный характер и не может противоречить положениям действующего законодательства.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в апелляционном определении Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2019 № АПЛ19-216, письмо органа исполнительной власти не является нормативным правовым актом и не обладает нормативными свойствами, соответствует содержанию разъясняемых им нормативных положений и лишь содержит информацию о действовавшем на день его издания законодательстве. Актуальность письма, как ответа на поступившие в данный орган (Минфин России) обращения по конкретному вопросу, определена датой его издания и действовавшим на тот день правовым регулированием.

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями, предусмотренными статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются по основаниям, указанным в мотивировочной части настоящего постановления, а также в связи с тем, что они были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций и фактически направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых доказательств, что недопустимо в силу требований, предусмотренных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, доводы заявителя жалобы не содержат ссылок, которые не были бы проверены и не учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность судебных актов, либо опровергали выводы судов, в связи с чем признаются судом кассационной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебных актов. Само по себе несогласие заявителя кассационной жалобы с позицией судов не является основанием для отмены законных судебных актов.

Обжалуемые судебные акты соответствуют нормам материального права, а содержащиеся в них выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нормы материального и процессуального права судами применены правильно. Нарушений при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций норм процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебных актов, не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 11.11.2024 по делу № А60-48065/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Е.А. Поротникова

Судьи С.О. Иванова

Т.П. Ященок