Арбитражный суд Калининградской области
Рокоссовского ул., д. 2, <...>
E-mail: info@kaliningrad.arbitr.ru
http://www.kaliningrad.arbitr.ru
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
г.Калининград
Дело № А21- 12996/2024
27 августа 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 21 августа 2025 года
Полный текст решения изготовлен 27 августа 2025 года
Арбитражный суд Калининградской области в составе судьи Пахомовой Т.В., при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарём судебного заседания Оробей С.С., рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску ООО «МР Групп» (ОГРН: <***>, ИНН <***>, адрес: 238434, Калининградская область, Гурьевский МО, <...> стр. 3, офис 2) (далее – истец, Общество) к ФИО1 (Калининградская область, г. Калининград) (далее – ответчик) о признании недействительным Договора оказания консалтинговых услуг № 30/04/23 от 30.04.2023 года.
Для участия в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5.
В судебном заседании приняли участие:
от истца: ФИО6 представитель по доверенности, по паспорту
от ответчика: ФИО7 – представитель по доверенности, удостоверению адвоката;
от третьих лиц: от ФИО3 – представитель ФИО6 по доверенности, по паспорту, от ФИО4 – представитель ФИО8 по доверенности, по удостоверению адвоката, от ФИО5 – представитель ФИО9 по доверенности, по удостоверению адвоката.
Суд,
УСТАНОВИЛ:
Общество с ограниченной ответственностью «МР Групп» в лице генерального директора ФИО2 (далее – Общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с иском к ФИО1 (далее – ответчик) с иском о признании недействительным Договора об оказании консалтинговых услуг № 30/04/23 от 30.04.2023 года заключенного между ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО» и индивидуальным предпринимателем ФИО1
24.05.2024 года в ЕГРЮЛ зарегистрирован факт смены наименования ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО» на ООО «МР ГРУПП», что подтверждается копией протокола внеочередного общего собрания участников Общества от 16.05.2024 г. и листом записи ЕГРЮЛ от 24.05.2024 г. имеющихся в материалах дела.
Исковые требования мотивированы совершением крупной сделки с заинтересованностью, невыгодной для ООО «МР Групп», в отсутствие одобрения общего собрания участников ООО «МР Групп», нарушающей права и законные интересы Общества, а также отсутствием фактического исполнения договора. Правовым основанием исковых требований указана статья 174 Гражданского кодекса РФ и статья 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».
В судебном заседании представитель истца поддержала иск в полном объеме и пояснила, что 30.04.2023 между ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО», в лице генерального директора ФИО5, действующего на основании Устава и Индивидуальным предпринимателем ФИО1 был заключен Договор оказания консалтинговых услуг № 30/04/23 (далее – Договор). При заключении Договора стоимость оказания услуг в текст Договора включена не была и размер оплаты определен как: «Цена настоящего договора складывается из общей стоимости всех услуг, оказанных Исполнителем в рамках действия настоящего Договора. Стоимость услуг за принятый Сторонами отчетный период указывается в акте об оказанных услугах и рассчитывается исходя из цены за устную, письменную консультацию и объема оказанных услуг за отчетный период» (п. 3.1. Договора).
Также по условиям договора была предусмотрена ответственность Общества в размере 10 % от стоимости оказанных услуг за каждый день просрочки (п. 5.3. Договора), что по мнению истца является чрезмерным и неразумным размером, учитывая, что изначальная стоимость услуг договором не установлена.
Стоимость предъявленных ФИО1 к оплате по Договору услуг составила 4 370 000 рублей, из которых в 2023 году ему на расчетный счет, открытый также, как и у Общества в Сбербанке, было перечислено 3 810 000 рублей. Акты оказанных услуг, в отсутствие предоставленных исполнителем отчетов, были подписаны непосредственно ФИО5 При этом Акты оказанных услуг содержат в себе услуги которые Общество никогда не оказывало и данными направлениями не занималось и не занимается в настоящее время, поэтому никаких потребностей в получении «инженерно-консультационных услуг по подготовке процесса изготовления бетонных изделий» или «получение консультаций по вопросам в области трудового права» (никто в это время на работу не принимался и не увольнялся), в «области административного права» (никаких дел об административных правонарушениях не имелось), никаких планов финансового развития Обществу не предоставлялось, также как и консультирование в сфере информационных технологий по вопросу внедрения IT-инфраструктур (в деятельность Общества ничего не внедрялось, никакие специальные программы не использовались). Решение о заключении указанной сделки принималось генеральным директором Общества ФИО5 единолично. Однако на момент подписания сторонами 05.06.2023 года первого акта оказанных услуг за период с 01.05.2023 по 31.05.2023, стоимость услуг составила 1 200 000 рублей, что характеризует данную сделку как крупную и требующую получения одобрения учредителей Общества, так как размер выплат превышает 25 % балансовой стоимости всех активов Общества. Так как по стоянию на 31 декабря 2022 года стоимость всего имущества Общества составляла 3 663 000 рублей (строка 1600 баланса), таким образом 25 % от указанной суммы составляет 915 750 рублей.
Однако, ФИО5 и в последствии не было инициировано согласование данной сделки, несмотря на то, что критерий крупности сделки возникает и по договорам, по которым производятся периодические платежи, если сумма платежей за период действия договора составляет более 25 % балансовой стоимости активов общества (пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статья 15 Федерального закона от 6 декабря 2011 года N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете").
Аналогичная позиция содержится в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – постановление Пленума № 27). Доводы ФИО4 о том, что оспариваемый договор является сделкой, совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности, являются необоснованными, так как заключенная сделка имеет признаки заинтересованности.
В соответствии с п. 7 ст. 45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» положения ст. 45 данного закона не применяются к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности, в том числе к сделкам, совершаемым кредитными организациями в соответствии со статьей 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности». Между тем доказательства того, что ООО «Кёнигтранскарго» неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершало аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности, как указано в абзаце первом пункта 7 статьи 45 Закона об обществах, ни Ответчиком, ни привлеченными им третьими лицами в материалы дела не представлены.
Согласно Уставу в действовавшей на момент заключения сделки редакции, высшим органом Общества является Общее собрание участников Общества. К компетенции которого отнесены одобрение сделок, в совершении которых имеется заинтересованность (пп. 14 п. 8.2. Устава) и одобрение крупных сделок (пп. 15 п. 8.2. Устава). В нарушение требований законодательства одобрение указанной сделки получено не было. Сделка была совершена в ущерб интересам юридического лица, с целью незаконного выведения одним из учредителей денежных средств. ФИО5 с мая 2022 года являлся соучредителем ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО», доля голосов которого составляла 50 %. Вторым учредителем при регистрации юридического лица выступала гр. ФИО4, также имеющая 50 % голосов. На момент исполнения оспариваемой сделки в составе учредителей произошло изменение, в состав вошли ФИО3, а также ФИО1, которого в состав пригласили ФИО5 и ФИО4 Голоса между четырьмя участниками распределились равномерно по 25 % у каждого. При этом, в качестве участника ФИО1 мог оказывать консультационные услуги в качестве своего вклада в развитие бизнеса. Фактически, участник Общества ФИО5, он же единоличный исполнительный орган, и ФИО1 вступив с в сговор заключили данную сделку с целью получения личной выгоды. Для исполнения данной сделки ФИО1 зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя 25.04.2023 года, всего за 5 календарных дней до заключения Договора. При регистрации в качестве основного вида деятельности им был указан ОКВЭД 70.22 «Консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления». Ранее ИП ФИО1 не занимался аналогичной деятельностью, совершенно не имел опыта и навыков ведения успешного бизнеса. Так неоднократно (01.05.2005; 31.12.2004, 12.02.2015; 25.04.2023) ФИО1 регистрировался в качестве индивидуального предпринимателя (ОГРНИП <***>) для осуществления видов деятельности по оптовой торговле овощами, строительными материалами, лесоматериалами, автотранспортными средствами, ремонтом автотранспорта, деятельностью в области права и бухучета. Из указанных регистраций первая регистрация была прекращена по собственному решению предпринимателя, вторая прекращена налоговым органом, так как допущена была повторная регистрация в качестве ИП лица, имеющего такой статус. Третья регистрация была прекращена, 10.03.2016 года определением Калининградского арбитражного суда в рамках рассмотрения дела № А21-4771/2015 ИП ФИО1 признан несостоятельным (банкротом). Представленные в материалы дела сведения о судебных делах в отношении ИП ФИО1 свидетельствуют о том, что основные претензии кредиторов возникали по причине неисполнения ФИО1 денежных обязательств перед банком, а также перед физическими лицами. Полученный 25.04.2023 ФИО1 статус предпринимателя был прекращен по решению предпринимателя 14.12.2023 года, то есть за неделю до увольнения ФИО5 с должности генерального директора Общества, что подтверждает довод о том, что регистрация была необходима только для совершения оспариваемой сделки и как только встал вопрос о прекращении полномочий ФИО5 в качестве директора возможность дальнейшего проведения оплаты за несуществующие услуги была утрачена, цель сделки была достигнута и статус индивидуального предпринимателя, основным видом деятельности которого являлись оказание консультационных услуг, ФИО1 больше не требовался. ФИО5 не извещал общее собрание участников ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО» о предполагаемой сделке по заключению оспариваемого Договора, соответственно, ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО» не извещало незаинтересованных участников общества о данной сделке, что лишило таких участников возможности требовать рассмотрения общим собранием участников общества вопроса о даче согласия на совершение сделки. Следовательно, вышеуказанная сделка совершена без необходимого в силу закона согласия общего собрания участников Общества. ФИО1 с 31.05.2023 до 04.12.2023 года являлся одним из участников Общества, он не мог не знать об отсутствии одобрения сделки остальными участниками Общества и, следовательно, о незаконности действий по перечислению ему денежных средств. ФИО1 должен был знать о том, что заключение мнимой сделки и перечисление по ней значительных денежных средств приведет к уменьшению полученной прибыли Общества, которая могла быть распределена между всеми участниками Общества. Однако, совместно с ФИО5 он действовал в ущерб интересам ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО».
В отношении истечения срока исковой давности представитель истца со ссылкой на постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» пояснила следующее: в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда: юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора. Бывший директор – ФИО5 заключал данную сделку и не был заинтересован в выявлении нарушений, поэтому сознательно не обращался в суд с требованием об оспаривании данной сделки и взыскании убытков.
Согласно постановлению Президиума ВАС РФ от 10.12.2013 № 8194/13 по делу № А50-9892/20124 данная правовая позиция применима и при оспаривании сделок юридического лица, если соответствующие органы управления не были заинтересованы в таком оспаривании. То есть выводы по поводу исчисления срока давности, закрепленные в Постановлении Пленума ВАС РФ № 62, должны по аналогии применяться и к вопросу оспаривания сделок.
У Общества появилась возможность оспорить невыгодную для него сделку только после того, как произошла смена единоличного исполнительного органа. ФИО5 был уволен 26.12.2023 года, ФИО2 назначена новым директором Общества с 27.12.2023 года. ФИО5 будучи на момент заключения сделки с ИП ФИО1 являлся соучредителем ООО «Кёнигтранскарго» с долей в размере 50 % уставного капитала, так же являлся и единоличным исполнительным органом данного юридического лица. По факту ФИО5 действуя от имени ООО «Кёнигтранскарго» заключил сделку, которая на момент её заключения не имела стоимостного выражения. Согласно условиям договора, стоимость складывается из общей стоимости всех услуг, оказанных в рамках действия договора (п. 3.1. Договора). Однако фактическое исполнение сделки состоялось уже после включения в состав участников Общества ФИО3 и ФИО1 Правом на обращение в суд с требованием об оспаривании сделок обладают: само юридическое лицо, органы управления обществом, учредители (участники) общества, сторона сделки. При этом от имени юридического лица иск подписывается непосредственно единоличным исполнительным органом – директором. Учитывая, что ФИО2 вступила в должность генерального директора 27.12.2023 года, в течение года она вправе обратиться в суд с иском об оспаривании сделок, которые причинили Обществу ущерб. Фактически иск подан в суд 24.09.2024 года, таким образом годичный срок для оспаривания сделки не истек.
Ответчик исковые требования не признал по основаниям, указанным в поступившим 07.11.2024 года отзыве на исковое заявление и в отзыве от 13.03.2025 на возражения истца, ссылаясь на то, что: Ответчик надлежаще выполнил все предусмотренные договором обязательства. Все услуги были приняты Обществом, стороны подписали акты выполненных работ. В результате ненадлежащего исполнения Обществом своих обязательств размер задолженности по договору составил 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, что подтверждается актом № 6 от 05.11.2023 года, получением Обществом счета № 7 от 05.11.2023 года. В связи с неоплатой задолженности Ответчик обратился в Арбитражный суд Калининградской области с иском (дело №А21-10315/2024) о взыскании суммы основной задолженности в размере 500 тыс. рублей и штрафа в размере 7 750 000 рублей из расчета: 10 % от суммы долга, что составляет 50 тыс. рублей за каждый день просрочки оплаты умноженное на 155 дней просрочки (на дату подачи иска). В настоящее время рассмотрение указанного дела приостановлено, до вступления в силу решения по делу № А21-12996/2024. Ответчик считает, что истцом в материалы дела не представлено доказательств недействительности сделки. Кроме того, ответчик считает, что истцом пропущен годичный срок исковой давности для подачи иска об оспаривании сделки, потому, что изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности. Сделка была заключена 30.04.2023, исковое заявление подано 24.09.2024, следовательно, срок исковой давности истек, что является самостоятельным основанием для отказа в заявленных требованиях. Ответчик выразил несогласие с доводом истца об отсутствии одобрения оспариваемого договора, так как решение об одобрении было принято ФИО5 и ФИО4, которые на момент заключения сделки 30.04.2023, являлись единственными учредителями Общества, протокол одобрения сделки ими не составлялся, так как им это не требовалось. В последствии ответчик уточнил свою позицию и указал, что достоверно не знает имелось ли одобрение сделки, о наличии одобрения ему стало известно лишь со слов ФИО4 и ФИО5 В отношении привлечения ФИО3 в качестве третьего лица к участию в споре, считает, что ФИО3 не имеет никакого отношения к спору, так как стала участником общества 26.07.2023 года и все о деятельности Общества знала. Ответчик заявляет о недобросовестном поведении истца, считает, что последний скрывает значимые для дела обстоятельства, в частности протоколы собрания учредителей.
Третье лицо ФИО4 отзывами от 09.02.2025 и 13.03.2025, поступившими в материалы дела, заявила о несогласии с исковыми требованиями Общества, со ссылкой на то, что она предложила ФИО5 кандидатуру ФИО1 в качестве бизнес-консультанта. Переговоры по вопросу определения экономической целесообразности привлечения ФИО1 для консультационного сопровождения Общества проводились по месту жительства ФИО4 в присутствии ФИО5 и ФИО1 Положительное решение о заключении договора с ФИО1 было принято участниками ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО» ФИО4 и ФИО5 единогласно, оформлено в виде протокола общего собрания, который хранится в Обществе. При заключении договора ФИО5 действовал добросовестно, признаки мнимости сделки в материалах дела отсутствуют. На момент совершения договора у сделки отсутствует стоимостной критерий, позволяющий квалифицировать её как крупную, отсутствует качественный критерий (критерий выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности). Общество получило по оспариваемой сделке надлежащее исполнение и воспользовалось им в своей предпринимательской деятельности. Общество обратившись с настоящим исковым заявлением в суд действует недобросовестно, так как после заключения сделки принимало исполнение и оплачивало услуги. До вхождения ФИО3 в состав участников Общества, в мае 2023 года, она была заблаговременно ознакомлена со всеми хозяйственными документами Общества, следовательно, располагала информацией об оспариваемой сделке с 2023 года. В связи с чем полагает, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты.
Третье лицо ФИО5, представил в материалы дела отзывы от 10.02.2025 и 17.03.2025, в которых возражал против удовлетворения исковых требований Общества мотивируя свою позицию тем, что оспариваемый договор был заключен 30.04.2023, т.е. до вступления в состав участников Общества ФИО1 и ФИО3 Обязанности по договору ФИО1 исполнил в полном объеме, Обществом исполнение было принято путем подписания соответствующих актов. Решение о заключении с ФИО1 договора было принято состоявшими на тот момент двумя участниками Общества – ФИО5 и ФИО4 и оформлено оно было надлежащим образом в виде протокола, не имеющего нумерацию. Протокол общего собрания о заключении сделки умышлено скрывается Обществом. Всю свою деятельность ФИО1 вел только с ФИО5 и ФИО4 Считает, что увеличение прибыли за 2023 год является результатом консультационной деятельности выполненной ФИО1 Доказательств недействительности сделки истцом в материалы дела не представлено. Заявляет о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с иском о признании сделки недействительной.
Третье лицо ФИО3 в материалы дела предоставила отзыв 18.03.2025, которым исковые требования Общества поддержала в полном объеме, пояснив о том, что став одним из учредителей Общества у которого отсутствовали основные средства и деятельность осуществлялась путем встреч ФИО4 и ФИО5 на квартире у ФИО4, фактически обеспечила возможность ведения хозяйственной деятельности предоставив Обществу офис, земельный участок с расположенным на нем оборудованием, а также базу своих контрагентов с которыми имела длительные договорные отношения в сфере строительства. В связи с этим не согласна, с доводами гр. ФИО4 о том, что ФИО1 стал причиной роста дохода компании в 2023 году. Никаких уведомлений для участия в собрании она не получала, собраний по вопросам одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью со времени её принятия в число участников Общества не проводилось. Фактически ФИО5 в своем отзыве на иск подтвердил, что ФИО3 не знала и том, что ФИО1 оказывает Обществу какие-либо консультационные услуги, т.к. по заявлению ФИО5, ФИО1 оказывал услуги только ему и ФИО4 Ставится под сомнение, а имели ли данные услуги вообще отношение к деятельности Общества, или ФИО5 и ФИО4 будучи соучредителями другой организации ООО «КТК-Логистика», за счет ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО» решали вопросы по деятельности своей организации.
Суд, оценивая доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, а также имеющихся в распоряжении суда материалов дел из картотеки судебных дел, с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, приходит к следующим выводам:
Как следует из материалов дела, Общество с ограниченной ответственностью «КЁНИГТРАНСКАРГО» зарегистрировано в качестве юридического лица 05.05.2022 за ОГРН <***>.
Решение об учреждении ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО» было принято ФИО5 и ФИО4 с размером долей в уставном капитале по 50 % у каждого, генеральным директором Общества была избрана ФИО4, что подтверждается протоколом № 1 Общего собрания учредителей Общества от 25.04.2022 года.
08.12.2022 решением внеочередного общего собрания учредителей Общества учредителями принято единогласное решение о досрочном прекращении полномочий ФИО4 в качестве генерального директора и избрании на данную должность ФИО5, что подтверждается протоколом № 2.
В течение периода с 25.04.2022 по 31.05.2023 ФИО5 и ФИО4 являлись единственными соучредителями ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО».
Изменение в составе учредителей Общества произошло в результате принятия ФИО5 и ФИО4 единогласного решения на внеочередном общем собрании учредителей об увеличении уставного капитала, принятии в состав учредителей ФИО3 и ФИО1, что подтверждается Протоколом № 3 от 31.05.2023 года. Размер доли каждого из учредителей в уставном капитале Общества составил по 25 % соответственно.
Регистрационной записью № 2233900331201 от 20.11.2023 в листе записи ЕГРЮЛ. Подтверждается факт выхода ФИО4 и ФИО5 из состава учредителей Общества, посредством обращения к нотариусу.
ФИО1 также обратился к нотариусу и вышел из состава учредителей Общества, что подтверждается регистрационной записью № 2233900344819 от 04.12.2023 года в листе записи ЕГРЮЛ.
Оставшиеся после выхода ФИО5, ФИО4 и ФИО1 доли в уставном капитале Общества были распределены в пользу единственного оставшегося участника – ФИО3, что подтверждается решением № 1 единственного участника и регистрационной записью № 2233900363563 от 18.12.2023 в листе записи ЕГРЮЛ.
27.12.2023 решением № 2 единственного участника юридического лица ФИО3 досрочно прекращены полномочия ФИО5 в качестве генерального директора Общества, принято решение об увеличении уставного капитала до 30 тыс. рублей, принята в состав участников Общества ФИО2, она же назначении на должность генерального директора Общества, что подтверждается имеющимся в материалах дела решением и регистрационной записью № 2243900020912 от 24.01.2024 в листе записи ЕГРЮЛ.
Между ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО» (Заказчик) и Индивидуальным предпринимателем ФИО1 (Исполнитель) 30.04.2023 года заключен Договор оказания консалтинговых услуг № 30/04/23 (далее – Договор). Договор со стороны ООО «КЁНИГТРАНСКАРГО» подписан генеральным директором ФИО5, со стороны предпринимателя – ФИО1
Предметом договора является оказание Исполнителем консультационных услуг на основании поручения Заказчика (п. 1.1. Договора).
Договор на оказание консультационных услуг является разновидностью договора возмездного оказания услуг и регулируется главой 39 Гражданского кодекса РФ о возмездном оказании услуг. Кроме того, к таким договорам применяются общие положения о подряде (статьи 702–729).
В соответствии с п. 1.2. Договора Исполнитель оказывает консультационные услуги по правовым вопросам в сфере гражданского, трудового, корпоративного и административного законодательства; по оптимизации налогообложения, составлению бухгалтерской отчетности, по вопросам бухучета; управленческое консультирование; консультирование в сфере маркетинга и рекламы; экономическое и финансовое консультирование; инженерно-консультационные услуги по подготовке бетонных изделий; консультирование в сфере информационных технологий и внедрения IT-инфраструктур.
Согласно п. 1.5. Договора услуги оказываются в период с 30.04.2023 года по 31.12.2023 года.
Из пункта 9.1. Договора следует, что окончание срока оказания услуг не прекращает действие договора. Договор действует до полного исполнения Сторонами своих обязательств по нему.
Для обеспечения возможности оказания Исполнителем услуг по Договору Заказчик обязуется предоставить Исполнителю документацию и информацию в течение 5 (пяти) дней с момента подписания договора (п. 2.2.1 договора). В соответствии с п. 4.4. Договора все предоставленные документы возвращаются Заказчику не позднее 5 числа следующего месяца.
Консультирование осуществляется по заявкам Заказчика. Которые могут быть поданы в письменной или устной форме (п. 4.2. договора).
В соответствии с п. 2.1.3. договора, результат оказания услуг оформляется Исполнителем в виде отчета по оказанным услугам, в котором должна быть отражена информация по вопросам, интересующим Заказчика, заключение и необходимые рекомендации. Также по окончании оказания услуг Исполнитель обязан предоставить Заказчику акт об оказанных услугах (п 2.1.4. договора).
Цена договора не определена. Из пункта 3.1. договора следует, что стоимость услуг за отчетный период указывается в акте об оказанных услугах и рассчитывается исходя из цены за устную, письменную консультацию и объема оказанных услуг за отчетный период. Приложений к договору, в которых стороны согласовали стоимость отдельных консультационных услуг, а также порядок определения окончательной цены, в материалы дела не представлено.
Оплата производится безналичным перечислением на банковский счет Исполнителя в течение 10 (десяти) банковских дней с момента подписания соответствующего акта, на основании выставленного счета (п. 3.2. договора).
За неисполнение обязательств по договору стороны предусмотрели финансовую ответственность Исполнителя в виде уплаты штрафа (пени) за нарушение сроков оказания услуг в размере 10 % от стоимости услуг за каждый день просрочки (п. 5.2. договора) и Заказчика за нарушение сроков оплаты услуг в размере 10 % от суммы за каждый день просрочки (п. 5.3. договора).
В материалы дела стороной ответчика, в подтверждение факта оказания услуг по договору и принятия Обществом результатов оказанных услуг, представлены копии Актов оказанных услуг № 1 от 05.06.2023 на сумму 1 170 000 руб., № 2 от 05.06.2023 на сумму 870 000 руб.; № 3 от 03.08.2023 на сумму 870 000 руб.; № 4 от 04.09.2023 на сумму 400 000 руб.; № 5 на сумму 500 000 руб.; № 6 от 05.11.2023 на сумму 500 000 руб., всего на общую сумму 4 310 000 рублей. Указанные акты подписаны со стороны Общества генеральным директором ФИО5, и стороны Исполнителя – ФИО1
Истцом, при подаче иска в материалы дела приобщены два Акта выполненных работ так же подписанных со стороны Общества генеральным директором ФИО5, а стороны Исполнителя – ФИО1, но содержащих сумму стоимости услуг, оказанных за май и июнь 2023 года, которая отличается от Актов, предоставленных ответчиком, а именно: Акт оказанных услуг № 1 от 05.06.2023 года на сумму 1 200 000 рублей, Акт оказанных услуг № 2 от 05.06.2023 года на сумму 900 000 рублей. Объяснения наличия двух различных по стоимости, но одинаковых по содержанию перечней оказанных услуг Актов, ни со стороны ФИО5 ни со стороны ФИО1 суду не представлено.
В материалах дела не представлены сведения, подтверждающие реальность осуществления сделки, в частности отсутствуют доказательства направления Заказчиком Исполнителю заявок в письменной либо устной форме (п. 4.2. Договора), предоставление Заказчиком документации, информации и иных материалов (п. 2.2.1. Договора) необходимых Исполнителю для оказания услуг; отчеты Исполнителя по оказанным услугам содержащие информацию по вопросам поставленным Заказчиком, заключение по результатам анализа документации и необходимые к исполнению рекомендации (п. 2.1.3. Договора); запросы от Исполнителя на предоставление документации и информации (п. 4.4. Договора).
Опрошенная в судебном заседании ФИО2 пояснила, что с 27 декабря 2023 года по решению единственного участника Общества ФИО3 была избрана на должность генерального директора, а также вошла в состав участников Общества. До нее в должности генерального директора работал ФИО5 На момент совершения сделки, в апреле 2023, она работала в Обществе заместителем генерального директора по продажам. Должностной инструкции не имелось, в трудовом договоре конкретно функционал не расписан. Фактически в её обязанности входило взаимодействие с контрагентами (строительными организациями), которым реализовывали поставляемый в Калининградскую область цемент. Ей лично никакой консультирование со стороны ФИО1 не оказывалось, в офисе никаких консультаций не проводилось. Документооборотом она не занималась, участие в собрании учредителей не принимала. Все документы по хозяйственной деятельности (договоры, акты) готовились непосредственно ФИО5, в офисе у него было собственное рабочее место. Указания об оплате счетов ФИО5 давал бухгалтеру Общества ФИО10 ФИО1 никаких документов на подпись ей не передавал, она ему никаких заявок на дачу консультаций не направляла. В Обществе два Акта выполненных работ за услуги оказанные в мае и июне 2023 года, стоимость услуг выше, чем в Актах которые предоставил ответчик, но объем услуг ничем не отличается. Почему и когда именно ФИО5 подписал Акты в разных редакциях её не известно, но деньги были перечислены по акту с низкой ценой не 1,2 млн. руб., а 1,170 млн. рублей. Также сомнение вызывает указание в Актах оказание ФИО1 консультации по таким вопросам, которыми организация никогда не занималась и не планировала заниматься, поэтому необходимость в получении «инженерно-консультационных услуг по подготовке процесса изготовления бетонных изделий» или «получение консультаций по вопросам в области трудового права» (никто в это время на работу не принимался и не увольнялся), в «области административного права» (никаких дел об административных правонарушениях не имелось), никаких планов финансового развития Обществу не предоставлялось, также как и консультирование в сфере информационных технологий по вопросу внедрения IT-инфраструктур (в деятельность Общества ничего не внедрялось, никакие специальные программы не использовались). Решение о заключении указанной сделки принималось генеральным директором Общества ФИО5 единолично.
Исследовав содержание Устава Общества, в редакции на 31.05.2023 года, суд установил, что высшим органом Общества является общее собрание участников Общества (п. 8.1. Устава). К вопросам, подлежащим утверждению общим собранием участников относятся, в том числе, вопросы по одобрению крупных сделок и сделок с заинтересованностью (пп. 14-15 п. 8.2. Устава). Порядок проведения внеочередных собраний, закреплен в Уставе и предусматривает созыв всех участников общества единоличным исполнительным органом, независимо от кого исходит инициатива его проведения (п. 8.7. Устава). Для этого, в адрес всех участников, не позднее 30 (тридцати) дней до даты проведения собрания, направляются заказными письмами уведомления о созыве собрания, вопросах, подлежащих рассмотрению на нем. ФИО3 отрицала факт поступления в её адрес уведомлений о планируемом проведении внеочередного собрания. Сторонами данный факт не опровергнут, документы, подтверждающие направление единоличным исполнительным органом в адрес участников общества уведомлений в материалы дела не представлены.
Проверив доводы стороны ответчика и третьих лиц – ФИО4 и ФИО5 о наличии между сторонами длительного корпоративного спора и нахождения протокола внеочередного собрания участников общества об одобрении оспариваемой сделки у истца, суд установил, что Арбитражным судом Калининградской области были рассмотрены исковые заявления ответчиком по которым выступало ООО «МР Групп», а именно: иски о взыскании действительной стоимости доли поданные ФИО4 (А21-4951/2024), ФИО1 (А21-4950/2024), ФИО5 (А21-4952/2024), иски об обязании предоставить заверенные копии документов (в том числе протоколов общих собраний) и взыскании судебной неустойки поданные ФИО4 (А21-5997/2024), ФИО1 (А21-5998/2024), ФИО5 (А21-8946/2024). По всем указанным делам истцами были поданы ходатайства об отказе от требований в связи с добровольным исполнением ответчиком требований, судом были вынесены определения о прекращении соответствующих производств.
По делам об обязании предоставить заверенные копии документов ООО «МР Групп» были предоставлены в материалы дела копии протоколов общего собрания участников Общества из которых следует, что с момента учреждения Обществом было проведено три собрания, по результатам которых были оформлены следующие протоколы:
- Протокол № 1 собрания участников Общества от 25.04.2022 года по вопросам: учреждения и регистрации Общества, утверждения устава, формирования уставного капитала, выбора единоличного исполнительного органа и определения способа подтверждения принятых решений. На момент оформления данного протокола участниками Общества являлись ФИО5 и ФИО4;
- Протокол № 2 внеочередного собрания участников Общества от 08.12.2022 года. Вопросы повестки дня – досрочное прекращение полномочий ФИО4 в качестве директора Общества и избрания на данную должность ФИО5, определения способа подтверждения принятых решений. На момент оформления данного протокола участниками Общества также являлись ФИО5 и ФИО4;
- Протокол № 3 внеочередного собрания участников Общества от 31.05.2023 года, которым было оформлено решение, принятое ФИО5 и ФИО4 об увеличении уставного капитала за счет вклада третьих лиц, принятие в состав учредителей ФИО3 и ФИО1, изменение места нахождения Общества, внесение изменений в Устав.
Все указанные протоколы имеют нумерацию и подписи участников Общества состоящих в нем на момент принятия такого решения.
Проверив доводы ответчика и третьих лиц ФИО4 и ФИО5 о том, что по делу № А21-8946/2024 по иску ООО «МР Групп» к ФИО5 об истребовании документов (в том числе протоколов общих собраний), судом в удовлетворении требований ООО «МР Групп» было отказано, по причине недоказанности нахождения документов у ФИО5 Довод ответчика и третьих лиц по делу ФИО4 и ФИО5 о том, что протоколы общих собраний участников Общества об одобрении каких-либо сделок имеются у распоряжении Общества, материалами дел А21-5997/2024, А21-5998/2024, А21-8946/2024 не подтверждаются. В указанных делах фигурируют только Протокол общего собрания № 1 от 25.04.2022 г., протокол общего собрания № 2 от 08.12.2022 г. и протокол общего собрания № 3 от 31.05.2023 г. При этом, как следует из материалов указанных дел истцы (ФИО4, ФИО1, ФИО5) после получения заверенных копий, перечисленных трех протоколов, от исковых требований отказались, тем самым признав, что получили от Общества все истребуемые документы.
К доводу ФИО5 о привлечении частнопрактикующих юристов для оформления протоколов собраний учредителей, суд относится критически и не находит обстоятельств подтверждающих данный факт, сторона не предоставила подтверждения привлечения каких-либо лиц, произведения им оплаты за услуги, не представила подтверждения проведения ФИО4, ФИО1 и ФИО5 внеочередных встреч, повестки дня рассмотренные на данных встречах и результаты проведения данных встреч.
По результатам исследования материалов дела, оценив доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителя истца и ответчика, третьих лиц, арбитражный суд находит доказанными обстоятельства совершения крупной сделки с заинтересованностью, невыгодной для Общества, в отсутствие экономической целесообразности, а также отсутствия одобрения общего собрания участников ООО «МР Групп», нарушающей права и законные интересы Общества, а также отсутствием фактического исполнения договора, в связи с чем исковые требования подлежат удовлетворению.
В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) защита гражданских прав может осуществляться путем признания сделки недействительной.
Согласно подпункту 1 статьи 2 АПК РФ, одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.
Статья 4 названного Кодекса предусматривает, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.
Реализация предусмотренного статьей 45 Закона об ООО права участника на оспаривание сделки, совершенной обществом, возможна в том случае, если сделкой нарушены права и охраняемые интересы участника общества и целью предъявленного иска является восстановление этих прав и интересов.
Исходя из пункта 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и разъяснений данных в пункте 9 постановления постановление Пленума № 27, для квалификации сделки как крупной по общему правилу необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков:
1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;
2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 8 статьи 46), например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества.
Из материалов дела следует, что общая стоимость Договора составила 4 310 000 рублей, что подтверждается Актами оказанных услуг. Всего, за период с 30.04.2023 по 27.10.2023 года на расчетный счет ФИО1 было перечислено оплаты по Договору на общую сумму 3 810 000 рублей.
Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 13 постановление Пленума № 27, договоры, предусматривающие обязанность производить периодические платежи (аренды, оказания услуг, хранения, агентирования, доверительного управления, страхования, коммерческой концессии, лицензионный и т.д.) для лица, обязанного производить по ним периодические платежи, признаются отвечающими количественному (стоимостному) критерию крупных сделок, если сумма платежей за период действия договора (в отношении договора, заключенного на неопределенный срок, - за один год; в случае если размер платежа варьируется на протяжении действия такого договора, учитывается наибольшая сумма платежей за один год) составляет более 25 процентов балансовой стоимости активов общества.
Балансовая стоимость активов общества для целей применения пункта 2 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, по общему правилу, определяется в соответствии с данными годовой бухгалтерской отчетности на 31 декабря года, предшествующего совершению сделки (статья 15 Федерального закона от 6 декабря 2011 года N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете"); при наличии предусмотренной законодательством или уставом обязанности общества составлять промежуточную бухгалтерскую отчетность, например ежемесячную, упомянутые сведения определяются по данным такой промежуточной бухгалтерской отчетности.
Из представленного в материалы дела бухгалтерского баланса за 2022 год, год предшествующий году заключения сделки, на 31 декабря 2022 года стоимость всего имущества Общества составляла 3 663 000 рублей (строка 1600 баланса), таким образом 25 % от указанной суммы составляет 915 750 рублей. Принимая во внимание сумму, перечисленную в пользу ФИО1 по Договору в размере 3 810 000 рублей, а также наличие подписанного сторонами Акта № 1 от 05.06.2023 года стоимость услуг в котором составляет 1 200 000 рублей, подтверждается довод стороны истца о наличии у оспариваемой сделки критерия крупности.
Принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является компетенцией общего собрания участников общества (абзац первый пункта 3 статьи 46 Закона N 14-ФЗ).
По смыслу приведенных положений законодательное регулирование института согласия на совершение (одобрение) крупных сделок направлено на введение механизма контроля со стороны участников общества за совершением обществом сделок, затрагивающих саму суть хозяйственной деятельности общества. Упомянутые сделки могут приводить к имущественным последствиям, сходным с реорганизацией или ликвидацией юридического лица, и не должны заключаться от имени хозяйственного общества вопреки воле его участников, выступающих владельцами предприятия.
Оспаривание крупных сделок допускается постольку, поскольку цели деятельности юридического лица не предполагали возможность совершения единоличным исполнительным органом юридического лица такой сделки по своему усмотрению без получения согласия участников, а другая сторона сделки - знала или должна была знать о совершении сделки с нарушением корпоративных процедур, то есть действовала недобросовестно.
Суд отвергает доводы ответчика о том, что для совершения сделки было проведено общее собрание учредителей, как несостоятельный и неподтверждённый материалами дела.
Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума 27, при рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как совершенной с нарушением предусмотренного Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах) порядка совершения крупных сделок, подлежит применению статья 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а с нарушением порядка совершения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность - пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом особенностей, установленных указанными законами.
Пунктом 2 статьи 174 ГК РФ 2 предусмотрено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.
Согласно пункту 4 статьи 46 Закон об обществах крупные сделки, совершенные с нарушением требований корпоративного закона, могут быть признаны недействительными по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.
В соответствии с пунктом статьи 46 Закона об обществах крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности. Для целей настоящего Федерального закона под сделками, не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, понимаются любые сделки, которые приняты в деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичные виды деятельности, независимо от того, совершались ли такие сделки таким обществом ранее, если такие сделки не приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 8 статьи 46 Закона об обществах).
Доказательств, что Обществом ранее совершались аналогичные сделки ФИО1, который на момент совершения сделки являлся участником Общества, в дело не представлено.
При рассмотрении спора о признании крупной сделки недействительной, имеет значение определение добросовестности поведения Никелиса А.Р., который являлся получателем по сделке денежных средств от Общества применительно к абзацу третьему пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, согласно которого суд отказывает в удовлетворении иска требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения такой сделки; при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение.
Учитывая, что ФИО1 до 04.12.2023 года являлся одним из учредителей Общества, он не мог не знать об отсутствии одобрения сделки остальными участниками Общества и, следовательно, о незаконности действий по перечислению ему денежных средств. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.
Наличие между сторонами длительного корпоративного конфликта сторонами по делу не оспаривается, подтверждается ранее рассмотренными в Арбитражном суде Калининградской области делами. В связи с этим судом усматриваются основания для признания спорной сделки недействительной по мотиву, связанному с заведомым нарушением генеральным директором Общества интересов Общества при ее совершении.
По смыслу пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса сделка, совершенная от имени представляемого юридического лица, может быть оспорена при констатации наличия сговора между органом юридического лица и другой стороной сделки, если она привела к ущербу для представляемого, или при наличии обстоятельств, свидетельствующих о наличии явного ущерба для представляемого.
Данный состав недействительности сделки охватывает собой сделки, совершенные от имени юридического лица его единоличным исполнительным органом (директором), поскольку на органы юридического лица распространяется общий запрет совершения представителями сделок от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является (пункт 3 статьи 182 ГК РФ и пункт 121 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
При этом, когда в законе об отдельных видах юридических лиц установлены специальные правила совершения сделок единоличным исполнительным органом в отношении себя лично либо в отношении другого лица (сделки с заинтересованностью), применяются соответствующие специальные положения корпоративного законодательства.
В абзаце втором пункта 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью указано, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность лиц, указанных в пункте 1 данной статьи - члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 ГК РФ), если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.
Как следует из приведенных положений, возможность оспаривания сделки, в отношении которой имеется заинтересованность, является специальной корпоративно-правовой разновидностью основания для признания сделки недействительной, когда она совершена в ущерб интересам представляемого лица при наличии сговора. Аналогичная позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.09.2024 N 308-ЭС24-3124 по делу N А53-16963/2022.
Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд
РЕШИЛ:
Признать договор оказания консалтинговых услуг № 30/04/23 от 30.04.2023, заключенный между ООО «Кёнигтранскарго» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) и ИП ФИО1 недействительным. Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «МР Групп» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) 50 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.
Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.
Судья Т.В. Пахомова