ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. <***>

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

г. Киров

Дело № А82-19106/2020

07 мая 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 апреля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 мая 2025 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судейКалининой А.С., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Калининым А.Ю.,

при участии в судебном заседании:

по веб-связи: представителя заявителя – ФИО2, по доверенности от 09.01.2025,

представителя ОООИ «Всероссийское общество глухих» – ФИО3, по доверенности от 01.10.2024,

представителя ФИО4 – ФИО5, по доверенности от 19.10.2021,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Глобал Факторинг Нетворк Рус»

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 26.12.2024 по делу № А82-19106/2020, принятое

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Сурдо» Ярославского регионального отделения общественной организации «Всероссийское Общество Глухих» ФИО6, общества с ограниченной ответственностью «Глобал Факторинг Нетворк Рус»

к ФИО4, Ярославскому региональному отделению общероссийской общественной организации инвалидов «Всероссийское Общество Глухих», общероссийской общественной организации инвалидов «Всероссийское общество глухих»

о привлечении к субсидиарной ответственности,

установил:

конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Сурдо» Ярославского регионального отделения общественной организации «Всероссийское Общество Глухих» (далее – ООО «Сурдо») ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц ФИО4 (далее – ФИО4) и Ярославского регионального отделения общественной организации инвалидов «Всероссийское Общество Глухих» (далее – ЯРО ООИ «ВОГ») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с ответчиков солидарно в пользу должника 9863442,89 руб.

Определением арбитражного суда от 07.04.2022 в качестве соответчика по обособленному спору привлечена общероссийская общественная организация инвалидов «Всероссийское общество глухих» (далее - ОООИ ВОГ).

Конкурсный управляющий уточнил заявленные требования, просил привлечь контролирующих должника лиц ФИО4, ЯРО ООИ «ВОГ», ОООИ «ВОГ» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскать с ФИО4, ЯРО ООИ «ВОГ», ОООИ «ВОГ» солидарно в пользу ООО «Сурдо» 17053066,68 руб.

Определением арбитражного суда от 28.03.2024 ООО «Глобал Факторинг Нетворк Рус» привлечено к участию в рассмотрении заявления в качестве соистца.

Кредитор, присоединившийся к заявлению конкурсного управляющего, поддержал позицию конкурсного управляющего.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 26.12.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.

ООО «Глобал Факторинг Нетворк Рус», не согласившись с принятым определением, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ЯРО ООИ «ВОГ», ОООИ «ВОГ».

Как указывает заявитель, по состоянию на дату признания должника несостоятельным (банкротом) документы бухгалтерского учета и отчетности предприятия отсутствовали и не переданы в полном объеме до настоящего времени, информация об отчуждении имущества не представлена, что существенно затрудняет проведение процедуры конкурсного производства, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы. Таким образом, имела место согласованность действий ФИО4 (руководителя должника) и ЯРО ООИ «ВОГ» (единственного участника должника), направленная на вывод активов общества, искажение бухгалтерской отчетности за 2019 год и сокрытие документов бухгалтерского учета юридического лица за предбанкротный период. В отношении ФИО4 в соответствии со сведениями из ЕГРЮЛ 09.12.2019 года была внесена запись о недостоверности сведений в отношении единоличного исполнительного органа должника. Доказательства, подтверждающие действия по передачи документов от бывшего руководителя должника в адрес единственного участника должника в материалы дела не представлены, материалы по проведению внеочередного общего собрания учредителей по избранию единоличного исполнительного органа не представлены. ЯРО ООИ «ВОГ», ОООИ «ВОГ» в суд с истребованием документов в установленном законом порядке не обращались. Какие-либо документы, подтверждающие отчуждение дебиторской задолженности и основных запасов за период с 2017 года по настоящий момент в материалы дела не представлены.

ОООИ ВОГ в отзыве указало, что в материалах дела содержатся доказательства передачи бухгалтерской документации, на отсутствие которой ссылался конкурсный управляющий при подаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, а также пояснения, обосновывающие разницу между финансовыми показателями деятельности должника, которые опровергают довод заявителей о невозможности формирования конкурсной массы должника в отсутствии указанной бухгалтерской документации. К субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, могут быть привлечены исключительно лица, на которых возложена либо в силу прямого указания закона, либо в силу внутренних документов должника обязанность по организации, ведению и хранению бухгалтерской документации. ЯРО ООИ «ВОГ», ОООИ «ВОГ» не являются лицами, на которых возложены вышеуказанные обязанности, следовательно, не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по данному основанию. Кроме того, ОООИ ВОГ не относится к числу контролирующих должника лиц, в связи с чем не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Конкурсный управляющий, ЯРО ООИ «ВОГ» явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям ЕГРЮЛ ООО «Сурдо» зарегистрировано в качестве юридического лица 31.12.2002, единственным учредителем должника является ЯРО ОООИ ВОГ.

02.11.2015 в ЕГРЮЛ внесена запись о ФИО4 как о руководителе должника.

12.12.2019 в отношении сведений о ФИО4 как о руководителе должника в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности.

ФИО4 в материалы дела представлена копия заявления от 27.10.2019 об увольнении по собственному желанию с 27.11.2019, а также доказательства направления указанного заявления 04.12.2019 в адрес учредителя должника. Представлена также копия трудовой книжки, в которой имеется запись о принятии на работу в ООО «Сурдо» 01.08.2017 и об увольнении из ООО «Сурдо» от 27.11.2019.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 09.08.2021 (резолютивная часть от 05.08.2021) ООО «Сурдо» Ярославского регионального отделения общественной организации «Всероссийское Общество Глухих» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства.

Определением арбитражного суда от 09.08.2021 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6

Конкурсный управляющий, посчитав, что ФИО4, ЯРО ООИ «ВОГ», ОООИ «ВОГ» подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, обратился в Арбитражный суд Ярославской области с соответствующим заявлением.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявление конкурсного управляющего, не нашел оснований для удовлетворения заявленных требований.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как указано в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Из пункта 7 Постановления № 53 следует, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

В рассматриваемом случае ЯРО ООИ «ВОГ» является учредителем должника, ФИО4 являлась последним руководителем должника, действующим с 02.11.2015.

Таким образом, указанные лица являются контролирующими должника в силу закона.

В тоже время в соответствии с пунктами 3.1.13-3.1.16 устава структурные подразделения ОООИ ВОГ имеют право создавать хозяйственные общества и хозяйственные товарищества с правами юридического лица, региональные и местные отделения ВОГ, некоммерческие организации, учреждать общественные объединения, их союзы и ассоциации, и т.д.

Согласно пункту 1.12 устава ОООИ ВОГ не отвечает по самостоятельным обязательствам своих отделений - юридических лиц, а отделения ВОГ - юридические лица не отвечают по обязательствам ВОГ.

В силу пункта 6.2.21.20 устава председатель РО ВОГ назначает и увольняет руководителей хозяйственных товариществ и обществ, иных коммерческих и некоммерческих организаций и учреждений с участием ВОГ, филиалов и представительств ВОГ.

В рассматриваемом случае РО ВОГ является ЯРО ОООИ ВОГ.

Таким образом, ОООИ ВОГ не может быть отнесено к контролирующим должника лицам, соответственно, не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Из заявления конкурсного управляющего следует, что в качестве правового обоснования привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности указаны подпункты 2, 4, 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 названной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе: если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2), документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4); на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо (подпункт 5).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Указанные в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве обстоятельства отсутствия документации должника-банкрота представляют собой презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота.

В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Однако признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, которое выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Само по себе абстрактное указание затруднения конкурсного управляющего при формировании конкурсной массы должника не может служить достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Учитывая экстраординарный характер субсидиарной ответственности, то есть то, что она является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (пункт 1 Постановления № 53), истец не может быть освобожден от бремени обоснования своего иска в той степени, в которой такое обоснование ему доступно.

В рассматриваемом случае в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал, что бывшим руководителем должника не были предоставлены временному управляющему копии документации должника. Временным управляющим ФИО6 было подано ходатайство об истребовании доказательств у руководителя ФИО4 Определением Арбитражного суда Ярославской области от 31.08.2021 (резолютивная часть) в удовлетворении ходатайства об истребовании отказано. Согласно отзыву ФИО4, представленному в материалы обособленного спора по заявлению временного управляющего об истребовании доказательств, обязанность по хранению первичной документации ответчиком не была выполнена в связи с тем, что при увольнении ФИО4 оставила все документы, технику, ключи и иное имущество организации в офисном помещении по юридическому адресу должника, не передав ее по акту приема-передачи ни учредителю, ни новому директору, равно как не обеспечив сохранность иным законным способом. Кроме того, бухгалтерская отчетность за 2019 год, которая сдана ООО «Сурдо» в налоговые органы и подписана ФИО7, содержит сведения о наличии запасов (строка 1210) в размере 1155000 руб., дебиторской задолженности (строка 1230) – 809000 руб., при этом, какие-либо документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности, а также сведения о составе запасов конкурсному управляющему не переданы. Бездействие ФИО4 привело к тому, что конкурсному управляющему не была передана первичная документация должника, что привело к невозможности взыскания дебиторской задолженности, выявлению оспариваемых сделок, и как следствие, невозможности удовлетворения требований кредиторов, в связи с чем конкурсный управляющий считает возможным привлечь ее к субсидиарной ответственности. Переданная ФИО4 конкурсному управляющему документация не отражает в полном объеме все факты финансово-хозяйственной деятельности должника, в частности, не представлены документы, обосновывающие законность проведенных перечислений в пользу ООО «Партнер», законность оплаты услуг ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 и других лиц. Не передана кассовая книга и 1С бухгалтерия. Переданная документация содержит сведения о фактах финансово-хозяйственной деятельности должника до 2017 года, в то время как должник продолжал вести деятельность в 2018 году. Отсутствие указанной информации, как следует из заявления, не позволяет конкурсному управляющему сформировать сведения о наличии или отсутствии дебиторской задолженности.

ФИО4, возражая против удовлетворения требований конкурсного управляющего и кредитора, представила в материалы дела копии почтовых квитанций и описей вложения в ценное письмо от 21.12.2021, согласно которым в адрес конкурсного управляющего была направлена документация должника.

Наличие в ее распоряжении иной документации из материалов дела не следует.

Довод конкурсного управляющего о непредставлении документов, обосновывающих законность проведенных перечислений в пользу третьих лиц не может быть признан обоснованным, поскольку материалами обособленных споров подтверждено, что конкурсным управляющим были оспорены сделки по перечислению должником денежных средств в пользу третьих лиц, сделки признаны арбитражным судом недействительными. Таким образом, отсутствие указанных документов не воспрепятствовало возврату в конкурсную массу должника необоснованно отчужденных денежных средств.

Конкурсный управляющий и конкурсный кредитор также указывали на то, что в соответствии с бухгалтерским балансом должника за 2017 год у должника имелась дебиторская задолженность в размере 32131000 руб., запасы в размере 1476000 руб., в 2019 году размер дебиторской задолженности составил 809000 руб., запасов - 1155000 руб.; по состоянию на дату признания должника банкротом документы бухгалтерского учета и отчетности предприятия отсутствовали и не переданы в полном объеме до настоящего времени, информация об отчуждении имущества не представлена, что, по мнению кредитора, существенно затрудняет проведение процедуры конкурсного производства, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы.

ФИО4 пояснила, что ООО «Сурдо» ЯРО ОООИ ВОГ являлось активным участником электронных аукционов на право заключения государственных контрактов на поставку технических средств реабилитации, проводимых региональными органами ФСС РФ в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». По электронным площадкам АО «ЕЭТП» (Единая Электронная Торговая Площадка, ИНН <***>), АО «Сбербанк ACT» (ИНН <***>), ООО «РТС-Тендер» (ИНН <***>), АО «ЭТС» (ИНН <***>) начислялись штрафные санкции в соответствии с пунктом 13 статьи 44 Федерального закона №44-ФЗ. При этом ответчик указал, что данная дебиторская задолженность могла быть списана конкурсным управляющим в связи с ее фактическим отсутствием.

В отношении отраженных в балансе запасов ответчик пояснил, что они представляли собой остатки средств технической реабилитации (подгузники для взрослых и детей инвалидов) и образовались в результате пересортицы товара, а именно: по контрактам в ФСС г. Свердловск №306/Ф.2017 253828/518/08 в сумме 53343,05 руб., Свердловск № 306/Ф.2017 253828/519/08 в сумме 16610,03 руб., Пермский ФСС № 408 в сумме 43940 руб., Кировский ФСС № 09/472 в сумме 420040,40 руб., ФСС Республика Хакасия № 307 в сумме 467753,08 руб. Указанные технические средства реабилитации были отправлены по месту исполнения контракта, предполагался их возврат в порядке реализации ООО «Гигиена Сервис-Мед», а после оплаты от ООО «ГСМ» - расчет с ООО «Глобал Факторинг Нетворк Рус» либо проведение зачета между сторонами. Однако ООО «Гигиена Сервис-Мед» на тот момент уже находилось в процедуре банкротства, взаимозачет был подписан ООО «Сурдо» и направлен для подписи ООО «Гигиена Сервис-Мед» и ООО «Глобал Факторинг Нетворк Рус». Срок годности средств технической реабилитации - 36 месяцев и на дату составления отчета за 2019 год не истек, в связи с чем, они не были списаны.

При данных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В обоснование привлечения учредителя должника к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий также указал на то, что ФИО4, оставив занимаемую ею должность директора должника, не передала обязательные к передаче документы новому руководителю. При этом учредителем не были предприняты меры для обеспечения преемственности руководителя, несмотря на то, что ФИО4 неоднократно обращалась к учредителю должника и уведомляла о своем увольнении. Таким образом, в связи с бездействием учредителя, должник был оставлен без исполнительного органа на период с 12.12.2019 до открытия 05.08.2021 конкурсного производства, то есть более полутора лет. Управляющий указал, что 02.09.2021 в адрес учредителя должника - ЯРО ОООИ ВОГ было направлено требование о передаче документации, отражающей экономическую деятельность должника за три года до принятия заявления о признании должника банкротом. Ответ на запрос не поступил. По мнению управляющего, бездействие учредителя должника привели к тому, что конкурсному управляющему не была передана первичная документация должника, что привело к невозможности взыскания дебиторской задолженности, выявлению оспариваемых сделок и, как следствие, невозможности удовлетворения требований кредиторов, в связи с чем, конкурсный управляющий считает возможным привлечь его к субсидиарной ответственности.

Между тем согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 постановления № 53, Законом о банкротстве по общему правилу не предусмотрена обязанность учредителя (участника) должника обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, а также не предусмотрена обязанность по хранению бухгалтерской документации.

Доказательства, подтверждающие фактическое наличие документов у учредителя, не представлены.

Напротив, ФИО4, направив 21.12.2021 в адрес конкурсного управляющего документацию должника, подтвердила факт непередачи документации учредителю должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 25 Постановления № 53 в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Доказательства того, что внесение налоговым органом сведений о недостоверности информации относительно исполнительного органа должника и отсутствие со стороны учредителя действий по назначению нового руководителя осложнило ведение процедуры банкротства либо повлекло какие-либо негативные последствия для осуществления процедуры банкротства, в материалы дела не представлены.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ЯРО ОООИ ВОГ к субсидиарной ответственности на основании подпунктов 2,4, 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по госпошлине по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 26.12.2024 по делу № А82-19106/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Глобал Факторинг Нетворк Рус» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

Т.М. Дьяконова

Судьи

ФИО14

ФИО1