Постановление по делу № Ф03-2962/2025 от 24.12.2025 | ФАС Дальневосточного округа

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, <...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Хабаровск

24 декабря 2025 года № Ф03-2962/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 16 декабря 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 24 декабря 2025 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Головниной Е.Н.,

судей Никитина Е.О., Чумакова Е.С.

при участии:

ФИО2 лично и его представителей: ФИО3, ФИО4 – по доверенностям от 21.07.2020 и от 04.07.2025 соответственно;

от ФИО5: ФИО6, ФИО7, ФИО8 – представителей по доверенности от 16.08.2024;

от ООО «СУЩЕВСКИЙ»: ФИО9 – представителя по доверенности от 01.09.2025

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2025 по делу № А73-5670/2023

Арбитражного суда Хабаровского края

по иску ФИО2

к ФИО5

об исключении из состава участников общества с ограниченной ответственностью «СУЩЕВСКИЙ» (ОГРН <***>,

ИНН <***>)

по встречному иску ФИО5

к ФИО2

об исключении из состава участников общества с ограниченной ответственностью «СУЩЕВСКИЙ» (ОГРН <***>,

ИНН <***>)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «СУЩЕВСКИЙ» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Управление Федеральной налоговой службы по Хабаровскому краю

(ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО10

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с исковым заявлением об исключении ФИО5 из состава участников общества с ограниченной ответственностью «Сущевский» (далее – ООО «Сущевский», Общество).

Иск, заявленный со ссылкой на совершение ответчиком в период руководства Обществом действий, заведомо противоречащих интересам Общества и препятствующих его нормальной деятельности, нормативно обоснован положениями статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и статьи 10 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО).

Определением от 24.04.2023 исковое заявление принято к производству арбитражного суда, этим же определением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлечены: Общество, ФИО10, УФНС России по Хабаровскому краю.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 26.12.2023, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024, в иске отказано.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 02.07.2024 принятые по спору решение от 26.12.2023 и постановление от 26.02.2024 отменены с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражный суд определением от 25.11.2024 принял к производству для совместного рассмотрения с первоначальным иском встречное исковое заявление ФИО5 об исключении ФИО2 из состава участников Общества.

По результату повторного рассмотрения дела Арбитражный суд Хабаровского края принял решение от 16.01.2025, которым первоначальный иск удовлетворен - ФИО5 исключен из состава участников Общества; в удовлетворении встречных требований (об исключении ФИО2 из состава участников Общества) отказано.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2025 решение от 16.01.2025 изменено: в удовлетворении первоначального иска об исключении ФИО5 из состава участников Общества отказано; в остальной части (об отклонении встречного иска) решение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе с дополнениями (оформлены в виде еще одной кассационной жалобы) ФИО2 просит постановление апелляционного суда от 06.06.2025 отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции от 16.01.2025. Считает апелляционное постановление принятым с нарушением норм материального и процессуального права, а содержащиеся в постановлении выводы – противоречащими материалам дела и указаниям кассационной инстанции. По мнению заявителя жалобы, суд первой инстанции при удовлетворении исковых требований установил обстоятельства причинения ответчиком вреда Обществу, а апелляционный суд дал иную оценку представленным в материалы дела доказательствам и при этом не выполнил указания суда кассационной инстанции, обязательные при новом рассмотрении дела. Далее кассатор приводит аргументацию применительно к каждому из 7-ми выявленных судом первой инстанции обстоятельств причинения вреда.

1. Безвозмездная передача Обществом рыбопродукции в августе 2017 года аффилированному с ФИО5 обществу - ООО «ТРК» в количестве 22 тонн. Считает данное обстоятельство подтвержденным. Суд первой инстанции свои выводы основывал на записях ФГИС «Меркурий» о передаче Обществом 06.08.2017 на ООО «ТРК» мороженой рыбы; наличие таких записей означает выбор Обществом электронной формы при оформлении подкарантинных товаров, последствием чего является признание отраженных в системе операций соответствующими действительности (пункт 3 Порядка оформления ветеринарных сопроводительных документов в электронной форме, утв. Приказом Минсельхоза РФ от 27.12.2016 № 589, далее – Порядок оформления ЭДВС). В данном случае во ФГИС отражено совершение Обществом сделки по передаче ООО «ТРК» рыбопродукции в количестве 22 тонн. Апелляционный суд, не соглашаясь с выводами суда первой инстанции, сослался на реализацию Обществом всей добытой в 2017 году рыбопродукции по иным сделкам. При этом апелляционный суд отклонил доводы истца о возможности передачи Обществом продукции, приобретенной им у иных лиц, а также находящейся на хранении с иных периодов вылова; неверно распределил бремя доказывания при том, что факт ошибочного включения записей во ФГИС «Меркурий» ответчиком не доказан; не учел, что в 2017 году ФИО5 , не являясь руководителем Общества, в то же время выступал руководителем ООО «ТРК» и участником данного общества совместно с ФИО11, который в этот период являлся руководителем Общества; погашение электронных ветеринарных сопроводительных документов требует участия обеих сторон сделки, то есть внесение записей во ФГИС «Меркурий» осуществлено при личном участии ФИО5, а также его друга и делового партнера

ФИО11

2. Совершение в 2019 году убыточных для Общества сделок с ООО «ДВ Лосось», аффилированным с ФИО5. Кассатор считает, что апелляционный суд, вопреки указаниям кассационного суда, не выяснил вопрос о соответствии цены договора рыночным значениям (цену аналогичного договора между Обществом и ООО «ТРК» нельзя признать рыночной, поскольку ООО «ТРК», как и ООО «ДВ Лосось», аффилировано с

ФИО5). Кроме того, исходя из представленных ответчиком документов, Общество оплатило больший, в сравнении с фактически полученным, объем переработки, переплата составила 77 990 руб.; указанный эпизод, вне зависимости от суммы ущерба, следовало оценивать в совокупности с остальными действиями ФИО5, учитывать, что вывод любых средств Общества участником в пользу аффилированных с ним лиц причиняет вред Обществу и разрушает доверительные партнерские отношения между его участниками.

3. Реализация товара в пользу ООО «Кедр» в 2018 и 2020 годах по заниженной цене и длительное неистребование задолженности. Суд первой инстанции оценил оба эти обстоятельства. Апелляционный суд не рассмотрел и не опроверг вывод суда первой инстанции об оплате ООО «Кедр» товара спустя значительный промежуток времени, что свидетельствует о недобросовестности ответчика, не предпринимавшего мер к получению долга (оплата произведена после запроса истца относительно данной поставки). Суд апелляционной инстанции, не признавая заниженной цену поставки в адрес ООО «Кедр», сделал противоречащий самому себе вывод о невозможности применения данных РОССТАТа с целью сравнения цен; при этом стоимость реализованной в адрес ООО «Кедр» продукции в 2018 году оказалась даже ниже аналогичной реализации в адрес аффилированного лица – ООО «ТРК», а именно 28 руб. за кг против 60 руб. за кг. Вывод суда первой инстанции о реализации продукции в адрес ООО «Кедр» по заниженным ценам находит верным.

4. Утрата приобретенного в 2018 году бензина в общем количестве 76 080 литров. Вывод апелляционного суда о доказанности использования указанного топлива Обществом в целях осуществления деятельности по вылову водных биологических ресурсов (далее – ВБР») полагает противоречащим указаниям кассационной инстанции и материалам дела. В этой связи указывает на отсутствие доказательств наличия емкостей для перевозки топлива на судах, заявленных ответчиком в качестве доставляющих топливо до участков промысла, при этом данные суда не принадлежат Обществу и документов указывающих на передачу ему этих судов во временное владение и/или пользование, нет. Соотносимость данных учета ГСМ с нормами расхода топлива маломерными судами, арендованными у ИП ФИО12, не имеют правового значения для

спора. Считает, что показания свидетелей ФИО13 и ФИО14 противоречат доводам ответчика и подтверждают позицию истца, а также выводы суда первой инстанции о том, что факт использования приобретенного топлива на нужды Общества достоверно не подтвержден. Кроме того, доказательств наличия у Общества судов и тары, отвечающей требованиям к перевозке ГСМ, не представлено, заявляемая ответчиком схема доставки топлива не подтверждена. Полагает журналы учета ГСМ порочными по причине их составления «задним числом», а также исходя из показаний свидетеля ФИО13, показавшего на отгрузку топлива только на РЛУ № 6 с оформлением накладных, в то время как ответчик заявил об отгрузке топлива на двух участках (РЛУ № 6 и РЛУ № 10) с оформлением журнала учета ГСМ.

5. Неиспользование по назначению имеющегося актива – рыболовного участка (далее – РЛУ) № 10. Доводы ответчика о низкой рентабельности указанного участка, с которыми согласился апелляционный суд, не подтверждаются приведенными в их обоснование обстоятельствами. Полагает, что низкие объемы вылова в 2016 и 2018 годах объясняются плохой подготовкой ответчика к осуществлению деятельности. Документы, представленные ответчиком, не подтверждают несение расходов на подготовку к добыче ВБР на указанном участке в 2018 году, бензин для этого участка не выдавался, снасти не закупались. При этом установленные проходные дни не препятствует добыче рыбы в остальные дни. Считает не имеющим значения для спора низкий вылов на ближайшем с РЛУ № 10 участке. При этом установленные на научной основе квоты свидетельствуют о рентабельности участка при надлежащей подготовке к путине. Не согласен с выводом апелляционного суда об отсутствии расходов на обладание правом использования данного участка, учитывая необходимость несения расходов на обозначение границ участка, его содержание и охрану. Обращает внимание на противоречия в поведении ответчика, указывающего на нецелесообразность использования РЛУ № 10, но заключающего в 2019 году договор аренды этого участка на новый срок.

6. Причинение убытков вследствие уклонения ФИО5 как руководителя от исполнения обязанности представить истцу как участнику документы и информацию о деятельности Общества. В данной части кассатор не соглашается с позицией апелляционного суда, согласно которой уклонение ФИО5 от совершения предписываемых законом действий не повлекло значительного вреда и оснований для исключения его из числа участников Общества. Отмечает, что ответчик не доказал невозможность предоставления документов, не заявил о их отсутствии. Отдельно отмечает вывод апелляционного суда, противоречащий материалам дела, - о возмещении ФИО5 убытков в размере присужденной к взысканию с

Общества неустойки путем внесения безвозмездного вклада по платежному поручению от 22.05.2023 № 7. В этой связи указывает на то, что вклад не возмещает убытки, причиненные Обществу, а других документов о возмещении вреда в деле нет.

7. Фактическое финансирование ООО «ТРК-Инвест» Обществом без получения платы за финансирование. Апелляционный суд, не соглашаясь с выводами суда в данной части, сослался на возврат денежных средств Обществу в период руководства ответчика. При этом остался без проверки довод о неполучении Обществом платы за финансирование ООО «ТРК- Инвест». Между тем доказательств такой платы в деле нет, что, в условиях аффилированности ФИО5 и ФИО11, свидетельствует о недобросовестности ответчика и утрате интереса действовать в интересах Общества.

Податель кассационной жалобы считает, что совокупность изложенных обстоятельств свидетельствует об обоснованности решения суда первой инстанции.

Общество в отзыве на кассационную жалобу просит оставить ее без удовлетворения, а постановление апелляционного суда – без изменений. Считает, что весомых оснований для применения такой меры ответственности к участнику как исключение его из Общества, в ходе рассмотрения дела не выявлено. Приведенные истцом доводы по степени грубости малозначительны, по большей части недостоверны (о безвозмездной передаче рыбопродукции, об убыточности сделок с ООО «ДВ Лосось», утрате в 2018 году бензина и т.п.) и опровергнуты ответчиком с представлением надлежащих доказательств. Истец не ответил на вопрос о том, какое действие ФИО5 затруднило или сделало невозможной деятельность Общества. Напротив, Общество под управлением ФИО5 развивалось, осуществляя добычу рыбы в пределах выделенных квот. Информирует о том, что в августе 2025 года Обществу отказано в выдаче разрешений на добычу водных биологических ресурсов, поскольку истец 31.03.2023 получил гражданство иностранного государства – Кыргызской Республики, то есть Общество находится под контролем иностранного инвестора. Истец об этом обстоятельстве Обществу не сообщал. Указанное привело к невозможности дальнейшего осуществления Обществом деятельности и поставило его под угрозу взыскания убытков за незаконный вылов ВБР в 2023 году, то есть с 2023 года имеются основания для исключения ФИО2 из состава участников Общества. При этом согласно пункту 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее –

постановление Пленума № 25) иск об исключении участника не может быть удовлетворен в том случае, когда с таким требованием обращается лицо, в отношении которого имеются основания для исключения.

ФИО5 в отзыве просит оставить апелляционное постановление от 06.06.2025 без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что при новом рассмотрении дела ответчиком во исполнение кассационного суда представлены доказательства, подтверждающие отсутствие оснований для исключения из Общества: документы, исключающие безвозмездную передачу рыбы в пользу ООО «ТРК»; документы, подтверждающие рыночность и возмездность продажи продукции ООО «ДВ-Лосось» и ООО «Кедр»; расчеты в подтверждение экономической целесообразности для Общества договора переработки продукции, заключенного с ООО «ДВ-Лосось»; бухгалтерские документы о сокращении дебиторской задолженности за период занятия ответчиком должности директора; показания свидетелей, работников и перевозчиков о системе приобретения и использования топлива, документальные свидетельства реализации этой системы; документы об обязанности Общества по заправке топлива; письма контрольного органа (Росрыболовство) об отсутствии вылова в районе РЛУ № 10; подтверждение разового характера платы за использование РЛУ. Полагает, что по результатам исследования новых доказательств апелляционный суд правомерно отказал в иске, поскольку решения ответчика как руководителя Общества являлись экономически обоснованными, совершаемые сделки являлись возмездными и отвечали интересам Общества, топливо использовалось на нужды Общества, большинство заявленных истцом эпизодов были совершены не истцом, а иск заявлен исключительно с целью получения полного контроля над Обществом истцом с занятием им должности генерального директора. При этом обращает внимание на то, что деятельность Общества оказалась невозможной из-за действий не ответчика, а истца, утаившего факт приобретения им иного гражданства. Доводы кассационной жалобы считает направленными на переоценку установленных фактических обстоятельств дела, что выходит за пределы полномочий кассационного суда. Приведенные доводы считает несостоятельными, а выводы апелляционного суда при их отклонении - обоснованными.

ФИО2 представил письменные возражения на отзывы ФИО5 и Общества, в которых настаивает на требованиях своей кассационной жалобы и приводит доводы об отсутствии у него иностранного гражданства, считает соответствующее заключение ФАС России от 26.08.2025 незаконным (соответствующее требование рассматривается в рамках дела № А40-

197005/2025). При этом полагает, что признание истца иностранным инвестором не отменяет факта недобросовестного поведения ответчика по отношению к Обществу и его участникам в заявленный в иске период.

Судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы, первоначально назначенное на 30.09.2025, откладывалось в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) определениями от 30.09.2025 (до 28.10.2025), от 28.10.2025 (до 25.11.2025), от 25.11.2025 (до 16.12.2025). При этом поступившее 27.10.2025 от истца ходатайство о приостановлении производства по настоящему делу до разрешения спора в рамках дела № А40-197005/2025 рассмотрено в проведенном 28.10.2025 судебном заседании и отклонено, о чем указано в определении об отложении от указанной даты.

В заседании суда округа 16.12.2025, проведенном с использованием системы веб-конференции, присутствовали ФИО2 и его представители, представители ФИО5 и представитель Общества. Истец и его представители поддержали поступившее в суд 15.12.2025 ходатайство об отложении судебного заседание на более позднюю дату, с учетом назначения заседания по делу № А40-197005/2025. Представители

ФИО5 и Общества возражали против отложения слушания дела. Суд округа, совещаясь на месте, объявил участникам об отклонении заявленного ходатайства, руководствуясь статьей 158 АПК РФ и не усмотрев препятствий для проведения судебного разбирательства. При выступлениях по существу спора участники высказались в соответствии с ранее изложенными позициями: ФИО2 и его представители настаивали на отмене постановления апелляционного суда от 06.06.2025 с оставлением в силе решения суда первой инстанции от 16.01.2025; представители ФИО5 и Общества возражали по приведенным кассаторам доводам и просили оставить апелляционное постановление от 06.06.2025 без изменения. Участники подтвердили, что в части отказа в удовлетворении встречного иска (об исключении из состава Общества ФИО2) судебные акты не оспариваются. Также участникам заседания сообщено о том, что дополнительно представленные в ходе кассационного производства доказательства (касающиеся вопроса об иностранном гражданстве истца) к материалам дела не приобщаются, учитывая пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции (статья 286 АПК РФ).

Проверив законность постановления апелляционного суда от 06.06.2025 в пределах и с учетом доводов кассационной жалобы, отзывов на нее, выступлений участников процесса, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующему.

Как установлено судами двух инстанций и следует из материалов дела, Общество создано в качестве юридического лица 29.05.2014 путем реорганизации в форме выделения (правопредшественник – ООО «РесурсРыба»). Основным видом деятельности Общества является рыболовство.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 17.04.2023 генеральным директором Общества с 27.11.2019 является ФИО5, участниками Общества являются:

-ФИО2 с долей в уставном капитале в размере 50%, -ФИО5 с долей в уставном капитале в размере 37,5%, -ФИО10 с долей в уставном капитале в размере 12,5%.

Судами также установлено, что участники Общества с 2020 года находятся в состоянии корпоративного конфликта (ФИО2 с одной стороны, ФИО5 с ФИО10 – с другой). Вопрос о прекращении полномочий генерального директора по требованию истца ставился на голосование общего собрания участников 20.12.2021, но не решен ввиду отсутствия необходимого большинства голосов при голосовании (для принятия решения необходимо 2/3 голосов), учитывая разделение конфликтом голосов 50 на 50. На общем собрании участников Общества от 07.03.2024 решение по вопросу о продлении полномочий генерального директора Общества также не принято из-за недостаточности отданных за это решение голосов.

В апреле 2023 года ФИО2, ссылаясь на ненадлежащее исполнение участником ФИО5 полномочий руководителя Общества, причинение ответчиком вреда Обществу, существенное затруднение деятельности Общества в результате действий/бездействия ФИО5, а также на создание препятствий истцу как участнику к получению информации о хозяйственной жизни Общества, при этом указывая на блокировку ответчиком решения о прекращении полномочий ФИО15 в качестве генерального директора (поскольку для принятия такого решения необходимо 2/3 голосов), обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с рассматриваемым иском об исключении участника ФИО5 из состава Общества.

Согласно статье 225.1 АПК РФ арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией.

В пункте 1 статьи 44 Закона об ООО закреплено, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

В силу части 4 статьи 65.2 ГК РФ участник общества обязан, в числе прочего, не совершать действия, заведомо направленные на причинение вреда корпорации; не совершать действия (бездействие), которые существенно затрудняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация.

Согласно части 1 статьи 67 ГК РФ участник хозяйственного товарищества или общества вправе требовать исключения другого участника из товарищества или общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества.

В соответствии со статьей 10 Закона об ООО участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

При решении вопроса о том, является ли допущенное участником общества нарушение грубым, необходимо, в частности, принимать во внимание степень его вины, наступление (возможность наступления) негативных для общества последствий – соответствующие разъяснения изложены в пункте 17 совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Согласно разъяснениям пункта 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктов 1 и 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.05.2012

№ 151 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью», к грубым нарушениям обязанностей участника общества, в частности, может относиться систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать значимые хозяйственные решения по вопросам повестки дня общего собрания участников, если непринятие таких решений причиняет существенный вред обществу и (или) делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет; совершение участником действий, противоречащих интересам общества, в том числе при выполнении функций единоличного исполнительного органа (например, причинение значительного ущерба имуществу общества, недобросовестное совершение сделки в ущерб интересам общества, экономически необоснованное увольнение всех работников, осуществление конкурирующей деятельности, голосование за одобрение заведомо убыточной сделки), если эти действия причинили обществу существенный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили. При рассмотрении дел об исключении участника из общества суд дает оценку степени нарушения участником своих обязанностей, а также устанавливает факт совершения участником конкретных действий или уклонения от их совершения и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

Совершение участником общества с ограниченной ответственностью действий, заведомо противоречащих интересам общества, при выполнении функций единоличного исполнительного органа может являться основанием для исключения такого участника из общества, если эти действия причинили обществу значительный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили (пункт 2 вышеназванного Информационного письма № 151).

Наличие корпоративного конфликта, а также равное распределение долей между сторонами корпоративного конфликта не являются основаниями для отказа в иске об исключении участника из общества (пункт 7 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019). Возникший конфликт, напротив, может выступать надлежащим поводом для передачи на рассмотрение суда вопроса об исключении участника общества, если разлад в отношениях участников вызван его неразумным или недобросовестным поведением.

Таким образом, ответственность в виде исключения участника подлежит применению в случаях, когда лицо совершает действия, заведомо влекущие вред для общества, тем самым нарушая доверие между его

участниками и препятствуя продолжению нормальной деятельности общества. Исключение участника из общества является крайней мерой, связанной с лишением права на долю в уставном капитале общества, которая применяется лишь тогда, когда последствия действий участника не могут быть устранены без лишения нарушителя возможности участвовать в управлении обществом.

Целью иска об исключении участника из общества является обеспечение нормальной деятельности общества, направленной на достижение прибыли.

Суды двух инстанций, руководствуясь вышеперечисленными нормами права и разъяснениями, по результатам рассмотрения первоначального иска и оценки представленных в деле доказательств пришли к противоположным выводам.

Арбитражный суд первой инстанции при новом рассмотрении дела признал подтвержденной совокупность обстоятельств, достаточную для исключения ФИО5 из состава участников Общества. По заключению суда, данные обстоятельства указывают на причинение ущерба Обществу вследствие действий (бездействия) ответчика, свидетельствуют об отсутствии у ФИО5 интереса в развитии Общества. В перечне этих обстоятельств:

- причинение вреда Обществу ввиду безвозмездной передачи Обществом рыбопродукции в августе 2017 года аффилированному с ФИО5 обществу - ООО «ТРК» в количестве 22 тонн;

- совершение убыточных для Общества сделок по переработке давальческого сырья (рыбы) с аффилированным с ФИО5 ООО «ДВ Лосось» в 2019 году;

- реализация рыбопродукции в пользу ООО «Кедр» в 2018 и 2020 годах по заниженной цене и длительное неистребование задолженности с указанного Общества;

- утрата приобретенного Обществом в 2018 году бензина в общем количестве 76 080 литров (отсутствие доказательств использования этого топлива в целях осуществления хозяйственной деятельности Общества по вылову водных биологоческих ресурсов);

- неиспользование по назначению имеющегося у Общества актива – рыболовного участка № 10, что ограничило промысловую деятельность и уменьшило прибыль Общества, в то время как за получение права использования РЛУ № 10 и получение квот на вылов Обществом понесены расходы;

- причинение Обществу убытков (судебные расходы и санкции за неисполнение судебных решений) вследствие уклонения ФИО5 как руководителя от исполнения обязанности представить истцу как участнику документы и информацию о деятельности Общества;

- фактическое финансирование ООО «ТРК-Инвест» Обществом в рамках договора от 03.10.2018 без получения платы за финансирование, что, несмотря на отсутствие убытков (денежные средства от ООО «ТРК Инвест» возвращены), признано свидетельством совершения действий вопреки интересам Общества.

Апелляционный суд, изменяя решение и отказывая в удовлетворении первоначального иска (об исключении ФИО5 из состава участников Общества), не согласился с выводами о недобросовестном поведении ответчика, об утрате им интереса в развитии Общества, отметив при этом факт продолжения ведения Обществом хозяйственной деятельности с извлечением прибыли и признав, что исключение ФИО5 в сложившихся условиях не направлено на обеспечение коммерческого положения Общества и нарушит баланс интересов его участников.

Повторно проверяя обстоятельства, положенные в обоснование иска ФИО2 об исключении из состава Общества ФИО5 и принятие судом первой инстанции, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

1. По поводу причинения вреда Обществу ввиду безвозмездной передачи

Обществом под руководством ФИО5 рыбопродукции в августе

2017 года аффилированному с ФИО5 обществу - ООО «ТРК» в

количестве 22 тонн.

Судами установлено, что в федеральной государственной информационной системе (ФГИС) «Меркурий» зафиксированы сведения о том, что 06.08.2017 состоялась передача Обществом в пользу ООО «ТРК» сырца горбуши мороженной (11 000 кг) и кеты мороженной (11 000 кг).

Истец, настаивая на безвозмездности этой передачи, сослался как на отсутствие доказательств оплаты указанного товара со стороны ООО «ТРК», так и на недоказанность возврата продукции, поскольку во ФГИС «Меркурий» операции по возврату рыбопродукции Обществу не отражены. При этом в относящийся к передаче продукции период ФИО5 являлся руководителем ООО «ТРК».

Суд второй инстанции, проверяя доводы истца в данной части, обоснованно исходил из того, что сведения из ФГИС «Меркурий» относительно наличия/отсутствия операций по передаче продукции не могут учитываться в качестве безусловного доказательства заявляемого обстоятельства, соответствующий вывод следует сделать по результатам

анализа и оценки всех имеющихся в деле и относящихся к спорному вопросу доказательств в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

В этой связи учтены и приняты пояснения ответчика о том, что в спорный период ФГИС «Меркурий» находилась в тестовом режиме, и с целью тестирования системы в ней были отражены сведения о передаче в пользу ООО «ТРК» спорной продукции, без совершения реальных хозяйственных операций. Данные пояснения, подтвержденные ответчиком надлежащими доказательствами, не опровергнутые в порядке статьи 65 АПК РФ иными лицами,

Так, в выписке из ФГИС «Меркурий» за 2017 год имеются сведения о двух транзакциях от 06.08.2017 в пользу ООО «ТРК»: первое перемещение порядковый № 152 горбуша ПСГ мороженная 11 000 кг, дата выработки 20.07.2017, второе перемещение под № 153 кета БГ 3 мороженная 11 000 кг, дата выработки 20.07.2017.

Между тем, как выяснил апелляционный суд, фактически указанные поставки в адрес ООО «ТРК» не осуществлялись, первичные документы (товарные накладные) об осуществлении поставок 06.08.2017 в пользу ООО «ТРК» не составлялись.

Наряду с этим по товарной накладной от 20.07.2017 № 51 ООО «Сущевский» поставляло ООО «ТРК» кету летнюю охлажденную пересыпанную льдом в объеме 3 000 кг и горбушу охлажденную пересыпанную льдом в объеме 25 400 кг.

Апелляционный суд проверил представленные ответчиком сведения об объеме выловленной и реализованной рыбы, из которых следует, что в 2017 году Общество приобрело и выловило горбуши 58 700 кг, кеты 133 000 кг и реализовало такой же объем рыбы. Указанные сведения, как выяснил суд, подтверждены документально (отчеты о вылове, товарные накладные, договоры поставки с ООО «ТРК», с ООО «Танжер», с ООО «Дальневосточная рыбная компания», с ООО «Кедр»).

Оценив представленные документы и сопоставив приведенные в них сведения, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что у Общества отсутствовала свободная рыба в количестве 22 000 кг, которую оно могло бы без оплаты передать ООО «ТРК» в соответствии со сведениями, указанными во ФГИС «Меркурий».

Кроме того, апелляционный суд принял во внимание то, что проверяемые обстоятельства имели место в период, когда ФИО5 не являлся руководителем ООО «Сущевский», то есть на него не могут относиться негативные последствия размещения недостоверных сведений через ФГИС «Меркурий».

При установленном правильным является вывод суда о том, что у ФИО5 отсутствовали правовые основания для истребования с ООО «ТРК» оплаты по отраженным в системе «Меркурий» операциям.

Таким образом факт безвозмездной передачи рыбопродукции в пользу ООО «ТРК» не нашел своего подтверждения, как и вменяемое ответчику бездействие, что исключает возникновение у Общества обусловленных этим убытков.

Мнение кассатора о том, что обстоятельства безвозмездной передачи товара являются подтвержденными, суд округа признает ошибочным, поскольку представленные в деле доказательства, всесторонне исследованные апелляционным судом, указывают на обратное.

Доводы, приведенные со ссылкой на пункт 3 Порядка оформления ЭДВС, о выборе Обществом электронной формы при оформлении подкарантинных товаров, что означает признание отраженных в ФГИС «Меркурий» операций, отклоняются, поскольку, как указано выше, вывод о несоответствии действительности зафиксированной в системе передачи товара суд второй инстанции сделал по итогам оценки совокупности представленных доказательств, что соответствует требованиям статьи 71 АПК РФ.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что ООО «Сущевский», при отсутствии рыбы 2017 года вылова, могло передать рыбу, приобретенную Обществом у сторонних лиц или сохраненную с иного периоды вылова, заявлялись ранее и обоснованно отклонены апелляционным судом как документально не подтвержденные и основанные на предположениях.

Вопреки доводам истца, суд апелляционной инстанции при разрешении спора в данной части учитывал то, что в 2017 году ФИО5 являлся руководителем ООО «ТРК» и участником данного общества совместно с ФИО11, который в этот период являлся руководителем ООО «Сущевский». Однако данное обстоятельство, также как деловые и дружеские связи названных лиц, не опровергают вывод о фактически не состоявшейся передаче рыбопродукции, сведения о которой внесены во ФГИС «Меркурий», в том числе по объективным причинам – из-за отсутствия у Общества в спорный период необходимых для такой передачи объемов товара.

2. По поводу совершения в 2019 году убыточных для Общества сделок по переработке давальческого сырья (рыбы) с ООО «ДВ Лосось», аффилированным с ФИО5

Установлено, что 01.08.2019 должник (поставщик) заключил с ООО

«ДВ Лосось» (переработчик) договор переработки давальческого сырья, по

условиям которого поставщик обязался поставлять переработчику рыбу лососевых пород сырую либо охлажденную (товар), добытую собственными силами и средствами в пределах имеющихся лимитов, а переработчик – принимать такой товар с целью изготовления из него готовой рыбопродукции (рыбы мороженой ПСГ/ПБГ, икры лососевой мороженой соленой), с последующей передачей готовой продукции поставщику.

В рамках этого договора в период с 31.08.2019 по 22.09.2019 ООО «Сущевский» передало ООО «ДВ Лосось» товар, что подтверждено накладными.

Переработчиком (ООО «ДВ Лосось»), в свою очередь, сырье переработано и готовая продукция передана поставщику, что подтверждено отчетами о продукции, произведенной из сырья заказчика, и актами.

Истец, настаивая на убыточности для должника данных правоотношений, указывал на то, что ООО «ДВ Лосось» обогатилось за счет Общества путем удержания после переработки части тушек и субпродуктов сырца, в условиях аффилированности руководителя ООО «ДВ Лосось» ФИО16 с ФИО5

Апелляционный суд, отклоняя доводы истца в данной части, проверил представленные в дело накладные на отпуск материалов на сторону (о получении Обществом с переработки икры мороженной соленой лососевой в количестве 1 683 кг, кеты мороженной ПСГ в количестве 35 618 кг), учел установленную договором стоимость переработки (50 руб./кг для икры и 5 руб./кг для кеты), а также принял во внимание согласующиеся с установленной договором и заниженной (в сравнении с иными переработчиками) стоимостью услуг пояснения ответчика о том, что договор не предусматривал передачу поставщику молок и голов рыб.

По оценке апелляционного суда, оставление части сырца у переработчика отвечало интересам ООО «Сущевский», учитывая низкую цену сырца (молок и голов) при необходимости несения расходов на его хранение и транспортировку, что в результате не позволяло получить прибыль; сокращение расходов Общества на переработку рыбной продукции по договору ввиду оставления части сырца у переработчика и снижения в этой связи стоимости переработки;

Проанализировав установленные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что договор с ООО «ДВ Лосось» заключен на рыночных условиях, а его исполнение не привело к возникновению у Общества убытков.

Доводы кассационной жалобы касательно данного обстоятельства итоговые выводы не опровергают.

Вопреки позиции истца, суд апелляционной инстанции учел укащания суда округа и привел суждения по результатам выяснения вопроса о рыночных значениях при поставке аналогичной продукции.

То, что в рамках исполнения договора поставки Общество оплатило больший, в сравнении с фактически полученным, объем переработки, переплата составила 77 990 руб., учтен апелляционным судом, но обоснованно не принят в качестве эпизода, позволяющего принять решение об исключении участника из состава Общества, учитывая возможность применения иных мер ответственности к нарушителю, не сопряженных с исключением.

3. По поводу реализации рыбопродукции в пользу ООО «Кедр» в 2018 и

2020 годах по заниженной цене и длительного неистребования

задолженности с указанного Общества.

По материалам дела установлено, что между ООО «Сущевский» (продавец) и ООО «Кедр» (покупатель) заключены и исполнялись два договора поставки рыбопродукции:

-от 15.06.2018 на поставку товара (кета летняя пересыпанная льдом, кета осенняя охлажденная – путины лососевых рыб 2018 года). В рамках этого договора поставщиком передан, а покупателем принят товар – всего 12 605 кг на сумму 356 090 руб.;

-от 15.06.2020 на поставку товара (кета свежая пересыпанная льдом, горбуша свежая пересыпанная льдом – путины лососевых видов рыб 2020 года). В рамках этого договора поставщиком передан, а покупателем принят товар – всего 20 985 кг на сумму 524 625 руб.

Поставленная по указанным договорам продукция оплачена покупателем в полном объеме 31.10.2022.

Согласно позиции истца, поддержанной судом первой инстанции, поставка рыбы в адрес ООО «Кедр» совершена по значительно заниженным ценам, учитывая расхождения между ценой договоров (диапазон 25 - 30 руб./кг) и сведениями РОССТАТа о средней стоимости рыбы лососевых пород в Хабаровском крае (диапазон 132,21 руб. - 152,59 руб./кг).

Апелляционный суд, не соглашаясь с таким подходом, указал на то, что реализация рыбы покупателю (ООО «Кедр») производилась по оптовым, а не потребительским ценам, а цены оптовой поставки продукции между коммерческими организациями заведомо ниже потребительских цен. В этой связи правильно указано на необоснованность применения учтенных судом первой инстанции сведений РОССТАТа с целью сравнения цен. При этом, как установил суд, согласно доступной статистике средних рыночных цен производителей на свежую рыбу (по всем регионам РФ и по всем видам рыб), цена рыбы составляла 38,4 руб. за килограмм

(https://rosstat.gov.ru/statistics/price), что сопоставимо с установленной договорами с ООО «Кедр» стоимостью поставки.

При таких обстоятельствах обоснованным следует признать вывод суда второй инстанции о недоказанности того, что цена обсуждаемых договоров занижена.

В части длительного неистребования долга по указанным договорам – апелляционный суд отметил, что данное, даже в случае признания соответствующего бездействия, не свидетельствует о совершении ответчиком действий заведомо в ущерб целям и интересам Общества, образующих совокупность оснований для исключения участника из Общества. Таким образом, это обстоятельство не может рассматриваться в качестве условия, достаточного для применения ответственности в виде исключения участника из состава юридического лица.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что суд второй инстанции не рассмотрел и не опроверг вывод суда первой инстанции об оплате ООО «Кедр» товара спустя значительный промежуток времени, что свидетельствует о недобросовестности ответчика, не предпринимавшего мер к получению долга, суд округа отклоняет как противоречащий содержанию апелляционного постановления.

Также суд округа отклоняет довод кассатора о противоречиях в выводах суда относительно использования сведений РОССТАТа. Так, отклоняя учтенные судом первой инстанции сведения, апелляционный суд правильно указал, что они (сведения) отражают потребительский порог, в то время как в целях сравнения надлежит исходить из оптовых величин, которые также имеются у РОССТАТа.

4. По поводу утраты приобретенного Обществом в 2018 году бензина в

общем количестве 76 080 литров.

Судом установлено, что на основании договора купли-продажи нефтепродуктов от 28.07.2016 и дополнительного соглашения к нему от 07.06.2018 Обществом приобретен бензин АИ-92 в общем количестве 76 080 литров по УПД от 07.06.2018, от 04.07.2018, от 11.08.2018.

В соответствии с актом от 07.06.2018 № 70603 бензин по УПД от 07.06.2018 в количестве 35 литров перевезен из г. Комсомольска-на-Амуре в г. Амурск и разгружен там.

В соответствии с актом от 04.07.2018 № 40705 бензин по УПД от 04.07.2018 перевезен из г. Хабаровска в с. Сусанино.

В соответствии с актом от 11.08.2018 № 110804 бензин по УПД от 11.08.2018 перевезен из г. Комсомольска-на-Амуре в с. Сусанино.

Перевозка топлива подтверждается транспортными накладными.

Истец при обосновании иска заявил о хищении ГСМ в соответствующем объеме, указав, что приобретенное в 2018 году топливо с перевозкой его в с. Сусанино не могло быть использовано на цели, связанные с рыбопромысловой деятельностью на РЛУ № 6, Общество не имеет необходимых емкостей для хранения такого объема бензина в г. Амурске и в с. Сусанино, а также техники и оборудования, требующего столько топлива, топливо не перевозилось и не реализовывалось третьим лицам, доказательств использования данного объема на нужды Общества не представлено.

Суд первой инстанции поддержал истца, признав не подтвержденным использование Обществом топлива в рыбопромысловой деятельности на РЛУ № 6, поскольку данный участок находится на удалении от с. Сусанино (40 км) и нет свидетельств перемещения бензина и наличия у Общества инфраструктуры для перевозки; при аренде судов расходы на оплату топлива осуществлялись арендодателем (ИП ФИО12); Общество не располагает возможностью для хранения топлива, которое приобретено в количестве, значительно превышающем собственные потребности.

Апелляционный суд пришел к противоположному выводу в данной части по нижеприведенным мотивам.

Учтены пояснения ответчика о способе доставки топлива на рыболовный участок - с бензовоза топливо переливалось в емкости для хранения, смонтированные на судах, принадлежащих бывшему директору Общества – ФИО11 (судно «Сита» ) и ООО «ТРК» (Судно «А-4259), на которых, доставлялись до участка; хранение топлива осуществлялось непосредственно на судне «Сита» и судне «А-4259», с которых выдавалось капитаном катеров для заправки последних непосредственно на воде.

Также учтены пояснения ответчика о способе добычи ВБР в отсутствие собственного водного транспорта – такая добыча осуществлялась с использованием арендованных маломерных судов у иных лиц, в том числе у ИП ФИО12 по заключенному с ним договору аренды от 20.06.2018 (катер ТРК-30).

В дело представлен расчет, согласно которому Общество в летнюю путину 2018 года израсходовало 40 995 литров топлива, в осеннюю путину 2018 г. – 24 885 литров топлива. Данный расчет подтвержден объективными техническими показателями - мощность судна ТРК-30 составляет 44,12 кВт, необходимая норма топлива в день для заправки судна такой мощности составляет 60 литров.

Топливо ежедневно выдавалось материально ответственным лицом конкретным исполнителям, в частности капитану судна, и фиксировалось в журнале учета расходования ГСМ.

То, что представленные в дело журналы учета ГСМ за 2018 и 2019 годы составлены позже проставленных в них дат, не принято апелляционным

судом в качестве достаточного основания, порочащего их как доказательства по делу, а потому данные журналы на законных основаниях учтены в качестве подлежащих оценке судом в совокупности с иными доказательствами по рассматриваемому спору. При этом обоснованно отмечено, что сведения, отраженные в представленном журнале и заверенные подписями капитанов маломерных судов, арендуемых Обществом, коррелируют с фактическими объемами приобретенного и использованного топлива, а доказательств, указывающих на составление документа в отношении заведомо ложных сведений и/или в подтверждение никогда не существовавших обстоятельств, в деле нет.

Кроме того, данные пояснения относительно схемы взаимодействия по доставке топлива с привлечением двух судов, принадлежащих ООО «ТРК» и

ФИО11, а также использования этого топлива Обществом согласуются со свидетельскими показаниями, которые заслушаны в судебном заседании (свидетели - начальник рыболовецкого участка ФИО13, водитель ООО «Нормаль+» ФИО14) и приняты апелляционным судом.

Каких-либо сведений и доказательств об ином порядке заправки судов, осуществляющих вылов на рыболовных участках ООО «Сущевский», как выяснил апелляционный суд, не представлялось и об этом не заявлено. Также не представлено доказательств использования топлива в других, не связанных с осуществляемой Обществом деятельностью, целях.

Поскольку суда осуществляли в спорный период вылов на участке РЛУ № 6 и это спорным не является, а такая деятельность без топлива невозможна, апелляционный суд правильно указал на то, что отсутствие транспортных документов, подтверждающих перевозку топлива из

г. Амурска и с. Сусанино до РЛУ № 6, также как и нарушение установленных правил перевозки ГСМ, не опровергают факт осуществления перевозки топлива до места осуществления Обществом рыбопромысловой деятельности.

Также апелляционный суд установил, что расходы, связанные с коммерческой эксплуатацией судна, в том числе, на оплату топлива, в периоды заправки с 01.06.2018 по 15.08.2018 и с 20.08.2018 по 30.09.2018, условиями договора аренды возложены на арендатора (Общество). По договору аренды маломерных судов от 25.08.2019 расходы на оплату топлива отнесены на арендодателя - в указанный период на заправку судов израсходована оставшаяся часть бензина (15 319 литров).

При этом апелляционный суд обоснованно отметил, что формулировка об отнесении расходов на какую-либо из сторон не может трактоваться исключительно как совершение обязанной стороной самостоятельно таких действий по обеспечению топлива, а в данном случае журнал учета ГСМ

указывает на расходование топлива для катеров, используемых Обществом, в размере 81 574 литров. Кроме того, бензин в объеме 1 000 литров реализован третьему лицу (ООО «РК ИПК») по товарной накладной от 15.08.2018 за 50 000 руб.

Таким образом, обоснован вывод апелляционного суда о приобретении и использовании Обществом спорного топлива в целях осуществления Обществом хозяйственной деятельности по вылову ВБР. Как следствие, не нашло своего подтверждения утверждение истца об утрате заявленного объема ГСМ – весь объем, как установлено, использован в хозяйственной деятельности ООО «Сущевский.

Доводы кассационной жалобы, суть которых сводится к несогласию с выводом апелляционного суда о доказанности использования спорного топлива Обществом в целях осуществления деятельности по вылову водных биологических ресурсов, не принимаются как направленные на переоценку установленных по материалам дела обстоятельств, что не относится к полномочиям суда округа (статья 286 АПК РФ). При этом не нашла своего подтверждения позиция кассатора о противоречии оспариваемых выводов указаниям кассационной инстанции, приведенным при первоначальной отмене судебных актов. Напротив, при повторном разрешении дела апелляционный суд учел содержание кассационного постановления и принял во внимание обозначенные в нем вопросы, которые разрешил в ходе проверки доводов сторон спора.

5. По поводу неиспользование по назначению имеющегося у Общества

актива – РЛУ № 10.

Как установлено при разрешении спора, Общество на основании договоров от 23.10.2019, заключенных с Амурским территориальным управлением Федерального агентства по рыболовству, имеет право на осуществление промышленного рыболовства в границах двух рыболовных участков: РЛУ № 6 (договор № 350/П2019) и РЛУ № 10 (договор № 349). Договоры заключены на срок до 03.10.2033

С 2019 года Общество фактически осуществляет рыболовство только на одном участке - РЛУ № 6.

По утверждению истца, Общество, не используя второй промысловый участок в Татарском проливе, бухта ФИО17 № 2 (РЛУ № 10), не осуществляет полную промысловую деятельность, в то время как за получение права использования этого участка и получения квот на вылов Обществом понесены расходы.

Ответчик, в свою очередь, указывал на нерентабельность промысловой деятельности на РЛУ № 10, учитывая показатели вылова в 2016 и 2018 годах,

неудобное для промысла географическое положение участка, сопряженное с большими расходами на организацию вылова.

Суд первой инстанции, поддерживая доводы истца в данной части и отклоняя возражения ответчика, пришел к выводу об экономической целесообразности использования РЛУ № 10 в промысловой деятельности Общества, сославшись при этом на документальную неподтвержденность позиции ответчика, а также на несовершение им действий, направленных на отказ от использования данного рыболовного участка.

Апелляционный суд, не соглашаясь с выводом суда относительно экономической целесообразности в осуществлении в спорный период промысла на рыболовном участке № 10, признал доказанной позицию ответчика, исходя из следующего.

Представленные в материалы дела документы, содержание которых не оспорено, указывают на нерезультативность добычи ВБР на спорном рыболовном участке в рассматриваемый период (в 2016 году на РЛУ № 10 выловлено 20,8 тонн горбуши, в 2018 году при выделенной квоте 300 тонн объем добытых ВБР составил 0 тонн).

Амурское территориальное управление Росрыболовства (Управление) подтвердило низкий уровень вылова на РЛУ № 10. Так, в письме от 16.10.2024 Управление сообщило, что в 2015, 2017 годах на рыболовном участке № 10 устанавливались проходные дни - полный запрет на добычу рыбы в определенные дни, и что в соответствии с решениями комиссии по реryлированию добычи (вылова) анадромных видов рыб в Хабаровском крае в 2015, 2016, 2017 годах объёмы добычи (вылова) анадромных видов рыб на РЛУ № 10 - Татарский пролив, бухта ФИО17 № 2, не устанавливались, разрешения на добычу биоресурсов в указанные годы на РЛУ № 10 не выдавались. В письме Управления от 09.10.2024 отмечено, что в ближайшим к РЛУ № 10 участке - РЛУ № l (Татарский пролив, Чихачевский Николаевский район), вылов за 2022 год составил 4,473 тонн горбуши, за другие периоды вылов отсутствует.

Таким образом, верным является заключение апелляционного суда о документальном подтверждении позиции ответчика об объективной невозможности освоения квот на РЛУ № 10, в том числе по причине отсутствия объекта промысла.

То обстоятельство, что ответчик, заявляя о нецелесообразности использования РЛУ № 10, как руководитель Общества не предпринимает действий, направленных на отказ от права использования данного рыболовного участка, апелляционный суд не признал в качестве свидетельства неразумного поведения руководителя Общества. В этой связи обоснованно принят во внимание период права пользования РЛУ № 10 (до 03.10.2033), до истечения которого не исключено улучшение факторов,

влияющих на добычу ВБР на данном участке. Также отмечено, что истец, заявляя о несении расходов, связанных с обладанием правом на использование РЛУ № 10, не привел аргументов в подтверждение таковых и, при наличии, их размере.

При изложенном обоснованным является итоговое заключение апелляционного суда о недоказанности наступления негативных последствий для Общества при сохранении прав на РЛУ № 10 без его использования, что, с учетом периода правообладания, означает нецелесообразность отказа от использования спорного рыболовного участка.

Доводы кассационной жалобы, касающиеся данного обстоятельства, не опровергают сделанные апелляционным судом выводы.

Так, предположение истца о том, что низкие объемы вылова в 2016 и 2018 годах объясняются плохой подготовкой ответчика к осуществлению деятельности на РЛУ № 10, не может быть противопоставлено пояснениям специализированной организации относительно объективных условий для лова.

Отклоняя доводы истца о необходимости использования рыболовного участка, следует отметить, что сведения о проходных днях учтены судом апелляционной инстанции не как самостоятельное основание для отказа в использовании, а как составляющее совокупности обстоятельств, указывающих на нецелесообразность ведения деятельности на участке в спорный период.

При установленных выше обстоятельствах, свидетельствующих о нерентабельности использования рыболовного участка в спорный период, подготовительные мероприятия, требующие существенных затрат, нерациональны и не соотносятся с имущественными интересами Общества. В этой связи не принимаются доводы кассатора, указывающего на недоказанность совершения действий по подготовке к путине на РЛУ № 10.

Возражения истца относительно вывода о несении Обществом расходов на обладание правом использования данного участка, не принимаются ввиду бездоказательности.

Довод о противоречивости поведения ответчика, поскольку он, несмотря на заявляемую им нецелесообразность использования РЛУ № 10, не совершил действий по прекращению договора аренды этого участка, не принимается по ранее изложенному обоснованию – ввиду значительной длительности срока аренды и вероятности изменения в этот период ситуации с объемами вылова на участке.

6. По поводу причинения Обществу убытков (судебные расходы и санкции за неисполнение судебных решений) вследствие уклонения ФИО5 как руководителя от исполнения обязанности представить

истцу как участнику документы и информацию о деятельности

Общества.

Установлено, что по искам ФИО2 к Обществу об обязании на основании статьи 50 Закона об ООО передать документы возбуждены производства по делам № А73-15629/2020, № А73-17473/2021, № А73-3306/2023, в рамках которых установлена правомерность требований ФИО2, в связи с чем, с Общества взысканы судебные расходы по оплате услуг представителя и госпошлины, а также судебный штраф – всего 1 204 000 руб. Лицом, полномочным действовать от имени Общества в спорный период и не исполнившим соответствующую обязанность, являлся руководитель Общества ФИО5

Наряду с этим апелляционный суд учел поведение ответчика, предпринимавшего меры по предоставлению документов, в том числе в добровольном порядке в ходе судебных разбирательств, и пришел к выводу о том, что несвоевременное исполнение обязанности в данном случае не указывает на стремление ответчика причинить ущерб Обществу.

Возникновение расходов на стороне Общества в связи с рассмотрением перечисленных дел не признаны апелляционным судом достаточным условием для исключения ответчика из Общества.

Суд округа, поддерживая подход апелляционного суда, обращает внимание на применимость в рассматриваемом случае иного способа восстановления нарушенного права – путем возмещения убытков.

В этой связи суд округа отклоняет доводы заявителя кассационной жалобы о его несогласии с позицией апелляционного суда, согласно которой что уклонение ФИО5 от совершения предписываемых законом действий не повлекло оснований для исключения его из числа участников Общества.

Вопрос о том, состоялось ли фактическое возмещение убытков в размере присужденной к взысканию с Общества неустойки с учетом путем внесения безвозмездного вклада по платежному поручению от 22.05.2023

№ 7, не подлежит разрешению в рамках настоящего спора. Поэтому соответствующий довод кассационной жалобы не подлежит принятию. В данном случае значимым для результата рассмотрения иска является вывод о том, что заявляемое обстоятельство (необоснованное бездействие, повлекшее убытки из-за необходимости несения судебных расходов и выплаты штрафа) не является поводом для исключения участника из общества. С этим выводом суд округа соглашается, учитывая конкретную обстоятельства сложившейся ситуации и возможность иным способом нивелировать негативные для Общества последствия.

7. По поводу фактического финансирования ООО «ТРК-Инвест»

Обществом в рамках договора от 03.10.2018 без получения платы за

финансирование.

Истец в обоснование своего иска указал на безвозмездное финансирование аффилированного с ответчиком лица - ООО «ТРК-Инвест» под прикрытием платежей по договору аренды холодильного оборудования от 03.10.2018, отметив при этом высокий размер арендной платы и отсутствие у Общества потребности в использовании предмета аренды.

Из материалов дела следует, что по договору от 03.10.2018 ООО «Сущевский», выступив арендатором, перечислило арендодателю (ООО «ТРК-Инвест» арендные платежи в сумме 12 220 000 руб. При этом два платежа по договору (от 22.04.2019 на сумму 2 020 000 руб., от 29.05.2019 на сумму 120 000 руб.) произведены Обществом в период руководства Обществом ФИО5

Суд апелляционной инстанции, проверяя требование истца в данной части и отклоняя их, указал на то, что обсуждаемый договор ФИО5 не подписывался, учитывая отсутствие у него статуса руководителя на дату заключения договора. Также установлено отсутствие доказательств, свидетельствующих о нахождении ФИО5 в сговоре с действующим в соответствующий период директором Общества ФИО11, о совместных действиях указанных лиц.

Кроме того, в период руководства ФИО5 вся уплаченная по договору сумма возвращена Обществу. При этом учтено принятие ответчиком мер к возврату выплаченных по договору сумм – как установил апелляционный суд, ФИО5, будучи руководителем ООО «Сущевский», подписал дополнительное соглашение с ООО «ТРК-Инвест» с целью возврата денежных средств Обществу.

Довод истца о том, что ФИО5 как руководитель Общества не принял мер к получению компенсации с ООО «ТРК-Инвест» либо с бывшего директора Общества, заключившего соответствующий договор, получили оценку апелляционного суда, по результатам которой суд пришел к выводу о том, что в рассматриваемой ситуации, с учетом принятия ФИО5 мер к возврату денежных средств Обществу, вменяемое бездействие не подтверждает его направленность на причинение ущерба Обществу.

При изложенном обсуждаемое обстоятельство обоснованно отклонено как недостаточный аргумент для решении вопроса об исключении участника из Общества.

Мнение заявителя кассационной жалобы об оставлении апелляционным судом без проверки довода истца, приведенного в ходе разрешения спора, о неполучении Обществом платы за финансирование ООО «ТРК-Инвест», несостоятельно – противоречит тексту апелляционного

постановления, где данное бездействие оценено, но не отнесено к числу указывающих на намерение ответчика причинить вред Обществу и действовать вопреки его интересам.

Наряду с оценкой вышеприведенных обстоятельств апелляционный суд учел, со ссылкой на выписку из СПАРК за период с 2019 по 2023 год и на данные бухгалтерских балансов, что за время исполнения ответчиком обязанностей генерального директора Общества деятельность последнего имела положительные финансовые показатели, а убыточной деятельность Общества была лишь в 2020 года; Общество продолжало добычу ВБР, обеспечивая освоение выделенных квот; дебиторская задолженность Общества существенно сократилась; в результате освоения выделенных квот в полном объеме Обществом ежегодно извлекало доход в размере нескольких миллионов, в том числе за 2022 год - 7 млн. руб., 2023 год - 6,8 млн. руб.; за 2024 - 19 млн. руб.

Проанализированные выше обстоятельства, как верно отметил апелляционный суд, не указывают на невозможность продолжения деятельности Общества или существенное ее затруднение, а выявленные нарушения являются устранимыми.

По результатам исследования всей совокупности доказательств апелляционный суд обоснованно признал, что действия ФИО5 в спорный период не вступают в заведомое противоречие с интересами Общества, не указывают на намеренное причинение вреда и не свидетельствуют об отсутствии у ответчика интереса в развитии Общества.

При установленном отказ в удовлетворении первоначального иска об исключении ФИО5 из состава участников Общества правомерен.

Вместе с этим, как установлено при разрешении дела и не оспаривается участниками спора, противостояние участников Общества связано с недостижением общего результата по вопросу управления Обществом. Данный конфликт участники могут разрешить различными способами, в том числе посредством согласованной сменяемости руководителей (с обозначением периода руководства и претендента на каждый период) или путем одновременного управления несколькими руководителями, действующими совместно или независимо друг от друга, что, как верно отмечено апелляционным судом, допускается законодательством (пункт 1 статьи 53 ГК РФ).

Кассационная жалоба, доводы которой проверены и отклонены по приведенным в мотивировочной части настоящего постановления основаниям, удовлетворению не подлежит.

Постановление апелляционного суда, принятое с правильным применением норм материального права к установленным обстоятельствам и с соблюдением требований процессуального законодательства, следует оставить в силе.

Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2025 по делу № А73-5670/2023 Арбитражного суда Хабаровского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.Н. Головнина

Судьи Е.О. Никитин

Е.С. Чумаков