206/2023-55026(4)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский Дело № А24-1869/2023 24 ноября 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 20 ноября 2023 года. Полный текст решения изготовлен 24 ноября 2023 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Голубевой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Камколба» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в лице ФИО1

к ФИО2

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3

о взыскании 872 551,37 руб., при участии:

от ФИО1: ФИО4 – представитель по доверенности от 03.11.2023 (сроком на 2 года), диплом № 1800 (посредством веб-конференции),

общество, ответчик, третье лицо: не явились,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Камколба» (далее – истец, Общество, ООО «Камколба»; адрес: 683042, <...>) в лице ФИО1 (далее – ФИО1, адрес: 141802, Московская область, г. Дмитров) обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2, адрес: 683000, Камчатский край, г. Петропавловск-Камчатский) о взыскании 595 006,02 руб. убытков (в редакции заявления от 17.05.2023 и с учетом уточнения истца, принятого протокольным определением от 24.07.2023).

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статью 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», разъяснения, приведенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), и мотивированны непоступлением выручки, принятой в кассу предприятия от розничных продаж, на расчетный счет Общества.

Определением от 24.07.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3 (далее – ФИО3).

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проводилось в отсутствие общества, ответчика, третьего лица, извещенных о месте и времени его проведения надлежащим образом по правилам статей 121-123 АПК РФ и не явившихся в суд.

До начала судебного заседания от истца поступило уточненное исковое заявление, однако в судебном заседании представитель истца пояснил, что фактически им заявлено ходатайство об увеличении размера исковых требований до 872 551,37 руб. за счет увеличения периода, за который, по мнению истца, полученная от реализации товара выручка не внесена из кассы Общества на его расчетный счет (с 01.01.2021 по 03.03.2022); основания иска не изменены и по-прежнему связаны с невнесением денежных средств ответчиком из кассы на расчетный счет предприятия.

Протокольным определением от 20.11.2023 увеличение истцом размера исковых требований принято в порядке статьи 49 АПК РФ.

Также до начала судебного заседания от истца поступило ходатайство об истребовании доказательств. В частности, в ПАО «Сбербанк России» истец просит истребовать в выписку по расчетному счету Общества за периоды с 01.01.2020 по 31.01.2020 и с 03.03.2022 по 01.11.2023, а в налоговом органе – сведения о кассовых расчетах наличными денежными средствами с использованием контрольно-кассовой техники, принадлежащей Обществу, за период с 01.09.2022 по 01.11.2023.

Из содержания ходатайства следует, что истец проанализировал представленную ответчиком выписку по счету и, в совокупности с ранее заявленными доводами о систематическим причинении ответчиком ущерба обществу, предположил, что последним не внесена выручка и за иной период времени, что невозможно установить без истребования доказательств.

Рассмотрев ходатайство истца об истребовании документов, суд отказал в его удовлетворении ввиду несоответствия заявленного ходатайства требованиям статьи 66 АПК РФ (отсутствуют доказательства принятия истцом мер к самостоятельному получению необходимых документов и получения отказа в их предоставлении), а также в связи с тем, что с учетом предмета заявленного иска и оснований, положенных истцом в обоснование предъявленных требований, суд признает имеющиеся в деле документы достаточными для рассмотрения спора по существу, а затребованные истцом документы – не влияющими на результат рассмотрения дела.

Кроме того, суд отмечает, что даже с учетом увеличение размера исковых требований, правовые основания иска заключаются в том, что ответчик не внес на счет Общества выручку, полученную от реализации за период с 01.01.2021 по 03.03.2022, тогда как ходатайство об истребовании доказательств направлено на получение кассовых чеков за период, выходящий за пределы заявленного (с 01.09.2022 по 01.11.2023), то есть заявленное ходатайство, по сути, направлено не на подтверждение обоснованности первоначально заявленных требований, а фактически на сбор новых доказательств для подтверждения предположений истца о том, что ответчик не внес денежные средства за иные периоды, не охватываемые исковыми требованиями, на что прямо указывает истец в обоснование ходатайства, что, в свою очередь, может повлечь очередное (в том числе неоднократное) повышение истцом размера исковых требований, отложение судебного заседания, затягивание судебного разбирательства и нарушение прав ответчика на своевременное и эффективное рассмотрение спора. При этом истец не лишен возможности, при подтверждении его подозрений о неправомерных действия ответчика за иной (не относящийся к спорному) период, обратиться в суд с самостоятельными требованиями.

Выслушав в судебном заседании пояснения представителя участника общества, поддержавшего заявленные требования, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Из материалов дела следует, что ООО «Камколба» (ИНН 4101188638) зарегистрировано в качестве юридического лица 15.05.2019, о чем налоговым органом в единый государственный реестр юридических лиц внесена запись 1194101002787.

ФИО1, обратившаяся с иском в суд, является участником Общества, владеющим долей в уставном капитале в размере 50%.

Второй участник Общества с долей в уставном капитале в размере 25 % – ФИО2, который одновременно является генеральным директором Общества

Третьим участником Общества является ФИО3 с долей в уставном капитале в размере 25 %.

Как указывает обратившийся с иском участник Общества ФИО1, в результате анализа банковской выписки по счету Общества за период с 01.01.2021 по 03.03.2022 (в редакции уточнений от 17.11.2023) и фискальных чеков за период с 01.01.2021 по 19.12.2021 ей стало известно о недостаче наличной выручки от розничной торговли в размере 872 551,37 руб.: деньги от реализации товаров приняты по кассовым чекам, но не инкассированы на расчетный счет Общества.

Письмами от 20.06.2022, от 20.09.2022 ФИО1 запросила у ответчика сведения об остатке наличных денежных средств в кассе по состоянию на 01.01.2021, на 01.01.2022, на 01.06.2022, акт инвентаризации товарных остатков, справку о движении денежных средств в кассе в период с 25.04.2022 по 09.06.2022 и фактическом наличии в кассе денежных средств по состоянию на 15.06.2022, выписки по счетам Общества, первичную документацию по хозяйственной деятельности, протоколы собраний, бухгалтерскую отчетность.

Письмом от 05.09.2022 ФИО1 потребовала внести в повестку внеочередного общего собрания участников Общества, запланированного в период с 30.08.2022 по 15.10.2022 в заочной форме, вопросы, связанные с избранием ревизионной комиссии и проведением ревизии финансово-хозяйственной деятельности Общества, с проведением аудиторской проверки, внесением изменений в устав в части места нахождения Общества.

Общество в лице генерального директора ФИО2 письмом от 16.09.2022 подтвердило включение предлагаемых вопросов в повестку собрания.

Утверждая, что фактически указанное внеочередное общее собрание участников Общества не состоялось, ответы на запросы о предоставлении документов не получены, ФИО1 обратилась в суд с рассматриваемым иском.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ, пункта 1 статьи 53.1, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) во взаимосвязи с разъяснениями, приведенными в абзаце третьем пункта 1 Постановления № 62, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности единоличный исполнительный орган по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В частности, директор отвечает перед юридическим лицом за убытки, причиненные в результате недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей,

контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 5 Постановления № 62). При этом при оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Ответственность органов управления за причиненные обществу убытки является гражданско-правовой ответственностью, регулируемой по общим правилам гражданского законодательства о причинении вреда, в частности, статьей 15 ГК РФ, в силу которой под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было бы нарушено (упущенная выгода).

Согласно статье 15 ГК РФ применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно лишь при наличии определенных условий.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В пункте 6 Постановления № 62 также разъяснено, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ), а также наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями. Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к ответственности единоличном исполнительном органе.

Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа.

В соответствии с пунктом 7 Постановления № 62 не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков, сам по себе, тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Вместе с тем в силу разъяснений, указанных в абзаце втором Постановления № 62, арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе, не свидетельствуют о

недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности их действий, закрепленной в пункте 5 статьи 10 ГК РФ, именно на истца возложена обязанность доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Данный вывод также нашел свое отражение в абзаце третьем пункта 1 Постановления № 62.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства

Проанализировав заявленные учредителем доводы и представленные им доказательства, суд приходит к выводу о недоказанности совокупности обстоятельств, положенных в основание исковых требований, а именно: истцом не доказана недобросовестность, неразумность действий ответчика, наличие в его действиях прямого умысла в причинении обществу убытков посредством невнесения на расчетный счет общества полученных от реализации товаров наличных денежных средств.

По мнению истца, сам факт невнесения денежных средств из кассы предприятия на его расчетный счет свидетельствует о том, что Обществу причинены убытки.

Поскольку убытки представляют собой определенные потери (уменьшение активов, денег, неполучение дохода), обусловленные чьими-либо противоправными действиями, то, исходя из позиции истца, невнесение денежных средств из кассы предприятия на его расчетный счет свидетельствует о том, что Общество эти денежные средства утратило.

В этом смысле позиция истца безусловная и не допускает того обстоятельства, что невнесенная на расчетный счет предприятия выручка могла оставаться в кассе предприятия и использоваться в хозяйственной деятельности в интересах Общества.

Причем истец высказывает предположение, что спорные денежные средства (внесенные в кассу общества, но не инкассированные на его расчетный счет) могли быть похищены продавцами, а ответчик как единоличный исполнительный орган Общества допустил бездействие, ухудшившее финансовое состояние корпорации, и с целью сокрытия данного факта ограничивает доступ истца (обратившегося с иском участника) в документам финансово-хозяйственной деятельности.

Вместе с тем, суд находит данное утверждение безосновательным.

Прежде всего, истец не учитывает, что в соответствии с порядком ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства, регламентированным Указанием Банка России от 11.03.2014 № 3210-У, (далее – Указание № 3210-У) допускается хранение наличных денежных средств в кассе. Причем юридическое лицо самостоятельно определяет лимит остатка наличных денег в соответствии с приложением к настоящему Указанию, исходя из

характера его деятельности с учетом объемов поступлений или объемов выдач наличных денег, а в отдельных случаях допускается накопление юридическим лицом наличных денег в кассе сверх установленного лимита (пункт 2 Указания № 3210-У).

При этом в соответствии с абзацем десятым пункта 2 Указания № 3210-У индивидуальные предприниматели, субъекты малого предпринимательства лимит остатка наличных денег могут не устанавливать.

Согласно пункту 1 Указания № 3210-У в целях настоящего Указания под субъектами малого предпринимательства понимаются юридические лица, отнесенные в соответствии с условиями, установленными Федеральным законом от 24.07.2007 № 209- ФЗ «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации», к малым предприятиям, в том числе к микропредприятиям.

Из общедоступных сведений, содержащихся в Едином реестре субъектов малого и среднего предпринимательства, судом установлено, что ООО «Камколба» является микропредприятием (соответствующие сведения внесены с 10.06.2019), а значит, освобождено от обязанности устанавливать лимит остатка наличных денег в кассе.

В такой ситуации, само по себе, невнесение денежные средств из кассы Общества на его расчетный счет не может свидетельствовать об их утрате Обществом, поскольку денежные средства, составляющие кассу предприятия, поступающие в кассу и хранящиеся в ней продолжают оставаться собственностью юридического лица, вне зависимости от способа их хранения (в кассе или на расчетном счете).

Причем из представленной истцом в материалы дела выписки по счету Общества, также как из выписки, предоставленной в материалы дела ответчиком, за последующий период, видно, что денежные средства из кассы предприятия вносились на расчетный счет юридического лица в различных суммах не только в спорный период, но и за его пределами. При этом перечисления за весь исследованный период носили регулярный характер, зачисления осуществлялись ежемесячно, несколько раз в месяц.

Доказательств тому, что полученные от реализации товара денежные средства в какой-либо сумме изъяты из кассы предприятия и присвоены третьими лицами (в частности, продавцами, как предполагает истец, или генеральным директором), вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

Утверждая, что спорные денежные средства выбыли из собственности Общества, а ответчик уклоняется от доказывания обратного и представления документов, опровергающих аргументы истца, обратившийся с иском участник, в то же время, не реализовал свое право на истребование у руководителя документов о деятельности ООО «Камколба» в установленном, в том числе процессуальном, порядке, не инициировал вопрос о смене руководителя и о последующей передаче документов новому директору с составлением инвентаризационной описи.

Каких-либо документов, фиксирующих факт присвоения ответчиком (иными лицами) спорных денежных средств из кассы предприятия, в том числе подтверждающих привлечение ответчика (иных лиц) к юридической ответственности за присвоение (хищение) и растрату вверенного директору общества имущества в соответствующем процессуальном порядке, в материалы дела истцом в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено.

В свою очередь, арбитражный суд с учетом корпоративного характера спора о взыскании убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом, вправе дать оценку лишь конкретным (доказанным) действиям (бездействию) единоличного исполнительного органа с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей, исходя из закрепленной в гражданском законодательстве презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ).

Однако в рассматриваемом случае доводы истца сводятся исключительно к его предположениям, основанным на отсутствии документов о финансово-хозяйственной

деятельности Общества и возникшем в Обществе корпоративном конфликте.

Исходя из приведенных истцом доводов, а также учитывая первоначальную редакцию поданного искового заявления, суд приходит к выводу, что заявленным иском обратившийся в суд участник Общества фактически подменяет иной способ защиты, нереализованный им должным образом, а именно: спор, инициированный участником Общества по требованию о возмещении причиненных Обществу убытков, используется для понуждения ответчика к предоставлению документов о финансово-хозяйственной деятельности общества, от предоставления которых, как утверждает истец, ответчик уклоняется.

Указанный вывод следует из того, что изначально в исковом заявлении, которое подано ФИО1 от своего имени как участником, наряду с требованием о взыскании причиненных Обществу убытков, содержалось требование об обязании ответчика предоставить участнику Общества документы для проведения аудиторской проверки.

После оставления искового заявления без движения и разъяснения истцу необходимости определиться с составом заявленных требований и уточнить избираемый способ защиты, учитывая различный субъектный состав (по иску об убытках истцом является корпорация, ответчиком – руководитель, а по иску об обязании предоставить документы о деятельности общества истцом является участник корпорации, ответчиком – сама корпорация) (определение от 28.04.2023), истец исключил требование об обязании ответчика предоставить документы о деятельности общества, поддержал иск лишь в части требования о взыскании убытков и в последующем уточнил процессуального истца по данному иску.

Однако приведя в соответствие поданное исковое заявление, ФИО1 не предъявила в суд второе имеющееся у нее требование об обязании общества предоставить ей документы о деятельности общества, распорядившись правами участника по своему усмотрению.

В такой ситуации доводы истца об отсутствии у нее возможности получить документы в подтверждение доводов по иску о взыскании убытков, об уклонении ответчика в предоставлении ей документов о финансово-хозяйственной деятельности общества подлежат отклонению, поскольку в действительности мер по защите своих корпоративных прав как участника общества на получение документов о деятельности общества ФИО1 не реализовала, что применительно к рассматриваемому спору является для нее процессуальным риском, связанным с недоказанностью заявленных требований и влекущим соответствующие правовые последствия.

Довод ФИО1 относительно того, что в связи с невнесением ответчиком денежных средств на расчетный счет Общества у нее отсутствует возможность получить долг по заключенным с Обществом договорам займа, подлежит отклонению.

Прежде всего, как отмечено ранее, Общество как микропредприятие вправе иметь денежные средства не только на расчетном счете, но и в кассе без установления лимитов находящихся в кассе наличных денежных средств.

Во-вторых, указанный довод не может расцениваться как основание для удовлетворения заявленных исковых требований, направленных на возмещение убытков, причиненных Обществу, а не ФИО1 как займодавцу. Защита собственных интересов ФИО1 на возврат переданных в заем денежных средств должна осуществляться в соответствующем правовом и процессуальном порядке, а не путем подмены надлежащего способа защиты, установленного главой 42 ГК РФ, обращением в суд с иском, вытекающим из корпоративных прав участника Общества. Поскольку договоры в установленном порядке не расторгнуты, то есть сохраняют свою юридическую силу, а соответственно, связывают заключившие их стороны согласованными в договорах обязательствами, при ненадлежащем исполнении заемщиком обязательств по договорам (в частности, невозврат займа и процентов по нему в установленные сроки) ФИО1

не лишена возможности судебной защиты своих нарушенных прав по договорам займа путем предъявления соответствующих требований к контрагенту.

В-третьих, несмотря на то, что взыскиваемые убытки, причиненные Обществу, не связаны с неисполнением по вине руководителя Общества обязательств по гражданско-правовым договорам, включая договоры займа, (взыскиваемые убытки связаны исключительно с невнесением денежных средств из кассы на расчетный счет общества), суд обращает внимание на отсутствие доказательств неисполнения заемщиком (Обществом) своих финансовых обязательств (наличие просроченной задолженности) и несения Обществом, в связи с этим, убытков.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Предъявление обратившимся с иском участником Общества документально не подтвержденного иска, основанного исключительно на предположении о возможном выбытии спорных денежных средств из владения Общества, не может быть признано допустимым способом восполнения недостаточности у истца финансовой документации о деятельности общества, а переложение на ответчика обязанности опровергать документально не подтвержденную позицию истца противоречит состязательному характеру судопроизводства.

Исходя из изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу о недоказанности необходимой совокупности обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания спорных убытков.

Недобросовестности и неразумности в действиях ответчика суд не усматривает, а истец вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не опроверг установленную статьей 10 ГК РФ презумпцию добросовестности ответчика.

С учетом изложенного, правовых оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

В связи с отказом в иске понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья О.А. Душенкина