Постановление по делу № 18АП-9550/2025 от 08.10.2025 | 18 арбитражный апелляционный суд

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-9550/2025

г. Челябинск

08 октября 2025 года

Дело № А47-2395/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 30 сентября 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 08 октября 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Скобелкина А.П.,

судей Арямова А.А., Корсаковой М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Семеновой О.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Фабрика оренбургских пуховых платков» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 24.07.2025 по делу №А47-2395/2025.

В судебном заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Фабрика оренбургских пуховых платков» - ФИО1 (паспорт, доверенность от 25.12.2024, диплом).

Общество с ограниченной ответственностью «Фабрика Оренбургских пуховых платков» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – истец, ООО «Фабрика Оренбургских пуховых платков», общество) обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>, далее – ответчик, ИП ФИО2, предприниматель) о взыскании 300 000 руб. компенсации за незаконное использование наименования места происхождения товара, а также 34 300 руб. судебных расходов.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО3 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>), общество с ограниченной ответственностью «Оренбургские пуховницы» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО4 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>), ФИО5 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «КАПРИНА» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.07.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

Истец, не согласившись с вынесенным судебным актом, обратился с апелляционной жалобой, просит решение суда отменить.

В обоснование доводов жалобы обществом указано, что суд первой инстанции неправильно истолковал закон – законодатель не ограничивает правовую защиту НМПТ только названиями аналогичных товаров.

Кроме того, арбитражный суд в рамках рассмотрения исковых требований правообладателя о привлечении к ответственности за незаконное использование НМПТ в порядке ст.1537 ГК РФ, не наделен правом проверки обозначения, использованного в НМПТ, на предмет его общеупотребительности, а должен руководствоваться императивом: обозначение товара, зарегистрированное Роспатентом в качестве НМПТ, не может являться общеупотребительным.

Истец указывает, что лица, не являющиеся правообладателями, не имеют права использовать географическое указание «Оренбургская область» «Оренбург», «Оренбургский» в отношении товара: пуховый платок, паутинка, теплая шаль, палантин, независимо от целей этого использования. Лицо, не являющееся правообладателем, может использовать отдельные слова, входящие в состав НМПТ (например, «пух», «платок», «паутинка»), для описания свойств продукции, но только без ссылки на географическое указание (Оренбургская область, Оренбург, Оренбургский).

По мнению истца, материалами дела подтверждается нарушение ответчиком исключительных прав истца на НМПТ. То обстоятельство, что указанные спорные товары, реализуемые ответчиком, воспринимаются потенциальными покупателями как «Оренбургский пуховый платок» также подтверждается представленным истцом отчетом системы Яндекс.Взгляд. Также в качестве доказательства того, что у покупателей спорный товар ответчика ассоциировался с «Оренбургским пуховым платком», истцом представлены скриншоты отрицательных отзывов реальных покупателей, размещенных на маркетплейсе интернет-магазина Wildberries в отношении спорного товара ответчика.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного разбирательства на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие не прибывших в судебное заседание участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что ООО «Фабрика Оренбургских пуховых платков» (ранее - ООО «Шима») является правообладателем наименования места происхождения товара «Оренбургский пуховый платок» (свидетельство на исключительное право № 68/2, срок действия свидетельства до 22.05.2035).

Истцом установлено нарушение ответчиком исключительного права использования НМПТ, а именно.

На маркетплейсе интернет-магазина Wildberries, истцом обнаружен магазин «Детки/в/тренде», в котором ИП ФИО2 реализует, в том числе, Оренбургские пуховые платки, шали, паутинки под артикулами 271205339, 270338514, 270342578, о чем свидетельствует название товара и его описание, в котором содержится Наименование Места Происхождения Товара (НМПТ) «Оренбургский пуховый платок».

В период с 17 декабря 2024 года по настоящее время установлено нарушение ответчиком нашего исключительного права использования НМПТ по адресам:

https://www.wildberries.ru/cataIog/271205339/detail.aspx?targetUrl=SP https://www.wildberries.ru/catalog/270338514/detail.aspx7targetUrl-SP https://www.wiIdberries.ru/catalog/270342578/detail.aspx?targetUrl=SP

В качестве доказательств истцом приложены нотариальные протоколы осмотра артикулов ИП ФИО6 в количестве 3 шт. по каждому артикулу на маркетплейсе Wildberries.

По мнению истца, использованием ответчиком НМПТ «Оренбургских пуховый платок» осуществлено в виде следующих словосочетаний:

- «Покупая наши изделия, вы поддерживаете оренбургских рукодельниц и помогаете сохранить древние традиции» (артикул 271205339),

- «Ты накинь дорогая на плечи Оренбургский пуховый узор», «Покупая наши изделия, вы поддерживаете оренбургских рукодельниц и помогаете сохранить древние традиции» (артикул 270338514),

- «Ажурная вязка пуховой паутинки из Оренбурга», Покупая наши изделия, вы поддерживаете оренбургских рукодельниц и помогаете сохранить древние традиции» (артикул 270342578).

Как указывает истец, данные словосочетания к реализуемым изделиям, указывают на продажу товаров с незаконным использованием зарегистрированного наименования места происхождения товара.

Истец обратился к ответчику с претензией от 27.12.2024 о выплате компенсации за нарушении исключительного права на наименование места происхождения товара, которая оставлена последним без удовлетворения, в связи с чем, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Рассмотрев исковые требования по существу, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Статьей 1229 ГК РФ установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если этим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1516 ГК РФ наименование места происхождения товаров, которому предоставляется правовая охрана, является обозначение, представляющее собой либо содержащее современное или историческое, официальное или неофициальное, полное или сокращенное наименование страны, городского или сельского поселения, местности или другого географического объекта, а также обозначение, производное от такого наименования и ставшее известным в результате его использования в отношении товара, особые свойства которого исключительно или главным образом определяются характерными для данного географического объекта природными условиями и (или) людскими факторами. На территории данного географического объекта должны осуществляться все стадии производства товара, оказывающие существенное влияние на формирование особых свойств товара.

Стадии и границы производства товара, а также характеристики товара или особые свойства товара, для обозначения которого используется географическое указание или наименование места происхождения товара, должны соответствовать требованиям, установленным федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Контроль за соблюдением установленных требований осуществляется в соответствии с федеральными законами.

Согласно пункту 3 статьи 1516 ГК РФ правила настоящего Кодекса о географических указаниях применяются к наименованиям мест происхождения товаров, если иное не установлено настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1517 ГК РФ на территории Российской Федерации действует исключительное право на наименование места происхождения товара, зарегистрированное федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности.

В силу пункта 1 статьи 1518 ГК РФ наименование места происхождения товаров признается и охраняется в силу государственной регистрации такого наименования.

Согласно пункту 2 статьи 1518 ГК РФ, лицам, зарегистрировавшим наименование места происхождения товаров, предоставляется исключительное право использования этого наименования, удостоверяемое свидетельством или свидетельствами, при условии, что производимый каждым таким лицом товар отвечает требованиям пункта 1 статьи 1516 этого Кодекса.

Исключительное право использования наименования места происхождения товаров в отношении того же наименования может быть предоставлено любому лицу, которое в границах того же географического объекта производит товар, обладающий теми же особыми свойствами (пункт 1 статьи 1516 ГК РФ).

Правообладателю принадлежит право использования географического указания в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом, в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи (п. 1 ст. 1519 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 1519 ГК РФ использованием географического указания считается, в частности, размещение этого географического указания: 1) на товарах, этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) на бланках, счетах, иной документации и в печатных изданиях, связанных с введением товаров в гражданский оборот; 3) в предложениях о продаже товаров, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 4) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно пункту 3 статьи 1519 ГК РФ незаконным использованием географического указания признается:

1) использование зарегистрированного географического указания лицами, не обладающими правом его использования, даже если при этом указывается подлинное место происхождения товара или географическое указание используется в переводе либо в сочетании с такими словами, как «род», «тип», «имитация» и тому подобными;

2) использование зарегистрированного географического указания лицами, обладающими правом его использования, в отношении товара, не обладающего характеристиками, указанными в Государственном реестре указаний и наименований, либо произведенного за пределами границ географического объекта, указанных в Государственном реестре указаний и наименований;

3) использование для любых товаров обозначения, включающего, воспроизводящего или имитирующего зарегистрированное географическое указание, способного ввести потребителей в заблуждение относительно места происхождения товара или характеристик товара.

Исходя из положений пункта 1 статьи 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными ГК РФ, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Способы защиты исключительных прав закреплены в пункте 1 статьи 1252 ГК РФ: обладатель исключительного права может требовать, в частности, возмещения убытков от лица, неправомерно использовавшего результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившего его исключительное право и причинившего ему ущерб (подпункт 3 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости контрафактных товаров, на которых незаконно размещено географическое указание или наименование места происхождения товара (часть 2 статьи 1537 ГК РФ).

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости (абзацы 1 и 2 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее -Постановление № 10), следует, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанных прав и факт их нарушения ответчиком путем незаконного использования.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Из материалов дела следует и участвующими в деле лицами не оспаривается, что ООО «Фабрика Оренбургских пуховых платков» является обладателем исключительного права на наименования места происхождения товара «Оренбургский пуховый платок» по свидетельству на исключительное право № 68/2. Наименование места происхождения товара зарегистрировано в отношении товаров: тонкий ажурный (паутинка), теплая шаль, палантин. Указанием места происхождения товара является Оренбургская область.

Истец указывает на нарушение ответчиком исключительного права использования наименования места происхождения товара, которое выразилось в том, что на маркетплейсе международного интернет-магазина Wildberries, предложены к реализации товары, на которых ответчик незаконно используете наименование места происхождения товара или сходные с ними до степени смешения обозначения. Так, согласно протоколам осмотра доказательств ответчиком использованы следующие словосочетания в отношении реализуемых товаров:

- «Ажурная вязка пуховой паутинки из Оренбурга», «Покупая наши изделия, вы поддерживаете оренбургских рукодельниц и помогаете сохранить древние традиции» (артикул 270342578).

Оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, суд первой инстанции, по итогам сравнения информации, содержащейся в карточках товаров на маркетплейсе международного интернет-магазина Wildberries с принадлежащим истцу наименованием места происхождения товара с точки зрения обычного потребителя, не усмотрел сходства до степени смешения.

Так, судом отмечено, что указанные словосочетания не доносят до потребителя место происхождения товара. Наименования изделий (шаль «Метелица», паутинка «Шарм», теплый треугольный платок) также не дают оснований для вывода об использовании ответчицей спорного НМПТ «Оренбургский пуховый платок». Реализуемые ответчиком товары, кроме того, отличаются технологией производства, рисунком и составом от «Оренбургского пухового платка».

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанным выводом суда первой инстанции в силу следующего.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями следует руководствоваться нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в Постановлении № 10.

Так, в соответствии с пунктом 41 Правил №чением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Пунктом 42 тех же Правил предусмотрено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные выше, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В настоящем случае сравнению подвергаются словесное обозначение «Оренбургский пуховый платок» (представляющее собой наименование места происхождения товара, исключительное право на которое зарегистрировано за истцом в отношении товаров - тонкий ажурный (паутинка), теплая шаль, палантин, и в отношении места происхождения товаров - Оренбургская область) и использованные ответчиком в описании товара следующие словосочетания в отношении реализуемых товаров:

Повторно исследовав представленные в материалы дела доказательств с целью установления цели использования ответчиком обозначений «… оренбургских рукодельниц…», «…Оренбургский пуховый узор», «Ажурная вязка пуховой паутинки из Оренбурга» суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в совокупности текст, изложенный в описании товара, создает общее впечатление, что предлагаемый к продаже товар является результатом ремесленного труда и ручной работы, а сам платок изготовлен из пуха, слово: «Оренбургский» в словосочетании: «Оренбургский пуховый узор» в данном контексте отсылает обычного потребителя к месту производства товара (Оренбургские пуховые платки) и материалу, использованному в работе (пух коз оренбургской породы, разводимых в Оренбургской области). Слово «оренбургских» в словосочетании: «оренбургских рукодельниц» в данном контексте также указывает потребителю на место производства товара. В словосочетании «Ажурная вязка пуховой паутинки из Оренбурга» также указано потребителю на место производства товара.

Таким образом, использованные в описании товара словосочетания создают у рядового потребителя впечатление о том, что им приобретается именно Оренбургский пуховый платок, который является результатом ремесленной работы и изготовлен из шерсти коз оренбургской породы.

При этом использование указанных словосочетаний в текстовой части описания товара, а не в его наименовании, не может свидетельствовать об отсутствии нарушения исключительных прав истца.

Указанная правовая позиция соответствует сложившейся судебной практике (постановление Суда по интеллектуальным правам от 18.08.2025 №С01-956/2025 по делу N А41-31947/2024).

При этом в силу п. 2 ст. 1519 ГК РФ незаконным использованием НПТ считается, в частности, его размещение в предложениях о продаже товаров, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе, в сети «Интернет», лицами, не обладающими правом его использования, что имеет место в настоящем случае.

Контент карточек товара, размещенных на маркетплейсе Wildberries, формирует представление о том, что предлагаемый ответчиком к продаже товар имеет непосредственное отношение к обозначению «Оренбургский пуховый платок». Восприятие идентичности заложенных понятий рождается за счет визуального образа предлагаемых к продаже товаров, а также за счет указания вышеуказанных словосочетаний в описании товара.

В подтверждение факта нарушения ответчиком исключительных прав истца в материалы дела представлены скриншоты карточек товаров, а также нотариальные протоколы осмотра артикулов ИП ФИО6 в количестве 3 шт. по каждому артикулу на маркетплейсе Wildberries.

При рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Допустимыми доказательствами являются, в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения.

Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 71 АПК РФ).

Представленные в материалы дела распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншоты) являются допустимыми доказательствами по делу, поскольку содержат указание адреса интернет-страниц, с которых сделана распечатка, а также времени их получений.

Содержание представленных суду скриншотов ответчиком документально не опровергнуто.

Представленные в дело нотариально удостоверенные протоколы осмотра артикулов ответчиком не оспорены в установленном порядке, сведений о недействительности данных нотариальных актов в материалах дела не имеется, в связи с чем нотариальные протоколе осмотра также являются допустимыми, относимыми и достаточными доказательствами по делу.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции считает доказанным факт неправомерного использования ответчиком наименования места происхождения товара, исключительное право на которое принадлежит истцу, в сети Интернет при предложении товаров к продаже товаров, демонстрации на сайтах.

Доказательства наличия разрешения, согласия истца на использование принадлежащего ему охраняемого законом результата интеллектуальной деятельности - наименования места происхождения товара «Оренбургский пуховый платок» ответчиком не представлено (пункт 1 статьи 1229 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, суд считает доказанным факт нарушения ответчиком исключительного права истца на наименование места происхождения товара «Оренбургский пуховый платок».

Правообладателем в качестве способа защиты нарушенного права предъявлено требование о взыскании компенсации в размере 300 000 руб. с учетом его доли на рынке 94,0 % согласно заключению специалиста и общего размера компенсации для всех правообладателей НМПТ 319 149 руб.

Учитывая доказанность факта нарушения ответчиком исключительных прав истца с ответчика, в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, подлежит взысканию компенсация.

Истец (правообладатель) в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, ввиду нарушения его исключительного права, имеет право требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей.

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно Определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.01.2019 № 305-ЭС18-17030, суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного законом. Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры.

Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 308-ЭС22-9213 по делу № А63-13005/2020, в ситуации, когда несколько лиц обладают одним исключительным правом, исключения из общего правила не возникает, так как нарушено одно исключительное право. Соответственно, компенсация назначается за нарушение одного исключительного права, и соответствующий правовой подход нашел отражение в пункте 69 Постановления № 10.

При этом, поскольку обладателями нарушенного исключительного права являются несколько лиц, то суд определяет общий размер компенсации за допущенное нарушение и присуждает лицу, обратившемуся с иском, только тот размер компенсации, который соответствует его доле применительно к абзацу 3 пункта 3 статьи 1229 ГК РФ, если соглашением между сообладателями не установлено иное.

Таким образом, учитывая правовую позицию вышестоящего суда, при разрешении данного вопроса следует применять по аналогии закона положения абзаца 3 пункта 3 статьи 1229 ГК РФ.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что при определении долей между правообладателями спорного НМПТ следует учитывать, кто именно на момент совершения правонарушения являлся правообладателем НМПТ.

То есть следует установить обстоятельства того, было ли нарушено право конкретного правообладателя именно на момент совершения нарушения использования НМПТ.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что нарушение исключительных прав было выявлено согласно исковому заявлению и представленным доказательствам в период с 17.12.2024 по 28.01.2025.

На дату выявления нарушения исключительных прав истца, правами на спорное наименование места происхождения товара «Оренбургский пуховый платок» принадлежало истцу, а также ФИО3, ООО «Оренбургские пуховницы», ФИО4, ФИО5 и ООО «Каприна».

При этом по общему правилу, размер взыскиваемой компенсации за допущенное нарушение ответчиком, следует определять в равных долях.

Вместе с тем, если кто-либо из правообладателей представлял в суд дополнительные доказательства, в обоснование своего довода о том, что размер доли должен быть иным, например: в силу определенного объема продаж этого правообладателя, конкретной доли на российском рынке данного правообладателя и т.п., суду также следует оценить такие доказательства.

Как было указано выше, истцом заявлено требование о взыскании компенсации в размере 300 000 рублей с учетом его доли на рынке 94,0% согласно заключению специалиста и общего размера компенсации для всех правообладателей НМПТ 319 149 руб.

В обоснование избранного размера компенсации истец указывает на следующие обстоятельства: известность НМПТ; ответчик, осуществляя продажу товара, не являющегося продукцией правообладателя, ввел в заблуждение потребителей относительно места происхождения товара; ответчик незаконно использовал НМПТ довольно длительный период времени; использование ответчиком обозначений сходных с НМПТ истца наносит ущерб истцу в виде сокращения прибыли; использование ответчиком обозначений сходных с НМПТ истца является существенной частью его предпринимательской деятельности.

Истцом представлено заключение специалиста ООО «АФ «Сова» ФИО7 от 10.04.2024, не оспоренное другими участниками процесса, из которого следует, что доля истца на рынке производителей оренбургских пуховых платков (обладателей НМПТ) по итогам 2023 года составляет 94,0 %.

Установив, что представленное истцом заключение специалиста является ясным и полным, не содержит противоречивых выводов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для принятия данного заключения специалиста в качестве надлежащего (допустимого и относимого) доказательства.

При этом апелляционная коллегия отмечает, что суд дает правовую оценку имеющимся в материалах дела доказательствам в их совокупности, с учетом их допустимости, достоверности, относимости, а вместе с тем достаточности.

Ответчиком и третьими лицами (ФИО3, ООО «Оренбургские пуховницы», ФИО4, ФИО5, ООО «Каприна») при рассмотрении дела по существу отзывы не представлены, заключение специалиста ООО «АФ «Сова» ФИО7 от 10.04.2024 не оспорено.

Как следует из материалов дела, ответчик в суде первой инстанции мотивированного ходатайства о снижении размера компенсации не заявлял.

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства; принимая во внимание, принципы разумности и справедливости, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что за допущенное ответчиком нарушение соразмерной в данном случае является компенсация в сумме 319 149 руб., что исходя из доли истца на рынке, свидетельствует о возможности взыскания в его пользу денежных средств в сумме 300 000 руб. (94,0 %).

По мнению суда, данная сумма, будет достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие нарушения его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.

Принимая во внимание обязанность добросовестного осуществления гражданских прав, арбитражный суд полагает, что у ответчика имеется обязанность проверять соблюдение интеллектуальных прав иных лиц в ходе осуществления своей предпринимательской деятельности (ст. 2 ГК РФ).

При таких обстоятельствах исковые требования о взыскании компенсации подлежали удовлетворению в размере 300 000 руб.

По приведенным в постановлении мотивам решение суда подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно подп. 1 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при цене иска 300 000 рублей размер государственной пошлины составляет 20 000 рублей.

Истцом при обращении с исковым заявлением уплачена государственная пошлина по платежному поручению №944109 от 14.02.2025 в размере 20 000 рублей.

С учетом признания судом апелляционной инстанции исковых требований обоснованными и подлежащими удовлетворению с ответчика в пользу истца подлежит взысканию госпошлина в размере 20 000 руб.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в силу признания апелляционной жалобы обоснованной подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьями 176, 268- 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 24.07.2025 по делу № А47-2395/2025 отменить.

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Фабрика оренбургских пуховых платков» удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП <***> ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фабрика оренбургских пуховых платков» (ОГРН <***> ИНН <***>) компенсацию в размере 300 000 рублей, а также в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в судах первой и апелляционной инстанций в размере 50 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья А.П. Скобелкин

Судьи А.А. Арямов

М.В. Корсакова