ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

18 февраля 2025 года

Дело №А56-91000/2024

Постановление изготовлено в полном объеме 18 февраля 2025 года

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда Горбачева О.В.

рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-40620/2024) ИП ФИО1 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.12.2024 по делу № А56-91000/2024 (судья Евдошенко А.П.), принятое

по иску ООО «Правовая группа «Интеллектуальная собственность»

к ИП ФИО1

о взыскании,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Правовая группа «Интеллектуальная собственность» (далее - Общество, истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее - Предприниматель, ответчик) о взыскании 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки N 627741, N 630591, а также 950 руб. стоимости вещественных доказательств, 316 руб. 84 коп. почтовых расходов.

Дело рассмотрено в порядке упрошенного производства в соответствии с положениями главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Решением суда в виде резолютивной части от 20.11.2024 исковые требования удовлетворены.

Мотивированный текст решения составлен судом 12.12.2024.

В апелляционной жалобе ответчик, ссылаясь на неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает, что истцом не доказан факт реализации контрафактного товара ответчиком. Ответчик считает, что представленная в материалы дела видеозапись процесса покупки товара является ненадлежащим доказательством по делу. Также ответчик ссылается на чрезмерность заявленной истцом суммы компенсации.

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке по имеющимся в материалах дела доказательствам без вызова сторон в соответствии с положениями статьи 272.1 АПК РФ.

Как следует из искового заявления, в ходе закупки, произведенной 07.05.2024 в торговой точке, расположенной вблизи

адреса: г. Санкт-Петербург, <...>, лит. А, установлен факт продажи контрафактного товара (зонт).

В подтверждение продажи был выдан чек:

Наименование продавца: ИП ФИО1.

Дата продажи: 07.05.2024.

ИНН продавца: <***>.

На товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками N? 627741 ("Лео"), N? 630591 ("Тиг"), зарегистрированными в отношении 18 класса МКТУ, включая такие товары, как "зонты".

01.04.2022 был заключен лицензионный договор N? ЦТВ16-01/04 между АО «ЦТВ»(лицензиар) и ООО «Ноль Плюс Медиа» (лицензиат), согласно которому ООО «Ноль Плюс Медиа» получило исключительную лицензию на всей территории Российской Федерации на использование товарных знаков по свидетельствам N? 640354, N? 621353, N? 640225, N? 630591, N? 627741 (п. 1.2.2) в отношении товаров и услуг, соответствующих 03, 05, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 35, 43 классам МКТУ, для которых они зарегистрированы (п. 2.2).

В соответствии с п. 3.1.2 указанного лицензионного договора лицензиат обязуется незамедлительно принимать действия по защите исключительных прав на товарные знаки во всех ставших ему известными случаях использования, которые нарушают или могут поставить под угрозу права на товарные знаки.

Указанный лицензионный договор прошел процедуру регистрации в Федеральной службе по интеллектуальной собственности (Роспатент), номер и дата государственной регистрации:РД0404481 от 02.08.2022.

Таким образом, исключительные права на указанные объекты интеллектуальной собственности на территории РФ принадлежат ООО «Ноль Плюс Медиа» (далее - Правообладатель) и ответчику не передавались.

Между ООО «Ноль плюс медиа» и истцом был заключен Договор уступкиправа (требования) N? NP-PGIS/03-1 от 26.07.2024 (далее - Договор), в соответствии с условиями которого права требования (а также иные связанные требования, в том числе, но не ограничиваясь: стоимость вещественных доказательств, госпошлины за рассмотрение дела в суде, расходов по получению выписки из ЕГРИП, почтовых расходов, прав требования судебных расходов на представителя при их наличии и иные) к нарушителям исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности перешли от ООО «Ноль Плюс Медиа» к ООО «Правовая группа «Интеллектуальная собственность».

В соответствии с пунктом 5 Договора уступка прав (требования) осуществлена в отношении нарушений исключительных прав, допущенных в отношении следующих объектов:

- ??товарный знак N? 640354;

- ??товарный знак N? 621353;

- ??товарный знак N? 640225;

- ??товарный знак N? 630591;

- товарный знак N? 627741;

В соответствии с пунктом 2 Договора, по Договору передаются как существующие на момент подписания договора права требования, так и права требования, которые возникнут после подписания договора. Перечень передаваемых прав требования конкретизируются Сторонами в Приложениях, являющихся неотъемлемой

Договора. Требования, которые возникают после подписания Договора, переходят к ООО «Правовая группа «Интеллектуальная собственность» с момента подписания Приложения, которое их идентифицирует. Количество Приложений к Договору сторонами не ограничено.

Согласно пункту 8 Договора согласие нарушителей на уступку прав (требований) не требуется.

В Приложении N? 1 к Договору указан перечень нарушителей, требования в отношении которых перешли от ООО «Ноль Плюс Медиа» к ООО«Правовая «ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ».

Согласно условиям Договора и Приложения N? 1 к указанному договору ООО «Ноль Плюс Медиа» передало ООО «Правовая группа «ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ» право требования, в том числе в отношении следующего выявленного факта нарушения:

- N? ПП: N 18; внутренний номер дела: 1015140; наименование нарушителя- ИП ФИО1; ИНН: <***>; адрес закупки: г. Санкт-Петербург, г. Санкт-Петербург, пр-к Ветеранов, д. 53/56, лит. А; дата закупки - 7 мая 2024 г.

Таким образом, право требования выплаты компенсации и понесенных судебных издержек, возникших в связи с нарушением исключительных прав со стороны ИП ФИО1, перешло в полном объеме от ООО «Ноль Плюс Медиа» к ООО «Правовая группа «Интеллектуальная собственность».

В связи с этим истец направил в адрес ответчика претензию с требованием о выплате компенсации.

Оставление указанной претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования, признал их обоснованными как по праву, так и по размеру.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, не находит правовых оснований для отмены решения суда в связи со следующим.

Согласно части 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Факт принадлежности ООО «Ноль плюс медиа» исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам N 627741, N 630591подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, установлен судом первой инстанции и не оспаривается ответчиком в апелляционном порядке.

В пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

В частях 1, 2 статьи 64 АПК РФ определено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном указанным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно пункту 55 Постановления N 10 при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (ст. 55 ГПК РФ, ст. 64 АПК РФ).

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55, 60 ГПК РФ, ст. 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека, или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний, но и на основании иных доказательств, например, аудио- или видеозаписи.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Согласно статье 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

В рассматриваемом случае, в подтверждение факта реализации ответчиком контрафактного товара истцом в материалы дела представлены компакт-диск с видеозаписью процесса покупки контрафактного товара, кассовый чек, выданный за покупку товара, содержащий сведения об ответчике, а также реализованном товаре.

В апелляционной жалобе ответчик, не оспаривая факт реализации спорного товара, указывает, что реализованный зонт являлся личной вещью ответчика, представитель истца при посещении магазина ответчика спрашивал о наличии у ответчика в продаже зонтов именно с нанесенными на них обозначениями, сходными до степени смешения со спорными товарными знаками, в связи с чем ответчик пообещал посмотреть их наличие у себя дома, на следующий день спорный товар был реализован представителю правообладателя, что подтверждается представленными ответчиком в материалы дела свидетельскими показаниями лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельности поблизости с торговой точкой ответчика.

По мнению ответчика, указанные обстоятельства истца свидетельствуют о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом.

В силу положений статьи 56 АПК РФ свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела (часть 1).

Согласно части 1 статьи 88 АПК РФ лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства.

По правилам статей 67, 68 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу. Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В рассматриваемом случае, вопреки доводам ответчика, материалами дела не подтверждается, что показания, представленные ответчиком, были даны лицами, являющимися свидетелями обстоятельств, на которые ссылается ответчик.

Апелляционный суд полагает, что обстоятельства, имеющие значение для настоящего дела, не могут быть подтверждены свидетельскими показаниями, с учетом правила о допустимости доказательств в арбитражном процессе, установленного статьей 68 АПК РФ.

В связи с этим суд первой инстанции правомерно не принял во внимание представленные ответчиком свидетельские показания.

В апелляционной жалобе ответчик указывает, что в представленном в материалы дела кассовом чеке указано, что ответчиком были реализованы часы на сумму 1900 руб., в то время как истец заявляет о реализации ответчиком иного товара – зонт.

Между тем, проведение ответчиком операции с представителем истца в качестве сделки по купле-продаже часов, а не зонта, не опровергает факт реализации ответчиком контрафактного товара – зонт.

Согласно представленной в материалы видеозаписи, представитель правообладателя приобрел у ответчика 2 зонта, которые были расположены на витрине ответчика, то есть предложены к продаже ответчиком в принадлежащем ему магазине.

За покупку двух зонтов представитель правообладателя передал ответчику денежные средства в сумме 1900 руб., в подтверждение чего ответчиком был выдан кассовый чек, то есть каждый из реализованных ответчиком зонтов стоил по 950 руб.

В связи с этим доводы ответчика об иной стоимости товара признаются апелляционным судом несостоятельными.

Ссылка подателя жалобы на то, что у лица, осуществлявшего закупку спорного товара, отсутствовала доверенность на представление интересов правообладателя и истца, в связи с чем представленная в материалы дела видеозапись является ненадлежащим доказательством, по мнению суда апелляционной инстанции, является необоснованной.

Вопреки доводам ответчика, ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Ответчик надлежащим образом не опроверг факты, зафиксированные в представленной в материалы дела видеозаписи, при этом отсутствие в материалах дела доверенности лица, осуществлявшего видеосъемку, не свидетельствует о недопустимости представленного истцом доказательства.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о доказанности факта реализации контрафактного товара ответчиком, с учетом наличия в материалах дела соответствующей совокупности доказательств.

Реализованный ответчиком товар не произведен ни правообладателем, ни его лицензиатом, о чем свидетельствует отсутствие информации о правообладателе на спорном товаре.

Доказательства введения в гражданский оборот спорного товара правообладателем либо с его согласия в материалах дела отсутствуют.

В связи с этим доводы ответчика о том, что спорный товар, реализованный ответчиком, не являлся контрафактным, признаются апелляционным судом несостоятельными.

В соответствии с пунктом 3 пункта статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Из чего следует, что размер компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяется судом исходя из характера нарушения.

При обращении в суд с настоящим иском, сославшись на положения подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, Общество определило размер подлежащей взысканию компенсации в сумме 20 000 руб. (по 10 000 руб. за каждый факт нарушения).

Вопреки доводам подателя жалобы, незаконное размещение нескольких разных товарных знаков на одном материальном носителе является нарушением исключительных прав на каждый товарный знак (пункт 32 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, приняв во внимание, что истцом заявлено требование о взыскании компенсации в минимальном размере, установленном законом, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика при определенных условиях: размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

Аналогичный правовой подход изложен в Постановлении от 24.07.2020 N 40-П.

Апелляционный суд учитывает, что при рассмотрении настоящего дела в суде первой инстанции ответчик не заявлял о снижении размера компенсации с учетом положений Постановления N 28-п.

Следовательно, правовые основания для снижения суммы компенсации в рассматриваемом случае отсутствуют.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требования истца в части взыскания компенсации в размере 20 000 руб.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Учитывая изложенное, апелляционный суд полагает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал обстоятельства, имеющие значение для дела, оценил в совокупности и взаимосвязи представленные сторонами доказательства, правильно применив нормы материального и процессуального права принял законное и обоснованное решение. Оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.12.2024 по делу № А56-91000/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Судья

О.В. Горбачева