Постановление по делу № 16АП-65/2025 от 14.10.2025 | 16 арбитражный апелляционный суд

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. <***>, факс: <***>

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки Дело № А22-1043/2023

14.10.2025

Резолютивная часть постановления объявлена 30.09.2025

Полный текст постановления изготовлен 14.10.2025

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Белова Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дьякиной С.В., при участии в судебном заседании представителя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 25.09.2025), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 23.06.2025 по делу № А22-1043/2023, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделки с ФИО1 недействительной и применении последствий недействительности сделки, заинтересованное лицо – Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Калмыкия, третьи лица – администрация Уланхольского СМО РК, администрация Лаганского РМО РК, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Калмыкия от 20.02.2024 индивидуальный предприниматель глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4 (далее – ФИО4, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – ФИО5), участник Ассоциации арбитражных управляющих «Сириус».

Сведения о введении в отношении ФИО4 процедуры конкурсного производства опубликованы в официальном издании «Коммерсантъ» № 61230440233 стр. 123 / №38(7728) от 02.03.2024.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 конкурсный управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением:

- о признании недействительным, заключенного между ФИО4 и ФИО1 (далее – ФИО1), договора перенайма права аренды (перенайма) от 11.09.2019 земельного участка с кадастровым номером 08:03:110201:59, номер государственной регистрации права 08:03:110201:59-08/040/2019-8 и применении последствия недействительности сделки, аннулировав запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество №08:03:110201:59-08/040/2019-8 от 23.09.2019;

- о признании недействительным, заключенного между ФИО4 и ФИО1, договора перенайма права аренды (перенайма) от 11.09.2019 земельного участка с кадастровым номером 08:03:110201:60, номер государственной регистрации права 08:03:110201:59-08/040/2019-8 и применении последствия недействительности сделки, аннулировав запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество №08:03:110201:59-08/040/2019-8 от 23.09.2019.

Определением от 23.06.2025 суд признал недействительным заключенный между ФИО4 и ФИО1 договор перенайма права аренды (перенайма) от 11.09.2019 земельного участка с кадастровым номером 08:03:110201:59, номер государственной регистрации права 08:03:110201:5908/040/2019-8. Признал недействительным заключенный между ФИО4 и ФИО1 договор перенайма права аренды (перенайма) от 11.09.2019 земельного участка с кадастровым номером 08:03:110201:60, номер государственной регистрации права 08:03:110201:5908/040/2019-8. Применил последствия недействительности сделки в виде аннулировать записей в Едином государственном реестре недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект №08:03:110201:59-08/040/2019-8 от 23.09.2019 и на объект №08:03:110201:59-08/040/2019-8 от 23.09.2019. Распределил судебные расходы.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления. Апеллянт ссылается на недоказанность оснований для признания сделок недействительными на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Определением суда от 30.07.2025 апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание назначено на 30.09.2025.

Информация о времени и месте судебного заседания вместе с соответствующим файлом размещена на сайте http://kad.arbitr.ru/ в соответствии положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В отзывах на апелляционную жалобу конкурсный управляющий ФИО3 и АО «Россельхозбанк» не согласны с доводами жалобы, просят определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО1 предоставил дополнительные документы в обоснование доводов апелляционной жалобы, поддержал в полном объеме доводы апелляционной жалобы. Дал пояснения по обстоятельствам спора.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав представителя апеллянта и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение суда от 23.06.2025 подлежит отмене, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, между администрацией Уланхольского сельского муниципального образования Республики Калмыкия и ФИО4 заключен договор аренды земельного участка от 23.08.2016 с кадастровым номером 08:03:110201:59, общей площадью 16 890 000 кв.м., категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования - для нужд сельского хозяйства, расположенный по адресу: Республика Калмыкия, Лаганский район, РЗФ «Хальмг Тег», участок находится в 8,2 км. восточнее 10 разъезда СКЖД центральной части западного массива со скотопрогоном.

23.11.2016 между администрацией Уланхольского сельского муниципального образования Республики Калмыкия и ФИО4 был заключен договор аренды земельного участка с кадастровым номером 08:03:110201:60, общей площадью 20 000 кв.м., категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования - для нужд сельского хозяйства, расположенный по адресу: Республика Калмыкия, Лаганский район, РЗФ «Хальмг Тег», участок находится в 8,2 км. восточнее 10 разъезда СКЖД центральной части западного массива со скотопрогоном.

В процессе осуществления мероприятий, предусмотренных Законом о банкротстве, конкурсному управляющему стало известно, что 11.09.2019 между ФИО4 и ФИО1 заключены договоры уступки права аренды земельного участка с кадастровым номером 08:03:110201:59, общей площадью 16 890 000 кв.м., категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования - для нужд сельского хозяйства, земельного участка с кадастровым номером 08:03:110201:60, общей площадью 20 000 кв.м., категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования - для нужд сельского хозяйства.

Конкурсный управляющий ФИО3, ссылаясь на то, что оспариваемые сделки совершены безвозмездно, в результате совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов, обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что на дату совершения оспариваемых сделок должник обладал признаками неплатежеспособности; должник, зная о наличии у себя обязательств перед кредиторами, предвидя неизбежность взыскания средств за счет имущества, произвел отчуждение арендуемых земельных участков, следовательно, сделки совершены при явном злоупотреблении правом сторонами сделки, в результате совершения которых должник лишился имущества, за счет реализации которого могли быть произведены расчеты с кредиторами; сделки заключены на безвозмездных условиях, следовательно, данными сделками причинен вред правам кредиторов.

Апелляционный суд, повторно рассмотрев материалы обособленного спора, не соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установлено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В силу статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника. По результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе. Оспаривание подозрительных сделок должника регулируется правилами статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, оспариваемые сделки заключены 11.09.2019, то есть более чем за три года до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) (определение суда от 19.05.2023) и, соответственно, за периодом подозрительности, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве один год, предшествовавший дате принятия заявления о признании банкротом, и составляющего по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Предусмотренный законом трехлетний период подозрительности не является сроком исковой давности. При рассмотрении требования о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд независимо от доводов и возражений участников спора обязан проверить, совершена ли оспариваемая сделка в пределах указанного срока. Сделка, совершенная за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.07.2020 по делу № А32-44457/2017.

Из материалов дела следует, что управляющий ссылается в качестве оснований для оспаривания сделок на безвозмездность передачи земельных участков должником в период неплатежеспособности. Указанные обстоятельства в качестве оснований для оспаривания сделок охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Основания для признания сделок мнимыми у апелляционного суда отсутствуют, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся (определения Верховного Суда РФ от 11.07.2017 по делу № А40-201077/2015, от 06.07.2017 по делу № А32-19056/2014).

В тоже время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Суд вправе включить в предмет доказывания любые сведения, которые позволят установить достоверность спорных обстоятельств, устранить имеющиеся у суда убедительные сомнения в реальности сделки и принять обоснованное решение.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснил, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы.

Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Действующим законодательством не запрещено собственнику распоряжаться своим имуществом, такое поведение является разумным для добросовестного гражданина. Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Из материалов дела следует, что переданные по цессии арендуемые должником земельные участки находятся в фактическом владении нового арендатора, что подтверждается платежными документами об оплате арендных платежей от 14.04.2023, 18.07.2023, 29.04.2024 и 13.08.2024.

Несение бремени арендных платежей новым арендатором (ФИО1), исключает возможность квалификации сделок в качестве мнимых.

Проверяя сделки на предмет наличия признаков притворности, апелляционный суд исходит из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Таким образом, по основанию притворности может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение иных правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Из существа притворной сделки следует, что стороны не собирались ее исполнить уже в самом совершении сделки. Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее заключения. Соответственно, сделка признается притворной, если заявитель доказал, что воля всех сторон сделки на момент ее совершения не была направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий, а имела целью достижение иного правового результата.

Согласно правовому подходу, сформулированному в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678 по делу N А11-7472/2015, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

Во-первых, возможна ситуация, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 ГК РФ (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 N 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Во-вторых, возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Управляющий ссылается на безвозмездность передачи земельных участков должником в период неплатежеспособности, между тем не раскрывает какие сделки в реальности прикрывали сделки, заключенные должником.

Оценивая доводы о безвозмездном выводе ликвидного актива должником, апелляционный суд полагает, что указанные доводы охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве, что исключает признание оспариваемых сделок в качестве притворных.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований для оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Как разъяснено в пунктах 1,7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Свои доводы о злоупотреблении правами сторонами сделок финансовый управляющий обосновывает тем, что договоры 11.09.2019 являются безвозмездными.

Отклоняя указанные доводы, апелляционный суд исходит из следующего.

Положениями п. 2 ст. 423 ГК РФ установлено, что безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Из материалов дела следует, что должником 23.11.2016 были заключены договоры аренды с администрацией Уланхольского сельского муниципального образования Республики Калмыкия. Указанные договоры являлись возмездными, предусматривали оплату должником арендной платы за земельные участки.

Согласно представленным в материалы дела квитанциям, с даты заключения оспариваемых договоров, арендные платежи оплачиваются ФИО1, что подтверждается платежными документами об оплате арендных платежей от 14.04.2023, 18.07.2023, 29.04.2024 и 13.08.2024.

При изложенных обстоятельствах, ФИО1, оплачивая арендные платежи, по сути, уменьшил кредиторскую задолженность должника перед администрацией за аренду земельных участков.

Принимая во внимание изложенное, довод финансового управляющего о злоупотреблении правами участниками сделок признаются апелляционной коллегией судей необоснованными.

Конкурсный управляющий также в обоснование требования о признании договоров от 11.09.2019 недействительными по общим основаниям указал на то, что должник, зная о наличии у себя обязательств перед кредиторами, предвидя неизбежность взыскания средств за счет имущества, выводил из конкурсной массы, арендуемые земельные участки, следовательно, сделки совершены при явном злоупотреблении правом сторонами сделки.

Отклоняя указанные доводы, апелляционный суд исходит из следующего.

Согласно выпискам из ЕГРН арендатором спорных земельных участков является ФИО1, арендные платежи также оплачивает ФИО1, что исключает довод о том, что конечным бенефициаром по сделкам остался должник. Доказательств использования земельных участков после их отчуждения должником в материалы дела не представлено.

При изложенных обстоятельствах, основания для квалификации сделок, совершенных со злоупотреблением правом, не имеется.

Также в обоснования злоупотребления правами сторонами сделок конкурсный управляющий указывает, что оспариваемые договоры заключены в период действия обеспечительных мер, принятых судом по гражданским делам №2-212/2016 и №2-159/2016 определениями 27.04.2016 и 15.06.2016.

Проанализирован указанные определения, апелляционный суд установил следующие обстоятельства.

Согласно определению по гражданскому делу №2-159/2016 от 27.04.2016 судом наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО4, находящееся у него или других лиц, расположенное по адресу: Республика Калмыкия, Черноземельский район, п. Артезиан, ул. Победы, д. 10; Республика Калмыкия, <...>.

Из определения по гражданскому делу №2-212/2016 от 15.06.2016 следует, что судом наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО4, находящееся у него или других лиц, расположенное по адресу: Республика Калмыкия, <...> два трактора модели «Беларус 82.1» 2010 года выпуска, два погрузчика копновоза универсальных без рабочих органов ПКУ-0,8-0 2010 года выпуска, приспособление для погрузки рулонов ПКУ-0,8-13 2010 года выпуска, ковш 0,8 м3 ПКУ-0,8-5 2010 года выпуска; Республика Калмыкия, Лаганский район, РЗФ «Хальмг Теег», примерно в 8,2 км. восточнее 10 разъезда СКЖД центральной части: 50 голов крупного рогатого скота (коровы), 300 голов мелкого рогатого скота (овцематки); Республика Калмыкия, <...>.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд приходит к выводу, что арест на земельные участки, переданные по оспариваемым договорам не был наложен судом в рамках обеспечительных мер, следовательно, обеспечительные меры, принятые судом общей юрисдикции не распространялись на запрет должнику в отношении передачи спорных земельных участков с кадастровыми номерами 08:03:110201:59 и 08:03:110201:60, а ФИО1 – в отношении регистрации права аренды на них.

Апелляционный суд также учитывает, что в качестве обеспечительных мер не могли быть наложены аресты на спорные земельные участки, поскольку должником с администрацией Уланхольского сельского муниципального образования Республики Калмыкия заключены договоры аренды лишь 23.11.2016, то есть после принятия обеспечительных мер.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд признает доводы финансового управляющего необоснованными, опровергающимися представленными в материалы дела доказательствами.

В ходе рассмотрения заявления конкурсный управляющий также приводил довод о том, что в результате совершенных должником сделок кредиторам был причинен вред.

Отклоняя указанные доводы, апелляционный суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что при обращении в суд с заявлением конкурсный управляющий указал, что кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером 08:03:110201:59 составляет 6 249 300 руб., кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером 08:03:110201:60 составляет 7 400 руб., общая кадастровая стоимость уступаемых земельных участков составила 6 256 700 руб., что подтверждается выпиской из ЕГРН.

Вместе с тем апелляционный суд учитывает, что указанные земельные участки не являлись собственностью должника, они находится в собственности администрации Уланхольского сельского муниципального образования Республики Калмыкия, должник в отношении указанных земельных участков обладал правами аренды, следовательно, в рассматриваемом случае кадастровая стоимость земельных участков не имеет правового значения, поскольку земли не подлежали включению в конкурсную массу должника и реализации в деле о банкротстве.

Из материалов дела следует, что должнику принадлежало право аренды в отношении земельных участков, при этом, ни конкурсным управляющим, ни кредиторами в материалы дела не представлены оценка стоимости арендных прав.

Учитывая, что доказательств злоупотребления правами участниками сделок управляющим не представлено, апелляционный суд полагает, что основания для вывода о недействительности сделок по общегражданским основаниям отсутствуют.

Доводы управляющего о наличии аффилированости между должником и ФИО1 отклоняются апелляционной коллегией судей на основании следующего.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов (фактической аффилированности, заинтересованности) допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления, родства искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц.

Согласованность действий сторон спорных взаимоотношений, предшествующих возбуждению дела о банкротстве, предполагается вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника и т.п.) при наличии доказательств иной заинтересованности (дружеские отношения, совместный бизнес, частое взаимодействие и т.д.).

О наличии такого рода аффилированности может также свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно материалам дела должник и ФИО1 не являются родственниками, не имеют совместный бизнес, отсутствуют иные сделки между ними.

Принимая во внимание изложенное и установленные судом апелляционной инстанции ранее обстоятельства, коллегия судей приходит к выводу об отсутствии аффилированности между должником и ФИО1

Апелляционный суд также учитывает, что ответчик является физическим лицом, не обладающим специальными познаниями в области права, в связи с чем неразумно возлагать на него обязанность по проведению широкого спектра мероприятий как таковых (например, ознакомление на сайте службы судебных приставов с информацией о возбужденных в отношении должника исполнительных производствах, на сайте судов о наличии дел с участием должника; запрос у должника справки из налогового органа о наличии (отсутствии) задолженности по обязательным платежами т.п.) и касающихся выявления реального финансового состояния должника на момент совершения оспариваемой сделки, а также цели ее совершения.

Учитывая непрофессиональный статус участника сделок и заключение сделок за пределами трехлетнего срока подозрительности, в отсутствие доказательств, подтверждающих наличие аффилированности или иной взаимосвязи сторон, апелляционный суд полагает, что основания для признания сделок недействительными отсутствуют.

Свои требования финансовый управляющий также обосновывает тем, что на дату заключения оспариваемых сделок должник обладал признаками неплатёжеспособности.

При разрешении спора судом первой инстанции было установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами, что подтверждается: решением Арбитражного суда города Москвы от 16.07.2021 по делу № А40- 109281/21 с ИП главы КФХ ФИО4 взыскана задолженность на общую сумму 5 379 644,08 руб., в т.ч. задолженность за фактическое пользование в размере 4 799 839 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 530 155,08 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 49 650 руб.; решением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2018 по делу № А40- 254634/2017 с ИП главы КФХ ФИО4 взысканы 2 225 682 руб. задолженности, 317 609 руб. 39 коп. пени за период с 15.11.2015 по 02.11.2017 с последующим начислением в размере 1/365 ключевой ставки ЦБ РФ с 03.11.2017 по день фактического исполнения обязательства по оплате задолженности в размере 2 225 682 руб., и государственную пошлину в размере 47 716 руб.; решением Арбитражного суда города Москвы от 07.12.2015 по делу №А40-176244/2015 взыскана с должника задолженность в размере и 2 245 308, 04 руб., в том числе: основная задолженность в размере 1 925 682 руб. 00 коп., пени в размере 319 626 руб. 04 коп., а также госпошлина в размере 40 227 руб.

Данные обстоятельства подтверждаются определением от 21.08.2023 о введении наблюдения в отношении ИП-главы КФХ - ФИО4 по настоящему делу.

Изложенное свидетельствует о наличии на дату заключения оспариваемых договоров признаков неплатежеспособности у должника.

В тоже время доводы управляющего об осведомленности ФИО1 о наличии у должника признаков неплатежеспособности, основанных на сведениях, опубликованных в информационном ресурсе, отклоняются апелляционной коллегией судей на основании следующего.

Применительно к названному правовому подходу, наличие в информационном ресурсе сведений о спорах или судебных актах о взыскании задолженности, само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника, а кроме того, не презюмирует осведомленность контрагента о неплатежеспособности.

В отсутствие сведений об аффилированности либо заинтересованности ФИО1 по отношению к должнику, доводы об осведомленности ФИО1 о признаках неплатежеспособности являются необоснованными (в условиях заключения сделок за пределами трехлетнего срока до возбуждения дела о банкротстве в отношении должника).

При таких обстоятельствах, отсутствуют основания для вывода о совершении оспариваемых сделок для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, несоответствии волеизъявления сторон сделок их внутренней воле.

Доказательства того, что стороны договоров имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели, в материалах обособленного спора отсутствуют, а финансовым управляющим не представлены.

Поскольку оспариваемые конкурсным управляющим сделки совершены за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а заявителем не доказано наличие у них пороков, выходящих за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, апелляционный суд приходит к выводу об отказе конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о признании недействительными договоров перенайма права аренды земельных участков от 11.09.2019, заключенных между должником и ФИО1

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд не принимает доводы управляющего о наличии оснований для квалификации оспариваемых сделок как мнимых, притворных, заключенных со злоупотреблением правом в соответствии со статьями 10, 168, ГК РФ.

Поскольку требование о признании сделок недействительной не подлежит удовлетворению, в силу статьи 167 ГК РФ и статьи 61.6. Закона о банкротстве оснований для применения последствий, в том числе указанных заявителем, не имеется.

При рассмотрении спора в суде первой инстанции, ФИО1 было заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, поскольку сделки совершены 11.09.2019, а с рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий обратился 30.06.2024.

Отклоняя указанный доводы суд апелляционный суд, исходит из следующего.

В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ, которой определено, что течение исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве и пунктом 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 (в редакции от 19.11.2024) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

Согласно материалам дела, ФИО3 утвержден временным управляющим должника определением от 21.08.2023.

Поскольку ФИО3 был утвержден на должность временного управляющего должника 21.08.2023, а с рассматриваемым заявлением он обратился в суд 30.06.2024, в связи с чем апелляционный суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности на обращение с заявлением о признании сделок должника недействительными конкурсным управляющим не пропущен.

С учетом изложенного, определение суда от 23.06.2025, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 АПК РФ, в связи с несоответствием выводов, изложенных в определении, фактическим обстоятельствам дела, подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины распределены с проигрышей стороны в соответствии с редакцией НК РФ, действующей на момент подачи заявления.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 266 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 23.06.2025 по делу № А22-1043/2023 отменить, принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительными договоров перенайма права аренды от 11.09.2019 по земельным участкам с кадастровыми номерами 08:03:110201:59 и 08:03:110201:60, отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 12 000 рублей по заявлению.

Взыскать с индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1 10 000 рублей расходов по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Н.В. Макарова

З.А. Бейтуганов

Д.А. Белов