АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426008, <...>

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Ижевск

10 февраля 2025 года

Дело № А71- 11393/2024

Резолютивная часть решения объявлена 06 февраля 2025 года

Полный текст решения изготовлен 10 февраля 2025 года

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Торжковой Н.Н., при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи и составлении протокола в письменной форме секретарем судебного заседания Евстафьевой Н.В., рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ФИО1 о привлечении ФИО2 (ИНН <***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью "Строительно-транспортная компания" (ОГРН <***>, ИНН <***>) и взыскании 150 000 руб. 00 коп. долга,

при участии представителей:

от истца: ФИО3, представитель по доверенности;

от ответчика: не явился, установил следующее.

ФИО1 (далее – истец, ФИО1) обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском о привлечении ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью "Строительно-транспортная компания" (ОГРН <***>, ИНН <***>) и взыскании 150 000 руб. 00 коп. долга.

Истец настаивает на исковых требованиях.

Ответчик, надлежащим образом извещенный о месте и времени судебного разбирательства, явку представителя в судебное заседание не обеспечил, ходатайств по делу не заявил.

В соответствии со ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд счел возможным дело рассмотреть по имеющимся документам, в отсутствии ответчика.

Выслушав представителя истца, исследовав и оценив собранные по делу доказательства, арбитражный суд установил следующее.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) общество с ограниченной ответственностью "Строительно-транспортная компания" (далее - ООО "Строительно-транспортная компания") было зарегистрировано при создании 01.08.2013, обществу присвоены ОГРН <***>, ИНН <***>.

Основным видом деятельности общества являлся деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам (код ОКВЭД 49.4).

Уставной капитал общества составлял 10 000 рублей.

Учредителем и единственным участником общества, а также единоличным исполнительным органом (директором) ООО «Строительно-транспортная компания» с 01.08.2013 по дату исключения общества из ЕГРЮЛ являлся ФИО2.

В ЕГРЮЛ 02.08.2023 внесены сведения (запись № 2231801484660) о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

В ЕГРЮЛ 23.11.2023 внесена запись № 2231801613888 об исключении из реестра общества «Строительно-транспортная компания», в связи с наличием в ЕГРЮЛ о нем сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

В обоснование исковых требований истец указал, что определением Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 19.06.2018 по делу № 2-1051/2018 было утверждено мировое соглашение, согласно которому истец ФИО1 отказывается от своих заявленных исковых требований к ООО «Строительно-транспортная компания» о взыскании с ООО «Строительно-транспортная компания» компенсации морального вреда в размере 700000 рублей. ООО «Строительно-транспортная компания» обязалось выплатить ФИО1 в счет компенсации морального вреда 300000 руб. в следующие сроки: до 25 июня 2018 года - 150000 рублей, в срок до 15.07.2018 года - 150 000 рублей.

В связи с неисполнением ООО «Строительно-транспортная компания» условий мирового соглашения ФИО1 обращался в суд с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение мирового соглашения.

На основании выданного исполнительного листа, 13.07.2018 было возбуждено исполнительное производство № 45128/18/18026-ИП в отношении должника ООО «Строительно-транспортная компания».

В связи с утратой исполнительного листа был выдан дубликат исполнительного листа серии ФС №038912798 от 19.10.2021.

Исполнительное производство в отношении должника - ООО «Строительно-транспортная компания» 31.10.2019 было окончено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве».

Ссылаясь на вышеназванные обстоятельства, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском о привлечении директора и участника общества ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Строительно-транспортная компания» в размере 150 000 руб. 00 коп. (денежная сумма, присужденная по вышеназванному делу № 2-1051/2018 Воткинского районного суда Удмуртской Республики) на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», ссылаясь на то, что возможность взыскания с ООО «Строительно-транспортная компания» данной суммы задолженности утрачена из-за его исключения из ЕГРЮЛ, что произошло из-за недобросовестных и не разумных действий ответчика, не осуществлявших должный контроль за деятельностью общества, который зная об имеющейся задолженности перед истцом, не предпринял мер по ее погашению, а также не исполнил установленную действующим законодательством обязанность по подаче заявления о банкротстве в арбитражный суд, не устранил недостоверность сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ, что привело к исключению общества из ЕГРЮЛ как недействующего при наличии непогашенной перед истцом задолженности, в связи с чем, последнему был причинен существенный имущественный вред.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд приходит к выводу, что имеются основания для удовлетворения исковых требований в силу следующего.

Пунктом 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации).

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК РФ).

Согласно 2 статьи 62 ГК РФ, учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК РФ).

На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии со статьей 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). Аналогичный порядок, как указано выше, предусмотрен и в случае недостоверности сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Исключение юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Данное положение направлено на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО4» указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О и др.).

Само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд, непредставлении отзыва) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Контролирующее общество лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации (ее участников, контролирующих лиц), гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны указанных лиц в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные исключительные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности его руководителя (членов коллегиальных органов управления, лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица).

Из буквального толкования п. 3.1 ст. 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на вышеуказанных лиц является наличие причинно-следственной связи между их неразумными и недобросовестными действиями и невозможностью исполнения обязательств общества перед его кредиторами.

Ответственность руководителя (иного контролирующего лица) перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Поскольку субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, то возложение на руководителя должника и его участника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, предусмотрена статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Из выписки ЕГРЮЛ следует, что 23.11.2023 ООО «Строительно-транспортная компания» прекратило деятельность юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

Как указывалось выше, в рамках дела № 2-1051/2018 Воткинского районного суда Удмуртской Республики, установлено, что задолженность ООО «Строительно-транспортная компания» перед истцом в размере 150 000 руб. 00 коп., возникла в связи с неисполнением обществом условий мирового соглашения по перечислению денежных средств в счет компенсации морального вреда.

Судом установлено, что на момент исключения должника - ООО «Строительно-транспортная компания» из ЕГРЮЛ, исполнительным органом (директором) общества и участником общества являлся ответчик - ФИО2

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности, истец заявил о недобросовестном поведении ответчика, уклонившегося от погашения задолженности, взысканной в связи с неисполнением обществом условий мирового соглашения утвержденного определением Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 19.06.2018 по делу № 2-1051/2018, о непринятии им мер по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества, либо мер по направлению в регистрирующий орган возражений относительно решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ как недействующего, как обстоятельства, свидетельствующие о целенаправленном умышленном уклонении от исполнения обязательств, установленных вступившим в законную силу судебным актом.

Ответчик, возражая против удовлетворения требований, указывает, что ООО «Строительно-транспортная компания» во время судебного разбирательства в рамках дела № 2-1051/2018 возбужденного Воткинским районным судом Удмуртской Республики не осуществляло финансово-хозяйственную деятельность, имелись все признаки недействующего юридического лица.

Согласно представленной информации от ППК «Роскадастр» по Удмуртской Республике и МВД по Удмуртской Республике у ООО «Строительно-транспортная компания» движимое и недвижимое имущество отсутствовало.

Из представленных ПАО «БАНК УРАЛСИБ» выписок по расчетным счетам последнее движение по расчетному счету № <***> было 17.04.2018, по счету № <***> было 14.05.2018.

Таким образом, общество, заключая мировое соглашение, утвержденное определением Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 19.06.2018 по делу №2-1051/2018, должно было знать об отсутствии денежных средств, а также какое-либо имущество, за счет которого возможно было бы удовлетворить требования истца.

Из представленных в материалы дела документов следует, что после обращения истца в Воткинский районный суд УР с иском о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП, произошедшего 08.06.2017 по вине работника ООО «Строительно-транспортная компания» ФИО5 и вынесения приговора в отношении ФИО5 Воткинский районным судом УР по делу №1-150/2018 - 17.04.2018:

- 16.04.2018 со счета № <***> был осуществлен перевод на свой счет № <***> в размере 85 000 руб., а также произведена оплата контрагенту - ООО «Джи Пи Си Рус» за поставку нефтепродуктов в размере 15 000 руб. и произведена выплата подотчетному лицу ФИО6 в размере 5 500 руб.;

- 17.04.2018 со счета № <***> были сняты, денежные средства в размере 84 000 рублей.

- 03.05.2018 на счет № <***> от ЗАО «Базальтовое волокно» поступили денежные средства в размере 4 500 рублей, в назначении платежа указано - Оплата по счету № 27 от 26.04.2018 транспортные услуги и 14.05.2018 в размере 5 250 рублей, в назначении платежа указано - оплата по счету № 30 от 03.05.2018 транспортные услуги самосвала.

В результате ДТП, произошедшего 08.06.2017, вред был причинен ФИО1, а также ФИО7 Владимирову Николаевичу, собственнику транспортного средства, получившего механические повреждения под управлением ФИО1

Согласно решению Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 20.05.2020 по делу № 2-30/2020 представитель ответчика - ООО «Строительно-транспортная компания» ФИО8 пояснил, что ответчик в стадии банкротства не находится, ответчик действующее юридическое лицо. Решением Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 20.05.2020 по делу № 2-30/2020 суд взыскал с ООО «Строительно-транспортная компания» в пользу ФИО9 в счет возмещения ущерба 1 106 000 рублей, в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины 13 730 руб.

Из представленной ФНС России упрощенной бухгалтерской (финансовой) отчетности, ООО «Строительно-транспортная компания» имело актив в виде запасов, денежных средств, финансовые и другие оборотные активы (включая дебиторскую задолженность). За 2019г. чистая прибыль организации составляла 154 тыс. рублей, а по состоянию на 31.12.2020г. убыток составлял 2 тыс. рублей.

Учитывая изложенное, общество до конца 2020 г. согласно последней сданной отчётности и принятия судом решения по делу № 2-30/2020 ООО «Строительно-транспортная компания» продолжало вести хозяйственную деятельность и оказывать услуги, но при этом, движений по расчетным счетам не осуществляло.

Таким образом, общество, после утверждения мирового соглашения определением Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 19.06.2018 по делу № 2-1051/2018, продолжало деятельность и располагало денежными средствами, которые могли быть направлены на исполнение долговых обязательств.

Судом установлено, что ФИО2 в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Транснеруд» (ИНН <***>) стал единственным участником организации 09.08.2019, дополнительным видом деятельности которого является деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам (ОКВЭД 49.4).

ООО «Транснеруд» являлось аффилированным лицом по отношению к ООО «Строительно-транспортная компания», поскольку ФИО2 являлся участником данных обществ.

До приобретения ответчиком доли в ООО «Транснеруд» (ИНН <***>), между ООО «Строительно-транспортная компания» и ООО «Транснеруд» имелись взаимоотношения.

Так, согласно выписке по расчетному счету № <***> ООО «Строительно-транспортная компания» периодически осуществляла платежи за ООО «Транснеруд» (по договорам лизинга, за диз.топливо, за турбонагреватель, зап.части и прочее), также ООО «Транснеруд» выдавало займы ООО «Строительно-транспортная компания» (договор № 1 от 04.05.2017, общая сумма перечислений 48 300 рублей), а ООО «Строительно-транспортная компания» оплачивало ООО «Транснеруд» транспортные услуги и песок.

Согласно сведениям, полученным из Ресурса БФО, по сравнению с 2019 г. в 2020 г. активы ООО «Транснеруд» выросли в несколько раз с 9376 до 24 227, выручка увеличилась с 15 502 до 37 187 чистая прибыль составила 794, в 2019 показатель был 311 (данные в тыс.рублях).

ФИО2 будучи осведомленным о наличии задолженности и вступившего в связи с этим судебного акта о взыскании таковой с общества, не обжаловал в судебном порядке процедуру административной ликвидации общества, не поставил в известность регистрирующий орган о наличии кредиторской задолженности, мер по погашению задолженности перед кредитором не предпринял, не мотивировал обстоятельства нахождения недостоверных сведений в ЕГРЮЛ в отношении общества, не представил доказательств, свидетельствующих о наличии объективных причин, препятствующих представлению регистрирующему органу достоверной информации в отношении принадлежащего ему общества.

Своим бездействиями указанное лицо не сохранило правоспособность общества и повлекло неисполнение вступившего в законную силу судебного акта, подлежащего в силу статьи 16 АПК РФ обязательному исполнению.

Непредставление в течение длительного времени достоверных сведений об адресе места нахождения ООО «Строительно-транспортная компания», способствовало доведению общества до состояния, когда оно не отвечает признакам действующего общества, и может свидетельствовать о том, что участник такого общества имел намерение прекратить деятельность общества в обход установленной законодательством процедуре ликвидации (банкротства).

Ответчик, как контролирующее должника лицо, не исполнял обязанность: по сдаче отчетности в налоговый орган, по ведению хозяйственной деятельности ООО «Строительно-транспортная компания», не находился по юридическому адресу, не предпринимал мер к погашению задолженности перед истцом, уклонялся от инициирования процедуры банкротства ООО «Строительно-транспортная компания», допустив ликвидацию ООО «Строительно-транспортная компания» с долгами, что указывает на недобросовестное поведение ответчика.

Ответчик, являясь контролирующим лицом должника ООО «Строительно-транспортная компания» в полной мере осознавая невозможность выполнения принятых финансовых обязательств, был обязан подать заявление о банкротстве ООО «Строительно-транспортная компания», был обязан производить уплату налогов и сдавать бухгалтерскую отчетность, но злоупотребляя правом не делал этого, чем допустил неправомерные действия, которые привели к невозможности погашения задолженности последнего перед истцом, следовательно требования к ответчику обоснованы на основании положений пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, учитывая, что именно на ответчика возлагается обязанность по доказыванию отсутствия связи между исключением юридического лица из ЕГРЮЛ и невозможностью исполнения обязательств общества «Строительно-транспортная компания» перед истцом, установив, что ответчиком ФИО2 в материалы дела не представлены доказательства того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности ООО «Строительно-транспортная компания» предпринимательских рисков он действовал добросовестно и принял все меры для исполнения обществом обязательств перед своим кредитором, принимая во внимание, что факт возникновения задолженности общества перед истцом в заявленной сумме подтвержден вступившим в законную силу судебным актом, установив, что невозможность исполнения обязательств перед истцом обусловлена бездействием директора и участника ФИО2, который отсутствие своей вины не доказал, суд приходит к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности в виде убытков.

В связи с чем, размер ответственности ФИО2 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Строительно-транспортная компания» определяется судом в сумме 150 000 руб. 00 коп.

С учетом принятого решения на основании ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на ответчика.

Руководствуясь ст. ст. 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

РЕШИЛ :

Взыскать с ФИО2 (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС <***>) 150 000 руб. 00 коп. долга, 5 500 руб. 00 коп. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда www.17aas.arbitr.ru.

Судья Н.Н. Торжкова