Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа
ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru
тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Иркутск
12 октября 2023 года
Дело № А19-11904/2017
Резолютивная часть постановления объявлена 11 октября 2023 года
Полный текст постановления изготовлен 12 октября 2023 года
Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:
председательствующего Бронниковой И.А.,
судей: Волковой И.А., Парской Н.Н.,
при ведении протокола судебного заседания с использованием систем веб-конференции помощником судьи Бомштейн В.В.,
при участии в судебном заседании с использованием систем веб-конференции представителей публичного акционерного общества Банк ВТБ – ФИО1 (доверенность от 10.05.2023, паспорт),
при участии в судебном заседании в помещении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа представителей ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 22.05.2023, удостоверение адвоката), Журавлевой Жанны Михайловны – Топоркова Михаила Александровича (доверенность от 11.05.2021, удостоверение адвоката), финансового управляющего имуществом должника ФИО2 ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 09.06.2023, паспорт), общества с ограниченной ответственностью «АвтоМолл» - ФИО6 (доверенность от 18.09.2023, паспорт), ФИО7 (доверенность от18.09.2023, удостоверение адвоката),
рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО2 и Журавлевой Жанны Михайловны на определение Арбитражного суда Иркутской области от 26 декабря 2022 года по делу № А19-11904/2017, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 2 марта 2023 года по тому же делу,
установил:
Определением Арбитражного суда Иркутской области от 1 августа 2017 года возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник, ФИО2) по заявлению Журавлевой Жанны Михайловны (далее – Журавлева Ж.М.).
Решением Арбитражного суда Иркутской области от 27 марта 2018 года должник ФИО2 признана банкротом, финансовым управляющим имуществом должника утвержден арбитражный управляющий ФИО8 (далее – финансовый управляющий ФИО8).
17.01.2019 финансовый управляющий ФИО8 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи № 26 от 15.09.2016, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Фармпрофи» (продавец) (далее – ООО «Фармпрофи») и ФИО9 (покупатель) (далее – ФИО9), и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО9 возвратить в конкурсную массу должника катер Princess 23M, идентификационный номер судна ВС17-87, год постройки 2006, место постройки – Великобритания, строительный (заводской) номер GBPYI50341607.
Судебными актами судов первой инстанции от 15 мая 2019 года и апелляционной инстанции от 6 мая 2020 года в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано по мотиву недоказанности причинения оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов.
Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа постановлением от 14 июля 2020 года отменил судебные акты суда первой и апелляционной инстанций и направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.
Определением суда от 16 марта 2021 года судом в порядке процессуального правопреемства покупатель-ответчик по обособленному спору ФИО9 заменен на его супругу – Журавлеву Ж.М.
Определением Арбитражного суда Иркутской области от 26 декабря 2022 года заявление финансового управляющего удовлетворено.
Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 2 марта 2023 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.
Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО2 и Журавлева Ж.М. обратились в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационными жалобами в которых просят их отменить, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, и принять по делу новый судебный акт.
По мнению ФИО2, поскольку при совершении сделки произошла реализация непрофильного актива в процессе обычной хозяйственной деятельности, по рыночной стоимости, при полной оплате покупателем, то у судов отсутствовали основания для признания сделки недействительной. При этом судами необоснованно исключены представленные доказательства, подтверждающие рыночную стоимость катера.
Журавлева Ж.М. считает, что данная сделка не подлежит оспариванию в рамках дела о банкротстве ФИО2 Срок исковой давности пропущен. Отсутствуют основания для признания сделки недействительной как по специальным нормам права, так и по гражданским. Определение суда первой инстанции вынесено в незаконном составе, поскольку сын судьи Архипенко А.А. и дочь должника являются одноклассниками.
В отзыве на кассационные жалобы финансовый управляющий просит оставить судебные акты без изменения.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru).
В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах и отзыве на них, возражения на жалобы.
Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Проверив соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судами норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к следующим выводам.
Как установлено судами и следует из материалов дела, в ходе процедуры реализации имущества должника финансовому управляющему стало известно, что ФИО2 является участником ООО «Фармпрофи» с размером доли в уставном капитале 100%.
Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 19 мая 2017 года по делу №А19-14892/2015 установлено, что балансовая стоимость основных средств общества «Фармпрофи» по состоянию на 01.07.2015 составляет 84 064 134 рубля, в число которых входила и стоимость яхты Princess 23M – 82 377 931 рубль 81 копейка.
Финансовый управляющий сделал заключение о том, что действительная стоимость доли ФИО2 по состоянию на 01.07.2015 равнялась стоимости чистых активов общества и составила 84 064 134 рубля 15 копеек, из которых стоимость яхты (прогулочное судно) Princess 23 М, бортовой номер РМС 05-38, строительный (заводской) номер GBPYIY50341607 на тот период составляла сумму 82 377 931 рубль 81 копейка, то есть стоимость яхты составляла по состоянию на 01.07.2015 - 98 процентов стоимости чистых активов общества (действительной стоимости доли ФИО2 в уставном капитале ООО «Фармпрофи»).
Моторная яхта Princess 25M, как отметил финансовый управляющий, выпускалась верфью Princess Yachts с 2005 по 2011 год (Великобритания) и относится к премиальному сегменту прогулочных морских яхт, пользующихся спросом на рынке.
В процессе инвентаризации имущества должника финансовый управляющий выявил факт совершения 15.09.2016 между ООО «Фармпрофи» (продавец) и ФИО9 (покупатель) договора купли-продажи № 26, по условиям которого продавец передает в собственность покупателю яхту Princess 23 М, бортовой номер РМС 05-38, строительный (заводской) номер GBPYIY50341607, 2006 года постройки, а покупатель обязуется оплатить ее стоимость - в размере 35 000 000 рублей.
Выявив факт отчуждения ООО «Фармпрофи» по согласованию с единственным участником ФИО2 основного актива общества, финансовый управляющий обнаружил, что сделка совершена исключительно с целью причинения вреда ее кредиторам, квалифицировал действия ФИО2 как действия направленные на уменьшение действительной стоимости доли ФИО2 в ООО «Фармпрофи».
Ссылаясь на неравноценность оспариваемой сделки (действительная стоимость яхты значительной выше цены, указанной в договоре), на совершение сторонами сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, на мнимость оспариваемой сделки (яхта находилась и находится во владении ООО «Фармпрофи» в лице участника ФИО2), на злоупотребление правом сторонами при заключении оспариваемой сделки - целью заключения сделки было причинение вреда третьим лицам путем вывода активов ООО «Фармпрофи» и утраты кредиторами единственного участника ООО «Фармпрофи» ФИО2 возможности получить полное удовлетворение из стоимости доли, которая напрямую зависит от стоимости активов общества, финансовый управляющий обратился с настоящим заявлением в суд.
Арбитражный суд первой инстанции при повторном рассмотрении, удовлетворяя заявленные требования, пришел к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Четвертый арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.
В абзаце четвертом пункта 9 Постановления № 63 разъяснено, что в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).
В пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление N 63) разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.
Исходя из содержания пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать пятого статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 Постановления № 63).
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника при наличии условий, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Согласно пункту 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.
Поскольку производство по делу о банкротстве должника возбуждено 28.06.2017, оспариваемая сделка, совершена в момент наступления соответствующего условия (первого платежа и передачи яхты) – не ранее 23.05.2017, то может быть оспорена по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что яхта продана по заниженной цене (в 2,5 раза), условия оспариваемой сделки на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличались от иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, в отсутствие у сторон реального материального интереса и экономической выгоды, и, учитывая, что реальный интерес сторон состоял в выводе актива должника в пользу «дружественного кредитора» в целях предотвращения обращения взыскания на данное имущество, а ФИО9 являлся посредником, осуществляющим переводы через свой счет денежных средств (по цепочке от ФИО10, через ФИО9 и к ООО «Фармпрофи»), которые носили транзитный характер и были совершены в целях придания сделки признака «реальности» и произведенных расчетов по ней, приняв во внимание, что на дату совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку у ФИО2 имелись неисполненные обязательства перед кредиторами (Журавлевой Ж.М., ПАО АКБ «Российский капитал», ПАО Банк «ФК Открытие», ПАО «Сбербанк», ПАО Банк ВТБ), наличие заинтересованности Журавлевой Ж.М. и ФИО9 по отношению к должнику и соответственно их осведомленность о неплатежеспособности супругов ФИО11, суды обоснованно пришли к выводу о наличии оснований для признания недействительным оспариваемого договора в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Таким образом, удовлетворяя требования финансового управляющего, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.
Доводы кассационной жалобы о том, что поскольку при совершении сделки произошла реализация непрофильного актива в процессе обычной хозяйственной деятельности, по рыночной стоимости, при полной оплате покупателем, то у судов отсутствовали основания для признания сделки недействительной, отклоняются судом кассационной инстанции как противоречащие обстоятельствам, установленным судами в рамках настоящего обособленного спора.
Ссылка ФИО2 на необоснованное исключение представленных доказательств, подтверждающих рыночную стоимость катера, отклоняется, поскольку суды пришли к выводу, что представленные заключения и отчеты об оценке рыночной стоимости катера недостаточно обоснованы и носят предположительный характер, и не могут быть приняты в качестве допустимых доказательств.
Довод Журавлевой Ж.М. о том, что данная сделка не подлежит оспариванию в рамках дела о банкротстве ФИО2 являлся предметом рассмотрения судов двух инстанций и правомерно отклонен, поскольку фактически, сделка совершена должником, в лице матери, за счет должника ФИО2 и с одобрения (указания) ФИО2, как единственного участника общества. При этом должник ФИО2, с учетом принадлежащей ей 100% доли в ООО «Фармпрофи», используя свое право на управление его делами, совершила действия по отчуждению (выводу) единственного ликвидного имущества этого общества, направленные на снижение стоимости имущества должника, на уменьшение конкурсной массы и причинение вреда своим кредиторам.
Довод относительно пропуска срока исковой давности также был рассмотрен, и обоснованно отклонен судами как не нашедший своего подтверждения.
Ссылка на то, что определение суда первой инстанции вынесено в незаконном составе, правомерно отклонена судами, в связи с тем, что у судьи Архипенко А.А. отсутствовали законные основания для самоотвода, предусмотренные статьями 21-24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Иные доводы кассационных жалоб судом округа отклоняются, так как не свидетельствуют о нарушении судами норм права, и не являются основаниями для отмены судебных актов, аналогичные доводы были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявители фактически ссылаются не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражают несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просят еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.
По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о том, что судебные акты основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем, на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оставлению без изменения.
Расходы по уплате государственной пошлины за кассационное рассмотрение дела на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителей кассационной жалобы.
Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа
ПОСТАНОВИЛ:
Определение Арбитражного суда Иркутской области от 26 декабря 2022 года по делу № А19-11904/2017, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 2 марта 2023 года по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий
Судьи
И.А. Бронникова
И.А. Волкова
Н.Н. Парская