РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Москва

Дело № А40-145287/25-122-977

30 сентября 2025 г.

Резолютивная часть решения объявлена 16 сентября 2025года

Полный текст решения изготовлен 30 сентября 2025 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Шипуновым Е.И.

рассмотрев в судебном заседании дело

по заявлению: ООО "АЮКО" (153000, ИВАНОВСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г. ИВАНОВО, УЛ. ЗВЕРЕВА, Д. 13, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 22.02.2005, ИНН: <***>, КПП: 370201001)

к Центральной акцизной таможне (109028, Г.МОСКВА, УЛ. ЯУЗСКАЯ, Д.8, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 19.12.2002, ИНН: <***>, КПП: 770501001)

об оспаривании решения от 23.04.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров,

при участии:

от заявителя: ФИО1 (паспорт, диплом, дов. от 30.05.2025),

от заинтересованного лица: ФИО2 (удостоверение, диплом, дов. от 29.04.2025).

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «АЮКО» (далее - Заявитель, ООО «АЮКО», Общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением об оспаривании решения Акцизного специализированного таможенного поста (центр электронного декларирования) Центральной электронной таможни (далее – заинтересованное лицо, таможенный орган) от 23.04.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров.

Представитель Заявителя в судебном заседании поддержала заявленные требования, настаивала на их обоснованности по доводам заявления, ссылаясь на безосновательность отказа заинтересованного лица во внесении изменений (дополнений) в сведения таможенной декларации, что привело к нарушению прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, вследствие возложения на него дополнительной финансовой нагрузки в отсутствие к тому как правовых, так и фактических оснований.

Представитель заинтересованного лица в судебном заседании требования не признала по мотивам, изложенным в представленном отзыве, настаивала на законности и обоснованности оспоренного по делу решения и, как следствие, просила суд об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения явившихся представителей заявителя и заинтересованного лица, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, проверив все доводы заявления и отзыва на него, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленные требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Судом проверено и установлено, что срок, предусмотренный ч. 4 ст. 198 АПК РФ, Заявителем в рассматриваемом случае не пропущен.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 26.06.2024 г. между ООО «АЮКО» и компанией «ZHEJIANG GOODSENSE FORKLIFT CO., LTD.», Китай (далее - Продавец) заключен Контракт № 41524-AU, рамках которого Заявителем на условиях поставки FOB NINGBO на территорию Таможенного союза ввезены вилочные погрузчики (далее-Товар).

В целях таможенного оформления Товара Заявителем подана Декларация на товары № 10009100/180225/5021597. При подаче таможенной декларации таможенная стоимость Товара определена и заявлена в соответствии со ст. 39 ТК ЕАЭС с использованием метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

Для подтверждения заявленной таможенной стоимости Товара Заявителем представлены следующие документы: Контракт № 41524-AU от 26.06.2024 г., Приложение № 2 от 26.06.2024 г. к Контракту № 41524-AU от 26.06.2024 г., Соглашение № 2 от 30.10.2024 г. к Контракту № 41524-AU от 26.06.2024 г.; Декларация о соответствии ЕАЭС N RU ДCN.PA08.B.78683/23 от 17.10.2023 г.; Коносамент FBSTW23891 от 10.01.2025 г.; Ведомость банковского контроля по контракту № 24073521/1000/0081/2/1 от 30.07.2024 г. Инвойс № 24JXX0373 от 31.12.2024 г.; Заявления на перевод № 23 от 31.07.2024 г., № 34 от 29.10.2024 г., № 39 от 06.12.2024 г., № 43 от 26.12.2024 г.; Счет экспедитора № Э-00101 от 07.02.2025 г.; Договор № тэо-и АУ 01/17 на транспортно-экспедиционное сопровождение импортных грузов от 24.01.2017 Страховой полис №401-78-005574-24/000040 от 16.01.2025 г.; Счет за страхование №401-78- 005574-24/000040 от 16.01.2025 г.; Сертификат страны происхождения № 25C3326A2290/00016 22.01.2025 г.; Фотографии информационных табличек (шильдиков) вилочных погрузчиков от 11.02.2025 г.; Прайс-лист Б/Н от 31.12.2024 г.

В ходе проведения проверки документов и сведений, представленных Заявителем при заявлении Товара для совершения таможенных операций, у Заявителя запрошены дополнительные документы и сведения, предложен выпуск Товара под обеспечение уплаты таможенных платежей. Итоговый размер обеспечения составил 2 762 204 рубля 64 копейки. Указанные денежные средства 18.02.2025 г. приняты в качестве обеспечения уплаты таможенных платежей, что подтверждается таможенной распиской, и после принятия оспариваемого решения списаны таможенным органом в качестве доначисленных таможенных платежей.

Будучи несогласным с выводами названного решения таможенного органа, полагая обозначенное решение безосновательным, немотивированным, вынесенным без учета всех фактических обстоятельств дела и приводящим к ущемлению прав и законных интересов Заявителя вследствие возложения на него обязанности по уплате дополнительных таможенных платежей в отсутствие к тому каких-либо оснований, Заявитель обратился в Арбитражный суд города Москвы за защитой своих нарушенных прав и законных интересов.

Удовлетворяя заявленные требования, суд соглашается с доводами ООО «АЮКО», при этом исходит из следующего.

Согласно п. 15 ст. 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с положениями пунктов 1, 3 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза.

Ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Согласно правовой позиции п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49), принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований Таможенного кодекса судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС.

В то же время отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным (пункт 10 Постановления № 49).

Согласно пункту 11 Постановления № 49 отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 Таможенного кодекса.

В соответствии с пунктом 12 Постановления № 49 лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота.

Рассматривая споры, связанные с обоснованностью применения первого метода таможенной оценки, судам необходимо принимать во внимание, что данный метод основывается на учете цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 39 Таможенного кодекса и увеличенной на ряд дополнительных начислений, перечень которых приведен в статье 40 ТК ЕАЭС (пункт 16).

При этом непредставление декларантом дополнительных документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные препятствия к представлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

С учетом приведенных положений и представленных декларантом документов, суд в настоящем случае соглашается с доводом Заявителя о том, что у таможенного органа не имелось оснований для корректировки таможенной стоимости.

Довод таможенного органа о том, что заявленный Декларантом уровень таможенной стоимости Товара является более низким и значительно отличается от ценовой информации идентичных/однородных товаров, а также товаров того же класса и вида, ранее ввезенных при сопоставимых условиях их ввоза, суд отклоняет по следующим основаниям.

Признаки недостоверности сведений о стоимости сделки могут проявляться лишь в случае ее значительного отличия от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок – данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов (п. 12 Постановления № 49).

При этом значительное отклонение является поводом к проведению проверки заявленной таможенной стоимости и не может выступать основанием дли корректировки таможенной стоимости.

Вместе с тем, таможенный орган не приводит информацию, с какими именно идентичными/однородными товарами того же класса и вида производится сравнение, каковы их технические характеристики и комплектация, на какую величину отличается стоимость сравниваемых товаров.

В соответствии с п. 10 Постановления № 49 примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Кроме того, информация, содержащаяся в базах данных таможенных органов, носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по установленным таможенным законодательством методам. В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия, либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Довод таможенного органа о выявленных несоответствиях и противоречиях в представленных декларантом документах, суд считает необоснованным.

Таможенный орган в оспариваемом решении не сообщает, о каких именно несоответствиях и противоречиях идет речь, в каких документах они выявлены, при этом ссылается на указанные несоответствия как на основание полагать, что представленные Декларантом сведения могут являться недостоверными и должным образом не подтвержденными, и что стоимость сделки была сформирована под влиянием каких-либо условий, которые не могут быть количественно определены.

Однако, в соответствии с п. 8 Постановления № 49, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований Таможенного кодекса следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (ч.5 ст. 200 АПК РФ).

При этом даже выявление отдельных недостатков в оформлении представленных Декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса (п. 9 Постановления № 49);

Довод таможенного органа о том, что отсутствие конкретных условий поставки (вариативность условий поставки в Приложении № 2 от 26.06.2024 г. к Контракту № 41524-AU от 26.06.2024 г., и в Соглашении № 2 от 30.10.2024 г. к Контракту № 41524-AU от 26.06.2024 г.) может означать, что цена товаров сформирована не на основании фактически понесенных расходов, а произвольно или под влиянием каких-либо факторов, влияние которых не может быть количественно определено и установлено, подлежит отклонению ввиду следующего.

Как установлено судом, в рамках таможенной проверки у декларанта не запрашивались пояснения о причинах вариативности условий поставки. Вместе с тем Декларант готов был представить соответствующие пояснения. Приложением № 2 от 26.06.2024 г. и Соглашением № 2 от 30.10.2024 г. к Контракту № 41524-AU от 26.06.2024 г. (далее — Контракт) сторонами согласованы следующие условия поставки: ФОБ Нинбо, ФОБ Чапу, ФОБ Тайцан, ФСА Шэньян, ФСА Цзиньхуа, ФСА Чунцин, ФСА Иу, ФСА Сюйчжоу, ФСА Сиань, Китай. При этом цены на товар при различных условиях поставки остаются неизменными. Такая вариативность условий поставки обусловлена тем, что ООО «АЮКО» размещает заказ на производство грузоподъемной техники, а не приобретает технику из наличия. Производство техники занимает некоторое время, и на момент заключения сделки невозможно спрогнозировать, как сложится логистическая ситуация на момент поставки. Стороны согласовывают оптимальный маршрут после производства техники, исходя из степени загруженности пунктов отгрузки и уровня цен на грузоперевозки, которые постоянно изменяются. При этом в соответствии с п. 3.4. Контракта цены на товар являются неизменными с момента подписания сторонами Спецификаций к Контракту, что соответствует интересам обеих сторон.

Таким образом, довод таможенного органа о том, что цена товаров сформирована не на основании фактически понесенных расходов несостоятелен, т.к. на момент согласования цен фактические расходы на перевозку в условиях изменчивости рынка логистических услуг не могут быть достоверно определены. Сторонами согласованы условия поставки в том виде, в каком они соответствуют интересам сторон, а именно предусмотрена их вариативность при сохранении неизменными цен на товары.

Довод таможенного органа о непредоставлении Декларантом документов, подтверждающих согласование цены, характеристик и иных условий до подписания Контракта, а также о непредоставлении калькуляции себестоимости рассматриваемых товаров, суд считает необоснованным ввиду следующего.

Из материалов дела следует, что согласование стоимости и количества товара произведено в соответствии с условиями Контракта № 41524-AU от 26.06.2024 г. и документально подтверждено Приложением № 2 от 26.06.2024 г. и Соглашением № 2 от 30.10.2024 г. к Контракту № 41524-AU, инвойсом № 24JXX0373 от 31.12.2024 г.

При этом действующее законодательство не обязывает стороны Контракта составлять, согласовывать, оформлять и/или подписывать какие-либо иные документы (прайс-листы, коммерческие предложения, оферты, калькуляции и т.п.), или каким-либо иным образом согласовывать стоимость Товара.

Кроме того, Декларант не может отвечать за предоставление документов и сведений Продавцом товара или любым иным третьим лицом, а также отвечать за наличие недостатков в оформлении указанных документов. По вопросам, изложенным в запросах таможенного органа, Декларантом в адрес Продавца направлены соответствующие запросы документов и сведений, письменные пояснения Продавца представлены таможенному органу. Таким образом, Декларантом предприняты все необходимые и зависящие от него действия для подтверждения таможенной стоимости Товара.

Довод таможенного органа о непредоставлении декларантом SWIFT-сообщений и иных документов по оплате товаров, кроме заявлений на перевод, суд отклоняет ввиду следующего.

Приложением № 2 от 26.06.2024 г. и Соглашением № 2 от 30.10.2024 г. к Контракту № 41524-AU от 26.06.2024 г. предусмотрен следующий порядок оплаты товара: предоплата в размере 20% от общей суммы Спецификации после подписания Спецификации Сторонами, доплата 80% в течение 90 дней с даты выпуска коносамента. Коносамент по рассматриваемым товарам выпущен 10.01.2025 г., срок доплаты в размере 80% от стоимости ввезенных товаров - до 10.04.2025 г.

Таким образом, на момент подачи таможенной Декларации по рассматриваемым товарам, декларантом была произведена только предоплата в размере 20% от общей суммы Спецификации, и заявление на перевод указанной предоплаты заявителем в таможенный орган при подаче декларации предоставлено (Поручение на перевод иностранной валюты № 23 от 31.07.2024 г.). Срок исполнения обязательства Заявителя по доплате товара на момент подачи таможенной декларации не истек, иных платежей по рассматриваемым товарам Заявителем на тот момент не было произведено, вследствие чего у таможенного органа не было оснований для запроса каких-либо иных платежных документов по рассматриваемым товарам. Цена единицы товара в каждой из комплектаций представлена в Приложении № 2 к Контракту, комплектация каждого из ввозимых товаров подробно прописана в таможенной декларации, таким образом, стоимость каждого из ввезенных товаров возможно соотнести с ценой, указанной в Приложении №2 и в Соглашении № 2 к Контракту, по наименованию и комплектации. Стоимость каждого из ввезенных товаров также указана в инвойсе, и легко соотносится с товарами в таможенной декларации по серийному номеру.

При этом, оплата товаров производится Заявителем не на основании инвойсов, а на основании Контракта и приложений к нему. Заявитель заказывает у Продавца производство крупной партии товара, отгрузки товара производятся регулярно по мере его изготовления, непрерывно обеспечивая потребность Заявителя в технике. В указанных условиях, а также учитывая сложности произведения расчетов с китайскими компаниями в условиях санкций, оплата товаров отдельными платежами по каждому инвойсу нецелесообразна и не соответствует интересам сторон Контракта. Заявитель производит оплату крупными платежами, за товары, ввозимые по нескольким инвойсам, при этом в платежных документах (в том числе, в SWIFTсообщениях) в графе «назначение платежа» указывается номер приложения/приложений, по которым производится оплата, а не номера инвойсов, и действующее законодательство не обязывает Заявителя производить оплату и указывать назначение платежа каким-либо иным образом.

В перечне запрашиваемых документов и сведений Запросов № 1 и № 2, помимо иных документов, запрошены банковские документы, подтверждающие совершение оплаты за рассматриваемую товарную партию (платежные поручения, свифты, инвойсы). Заявления на перевод, SWIFT-сообщения и инвойс Заявителем в таможенные орган предоставлены. При этом, как указывалось выше, SWIFT-сообщения не содержат сведения о конкретных инвойсах.

Таким образом, декларант представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в не противоречащей закону форме, содержащаяся в представленных документах ценовая информация соотносится с количественными характеристиками товара, информация об условиях поставки и оплаты товара отражена в представленных документах, из чего следует, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, является количественно определяемой и документально подтвержденной (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2019 года № 49).

Кроме того, Заявителем представлена ведомость банковского контроля, подтверждающая открытие паспорта сделки по соответствующему контракту, а, следовательно, проверку всех данных органами банковского контроля.

Любые сомнения таможенного органа устраняются совокупностью комплекта документов и фактическим исполнением сделки. Анализ представленных декларантом документов должен производиться таможней в совокупности. А выводы таможенного органа в оспариваемых Решениях о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости товаров, задекларированных по спорным ДТ, являются необоснованными, а указанные основания формальными, не влияющими на правомерность первоначально использованного Заявителем первого метода определения таможенной стоимости.

Таким образом, ввезенные товары соответствуют предмету внешнеторгового контракта, условия о наименовании, количестве, цене товара, в том числе условие оплаты за поставляемые товары являются согласованными сторонами Контракта. Данные сведения позволяют соотнести представленные обществом коммерческие и товаросопроводительные документы с поставкой партий товаров по проверяемым ДТ.

Какого-либо несоответствия сведений, влияющих на таможенную стоимость товаров в документах, представленных декларантом - не имеется.

Согласно п. 14 ст. 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров определяется декларантом.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума ВС РФ № 18, система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции. При этом за основу определения действительной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься договорная цена товаров и не должна приниматься фиктивная или произвольная стоимость.

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, приведенной в п. 19 Пленума Верховного Суда № 49, Президиума Высшего Арбитражного суда РФ, изложенной в постановлении от 19.04.2005 № 13643/04, позиции ФТС России, изложенной в «Обзоре практики рассмотрения ФТС России жалоб на решения, действия (бездействие) таможенных органов», отказ в применении первого метода определения таможенной стоимости в связи с наличием каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, возможен только в том случае, когда таможенный орган установил конкретные условия или обязательства, которые предусматривает сделка купли-продажи, способные оказывать такое влияние, но влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

В случае, если таможенным органом не установлены конкретные условия и обязательства индивидуального характера, связанные с продажей товара определенному Покупателю, способные оказывать влияние на цену сделки, вывод о невозможности применения метода 1 является необоснованным.

Согласно позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 19.06.2007 № 3323/07, стоимость товаров, приведенная в таможенной декларации, может быть сопоставлена с суммой, обозначенной в счете-фактуре (инвойсе), платежном поручении, инвойсах и ведомости банковского контроля. При их совпадении можно утверждать, что цена сделки подтверждена надлежащим образом.

В соответствии с п. 9 ст. 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС).

В силу п. 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном ст. 39 Кодекса.

В рассматриваемом случае, таможенная стоимость ввезенного товара была определена и заявлена декларантом с использованием метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, установленного ст. 39 ТК ЕАЭС.

Суд приходит к выводу, что ограничения, исключающие применение метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, предусмотренные п. 1 ст. 39 ТК ЕАЭС и влекущие корректировку таможенной стоимости ввезенных ООО «БСС» товаров и основания для корректировки таможенной стоимости по стоимости сделки с однородными товарами, у таможенного органа отсутствовали.

Таможенным органом не было доказано, что используемая им информация подтверждает ценовую информацию, сложившуюся на рынке согласно коммерческим условиям, сопоставимым с условиями контракта, заключенного обществом.

Вместе с тем непредставление либо неполное представление в таможенный орган дополнительных документов не может служить безусловным основанием для корректировки таможенной стоимости ввозимых товаров, а отсутствие у декларанта каких-либо документов, запрошенных таможенным органом, не может однозначно свидетельствовать о неопределенности и недостоверности заявленных в таможенных целях сведений, если они подтверждаются иными документами.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Единственным основанием для принятия таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости является ее недостоверное заявление декларантом.

Между тем, в рассматриваемом случае доказательств недостоверности сведений, содержащихся в пакете документов, представленном обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, не имеется, наоборот, данные документы согласуются между собой и подтверждают достоверность сведений о таможенной стоимости ввезенных товаров.

При этом невозможность использования документов, представленных декларантом при таможенном оформлении в обоснование таможенной стоимости товаров, в их совокупности и системной оценке таможенным органом не подтверждена.

На основании изложенного, учитывая, что в ходе таможенного контроля отсутствовали доказательства, свидетельствующие о том, что сведения, заявленные в спорной таможенной декларации, основаны на недостоверной и документально неподтвержденной информации, и таможенный орган не доказал наличие обстоятельств, препятствующих применению обществом первого метода определения таможенной стоимости, в то время как декларант надлежаще оформленными документами подтвердил правильность определения им таможенной стоимости товаров по спорной декларации по первоначально заявленному методу, у таможенного органа отсутствовали основания для внесения изменений в спорную таможенную декларацию в части корректировки таможенной стоимости ввезенного товара и, как следствие, для принятия таможенной стоимости на основании шестого «резервного» метода определения таможенной стоимости.

В свою очередь, незаконное и необоснованное решение о корректировке таможенной стоимости ввезенного товара повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, чем нарушены права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При таких обстоятельствах, суд соглашается с доводами Заявителя о том, что решение таможенного органа о необходимости определения таможенной стоимости ввезенного товара по шестому методу такого определения является незаконным.

С учетом изложенного, принимая во внимание документально подтвержденный Заявителем факт ненадлежащей классификации таможенным органом ввезенного обществом товара, что, в свою очередь, повлекло за собой ущемление прав и законных интересов последнего ввиду возложения на него дополнительного финансового бремени в отсутствие к тому каких-либо оснований, суд в настоящем случае приходит к выводу о безосновательности оспоренного по настоящему делу решения как не соответствующего нормоположениям действующего таможенного законодательства Российской Федерации и нарушающего права и законные интересы Заявителя в рамках рассматриваемого дела.

Безусловных и убедительных доказательств обратного таможенным органом в рассматриваемом случае не представлено, а потому никаких оснований к корректировке таможенной классификации ввезенных обществом товаров у заинтересованного лица в рассматриваемом случае не имелось. Обратного таможенным органом в настоящем случае не доказано.

При таких данных суд приходит к выводу о наличии в настоящем случае совокупности условий, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ и необходимых для признания незаконным оспариваемого ненормативного правового акта таможенного органа, поскольку оспариваемое решение является незаконным, необоснованным, принятым в противоречие требованиям действующего таможенного законодательства Российской Федерации и влечет нарушение прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования об оспаривании ранее обозначенного решения таможенного органа подлежат удовлетворению (ч. 2 ст. 201 АПК РФ).

Судом проверены все доводы заинтересованного лица, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заинтересованное лицо.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 65, 71, 110, 167-170, 176, 197-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным решение Центральной акцизной таможни от 23.04.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10009100/180225/5021597.

Проверено на соответствие требованиям таможенного законодательства.

Обязать Центральную акцизную таможню в месячный срок с даты вступления решения в законную силу устранить допущенные нарушения прав и законных интересов Заявителя, в том числе путем возврата ООО "АЮКО" излишне уплаченных таможенных платежей в размере 2 762 204 (Два миллиона семьсот шестьдесят две тысячи двести четыре) рубля 64 копейки.

Взыскать с Центральной акцизной таможни в пользу ООО "АЮКО" расходы по уплате государственной пошлины в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Н.Е. Девицкая