ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Омск
03 октября 2025 года Дело № А46-16174/2020
Резолютивная часть постановления объявлена 30 сентября 2025 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 03 октября 2025 года.
Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Самович Е.А., судей Брежневой О.Ю., Губиной М.А.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Титовой А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-5362/2025) ФИО1 на определение Арбитражного суда Омской области от 02.06.2025 по делу № А46-16174/2020 (судья Третинник М.А.), вынесенное по результатам рассмотрения жалобы ФИО1 о признании незаконными действий (бездействия) финансового управляющего ФИО2,
при участии в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: СССР, г. Омск, ИНН <***>, СНИЛС <***>),
при участии в судебном заседании:
от ФИО1 – ФИО4 (паспорт, доверенность № 23АВ4389179 от 13.09.2023 сроком действия три года),
от финансового управляющего ФИО2 – ФИО5 (паспорт, доверенность № 07 от 18.03.2025 сроком действия три года),
от ассоциации арбитражных управляющих «Арсенал» – ФИО6 (паспорт, доверенность № 316 от 30.01.2025 сроком действия до 30.01.2026),
УСТАНОВИЛ:
Федеральная налоговая служба (далее – ФНС России, уполномоченный орган) обратилась 14.09.2020 в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании ФИО3 (далее – должник) несостоятельным (банкротом).
Определением Арбитражного суда Омской области от 09.11.2020 указанное заявление принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления.
Решением Арбитражного суда Омской области от 21.04.2021 (резолютивная часть оглашена 15.04.2021) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества гражданина сроком на пять месяцев (до 15.09.2021), финансовым управляющим утвержден ФИО2.
Публикация в газете «Коммерсантъ» о процедуре реализации состоялась 24.04.2021 № 73 (7035).
21.10.2024 ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Омской области с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего имуществом ФИО3 ФИО2
Определением Арбитражного суда Омской области от 25.10.2024 указанная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание по её рассмотрению, которое впоследствии неоднократно откладывалось; суд привлек к участию в деле в третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, Ассоциацию арбитражных управляющих «Арсенал»; Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области, ФИО7.
ФИО1 на основании части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) подано заявление об уточнении требования: испрошено признать незаконными действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2, допущенные при составлении Положения о реализации недвижимого имущества должника ФИО3 (земельный участок кадастровый номер № 55:36:130125:212 и жилой дом кадастровый номер № 55:36:130125:2738); взыскать с финансового управляющего ФИО2 в пользу ФИО1 7 003 260 руб. 03 коп. в счёт возмещения убытков в результате признания договора купли-продажи недвижимого имущества от 07.05.2023 года недействительным, в том числе:
– 3 000 руб. – в счёт возмещения убытков ФИО1 по оплате государственной пошлины на основании определения Арбитражного суда Омской области от 22.08.2023 по делу № А46-16174/2020;
– 53 200 руб. – фактические убытки ФИО1 по возмещению ФИО7 расходов на уплату государственной пошлины на основании решения Центрального районного суда г. Омска от 28.12.2023 № 2-5312/2023;
– 253 726 руб. 03 коп. – фактические убытки ФИО1 по возмещению ФИО7 неустойки на основании решения Центрального районного суда г. Омска от 28.12.2023 № 2-5312/2023;
– 6 693 334 руб. – убытки ФИО1 в виде упущенной выгоды;
взыскать с финансового управляющего ФИО2 в пользу ФИО1 1 029 295 руб. в соответствии с требованием пункта 2 статьи 381 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в качестве возврата в двойном размере суммы ранее выплаченного задатка.
Суд первой инстанции, не усмотрев к тому препятствий, предусмотренных частью 5 статьи 49 АПК РФ, заявление ФИО1 об уточнении требований принял.
Определением Арбитражного суда Омской области от 02.06.2025 заявление ФИО1 о признании незаконными действий (бездействия) финансового управляющего ФИО3 ФИО2 оставлено без удовлетворения.
Несогласие с указанным определением обусловило обращение ФИО1, в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой её податель просила определение Арбитражного суда Омской области от 02.06.2025 года (дело № А46- 16174/2020) признать незаконным и отменить, вынести по делу новое решение об удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объёме.
В обоснование апелляционной жалобы ФИО1 указано, что действия ответчика являются незаконными в части нарушения требований пункта 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) при составлении и направлении для утверждения в суд положения о реализации имущества должника, а также заключении договора купли-
продажи ряда объектов недвижимости с истцом без учёта того, что данное имущество является совместно нажитым и может быть обременено правами и законными интересами третьих лиц (супруги должника), что может повлечь дальнейшее признание торгов недействительными и причинить ущерб потенциальному покупателю, в том числе истцу; а также нарушения требований статей 110, 111, 112, 139, 213.26 Закона о банкротстве при составлении положения о реализации единственного жилья должника в части проведения реализации данного имущества должника без предоставления должнику замещающего жилья, а также дальнейшем составлении и заключении договора купли-продажи недвижимости с истцом без указания о прекращении права собственности должника на указанные объекты недвижимости лишь после приобретения для должника замещающего жилья.
Согласно доводам апеллянта определением Арбитражного суда Омской области от 21.04.2023 года (дело № А46-16174/2020), то есть задолго до заключения между истцом и ответчиком договора купли-продажи вышеуказанного объекта недвижимого имущества, было утверждено Положение о реализации иного недвижимого имущества должника с начальной ценой продажи в размере 154 309 163руб. 27 коп.
Между тем, по мнению подателя жалобы, нарушив требование пункта 4 статьи 20.3, статьи 213.25 Закона о банкротстве и статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), ответчик составил и направил для утверждения в суд Положение о реализации единственного жилья должника при наличии возможности осуществить реализацию иного имущества должника без лишения должника единственного места жительства. Данные действия не были обоснованы ответчиком в рамках рассмотрения спора в суде первой инстанции ни с точки зрения разумности, ни с точки зрения добросовестности.
Как указывает апеллянт, 08.06.2023 между истцом и ФИО7 был заключён предварительный договор, который предполагал наличие прав у каждой из сторон на понуждение другой стороны к заключению основного договора и исполнению обязательств, предусмотренных предварительным договором.
Соответственно, до момента признания торгов 10444-ОТПП от 02.05.2023 года недействительными, у истца имелось право на получение денежных средств в размере 17 000 000 руб. в результате заключения основного договора купли-продажи, в том числе путём понуждения ФИО7 к совершению сделки в порядке пункта 4 статьи 445 ГК РФ.
Таким образом, по мнению ФИО1, вывод об отсутствии у истца права на получение вышеуказанных денежных средств ввиду незаключения основного договора купли-продажи противоречит правовому смыслу положений статей 421, 429, 445 ГК РФ, поскольку данное право возникло у истца в момент заключения предварительного договора. В данном случае обязательства сторон по предварительному договору были вынуждено прекращены ввиду невозможности заключения основного договора купли-продажи с учётом признания торгов 10444-ОТПП от 02.05.2023 года недействительными.
Как отмечает апеллянт, определением Арбитражного суда Омской области от 22.08.2023 по делу № А46-16174/2020 торги № 10444-ОТПП от 02.05.2023 были признаны недействительными и, как следствие, был признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 10.05.2023, заключённый между ФИО3, в лице финансового управляющего ФИО2, действующего на основании решения Арбитражного суда Омской области от 15.04.2021 по делу № А46-16174/2020, и истцом.
Согласно пункту 2.1 договора купли-продажи недвижимого имущества от 07.05.2023 года истец приобретал вышеуказанные объекты недвижимости по цене 10 306 666 руб., из которых 1 029 295 руб. являлись задатком.
В силу требования пункта 2 статьи 381 ГК РФ если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка.
Согласно положению абзацу 2 пункта 1 статьи 167 ГК РФ лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.
Ответчик как лицо, профессионально осуществляющее деятельность арбитражного управляющего, не мог не знать о наличии вышеизложенных нарушений, допущенных им при составлении положения о реализации единственного жилья должника, а также не мог не знать о том, что реализация данного объекта недвижимости является неразумной с учётом наличия иного имущества, которое может быть реализовано.
Следовательно, ответчик, с учётом положения пункта 1 статьи 167 ГК РФ, считается лицом, действовавшим недобросовестно.
Применительно к выводу об отсутствии оснований для возмещения денежных средств взысканных с истца по решению Центрального районного суда г. Омска от 28.12.2023 № 2-5312/2023 апеллянтом указано, что наличие причинно-следственной связи между несвоевременным возвратом денежных средств ответчиком истцу и возникновением у истца обязанности по уплате неустойки подтверждается тем, что ответчик, принимая личное участие в судебном заседании, располагая информацией об отсутствии указания в резолютивной части определения Арбитражного суда Омской области от 22.08.2023 года на необходимость возврата истцу ранее уплаченных денежных средств и будучи осведомлённым о последствиях признания сделки недействительной, самостоятельно не обратился в Арбитражный суд Омской области с целью вынесения дополнительного определения о возврате денежных средств истцу и самостоятельно также не принял решения о возврате вышеуказанных денежных средств истцу.
Кроме того, между незаконными, недобросовестными и неразумными действиями ответчика и причинением истцу убытков как в виде реального ущерба, так и в виде упущенной выгоды, имеется причинно-следственная связь, поскольку решение об участии в торгах принималось истцом исходя из законности, добросовестности и разумности действий ответчика. При этом истец не мог предположить отсутствие утверждённого судом положения о реализации единственного жилья, а также наличие у третьего лица прав на указанный объект недвижимости как на совместно нажитое имущество.
Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда апелляционная жалоба ФИО1 принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании суда апелляционной инстанции на 30.09.2025.
23.09.2025 отзыв на апелляционную жалобу поступил от Ассоциации арбитражных управляющих «Арсенал» (далее – ААУ «Арсенал»). В нём жалоба ФИО1 сочтена не подлежащей удовлетворению.
24.09.2025 финансовым управляющим ФИО2 также представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором испрошено оставить определение Арбитражного суда Омской области от 02.06.2025 года по делу № А46-16174/2020 без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.
В судебном заседании 30.09.2025 данные процессуальные документы приобщены к материалам дела.
ФИО1 (в лице представителя) поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, сочла определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просила его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.
Финансовый управляющий ФИО2 (в лице представителя), ААУ «Арсенал» поддержали доводы, изложенные в отзывах на апелляционную жалобу.
Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещенные надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы.
Рассмотрев апелляционную жалобу, отзывы на неё, материалы дела, заслушав объяснения участвующих в деде лиц, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.
В процедуре реализации имущества гражданина ФИО3 финансовым управляющим ФИО2 было выявлено наличие у должника на праве собственности недвижимого имущества (расположенный на земельных участках жилой дом, по адресу: <...>), разработано Положение о его реализации.
Определением Арбитражного суда Омской области от 04.08.2022, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023, утверждено Положение о порядке продажи имущества ФИО3 в редакции, предложенной финансовым управляющим ФИО2, с исключением из Положения пункта 8.4 и установлением величины снижения начальной цены продажи имущества – 500 000 руб.; установлением максимальной цены продажи имущества должника, при достижении которой продажа посредством публичного предложения прекращается, в размере 8 000 000 руб.
Финансовым управляющим опубликовано сообщение о проведении торгов в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) от 15.12.2022 № 10316774, в котором указано имущество должника, которое подлежит реализации.
Согласно сообщению в ЕФРСБ от 05.05.2023 № 11414058 торги № 10444-ОТПП-1 от 02.05.2023 признаны состоявшимися, победителем признана ФИО8, действующая на основании агентского договора в интересах ФИО1, с которой и был заключен договор купли-продажи от 10.05.2023.
Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26.06.2023 определение Арбитражного суда Омской области от 04.08.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023 по делу № А46-16174/2020 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Омской области.
Судом округа указано, что из предложенного финансовым управляющим Положения следует, что реализация единственного жилья должника происходит ранее возникновения права собственности на замещающее жилье, при этом положение не предусматривает, что право собственности должника на имеющееся у него жилое помещение подлежит прекращению не ранее возникновения права собственности на замещающее жильё. Исходя из условий данного положения передача имущества финансовым управляющим и принятие его покупателем осуществляется после поступления на счет полной стоимости имущества. Однако положение не содержит сроков приобретения имущества после продажи единственного жилья должника, не предусмотрено место жительства должника в указанный период, при этом в материалах дела отсутствует отчет об оценке замещающего жилья, в том время как в положении указана стоимость замещающего жилья от 2 000 000 до 3 000 000 руб. Указанное недвижимое имущество принадлежит должнику и супруге, вместе с тем в пункте 8.3 положения предусмотрена площадь приобретаемого жилья не менее 33 кв. м, как указано выше, отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного
для проживания, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма. Постановлением мэра города Омска от 06.05.2005 № 251-п «Об установлении учетной нормы площади жилого помещения и нормы предоставления площади жилого помещения по договору социального найма» в целях определения размера общей площади жилого помещения, предоставляемого по договору социального найма, норма предоставления площади жилого помещения по договору социального найма установлена в размере 18 кв. м. Как следует из Положения, собственником квартиры помимо должника является и его супруга, при этом должник ссылается на нахождение на иждивении престарелой матери.
Определением Арбитражного суда Омской области от 22.08.2023 судом признаны недействительными торги № 10444-ОТПП от 02.05.2023 по продаже: а) жилого дома, назначение: жилой дом, общей площадью 407,50 кв. м, адрес: <...>, кадастровый номер 55:36:130125:2738; б) земельного участка для ИЖС, общей площадью 918 кв. м, адрес: <...>, кадастровый номер 55:36:130125:212; в) земельного участка ИЖС общей площадью 424 кв. м, адрес: <...>, кадастровый номер 55:36:130125:2148; договор купли-продажи: а) жилого дома, назначение: жилой дом, общей площадью 407,50 кв. м, адрес: <...>, кадастровый номер 55:36:130125:2738; б) земельного участка для ИЖС, общей площадью 918 кв. м, адрес: <...>, кадастровый номер 55:36:130125:212; в) земельного участка ИЖС общей площадью 424 кв. м, адрес: <...>, кадастровый номер 55:36:130125:2148 от 10.05.2023 б/н; ФИО3 возвращены: а) жилой дом, назначение: жилой дом, общей площадью 407,50 кв. м, адрес: <...>, кадастровый номер 55:36:130125:2738; б) земельный участок для ИЖС, общей площадью 918 кв. м, адрес: <...>, кадастровый номер 55:36:130125:212; в) земельный участок ИЖС общей площадью 424 кв. м, адрес: <...>, кадастровый номер 55:36:130125:2148.
Дополнительным определением Арбитражного суда Омской области от 24.10.2023 суд определил финансовому управляющему имуществом должника ФИО9 ФИО2 возвратить в пользу ФИО1 уплаченную по договору купли-продажи, заключенному по результатам проведения торгов 10.05.2023, сумму 10 306 666 руб.
В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов, путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.
Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.
Для признания действия или бездействия управляющего незаконными в порядке статьи 60 Закона о банкротстве необходимо установить:
– нарушение конкретного закона или иного правового акта (абзацы четвёртый, пятый пункта 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных
с рассмотрением дел о банкротстве», далее – Постановление № 35) при исполнении конкретной обязанности, установленной законом для соответствующей процедуры банкротства должника (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.06.2011 № ВАС-3883/11 по делу № А68-9940/08);
– признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего должно предполагать устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав заявителя жалобы (определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.07.2016 № 301-ЭС15-9258(2));
– обстоятельства, подтверждающие, что предполагаемые нарушения прав или законных интересов заявителя жалобы явились следствием конкретных обжалуемых действий (бездействия) самого арбитражного управляющего (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 307-ЭС15-16415 по делу № А66-2324/2014), а не вызваны объективными обстоятельствами или действиями (бездействием) третьих лиц (определение Верховного Суда РФ от 29.10.2018 № 305-ЭС18-16703);
– наличие причинно-следственной связи между обжалуемыми действиями (бездействием) арбитражного управляющего и предполагаемым нарушением прав и интересов заявителя жалобы.
В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.
При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям добросовестности и разумности.
В рассматриваемом случае с арбитражного управляющего могут быть взысканы убытки, если его действия (бездействие) не соответствуют закону и нарушают права и законные интересы кредиторов и должника.
Закон не лишает суд права в одном судебном акте установить факт неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и взыскать с него убытки.
Как разъяснено в абзаце первом пункта 53 Постановления № 35, с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику – юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.
Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.
В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.
Из содержания указанной нормы следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.
Так лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков и их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и причинно-следственную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.
Таким образом, условиями наступления гражданско-правовой ответственности, каковой является ответственность арбитражного управляющего, установленная указанными нормами права, являются противоправный характер поведения лица, причинившего вред, наличие убытков и их размер, причинная связь между противоправным поведением правонарушителя и наступившими последствиями.
Отсутствие хотя бы одного из указанных условий исключает возможность применения ответственности в виде убытков.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий. Обязанность действовать добросовестно является универсальным гражданско-правовым принципом, получившим свое отражение в нормах действующего права (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 6, статья 10 ГК РФ).
Применительно к деятельности арбитражного управляющего названный общий принцип ретранслирован в законодательство о банкротстве в качестве специальной нормы (с аналогичным содержанием).
Учитывая существование объективно обусловленной повышенной конфликтности между заинтересованными лицами в отношениях, связанных с институтом банкротства, возложение на арбитражного управляющего соответствующей обязанности в числе прочего означает, что он как профессиональный антикризисный менеджер в ситуации неопределенности правового регулирования должен действовать исходя из баланса объективно противопоставленных интересов вовлеченных в процесс несостоятельности лиц с учетом заложенных в действующих нормах права ценностных ориентиров, предопределяющих цели законодательного регулирования.
Именно с этой позиции суд в дальнейшем должен оценивать поведение управляющего при поступлении соответствующей жалобы на его действия (бездействие), как рекомендовала Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ в Определении от 11.07.2019 № 3310-ЭС18-17700(2) по делу № А62-6145/2015.
В обоснование заявленных требований о взыскании убытков ФИО1 сослалась на то, что 08.06.2023 между ФИО7 (покупатель) и ей (продавец) был заключён предварительный договор купли-продажи № 1 о продаже следующих объектов недвижимости:
– земельного участка (кадастровый номер № 55:36:130125:212); – жилого дома (кадастровый номер № 55:36:130125:2738).
Согласно пункту 3.5 предварительного договора стоимость вышеуказанных объектов недвижимости составляла 17 000 000 руб.
В соответствии с пунктом 3.6.1 предварительного договора ФИО7 был обязан выплатить ФИО1 в наличной форме 9 000 000 руб. в качестве задатка за вышеуказанные объекты недвижимости.
08.06.2023 между ФИО1 и ФИО7 в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ и предварительного договора купли-продажи № 1 было заключено соглашение о задатке, в рамках исполнения которого ФИО7 передал истцу 9 000 000 руб. в качестве задатка.
В соответствии с пунктом 2.6 предварительного договора основной договор купли-продажи вышеуказанного недвижимого имущества должен был быть заключен между ФИО7 и ФИО1 в срок не позднее 20.09.2023, но не ранее 01.09.2023 года.
Поскольку определением Арбитражного суда Омской области от 22.08.2023 по делу № А46-16174/2020 торги № 10444-ОТПП от 02.05.2023 и договор купли-продажи недвижимого имущества от 10.05.202 были признаны недействительными, ФИО1 сочла, что ей были причинены убытки в форме упущенной выгоды в сумме: 17 000 000 руб. – 10 306 666 руб. = 6 693 334 руб.
Решением г. Центрального районного суда г. Омска от 28.12.2023 по делу № 2-5312/2023 по иску ФИО7 к ФИО1 с последней в пользу ФИО7 взыскана неустойка за период пользования денежными средствами с 15.08.2023 года по 03.11.2023 года в размере 253 726 руб. 03 коп. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 53 200 руб. Таким образом, ФИО1 полагает, что ей были причинены убытки в форме реального ущерба в сумме: 253 726 руб. 03 коп. + 53 200 руб. = 306 926 руб. 03 коп.
Кроме того, определением Арбитражного суда Омской области от 22.08.2023 с ФИО1 взыскана сумма расходов по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб., которая, по мнению истца, также является для него реальным ущербом.
Итого заявленная ФИО1 сумма требований по взысканию убытков составила: 6 693 334 руб. + 306 926 руб. 03 коп. + 3 000 = 7 003 260 руб. 03 коп.
Суд первой инстанции, оценив в совокупности все представленные доказательства, проанализировав приведенные нормы права применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы.
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции на основании следующего.
Судебная коллегия отклоняет доводы апеллянта о незаконности действий финансового управляющего ФИО2
Как справедливо отмечено ААУ «Арсенал», ссылка апеллянта на преюдицию вступившего в законную силу судебного акта (в подтверждение незаконности действий (бездействия) ответчика) – определения Арбитражного суда Омской области от 22.08.2023 года по делу № А46-16174/2020, которым торги 10444-ОТПП от 02.05.2023 года были признаны недействительными, – обоснованно отклонена судом при вынесении обжалуемого определения, поскольку вопрос законности (незаконности) действий (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по организации и проведению торгов № 10444-ОТПП-1 от 02.05.2023 не являлся предметом судебного рассмотрения при вынесении определения от 22.08.2023; требование в части признания действия финансового управляющего ФИО2 по организации и проведению торгов № 10444-ОТПП-1 от 02.05.2023 и его бездействия, выразившегося в непредставлении замещающего жилья должнику, незаконными заявитель не поддержал, и выводов суда о законности (незаконности) действий (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по организации
и проведению торгов № 10444-ОТПП-1 от 02.05.2023 указанное определение от 22.08.2023 не содержит.
Не даёт прямую оценку законности (незаконности) и разумности (неразумности) действий (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по организации и проведению торгов № 10444-ОТПП-1 от 02.05.2023 и постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.06.2023 по делу № А46-16174/2020, на которое в подтверждение своих доводов также ссылается апеллянт.
Применительно к доводу ФИО1 о наличии правовых предпосылок для взыскания с арбитражного управляющего упущенной выгоды в сумме 6 693 334 руб. надлежит отметить следующее.
Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» в силу положений пункта 1 статьи 429 ГК РФ по предварительному договору стороны или одна из них обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ, об оказании услуг и т.п. (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.
Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.
Лицо, заявляющее требование об упущенной выгоде, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить, что оно совершило конкретные действия и сделало с этой целью приготовления, направленные на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением. Другими словами, взыскатель должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить упущенную выгоду (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 302-ЭС14-735 по делу № А19-1917/2013).
При исчислении размера неполученных доходов первостепенное значение имеет определение достоверности (реальности) тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При определении размера упущенной выгоды должны учитываться данные, которые бесспорно подтверждают реальную возможность получения денежных сумм или иного имущества. При этом, ничем не подтвержденные расчеты о предполагаемых доходах не могут быть приняты во внимание.
Следовательно, при предъявлении исковых требований о взыскании упущенной выгоды истцу необходимо представить доказательства реальности получения дохода (наличия условий для извлечения дохода, проведения приготовлений, достижения договоренностей с контрагентами и пр.).
Сумму упущенной выгоды ФИО1 обосновывает стоимостью недвижимого имущества, указанной в пункте 3.5 предварительного договора.
Согласно пункту 1 статьи 2 ГК РФ гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.
Согласно пункту 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
Пунктом 1 статьи 421 ГК РФ установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
В соответствии со статьёй 422 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
В силу положений пункта 1 статьи 429 ГК РФ по предварительному договору стороны или одна из них обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ, об оказании услуг и т.п. (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.
Пунктом 6 статьи 429 ГК РФ установлено, что если в оговоренный срок основной договор не заключен и ни одна из сторон не направила другой стороне предложение заключить договор купли-продажи, действие предварительного договора прекращается.
Судебная коллегия исходит из того, что установление сторонами предварительного договора 08.06.2023 условия о заключении основного договора купли-продажи являлось выражением их свободной воли, в том числе воли ФИО1 Такое лицо приняло на себя обязательства в должной мере и должно было осознавать риски совершения таких гражданско-правовых действий.
По смыслу норм, регулирующих заключение предварительного договора, указанный договор не порождает для сторон денежных обязательств, а только обязательства заключить основной договор в будущем.
Определением Арбитражного суда Омской области от 22.08.2023 года торги № 10444-ОТПП от 02.05.2023, которые были организованы ответчиком для реализации недвижимого имущества в рамках дела № А46-16174/2020 при наличии вступившего в законную силу судебного акта, были признаны недействительными с учетом постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26.06.2023, и был признан недействительным договор купли-продажи, заключенный 10.05.2023 по результатам проведения торгов между ответчиком и истцом (апеллянтом), что исключало возможность заключения между истцом (апеллянтом) и ФИО7 основного договора купли-продажи имущества (объектов недвижимости) и исключало реальность возможности получения истцом (апеллянтом) денежных средств по указанному договору.
По справедливому замечанию ААУ «Арсенал», принятому во внимание судом первой инстанции, тогда как основной договор купли-продажи между сторонами заключен не был, то обязательство по уплате ФИО1 денежных средств в сумме 17 000 000 руб., указанное в пункте 3.5 предварительного договора, у ФИО7 (покупателя) не возникло. Соответственно, не возникло и корреспондирующее этому обязательству право ФИО1 на получение указанных денежных средств.
Таким образом, заявленные требования в настоящем обособленном споре по возмещению упущенной выгоды в сумме 6 693 334 руб. основаны на несуществующем (не возникшем) праве ФИО1 на получение денежных средств в сумме 17 000 000 руб. по незаключенному договору купли-продажи недвижимого имущества. При этом очевидно, что несуществующее право ФИО1 не может быть нарушено какими-либо действиями арбитражного управляющего ФИО2
Апелляционный суд также отмечает, что само по себе подписание предварительного договора однозначно не свидетельствует о причинении истцу убытков в виде упущенной выгоды в связи с незаключением основного договора, поскольку не доказывает, что при другом стечении обстоятельств договор обязательно был бы заключен.
Следует также отметить, что ФИО1 ошибочно полагает, что до 22.08.2023 – момента признания торгов 10444-ОТПП от 02.05.2023 недействительными – у неё на основании предварительного договора купли-продажи № 1 от 08.06.2023 года имелось право на получение денежных средств в размере 17 000 000 руб., в том числе путём понуждения ФИО7 к совершению сделки в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 445 ГК РФ.
В соответствии со статьёй 445 ГК РФ понуждение стороны к заключению договора применимо лишь при одновременном соблюдении следующих условий:
1) заключение договора обязательно для этой стороны;
2) имеют место факты, свидетельствующие о ее уклонении от заключения договора.
В соответствии с пунктом 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» требование о понуждении к заключению договора может быть удовлетворено судом при наличии у ответчика обязанности заключить такой договор. Названная обязанность и право требовать понуждения к заключению договора могут быть предусмотрены лишь ГК РФ либо иным федеральным законом или добровольно принятым обязательством (пункт 2 статьи 3, пункт 1 статьи 421, абзац первый пункта 1 статьи 445 ГК РФ).
В соответствии с пунктом 2.6 договора предварительного договора от 08.06.2023 основной договор купли-продажи имущества (объектов недвижимости) между истцом (апеллянтом) и ФИО7 не мог быть заключен ранее 01.09.2023 года.
Очевидно, что до 01.09.2023 покупатель (ФИО7) не мог считаться стороной, уклоняющейся от заключения договора, и у покупателя до 01.09.2023 отсутствовала обязанность по заключению основного договора купли-продажи в порядке, предусмотренном 4 статьи 445 ГК РФ. Также по условиям предварительного договора купли-продажи от 08.06.2023 обязательство покупателя (ФИО7) по передаче продавцу (ФИО1) денежных средств в сумме 17 000 000 руб. не возникло.
Соответственно, у апеллянта до 01.09.2023 года отсутствовали основанные на сделке – предварительном договоре от 08.06.2023 – не только право на получение денежных средств в сумме 17 000 000 руб., но и право на понуждение ФИО7 к совершению сделки (заключению основного договора купли-продажи) в порядке, установленном пунктом 4 статьи 445 ГК РФ.
Утверждение апеллянта о том, что право на получение денежных средств в сумме 17 000 000 руб. возникло у истца в момент заключения предварительного договора не основано ни на законе, ни на условиях сделки.
Таким образом, невозможность исполнения условий предварительного договора в данном случае не является основанием для взыскания с финансового управляющего убытков.
Применительно к доводу апеллянта, основанному на положении пункта 2 статьи 381 ГК РФ, о необходимости возврата ФИО1 двойной суммы задатка (1 029 295 руб.) судебная коллегия отмечает следующее.
Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.
Положения пункта 2 статьи 381 ГК РФ (возврат суммы задатка в двойном размере) предусматривают наличие обязательства, не исполненного сторонами и прекращенного, тогда как недействительная сделка не влечет юридических последствий в виде возникновения обязательства и недействительна с момента её совершения.
Учитывая вышеназванные нормы права, у ФИО1 не возникло права требовать от финансового управляющего ФИО3 ФИО2 двойной суммы задатка, поскольку при взыскании суммы задатка по сделке, признанной недействительной, следует руководствоваться общими положениями о последствиях недействительности сделки. Гражданским законодательством не предусмотрена возможность взыскания двойной суммы задатка в качестве применения последствий недействительности сделки. При этом оплаченный апеллянтом при подаче заявки на аукцион задаток возвращен ему в порядке реституции 27.10.2023.
Следует заметить, что ни ГК РФ, ни Положением о порядке продажи имущества ФИО3, ни договором, заключенным с ФИО1, не предусмотрена такая мера ответственности, как возврат суммы задатка в двойном размере по основаниям, приведенным ФИО1 в заявлении.
При изложенном в удовлетворении заявления в этой части судом первой инстанции отказано правомерно.
В отношении довода подателя жалобы о необходимости взыскания с финансового управляющего сумм, взысканных с ФИО1 решением Центрального районного суда г. Омска от 28.12.2023 № 2-5312/2023, надлежит отметить следующее.
Довод ФИО1 о взыскании с ответчика убытков в сумме 306 926 руб. 03 коп. (53 200 руб. – фактические убытки ФИО1 по возмещению ФИО7 расходов на уплату государственной пошлины на основании решения Центрального районного суда г. Омска от 28.12.2023 № 2-5312/2023; 253 726 руб. 03 коп. – фактические убытки ФИО1 по возмещению ФИО7 неустойки на основании решения Центрального районного суда г. Омска от 28.12.2023 № 2-5312/2023), причиненных ей, по её мнению, по вине ответчика, опровергается вступившим в законную силу указанным решением Центрального районного суда г. Омска от 28.12.2023 по делу № 2-5312/2023, которое содержит вывод суда о том, что ФИО1, действуя добросовестно, для надлежащего исполнения своих обязательств перед ФИО7, могла и должна была принять все меры для своевременного возврата денежных средств, не ожидая возврата денежных средств от третьих лиц (страница 3 указанного решения).
В соответствии с пунктом 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.
Никаких доказательств невозможности исполнения обязательств перед ФИО7 по своевременному возврату денежных средств по вине финансового управляющего имуществом должника ФИО9 ФИО2 истцом в материалы настоящего дела не представлено.
ФИО1 (ИНН <***>) зарегистрирована 06.11.2008 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 12 по Омской области в качестве индивидуального предпринимателя.
В соответствии с пунктом 1 статьи 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.
В настоящем случае имеет место, по сути, переложение рисков, связанных с осуществлением истцом предпринимательской деятельности, на финансового управляющего ФИО2
Кроме того, уплата процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, является мерой гражданско-правовой ответственности.
Для применения мер гражданско-правовой ответственности необходимы следующие условия: наличие противоправного деяния (неисполнение обязательства), причинение вреда или убытков, причинно-следственная связь между нарушением и последствиями, а также наличие вины нарушителя.
Меры гражданско-правовой ответственности, как правило, применяются лично к нарушителю и не могут быть переложены на других лиц.
Тогда как решением Центрального районного суда г. Омска от 28.12.2023 № 2-5312/2023 установлено непосредственно виновное поведение ФИО1, основания для взыскания заявленных истцом в настоящем обособленном споре убытков в сумме 306 926 руб. 03 коп. (фактически в порядке регресса) с финансового управляющего имуществом должника ФИО9 ФИО2 отсутствуют.
Требование о взыскании с финансового управляющего государственной пошлины в сумме 3 000 руб. (в качестве убытка), истребованной определением Арбитражного суда Омской области от 22.08.2023 по делу № А46-16174/2020, также нельзя признать обоснованным, тогда как понесенные лицами, участвующими в деле, судебные расходы не являются убытками в гражданско-правовом смысле, поскольку связаны с реализацией не гражданско-правовых, а процессуальных прав и обязанностей сторон в рамках судопроизводства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.02.2016 № 308-ЭС16-283; определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2017 № 302-ЭС17-6773; определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2017 № 308-ЭС17-18607).
Учитывая, что судебные издержки взысканы с ФИО1 как с проигравшей стороны, причинно-следственной связь между действиями финансового управляющего и возникшими у неё расходами на оплату государственной пошлины отсутствует.
Таким образом, как обоснованно указано судом первой инстанции, объективные обстоятельства, которые приведены истцом в заявлении в качестве обоснования взыскания убытков, не могут быть связаны в единую цепочку обстоятельств как основания, предусмотренные статьей 15 ГК РФ, для взыскания в рассматриваемом случае с ответчика убытков. Финансовым управляющим проведены торги при наличии вступившего в законную силу судебного акта. Относительно довода заявителя о нарушении финансовым управляющим положений Закона о банкротстве следует обратить внимание на то, что вопрос об отсутствии оснований для реализации имущества даже при новом рассмотрении заявления финансового управляющего не является столь однозначным, как на это указывает заявитель; при тех обстоятельствах, которые имеют место быть в рассматриваемой процедуре банкротства должника, суд первой инстанции правомерно не согласился с заявителем о наличии виновных со стороны финансового управляющего ФИО2, противоправных действий, то есть нарушении Закона о банкротстве последним при составлении Положения о порядке реализации имущества должника. После отмены определения суда первой инстанции об утверждении Положения о порядке реализации имущества должника судом кассационной инстанции все последующие действия, имевшие место быть, и на которые ссылается заявитель, являются ничем иным, как предпринимательскими рисками истца, причинно-следственной связи не образуют.
Таким образом, оснований для удовлетворения заявления ФИО1 не имеется.
Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка в соответствии со статьей 71 АПК РФ.
Аргументы, приведенные заявителем в апелляционной жалобе, коллегия судей изучила и признала юридически несостоятельными, ибо все они сводятся к иному, нежели у суда, толкованию норм действующего законодательства и оценке фактических обстоятельств спора. Однако наличие у заявителя собственной правовой позиции по спорному вопросу не является основанием для отмены принятого по делу судебного акта.
Судебный акт в обжалуемой части соответствует нормам права, а содержащиеся в нем выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.
Исходя из изложенного оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.
Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.
В силу статьи 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине относятся на подателя апелляционной жалобы.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Омской области от 02.06.2025 по делу № А46-16174/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.
Председательствующий Е.А. Самович
Судьи О.Ю. Брежнева М.А. Губина