Постановление по делу № 15АП-16991/2023 от 04.12.2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

город Ростов-на-Донудело № А32-22683/2022

04 декабря 2023 года15АП-16991/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 27 ноября 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 04 декабря 2023 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Димитриева М.А.,

судей Николаева Д.В., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Сейрановой А.Г.,

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от общества с ограниченной ответственностью "Альянс Синергии": представитель ФИО1 по доверенности от 23.06.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.08.2023 по делу № А32-22683/2022 о привлечении к субсидиарной ответственности по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Альянс Синергии" к ФИО3; ФИО2; ФИО4; ФИО5, при участии третьего лица: общества с ограниченной ответственностью "Топливная компания Спектр",

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Альянс Синергии» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО6 о взыскании солидарно денежных средств в сумме 2 739 667,46 руб.

Определением от 16.01.2023 к участию в дело в качестве соответчика привлечена ФИО5 (далее - соответчик).

Определением от 12.07.2023 принят отказ истца от иска в части требований к ФИО6, в указанной части производство по делу прекращено, судом было установлено, что ФИО6 умер 31.03.2023.

Решением от 29.08.2023 ссуд взыскал солидарно с ФИО3, ФИО2, ФИО4 в пользу ООО «Альянс Синергии» денежные средства в сумме 2 739 667,46 руб., а также расходы по оплате госпошлины в сумме 36 698 руб.

В удовлетворении заявленных требований к ФИО5 отказал.

Возвратил ООО «Альянс Синергии» из федерального бюджета госпошлину в сумме 41 руб. (платежное поручение № 123 от 13.05.2022).

ФИО2 обжаловал решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт в части привлечения к субсидиарной ответственности, принять новый.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что своими действиями ФИО2 не причинял и не мог причинить имущественного вреда кредиторам, поскольку не являлся контролирующим должника лицом и не мог давать обязательные к исполнению указания. Доводы о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим из договора поручительства незаконно и необоснованно. Заявитель жалобы отмечает, что у руководителя не возникла обязанность для обращения с заявлением о несостоятельности (банкротстве) общества.

В отзыве на апелляционную жалобу общество с ограниченной ответственностью «Альянс Синергии» просит решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель общества с ограниченной ответственностью "Альянс Синергии" поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, представителей в судебное заседание не направили, о времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Возражения в части возможности применения положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации от лиц, участвующих в деле, не поступали.

Поскольку решение суда первой инстанции оспаривается только в части и ни одна из сторон в судебном заседании не заявила возражений в отношении применения положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность и обоснованность судебного акта проверяется судом апелляционной инстанции в обжалуемой части с учетом положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.01.2022 по делу № А32-1343/2022-85/24-Б принято к производству заявление ООО «Альянс Синергии» о признании ООО «Топливная компания Спектр» (далее - должник, 3-е лицо, общество) несостоятельным (банкротом).

Определением от 25.04.2022 прекращено производство по заявлению о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве. Указанным определением на основании поступивших ответов регистрирующих органов установлено, что движимого и недвижимого имущества у должника нет.

С 08.02.2017 до настоящего времени генеральным директором общества является ФИО3 (ответчик 1). С 26.12.2013 (дата создания общества) соучредителем общества с долей 33,399999999999999% в уставном капитале общества является отец ответчика 1 - ФИО2 (ответчик 2). Соучредителями ФИО2 с 26.12.2013 по 11.10.2021 также являлись ФИО4 (ответчик 3) и ФИО6 (умер 31.03.2023) (далее - ФИО6), доля каждого - по 33,399999999999999% в уставном капитале общества. 08.10.2021 в ЕГРЮЛ внесена запись о переходе к обществу долей ответчика 3 и ФИО6 в размере 8 000 руб. (66,599999999999994%). Таким образом, с 08.10.2021 единственным участником общества и контролирующим должника лицом является ответчик 2. 10.12.2021 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о юридическом адресе общества.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 05.02.2020 по делу № А40-280490/19-159-2192 утверждено мировое соглашение между истцом и должником (далее - мировое соглашение), с учетом определения от 11.06.2021 об исправлении опечатки. Согласно условиям мирового соглашения, должник обязался уплатить 1 800 000 руб. задолженности в рассрочку в течение 24 месяцев с ежемесячными выплатами по 75 000 руб., первый платеж - до 29.02.2020. Должник не выплатил по мировому соглашению денежные средства в полном объеме. 10.08.2021 ОСП по Карасунскому округу г. Краснодара в отношении должника возбуждено исполнительное производство № 134211/21/23040-ИП (далее - ИП). В рамках ИП к настоящему времени погашено 6 240,54 руб., остаток задолженности составляет 1 793 759,46 руб. Согласно условиям мирового соглашения, должник обязался уплатить 1 800 000 руб. задолженности в рассрочку в течение 24 месяцев с ежемесячными выплатами по 75 000 руб., первый платеж - до 29.02.2020. Мировое соглашение было подписано со стороны общества ответчиком 2. Указанное обстоятельство свидетельствует о вовлеченности ответчика 2, являющегося также отцом ответчика 1, в деятельность общества, и его осведомленности о неисполненных обществом обязательствах перед истцом как до, так и после утверждения судом мирового соглашения.

Заочным решением Ленинского районного суда г. Краснодара от 11.03.2020 по делу № 2-2592/2020 с должника и поручителей - ответчика 1 и г-на ФИО7 в пользу истца по договору займа взыскано солидарно 800 000 руб. - процентов за пользование заемными денежными средствами, 87 500 руб. - неустойки, 46 333 руб. - расходов на оплату услуг представителя, 12 075 руб. - расходов по оплате госпошлины, всего 945 908 руб. Как было установлено судом, 18.07.2018 между истцом (займодавец) и должником был заключен договор займа № 1/3-АС (далее - договор займа). В соответствии с договорами поручительства № 3/П-АС от 18.07.2018 и № 4/П-АС от 18.07.2018 ответчик 1 и г-н ФИО7 обязались отвечать за исполнение обязательств обществом перед истцом по договору займа. 20.07.2018 истец перечислил обществу денежные средства на сумму 1 500 000 руб. Должник погасил сумму займа, однако не уплатил проценты за пользование займом на сумму 800 000 руб. (пункт 2.3 договора займа). 26.11.2020 в Лазаревском РОСП возбуждено исполнительное производство № 78689/20/23050-ИП в отношении ФИО7 01.12.2020 ОСП по Западному округу г. Краснодара возбуждено исполнительное производство № 132459/20/23039-ИП в отношении ответчика 1. До настоящего времени имеющаяся задолженность не погашена ни должником, ни поручителями. Согласно пункту 2.3 договора займа общество должно было до 30.09.2018 уплатить истцу проценты за пользование займом на сумму 800 000 руб. Должник не уплатил указанные проценты. Таким образом, обязательство 3-его лица по погашению задолженности наступило не позднее 30.09.2018. По состоянию на указанную дату общество обладало признаками банкротства, и ответчик 1 как руководитель общества должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества не позднее 30.10.2018.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 30.06.2021 по делу № А12-10682/2021 с должника в пользу ООО Маслоцех «Камышинский» взыскано 2 586 020 руб. задолженности и 35 930 руб. расходов по оплате госпошлины. Указанным решением установлено, что: «12.10.2020 между ООО Маслоцех «Камышинский» (покупатель) и обществом (поставщик) заключен договор № 27/12.10.2020, по условиям которого поставщик в собственность покупателю, а покупатель принимает и оплачивает сельхозпродукцию, на условиях, предусмотренных договором. В соответствии с пунктом 5.4 договора оплата товара производится покупателем по факту поставки. Во исполнение принятых на себя обязательств, на основании выставленного счета, истец перечислил ответчику денежные средства в сумме 6 658 380 руб., что подтверждается платежными поручениями № 218 от 12.10.2020, № 226 от 13.10.2020, № 239 от 19.10.2020, № 248 от 21.10.2020, № 287 от 06.11.2020. Ответчик осуществил поставку товара на сумму 4 072 360 руб., что подтверждается УПД № 39 от 12.10.2020, № 40 от 13.11.2020, № 42 от 1910.2020, № 43 от 23.10.2020. Между тем, ответчик поставку предварительно оплаченного товара в полном объеме не произвел ни в установленный договором срок, ни позднее». Текущая задолженность должника по указанному решению согласно данным https://fssp.gov.ru/iss/ip составляет 2 612 859,78 руб.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.08.2021 по делу № А32-18819/2021 с должника в пользу ООО «СтройАвто» взыскано 8 266 920 руб. задолженности. Указанным решением установлено, что: «задолженность ответчика составляет 8 266 920 руб., в том числе: 5 091 920 руб. по договору № 21-11/11П2020 от 15.01.2021 за период с 16.01.2021 по 31.03.2021; 2 433 000 руб. по договору № 18-1/12-2020 от 18.12.2020 за период с 01.02.2021 по 13.04.2021; 742 000 руб. по договору № 05-1/01-2021 от 05.01.2021 за период с 31.03.2021 по 13.04.2021 ». Текущая задолженность должника по указанному решению согласно данным https://fssp.gov.ru/iss/ip составляет 8 266 920 руб.

Тем самым общий размер обязательств должника после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве (30.10.2018), и до возбуждения дела о банкротстве должника (18.01.2022) составлял не менее 12 652 940 руб.

Поскольку обществом перед истцом не была погашена задолженность, ответчик обратился в суд с исковым заявлением о взыскании с ответчиков денежных средств в сумме 2 739 667,46 руб.

При вынесении обжалуемого решения суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Согласно части 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации обществом с ограниченной ответственностью признается хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества с ограниченной ответственностью не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей.

Обществом с ограниченной ответственностью признается созданное одним или несколькими лицами хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества (часть 1 статьи 2 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом (пункт 2 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации)

Пунктами 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротства, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 Постановления № 53, под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые были необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка, которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок (иных операций), совершенных под влиянием контролирующего лица, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства

В пункте 17 Постановления № 53 разъяснено, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника, что означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществить в отношении должника реабилитационные мероприятия по восстановлению платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть учтено соучастие в любой форме (соисполнительство, пособничество и т.д.). Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой (пункт 22 постановления № 53).

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285 по делу № А65-27181/2018 указано, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Заявляя о субсидиарной ответственности участника/исполнительного органа общества, истец в рамках настоящего дела должен доказать, что в действиях контролирующих лиц имеется состав правонарушения, включая виновные действия (бездействие), контролирующих лиц, повлекших невозможность исполнения денежных обязательств должником-организацией перед кредитором (вывод активов, фальсификация или уничтожение документов, уничтожение имущества и т.п.), причинно-следственную связь и причиненные этими действиями (бездействием) убытки

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Предусмотренная нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

В соответствии с разъяснениями, указанными в пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением должником обязательств и недобросовестными и неразумными действиями данных лиц.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (пункт 1, пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Согласно части 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу части 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если: невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено; должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Кредитор и контролирующее деятельность должника лицо обязаны проявлять добросовестность, содействуя друг другу с целью справедливого распределения рисков на всех этапах взаимодействия, начиная с правоотношений (преимущественно договорных) с организацией-должником и завершая разрешением в суде спора о наличии установленных в законе материально-правовых оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а равно должны сохранять уважение к правосудию.

Поэтому кредиторы, в том числе ведущие предпринимательскую деятельность, прибегая к судебной защите своих имущественных прав, вправе рассчитывать на добросовестное поведение контролирующих должника лиц не только в материально-правовых, но и в процессуальных отношениях: на их содействие правосудию, на раскрытие информации о хозяйственной деятельности контролируемой организации, на представление документов и иных доказательств, необходимых для оценки судом наличия либо отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности

Исходя из статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 Конституции Российской Федерации и из специального требования о добросовестности, закрепленного в Гражданском кодексе Российской Федерации и в Законе об ООО, стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере, совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту.

В ситуации, когда исполнение обязательств должника перед кредитором обеспечено поручительством лица, являющегося одновременно контролирующим основного должника лицом, наличие судебного решения о взыскании с такого лица задолженности по договору поручительства само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности в качестве контролирующего должника лица.

Как установлено судом первой инстанции, с 08.02.2017 до настоящего времени генеральным директором общества является ФИО3. С 26.12.2013 (дата создания общества) соучредителем общества с долей 33,399999999999999% в уставном капитале общества является отец ФИО3 - ФИО2. Соучредителями ФИО2 с 26.12.2013 по 11.10.2021 также являлись ФИО4 и ФИО6 (умер 31.03.2023), доля каждого - по 33,399999999999999% в уставном капитале общества. 08.10.2021 в ЕГРЮЛ внесена запись о переходе к обществу долей ФИО4 и ФИО6 в размере 8 000 руб. (66,599999999999994%). Таким образом, с 08.10.2021 единственным участником общества и контролирующим должника лицом является ФИО2.

Из отчета о финансовых результатах общества следует, что по итогам 2019 года выручка общества составила 64 618 000 руб., за 2020 год - 3 891 000 руб., за 2021 год - 23 373 000 руб.

Анализ движения денежных средств по расчетному счету общества № 40702810026240000708 в АО «Альфа-Банк» за период с 07.09.2018 по 30.01.2023 выявил следующее.

После наступления обязательства 3-его лица (общества) по погашению задолженности перед истцом на сумму 800 000 руб. (30.09.2018) по договору займа № 1/3-АС от 18.07.2018 общество продолжало вести обычную финансово-хозяйственную деятельность. Обороты за указанный период составили 75 861 535,45 руб. После возникновения обязательств по оплате перед истцом общество получило и произвело оплат на сумму более 75 млн. руб. Назначение платежей свидетельствует о том, что общество продолжало заключать договоры, производить по ним платежи и получать исполнение с 2019 года по 2021 год.

За указанный период с расчетного счета общества снято денежных средств наличными на общую сумму 5 710 931,97 руб. Никакой отчетности по указанным операциям в общество не предоставлено, цели снятия наличных денежных средств не указано.

05.11.2020 и 06.11.2020 обществом с назначением платежа «по договору займа № 7 от 05.11.2020» перечислено ООО «ИнтерСтрой Плюс» (ИНН <***>) денежных средств на общую сумму 1 545 000 руб. Денежные средства, предоставленные по договору займа, не возвращены, мероприятия по истребованию дебиторской задолженности обществом не проводились.

В отношении ООО «ИнтерСтрой Плюс» 19.12.2022 возбуждено дело о банкротстве № А68-14588/2022, 29.05.2023 прекращено в связи с отсутствием у ООО «ИнтерСтрой Плюс» имущества и отказом кредиторов от финансирования банкротства. Генеральным директором данной организации является ФИО8.

30.12.2020 двумя траншами общество перечислило индивидуальному предпринимателю ФИО8 денежные средства на общую сумму 985 000 руб. с назначением платежа «перечисление по договору №1 от 30.12.2020».

При этом на момент перечисления денежных средств по договорам займа в адрес ООО «ИнтерСтрой Плюс» и индивидуального предпринимателя ФИО8 у общества уже имелась просроченная задолженность на общую сумму 2 600 000 руб.

Таким образом, общество располагало возможностью погасить задолженность по договору займа № 1/3-АС от 18.07.2018 и мировому соглашению, утверждённому определением Арбитражного суда г. Москвы от 05.02.2020 по делу № А40-280490/19-159-2192, однако ответчики не приняли к этому никаких должных мер. Финансово-хозяйственная деятельность общества прекращена полностью в июне 2021 года, т.е. почти через 3 года после наступления обязанности по погашению задолженности перед истцом.

Как следует из направленных ФИО2 истцу документов с проектами подготовленных исковых заявлений, в пользу общества была сформирована дебиторская задолженность в отношении: ООО «ИнтерСтрой Плюс» (ИНН <***>) на общую сумму 52 437 300 руб. по договору процентного займа № 7 от 05.11.2020 с учетом процентов за пользование займом (срок возврата займа с процентами - до 05.05.2021); индивидуального предпринимателя ФИО8 (далее - ИП ФИО8) - на общую сумму 33 430 900 руб. по договору процентного займа № 1 от 30.12.2020 с учетом процентов за пользование займом (срок возврата - до 30.06.2021); ООО «ЮгСталИнвест» (ИНН <***>) - на общую сумму 854 000 руб. по договору подряда № 21-11/11П2020 от 09.12.2020 (просрочка выполнения работ с декабря 2020).

Как следует из определений от 18.01.2022, от 08.02.2022 и от 16.03.2022 по делу № А32-1343/2022, суд обязывал должника представить бухгалтерский баланс, документы бухгалтерской отчетности на последнюю отчетную дату с отметкой налогового органа, списки дебиторов и кредиторов с расшифровкой задолженности по каждому, перечень имущества с указанием балансовой стоимости, а также мотивированный отзыв. Ответчиками требования суда были проигнорированы. Вместе с тем, сведения об истребовании дебиторской задолженности с ООО «ИнтерСтрой Плюс», ИП ФИО8 и ООО «ЮгСталИнвест» в судебном порядке отсутствуют. Причин, обусловливающих и оправдывающих длительное бездействие ответчика по ее взысканию и по снижению долговой нагрузки на общество (с мая 2020 года по настоящее время), не указано.

Финансовые показатели результатов деятельности ООО «ИнтерСтрой Плюс» (с 2020 года отчетность не сдавалась) и ООО «ЮгСталИнвест» за 2022 год указывают, что возможность фактического взыскания данной задолженности в настоящее время утрачена полностью либо в значительной степени (кредиторская задолженность ООО «ИнтерСтрой Плюс» составляет 9 489 000 руб., ООО «ЮгСталИнвест» - 30 066 000 руб.).

ФИО3, будучи генеральным директором, не мог не знать об образовавшейся у 3-его лица перед истцом задолженности на сумму 2 600 000 руб., в связи с чем сознательно причинил ущерб законным интересам последнего, не истребовав дебиторскую задолженность в судебном порядке и не раскрыв сведения о ней в рамках дела о банкротстве. Как следует из материалов дела и электронной переписки ФИО2 с представителем истца, ФИО2 также был информирован о наличии вышеуказанной дебиторской заложенности, а также располагал документами для ее взыскания.

В соответствии с Уставом общества высшим органом управления общества является общее собрание участников. Один раз в год общество проводит годовое общее собрание. К компетенции общего собрания участников относятся определение основных направлений деятельности общества, а также принятие решения об участии в ассоциациях и других объединениях коммерческих организаций; утверждение годовых бухгалтерских отчетов и годовых бухгалтерских балансов; принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками общества; утверждение (принятие) документов, регулирующих внутреннюю деятельность общества; принятие решения о реорганизации или ликвидации общества; принятие решения о совершении крупных сделок, в случаях, предусмотренных статьей 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Согласно положениям статьи 61.14 Закона о банкротстве, учитывая разъяснения, приведенные в пунктах 27 - 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума № 53), наличие права на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 - 61.13 Закона о банкротстве, связано с наличием в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, в том числе и после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями пункта 16 Постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским обязательственным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Судом установлено, что ФИО9, ФИО2 и ФИО4 не могли не знать и не осознавать правовых последствий непринятия ими соответствующих мер и решений. При этом ФИО2 являлся и является в настоящее время контролирующим должника лицом, подписантом мирового соглашения от должника по доверенности и отцом ФИО9 и не мог не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне ФИО9 возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении им данной обязанности. ФИО4 (совместно с ФИО2) с октября 2018 года до настоящего времени не предпринимали никаких действий по ликвидации задолженности перед истцом либо признанию общества неплатежеспособным и обращению в суд с заявлением о банкротстве, чем вводили истца и других кредиторов в заблуждение относительно действительного финансового положения общества. ФИО9 не позднее 30.10.2018, а ФИО2 не позднее 29.03.2020 обязаны были принять меры к созыву общего собрания участников общества для принятия решения о подаче заявления о банкротстве, а с 08.10.2021 - к принятию решения единственного участника о подаче заявления о банкротстве и/или подать заявление о банкротстве.

Поскольку определением Арбитражного суда Краснодарского края по делу № А32-1343/2022-85/24-Б от 25.04.2022 производство по делу о признании должника несостоятельным (банкротом) прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, размер субсидиарной ответственности ответчиков 1, 2, 3 определяется как сумма задолженности общества перед истцом, а именно 2 739 667,46 руб.

Доводы ФИО2 подлежат отклонению, поскольку если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно.

Анализ представленных в дело доказательств и обстоятельств настоящего дела показал, что поведение ФИО9, ФИО2 и ФИО4 повлекло в данном случае причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, выразившееся в фактическом прекращении деятельности, уменьшении размера имущества должника, что привело к утрате кредиторами возможности получения удовлетворения своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Доказательств принятия ответчиками надлежащих мер для улучшения экономического положения общества в материалы дела не было представлено. Являясь участниками общества, ФИО9, ФИО2 и ФИО4 не могли не знать о наличии у общества долга перед истцом, подтвержденными вступившими в силу судебными актами. При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие принятие ответчиками мер по погашению долга перед истцом.

Требования к ФИО5 (бухгалтеру общества) суд первой инстанции признал необоснованными на основании следующего.

В абзаце четвертом пункта 3 постановления Пленума № 53 указано, что лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 22 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Доказательства того, что бухгалтер ФИО5 имела юридическую и фактическую возможность определять судьбу сделок, которые впоследствии привели к утрате должником возможности произвести расчеты со своими кредиторами, в материалах дела отсутствуют. Таким образом, ФИО5 не является субъектом ответственности по обязательствам общества.

В указанной части апелляционная жалоба доводов не содержит.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу об обоснованности заявленных требований в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО2, ФИО4.

Судебные расходы распределены судом первой инстанции между сторонами с учетом требований статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и обоснованно отнесены на ответчиков.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Поскольку при принятии апелляционной жалобы к производству подателем апелляционной жалобы не представлены подлинные документы, подтверждающие факт уплаты государственной пошлины в доход федерального бюджета надлежит взыскать 3000 руб. госпошлины по апелляционной жалобе.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.08.2023 по делу № А32-22683/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрения апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу.

Председательствующий М.А. Димитриев

СудьиД.В. Николаев

Н.В. Сулименко