ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-854/2025

г. Челябинск

13 марта 2025 года

Дело № А76-28264/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 марта 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Корсаковой М.В.,

судей Арямова А.А., Скобелкина А.П.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Биленко К.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Челябинской области от 23.12.2024 по делу № А76-28264/2024.

В судебном заседании приняли участие представители:

Прокуратуры Челябинской области - ФИО2 (служебное удостоверение);

индивидуального предпринимателя ФИО1 - ФИО3 (доверенность от 06.05.2024, диплом, паспорт, посредством веб-конференции).

Прокуратура Челябинской области (далее – истец) 19.08.2024 обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к муниципальному казенному общеобразовательному учреждению «Средняя образовательная школа № 2» (далее - МКОУ «СОШ № 2»), индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1) о признании недействительной в силу ничтожности сделки, оформленной договорами, заключенными между МКОУ «СОШ № 2» и ИП ФИО1: № 4 от 16.02.2024 на поставку цифровой лаборатории по биологии (ученическая) Робиклаб на сумму 315 000 руб., № 5 от 19.02.2024 на поставку цифровой лаборатории по физике (ученическая) Робиклаб на сумму 315 000 руб., № 6 от 16.02.2024 на поставку цифровой лаборатории по химии (ученическая) Робиклаб на сумму 315 000 руб., в порядке применения последствий недействительности ничтожной сделки взыскать с ИП ФИО1 в пользу МКОУ «СОШ № 2» денежные средства, фактически оплаченные по контрактам, в размере 945 000 руб.

Определением от 20.08.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 23.12.2024 исковые требования удовлетворены: признана недействительной ничтожная сделка, оформленная договорами, заключенными МКОУ «СОШ № 2» и ИП ФИО1 № 4 от 16.02.2024 на поставку цифровой лаборатории по биологии Робиклаб на сумму 315 000 руб., № 5 от 19.02.2024 на поставку цифровой лаборатории по физике Робиклаб на сумму 315 000 руб., № 6 от 16.02.2024 на поставку цифровой лаборатории по химии Робиклаб на сумму 315 000 руб., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ИП ФИО1 в пользу МКОУ «СОШ № 2» денежных средств в размере 945 000 руб.; с ИП ФИО1 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина по иску - 6000 руб.

ИП ФИО1 в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. По мнению ответчика, само по себе заключение заказчиком нескольких контрактов с единственным поставщиком при соблюдении требований ст. 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе) не является нарушением, если такие действия не связаны с результатом антиконкурентного соглашения и не посягают на публичные интересы, права и законные интересы третьих лиц. При совершении оспариваемых сделок нарушений соответствующих требований допущено не было, лимиты совокупного годового объема закупок не превышены. Заказчик направлял сведения о закупках 6 поставщикам, выбрал поставщика по результатам оценки поступивших от них предложений, решение заказчика о закупке у ответчика иными поставщиками не оспаривалось. Ответчики действовали в соответствии с законом, истцом не доказана их недобросовестность, антимонопольный орган таких выводов также не делал. ИП ФИО1, учитывая поведение заказчика, требования закона и положения письма Минфина России от 08.06.2022 № 24-01-07/54275, будучи индивидуальным предпринимателем, добросовестно полагала, что действует законно. Кроме того, признание сделки недействительной по заявленным основаниям влечет применение последствий недействительности сделки путем двусторонней реституции, допустимость применения односторонней реституции не обоснована судом ссылками на закон. Ответчик не согласен также с выводом суда о невозможности возврата заказчиком полученного по сделке, поскольку доказательства, об этом свидетельствующие, в деле отсутствуют. Поставленные товары не являются расходными материалами, имеют свойство длительного пользования, цифровые лаборатории поставлялись в фирменной упаковке, обеспечивающей возможность их хранения и транспортировки; суд нарушил баланс интересов сторон, посчитав правомерным дальнейшее владение, пользование и распоряжение заказчиком поставленным ему имуществом, пригодным к использованию еще на протяжении не менее 3 лет, а также получение обратно им уплаченной за них суммы. Практика, на которую сослался суд, сложилась из правоотношений по оказанию услуг, а не поставки. Именно МКОУ «СОШ № 2» инициировало заключение оспариваемых договоров, однако решением суда поставлено в наиболее выгодное положение, предусматривающее сохранение в его собственности и товара и денежных средств.

МКОУ «СОШ № 2» в отзыве на апелляционную жалобу просит решение суда отменить, в удовлетворении исковых требований отказать, указывает на причины заключения договоров с ответчиком, отсутствие нарушений требований закона при заключении сделок, что сделки являются самостоятельными, независимыми друг от друга, имеют потребительскую ценность каждая по отдельности, единую сделку не образуют. Заказчиком также указано на законность применения односторонней реституции в случае отклонения доводов ответчиков об отсутствии оснований для признания сделок недействительными.

Прокуратура Челябинской области в отзыве на апелляционную жалобу просит решение суда оставить без изменения, указывает на несостоятельность доводов апелляционной жалобы, законность и обоснованность сделанных судом выводов.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации в сети Интернет. В соответствии со ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании представитель ИП ФИО1 поддержала доводы апелляционной жалобы, представитель Прокуратуры Челябинской области – доводы отзыва на апелляционную жалобу.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Прокуратурой города Миасса проведены надзорные мероприятия в отношении МКОУ «СОШ № 2» на предмет соблюдения требований Закона о контрактной системе. В результате прокурорской проверки установлены признаки нарушения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок при заключении контрактов на основании п. 5 ч. 1 ст. 93 Закона о контрактной системе.

Так, МКОУ «СОШ № 2» и ИП ФИО1 в период с 16 по 19 февраля 2024 года в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 93 Закона о контрактной системе заключены три договора поставки учебного оборудования на создание и обеспечение функционирования центров образования естественно-научной и технологической направленности «Точка роста» МКОУ «СОШ № 2» в рамках реализации мероприятий регионального проекта «Современная школа» национального проекта «Образование»:

- № 4 от 16.02.2024 на поставку цифровой лаборатории по биологии (ученическая) Робиклаб в количестве 3 штук, цена договора 315 000 руб., ИКЗ 243741503115074150100100010000000000;

- № 5 от 19.02.2024 на поставку цифровой лаборатории по физике (ученическая) Робиклаб в количестве 3 штук, цена договора 315 000 руб., ИК3243741503115074150100100010000000000.

- № 6 от 16.02.2024 на поставку цифровой лаборатории по химии (ученическая) Робиклаб в количестве 3 штук, цена договора 315 000 руб. ИК3243741503115074150100100010000000000.

По мнению Прокуратуры Челябинской области, указанные контракты, образуют одну сделку, искусственно раздробленную и оформленную тремя договорами, являются недействительными (ничтожными) сделками в соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как несоответствующие требованиям закона, поскольку заключены для создания ситуации, при которой заказчик может заключить договор с единственным поставщиком без использования конкурентных процедур.

Суд первой инстанции признал доводы истца обоснованными, в связи с чем исковые требования удовлетворил.

Суд апелляционной инстанции усматривает основания не согласиться с доводами истца и выводами суда первой инстанции, считает недоказанным наличие оснований для признания сделок недействительными и применении последствий их недействительности путем односторонней реституции.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктами 1 и 2 ст. 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации закупки товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд осуществляются в соответствии с законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд с учетом положений настоящего Кодекса.

Государственные (муниципальные) контракты заключаются в соответствии с планом-графиком закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд, сформированным и утвержденным в установленном законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд порядке, и оплачиваются в пределах лимитов бюджетных обязательств, за исключением случаев, установленных пунктом 3 настоящей статьи.

Отношения, связанные с размещением заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд, регулируются Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ.

Из п. 3 ч. 1 ст. 1 Закона о контрактной системе следует, что он регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, в части, касающейся, в том числе, заключения гражданско-правового договора, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги (в том числе приобретение недвижимого имущества или аренда имущества) от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, а также бюджетным учреждением либо иным юридическим лицом в соответствии с частями 1, 4 и 5 ст. 15 этого Федерального закона.

Законом о контрактной системе установлено правовое регулирование отношений, связанных с размещением государственных и муниципальных заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд, в том числе, установлен единый порядок размещения таких заказов конкурентными способами, к которым в соответствии со ст. 24 Закона относятся конкурсы (открытый конкурс, конкурс с ограниченным участием, двухэтапный конкурс, закрытый конкурс, закрытый конкурс с ограниченным участием, закрытый двухэтапный конкурс), аукционы (аукцион в электронной форме, закрытый аукцион), запрос котировок, запрос предложений.

Частью 2 ст. 8 Закона о контрактной системе установлен запрет на совершение заказчиками любых действий, которые противоречат требованиям настоящего Федерального закона, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок.

Согласно ч. 5 ст. 24 Закона о контрактной системе заказчик самостоятельно выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя), однако при этом он не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки.

При выборе способа определения поставщика (подрядчика, исполнителя) заказчик должен ориентироваться на конкурентные способы как на приоритетные, что, в свою очередь, не запрещает ему заключить контракт с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), но только в особых случаях, предусмотренных Законом № 44-ФЗ с соблюдением установленного порядка.

Принятие заказчиком решения о заключении контракта с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем) не должно восприниматься им как произвольные действия, а, напротив, должно отвечать целям Закона № 44-ФЗ, направленным на повышение эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, предотвращение коррупции и других злоупотреблений в сфере закупок.

Таким образом, муниципальные контракты по общему правилу заключаются на конкурсной основе и в пределах лимитов бюджетных обязательств. Закупка у единственного поставщика не относится к конкурентным способам закупки, а, следовательно, применение такого метода закупок должно осуществляться исключительно в случаях, установленных законом.

Случаи, когда возможно осуществление закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) без использования конкурентных способов определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей), предусмотрены статьей 93 Закона о контрактной системе.

В частности, п. 5 ч. 1 ст. 93 Закона предусмотрено, что закупка у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) может осуществляться заказчиком в следующих случаях:

осуществление закупки товара, работы или услуги государственной или муниципальной образовательной организацией на сумму, не превышающую шестисот тысяч рублей, либо закупки товара на сумму, предусмотренную частью 12 настоящей статьи, если такая закупка осуществляется в электронной форме. При этом годовой объем закупок, которые заказчик вправе осуществить на основании настоящего пункта, не должен превышать пять миллионов рублей или не должен превышать пятьдесят процентов совокупного годового объема закупок заказчика и не должен составлять более чем тридцать миллионов рублей. Осуществленные в соответствии с частью 12 настоящей статьи в электронной форме закупки товара не учитываются в составе годового объема закупок, которые заказчик вправе осуществить на основании настоящего пункта.

Приведенная норма не содержит каких-либо ограничений в количестве заключаемых договоров на сумму, не превышающую шестисот тысяч рублей, в том числе по одному и тому же товару у одного и того же поставщика, которые могут быть заключены в течение какого-либо календарного периода времени (квартал, месяц, день). Вместе с тем, по своему содержанию п. 5 ч. 1 ст. 93 Закона о контрактной системе предусматривает для заказчика возможность проведения таким образом закупок «малого объема» в случаях, когда проведение процедур конкурентного отбора нецелесообразно ввиду несоответствия организационных затрат на проведение закупки и стоимости закупки. Искусственное дробление единой закупки на множество закупок в целях исключения публичных процедур не соответствует целям введения такой возможности заключения контракта без проведения конкурентных процедур.

При квалификации нескольких, совершенных последовательно договоров как единой сделки подлежит учету период совершения указанных сделок, идентичность либо однородность поставляемых товаров, цель заключения таких договоров, направленность на достижение единого результата приобретения.

Согласно пункту 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона о контрактной системе и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а, следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным

Согласно п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с ч. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом (п. 3 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что поставленные по муниципальным контрактам № 4, 5, 6 товары являются однородными, одно место поставки, в связи с чем исполнение можно было произвести в рамках одного контракта; общая сумма договоров составила 945 000 руб., что превышает установленный Законом о контрактной системе предел, при этом цена каждого договора 600 000 руб. не превышала; срочная необходимость (неотложный характер) закупок ответчиками не подтверждена, препятствий для своевременного проведения конкурентных процедур не установлено; из материалов прокурорской проверки следует, что помимо ИП ФИО1 в адрес заказчика до заключения контрактов были направлены коммерческие предложения от иных организаций и предпринимателей, содержащие полное описание товара, меньшую цену; отсутствие в данном случае публичных процедур способствовало созданию преимущественного положения единственного поставщика и лишило возможности других субъектов (возможных участников закупки) реализовать свое право на участие в закупках; ИП ФИО4, являясь профессиональным участником соответствующих правоотношений, знала (должна была знать), что поставляет товары вопреки предписаниям Закона о контрактной системе, заключение контрактов при наличии явно выраженного запрета, по сути, открывает возможность для приобретения незаконных имущественных выгод в обход положений Закона о контрактной системе; контракты на поставку цифровых лабораторий по биологии, физике и химии между сторонами заключены с нарушением предусмотренных ч. 1 ст. 1, ст. ст. 4, 8, 12, 22, 24, п. 5 ч. 1 ст. 93 Закона о контрактной системе требований (противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида правоотношений и предписанному им порядку действий), а потому указанные сделки, нарушающие требования закона и публичный интерес, являются ничтожными на основании п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку контракты заключены с нарушением требований Закона о контрактной системе при недобросовестном поведении участника закупки, с целью обхода закона, нарушая принципы контрактной системы, а, следовательно, и публичные интересы, полученное ответчиком имущественное удовлетворение является необоснованным, подлежат применению последствия недействительности ничтожной сделки; поскольку основания для оплаты поставленных ответчиком товаров отсутствовали, учитывая, что возврат полученного по сделке в натуре невозможен, на основании ч. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, в качестве последствий недействительности сделки подлежит применению односторонняя реституция в виде взыскания с ИП ФИО1 в пользу МКОУ «COШ № 2» полученных по контрактам денежных средств.

Однако суд апелляционной инстанции по результатам оценки доказательств полагает, что указанных истцом и судом первой инстанции обстоятельств совершения сделок с учетом их предмета и условий совершения недостаточно для того, чтобы сделать указанные выводы о совершении сделок в нарушение Закона о контрактной системе, в целях обхода требований о конкурентных процедурах, при недобросовестном поведении участника закупки. Соответствующие доводы истца и выводы суда достаточными доказательствами не подтверждены.

Согласно Методическим рекомендациям по применению методов определения начальной (максимальной) цены контракта, цены контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), утвержденных приказом Минэкономразвития России от 02.10.2013 № 567:

идентичными признаются товары, имеющие одинаковые характерные для них основные признаки (функциональные, технические, качественные, а также эксплуатационные характеристики). При определении идентичности товаров могут учитываться, в частности, страна происхождения и производитель. Незначительные различия во внешнем виде товаров могут не учитываться (п. 3.5.1);

однородными признаются товары, которые, не являясь идентичными, имеют сходные характеристики и состоят из схожих компонентов, что позволяет им выполнять одни и те же функции и (или) быть коммерчески взаимозаменяемыми. При определении однородности товаров учитываются их качество, репутация на рынке, страна происхождения (п. 3.6.1).

Указывая, что товары являются однородными, суд сослался на данные методические рекомендации, однако обоснование однородности товаров не привел.

В данном случае контракт № 4 от 16.02.2024 заключен на поставку цифровых лабораторий по биологии (ученическая) Робиклаб в количестве 3 штук по цене 105 000 руб. на сумму 315 000 руб., контракт № 5 от 19.02.2024 - на поставку цифровых лабораторий по физике (ученическая) Робиклаб в количестве 3 штук по цене 105 000 руб. на сумму 315 000 руб., контракт № 6 от 16.02.2024 - на поставку цифровых лабораторий по химии (ученическая) Робиклаб в количестве 3 штук по цене 105 000 руб. на сумму 315 000 руб. Спецификации к договорам содержат сведения о характеристиках товаров – цифровых лабораторий, которые применительно к каждому договору различны, а именно разные предметные области (биология/физика/химия), чем обусловлен разный состав лабораторий, их функционал, в том числе разные технические характеристики, типы датчиков, программного обеспечения, методических рекомендаций в комплекте. Данные товары не могут быть признаны идентичными, поскольку обладают разными функциональными, техническими, качественными, а также эксплуатационными характеристиками; нет оснований также считать данные товары однородными, поскольку они функционально разные и не являются взаимозаменяемыми.

Таким образом, предмет поставки по каждому договору разный, при этом товары по каждому договору отличаются целостностью, самостоятельностью, не являются составными частями одного товара, не образуют единое целое, не связаны между собой и независимы друг от друга, обладают потребительской ценностью каждый по отдельности, их приобретение не направлено на достижение единого результата.

Доводы ответчиков о том, что сделки являются самостоятельными, независимыми друг от друга, имеют потребительскую ценность каждая по отдельности, единую сделку не образуют, апелляционным судом признаются обоснованными.

С учетом изложенного то обстоятельство, что три указанные сделки совершены в один период, на условиях об одном месте поставки и на сумму 315 000 руб. каждая, не является достаточным основанием для квалификации их как единой сделки.

Указание истца и суда на то, что исполнение можно было произвести в рамках одного контракта, не свидетельствует о невозможности, нецелесообразности, неразумности и незаконности с учетом установленных обстоятельств заключения самостоятельных сделок поставки в отношении лабораторий по биологии, физике и химии соответственно.

Сама по себе возможность объединения в рамках единого контракта поставки разных товаров не свидетельствует о том, что согласование поставки таких товаров путем заключения отдельных контрактов совершено с нарушением конкурентных процедур.

Искусственное дробление сторонами единой закупки на множество закупок с целью избежания необходимости проведения конкурентных процедур в данном случае из материалов дела не следует, истцом не доказано.

При этом каждая сделка в данном случае самостоятельна, отвечает критериям, предусмотренным п. 5 ч. 1 ст. 93 Закона о контрактной системе, а значит, закупки могли осуществляться у единственного поставщика.

Заключение сделок при наличии явно выраженного законодательного запрета на их заключение таких образом, не подтверждено.

Из материалов дела следует, что заказчик направлял сведения о закупках предполагаемым поставщикам, выбрал поставщика по результатам оценки поступивших от них предложений, решение заказчика о закупке у ответчика иными поставщиками не оспаривалось.

Так, МКОУ «COШ № 2» указано и подтверждено документально, что по его запросам поступили следующие коммерческие предложения на цифровые лаборатории: 1) 23.01.2024 от ООО «ЦМИТ», 2) 02.02.2024 от ООО «Информационные решения» (цена предложения - 102 375 руб.), 3) 02.02.2024 от ИП ФИО5 (цена предложения 107 493 руб.), 4) 02.02.2024 от ООО «Элемент» (цена предложения - 104 422 руб.), 5) 09.02.2024 от ИП ФИО1, 6) 16.02.2024 от ИП ФИО6; коммерческое предложение от ООО «ЦМИТ» не содержало расширенных характеристик нужного товара; заказчик направил предложение в ООО «Информационные решения» о заключении договора, однако менеджер по продажам ООО «Информационные решения» находился в отпуске, ответ на предложение поступил уже после того, как были заключены оспариваемые сделки; на момент получения коммерческого предложения от ИП ФИО6 договоры с ИП ФИО1 уже были заключены; коммерческие предложения от ООО «Элемент» и ИП ФИО5 не были приняты в работу, так как в них не были указаны характеристики товара. Руководителем учреждения было принято решение заключить договоры с ИП ФИО1, поскольку ее коммерческие предложения поступили своевременно, содержали самую полную информацию о товарах и их расширенные характеристики. Изложенные обстоятельства также подтверждаются объяснениями ФИО7 от 29.07.2024. При этом коммерческие предложения запрашивались не только на лаборатории, но и на иные товары (всего 12 разновидностей товаров), учтены преимущества выбранного поставщиков.

Недобросовестность участника закупки ИП ФИО1, наличие у нее противоправной цели, наличие между сторонами признаков заинтересованности, антиконкурентного соглашения надлежащими доказательствами не подтверждено. Злоупотребление ответчиками правом не доказано. При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заключение спорных сделок на условиях, не соответствующих в худшую для заказчика сторону рыночным условиям, не обосновано, документально не подтверждено. При этом все договоры исполнены надлежащим образом при отсутствии каких-либо претензий со стороны заказчика-школы, который был заинтересован в приобретении соответствующих товаров и их непосредственном использовании в образовательном процессе.

Признание сделок недействительными при таких обстоятельствах не будет направлено на защиту неопределенного круга лиц, публичных интересов, как считает истец, не приведет к защите или восстановлению каких-либо прав кого-либо, которые истец полагает нарушенными, при этом наличие обстоятельств нарушения закона, публичных интересов в результате заключения оспариваемых сделок не доказано.

Кроме того, суд соглашается с доводами ИП ФИО1 о недопустимости в данном случае применения односторонней реституции, учитывая вид сделок и положения ч. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, невозможность возврата заказчиком полученного по сделкам исполнения не подтверждена.

С учетом изложенного апелляционный суд приходит к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат, а решение суда подлежит отмене (п. 2, 4 ч. 1 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Расходы ответчика по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат возмещению за счет истца.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 23.12.2024 по делу № А76-28264/2024 отменить.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с Прокуратуры Челябинской области за счет казны Российской Федерации в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 10 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья М.В. Корсакова

Судьи А.А. Арямов

А.П. Скобелкин