Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А45-3954/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 14 мая 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 27 мая 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Куклевой Е.А.,

судей Атрасевой А.О.,

ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции при ведении протокола помощником судьи Спиридоновым В.В. кассационную жалобу ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 28.11.2024 (с учётом определения Арбитражного суда Новосибирской области от 02.12.2024 об исправлении опечатки, судья Рышкевич И.Е.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2025 (судьи Фролова Н.Н., Иващенко А.П., Логачев К.Д.) по делу № А45-3954/2023 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>), принятые по её заявлению об исключении имущества из конкурсной массы и ходатайству финансового управляющего ФИО4 об утверждении Положения о порядке, условиях и о сроках реализации имущества должника.

Третье лицо – ФИО5.

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) приняли участие: финансовый управляющий имуществом ФИО2 ФИО4; финансовый управляющий имуществом ФИО3 ФИО6; представители: ФИО2 - ФИО7 по доверенности от 29.06.2024; ФИО3 - ФИО8 по доверенности от 26.11.2024; ФИО5- ФИО9 по доверенности от 21.01.2025.

В здании Арбитражного суда Западно-Сибирского округа принял участие представитель ФИО10 - ФИО11 по доверенности от 22.03.2024.

Суд

установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО2 (далее – должник) Арбитражным судом Новосибирской области рассмотрены объединённые в одно производство для совместного рассмотрения: заявление должника об исключении из конкурсной массы квартиры № 25 площадью 77,6 кв. м, расположенной по адресу: <...> (далее – квартира № 25, спорная квартира), и ходатайство финансового управляющего ФИО4 об утверждении Положения о порядке, условиях и сроках реализации имущества (далее – Положение).

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 28.11.2024 (с учётом определения Арбитражного суда Новосибирской области от 02.12.2024 об исправлении опечатки), оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2025, в удовлетворении заявления должника отказано; ходатайство финансового управляющего ФИО4 удовлетворено, утверждено Положение в редакции от 15.04.2024.

Не согласившись с принятыми судебными актами, должник и ФИО3 обратились с кассационными жалобами, в которых просят отменить судебные акты, ФИО2 - принять новый судебный акт об удовлетворении заявления об исключении квартиры из конкурсной массы и отказе в удовлетворении ходатайства управляющего, ФИО3 - направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы с учётом дополнений к ней ФИО2 указала следующие доводы: судами не учтено, что квартира № 25 принадлежит ей на праве долевой собственности, является для неё и двух несовершеннолетних детей единственным жильем (доказательств обратного не представлено), с учётом нормы предоставления жилья в Новосибирской области в размере 10 кв. м жилой площади она и её дети являются нуждающимися в улучшении жилищных условий, факт их регистрации по адресу: <...> не имеет правового значения, поскольку данный дом является деревянной постройкой 1936 года, не пригоден к проживанию (1/2 доли, то есть 40 кв. м, принадлежит её матери - ФИО12); определением суда от 10.03.2022 по делу № А45-34056/2019 установлено, что сделка по отчуждению квартиры № 25 признана недействительной по причине мнимости (безденежности), следовательно, в данном случае в её действиях отсутствуют признаки злоупотребления правом, выводы судов о добровольной передаче и отказе от спорной квартиры противоречат фактическим обстоятельствам дела; обстоятельства наличия ранее в собственности иных жилых помещений и их реализация не является основанием для лишения несовершеннолетних детей единственного места жительства; при утверждении Положения не рассматривался вопрос о приобретении иного жилья; не принят во внимание отзыв Отдела опеки и попечительства Октябрьского района города Новосибирска, указывающий на недопустимость реализации указанного жилого помещения; проживание за пределами Российской Федерации (далее – РФ) не исключает права на жилье в РФ, что подтверждается правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 26.04.2021 № 15-П; в настоящее время с 18.02.2025 её сын ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения проживает в квартире № 25, одновременно она с 09.04.2025 постоянно проживает в РФ (приняты обеспечительные меры в виде запрета выезда за пределы РФ), в заключении психологического исследования от 14.04.2025, подготовленного обществом с ограниченной ответственностью «Международное бюро судебных экспертиз оценки и медиации «МБЭК», она и её сын ФИО13 проживают в спорной квартире, ребёнок адаптирован к данному жилью; судом первой инстанции нарушены положения статьи 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –АПК РФ).

В кассационной жалобе ФИО3 указывает доводы о том, что квартира № 25 принадлежит на праве долевой собственности совместно с ФИО2 и является для него единственным жильём; утверждая Положение, суды по существу приняли судебные акты о реализации спорной квартиры, принадлежащей третьему лицу, без предоставления замещающего жилого помещения при наличии у него малолетнего сына; не учтены доводы о том, что в квартире № 25 проживают четверо человек, включая двух несовершеннолетних детей, при этом её площадь составляет 77,6 кв. м и не отвечает критерию «избыточной»; реализация его доли не приведёт к возможности приобретения иного жилья, в настоящее время в отношении него возбуждено дело № А45-34056/2019 о банкротстве, вырученные средства будут направлены в конкурсную массу; вопреки выводам судов, его временное пребывание за пределами РФ не исключает наличие потребности в жилье на территории РФ, в том числе для его ребёнка.

В отзыве финансовый управляющий ФИО14 возражает против доводов, изложенных в кассационных жалобах, считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, указывает на то, что ФИО3 также длительное время проживает в Королевстве Таиланд (далее – Таиланд), в рамках его дела о банкротстве финансовым управляющим ФИО6 зарезервированы денежные средства в сумме 764 290,54 руб. от реализации квартиры, расположенной по адресу: <...> (далее – квартира № 134).

Финансовый управляющий имуществом ФИО3 ФИО6 в отзыве на кассационные жалобы указала на то, что К-вы и их дети с 2018-2019 годов постоянно проживают в Таиланде, при оспаривании в рамках дела № А45-34056/2019 о банкротстве ФИО3 сделки по реализации квартиры № 25 участвовал представитель ФИО2, однако, не заявлял доводов о наличии у спорной квартиры статуса единственного жилья, при рассмотрении данного спора была назначена судебная экспертиза, в рамках которой экспертом проводился осмотр квартиры (к заключению приложены фотоматериалы) и установлено, что в ней никто не проживает, при рассмотрении настоящего спора на основании определения суда Отделом опеки и попечительства Администрации Октябрьского района города Новосибирска (далее – Отдел опеки) проведено обследование условий жизни несовершеннолетних ФИО15 и ФИО13, из которого следует, что при осмотре квартиры присутствовала ФИО16, иных лиц – несовершеннолетних детей, их законных представителей, не имелось, со слов указанного представителя: мать (должник) с двумя детьми находятся в Таиланде; на дату признания ФИО3 банкротом (26.01.2021) в собственности бывших супругов К-вых было единственное жилое помещение – квартира № 134, решением Октябрьского районного суда города Новосибирска от 15.07.2021 по делу № 2-18691374/2020 (далее – решение районного суда от 15.07.2021, представлено в электронном виде 31.03.2024) произведён раздел общего имущества бывших супругов К-вых путём передачи квартиры № 134 в единоличную собственность ФИО2 и взыскании с неё в пользу ФИО3 денежной компенсации в сумме 764 290,54 руб., данные денежные средства поступили на расчётный счёт и зарезервированы, поскольку должны быть направлены на приобретение ФИО3 жилья применительно к положениям статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ).

ФИО5 (далее – кредитор) в отзыве на кассационные жалобы указывает на правомерность выводов судов в части оценки действий ФИО2 и ФИО3, у которых не имелось намерений сохранить квартиру № 25, приводит доводы о том, что согласно сведениям о пересечении государственной границы РФ указанные лица и их дети на постоянной основе не проживают в РФ, ФИО2 уклоняется от сотрудничества с финансовым управляющим, не предоставляет информацию не только о своём имуществе, но и месте нахождения, одновременно должник публикует в социальных сетях фотографии дорогой недвижимости за границей, пачек денежных средств, сопровождая комментариями, что это принадлежит ей (скриншоты в значительном количестве представлены в материалы дела, ФИО2 не отрицала принадлежность ей интернет-страницы в Инстаграм), К-вы не работают, не представляют сведения о том, на какие деньги они живут в Таиланде, содержат себя и детей, осуществляют перелеты по миру, оплачивают услуги юристов, покупают дорогостоящие вещи, при наличии кредиторской задолженности в сумме 15 000 000 руб. должником приняты меры по реализации всего имущества на сумму порядка 22 000 000 руб., однако, не раскрыты сведения и не представлено документальное обоснование на какие цели потрачены данные денежные средства.

Поступившие дополнения к кассационной жалобе ФИО2, отзывы финансового управляющего ФИО4, кредитора ФИО5 приобщены к материалам дела, за исключением приложенных к дополнениям и отзыву финансового управляющего ФИО4 дополнительных документов ввиду отсутствия у суда округа полномочий по исследованию новых доказательств (статья 286 АПК РФ, пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

В заседании представители кассаторов, кредитора, финансовые управляющие ФИО14 и ФИО6 поддержали свои доводы, изложенные в кассационных жалобах и отзыве на них.

Представитель кредитора ФИО10 в заседании поддержал правовую позицию, изложенную финансовыми управляющими, кредитором, считал обжалуемые судебные акты законными, требования ФИО2 об исключении квартиры из конкурсной массы необоснованными, в том числе с учётом принадлежности ей на праве собственности 1/2 доли, указал на принятие должником мер по реализации квартиры № 134 в период рассмотрения в деле о банкротстве ФИО3 спора о признании недействительным договора купли-продажи квартиры № 25 (резолютивная часть определения суда оглашена ДД.ММ.ГГГГ, договор купли-продажи квартиры № 134 заключён 05.03.2022).

Учитывая надлежащее извещение иных, участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве ФИО2 возбуждено определением суда от 21.02.2023 на основании заявления ФИО17 (требования основаны на договоре займа от 12.12.2017, решении суда от 18.03.2022), процедура реструктуризации долгов гражданина введена определением суда от 15.05.2023.

Вступившим в законную силу определением суда от 10.03.2022 в деле № А45-34056/2019 о банкротстве ФИО3 признан недействительным заключённый между ФИО2 и ФИО18 договор купли-продажи квартиры от 04.07.2019 (далее – договор от 04.07.2019), применены последствия недействительности сделки в виде возврата спорной квартиры в конкурсную массу ФИО3

В рамках указанного спора установлены следующие обстоятельства.

Супруги К-вы состояли в браке с 03.10.2014 по 14.03.2020.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 20.07.2021 квартира № 25 принадлежала ФИО2 на праве собственности с 28.05.2015.

ФИО2 выдала ФИО17 доверенность, удостоверенную ФИО19, советником Посольства РФ в Таиланде (зарегистрировано в реестре Н-788).

В дальнейшем между ФИО2 в лице представителя ФИО17 (продавец) и ФИО18 (покупатель) заключён договор от 04.07.2019.

На основании указанного договора 12.07.2019 прекращено право собственности ФИО2 на квартиру.

Признавая договор от 04.07.2019 недействительным, суды исходили из доказанности совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), как совершённым в период подозрительности при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, при неравноценном встречном исполнении.

Заочным решением Октябрьского районного суда города Новосибирска от 19.07.2023 по делу № 2-4778/2023 (далее – решение районного суда от 19.07.2023) иск ФИО5 удовлетворён, за ФИО3 и ФИО2 признано по 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру.

Согласно адресным справкам от 26.01.2024 отдела адресно-справочной работы управления по вопросам миграции Главного управления Министерства внутренних дел России по Новосибирской области ФИО2 с 13.11.2002, ФИО15 с 13.10.2020, ФИО13 с 17.05.2022 зарегистрированы по адресу: <...>, корпус А.

ФИО2 реализовано следующее имущество (сведения представлены в электронном виде 10.01.2024):

1) по договору купли-продажи от 30.08.2018 индивидуальный жилой дом, расположенный по адресу: <...> (далее – жилой дом), по цене 3 950 000 руб.;

2) в июне 2020 года уступила все права и обязанности, принадлежащие ей как участнику долевого строительства, по договору от 15.06.2019 № 5/Л4/284-301/Г в отношении права требования передачи в собственность однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: <...> (по цене 1 814 200 руб.);

3) по договору купли-продажи от 27.08.2020 квартира № 360, расположенная по адресу: <...> (далее – квартира № 360), по цене 2 390 000 руб.;

4) по договору купли-продажи от 05.03.2022 квартира № 134 по цене 10 000 000 руб.

Ссылаясь на наличие у квартиры № 25, возвращённой в конкурсную массу, статуса единственного жилья в связи с отсутствием в собственности иных жилых объектов, ФИО2 обратилась в суд с настоящим заявлением, представила свидетельства о регистрации ФИО13 и ФИО2 в период с 14.06.2023 по 10.06.2028 в квартире № 25 (по месту пребывания).

Одновременно финансовый управляющий ФИО14 обратился в суд с ходатайством об утверждении Положения о реализации квартиры № 25 по начальной продажной цене 14 300 000 руб.

На основании определения суда Отделом опеки проведено обследование условий жизни несовершеннолетних детей ФИО15 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), ФИО13 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в спорной квартире и составлен акт от 30.09.2024, в котором отражено, что обследование проводилось в присутствии ФИО16, несовершеннолетние дети, члены семьи, законные представители отсутствовали в квартире в момент проверки, со слов представителя мать с двумя детьми находятся в Таиланде.

При рассмотрении спора по существу представитель ФИО2 пояснил, что в настоящее время должник с двумя несовершеннолетними детьми проживает в Таиланде, старший ребенок обучается в школе в Таиланде, при этом должник планирует возвращаться в РФ.

Отказывая в удовлетворении заявления должника, суд первой инстанции исходил из отсутствия правовых оснований для исключения квартиры № 25 из конкурсной массы, наличия в действиях ФИО2 признаков злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ), выразившихся в совершении действий, направленных на создание видимости наличия исполнительского иммунитета у указанного имущества, отсутствия документального подтверждения проживания в спорной квартире ФИО2 и её детей, а также нераскрытия сведений о её фактическом месте жительства, расходовании денежных средств, полученных от продажи жилых объектов.

Утверждая Положение, суд исходил из возможности реализации квартиры в рамках дела о банкротстве должника с последующей передачей денежных средств в размере 1/2 доли в конкурсную массу ФИО3, а также принял во внимание позицию ФИО5 (третье лицо, кредитор ФИО3) о том, что реализация квартиры целиком объективно повысит её стоимость.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции, отметив, что в данном случае усматривается явная и фактически установленная направленность действий должника на искусственное создание видимости наличия исполнительского иммунитета в отношении квартиры, действия должника направлены на недопущение обращения взыскания на свое имущество по обязательствам перед кредиторами, что не соответствует целям института исключения имущества из конкурсной массы, последним не представлено документального подтверждения проживания в квартире совместно с детьми, несения соответствующих расходов; а также непригодности жилого помещения по месту регистрации должника и его детей.

Судом принято во внимание, что вступившим в законную силу судебным актом об оспаривании договора по реализации квартиры установлено, что на момент рассмотрения спора должник не зарегистрирован и фактически не проживает в квартире, действия по смене места регистрации после возврата спорной квартиры в конкурсную массу должника признаны недобросовестными, направленными на искусственное наделение квартиры исполнительским иммунитетом.

Отклоняя аргументы должника о нарушении судом первой инстанции положений стать 179 АПК РФ, суд апелляционной инстанции установил, что согласно «Картотеке арбитражных дел» судебное заседание проведено с использованием веб-конференции, согласно видеозаписи, объявлена резолютивная часть и выводы судебного акта не изменены в последующем, допущенная в тексте полного определения опечатка носит исключительно технический характер и её исправление не привело к изменению содержания определения суда от 28.11.2024.

Суд округа с учётом установленных по спору обстоятельств считает, что судами приняты правильные судебные акты.

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве в конкурсную массу включается не только личное имущество гражданина, но и то имущество, которое принадлежит ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом).

В условиях общности активов супругов, предусмотренной статьями 34, 35 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), процедура банкротства фактически осуществляется в отношении конкурсной массы, состоящей из двух частей: личного имущества гражданина и его общего имущества с супругом.

Из буквального содержания пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве следует, что законодатель не дифференцирует вид общей собственности (совместная или долевая) супругов для целей формирования конкурсной массы. Тем самым указанная норма применяется и в случаях, когда супругами в силу пункта 3 статьи 38 СК РФ осуществлено определение долей в общем имуществе. Специальная норма Закона о банкротстве прямо предусматривает реализацию принадлежащего на праве общей собственности супругам (бывшим супругам) имущества как единого объекта независимо от того, является ли форма такой собственности совместной или долевой. Раздел общей собственности супругов (бывших супругов) в судебном порядке с определением принадлежащих им долей без их выдела в натуре влияет лишь на то, в какой пропорции будет разделена выручка от продажи совместно нажитого имущества.

Исключению из конкурсной массы подлежит имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

В силу статьи 446 ГПК РФ к такому имуществу, в частности, относится жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 26.04.2021 № 15-П, суды в силу положений статьи 17 Конституции Российской Федерации, которым корреспондируют и положения пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, вправе отказать гражданам-должникам в защите прав, образующих исполнительский иммунитет согласно абзацу второму части 1 статьи 446 ГПК РФ в его взаимосвязи с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, если по делу установлено, что само приобретение жилого помещения, формально защищенного таким иммунитетом, состоялось со злоупотреблениями, наличие которых позволяет применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2021 № 307-ЭС21-8025 сформирована позиция, в соответствии с которой в применении исполнительского иммунитета может быть отказано, если отсутствие у должника жилья, свободного от исполнительского иммунитета, является исключительно результатом совершённых им недобросовестных действий.

К таковым может быть отнесено совершение сделок по реализации (отчуждению) иного имущества, направленных на создание для интересуемого объекта, статуса единственного пригодного для постоянного проживания жилья.

Применительно к рассматриваемой ситуации при доказанном факте совершения ФИО2 недобросовестных действий, направленных на создание объекта, защищённого исполнительским иммунитетом, суды правомерно квалифицировали её поведение как злоупотребление правом и пришли к справедливому выводу о наличии оснований для применения предусмотренного законом последствия такого злоупотребления, как отказ в применении к спорной квартире исполнительского иммунитета (пункты 1, 2 статьи 10 ГК РФ).

Указанный вывод судов основан на совокупности установленных обстоятельств того, что ФИО2 с детьми проживает в Таиланде, в том числе старший ребенок обучается в школе по месту проживания, в короткий период времени ею отчуждены имеющиеся в собственности жилые объекты по договорам купли-продажи от: 30.08.2018 жилого дома (по цене 3 950 000 руб.) и, в том числе, после реализации в 2019 году квартиры № 25: 27.08.2020 квартиры № 360 (по цене 2 390 000 руб.); 05.03.2022 квартиры № 134 (по цене 10 000 000 руб.); а также в июне 2020 года ФИО2 уступила права участника долевого строительства по договору от 15.06.2019 № 5/Л4/284-301/Г, одновременно должник с 2002 года и его дети зарегистрированы по адресу: <...>.

При этом сведения о расходования денежных средств, полученных от реализации жилых объектов с приложением документального обоснования, ФИО2 не представлены.

Следовательно, принятые ФИО2 меры, в том числе по реализации дорогостоящего имущества - квартиры № 134 (по цене 10 000 000 руб.) в условиях осведомлённости о возврате в конкурную массу квартиры № 25 (резолютивная часть по спору оглашена судом ДД.ММ.ГГГГ, договор купли-продажи квартиры № 134 заключён 05.03.2022) в совокупности с бездействием по детальному раскрытию и документальному обоснованию информации о расходовании полученных от реализации жилого фонда денежных средств безусловно свидетельствует о наличии в её действиях признаков злоупотребления правом, направленности на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника (недопущение реализации квартиры в рамках процедуры банкротства).

Судами обоснованно принято во внимание, что квартира № 25 возвращена в собственность бывших супругов К-вых (в конкурную массу) в результате оспаривания кредитором ФИО5 в деле о банкротстве ФИО20 сделки по её отчуждению и подачи иска о признании за К-выми по 1/2 доли в праве общей долевой собственности на данное имущество (решение районного суда от 19.07.2023).

В рамках данных споров доводов о наличии у квартиры № 25 статуса единственного жилья не заявлялось, соответствующие доказательства не представлялись.

Аналогичным образом, как указано финансовым управляющим ФИО6, в деле № А45-34056/2019 о собственном банкротстве ФИО20 не приводились соответствующие сведения в отношении спорной квартиры, заявления в суд о признании за указанным имущество статуса единственного жилья не подавались; по существу данные доводы приведены ФИО20 после вынесения судом первой инстанции по настоящему спору резолютивной части судебного акта.

Суд округа учитывает изложенные финансовыми управляющими ФИО14 и ФИО6, кредиторами доводы о том, что в собственности бывших супругов К-вых было единственное жилое помещение – квартира № 134, вступившим в законную силу решением районного суда от 15.07.2021 (представлено в электронном виде 31.03.2024) произведён раздел общего имущества бывших супругов К-вых путём передачи квартиры № 134 в единоличную собственность ФИО2, взыскании с неё в пользу ФИО3 денежной компенсации в сумме 764 290,54 руб., которая поступила на расчётный счёт и зарезервирована в деле о банкротстве последнего.

Кроме того, указанным судебным актом удовлетворены исковые требования ФИО2 о признании ФИО3 и его сестры ФИО21 утратившими право пользования квартирой № 134.

Таким образом, доводы бывших супругов К-вых о наличии у спорной квартиры статуса единственного жилья противоречат установленным вступившим в законную силу судебным актам обстоятельствам оснований раздела совместно нажитого имущества.

Злоупотребление правом в силу статьи 10 ГК РФ является недопустимым и влечёт отказ в применении исполнительского иммунитета в отношении жилого помещения.

При таких условиях, а также необходимости обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника вывод судов об отсутствии оснований для исключения спорной квартиры из конкурсной массы в порядке части 7 статьи 223.1 Закона о банкротстве и статьи 446 ГПК РФ соответствует фактическим обстоятельствам спора и нормам права.

В этой связи в удовлетворении требований должника и его детей, интересы которых в отношении единственного жилья не могут быть учтены в отрыве от прав должника на такое помещение, отказано правомерно.

Правила предоставления должнику замещающего жилья, установленные в Постановлении № 15-П, на которое ссылаются заявители кассационных жалоб, распространяются на случаи, когда ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

Утверждение должника о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права при принятии определения от 02.12.2024 об исправлении опечатки являлось предметом надлежащей оценки суда апелляционной инстанции и обоснованно отклонено.

Суд округа полагает, что в рассматриваемом случае судами верно определён предмет доказывания по спору, надлежащим образом исследованы доводы сторон, вопрос соблюдения баланса прав и законных интересов сторон, содержащиеся в обжалуемых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и применённым нормам права.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении спора и могли повлиять на законность судебного акта либо опровергнуть выводы судов обеих инстанций, и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 28.11.2024 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2025 по делу № А45-3954/2023 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Е.А. Куклева

Судьи А.О. Атрасева

ФИО1