СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-9365/2020(6)-АК

г. Пермь

23 августа 2023 года Дело № А50-16620/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 16 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 августа 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей Мартемьянова В.И., Темерешевой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Саранцевой Т.С. (до и после перерыва),

при участии до перерыва:

от заявителя жалобы, ФИО1 – ФИО2, доверенность от 27.04.2023, паспорт; ФИО3, доверенность от 27.04.2023, паспорт,

от арбитражного управляющего ФИО4 – ФИО5, доверенность от 07.02.2022, паспорт,

после перерыва:

арбитражный управляющий ФИО4 (лично), паспорт; его представитель – ФИО5, доверенность от 27.04.2023, паспорт,

от заявителя жалобы, ФИО1 – ФИО2, доверенность от 27.04.2023, паспорт; ФИО3, доверенность от 27.04.2023, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу Самойловой Татьяны Юрьевны

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 08 июня 2023 года

об отказе в удовлетворении жалобы ФИО1 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО4, об отказе в удовлетворении заявления о взыскании с конкурсного управляющего ФИО4 убытков,

вынесенное в рамках дела № А50-16620/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ТСЖ «Водники-1» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

третьи лица: Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по пермскому краю, Ассоциация «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих», ООО СК «Аскор»,

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 17.01.2020 ТСЖ «Водники-1» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

04.04.2023 в арбитражный суд поступило жалоба ФИО1 на действия (бездействие) конкурсного управляющего, в которой просит:

1) признать незаконным бездействие конкурсного управляющего по неотражению в отчетах о своей деятельности и использовании денежных средств за период с января 2022 г. по текущий момент сведений о:

- получении с ФИО1 в счет гашения долга по субсидиарной ответственности 124 298,032 руб. по исполнительному производству от №°184506/21/59046-ИП.

- расходовании 124 298,032 руб., полученных по исполнительному производству от 30.11.2021 №°184506/21/59046-ИП.

- дебиторской задолженности на сумму 4 259 588,84 руб.

2) признать незаконным бездействие конкурсного управляющего по неосуществлению взыскания, реализации на торгах дебиторской задолженностью ТСЖ «Водники-1» в размере 4 259 588,84 руб.

3) взыскать с конкурсного управляющего убытки в размере 4 259 588,84 руб.

Определением суда от 07.04.2023 к участию в рассмотрении настоящего спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю, Ассоциация «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих», ООО СК «Аскор».

ФИО1 заявленные требования неоднократно уточнялись, в том числе в ходе судебного заседания 06.06.2023, с учетом которых просит:

1) признать незаконным бездействие конкурсного управляющего по неосуществлению взыскания, реализации на торгах дебиторской задолженностью ТСЖ «Водники-1» в размере 5 305 547,63 руб.;

2) взыскать с конкурсного управляющего убытки в размере 5 305 547,63 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 08.06.2023 (резолютивная часть от 06.06.2023) в удовлетворении жалобы ФИО1 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО4, заявления о взыскании с него убытков отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить полностью, разрешить вопрос по существу, удовлетворить заявленные требования в полном объеме. Считает, что отказ суда в истребовании у ФИО1 документов должника свидетельствует о наличии у конкурсного управляющего всей необходимой информацией для работы с дебиторами ТСЖ «Водники-1», выводы суда об отсутствии такой информации (стр. 6 обжалуемого определения) указанные обстоятельства опровергают. Первичные документы по дебиторской задолженности, в том числе решения судов о взыскании задолженности с жителей, копии исполнительных листов и судебных приказов, заявления о сдаче исполнительных листов в службу судебных приставов, имеются в материалах спора о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности (том 2-5 настоящего дела); в бухгалтерском балансе, представленном в материалы дела, также содержится информация о дебиторской задолженности. Обращает внимание, что все исполнительные производства, которые были окончены не исполнением, не по заявлению взыскателя, повторно конкурсным управляющим не возбуждались. Считает выводы суда, содержащиеся в определении от 29.07.2020, преюдициальными, иные документы, кроме переданных по акту, у ФИО1 отсутствуют, в связи с чем, отсутствует возможность представления доказательств невозвращения службой судебных приставов исполнительных документов. На момент введения процедуры конкурсного производства у ФИО1 отсутствовали полномочия на получение сведений от приставов. Считает недоказанным совершение конкурсным управляющим действий по запросу сведений и информации у службы судебных приставов об юридической судьбе всех исполнительных производств, в том числе и действующих, на сумму 1 591 873,26 руб.; предъявлению исполнительных листов по оконченным исполнительным производствам, в отношении которых возможно повторное возбуждение производств; не проведению торгов по продаже просуженной дебиторской задолженности; совершению действий по списанию дебиторской задолженности как безнадежной ко взысканию (при наличии такой). Из полученного конкурсным управляющим в ответ на запрос № 7 от 18.09.2019 реестра исполнительных производств должника от 26.09.2019 следует, что в отношении части производств отсутствует отметка об их окончании, они являлись действующими по состоянию на 2019 г., размер задолженности по ним составляет 1 591 873,26 руб. Полагает, что конкурсный управляющий был обязан проверить информацию, полученную от судебных приставов, несмотря на указание задолженности в сумме 0 руб. Считает ответ службы судебных приставов недостаточным доказательством прекращения обязательств (дебиторской задолженности), он не является первичным документом, позволяющим сделать вывод о невозможности получения денежных средств должником в пользу ТСЖ «Водники-1». В суде первой инстанции ФИО1 было заявлено о неполучении от службы судебных приставов оригиналов исполнительных документов (постановления об окончании исполнительных производств), в связи с чем, бремя доказывания наличия данных документов возлагается на конкурсного управляющего, именно управляющий должен был запросить постановления об окончании исполнительных производств у службы судебных приставов и вновь предъявить исполнительные листы ко взысканию. Полагает доказанными основания для взыскания с конкурсного управляющего убытков, поскольку, зная о наличии дебиторской задолженности, управляющий не предпринял меры по ее взысканию, вследствие чего конкурсная масса не была сформирована, заявителю и кредиторам причинен вред. Кроме того, управляющим не проведены оценка дебиторской задолженности, ее реализация либо списание; суд отклонился от судебного контроля за указанными действиями конкурсного управляющего. Считает неверным толкование судом пояснений заявителя относительно пропуска срока исковой давности; отчеты конкурсного управляющего не опубликованы на ЕФРСБ.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего и третьего лица Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, согласно которым обжалуемое определение полагают законным и не подлежащим отмене.

От ФИО1 поступили письменные возражения на отзыв конкурсного управляющего.

Участвующие в судебном заседании представители ФИО1 доводы жалобы поддерживали в полном объеме, настаивали на отмене обжалуемого определения.

Представитель конкурсного управляющего поддерживает возражения, изложенные в письменном отзыве.

С учетом позиций участвующих в деле лиц, апелляционный суд полагает необходимым объявить в судебном заседании перерыв до 16.08.2023, обязав ФИО1 и конкурсного управляющего ФИО4 обеспечить явку в судебное заседание.

До начала судебного разбирательства от конкурсного управляющего поступили письменные пояснения с приложением дополнительных документов.

От ФИО1 поступили пояснения относительно доводов и документов, представленных конкурсным управляющим.

После перерыва судебное заседание продолжено в прежнем составе суда, секретаря судебного заседания.

Конкурсный управляющий ФИО4 явился в судебное заседание, дал пояснения по спору.

Стороны спора поддерживают свои позиции, изложенные ранее.

Документы и пояснения, представленные заявителем и конкурсным управляющим, приобщены к материалам дела.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, что в силу ч.3 ст. 156, ст.266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст.71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционных жалоб и отзыва, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения по следующим мотивам.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в ст. 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей.

При этом ст. 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.

По смыслу данной нормы права, основанием для удовлетворения жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действием (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов должника.

Обращение в арбитражный суд заявителя обусловлено характером нарушения его прав и вытекает из подлежащих применению норм материального права, следовательно, заявитель жалобы должен дать правовое обоснование своего требования и указать, какие его права и законные интересы нарушены.

Как следует из материалов дела, определением от 11.09.2019 в отношении ТСЖ «Водники-1» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4

Решением от 17.01.2020 ТСЖ «Водники-1» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Полагая, что в результате бездействия конкурсного управляющего по взысканию либо реализации на торгах дебиторской задолженностью ТСЖ «Водники-1» в размере 5 305 547,63 руб. должнику причинены убытки в размере 5 305 547,63 руб., бывший председатель правления ТСЖ ФИО1 обратилась в суд с настоящим заявлением.

В обоснование требований ФИО1 ссылается на то, что постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 12.04.2021 ФИО1 привлечена к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о несостоятельности ТСЖ «Водники-1» в сумме 3 390 187,83 руб., при этом суд отказал в привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу конкурсному управляющему документации по дебиторской задолженности, указав на осуществление ФИО1 передачи конкурсному управляющему по акту приема-передачи от 19.03.2020 отчетов по дебиторской задолженности, с указанием ФИО собственников помещений, почтовых адресов, оснований образования задолженности в отношении жителей, проживающих по адресам: <...>, по состоянию на 01.05.2010 (общая сумма 2 149 771,43 руб.); по адресу: <...>, по состоянию на 31.07.2014 (общая сумма 2 871 417,23 руб.); по адресу: <...>, по состоянию на 01.05.2016 (общая сумма 5 030 421,38 руб.); суд округа счел заслуживающими внимания доводы ФИО1 о том, что при расчете размера субсидиарной ответственности судами учтены сведения только по одному дому, расположенному по адресу: ул. Академика Ушакова 55/1 в сумме 5 030 421,38 руб. Аналогичные документы по дебиторской задолженности по домам, расположенным по адресам: ул. Академика Ушакова, д. 76 (в сумме 2 149 771,73 руб.), ул. Академика Ушакова, д. 55/2 (в сумме 2 871 417,23 руб.) в расчет по немотивированным причинам не приняты. С учетом этих данных размер дебиторской задолженности составляет 10 051 610,34 руб. (5 030 421,38 руб. + 2 149 771,73 руб. + 2 871 417,23 руб.).

В соответствии с п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести его инвентаризацию в срок, не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства.

Общий порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств организации и оформления ее результатов определен Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств (далее - Методические указания), утвержденными Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 № 49.

Положениями п. 1.4 Методических указаний предусмотрено, что основными целями инвентаризации являются выявление фактического наличия имущества и сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета.

В силу п. 2.5 Методических рекомендаций в инвентаризационные описи или акты инвентаризации вносятся сведения только о фактически имеющемся имуществе.

Судом первой инстанции установлено, что ввиду отсутствия сведений об имуществе должника арбитражным управляющим были направлены запросы, в том числе в УФССП РФ по Пермскому краю, ОАО «Комплексный расчетный центр-Прикамье».

В ответ на запрос временного управляющего ТСЖ «Водники-1» от 18.09.2019 № 7 УФССП по Пермскому краю направило реестр исполнительных производств, возбужденных по заявлению ТСЖ.

В результате анализа реестра конкурсным управляющим была выявлена дебиторская задолженность ТСЖ «Водники-1» в размере 98 215,79 руб., в том числе задолженность дебитора ФИО6 в размере 97 017,31 руб., задолженность ФИО7 в размере 1 198,48 руб., которая затем была конкурсным управляющим проинвентаризирована и включена в акт инвентаризации № 1 от 01.04.2020.

28.11.2019 ФИО1. как бывшему руководителю должника было направлено требование о передаче документов, имущества должника.

По акту приема-передачи от 19.03.2020 ФИО1 конкурсному управляющему переданы отчеты по дебиторской задолженности по адресу: <...> по состоянию на 01.05.2010 (общая сумма 2 149 771,43 руб.); по адресу: <...> по состоянию на 31.07.2014 (общая сумма 2 871 417,23 руб.); по адресу: <...> по состоянию на 01.05.2016 (общая сумма 5 030 421,38 руб.).

Вместе с тем, суд пришел к выводу о невозможности установления из указанных отчетов дебиторской задолженности, как фактически имеющегося имущества ввиду неактуальности данных этих отчетов – по состоянию на 01.05.2010, 31.07.2014, 01.05.2016.

Кроме того, суд отметил, что переданные сведения не позволяют проводить работу по взысканию дебиторской задолженности в принудительном порядке, поскольку не содержат необходимых идентификационных сведений в отношении должника, не позволяют определить период образования задолженности.

Исходя из специфики дебиторской задолженности населения за оказанные услуги, для ее учета кредитор должен располагать сведениями по обслуживаемым многоквартирным домам о количестве квартир, их характеристиках, количестве проживающих лиц, тарифах. Ежемесячно производится отражение в соответствующих лицевых счетах суммы начисленных услуг и полученной оплаты. Таким образом, документооборот состоит в электронном учете данных сведений, регулярной разноски начисленных и оплаченных сумм по лицевым счетам граждан; сальдо дебиторской задолженности ежемесячно меняется.

Указанные сведения, первичные документы, подтверждающие фактическое наличие указанной в ведомостях дебиторской задолженности, база 1С конкурсному управляющему ФИО1 не переданы.

Указанные обстоятельства послужили основанием для подачи 07.05.2020 конкурсным управляющим заявления в суд об истребовании у ФИО1 бухгалтерской и иной документации, материальных и иных ценностей должника.

Определением арбитражного суда Пермского края от 29.07.2020 по настоящему делу отказано, поскольку те обстоятельства, что, полученные сведения не полно раскрывают финансово-хозяйственную деятельность должника, сами по себе не могут определять необходимость в судебном порядке принуждать ответчика дать управляющему дополнительные пояснения или представить дополнительные документы.

Указывая на неотражение в отчете и невзыскание конкурсным управляющим дебиторской задолженности в размере 4 259 588,84 руб., который затем был изменен на - 5 305 547,63 руб., заявитель этот размер дебиторской задолженности не обосновал.

Судом отмечено, что представленный заявителем расчет дебиторской задолженности не является достоверным доказательством, свидетельствующим о наличии у должника возможной к взысканию дебиторской задолженности в указанном заявителем размере.

Из расчета следует, что указанные в нем исполнительные производства окончены в период с 2015 г. по 2018 г., то есть до введения в отношении ТСЖ «Водники-1» процедуры конкурсного производства (17.01.2020).

Подавляющая часть исполнительных производств окончена на основании п. 3 и 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в связи невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях; если у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными.

В силу ч. 3 ст. 46 Закона об исполнительном производстве судебный пристав-исполнитель обязан был направить взыскателю вместе с постановлением об окончании исполнительного производства исполнительный лист (подлинник).

При этом, в случае окончания исполнительного производства на основании п. 3 и 4 ч. 1 ст. 46 Закона об исполнительном производстве, взыскатель вправе повторно предъявить для исполнения исполнительный лист, не дожидаясь истечения 6 месяцев со дня вынесения постановления об окончании исполнительного производства (ч. 5 ст. 46 указанного Закона).

Доказательств передачи ФИО1 конкурсному управляющему возвращенных исполнительных документов не имеется.

Доказательства невозвращения службой судебных приставов исполнительных документов взыскателю (обращения в ССП, жалобы на бездействие приставов) отсутствуют.

Согласно ст. 21 Закона об исполнительном производстве, исполнительные листы, выдаваемые на основании судебных актов, за исключением исполнительных листов, указанных в ч.ч. 2, 4 и 7 указанной статьи, могут быть предъявлены к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу.

Суд первой инстанции указал на отсутствие обоснования заявителем о возможности предъявления в службу судебных приставов исполнительных документов, выданных в период с 2008 г. по 2017 г.

Кроме того, заявителем не обосновано включение в расчет исполнительных производств, оконченных в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве» (в редакции, действовавшей до 20.06.2022), то есть по заявлению взыскателя.

Основания, по которым взыскатель обращался в службу судебных приставов с заявлениями об окончании исполнительных производств, ФИО1 не раскрыты.

С учетом изложенного суд первой инстанции не усмотрел оснований для вывода о ненадлежащем исполнении конкурсным управляющим обязанностей по взысканию дебиторской задолженности ТСЖ «Водники-1» в размере 5 305 547,63 руб.

Суд апелляционной инстанции полагает, что все фактические обстоятельства установлены и оценены судом первой инстанции правильно, оснований для иных выводов не усматривает.

Как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции ФИО1 в обоснование наличия дебиторской задолженности, подлежащей взысканию конкурсным управляющим, ссылается на постановление Арбитражного суда Уральского округа от 12.04.2021 по делу № А50-16620/2019, которым отказано в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу финансово-хозяйственной документации должника.

Указанные доводы судами отклоняются, поскольку указанным судебным актом отказано в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности не по причине передачи полного комплекта документов, а ввиду того, что к моменту открытия конкурсного производства, с учетом периода формирования дебиторской задолженности, трехлетний срок исковой давности по взысканию задолженности с населения перед ТСЖ «Водники-1» истек.

Конкурсным управляющим даны пояснения суду апелляционной инстанции о проведенных мероприятиях по выявлению дебиторской задолженности и ее учету.

Управляющим проанализированы полученные от службы судебных приставов сведения, установлено, что исполнительные производства, в отношении которых отсутствует отметка об их окончании, указаны повторно, в разных строках совпадают дата возбуждения исполнительного производства, должник, исполнительный документ, сумма долга, т.е. сведения указаны дважды; проставление статуса «экспортировано» управляющий объясняет переносом сведений из одной программы учета ФССП в другую.

Материалами дела подтверждается, что значительная часть исполнительных производств окончена в связи с невозможностью взыскания, на момент введения в отношении должника процедуры конкурсного производства трехлетний срок на повторное предъявление исполнительных документов в службу судебных приставов уже истек. По данным конкурсного управляющего, до 17.01.2017 окончены исполнительные производства на общую сумму 1 200 291,16 руб.

Данное обстоятельство, равно как и факт окончания ряда исполнительных производств по заявлению взыскателя ФИО1 не отрицаются.

На дату передачи ФИО1 конкурсному управляющему сведений о дебиторской задолженности (19.03.2020) - отчет по задолженности за коммунальные услуги перед ТСЖ «Водники-1»по дому № 76 ул. Ушакова актуализирован на 01.05.2010, отчет по задолженности за коммунальные услуги перед ТСЖ «Водники -1» по дому № 55/2 ул. Ушакова актуализирован на 31.07.2014 уже был пропущен общий срок исковой давности предъявления требований.

05.02.2021 между ТСЖ «Водники-1» (Заказчик) и ООО «Верна» (Исполнитель) заключен договор возмездного оказания услуг, согласно которому Исполнитель обязуется на возмездной основе осуществлять от имени и за счет Заказчика юридические и фактические действия по взысканию дебиторской задолженности Заказчика, задолженности по оплате жилых помещений и коммунальных услуг (далее по тексту – Задолженность) собственников помещений во всех домах, ранее управляемых Заказчиком или иных обязанных лиц (должников), неустойки (штрафов, пени), а также процентов за пользование чужими денежными средствами. Предметом взыскания по настоящему договору является дебиторская задолженность по жилым помещениям.

Во исполнение условий договора конкурсным управляющим передана вся имеющаяся информация о дебиторской задолженности Заказчика, в том числе отчет по дебиторской задолженности с указанием ФИО собственников помещений, почтовых адресов, количества месяцев образования задолженности по адресу: <...> по состоянию на 01.05.2010 (общая сумма: 2 149 771,43 руб.), отчет по дебиторской задолженности с указанием ФИО собственников помещений, почтовых адресов, количества месяцев образования задолженности по адресу: <...> по состоянию на 31.07.2014 (общая сумма: 2 871 417,23 руб.), отчет по дебиторской задолженности с указанием ФИО собственников помещений, почтовых адресов, количества месяцев образования задолженности по адресу: <...> по состоянию на 01.05.2016 (общая сумма: 5 030 421,30 руб.).

В ответ ООО «Верна» письмом от 17.02.2021 уведомило Заказчика о невозможности проведения работ по взысканию дебиторской задолженности в рамках заключенного договора от 05.02.2021 связи с неактуальными сведениями, отраженными в отчете.

ФИО1 ссылается на представление ею в рамках обособленного спора о привлечении ее к субсидиарной ответственности документов о взыскании дебиторской задолженности, передаче исполнительных документов на исполнение в службу судебных приставов, как на доказательства наличия у конкурсного управляющего сведений о дебиторской задолженности, достаточных для совершения действий по ее взысканию.

Действительно в материалах названного обособленного спора имеются многочисленные копии: судебных приказов, заявлений об их передаче на исполнение в соответствующие подразделения службы судебных приставов, исполнительных листов (только первые листы).

Оригиналы названных документов ФИО1 в материалы названного спора не представлены, конкурсному управляющему не переданы.

Конкурсный управляющий пояснил, что в рамках данного договора ООО «Верна» проведены мероприятия по выявлению дебиторской задолженности, в том числе путем обращения в службу судебных приставов.

Согласно письму ООО «Верна» от 14.08.2023, по результатам обращений на личных приемах в ФССП по поводу представленного ими реестра № 59901/19/63419 от 28.09.2019 о прекращении исполнительных производств на основании ст. 46 Закона об исполнительном производстве установлено, что исполнительные документы после прекращения исполнительных производств направлялись взыскателю, за исключением нескользких производств.

По таким производствам от судебных приставов получены справки об утрате исполнительного документа, на основании которых были поданы заявления в суд о выдаче дубликатов, полученные дубликаты судебных приказов переданы на взыскание в соответствующее подразделение службы судебных приставов.

Данные сведения подтверждены управляющим документально.

ФИО1 отрицает получение должником как взыскателем от службы судебных приставов исполнительных документов, ссылаясь при этом на обязанность именно управляющего доказать обратное.

Вместе с тем, Законом о банкротстве прямо определено, что исполнительные документы в случае окончания исполнительного производства ввиду невозможности исполнения направляются именно взыскателю. Оснований для вывода о том, что такая обязанность сотрудниками службы судебных приставов не исполнена, не имеется. Судебными приставами прямо указаны исполнительные производства, по которым исполнительные документы не были направлены взыскателю, утеряны. Указанное дополнительно свидетельствует о достоверности предоставленных службой судебных приставов сведений о направлении исполнительных листов взыскателю.

ФИО1, являясь руководителем должника, обязана была обеспечить получение корреспонденции, адресованной должнику, отслеживание информации о ходе исполнительного производства, осуществление контроля за своевременностью, полнотой исполнительских действий также является ее обязанностью.

Сведения об окончании исполнительных производств, оснований для этого размещены на официальном сайте службы судебных приставов. Следовательно, ФИО1 имела возможность своевременно узнать об окончании исполнительного производства и обеспечить получение исполнительных документов; в случае их не поступления (по почте), предпринять действия по установлению причин - обратиться в службу судебных приставов, на почту; при получении информации об утере исполнительных документов – обратиться в суд за получением дубликата.

Доказательства совершения таких действий ФИО1 не представлены.

Как установлено ранее, ФИО1 представлены в материалы обособленного спора о привлечении ее к субсидиарной ответственности копии исполнительных листов, причем не в полном объеме, а только первый лист документа, то есть без страницы, на которую вносятся записи об исполнении либо о возвращении без исполнения.

Снятие копии с документа предполагает наличие подлинника такого документа.

По утверждению представителя ФИО1, данные копии сняты перед направлением исполнительных документов в службу судебных приставов, такие действия являются разумными.

Однако, с учетом представления копий только первого листа исполнительных документов, возникают разумные сомнения в достоверности данных пояснений и отсутствии подлинников документов у заявителя.

По утверждению ФИО1, у нее отсутствовали полномочия на получение корреспонденции, адресованной должнику, обращение в службу судебных приставов, поскольку с начала 2016 года она уже не являлась руководителем должника, который фактически прекратил свою деятельность.

Однако, согласно сведениям ЕГРЮЛ, именно ФИО1 являлась до введения конкурсного производства руководителем должника; из пояснений и материалов дела следует, что после указанной даты ФИО1 как руководителем должника совершались действия по взысканию в пользу должника задолженности, предъявлению исполнительных документов на принудительное исполнение. То есть ФИО1 являлась и юридически, и фактически руководителем должника, со всеми вытекающими из этого полномочиями.

После введения конкурсного производства руководителем должника стал конкурсный управляющий, с указанного момента у нее действительно отсутствовали соответствующие полномочия действовать от имени должника. Однако, данное обстоятельство в рассматриваемой ситуации не означает, что ей достаточно заявить об отсутствии у нее исполнительных и иных подтверждающих дебиторскую задолженность документов, а конкурсный управляющий обязан доказать их наличие у нее. Сам по себе статус руководителя предполагает, что вся документация должника находится в его распоряжении, и именно на руководителя возлагается бремя доказывания отсутствия у него документов, с приведением документально подтвержденного обоснования.

Представление ФИО1 значительного количества документов должника в рамках обособленного спора о привлечении ее к субсидиарной ответственности свидетельствует об удержании ею документов должника, их непередаче в установленном порядке конкурсному управляющему.

ФИО1 не сообщала конкурсному управляющему о неполучении должником возвращенных судебными приставами неисполненных исполнительных документов, об их утере. Оснований полагать, что такие документы у нее отсутствуют, у конкурсного управляющего не имелось; обоснованные указанными выше обстоятельствами сомнения в достоверности утверждения заявителя о неполучении должником возвращенных исполнительных документов, их отсутствии у заявителя ею не опровергнуты.

При таком положении следует признать, что конкурсный управляющий не смог выявить и проинвентаризировать дебиторскую задолженность именно в результате недобросовестного бездействия ФИО1

В отсутствие подлинников исполнительных документов, актуальной документально подтвержденной информации о размере дебиторской задолженности в отношении каждого из дебиторов, с учетом сведений о получении должником части дебиторской задолженности, но без ее разнесения по дебиторам, у конкурсного управляющего не имелось фактической возможности установить дебиторов, наличие и размер их задолженности перед должником, повторно предъявить для принудительного исполнения исполнительные документы, по которым срок для этого не истек.

Ссылка представителя заявителя на то, что поведение его доверителя не является предметом спора, отклоняется, поскольку установление обстоятельств по спору невозможно без исследования и оценки действий ФИО1 как руководителя должника.

Кроме того, из материалов дела не усматривается, что заявленная ФИО1 дебиторская задолженность действительно существует и реальна ко взысканию.

В отношении части дебиторов исполнительные документы предъявлялись должником к принудительному исполнению несколько раз, соответствующие исполнительные производства оканчивались ввиду невозможности исполнения; однако, списание такой задолженности, фактически нереальной ко взысканию, руководителем должника не осуществлено, такие сведения и документы отсутствуют.

С учетом установления по результатам исполнительских действий невозможности исполнения исполнительных документов и окончанием в этой связи исполнительного производства, позиция привлеченного для работы с дебиторской задолженностью специалиста и управляющего, признавших такую дебиторскую задолженность невозможной ко взысканию, представляется обоснованной.

Инвентаризация сомнительной, неподтвержденной документально дебиторской задолженности не предусмотрена; не реальная ко взысканию задолженность подлежит списанию, в этой связи ее инвентаризация нецелесообразна. Возможность продажи такой дебиторской задолженности, поступления в ее результате в конкурсную массу денежных средств, с учетом расходов на процедуру торгов, представляются сомнительными.

При таком положении следует согласиться с выводами суда о недоказанности нарушения чьих-либо прав и законных интересов вменяемым управляющему нарушением.

По утверждению ФИО1, обжалуемое бездействие нарушает интересы кредиторов и должника, именно им причинен вред, в возмещение которого заявлено требование о взыскании с управляющего убытков.

Однако, из материалов дела не усматривается, что жалоба подана в защиту интересов кредиторов должника, поскольку кредиторы не поручали ФИО1 действовать в их интересах, не поддержали жалобу ФИО1, не выразили согласие с ее позицией.

Более того, выставление на продажу дебиторской задолженности, в отсутствие подтверждающих ее документов, безрезультативности исполнительских действий по ее взысканию, могло повлечь дополнительные текущие расходы, при сомнительности получения дохода.

В судебном заседании апелляционного суда ФИО1 пояснила, что в случае взыскания с арбитражного управляющего убытков, за их счет будет произведено погашение части требований кредиторов, в результате чего размер ее субсидиарной ответственности будет меньше. То есть в данном случае заявитель преследует личный интерес.

Как установлено ранее, невозможность инвентаризации дебиторской задолженности, принятия мер по ее взысканию либо продаже во многом обусловлены поведением самого заявителя жалобы. С учетом чего апелляционный суд находит доводы конкурсного управляющего о попытке ФИО1 переложить ответственность за собственное неправомерное бездействие на управляющего заслуживающими внимания.

При таком положении суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности несоответствия ненадлежащего исполнения конкурсным управляющего своих обязанностей, нарушения обжалуемым бездействием прав и законных интересов должника, его кредиторов, причинения им ущерба в заявленном размере именно в результате бездействия управляющего, отсутствии в этой связи оснований для удовлетворения жалобы и взыскания с управляющего убытков.

При рассмотрении спора конкурсным управляющим заявлено о пропуске заявителем срока исковой давности, поскольку инвентаризация дебиторской задолженности была произведена 01.04.2020, акт инвентаризации № 1 от 01.04.2020 был опубликован на сайте ЕФРСБ сообщением № 4880048 от 02.04.2020, с жалобой ФИО1 обратилась в суд 04.04.2023.

В силу ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (ст. 196 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

На основании п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как указывает ФИО1, о нарушении своего права она могла узнать только после 06.04.2020, то есть после опубликования в ЕФРСБ сообщения о результатах проведенного 03.04.2020 собрания кредиторов с повесткой дня по рассмотрению отчета конкурсного управляющего.

Вместе с тем, процедура банкротства должника является публичной, сведения о мероприятиях, проводимых в ходе процедуры банкротства, публикуются в ЕФРСБ и с момента такой публикации являются общедоступными.

ФИО1 подтверждает, что она узнала о нарушении своего права из сведений, размещенных на ЕФРСБ, при этом она не обосновала, почему она могла узнать о таком нарушении после 06.04.2020 и не могла узнать о таком нарушении 02.04.2020 при размещении на ЕФРСБ акта инвентаризации № 1 от 01.04.2020.

Кроме того, проинвентаризированная дебиторская задолженность в размере 98,21579 тыс.руб. указывалась конкурсным управляющим в своих отчетах на протяжении всей процедуры банкротства должника, вплоть до 2023 года, в том числе в отчете от 31.03.2020.

По утверждению ФИО1, поскольку в акте инвентаризации № 1 от 01.04.2020 не отражена информация об отсутствии иной дебиторской задолженности, она полагала, что это обусловлено продолжением управляющим анализа дебиторской задолженности, такая задолженность будет проинвентаризирована дополнительно; в отчете о деятельности управляющего от 31.03.2020 также сведения об отсутствии иной дебиторской задолженности не указаны, но ознакомиться с данным отчетом, в котором содержатся сведения о дебиторской задолженности, она смогла только после поступления отчета в суд, то есть после 06.04.2020 при ознакомлении с материалами дела, а не на сайте ЕФРСБ.

Данная позиция представляется противоречивой – ФИО1 указывает на неотражение информации об отсутствии иной дебиторской задолженности, как в акте инвентаризации, так и в отчете, при этом именно после ознакомления с отчетом она получила реальную возможность узнать о том, что дебиторская задолженность списана, продана, не признана.

Между тем, сведения о дебиторской задолженности в отчете соответствуют таковым в акте инвентаризации, информация о списании, продаже, не признании какой-либо дебиторской задолженности в отчете нет.

Основания полагать инвентаризацию незавершенной у заявителя отсутствовали, поскольку это из акта инвентаризации, отчетов о деятельности управляющего не следует.

Помимо отчетов по дебиторской задолженности по адресу: <...> по состоянию на 01.05.2010; по адресу: <...> по состоянию на 31.07.2014; по адресу: <...> по состоянию на 01.05.2016, переданных по акту приема-передачи от 19.03.2020, ФИО1 никаких документов по дебиторской задолженности управляющему больше не передавала. Следовательно, не могла не понимать, что управляющим проанализированы имеющиеся у него документы, выявлена и проинвентаризирована только та дебиторская задолженность, которая указан в акте. Отражение в акте инвентаризации, отчетах о деятельности сведений об отсутствии иной дебиторской задолженности не требуется.

При таком положении следует согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что ФИО1 могла обратиться с соответствующими требованиями на протяжении всей процедуры банкротства должника, начиная со 02.04.2020, однако, своим правом не воспользовалась, заявителем пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям.

Суд не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства заявителя о восстановлении пропущенного срока, поскольку заявитель не обосновал пропуск срока по независящим от него причинам.

Данный вывод является правильным.

В обоснование названного ходатайства, его заявитель указал единственный довод о незначительности пропуска срока на подачу заявления о признании незаконным бездействия управляющего. При этом наличие объективных причин обращения в суд с заявлением ФИО1 не указано, соответствующие доказательства не представлены.

Более того, даже в случае подачи заявления в пределах срока исковой давности, это не является основанием для удовлетворения жалобы по существу в отсутствие на то правовых оснований.

Доводы заявителя апелляционной жалобы фактически сводятся к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой судом доказательств.

Таким образом, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам, постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом первой инстанции допущено не было.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов решения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем, оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на обжалуемый судебный акт государственной пошлиной не облагается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 08 июня 2023 года по делу № А50-16620/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Т.Ю. Плахова

Судьи

В.И. Мартемьянов

С.В. Темерешева