АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Челябинск

30 октября 2023 года Дело № А76-35566/2020

Резолютивная часть решения объявлена 23 октября 2023 года. Полный текст решения изготовлен 30 октября 2023 года.

Судья Арбитражного суда Челябинской области Мосягина Е.А. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Воронковой Е.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1, г. Челябинск, к ФИО2, г. Челябинск, ФИО3, ФИО4, ФИО5, о взыскании 292 900 руб. 10 коп., при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО6, г. Челябинск, при участии в судебном заседании представителя ФИО3 –ФИО7, удостоверение адвоката, доверенность от 02.08.2022.

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, г. Челябинск, (далее – истец), 17.09.2020 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ФИО2, г. Челябинск, (далее – ответчик), привлечении к субсидиарной ответственности директора и учредителя общества с ограниченной ответственностью «Телекомстрой», взыскании с ФИО2 задолженности в размере 292 900 руб. 10 коп.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 29.09.2020 исковое заявление принято к производству (т. 1 л.д. 1-2).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 24.06.2021 судом к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО3, ФИО4, ФИО5 (т. 2 л.д. 36).

В материалы дела от истца поступило уточнение иска, в котором просил разделить оставшуюся задолженность в размере 292 900 рублей 10 копеек по 25% на каждого из учредителя за период с 2014 года по 2020 год по 73 225 рублей 25 копеек с каждого.

Уточнение истцом размера исковых требований принято судом протокольным определением от 05.04.2022 на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании представитель ФИО3 возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора, в судебное заседание полномочных представителей не направили.

Ответчик ФИО4 представил в материалы дела письменный отзыв по делу, в котором в удовлетворении исковых требований просила отказать (т. 2 л.д. 137-138).

Неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, не препятствует рассмотрению дела по существу в их отсутствие (пункт 3 статьи 156 АПК РФ).

Дело рассматривается по правилам частей 1, 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, по имеющимся в деле доказательствам.

Заслушав возражения ФИО3, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Телекомстрой» (ОГРН 1147460000962, ИНН 7460013989) зарегистрировано в качестве юридического лица в Едином государственном реестре юридических лиц 27.02.2014 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 17 по Челябинской области.

В период с 27.02.2014 по 18.02.2016 учредителем общества являлась ФИО3, в период с 08.06.2015 по 18.06.2016 учредителем общества являлся ФИО4, с 24.04.2017 участником общества являлся ФИО2

Генеральным директором общества в период с 27.02.2014 по 08.06.2015 являлась ФИО3, в период с 08.06.2015 по 18.02.2016 являлся ФИО4, в период с 24.02.2016 по 21.08.2017 являлся ФИО5, в период с 21.08.2017 по дату ликвидации общества генеральным директором являлся ФИО2

Судом установлено, что ООО «Телекомстрой» (поставщик) и ФИО1 (покупатель) заключен договор на поставку и монтаж оборудования № 174 от 17.07.2014 (далее – договор), в соответствии с пунктом 1.1 которого поставщик обязуется передать покупателю в обусловленный срок оборудование в соответствии со спецификацией (приложение № 1), а покупатель обязуется принять и оплатить его (т. 2 л.д. 41).

Согласно пункту 2.1 указанного договора цена настоящего договора составляет 190 090 руб. 00 коп., что подтверждается спецификацией.

Решением Металлургического районного суда г. Челябинска от 14.11.2017 по делу № 22770/2017 с общества «Телекомстрой» в пользу ФИО1 взыскана задолженность по договору на поставку и монтаж оборудования № 174 от 17.07.2014 в размере 190 090 руб. , проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 17.07.2014 по 20.09.2017 в размере 54 365 руб. 94 коп., проценты по денежному обязательству за период с 01.06.2015 по 20.09.2017 в размере 42 277 руб. 66 коп., расходы по отправке претензии в размере 69 руб. 50 коп., по оплате за маркированный конверт в размере 30 руб., по уплате государственной пошлины в размере 6 067 руб., всего взыскано 292 900 руб. 10 коп.

В добровольном порядке должник решение суда по делу № 2-2770/2017 не исполнил.

12.05.2020 Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 17 по Челябинской области приняла решение об исключении из единого государственного реестра юридических лиц в связи с недостоверностью сведений ООО «Инком» на основании пункта 5 статьи 21.1 ФЗ от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

10.09.2020 Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 17 по Челябинской области исключило из ЕГРЮЛ недействующее юридическое лицо ООО «Телекомстрой».

По данным выписки из ЕГРЮЛ деятельность ООО «Телекомстрой» прекращена 10.09.2020.

Полагая, что по долгам ООО «Телекомстрой» в порядке субсидиарной ответственности должны отвечать бывшие руководители общества и его учредители ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 истец обратился в суд с настоящим иском.

Ссылаясь на то обстоятельство, что ответчиками не приняты меры по исполнению денежного обязательства на основании вступившего в законную силу решения суда, ликвидация ООО «Телекомстрой» повлекла невозможность удовлетворения требований кредиторов, истец обратился в суд с заявлением о привлечении бывших руководителей должника и учредителей к субсидиарной ответственности на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14- ФЗ), статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской (далее - ГК РФ).

В силу частью 1 статьи 2 Закона № 14-ФЗ участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

Следовательно, по общему правилу участники общества с ограниченной ответственностью не несут ответственности по обязательствам юридического лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 вышеуказанной статьи).

Таким образом, несмотря на синкретичность института возмещения убытков, закон связывает механизм привлечения участников и руководителя единоличного исполнительного органа юридического лица к субсидиарной ответственности с выявленными фактами недобросовестности и неразумности их поведения, смещая акцент с презумпции виновности лица, нарушившего обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ) к опровержению презумпции добросовестности (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Кодекса, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. В Определении Верховного Суда РФ от 01.09.2015 № 5-КГ15-92 разъяснено, что презумпция добросовестности и разумности действий субъектов гражданских правоотношений предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности и неразумности этих действий.

Из изложенного следует, что само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности его участника или руководителя.

Истцом в качестве основания привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности указано бездействие, выразившееся в наличии непогашенной задолженности перед кредитором, о которой, по мнению истца, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 знали, однако мер по ее погашению не предпринимали, равно как умышленно не устраняли причины, вследствие которых ООО «Телекомстрой» было исключено из ЕГРЮЛ.

В случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам (часть 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.199. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества (часть 3.1. указанной статьи).

Истец полагает, что ответчики, реализуя управленческие и корпоративные функции, знали или должны были знать о противоправности своих действий, совершенных в ущерб интересам истца, однако не приняли мер по прекращению либо отмене процедуры исключения общества из ЕГРЮЛ.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения учредителя и руководителя общества следует применять разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Конституционный Суд Российской Федерации ранее обращал внимание на то, что наличие доли участия в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не только означает принадлежность ее обладателю известной совокупности прав, но и связывает его определенными обязанностями (Определение от 03.07.2014 № 1564-О).

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также четко и недвусмысленно определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК РФ).

Корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица - внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации - это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица.

Завершение деятельности юридических лиц представляет собой протяженные во времени, многостадийные ликвидационные процедуры, направленные в том числе на обеспечение интересов их кредиторов. Указанные процедуры, как правило, связаны со значительными временными и финансовыми издержками, желание освободиться от которых побуждает контролирующих общество лиц к уклонению от исполнения установленных законом обязанностей по ликвидации юридического лица.

В пункте 2 статьи 62 ГК РФ закреплено, что учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац 2 пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК РФ). На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (введенном Федеральным законом от 28 декабря 2016 года № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») предусмотреть компенсирующий негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 июня 2020 года; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 3 июля 2020 года № 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия)

контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» предполагает его применение судами при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам по иску кредитора - физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности и исковые требования кредитора к которому удовлетворены судом, исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

При рассмотрении настоящего дела ответчики заявили о пропуске истцом срока исковой давности.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Как указано в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости определения момента, с которого следует исчислять начало течение срока исковой давности по заявленным требованиям.

Согласно статье 200 Кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196, пунктом 1 статьи 197 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года, однако для отдельных видов требований законом могут

устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Необходимо отметить, что институт субсидиарной ответственности обусловлен прежде всего обеспечением прав кредиторов на взыскание неполученного долга с другого обязанного лица, если первое лицо не может его внести, а, следовательно, носит дополнительны (вспомогательный, резервный) характер.

Таким образом, следует прийти к выводу, что юридическим фактом, послужившим началом течения срока исковой давности является исключение ООО «Телекомстрой» из ЕГРЮЛ 10.09.2020.

Поскольку исковое заявление в отношении ответчика ФИО2 поступило в арбитражный суд 17.09.2020 и было принято к производству 29.09.2020, исковое заявление в отношении ответчиков ФИО3, ФИО4, ФИО5 было принято к производству 24.06.2021, то предусмотренный пунктом 1 статьи 196 ГК РФ трехлетний срок для защиты права истцом пропущен не был.

В доводах возражений ответчик ФИО3 указала на то, что исковые требования удовлетворению не подлежат, поскольку договор поставки № 174 от 17.07.2014, заключенного между ООО «Телекомстрой» и ИП ФИО1, ей, как генеральным директором общества не подписывался.

При рассмотрении настоящего дела представитель ФИО3 заявил письменное ходатайство о фальсификации представленных доказательств, а именно: договора поставки № 174 от 17.07.2014, заключенного между ООО «Телекомстрой» и ИП ФИО1

В соответствии со статьей 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

В судебном заседании 31.05.2022 ФИО3 разъяснены под расписку уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательства, предусмотренные статьей 306 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании 01.03.2023 ФИО1 разъяснены уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательства, предусмотренные статьей 128.1, статьей 303 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В связи с заявлением о фальсификации доказательств судом представителю истца предложено исключить из числа доказательств по делу договор поставки № 174 от 17.07.2014, спецификации к нему, заключенный между ООО «Телекомстрой» и ИП ФИО1

Истцом заявлены возражения относительно исключения данного документа из числа доказательств по делу.

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу.

ФИО3 заявила письменное ходатайство о назначении по делу экспертизы, проведение которой просила поручить эксперту ФБУ Челябинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации либо НОЦ «Экспертные технологии».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 14.04.2023 производство по делу приостановлено в связи с назначением по делу судебной экспертизы, проведение экспертизы поручено экспертам Федерального бюджетного учреждения Челябинской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12.

На разрешение экспертов судом поставлены следующие вопросы:

1. Кем, ФИО3 или иным лицом выполнена подпись в договоре поставки № 174 от 17.07.2014, спецификации к нему?

2. Нанесен ли оттиск печати ООО «Телекомстрой» на договоре поставки № 174 от 17.07.2014, спецификации к нему, квитанции к приходному кассовому ордеру № 174 от 17.07.2014 той печатью, образцы которой представлены в качестве сравнительных?

24.08.2023 от Федерального бюджетного учреждения Челябинской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации в материалы дела поступило заключение эксперта № 1212/2-3 от 03.08.2023, в котором экспертами сделан вывод о том, что подписи от имени ФИО3 в договоре на поставку и монтаж оборудования № 174 от 17.07.2014 и в спецификации оборудования и работ (приложение № 1 к договору на поставку и монтаж оборудования № 174 от 17.07.2014), расположенные в разделе «поставщик» на строках под словами «Генеральный директор ООО «Телекомстрой»», выполнены не самой ФИО3, а другим лицом (лицами) с подражанием ее подлинным подписям.

24.08.2023 от Федерального бюджетного учреждения Челябинской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации в материалы дела поступило заключение эксперта № 1213/2-3 от 03.08.2023, в котором экспертами сделан вывод о том, что исследуемые оттиски печати ООО «Телекомстро», расположенные в договоре на поставку и монтаж оборудования № 174 от 17.07.2014, в спецификации оборудования и работ (приложение № 1 к договору на поставку и монтаж оборудования № 174 от 17.07.2014) и в квитанции к приходному кассовому ордеру № 174 от 17.07.2014, нанесены не печатью ООО «Телекомстрой», свободные и экспериментальные образцы оттисков которой представлены для сравнения.

Суд отмечает, что имеющиеся в деле экспертные заключения № 1212/2-3 от 03.08.2023, № 1213/2-3 от 03.08.2023, экспертов Федерального бюджетного учреждения Челябинской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации содержат однозначные выводы по поставленным вопросам, их обоснование. Наличие противоречий в выводах экспертов судом не установлено. Экспертное заключение дано квалифицированным экспертом, обладающим необходимыми специальными познаниями и предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется.

Суд также принимает во внимание, что приговором Ленинского районного суда города Челябинска от 31.01.2020 по делу № 1-46/2020 установлено, что с целью реализации своего преступного умысла ФИО6 подготовил и предоставил в ПАО «Сбербанк России» фиктивный договор на поставку и монтаж оборудования № 174 от 17.07.2014.

Однако суд отмечает, что приговор Ленинского районного суда города Челябинска от 31.01.2020 по делу № 1-46/2020 не имеет преюдициального значения для настоящего дела, поскольку субъектный состав настоящего дела и дела № 1-46/2020 различен. Однако обстоятельства, установленные указанным судебным актом, подлежат учету судом в совокупности с иными доказательствами

Проанализировав совокупность представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу о том, что договор на поставку и монтаж оборудования № 174 от 17.07.2014 является сфальсифицированным.

В данном случае, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения на ответчиков ответственности в субсидиарном порядке, в связи с чем в удовлетворении заявленных исковых требований следует отказать (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Исследовав представленные в материалы дела доказательства ф совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковые требования являются необоснованными, не подтверждаются материалами дела и удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся в том числе, денежные суммы, подлежащие выплате экспертам в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Судом установлено, что ФИО3 платежными поручениями № 104 от 04.10.2022, № 66 от 24.05.2023 оплатила производство экспертизы в сумме 51 360 руб. 00 коп. (т. 3 л. д. 50, т. 4 л.д. 56).

Федеральное бюджетное учреждение Челябинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации выставило счета на оплату № 71 от 08.08.2023, № 70 от 08.08.2023.

Следовательно, денежные средства в размере 51 360 руб. 00 коп. подлежат перечислению с лицевого счета Арбитражного суда Челябинской области для учета операций со средствами, поступающими во временное распоряжение получателя бюджетных средств, на расчетный счет Федерального бюджетного учреждения Челябинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации за проведение судебной экспертизы по делу № А76 – 35566/2020.

Поскольку экспертиза проводилась по инициативе ФИО3, а в удовлетворении исковых требований судом отказано, то судебные расходы ФИО3 относятся на истца и подлежат возмещению истцом ФИО3

Государственная пошлина, подлежащая уплате за рассмотрение настоящего дела, составляет 8 858 руб. 00 коп.

При обращении истца с настоящим иском им была уплачена государственная пошлина в размере 4 000 руб. 00 коп., что подтверждается представленным в материалы дела чеком-ордером от 14.09.2020 (т. 1 л.д. 11).

Поскольку в удовлетворении исковых требований судом отказано, то расходы истца по оплате государственной пошлины в размере 4 000 руб. относятся на него и возмещению не подлежат, а государственная пошлина в размере 4 858 руб. 00 коп. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 расходы по оплате судебной экспертизы в размере 51 360 руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 4 858 руб. 00 коп.

Перечислить с лицевого счета Арбитражного суда Челябинской области для учета операций с денежными средствами, поступающими во временное распоряжение получателя бюджетных средств, денежные средства в размере 51 360 руб. 00 коп. на расчетный счет Федерального бюджетного учреждения Челябинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия

(изготовления в полном объеме), путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Судья Е.А. Мосягина

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить соответственно на интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru